Апелляционное определение № 22-368/2026 от 25 марта 2026 г.

УИД 39RS0010-01-2025-002096-16

Председательствующий - Гимазитдинова Ю.А. (дело № 1-103/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 22-368/2026
26 марта 2026 года
г. Калининград
Судебная коллегия по уголовным делам Калининградского областного суда

в составе

председательствующего Долгих Т.Н.,

судей Барановой Н.А., Паскановой Е.А.,

при секретарях Зориной Т.В., Алексенко А.А.,

с участием

прокурора отдела прокуратуры Калининградской области Черновой И.В.,

осужденного ФИО3 в режиме видео-конференц-связи,

его защитника - адвоката Абдурахманова С.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО3 - адвоката Абдурахманова С.И. на приговор Гурьевского районного суда Калининградской области от 18 декабря 2025 года, по которому

ФИО3, родившийся <данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения изменена с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. ФИО3 взят под стражу в зале суда. Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок лишения свободы время содержания под стражей с 6 июня 2023 года по 8 июня 2023 года, с 18 декабря 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также время нахождения под домашним арестом с 9 июня 2023 года по 3 мая 2024 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Разрешен гражданский иск, с ФИО3 в пользу федерального бюджета Российской Федерации взыскано 63127839 рублей 55 копеек.

Заслушав доклад судьи Паскановой Е.А., выступление осужденного и его защитника, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора об оставлении приговора без изменения, апелляционной жалобы - без удовлетворения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

По приговору суда ФИО3 признан виновным и осужден за мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Согласно приговору, ФИО3 с 29 декабря 2017 года по 19 декабря 2018 года, осуществляя <данные изъяты>, имея доступ его к расчетным счетам, умышленно, используя свое служебное положение, в составе группы лиц по предварительному сговору с Лицом №1, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, путем обмана сотрудников Министерства промышленности и торговли Российской Федерации, заключавшегося в предоставлении поддельных документов, похитили 63127839 рублей 55 копеек, полученные <данные изъяты> в качестве возмещения понесенных затрат за счет субсидии, причинив федеральному бюджету Российской Федерации ущерб в особо крупном размере.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденный ФИО3 вину не признал.

В апелляционной жалобе с дополнением адвокат Абдурахманов С.И. в интересах осужденного ФИО3 считает приговор суда незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Заявляет о непричастности ФИО3 к преступлению, за которое он осужден. Полагает, что уголовное дело рассмотрено судом с явно обвинительным уклоном, решение суда основано на противоречивых доказательствах. Цитируя фактические обстоятельства, установленные судом в приговоре, отмечает, что в период не позднее 20 ноября 2017 года ФИО3 никакого отношения к руководству <данные изъяты> не имел, указанным обществом руководил генеральный директор ФИО8, являющийся родственником ФИО9 - Лица № 1, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство. Описывая содержание преступного сговора ФИО3 и Лица № 1, распределение между ними ролей, суд конкретизировал лишь действия Лица № 1, а в отношении ФИО3 не указано ни одного конкретного преступного действия. В результате предварительного следствия и в судебном заседании не установлено, похищалась ли электронная подпись ФИО8 Вывод суда о том, что ФИО3 похитил эту подпись, ничем не подтвержден.

Приводя перечень документов, направленных с 20 ноября по 24 ноября 2017 года в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации, указывает на отсутствие их анализа и проверки судом на предмет их создания, подписания, направления, несоответствия действительности их содержания.

Цитируя разъяснения, приведенные в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», положения ст. 73 УПК РФ, заявляет об их игнорировании судом. Указывает на неосведомленность ФИО3 о переговорах Лица № 1 в качестве представителя <данные изъяты> с неустановленными лицами Министерства промышленности и торговли Российской Федерации с целью введения их в заблуждение относительно выполнения обществом научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ в рамках реализации проекта <данные изъяты> и получения денежных средств из федерального бюджета в качестве субсидии.

Считает, что ФИО3, не являвшийся до 1 февраля 2018 года <данные изъяты> не имея никакого отношения к распоряжению денежными средствами, к подписанию юридических документов от имени общества, не мог распорядиться денежными средствами в размере 13127839 рублей 55 копеек, поступившими 29 декабря 2017 года на расчетный счет этого общества в качестве возмещения понесенных затрат за счет субсидии.

Цитируя фактические обстоятельства, установленные судом в приговоре в период с 1 февраля 2018 года по 28 февраля 2018 года, приводя перечень документов, направленных в указанный период <данные изъяты> в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации, полагает не основанным на каких-либо доказательствах вывод суда о том, что все документы были подписаны ФИО3 Ссылается при этом на показания осужденного, согласно которым в период его работы в должности <данные изъяты> ведением бухгалтерского учета занималось <данные изъяты> в лице бухгалтера ФИО19, которая взаимодействовала с ФИО9, занималась бухгалтерской отчетностью, составлением всей документации от имени <данные изъяты> ФИО3 не разбирается в документообороте, не обладал знаниями по ведению какой-либо отчетности, составлению документов. Всю документацию в <данные изъяты> вел ФИО9 Задача ФИО3, как <данные изъяты> общества, состояла в том, чтобы организовать и наладить производство, следить за его работой, приобретать необходимые для этого оборудование и материалы. Всю первичную документацию, в том числе накладные, чеки, приходные ордера, касающиеся деятельности <данные изъяты>, ФИО3 привозил и отдавал ФИО19 В <данные изъяты> имелась флэш-карта с электронной подписью ФИО3, в том числе от системы «клиент-банка», которые он по указанию ФИО9 после его назначения <данные изъяты> передал ФИО19, что позволяло ей от имени ФИО3 подписывать все необходимые документы, что та и делала. В период руководства ФИО3 <данные изъяты> оказание бухгалтерских услуг осуществлялось в рамках заключенного предыдущим генеральным директором ФИО8 договора с <данные изъяты>. Никаких отношений с ФИО19, иными сотрудниками вышеуказанной организации у осужденного не было.

Приводя показания ФИО3 в судебном заседании, указывает на противоречивость и неотносимость изложенных в приговоре доказательств, в том числе документов, направленных в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации от имени <данные изъяты> показаний свидетелей, которые в силу занимаемых ими должностей и выполняемых работ не могли знать о проведении или непроведении в обществе научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Заявляет о необоснованном отклонении судом ходатайств стороны защиты, в том числе о назначении почерковедческой судебной экспертизы на предмет того, кем выполнены подписи в документах от имени ФИО8 Указывает на необоснованность взыскания с ФИО3 63127839 рублей 55 копеек, поскольку он не является надлежащим ответчиком по гражданскому иску ввиду его непричастности к совершению преступления, за которое он осужден.

Просит приговор суда отменить, вынести в отношении ФИО3 оправдательный приговор, прекратить в отношении него уголовное преследование в связи с непричастностью к совершению преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в удовлетворении иска и.о. прокурора Калининградской области к ФИО3 отказать, снять арест, наложенный на имущество осужденного.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Абдурахманова С.И. государственный обвинитель Берездовец М.С. полагает приговор в отношении ФИО1 законным и обоснованным. Считает, что назначенное осужденному наказание соразмерно содеянному, является справедливым. Просит апелляционную жалобу адвоката Абдурахманова С.И. оставить без удовлетворения, приговор суда - без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО3 в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств.

Так представитель потерпевшего - Министерства промышленности и торговли Российской Федерации ФИО58 в судебном заседании показал, что между указанным Министерством и <данные изъяты> 22 декабря 2017 года было заключено соглашение о предоставлении субсидии из федерального бюджета на цели реализации проекта по освоению технологии производства. Поскольку объем реализации проекта достигнут не был, отчетные материалы в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации не представлены, была инициирована камеральная проверка, по результатам которой <данные изъяты> выставлено требование о возврате субсидии, которое указанное общество не исполнило, в результате чего Министерству промышленности и торговли Российской Федерации причинен ущерб в размере 63127839 рублей 55 копеек.

Из оглашенных показаний свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, ранее работавших в Департаменте развития промышленности социально значимых товаров Министерства промышленности и торговли Российской Федерации, свидетеля ФИО14 - заместителя директора вышеуказанного Департамента, каждого в отдельности, следует, что <данные изъяты>, предоставив пакет документов, перечень которых приведен в Постановлении Правительства РФ от 4 ноября 2014 года № 1162 «Об утверждении Правил предоставления субсидий из федерального бюджета российским организациям на компенсацию части затрат на проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ в рамках реализации комплексных инвестиционных проектов индустрии детских товаров», прошло конкурсный отбор на право получения субсидии, по результатам которого между Министерством промышленности и торговли Российской Федерации и <данные изъяты> 22 декабря 2017 года заключено соглашение № 020-11-856 о предоставлении субсидии из федерального бюджета в размере 63127839 рублей 55 копеек в целях возмещения фактически осуществленных в период с 1 января 2017 года по 2019 год и документально подтвержденных <данные изъяты> затрат в соответствии с планом-графиком реализации проекта, связанных с проведением научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по проекту <данные изъяты>. При этом <данные изъяты> должно было предоставлять в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации документы, подтверждающие факт осуществленных с 1 января 2017 года по 2019 год затрат, на возмещение которых предоставляется субсидия, а также обеспечивать достижение показателей результативности проекта, предоставляя об этом соответствующие отчеты. В связи с непредоставлением в указанное Министерство необходимых документов, предусмотренных заключенным соглашением, в целях проверки расходования денежных средств в отношении <данные изъяты> была проведена внеплановая камеральная проверка с уведомлением общества письмом от 9 марта 2023 года. По итогам проверки установлено, что <данные изъяты> обязательства по соглашению № 020-11-856 от 22 декабря 2017 года не исполнило, в связи с чем было принято решение о его расторжении и необходимости возвращения в федеральный бюджет РФ предоставленной субсидии и штрафных санкций.

Согласно оглашенным показаниям свидетеля ФИО15, ранее работавшей в Департаменте развития промышленности социально значимых товаров Министерства промышленности и торговли Российской Федерации, по результатам конкурса на право получения субсидии в соответствии с поступившими от <данные изъяты> заявкой и необходимыми документами между указанным обществом и Министерством промышленности и торговли Российской Федерации 22 декабря 2017 года заключено соглашение № 020-11-856 о предоставлении субсидии из федерального бюджета, которое подписано электронной подписью генерального директора ФИО8 Ее взаимодействие с <данные изъяты> осуществлялось путем переписки и телефонных звонков. В дальнейшем в связи с непредоставлением <данные изъяты> отчетных документов в отношении этого общества была проведена внеплановая камеральная проверка. По результатам проверки установлено, что <данные изъяты> обязательства, предусмотренные вышеуказанным соглашением, не исполнило, в связи с чем было принято решение о его расторжении и необходимости возвращения в федеральный бюджет РФ денежных средств в размере предоставленной субсидии 63127839 рублей 55 копеек и штрафных санкций.

Свидетель ФИО8 в судебном заседании показал, что в 2015-2016 годах он познакомился с ФИО3, который занимался <данные изъяты>, и предложил тому увеличить объем производства. Впоследствии было создано <данные изъяты> которого он являлся, а ФИО3 был назначен <данные изъяты>. Указанное общество занималось производством игрушек из металлов. В октябре-ноябре 2017 года у него с ФИО3 возникли разногласия, и он вышел из общества, сообщив ФИО3 о том, что все документы находятся в бухгалтерии. С этого времени он не касался данной организации. В период его работы генеральным директором <данные изъяты> о какой-либо субсидии он не слышал, никакие документы в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации, связанные с субсидией, он не подписывал и не направлял. Отметил, что его электронная подпись находилась в бухгалтерии, на период с октября 2017 года до февраля 2018 года он своего согласия на подписание его электронной подписью документов, поданных в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации, не давал.

Из оглашенных показаний свидетелей ФИО16, ФИО17, ФИО18 - работников <данные изъяты> каждого в отдельности, следует, что указанное общество оказывало услуги <данные изъяты> по договору аутсорсинга. <данные изъяты> являлся ФИО3, который приходил к ним в офис и приносил бухгалтерские документы. Также к директору ФИО19 от <данные изъяты> приходили братья ФИО59, с последним ФИО19 часто обсуждала вопросы о распределении денежных средств. Отметили об оказании <данные изъяты> бухгалтерских услуг также <данные изъяты>, штатная численность каждой из организаций состояла из директора и одного работника. Указали, что подготовкой документов, необходимых для предоставления <данные изъяты> субсидии, они не занимались.

Согласно оглашенным показаниям свидетелей ФИО20, ФИО21, каждого в отдельности, следует, что летом 2018 года по просьбе знакомой им семьи ФИО60 они проинвестировали путем займа в размере около 12000000 рублей деятельность <данные изъяты>, <данные изъяты> которого являлся ФИО3 Впоследствии заемные денежные средства были им возвращены. Указанное общество занималось производством детских игрушек из металла. От ФИО61 им было известно, что <данные изъяты> планировало направлять в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации документы для получения субсидии, которая в последующем была получена. Отметили, что изначально ФИО62 <данные изъяты> был ФИО8, а в дальнейшем им стал ФИО3, который занимался организацией работы в г. Калининграде, а ФИО9 занимался организационными вопросами в г. Москве, в том числе организовывал участие указанного общества на выставках.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО22 - тещи ФИО3 следует, что в 2018 году последний оформил ее руководителем <данные изъяты>». Ей известно, что <данные изъяты> которого являлся ФИО3, производило изделия, а она упаковывала их, действуя от имени <данные изъяты>. Помимо нее упаковкой изделий занимались другие люди на дому. Указала на открытие расчетных счетов и получение электронных подписей в банках, куда она ездила с ФИО3, который осуществлял руководство <данные изъяты> и у которого фактически находились все электронные подписи и документы этого общества. За ее услуги ФИО3 рассчитывался с ней наличными денежными средствами. Впоследствии она перестала работать на <данные изъяты> осталось зарегистрированным на нее до закрытия указанного общества ФИО3 в апреле 2022 года. Указала, что обстоятельства оформления ее ФИО3 руководителем <данные изъяты> аналогичны обстоятельствам оформления ее директором <данные изъяты> Сообщила, что договор на оказание инжинириговых услуг от 15 февраля 2018 года между <данные изъяты> она не заключала и не исполняла. От дочери ей известно, что ФИО3 выделили субсидию для развития бизнеса, в связи с чем он закупал литейные станки, которые привозил в г. Гурьевск.

Согласно заключению эксперта № 568 от 11 мая 2025 года, подпись от имени ФИО22 в строке «Учредитель <данные изъяты> решения учредителя <данные изъяты> от 10 января 2018 года, выполнена ФИО22 Подписи от имени ФИО22: в левых нижних углах листов 1-9 и в строке «ФИО22» раздела «Исполнитель» листа 10 договора №01П18-1030 на оказание инжиниринговых услуг от 15 февраля 2018 года, а также в левых нижних углах листов 1-2 и строке «ФИО22» раздела «Исполнитель» листа 2 технического задания к данному договору (приложение №1); в строках «личная подпись» разделов «Руководитель организации» и «С приказом (распоряжением) работник ознакомлен» приказа (распоряжения) о предоставлении отпуска работнику от 31 июля 2018 года; в строке «(Подпись, Печать)» в нижней левой части листа, под основным текстом заявления от <данные изъяты> о присоединении к электронному документообороту, и в строке «ФИО22» в нижней правой части листа 4 соглашения об обмене электронными документами в системе электронного документооборота ПФР по телекоммуникационным каналам связи № 595с-1 от 13 марта 2018 года; в строках «ФИО22» разделов «Заказчик» в левом нижнем углу листа 4 договора на опытно-конструкторские работы № 172КР02-18 от 15 февраля 2018 года, заключенного между <данные изъяты>, и под основным текстом слева листа 2 технического задания на конструкторские работы и монтаж комплекса по очистке воды замкнутого цикла для ювелирного производства (приложение №1 к данному договору); под основным текстом справа акта №22 от 26 марта 2018 года на оказание услуг от <данные изъяты> на сумму 12150000 рублей; в строке «ФИО22» доверенности № 2018-02/ПА на имя ФИО2 от 20 июня 2018 года выполнены не ФИО22

Свидетель ФИО23 - сестра ФИО1 в судебном заседании показала, что с 2016 года она являлась <данные изъяты>, занимавшегося установкой, сервисным обслуживанием, продажей электродвигателей, иной связанной с этим деятельностью. Фактическое руководство обществом осуществлял ее отец ФИО24 В 2017 году в ООО «Ремпромстатор» обратился представитель <данные изъяты> с целью приобретения электронного оборудования, между ними был заключен договор, по которому отдельно приглашенные рабочие, в том числе ее супруг ФИО25, установили это оборудование. В предъявленных ей следователем договоре поставки комплектующих № 1005 от 5 февраля 2018 года, заключенном между <данные изъяты>, товарной накладной № 5 от 2 марта 2018 года, счете-фактуре № 5 от 2 марта 2018 года ее подписи отсутствуют.

Свидетель ФИО25 в судебном заседании показал, что с 2010 года он являлся номинальным <данные изъяты> которое занималось установкой, сервисным обслуживанием, продажей электродвигателей и иной, связанной с этим деятельностью. Фактически в данной организации он выполнял функции рабочего. Отметил, что в течение полугода он был устроен ответственным за электрохозяйство на период ремонта электрооборудования в <данные изъяты> которого был родной брат его жены ФИО3, который давал ему указания о том, что конкретно необходимо ремонтировать. Указал о доставлении им электродвигателя по адресу: <адрес> рамках договора поставки № 00016 от 15 февраля 2018 года, заключенного между <данные изъяты> в лице <данные изъяты> ФИО22 - тещи ФИО3 и <данные изъяты> в его лице. В предъявленном ему следователем договоре поставки оборудования № 00016 от 15 февраля 2018 года его подписи отсутствуют.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО26 следует, что с 2014 года она работает в должности бухгалтера в <данные изъяты>, <данные изъяты> которого является ФИО24 С апреля по декабрь 2018 года по просьбе сына ФИО24 - ФИО1 она была номинально трудоустроена переводчиком в <данные изъяты>, где последний передавал ей заработную плату наличными денежными средствами, о чем она расписывалась в ведомостях.

Свидетель ФИО27 в судебном заседании показал, что с 2018 года по 2021 год он работал <данные изъяты>, где занимался изготовлением резиновых пресс-форм для литья. Экспериментально-опытным путем под руководством ФИО3 подбирались сплавы для литья. Указал на отсутствие лаборатории в данной организации, закупку в 2018 году нового оборудования. Отметил, что научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы в <данные изъяты> не проводились, осуществлялись только опытные работы.

Свидетель ФИО28 в судебном заседании показал, что с 2018 года по 2020 год он работал литейщиком в <данные изъяты>. О проведении в <данные изъяты> научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ ему ничего неизвестно.

Свидетель ФИО29 в судебном заседании показала, что летом 2017 года она трудоустроилась упаковщицей в <данные изъяты>. В должности монтировщика по латуни она никогда не работала. Указала о том, что научно-исследовательские, опытно-конструкторские работы, в том числе связанные с разработкой новых сплавов металлов или новых форм игрушек, в <данные изъяты> не проводились. В предъявленной ей следователем ведомости о получении заработной платы за июнь 2017 года ее подпись отсутствует.

Свидетель ФИО30 в судебном заседании показала об обстоятельствах работы в 2018-2019 году в <данные изъяты>. При приеме на работу по телефону она общалась с ФИО9, а в офисе общества непосредственно с ФИО3 В ходе ее работы указанное общество выиграло грант, в связи с чем были улучшены условия работы, и общество переехало в другое место. Отметила, что научно-исследовательские, опытно-конструкторские работы, в том числе связанные с разработкой новых сплавов металлов или новых форм игрушек, в обществе не проводились.

Свидетель ФИО31 в судебном заседании показала, что с 2017 года по 2019 год она работала в <данные изъяты>, где занималась воскованием игрушек. В ее трудовой книжке имеется запись о работе в указанной организации в должности, отличной от той, которую она фактически занимала. Во время ее работы в <данные изъяты> научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы не проводились.

Согласно оглашенным показаниям свидетеля ФИО32, в конце января 2017 года он трудоустроился в <данные изъяты>, где от ФИО3 ему стало известно, что он будет работать на полставки торговым представителем, заниматься реализацией продукции. Поскольку игрушки никто не покупал ввиду высокой стоимости, в мае 2017 года он уволился. В его трудовой книжке в записи о работе в <данные изъяты> должность не указана. В предъявленной ему следователем ведомости за июнь 2017 года имеется не его подпись.

Из показаний свидетеля ФИО33 следует, что с апреля по май 2017 года она работала восковщицей в <данные изъяты>, однако в трудовой книжке у нее сделана запись о работе в должности упаковщицы. В предъявленных ей следователем платежных ведомостях о получении заработной платы за апрель, май 2017 года ее подписи отсутствуют.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО49 следует, что в 2018 году он обратился к знакомому ФИО34 с просьбой фиктивного трудоустройства. Тот согласился помочь и попросил предоставить ему документы, необходимые для трудоустройства, что он и сделал. В дальнейшем он узнал, что ФИО34 его никуда не трудоустроил. Ознакомившись с предъявленным ему следователем договором на проектирование и монтаж полипропиленовых ванн для гальванопластики № ОКР-18-02-01 от 1 февраля 2018 года, заключенным между ним, как <данные изъяты>, и <данные изъяты> ФИО35, пояснил, что в должности главного инженера в <данные изъяты> он никогда не работал, договоры от имени этого общества не заключал и не подписывал. В договоре, а также техническом задании к этому договору его подписи отсутствуют. Ознакомившись с предъявленным ему актом № 1 от 28 февраля 2018 года, согласно которому <данные изъяты> выполнило для <данные изъяты> опытно-конструкторские работы по производству полипропиленовых ванн для гальванопластики по договору № ОКР-18-02-01 от 1 февраля 2018 года, за что получило оплату в размере 2500000 рублей, пояснил, что данный акт подписан кем-то от его имени. В предъявленном ему следователем договоре на проектирование и монтаж систем жизнеобеспечения № ОКР-25-02-18 от 25 февраля 2018 года, техническом задании к этому договору, сроках выполнения работ, протоколе согласования стоимости работ, акте № 2 от 18 мая 2018 года, акте № 2702 от 27 февраля 2018 года его подписи отсутствуют. Деньги от <данные изъяты> он не получал.

Из оглашенных показаний свидетелей ФИО36, ФИО37, каждого в отдельности, следует, что ранее они работали <данные изъяты>, где заработную плату получали наличными деньгами, расписываясь об этом в ведомостях. В должностях метролога, лаборанта, монтировщика по легкосплавам в данной организации они никогда не работали.

Свидетель ФИО38 в судебном заседании показал, что он работал монтировщиком в <данные изъяты>, <данные изъяты> которого был ФИО3, откуда уволился 28 апреля 2017 года. В <данные изъяты> он не работал, в платежных ведомостях за февраль-октябрь 2017 года о получении заработной платы не расписывался.

Свидетель ФИО39 в судебном заседании показала, что работала на полставки в <данные изъяты> руководителем отдела перспективных разработок, при этом в ее обязанности входил поиск покупателей производимых указанной организацией товаров. Также она была трудоустроена в <данные изъяты> на должность начальника производства. При предъявлении следователем ведомостей о получении заработной платы указала на отсутствие в них своих подписей. О проведении в <данные изъяты> научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ ей ничего неизвестно.

Свидетель ФИО34 в судебном заседании показал, что в 2018 году он работал главным инженером в <данные изъяты> которое занималось производством сувенирных игрушек из сплавов металлов. В предъявленных ему следователем ведомостях за 2017 год отсутствуют его подписи.

Свидетель ФИО40 в судебном заседании показала, что в 2017-2018 годах ее супруг ФИО9 работал в <данные изъяты>. Она помогала ему с мелиорацией, числившись в этой организации, но не получая заработную плату. В предъявленных ей следователем ведомостях ее подпись отсутствовала.

Свидетель ФИО41 в судебном заседании показала, что она работала специалистом по кадровому делопроизводству в <данные изъяты> где имели место случаи, когда работники, занимая одни должности, по факту работали на других должностях.

В ходе выемки в Министерстве промышленности и торговли Российской Федерации были изъяты документы, послужившие основанием для заключения между <данные изъяты> и Министерством промышленности и торговли Российской Федерации соглашения о предоставлении субсидии из федерального бюджета от 22 декабря 2017 года, а также подтверждающие возмещение <данные изъяты> затрат за счет субсидии из федерального бюджета в период с 29 декабря 2017 года по 19 декабря 2018 года в размере 63127839 рублей 55 копеек.

При осмотре диска с выпиской по счету <данные изъяты>, установлено, что Министерство промышленности и торговли Российской Федерации в соответствии с платежными поручениями № 681299 от 29 декабря 2017 года, № 871320 от 4 апреля 2018 года, № 615151 от 31 октября 2018 года, № 767414 от 19 декабря 2018 года осуществило перечисление денежных средств за счет субсидии на общую сумму 63127839 рублей 55 копеек на расчетный счет <данные изъяты>

В ходе обыска в жилище ФИО3 были обнаружены и изъяты мобильные телефоны «iPhone», «iPhone13 Pro Plus», «Redmi», документы о ведении финансово-хозяйственной деятельности, кадровые документы <данные изъяты> документы, связанные с получением этим обществом субсидии из федерального бюджета на компенсацию части затрат на проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ в рамках реализации комплексного инвестиционного проекта индустрии детских товаров, печати <данные изъяты> папки с документами в отношении <данные изъяты>

При производстве компьютерной судебной экспертизы № 1284 от 24 апреля 2024 года в мобильном телефоне «iPhone», изъятом в ходе обыска в жилище ФИО3, были обнаружены, в том числе смс-сообщения, контакты, графические файлы, сведения о которых записаны на оптические диски. В ходе их осмотра установлено, что в памяти мобильного телефона ФИО3 имеется список контактов, в том числе ФИО63. В папке «Почта mail» обнаружена переписка с ФИО64, в которой последний, помимо прочего, 11 октября 2018 года сообщил ФИО3 о деталях его посещения Министерства промышленности и торговли Российской Федерации. Также на диске имеются скриншоты мобильного телефона с контактами в «Телеграме», установлено наличие контакта ФИО65, с которым ФИО3 часто созванивался.

При просмотре скриншотов переписки в мессенджере «Телеграм» между ФИО3 и ФИО9 за февраль 2018 года, установлено, что они обсуждали, в том числе детали получения <данные изъяты> субсидии из федерального бюджета, пересылали друг другу сообщения о зачислении субсидии на расчетный счет указанного общества, после получения денежных средств обсуждали их перераспределение, обсуждали взаимоотношения с Министерством промышленности и торговли Российской Федерации, дела с которым, исходя из переписки, вел ФИО9, в дальнейшем обсуждали перечень документов, необходимых для подтверждения расходования полученной субсидии, детали проводимых в отношении <данные изъяты> процессуальных проверок.

В ходе осмотра изъятых в УФНС России по Калининградской области регистрационных дел <данные изъяты> установлено, что 15 декабря 2016 года в ЕГРЮЛ внесена запись о создании юридического лица <данные изъяты> которого являлся ФИО8 С 1 февраля 2018 года на должность <данные изъяты> на основании протокола внеочередного общего собрания участников <данные изъяты> от 31 января 2018 года назначен ФИО3 Согласно уставу вышеуказанного общества, утвержденному решением единственного участника от 9 марта 2017 года, единоличным исполнительным органом Общества являлся генеральный директор, который без доверенности действовал от имени Общества, представлял его интересы, совершал сделки, выдавал доверенности, издавал приказы о назначении на должности работников Общества, об их переводе и увольнении, рассматривал текущие и перспективные планы работ, обеспечивал выполнение планов деятельности Общества. 2 февраля 2018 года в ЕГРЮЛ внесены записи о создании <данные изъяты>, генеральным директором которых являлась ФИО22 17 января 2018 года в ЕГРЮЛ внесена запись о создании <данные изъяты>, генеральным директором которого являлся ФИО42 Решением учредителя от 25 февраля 2015 года генеральным директором <данные изъяты> назначен ФИО1 14 сентября 2010 года ФИО43 учреждено <данные изъяты>», 3 ноября 2015 года генеральным директором вышеуказанного общества назначена ФИО23 14 сентября 2010 года учреждено <данные изъяты>, генеральным директором которого являлся ФИО25

Выводы суда о виновности ФИО3 в совершении преступления, за которое он осужден, подтверждаются и иными, приведенными в приговоре доказательствами.

Эти доказательства полно и объективно исследованы в судебном заседании, их анализ, оценка, подробно приведены в приговоре. Все изложенные в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Совокупность доказательств правильно признана судом достаточной для установления виновности осужденного ФИО3 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда, и которым суд не дал бы оценки, в деле не имеется. Выводы суда по оценке доказательств являются верными.

Данных о заинтересованности допрошенных по уголовному делу представителя потерпевшего, свидетелей при даче показаний в отношении осужденного, и оснований для его оговора, судебной коллегией не установлено, и из материалов уголовного дела не усматривается.

При этом показания свидетелей защиты ФИО44 и ФИО45, согласно которым ФИО3 занимался разработкой игрушек, имея собственное производство, не опровергают выводы суда о виновности ФИО3 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято, с обвинительным уклоном, с нарушением права осужденного ФИО3 на справедливый и беспристрастный суд, с ущемлением его процессуальных прав, и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, вопреки доводам апелляционной жалобы, не установлено.

Постановленный судом приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе место, время, способ совершения преступления, виновность ФИО3, а также размер причиненного преступлением ущерба, проанализированы подтверждающие его доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу.

Все заявленные ходатайства, в том числе ходатайство стороны защиты о назначении почерковедческой судебной экспертизы, судом были разрешены правильно, в соответствии с требованиями закона, с приведением соответствующих мотивов, необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств участников процесса не установлено. Учитывая, что ФИО3 совместно и согласованно с Лицом № 1, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, организовали изготовление поддельных документов, которые направили в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации, при этом ФИО3 непосредственное изготовление этих документов, а также хищение электронной подписи ФИО8 не инкриминировалось, оснований для назначения почерковедческой судебной экспертизы у суда не имелось.

Вопреки доводам стороны защиты факт руководства не позднее 20 ноября 2017 года ФИО3 и Лицом №1, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, <данные изъяты> которого ФИО3 был назначен 1 февраля 2018 года, подтверждается приведенными выше показаниями свидетелей ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО20, ФИО21, а также показаниями свидетеля ФИО8 о том, что с октября 2017 года он фактически не являлся <данные изъяты>, документы в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации на получение субсидии из федерального бюджета на компенсацию части затрат на проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ не подписывал, не направлял, согласие на их подписание от своего лица не давал, о получении <данные изъяты> субсидии узнал лишь в ходе предварительного следствия по уголовном делу.

Способ совершения преступления - обман сотрудников Министерства промышленности и торговли Российской Федерации подтвержден материалами уголовного дела.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 и Лицо № 1, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, организовали изготовление поддельных документов, содержащих ложные сведения о проведении <данные изъяты> научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ в рамках реализации комплексного инвестиционного проекта <данные изъяты>, которые предоставили в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации, что послужило основанием для заключения между эти Министерством и <данные изъяты> соглашения о предоставлении субсидии из федерального бюджета на компенсацию части затрат на проведение указанных выше работ в рамках реализации данного проекта. При этом <данные изъяты> не намеревалось осуществлять научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы в рамках реализации вышеуказанного проекта, о чем свидетельствует дальнейшие организация изготовления и представление ФИО3 и Лицом № 1, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации документов, содержащих ложные сведения о проведении в <данные изъяты> вышеуказанных работ и якобы понесенных затратах с указанием сумм, включающих возмещение затрат за счет субсидии, на основании которых <данные изъяты> была перечислена субсидия в общей сумме 63127839 рублей 55 копеек.

Кроме того, как следует из показаний сотрудников <данные изъяты> - свидетелей ФИО29, ФИО31, ФИО33, ФИО46 фактически они были трудоустроены не на те должности, сведения о которых предоставлялись <данные изъяты> в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации для получения субсидии, в ведомостях о получении заработной платы в <данные изъяты> отсутствовали их подписи.

Доводы стороны защиты о том, что в <данные изъяты> осуществлялись научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, опровергаются показаниями свидетеля ФИО47, работавшего с 2018 года по 2021 год конструктором в <данные изъяты>, о том, что лаборатория в организации отсутствовала, научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы не проводились, опытным путем изготавливались резиновые пресс-формы для литья, показаниями свидетелей ФИО48, ФИО31 о том, что научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы в <данные изъяты> не проводились. Указание осужденного о регистрации двух патентов на изобретения в области гальванического производства не влияют на выводы суда о его виновности.

О подложности представленных <данные изъяты> в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации документов для участия в конкурсе на получение субсидии, а также подтверждающих факт ее целевого расходования на нужды заявленного проекта, свидетельствует также то, что ФИО3, будучи <данные изъяты> не направил в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации необходимые отчеты о выполнении показателей результативности проекта и целевого расходования выделенных денежных средств. По результатам проведенной 4 апреля 2023 года внеплановой камеральной проверки соблюдения <данные изъяты> условий, целей и порядка предоставления субсидии из федерального бюджета факт достижения <данные изъяты> показателей результативности заявленного им проекта, а также итоги реализации проекта не были установлены.

Доводы стороны защиты о непричастности ФИО3 к совершению преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, о его неосведомленности о переговорах ФИО66 в качестве представителя <данные изъяты> с неустановленными лицами Министерства промышленности и торговли Российской Федерации с целью введения тех в заблуждение относительно выполнения обществом научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ в рамках реализации проекта <данные изъяты> и получения денежных средств в качестве субсидии, о том, что ФИО3 не имел никакого отношения к документообороту <данные изъяты> поскольку его электронная подпись находилась у сотрудников <данные изъяты>, с которой <данные изъяты> был заключен договор аутсорсинга, опровергаются обнаруженной в мобильном телефоне ФИО3 перепиской последнего с ФИО67, а также показаниями осужденного в судебном заседании о том, что от ФИО68 ему было известно, что тот вкладывал свои денежные средства в <данные изъяты>, а также помогал Минпромторг. Кроме того, согласно обнаруженной переписке между ФИО3 и ФИО69 от 5 сентября 2018 года, на предложение последнего забрать ключ у бухгалтеров, опасаясь, что те перекинут все деньги себе, ФИО3 отвечает, что без его ведома никто ничего не платит.

Согласно переписке между ФИО3 и ФИО70, в том числе в феврале 2018 года ФИО71 предъявляет претензии ФИО3 относительно кодов ОКВЭД - научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, отмечая, что <данные изъяты> должно заниматься проектированием и поставкой промышленного оборудования, <данные изъяты> - деятельностью в области архитектуры, IT, проектированием промышленного оборудования, сообщает о необходимости добавить коды, на что ФИО3 отвечает, что на прошлой неделе отругал юриста, обещает все добавить. ФИО9 сообщает, что на <данные изъяты> «12 лямов полетело». Также ФИО9 просит ФИО1 отсканировать ему договоры по базе, сообщает данные ФИО49, просит смотреть почту, подписывать за обе стороны, сообщает, что необходимы также счет-фактура на аванс от <данные изъяты>, а в дальнейшем предъявляет претензии по поводу того, что договор на <данные изъяты> пришел без приложения 2, при этом слева и справа имеются одинаковые подписи, договор с <данные изъяты> не пришел, нет авансовых счетов-фактур от этих организаций, указывает, что в авансовом счете-фактуре от <данные изъяты> также должен быть указан ФИО49, просит переподписать («Пусть кто угодно за ФИО72 и ФИО73 подпишется»), на что ФИО3 отвечает, что в бухгалтерии сейчас делают счета-фактуры.

Вывод суда о том, что преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 159 УК РФ, совершено ФИО1 совместно в составе группы лиц по предварительному сговору с Лицом №, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, соответствует исследованным судом доказательствам и положениям ч. 2 ст. 35 УК РФ, и является правильным.

О согласованности действий и распределении ролей между ФИО3 и Лицом № 1, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, при совершении преступления свидетельствует исследованная судом переписка, обнаруженная в мобильном телефоне ФИО3 между ним и Лицом № 1, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, согласно которой они, в том числе обсуждали обстоятельства получения субсидии из федерального бюджета на компенсацию части затрат, варианты ее распределения на нужды, не связанные с реализацией целей проекта, на который она была выделена, необходимость представления в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации конкретных документов для подтверждения затрат, варианты расходования поступивших в качестве субсидии денежных средств.

Поскольку в период с 20 ноября 2017 года по 1 февраля 2018 года ФИО3 совместно с Лицом № 1, уголовное дело, в отношении которого выделено в отдельное производство, осуществляли фактическое руководство <данные изъяты>, а с 1 февраля 2018 года ФИО3 являлся <данные изъяты> указанного общества, в соответствии с Уставом осуществлял руководство его деятельностью, был вправе без доверенности действовать от имени общества, суд пришел к обоснованному выводу о совершении осужденным преступления с использованием своего служебного положения.

Доводы стороны защиты об отсутствии подписи ФИО3 в представленных в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации документах не опровергают выводы суда о виновности осужденного, поскольку ФИО3 совместно и согласованно с Лицом № 1, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, организовали изготовление поддельных документов, содержащих ложные сведения о проведении <данные изъяты> научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ в рамках реализации комплексного инвестиционного проекта индустрии детских товаров, перечень которых приведен приговоре, направив их в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации, по результатам представления которых получили субсидию в общей сумме 63127839 рублей 55 копеек, которыми впоследствии распорядились по своему усмотрению, не достигнув необходимых показателей результативности проекта.

Вопреки доводам стороны защиты за хищение электронной подписи ФИО8 ФИО3 не осуждался.

Размер причиненного ущерба в результате совершения преступления судом установлен правильно, подтверждается исследованными судом доказательствами, в соответствии с примечанием 4 к ст. 158 УК РФ является особо крупным.

Каких-либо препятствий для рассмотрения дела судом, предусмотренных ст. 237 УПК РФ оснований для возвращения уголовного дела прокурору суд первой инстанции не нашел, не усматривает их и суд апелляционной инстанции. Обвинительное заключение по уголовному делу составлено в строгом соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ.

По своей сути изложенные в апелляционной жалобе с дополнением доводы адвоката сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом первой инстанции, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда.

Выводы суда являются мотивированными, как в части доказанности вины осужденного ФИО3, так и в части квалификации его действий по ч. 4 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с использованием своего служебного положения, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм уголовного и уголовно-процессуального законов.

Оснований для иной квалификации действий осужденного или для его оправдания судебная коллегия не находит.

В соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ при назначении наказания ФИО3 суд учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности осужденного, наличие смягчающих наказание обстоятельств, которыми признал совершение им преступления впервые, <данные изъяты>, а также влияние наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

Выводы суда о назначении ФИО3 наказания, связанного с реальным лишением свободы, а также о неназначении дополнительных наказаний, предусмотренных санкцией ч. 4 ст. 159 УК РФ, в приговоре мотивированы и являются правильными.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением осужденного во время или после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и свидетельствующих о наличии оснований для назначения ФИО3 наказания с применением ст. 64 УК РФ, а также оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ, с учетом фактических обстоятельств преступления, характера и степени его общественной опасности, судом первой инстанции обоснованно не установлено. Не усматривает таковых и судебная коллегия.

Назначенное ФИО3 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, отвечает целям наказания, указанным в ст. 43 УК РФ, оснований для его смягчения не имеется.

Вид исправительного учреждения - исправительная колония общего режима осужденному назначен правильно, в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вопросы о мере пресечения, исчислении срока и зачете наказания, вещественных доказательствах судом разрешены верно.

Заявленный и.о. прокурора Калининградской области гражданский иск в интересах Министерства промышленности и торговли Российской Федерации к осужденному ФИО3 о возмещении имущественного ущерба, причиненного преступлением, рассмотрен в соответствии с положениями ст. 1064 ГК РФ.

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 23 октября 2023 года, согласно которому Министерству промышленности и торговли Российской Федерации отказано в удовлетворении иска к <данные изъяты> о взыскании субсидии, предоставленной по соглашению № 020-11-856 от 22 декабря 2017 года, в размере 63127839 рублей 55 копеек, штрафа в размере 13528885 рублей 21 копейки, также не влечет оправдание ФИО3 по настоящему уголовному делу.

Указанные в решении Арбитражного суда г. Москвы, оставленного без изменения вышестоящими судебными инстанциями, мотивы отказа в удовлетворении заявленного Министерством промышленности и торговли Российской Федерации иска к <данные изъяты> неподтверждение представленными истцом в материалы дела документами факта недобросовестности в действиях ответчика, нерасторжение соглашения № 020-11-856 от 22 декабря 2017 года, освоение всех средств не ставят под сомнение выводы суда о совершении ФИО3 преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, что подтверждено совокупностью исследованных доказательств, подробно изложенных в приговоре.

Арест на имущество ФИО3, соразмерное удовлетворенным исковым требованиям, сохранен для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, что согласуется с разъяснениями, приведенными в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу».

Каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении прав осужденного ФИО3 на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и справедливого приговора, в материалах дела не содержится.

Предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ оснований для отмены или изменения приговора суда в отношении ФИО3 не установлено.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Гурьевского районного суда Калининградской области от 18 декабря 2025 года в отношении ФИО3 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Абдурахманова С.И. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копий вступившего в законную силу приговора и апелляционного определения.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Т.Н. Долгих

Судьи Н.А. Баранова

Е.А. Пасканова