Апелляционное определение № 33-1791/2026 от 11 марта 2026 г.

дело № 33-1791/2026

№2-291/2025

УИД: 66RS0010-01-2024-005916-87

Мотивированное
апелляционное определение составлено 12.03.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 25.02.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Кучеровой Р.В., судей Орловой Е.Г., Филатьевой Т.А., при ведении протокола помощником судьи Гореловой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным,

по апелляционной жалобе истца на решение Тагилстроевского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 20.10.2025.

Заслушав доклад судьи Филатьевой Т.А., объяснения представителя истца ФИО3, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ФИО4, возражавшей против доводов жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании завещания от <дата> недействительным.

В обоснование иска указано, что <дата> умер ФИО5, приходившийся истцу отцом, с его смертью открылось наследство. Истец является единственным наследником по закону, своевременно обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства. От нотариуса истцу стало известно, что ФИО5 <дата> составил завещание, удостоверенное нотариусом ФИО6, которым свое имущество завещал ФИО2 У истца имеются основания предполагать, что на момент составления завещания ее отец не отдавал отчет своим действиям, так как страдал заболеваниями в силу которых не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Кроме того, при жизни ответчик оказывал на него давление, постоянно контролировал.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО4 возражала относительно удовлетворения исковых требований ввиду их недоказанности. Кроме того, указала на отсутствие нарушений прав истца оспариваемым завещанием с учетом того обстоятельство, что ранее наследодатель завещал свое имущество Б.Г.Н.

Третье лицо Б.Г.Н. поддержала заявленные требования.

Решением Тагилстроевского районного суда города Нижнего Тагила Свердловской области от 20.10.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец ставит вопрос об отмене решения суда, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, что повлекло вынесение судебного акта с нарушением норм материального права. В обоснование апелляционной жалобы указано, что проведенная по делу судебная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза не позволяет с достоверностью установить состояние наследодателя в момент совершения сделки, экспертиза выполнена не в полном объеме, в связи с чем истец ходатайствовал перед судом о назначении по делу повторной посмертной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы, в чем судом первой инстанции было необоснованно отказано. По изложенным основаниям для исключения сомнений и установления действительного психического и соматического состояния завещателя просит судебную коллегию назначить по делу комплексную судебно-медицинскую и судебно-психиатрическую экспертизу. Не согласен также с данной судом оценкой собранных по делу доказательств, в том числе показаний свидетелей и объяснений третьего лица Б.Г.Н. Полагает ошибочными выводы суда о том, что признание завещания от <дата> не привело бы к восстановлению прав истца с учетом ранее составленных наследодателем иных завещаний, поскольку Б.Г.Н., в пользу которой составлено завещание от <дата>, наследство после смерти ФИО5 не принимала.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца доводы апелляционной жалобы и ходатайство о назначении по делу экспертизы поддержал.

Представитель ответчика возражал против доводов жалобы и удовлетворения ходатайства.

Истец, ответчик, третьи лица - нотариус ФИО6, Б.Г.Н. в суд апелляционной инстанции не явились. Учитывая, что в материалах дела имеются доказательства заблаговременного извещения участников процесса о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, в том числе путем публикации извещения на официальном сайте Свердловского областного суда, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав объяснения представителе сторон, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в связи со смертью ФИО5, последовавшей <дата>, открылось наследство, нотариусом ФИО6 заведено наследственное дело <№>.

При жизни ФИО5 составил следующие завещания:

от <дата>, которым завещал все свое имущество ФИО7;

от <дата>, которым завещал все свое имущество Б.Г.Н.;

от <дата>, которым завещал автомобиль Toyota Lite ACE СтолбовуС.Ю.

от <дата>, которым завещал все свое имущество ФИО2

К нотариусу с заявлением о принятии наследства обратились ФИО2 (наследник по завещанию от <дата>) и ФИО1 (дочь, наследник по закону первой очереди).

В соответствии с п. 1 ст. 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Согласно п. п. 1 и 2 ст. 1131 этого же Кодекса при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

По смыслу вышеуказанных норм и разъяснений Пленума неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению по данному делу, являлись наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений у наследодателя интеллектуального и (или) волевого уровня, лишающие наследодателя способности понимать значение своих действий или руководить ими.

Разрешая спор, суд, оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь вышеуказанными положениями закона, пришел к правильному выводу о недоказанности наличия у ФИО5 в момент составления завещания от <дата> состояния, в силу которого наследодатель лишен был способности выразить свое действительное волеизъявление по распоряжению имуществом на случай своей смерти.

Также суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности истцом и доводов о наличии заблуждения ФИО5 при совершении оспариваемого завещания.

Судебная коллегия находит вышеуказанные выводы суда первой инстанции соответствующим установленным по делу фактическим обстоятельствам, нормам материального права, а обжалуемое решение не подлежащим отмене по доводам апелляционной жалобы, в силу следующего.

Суд надлежащим образом проверил обстоятельства, необходимые для разрешения спора, и не нашел оснований для признания недействительным завещания, совершенного наследодателем.

Согласно заключению экспертов <№>, ФИО5 по состоянию на <дата> при составлении спорного завещания по имеющимся данным, согласно МКБ-10 не обнаруживал критериев достаточных для диагностики какого-либо (хронического, временного, иного) психического расстройства. По представленным материалам дела, данным медицинской документации у ФИО5 на юридически значимый период времени не выявлено однозначных и убедительных данных наличия каких-либо психопатологических нарушений и таких индивидуально-психологических особенностей, которые бы нарушали его способность к осознанному принятию решения и его исполнению, нарушали бы адекватное представление о существе сделки, повлияли бы на его свободное волеизъявление и лишали бы его способности понимать значение своих действий и руководить ими при подписании спорного завещания от <дата>.

Суд пришел к правильному выводу о том, что психолого-психиатрическая экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка, лицами, обладающими специальными познаниями, значительным опытом для разрешения поставленных перед экспертами вопросов. При этом судом, исходя из предмета и основания требований, были надлежаще сформулированы вопросы перед экспертами.

Несогласие истца с выводами заключения комиссии экспертов не является основанием для отмены или изменения решения суда первой инстанции. В материалы дела не представлено относимых, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих, что указанное заключение судебной экспертизы является недостаточно ясным, неполным, имеет противоречия.

Экспертиза была назначена судом и проведена в соответствии с порядком, установленным положениями ст. ст. 79, 82, 84, 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, именно в целях установления обстоятельств наличия или отсутствия порока воли ФИО5 при составлении завещания от <дата>, способности понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период.

Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение соответствует требованиям ст. ст. 8, 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Доводы жалобы о наличии у ФИО5 ряда заболеваний основаниями к отмене судебных постановлений не являются, поскольку наличие заболевания само по себе не подтверждает такое психическое состояние человека, при котором он не понимает значение своих действий.

Так, эксперты установили, что к периоду юридически значимого события ФИО5 страдал гипертонической болезнью, сахарным диабетом, а в 2019 году у него было диагностировано злокачественное новообразование, то есть выявлялось онкологическое заболевание, однако указали, что данных о том, что болевые ощущения оказывали влияние и определяли его поведение, не представлено. Каких-либо существенных нарушений познавательных процессов, выраженного снижения социально-бытовой адаптации, эмоционально – личностной измененности, которые бы могли нарушить его способность к осознанному принятию решения и его исполнению на юридически значимый период, в представленных материалах не выявлено. Также при составлении завещания от <дата> в его поведении не прослеживается признаков пассивно-подчиняемого, зависимого типа поведения.

При этом, как следует из материалов дела и экспертного заключения, в распоряжение экспертов был предоставлен в достаточном объеме исследовательский материал в виде медицинских карт, поскольку ФИО5 в последние годы жизни регулярно обращался за медицинской помощью, в том числе неоднократно вызывал скорую медицинскую помощь, и каждый раз различными специалистами устанавливался его психический статус, давалась оценка поведению как адекватному.

Ввиду вышеизложенного, руководствуясь ч. 2 ст.87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит и оснований для удовлетворения ходатайства стороны истца о назначении по делу комплексной судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертизы, учитывая, что при рассмотрении дела в суде первой инстанции была назначена и проведена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, при этом каких-либо сомнений в правильности или обоснованности ранее данного заключения у суда и судебной коллегии не возникло, наличие каких-либо противоречий не выявлено.

Вопреки доводам апеллянта, суд дал оценку не только заключению экспертов, но и всем собранным по делу доказательствам в их совокупности, в том числе и представленному истцом заключению специалиста <№> и пришел к верному выводу о том, что доводы истца о нахождении наследодателя к моменту совершения юридически значимого действия в состоянии, не позволяющем ему отдавать отчет своим действиям и руководить ими, не нашли своего подтверждения, с чем судебная коллегия соглашается.

Объяснения третьего лица Б.Г.Н. (которая приходится матерью истцу и бывшей супругой наследодателю) о том, что ФИО5 попросил у нее в долг 200 00 рублей и, получив отказ, запсиховал, после чего составил новое завещание, о чем она узнала <дата>, вопреки доводам стороны ответчика, не опровергают, а подтверждают выводы суда о том, что ФИО5 понимал значение своих действий при составлении завещания от <дата>, поскольку нежелание оставлять своё имущество человеку, не пожелавшему одолжить ему деньги в тот период, когда он в них нуждался, представляется вполне логичным и объяснимым. При этом, согласно показаниям свидетелей К.П.Е. и Т.А.С., ФИО5 общался со С.С.Ю., который приходится супругом сестры наследодателя. В медицинском документе от <дата> терапевтом при установлении родственников со слов пациента ФИО5 указано, что иногда приходит брат сестры С. Ю. и дан его контактный телефон (т.2 л.д.81), то есть завещание было составлено не в пользу постороннего лица.

Оценивая в совокупности исследованные доказательства, судебная коллегия принимает во внимание то обстоятельство, что закон устанавливает презумпцию вменяемости, то есть изначально предполагает лиц, участвующих в гражданском обороте, психически здоровыми, если обратное не подтверждается соответствующими допустимыми доказательствами.

Само завещание составлено в присутствии нотариуса, который установил волю наследодателя и удостоверился в его дееспособности.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя по представлению доказательств вышеназванных юридически значимых обстоятельств, свидетельствующих о недействительности завещания, лежит на истце. Последним же в материалы дела каких-либо конкретных сведений относительно наличия у наследодателя психического расстройства, лишавшего его способности понимать значение своих действий и руководить ими в момент совершения сделки, не представлено.

Также судебная коллегия соглашается и с выводами суда первой инстанции о недоказанности истцом наличия иных приведенных в исковом заявлении оснований для признания завещания недействительным, предусмотренных положениями ст.179 ГК РФ, учитывая, что истцом данный довод в ходе рассмотрения дела не был раскрыт и не указано, в чем именно заключался обман ФИО5, учитывая, что оспариваемая сделка является односторонней и наследодатель при жизни неоднократно составлял завещания, то есть смысл и последствия данной сделки ему были достоверно известны.

Учитывая изложенное, доводы апелляционной жалобы истца обоснованными не могут быть признаны, а потому не содержат оснований, влекущих отмену обжалуемого решения.

Решение принято на основании совокупности исследованных по делу доказательств, а не только лишь на основании заключения судебной экспертизы, которое оценено с учетом всех имеющихся доказательств.

Суд первой инстанции правильно разрешил дело, надлежащим образом применил нормы материального права, каких-либо нарушений процессуальных норм им не допущено.

Руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Тагилстроевского районного суда г. Нижний Тагил Свердловской области от 20.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.

В удовлетворении ходатайства стороны истца о назначении по делу комплексной судебно-медицинской и судебно-психиатрической экспертизы – отказать.

Председательствующий Р.В. Кучерова

Судьи Е.Г. Орлова

Т.А. Филатьева