Решение № 2-2354/2018 2-2354/2018~М-2114/2018 М-2114/2018 от 19 ноября 2018 г. по делу № 2-2354/2018

Дело № 2-2354/18


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 ноября 2018 года г. Сарапул

Сарапульский городской суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Шадриной Е. В.,

при секретаре Лушниковой А.С.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика, ФИО3, действующей на основании доверенности № от 09.01.2018 года (со сроком действия до 31.12.2018 года),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонному) о признании незаконным решения об отказе в назначении досрочной пенсии, о включении трудового стажа в подсчет специального стажа и признании права на назначение досрочной трудовой пенсии,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонному) о признании незаконным решения об отказе в назначении досрочной пенсии, о включении трудового стажа в подсчет специального стажа и признании права на назначение досрочной трудовой пенсии. Заявленные требования обосновывает тем, что 06.06.2018 года она обратилась в государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонное) (далее ГУ УПФ в <адрес> (межрайонное) с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости. Решением № от 15.06.2018 года ГУ УПФ в <адрес> (межрайонного) ей отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости. По подсчетам ответчика её стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной деятельности, составляет 27 лет 06 месяцев 26 дней. При подсчете её специального медицинского стажа ответчиком в него не включены периоды нахождения на курсах повышения квалификации и период нахождения в отпуске по уходу за ребенком. Просит признать решение ответчика незаконным; обязать зачесть в её специальный медицинский стаж периоды нахождения на курсах повышения квалификации с 09.01.2002 года по 07.03.2002 года, с 04.09.2006 года по 30.09.2006 года, с 31.10.2011 года по 24.12.2011 года, с 30.05.2016 года по 25.06.2016 года и период нахождения в отпуске по уходу за ребенком с 07.12.1994 года по 04.01.1997 года, с 10.06.1997 года по 14.11.1999 года; обязать назначить ей досрочную страховую пенсию со дня обращения за ее назначением с 06.08.2018 года.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика, ФИО3, исковые требования не признала, считает решение ГУ УПФ в <адрес> (межрайонное) законным, обоснованным и не подлежащим отмене. Поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, приобщенных к материалам дела.

Выслушав пояснения истца, представителя ответчика, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

06.06.2018 года ФИО1 обратилась в ГУ УПФ в <адрес> (межрайонное) с заявлением о досрочном назначении ей страховой пенсии по старости на основании п. п. 20 п. 1 ст. 30 ФЗ от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Решением об отказе в установлении пенсии ГУ УПФ в <адрес> (межрайонное) за № от 15.06.2018 года ФИО1 отказано в назначении пенсии, так как на дату обращения, 06.06.2018 года, стаж работы, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной деятельности, составляет 27 лет 06 месяцев 26 дней. В льготный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, не включены периоды нахождения ФИО1 на курсах повышения квалификации с 09.01.2002 года по 07.03.2002 года, с 04.09.2006 года по 30.09.2006 года, с 31.10.2011 года по 24.12.2011 года, с 30.05.2016 года по 25.06.2016 года и нахождения в отпуске по уходу за ребенком с 07.12.1994 года по 04.01.1997 года, с 10.06.1997 года по 14.11.1999 года.

Считая указанное решение незаконным, ФИО1 обратилась в суд за защитой нарушенных прав.

Согласно ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд рассматривает требования истца в рамках заявленного иска, то есть дает оценку лишь тем периодам его работы, на включение которых в льготный стаж он настаивает.

Часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантирует социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и иных случаях, установленных законом. Конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение пенсии в определенных законом случаях и размерах.

Федеральный закон «О страховых пенсиях» от 28.12.2013 года № 400-ФЗ (далее ФЗ «О страховых пенсиях») определяет основания возникновения и порядок реализации права граждан на страховые пенсии. В качестве условий назначения страховой пенсии по старости в ФЗ «О страховых пенсиях» закреплено достижение пенсионного возраста (60 лет для мужчин и 55 лет для женщин), наличие страхового стажа не менее пятнадцати лет (статья 8) и предусмотрено право отдельных категорий граждан на досрочное назначение страховой пенсии по старости (статьи 30).

Согласно п.1 ст.22 ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона (п. 2 ст. 22 ФЗ «О страховых пенсиях»).

Вследствие этого, обязательными условиями на досрочное назначение страховой пенсии по старости является подача заявления о назначении пенсии и наличие необходимой продолжительности соответствующей деятельности (специального трудового стажа), подтвержденного соответствующими документами.

Судом установлено и не оспаривается ответчиком, что с заявлением о назначении страховой пенсии по старости ранее достижения общего пенсионного возраста (55 лет), истец обратилась в орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, 06.06.2018 года.

Суд считает, что спорные периоды нахождения на курсах повышения квалификации подлежат зачету в льготный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, по следующим основаниям.

В системе действующего правового регулирования пенсионного обеспечения установление для указанной категории лиц льготных условий назначения страховой пенсии по старости направлено, главным образом, на защиту от риска утраты профессиональной трудоспособности до достижения общеустановленного пенсионного возраста. Поэтому право на досрочное пенсионное обеспечение связывается не с любой работой в определенной профессиональной сфере, а лишь с такой, выполнение которой сопряжено с регулярным неблагоприятным воздействием различного рода факторов, повышенными психофизиологическими нагрузками, обусловленными исполняемыми функциональными обязанностями по занимаемой должности, спецификой и характером труда.

Исходя из этого законодатель выделил в особую категорию работников, т.е. лиц, состоящих в трудовых отношениях, чья лечебная и иная деятельность по охране здоровья населения протекала на протяжении длительного периода в учреждениях здравоохранения, организация труда в которых предполагает соблюдение специальных условий, режима работы и выполнение определенной нагрузки. Этой категории работников предоставлено право на льготное пенсионное обеспечение по старости.

В соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», страховая пенсия по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

Пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 настоящей статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

Согласно Конституционным принципам о том, что новые нормы должны применяться в том объеме, в каком они не отменяют ранее предоставленных прав и льгот в пенсионном обеспечении, не ухудшают прав пенсионеров. А также, принимая во внимание статью 4 Гражданского кодекса Российской Федерации о действии закона во времени, для зачета предыдущей деятельности по охране здоровья граждан в лечебном учреждении должны применяться те нормы, которые действовали в период этой деятельности.

Согласно п. 14 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11.12.2012 года № «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» При разрешении споров, связанных с установлением и выплатой трудовой пенсии по старости гражданам ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста, в интересах граждан и в целях недопущения ухудшения условий реализации права на пенсионное обеспечение, на которые они рассчитывали до введения в действие нового правового регулирования (независимо от того, выработан ими общий или специальный трудовой стаж полностью либо частично), стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, может исчисляться с учетом законодательства, действовавшего на период выполнения соответствующих работ и иной общественно полезной деятельности, позволявшего засчитывать такие периоды в стаж при назначении пенсий на льготных условиях (Закон СССР от 14 июля 1956 года «О государственных пенсиях», Закон СССР от 15 мая 1990 года «О пенсионном обеспечении граждан в СССР», Закон Российской Федерации от 20 ноября 1990 года № «О государственных пенсиях в Российской Федерации» и принятые в соответствии с ними подзаконные акты).

Пунктом 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 16.07.2014 года № «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение», вступившим в силу с 1 января 2015 года, были утверждены список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № «О списках работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», и об утверждении правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Согласно трудовой книжке истца ФИО1 с 05.01.2000 года по настоящее время работает в должности врача-педиатра участковой детской консультации БУЗ УР «<адрес> больница МЗ УР».

При этом основной период работы истца в качестве врача-педиатра участковой детской консультации БУЗ УР «<адрес> больница МЗ УР» зачтен ответчиком в стаж, дающий право на досрочное пенсионное обеспечение на основании п. п. 20 п. 1 ст. 30 ФЗ от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

С учетом положений ст. ст. 6 (ч. 2), 15 (ч. 4), 17 (ч. 1), 18, 19 и 55 (ч. 1) Конституции РФ, предполагающих правовую определенность и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения, необходимые для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в том, что приобретенное ими на основе действующего законодательства право будет уважаться властями и будет реализовано, спорные периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации подлежат включению в стаж работы по специальности при досрочном назначении пенсии по старости независимо от времени его обращения за назначением пенсии и времени возникновения у него права на досрочное назначение пенсии по старости.

На курсах повышения квалификации истец находилась в период работы в должностях и учреждениях, которые дают право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости. До направления на курсы повышения квалификации и по возвращении из них истец работала полный рабочий день.

В соответствии с требованиями ст. 54 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 года №, приказа Минздрава РФ от 09 августа 2001 года № «О порядке получения квалификационных категорий», повышение квалификации для медицинского работника является обязательным требованием соблюдения условий трудового договора.

Согласно ст. 187 Трудового кодекса Российской Федерации в случае направления работодателем работника для повышения квалификации с отрывом от работы за ним сохраняется место работы (должность) и средняя заработная плата.

Поэтому период нахождения на курсах повышения квалификации является периодом работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Кроме того, для отдельных категорий работников в силу специальных нормативных актов повышение квалификации является обязательным условием выполнения работы. Из изложенного следует, что период нахождения на курсах повышения квалификации подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное пенсионное обеспечение.

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 находилась на курсах повышения квалификации с 09.01.2002 года по 07.03.2002 года, с 04.09.2006 года по 30.09.2006 года, с 31.10.2011 года по 24.12.2011 года, с 30.05.2016 года по 25.06.2016 года.

Анализируя представленные сторонами доказательства, применяя декларированный Конституцией РФ принцип равенства, гарантирующий защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, суд приходит к выводу о том, что спорные периоды с 09.01.2002 года по 07.03.2002 года, с 04.09.2006 года по 30.09.2006 года, с 31.10.2011 года по 24.12.2011 года, с 30.05.2016 года по 25.06.2016 года - время нахождения ФИО1 на курсах повышения квалификации подлежит включению в специальный стаж истца, поскольку для прохождения указанных курсов она была направлена именно работодателем с соблюдением норм действующего трудового законодательства и указанный период был сопряжен с осуществляемой медицинской деятельностью.

Периоды нахождения ФИО1 в отпуске по уходу за ребенком с 07.12.1994 года по 04.01.1997 года, с 10.06.1997 года по 14.11.1999 года не подлежат включению в стаж работы в связи с лечебной деятельностью, поскольку отпуск по уходу за ребенком истице был предоставлен после 06.10.1992 года, в период нового правового регулирования.

Пленум Верховного Суда РФ в пункте 27 Постановления от 11.12.2012 года № «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» указал, что при разрешении споров, возникших в связи с включением женщинам в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периода нахождения их в отпуске по уходу за ребенком, судам следует исходить из того, что если указанный период имел место до 06.10.1992 года (времени вступления в силу Закона РФ от 25.09.1992 года № «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации», с принятием которого период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не включается в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях), то он подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

Таким образом, период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в специальный стаж работы по специальности в соответствии со статьей 167 Кодекса законов о труде РСФСР до внесения изменений в данную норму закона, то есть до 06.10.1992 года.

Поскольку ФИО1 находилась в отпуске по уходу за ребенком с 07.12.1994 года по 04.01.1997 года, с 10.06.1997 года по 14.11.1999 года, следовательно, эти спорные периоды не могут быть включены в стаж для назначения досрочной страховой пенсии по старости.

Между тем, даже при включении истцу периодов нахождения на курсах повышения квалификации в льготный стаж (всего 05 месяцев 26 дней), с учетом признанного ответчиком периода 27 лет 06 месяцев 26 дней, общий стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной деятельности, составит 28 лет 13 дней. Таким образом, необходимый стаж 30 лет для назначения досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ, не выработан.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что решение Государственного учреждения - Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонного) № от 15.06.2018 года является законным и не подлежит отмене.

Следовательно, в удовлетворении требований о признании решения ответчика незаконным, возложении обязанности назначить досрочную пенсию по старости должно быть отказано.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонному) удовлетворить частично.

Обязать государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонное) включить ФИО1 периоды с 09.01.2002 года по 07.03.2002 года, с 04.09.2006 года по 30.09.2006 года, с 31.10.2011 года по 24.12.2011 года, с 30.05.2016 года по 25.06.2016 года в льготный стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме через Сарапульский городской суд УР.

Решение в окончательной форме принято судом 22 ноября 2018 года.

Судья Е. В. Шадрина