Решение № 2-204/2020 2-4/2021 2-4/2021(2-204/2020;)~М-176/2020 М-176/2020 от 15 марта 2021 г. по делу № 2-204/2020

Дело № 2-4/2021


РЕШЕНИЕ

Именем

Российской Федерации

г. Бутурлиновка 16 марта 2021 года

Бутурлиновский районный суд Воронежской области в составе: председательствующего – судьи Панасенко В.И.,

при секретаре судебного заседания Ныныч Е.А.,

с участием истца ФИО1, его представителя – адвоката Гудковой А.Г.,

ответчиков ФИО2, ФИО3,

третьего лица ФИО4,

а также прокурора Таловского района Воронежской области Малыгина А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Бутурлиновского районного суда Воронежской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью в результате дорожно-транспортного происшествия, мотивированное тем, что 27 июня 2015 года около 00 час. 30 мин. на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей «MERCEDES-BENZ Е 240», регистрационный знак №, принадлежащем на праве собственности ФИО2, под управлением ФИО6 и ВАЗ-21120 регистрационный знак № под управлением ФИО5, внесенного в страховой полис, как лица, допущенного к управлению транспортным средством.

В результате столкновения указанных транспортных средств погиб его сын ФИО7.

Приговором Бутурлиновского районного суда Воронежской области от 21 ноября 2019 года виновными в нарушении правил дорожного движения, признаны ФИО6 и ФИО5, которые осуждены по ч. 5 ст. 264 УК РФ.

Смертью сына ему причинен моральный вред, в связи с чем он просит взыскать с ФИО2 и ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

Определением Бутурлиновского районного суда Воронежской области от 08 февраля 2021 года привлечены к участию в деле в качестве соответчика ФИО3 как собственник транспортного средства, которым управлял ФИО5 в момент ДТП, ФИО5 – в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В судебном заседании 08 февраля 2021 года истец ФИО1 отказался от исковых требований к ФИО5 Он и его представитель Гудкова А.Г. пояснили, что истец не считает ФИО5 виновным в ДТП, в котором погиб его сын, ФИО8, а потому просят рассмотреть его исковые требования как заявленные к одному ответчику – ФИО2 При этом сумму требований о компенсации морального вреда оставляют без изменений – 1000000 рублей. В судебном заседании 16 марта 2021 года истец отказался от исковых требований к ФИО3 по тем же основаниям. Пояснил, что смертью единственного сына ему причинен моральный вред, компенсацию которого он оценивает в 1000000 рублей. Он тяжело переносит утрату самого близкого человека. Считает, что ФИО6 виновен в совершенном дорожно-транспортном происшествии, в результате которого погиб его сын.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признала. Возражая против удовлетворения заявленных требований, пояснила, что поскольку вина ее сына ФИО6 в причинении смерти ФИО7 до настоящего времени не установлена, оснований для взыскания с нее компенсации морального вреда не имеется. Вместе с тем, она обратилась к суду с заявлением, в котором указала, что понимает, что в соответствии со ст. 1079 ГК РФ должна компенсировать вред, причиненный источником повышенной опасности. Но категорически не согласна с тем, что истцом заявлена солидарная ответственность. Она готова заключить мировое соглашение с истцом и компенсировать ему половину от заявленной суммы иска – 500000 рублей.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснив, что в совершенном дорожно-транспортном происшествии виновен ФИО6, а потому не имеется оснований для взыскания с нее компенсации морального вреда.

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, указав, что ФИО1 отказался от исковых требований к нему.

Третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явился. Представил в суд заявление, в котором просит рассмотреть дело без своего участия. По вопросу удовлетворения заявленных требования позицию не изложил.

Прокурор Малыгин А.А. в своем заключении пояснил, что исковые требования ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного ему смертью сына в результате ДТП, подлежат удовлетворению, при этом размер компенсации должен соответствовать требованиям разумности и справедливости, и с учетом установленных обстоятельств причинения вреда, характера причиненных нравственных страданий должен быть взыскан в полном размере.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося третьего лица ФИО6

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

По смыслу положений п. 2 ст. 307 ГК РФ обязательства возникают, в том числе, из договоров и других сделок, а также вследствие причинения вреда.

Жизнь и здоровье человека относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах), а право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленного в Конституции Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (ст. 12 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. (п. 1)

Из материалов дела следует и установлено судом, что 27 июня 2015 года в период времени примерно с 00 часов 20 минут по 00 часов 30 минут на участке автомобильной дороги, расположенном в районе <адрес>, произошло столкновение двух автомобилей: принадлежащего ФИО2 автомобиля «MERCEDES-BENZ E 240», регистрационный знак № под управлением ФИО6, и автомобиля ВАЗ-2112», регистрационный знак №, принадлежащего ФИО3, под управлением водителя ФИО5, в результате чего транспортные средства получили технические повреждения, а один из пассажиров автомобиля «ВАЗ-2112» и два пешехода, одним из которых был ФИО7, погибли.

В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО7 причинены телесные повреждения, от которых он скончался на месте происшествия через непродолжительный период времени.

Как следует из заключения эксперта (дополнительной (ситуационной) судебно-медицинской экспертизы по материалам дела) № 171/53.15, выполненного БУЗ ВО «Воронежское областное бюро СМЭ» от 21 июня 2018 года при проведении исследования трупа гражданина ФИО7обнаружены следующие телесные повреждения: - кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки головного мозга теменной доли справа;- кровоизлияния в желудочки головного мозга; - перелом основания черепа; - полный разрыв позвоночного столба на уровне между 7 шейным и 1 грудным позвонками; - полный перерыв спинного мозга; - переломы 1-12 ребер справа по передне-подмышечной линии с разрывом пристеночной плевры; - переломы 1-12 ребер справа по задне-подмышечной линии с разрывом пристеночной плевры; - переломы 1-12 ребер справа по около-позвоночной линии с разрывом пристеночной плевры; - перелом правой большеберцовой кости, (на 19 см от подошвенной поверхности правой стопы); - перелом правой малоберцовой кости; - перелом правой локтевой кости; - перелом правой лучевой кости; - три кровоизлияния в мягкие ткани волосистой части головы, одно кровоизлияние в мягкие ткани грудной клетки, одно кровоизлияние в мягкие ткани правой голени, одно кровоизлияние в мягкие ткани правого предплечья; - одна рана в теменной области головы ; - пять ссадин в лобной области головы; - три ссадины в области туловища; - по три ссадины в области верхних и нижних конечностей.

Все повреждения, обнаруженные при судебно-медицинском исследовании трупа прижизненные, что подтверждается наличием кровоизлияний в мягких тканях на их уровне. Характер повреждения оболочек головного мозга, кровоизлияний в желудочки головного мозга, разрывов пристеночной плевры, повреждения спинного мозга, множественных переломов костей скелета, количество излившейся в полости трупа крови позволяет сделать вывод о том, что повреждения причинены незадолго до времени наступления смерти. Сопоставление морфологических особенностей обнаруженных ссадин и кровоподтеков с табличными данными макроскопических изменений повреждений (Письмо Главного судебно-медицинского эксперта Министерства здравоохранения РФ № 101-40 от 25.06.90 г. «Судебно-медицинская диагностика прижизненности и давности механических повреждений»), методом нестрогой аналогии, позволяет считать, что данные повреждения причинены ориентировочно незадолго до времени наступления смерти. При этом, установить последовательность причинения повреждений не представляется возможным из-за отсутствия диагностических критериев.

Все вышеописанные повреждения причинены при действии тупого предмета. Характер, морфологические особенности и локализация выявленных повреждений позволяет считать, что они могли быть причинены в ходе дорожно-транспортного происшествия при столкновении пострадавшего и движущегося транспортного средства, в том числе и по механизму, изложенному в установочной части представленного происшествия. Установленный механизм травматизации предусматривает одновременное травмирование нескольких областей тела потерпевшего. При жизни вышеперечисленные повреждения квалифицировались бы в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью, так как повлекли за собой вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни, а в данном конкретном случае повлекли за собой смерть (п.6.1.3, п.6.1.7, п. 6.1.11; 6.1.10; и п.13 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).

Смерть ФИО7 наступила от множественной травмы головы, груди, позвоночника, верхних и нижних конечностей. Данный вывод основывается на обнаружении при судебно-медицинском исследовании трупа опасных для жизни повреждений в виде кровоизлияний под мягкие мозговые оболочки головного мозга теменной доли справа, кровоизлияний в желудочки головного мозга, перелома основания черепа, полного разрыва позвоночного столба на уровне между 7 шейным и 1 грудным позвонками, полного перерыва спинного мозга, множественных переломов ребер по разным анатомическим линиям, с разрывом пристеночной плевры, перелома правой большеберцовой кости, перелома правой малоберцовой кости, перелома правой локтевой кости, перелома правой лучевой кости, которые в виду своей множественности и выраженности в короткий промежуток времени привели к наступлению смерти.

Выявленные при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО7 телесные повреждения, как правило, в короткий промежуток времени приводят к стойкой утрате сознания и препятствуют совершению активных целенаправленных действий.

При судебно-химическом исследовании крови из трупа ФИО7 обнаружен этиловый спирт в концентрации 0,66%. Данные результаты позволяют считать, что при условии наличия соответствующих клинических проявлений он мог находиться в состоянии алкогольного опьянения во время наступления смерти. Такая концентрация этилового спирта в крови при жизни обычно соответствует легкому опьянению.

Аналогичные выводы изложены в заключении эксперта (экспертиза по материалам дела) № 53.15 «А», выполненного БУЗ ВО «Воронежское областное бюро СМЭ» Бутурлиновского районного отделения о 31 июля 2015 года.

По факту дорожно-транспортного происшествия возбуждено уголовное дело.

Приговором Бутурлиновского районного суда Воронежской области от 21 ноября 2019 года виновными в дорожно-транспортном происшествии по ч. 5 ст. 264 УК РФ, в результате которого погиб ФИО7, признаны оба водителя: ФИО6 и ФИО5.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Воронежского областного суда от 03 февраля 2020 года приговор оставлен без изменения, апелляционные жалобы, апелляционное представление прокурора – без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 17 июня 2020 года приговор Бутурлиновского районного суда Воронежской области от 21 ноября 2019 года и апелляционное постановление судебной коллегии по уголовным делам Воронежского областного суда от 03 февраля 2020 года в отношении ФИО6 и ФИО5 отменены, уголовное дело передано на новое рассмотрение со стадии судебного рассмотрения в Бутурлиновский районный суд в ином составе.

До настоящего времени решение о виновности либо невиновности водителей ФИО6 и ФИО5 судом не принято.

В то же время, суд полагает установленным наличие причинно-следственной связи между смертью ФИО7 и действием источников повышенной опасности – автомобилей под управлением ФИО6 и ФИО5

Как следует из копии свидетельства о смерти III-СИ №, выданном 30 июня 2015 года территориальным отделом ЗАГС Бутурлиновского района управления ЗАГС Воронежской области, ФИО7 умер ДД.ММ.ГГГГ.

Истец ФИО1 доводится отцом ФИО7, что подтверждается копией свидетельства о рождении IV-СИ №, выданном ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС <адрес>.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Пунктом 1 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Как указано ранее, участниками дорожно-транспортного происшествия, в результате которого наступила смерть ФИО7, являлись автомобили «MERCEDES-BENZ Е 240» под управлением ФИО6 и ВАЗ-21120 под управлением ФИО5

Из представленных суду материалов следует, что по состоянию на 27 июня 2015 года собственником автомобиля марки «MERCEDES-BENZ E 240», регистрационный знак №, являлась ФИО2

Согласно копии страхового полиса серии ССС №, договор страхования между СК «Росгосстрах» и ФИО2 заключен на срок с 12 ч. 34 мин. 22 октября 2014 года по 23 ч. 59 мин. 59 сек. 21 октября 2015 года в отношении неограниченного количества лиц, допущенных к управлению транспортным средством.

То есть ФИО2 являлась собственником автомобиля MERCEDES-BENZ E 240», регистрационный знак № а ФИО6 являлся лишь водителем указанного транспортного средства в момент дорожно-транспортного происшествия.

Доводы ответчика ФИО2 о том, что вина ФИО6 в ДТП в настоящее время не установлена, не имеют значения, поскольку смерть близкого родственника истца произошла в результате использования ФИО6 источника повышенной опасности, следовательно, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Поскольку законным владельцем транспортного средства «MERCEDES-BENZ E 240», регистрационный знак №, является ФИО2, гражданско-правовую ответственность в части возмещения морального вреда ФИО1 в связи с причинением смерти его сыну в результате дорожно-транспортного происшествия должна нести она как владелец источника повышенной опасности.

В соответствии с абз. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абз. 2 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Согласно правовой позиции, выраженной в п. 32 того же Постановления, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ предусмотрено, что владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

В соответствии с пунктом 1 ст. 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

В ходе рассмотрения дела по существу ФИО1 заявил об отказе от исковых требований к ФИО5 и ФИО3

В соответствии со ст. 39 ГПК РФ истец вправе отказаться от иска. Суд не принимает отказ истца от иска, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

Согласно частям 3 и 4 статьи 173 ГПК РФ при отказе истца от иска и принятии его судом суд выносит определение, которым одновременно прекращается производство по делу. В случае непринятия судом отказа истца от иска суд выносит об этом определение и продолжает рассмотрение дела по существу.

Поскольку ФИО1 отказался от иска к ФИО3, реализовав тем самым предоставленное ему ст. 323 ГК РФ право, суд прекращает производство в отношении указанного лица.

Дав оценку представленным доказательствам, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу ФИО1, причиненного смертью его сына ФИО7 в результате дорожно-транспортного происшествия.

Определяя размер компенсации причиненного морального вреда, суд исходит из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела, а также из требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть основополагающих принципов, предполагающих баланс интересов сторон.

Учитывая обстоятельства совершения дорожно-транспортного происшествия, характер физических и нравственных страданий истца, вызванных смертью единственного сына, что явилось для него тяжелым потрясением, исходя из того, что жизнь относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, защита которых является приоритетной, суд взыскивает с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

Рассматривая требования истца о компенсации судебных расходов в размере 27000 рублей, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в числе прочих расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ).

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», согласно которому положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Поскольку решение суда состоялось в пользу истца, ему подлежит возмещение с ответчика всех понесенных по делу судебных расходов.

В обоснование заявленных требований ФИО1 представлены квитанции к приходным кассовым ордерам филиала Воронежской областной коллегии адвокатов «АК Бутурлиновского района»:

- № № от 21 апреля 2020 года об оплате за составление искового заявления в размере 7000 рублей,

- № № от 08 февраля 2021 года об оплате за представление интересов в суде в размере 10000 рублей,

- № № от 15 марта 2021 года об оплате за представление интересов в суде в размере 10000 рублей.

Выполнение работы представителем подтверждается ордером № от 08 февраля 2021 года, составленным исковым заявлением, протоколами судебных заседаний.

Приведенными доказательствами подтверждаются расходы ФИО1, связанные с рассмотрением гражданского дела № 2-4/2021, на общую сумму 27000 рублей.

Факт указанной работы представителем истца и ее оплаты в заявленном размере стороной ответчика не оспорен.

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 4 ст. 1 ГПКРФ).

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

То есть, судебные расходы присуждаются судом, если они понесены и фактически подтверждены документально, являлись необходимыми и разумными.

Руководствуясь приведенными требованиями закона, принимая во внимание сложность гражданского дела, активную доказательственную позицию представителя по делу, объем реально оказанной правовой помощи, с учетом постановления совета адвокатской палаты Воронежской области от 12 декабря 2019 года «О минимальных ставках вознаграждения за оказываемую юридическую помощь», а также требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что требования заявителя о возмещении судебных расходов подлежат удовлетворению в полном объеме.

Также с ответчика на основании ст. 103 ГПК РФ и в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой при обращении в суд истец освобожден.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить, взыскав с ФИО2 в его пользу 1000000 (один миллион) рублей в счет компенсации морального вреда.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 27000 (двадцать семь тысяч) рублей в счет компенсации понесенных судебных расходов.

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Воронежского областного суда через Бутурлиновский районный суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий В.И. Панасенко