Апелляционное определение № 33-10773/2025 33-391/2026 от 20 января 2026 г.

Судья ФИО7 63RS0№-19

(гр.дело №) ап.гр.дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 января 2026 г. <адрес>

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе:

председательствующего ФИО19,

судей ФИО18, ФИО8,

при секретаре ФИО9,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Жигулевского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ

Заслушав доклад судьи Самарского областного суда ФИО18, изучив доводы апелляционной жалобы,

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО2, требуя признать за ним право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, в порядке наследования по закону после смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ; признать за ним право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, с кадастровым номером 63:02:0309004:592, в порядке наследования по закону после смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ; признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону на земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, выданное нотариусом ФИО16 на имя ФИО2; аннулировать записи в Едином государственном реестре недвижимости о государственной регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>.

В обоснование заявленных исковых требований в иске указано, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО1 – отец истца. Кроме истца, наследником первой очереди является дочь умершего – ФИО2 После смерти ФИО1 открылось наследство в виде земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>. В установленный законом срок ответчик обратилась к нотариусу ФИО16 с заявлением о принятии наследства по закону. О наличии иных наследников ответчик нотариусу не сообщила. Нотариусом было открыто наследственное дело №, и ответчику было выдано свидетельство о праве на наследство по закону на земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>. Истец в установленный законом срок не обратился в нотариальные органы за получением свидетельства о праве на наследство, однако фактически принял наследство: в течение срока для принятия наследства истец забрал себе вещи наследодателя, находившиеся в его доме, принял меры по сохранению наследственного имущества, произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества, а также совершил иные действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства. Истец полагает, что свидетельство о праве на наследство по закону, выданное ответчику, является недействительным, поскольку он фактически принял наследство, следовательно, имеет право на наследственное имущество в равных долях с ответчиком. Соответственно, также подлежат аннулированию записи в Едином государственном реестре недвижимости о государственной регистрации права собственности ответчика на спорные земельный участок и жилой дом.

Решением Жигулевского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ постановлено:

«ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт № выдан ГУ МВД России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ) в удовлетворении исковых требований, предъявленных к ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт № выдан Жигулевским ГОВД <адрес> ДД.ММ.ГГГГ) о признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону, признании права собственности на жилой дом и земельный участок в порядке наследования по закону и погашении записи в Едином государственном реестре недвижимости, отказать».

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ФИО3 подана апелляционная жалоба, в которой он просил решение суда первой инстанции отменить, постановить по делу новое решение об удовлетворении его исковых требований.

Согласно доводам апелляционной жалобы, наличие долга у наследодателя в размере 800 рублей подтверждается как накладной от ДД.ММ.ГГГГ, так и показаниями свидетеля ФИО11, которая указала о погашении указанной задолженности ФИО3 в течение полугода с момента смерти наследодателя. Факт принятия наследства истцом подтверждается также принятием им телефона и других вещей умершего, что нашло свое подтверждение в показаниях свидетелей. Истец принял наследство, оплатив долг наследодателя и приняв во владение и пользование его вещи.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Жигулевского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отменено, постановлено по делу новое решение, которым исковые требования ФИО3 удовлетворены.

Суд признал за ФИО3 право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № в порядке наследования по закону после смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Признал за ФИО3 право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № в порядке наследования по закону после смерти ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Признал недействительным свидетельство о праве на наследство по закону на земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, выданное нотариусом ФИО16 на имя ФИО2.

Апелляционное определение является основанием для погашения в Едином государственном реестре недвижимости записи о государственной регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ отменено, гражданское дело направлено на новое рассмотрение в Самарский областной суд.

В судебном заседании представители истца ФИО3, действующие на основании доверенности, ФИО6 А.В., ФИО17, доводы изложенные в апелляционной жалобе поддержали в полном объеме, просили решение суда первой инстанции отменить, принято новое решение, которым исковые требования ФИО3 удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО2, действующий по доверенности, ФИО10, в судебном заседании просил отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, полагая решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались своевременно и надлежащим образом.

В силу ст. 327 и ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 195 ГПК РФ, решение суда должно быть законным и обоснованным.

Согласно п.п. 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов. Выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть продемонстрированы в судебном постановлении убедительным образом, в противном случае нарушаются задачи и смысл судопроизводства.

В соответствии с ч. 1 ст. 330 ГПК РФ, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В силу п. 1 ст. 1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом (ст. 1111 ГК РФ).

Согласно ст. 1112 ГК РФ, в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги (статья 128 ГК РФ); имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором; исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации; права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 ГК РФ).

Наследство открывается со смертью гражданина (ст. 1113 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1114 ГК РФ, временем открытия наследства является момент смерти гражданина.

На основании ст. 1116 ГК РФ к наследованию могут призываться граждане, находящиеся в живых в момент открытия наследства.

В силу ст. 1141 ГК РФ наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной статьями 1142 - 1145 и 1148 настоящего Кодекса. Наследники каждой последующей очереди наследуют, если нет наследников предшествующих очередей, то есть если наследники предшествующих очередей отсутствуют, либо никто из них не имеет права наследовать, либо все они отстранены от наследования (статья 1117), либо лишены наследства (пункт 1 статьи 1119), либо никто из них не принял наследства, либо все они отказались от наследства (п. 1).

Наследники одной очереди наследуют в равных долях, за исключением наследников, наследующих по праву представления (статья 1146) (п. 2).

Согласно п. 1 ст. 1142 ГК РФ, наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Пунктом 4 статьи 1152 ГК РФ предусмотрено, что принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст. 1154 ГК РФ, наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Согласно п. 1 ст. 1153 ГК РФ, принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

В силу п. 2 ст. 1153 ГК РФ признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник:

вступил во владение или в управление наследственным имуществом;

принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц;

произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества;

оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

При этом следует учитывать, что, согласно ст. 1110 ГК РФ, наследство рассматривается как единое целое и может быть принято каждым наследником также как единое целое: не требуется принимать наследство в отношении каждой отдельной вещи, каждого в отдельности права или каждой обязанности, входящих в состав имущества умершего.

В соответствии с требованиями ст. 1152 ГК РФ, факт принятия наследства носит универсальный, безоговорочный характер. Это означает, что законодательство не допускает принятие наследства под условием или с оговорками. В силу принятия наследства наследник вступает в права наследодателя на все имущество, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о наследовании», под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 ГК РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 ГК РФ.

В целях подтверждения фактического принятия наследства (пункт 2 статьи 1153 ГК РФ) наследником могут быть представлены, в частности, справка о проживании совместно с наследодателем, квитанция об уплате налога, о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги, сберегательная книжка на имя наследодателя, паспорт транспортного средства, принадлежавшего наследодателю, договор подряда на проведение ремонтных работ и т.п. документы.

При отсутствии у наследника возможности представить документы, содержащие сведения об обстоятельствах, на которые он ссылается как на обоснование своих требований, судом может быть установлен факт принятия наследства, а при наличии спора соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

Получение лицом компенсации на оплату ритуальных услуг и социального пособия на погребение не свидетельствует о фактическом принятии наследства.

Наследник, совершивший действия, которые могут свидетельствовать о принятии наследства (например, проживание совместно с наследодателем, уплата долгов наследодателя), не для приобретения наследства, а в иных целях, вправе доказывать отсутствие у него намерения принять наследство, в том числе и по истечении срока принятия наследства (статья 1154 ГК РФ), представив нотариусу соответствующие доказательства либо обратившись в суд с заявлением об установлении факта непринятия наследства (п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о наследовании»).

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО1, что подтверждается свидетельством о смерти IV-ЕР №, выданным 96300010 Отделом ЗАГС городского округа Жигулевск управления ЗАГС <адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

После смерти ФИО1 нотариусом <адрес> ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ заведено наследственное дело №.

Наследником по закону, обратившимся к нотариусу за принятием наследства, является ФИО2 (дочь наследодателя).

Факт родственных отношений ФИО2 с умершим подтверждается свидетельством о рождении III-ЕР № от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельством о заключении брака I-ЕР № от ДД.ММ.ГГГГ, справкой о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ.

Заявлений о принятии наследства или об отказе от наследства от других наследников не поступало.

Наследственное имущество ФИО1 состоит из земельного участка, находящегося по адресу: <адрес>, городской округ Жигулевск, <адрес>, кадастровый №, и жилого дома, находящегося по адресу: <адрес>, городской округ Жигулевск, <адрес>, кадастровый №.

ДД.ММ.ГГГГ нотариусом <адрес> ФИО16 ФИО2 выдано свидетельство о праве на наследство по закону на наследство, состоящее из земельного участка, находящегося по адресу: <адрес>, городской округ Жигулевск, <адрес>, кадастровый №, и жилого дома, находящегося по адресу: <адрес>, городской округ Жигулевск, <адрес>, кадастровый №.

Право собственности на указанное выше недвижимое имущество ФИО2 зарегистрировано в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости.

Оценив представленные по делу доказательства, в том числе показания допрошенных в судебном заседании свидетелей, суд первой инстанции пришел к выводу, что приведенные стороной истца доводы о приобретении после смерти отца принадлежащего ему имущества в виде телефона и вещей не свидетельствует о возникновении наследственных правоотношений, поскольку не содержат признаков принятия истцом на себя именно имущественных прав. Истцом не подтверждено, что перечисленное имущество он забрал себе в течение срока принятия наследства, равно как и то, что телефон и штаны принадлежали наследодателю. Накладная от ДД.ММ.ГГГГ не может служить доказательством фактического принятия истцом наследства, поскольку она не содержит сведений о наличии денежного долга именно наследодателя ФИО1 Посчитав, что истец не доказал факт принятия наследства после смерти ФИО1, суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения исковых требований.

Разрешая спор, отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что приведенные стороной истца доводы о приобретении после смерти отца, принадлежащего ему имущества в виде телефона и вещей, не свидетельствует о возникновении наследственных правоотношений, поскольку не содержат признаков принятия истцом на себя именно имущественных прав. Истцом не подтверждено, что перечисленное имущество он забрал себе в течение срока принятия наследства, равно как и то, что телефон и штаны принадлежали наследодателю. Накладная от ДД.ММ.ГГГГ не может служить доказательством фактического принятия истцом наследства, поскольку она не содержит сведений о наличии денежного долга именно наследодателя ФИО1 Истец не доказал факт принятия наследства после смерти ФИО1

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, а доводы апелляционной жалобы ФИО3 отклоняет, поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора должны определяться судом на основании норм материального права, подлежащих применению (абзац второй пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству»).

Правильное рассмотрение дела невозможно без определения и установления всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом.

В соответствии с частью 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Согласно частям 1-3 и 5 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. При оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Представленная в материалы дела «накладная», согласно которой, как пояснил свидетель ФИО11, был возвращён истцом долг наследодателя, по своей форме и содержанию таковой не является, и не свидетельствует о наличии денежного долга именно наследодателя, о чём в своём решении указал суд первой инстанции, отвергнув такое доказательство.

Принимая обжалуемое решение, суд первой инстанции правильно руководствовался нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, а именно: ст.ст. 1111-1115, 1152-1154 ГК РФ, а также разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о наследовании».

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции правильными, соответствующими материалам дела, а доводы апелляционной жалобы – несостоятельными, основанными на неверном толковании норм права и направленными на переоценку доказательств.

В силу пп. 4 п. 2 ст. 1153 ГК РФ оплата за свой счет долгов наследодателя является одним из действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства. Однако для применения данного основания необходимо доказать два ключевых факта: 1) наличие у наследодателя долга (реального, документально подтвержденного обязательства) и 2) факт оплаты этого долга именно наследником.

Истцом в подтверждение данного обстоятельства представлены: рукописная «накладная» от ДД.ММ.ГГГГ, показания свидетеля ФИО11

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку представленная в материалы дела «накладная» по своей форме и содержанию не свидетельствует о наличии денежного долга именно наследодателя.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ, обстоятельства дела, которые по закону должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. Существование долгового обязательства между физическим лицом и индивидуальным предпринимателем должно подтверждаться соответствующими первичными учетными документами (товарными чеками, долговыми расписками, договорами займа и т.п.).

Так, представленная истцом «накладная» от ДД.ММ.ГГГГ представляет собой лист бумаги с рукописным текстом. Данный документ не содержит обязательных реквизитов первичного учетного документа, позволяющих идентифицировать его как подтверждение факта хозяйственной жизни между ИП ФИО11 и ФИО1 Отсутствуют: наименование документа, дата его составления, подпись должника (наследодателя), печать (при ее наличии у ИП), перечень переданного товара, его количество и цена, на основании которых мог образоваться долг.

Также, данная «накладная» не позволяет установить наличие долга именно наследодателя. Из содержания записи невозможно понять, за какой товар, когда и на каких условиях образовалась задолженность. Сама по себе запись «возврат долга за ФИО1» является голословной и не подтверждена первичными документами (например, товарными чеками, где стоит подпись ФИО1 о получении товара в долг).

Кроме того, судебная коллегия обращает внимание, что «накладная» является документом, составленным в одностороннем порядке. В деле отсутствуют доказательства того, что наследодатель при жизни признавал этот долг или что ИП ФИО11 предъявляла к нему какие-либо требования.

Таким образом, данная «накладная» не отвечает требованиям относимости (ст. 59 ГПК РФ), поскольку не подтверждает обстоятельства, имеющие значение для дела (наличие долга наследодателя), и является недопустимым доказательством (ст. 60 ГПК РФ). Суд первой инстанции обоснованно не принял ее в качестве доказательства по делу.

Показания свидетеля ФИО11 обоснованно подвергнуты судом критической оценке, поскольку они не могут быть признаны достаточным и достоверным доказательством наличия у наследодателя долгового обязательства. Как пояснила сама свидетель, учет долгов покупателей велся ею неофициально, «для себя», то есть ее показания не подкреплены какими-либо объективными данными, такими как тетрадь учета, записи или иные документы, подтверждающие факт и условия возникновения задолженности. Более того, свидетель не смогла конкретизировать, за какой именно товар, в какие даты и на каких условиях образовался долг ФИО1, в связи с чем ее показания носят общий и предположительный характер. Сама по себе передача истцом денежных средств в размере 800 рублей индивидуальному предпринимателю ФИО11 в апреле 2021 года, при отсутствии бесспорных доказательств существования долга именно наследодателя, может быть расценена как любое иное действие (например, приобретение товаров самим истцом), но не как оплата долга наследодателя в том смысле, который придается этому действию положениями пункта 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следовательно, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, истцом не представлено относимых, допустимых и достоверных доказательств, с бесспорностью подтверждающих наличие у наследодателя ФИО1 долга перед ИП ФИО11 и факт погашения этого долга именно истцом. При таких обстоятельствах ссылка истца на пп. 4 п. 2 ст. 1153 ГК РФ является несостоятельной.

В подтверждение данного довода истцом представлены показания свидетелей ФИО12 и ФИО11, а также фотографии вещей.

Судебная коллегия отмечает, что довод истца о фактическом принятии наследства путем изъятия личных вещей наследодателя не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, поскольку истцом не доказана принадлежность этих вещей именно ФИО1 Так, из материалов дела усматриваются существенные противоречия в показаниях допрошенных свидетелей относительно данного обстоятельства. Так, свидетель ФИО12, являющийся другом истца, подтвердил, что ФИО3 забирал из дома отца вещи, внешне похожие на те, которыми при жизни пользовался наследодатель. Вместе с тем, свидетель ФИО13, будучи бывшей супругой истца и предупрежденная об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, пояснила, что предъявленные на обозрение в судебном заседании вещи (телефон и брюки) она при жизни ФИО1 у него не видела, и высказала предположение, что данные вещи могут принадлежать самому истцу. Кроме того, свидетель ФИО14 (зять ответчика) показал, что у умершего имелся иной телефон — марки «Хонор» с сенсорным экраном, что также ставит под сомнение принадлежность наследодателю предъявленного истцом кнопочного телефона. При наличии столь существенных противоречий в доказательствах, которые не были устранены истцом в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности факта принадлежности изъятых истцом вещей наследодателю, а следовательно, и о несостоятельности соответствующего довода истца как основания для установления факта принятия наследства.

Оценивая юридическую значимость действий истца по изъятию личных вещей, судебная коллегия полагает необходимым отметить следующее. Даже если предположить, что изъятые истцом предметы (телефон и брюки) действительно принадлежали наследодателю, само по себе совершение указанных действий не может служить бесспорным и достаточным доказательством принятия наследства в целом, как того требует положение статьи 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматривающее наследство как единое целое. Данный вывод приобретает особую значимость в условиях, когда основную массу наследственного имущества составляет недвижимость — жилой дом и земельный участок, имеющие существенную материальную ценность и требующие от наследника совершения иного объема действий, свидетельствующих о реальном вступлении во владение и пользование имуществом. Изъятие малоценных движимых вещей (доказательств обратного, равно как и доказательств их действительной стоимости, истцом не представлено) может быть продиктовано иными мотивами, например, желанием сохранить память об умершем, и само по себе не свидетельствует о том, что наследник выразил волю на принятие всего наследства, включая недвижимое имущество, и начал относиться к нему как к собственному. В связи с изложенным, указанные действия истца не могут быть расценены как конклюдентные, с достоверностью подтверждающие фактическое принятие наследства в порядке пункта 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 36 Постановления Пленума ВС РФ №, действия по фактическому принятию наследства должны явно свидетельствовать об отношении наследника к наследству как к собственному имуществу. Изъятие малоценных (доказательств иной стоимости не представлено) личных вещей может быть продиктовано желанием оставить их на память и не свидетельствует о намерении принять именно спорный жилой дом и земельный участок.

Важнейшим обстоятельством является то, что, кроме указанных действий, истец не совершал никаких иных действий, характерных для собственника недвижимости. Он не вселялся в дом, не обрабатывал земельный участок, не оплачивал коммунальные услуги и налоги, не нес расходов на его содержание и ремонт. Доказательств обратного в материалах дела не имеется.

Судебная коллегия также принимает во внимание, что судом первой инстанции были в полном объеме исследованы действия ответчика ФИО2, которые, в отличие от действий истца, бесспорно и неопровержимо свидетельствуют о принятии ею наследства как путем обращения к нотариусу, так и фактически. Материалами дела, в частности копией наследственного дела №, заказ-наря<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, а также справками о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги за август-октябрь 2021 года, достоверно подтверждено, что именно ФИО2 организовала похороны наследодателя и оплатила связанные с этим расходы, в установленный законом шестимесячный срок (ДД.ММ.ГГГГ) обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, а после смерти отца фактически открыто пользовалась спорными жилым домом и земельным участком, при этом члены ее семьи (в частности, ФИО15) несли бремя содержания имущества, оплачивая коммунальные услуги.

При таком положении судебная коллегия приходит к выводу, что истец ФИО3, достоверно зная о смерти наследодателя и об открытии наследства, в течение установленного законом шестимесячного срока не совершил никаких действий, которые могли бы быть с достоверностью расценены как фактическое принятие наследства, в особенности в отношении спорного недвижимого имущества, составляющего основную массу наследственного имущества. Само по себе наличие родственных отношений и осведомленность о смерти отца, при не совершении действий, прямо предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации, не порождает правовых последствий в виде признания наследника принявшим наследство.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия приходит к выводу, что истцом не представлено допустимых, достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих факт совершения им в течение шести месяцев со дня открытия наследства действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства после смерти ФИО1 в порядке, предусмотренном п. 2 ст. 1153 ГК РФ.

Решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований является законным и обоснованным, принятым при правильном определении юридически значимых обстоятельств, с соблюдением норм материального и процессуального права. Доводы апелляционной жалобы выводов суда не опровергают и не содержат предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они мотивированы, соответствуют установленным обстоятельствам дела, основаны на правильном применении и толковании норм материального права и исследованных судом доказательствах, оценка которых произведена по правилам ст. 67 ГПК РФ с учетом доводов и возражений, приводимых сторонами. Оснований для иной оценки представленных доказательств у судебной коллегии не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Жигулевского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня вынесения, может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня его изготовления в окончательной форме через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий –

Судьи –