Решение № 2-143/2018 2-2658/2017 2-2658/2017 ~ М-2560/2017 М-2560/2017 от 12 февраля 2018 г. по делу № 2-143/2018

Дело № 2-143/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Центральный районный суд г. Твери

в составе: председательствующего судьи Бегияна А.Р.

при секретаре Тимкович А.О.

с участием: представителя истца Ребенка А.М., третьего лица ФИО3

рассмотрел в открытом судебном заседании 13 февраля 2018 года в городе Твери гражданское дело по иску ФИО4 к публичному акционерному обществу «Страховая акционерная компания «Энергогарант» о взыскании страхового возмещения,

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ПАО «САК «Энергогарант» о взыскании страхового возмещения. В обоснование заявленных требований, с учетом уточненного иска, поданного в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ФИО4 указал, что 09 августа 2017 года по адресу: <...> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, под управлением собственника ФИО4 и <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением собственника ФИО3

В результате дорожно-транспортного происшествия, принадлежащий истцу автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, получил механические повреждения. Согласно документам ГИБДД виновным в ДТП признан истец, по мнению сотрудников ГИБДД в действиях ФИО4 имеются признаки нарушения п.9.10 ПДД РФ. С выводами сотрудников ГИБДД истец не согласен.

21 сентября 2017 года истец обратился к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения. Выплата страхового возмещения должна была быть произведена 11 октября 2017 года. Ответчик страховую выплату не произвел.

Для определения суммы ущерба истец обратился в независимое экспертное учреждение ИП «ФИО5.». Согласно отчету эксперта стоимость восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты> государственный регистрационный знак № с учетом износа составляет 67407 рублей.

18 октября 2017 года в адрес ответчика направлена претензия с экспертным заключением, однако ответа на указанную претензию в адрес истца не направлено, страховое возмещение не выплачено.

Истец, с учетом уточненных исковых требований, просит определить вину каждого из участников ДТП, взыскать с ответчика ПАО «САК «Энергогарант»: страховое возмещение в размере 33703 рубля 50 коп; расходы по оплате услуг представителя в размере 25000 рублей; расходы по оплате экспертизы в размере 8000 рублей.

В судебное заседание не явился истец, обеспечил участие своего представителя Ребенка А.М., который заявленные уточненные требования поддержал, просил иск удовлетворить.

В судебном заседании третье лицо ФИО3 возражал в удовлетворении заявленных требований, просил в иске отказать.

Ответчик ПАО «САК «Энергогарант», третье лицо СПАО «РЕСО-Гарантия» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Согласно ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих деле, и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки не уважительными.

Неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу.

Судом определено о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав участвующих в деле лиц, допросив эксперта ФИО1., обозрев видеозапись дорожно-транспортного происшествия от 09 августа 2017 года, изучив материалы гражданского дела, исследовав обстоятельства по делу, оценив все имеющиеся доказательства по делу, суд приходит к следующему выводу.

В судебном заседании установлено, что 09 августа 2017 года по адресу: <...> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, под управлением собственника ФИО4 и <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением собственника ФИО3

В результате дорожно-транспортного происшествия, принадлежащий истцу автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, получил механические повреждения.

Факт дорожно-транспортного происшествия подтверждается материалом административного расследования по факту ДТП от 09 августа 2017 года, поступившим из СБ ДПС ГИБДД ОР УМВД России по Тверской области, в том числе справкой о ДТП 69 ДТ № 138934 от 09 августа 2017 года, схемой ДТП от 09 августа 2017 года, определением 69 ВД №070825 от 09 августа 2017 года о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования, определением 69 ВД №070824 от 09 августа 2017 года о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования, протоколом об административном правонарушении 69 ПК №127118 от 31 августа 2017, постановлением по делу об административном правонарушении №18810069150001763812 от 31 августа 2017 года. Сотрудником ГИБДД установлен факт нарушения водителем ФИО4 пунктов 1.3, 1.5, 9.10 ПДД РФ, за нарушение которых ФИО4 привлечен к административной ответственности по ч.1 ст. 12.15 КоАП РФ.

Таким образом, материал проверки по факту ДТП от 09 августа 2017 года содержит однозначный вывод о виновности ФИО4 в дорожно-транспортном происшествии от 09 августа 2017 года.

В силу положений ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса, согласно которой суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В ходе рассмотрения данного дела, в связи с возникшими разногласиями сторон, касающимися установления механизма ДТП, технических причин произошедшего ДТП от 09 августа 2017 года, удовлетворено ходатайство истца о назначении судебной автотехнической экспертизы. Производство экспертизы поручено эксперту ООО «ЦПО Партнер» ФИО1

21 декабря 2017 года экспертом ООО «ЦПО Партнер» ФИО1 составлено экспертное заключение № 2962.

Из экспертного заключения №2962 от 21 декабря 2017 года следует, что в начальной стадии происшествия, при выезде на Октябрьский проспект автомобиль <данные изъяты> двигался позади автомобиля <данные изъяты>. Затем, при приближении к месту разворота автомобиль <данные изъяты> начал перестроение в правый ряд, а автомобиль <данные изъяты> выполнил маневр его опережения, двигаясь по правому ряду. Двигаясь впереди автомобиля <данные изъяты>, водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО4 выполнил маневр перестроения на левую полосу движения и, после этого приступил к маневру разворота в специально отведенном для этого месте. При выполнении маневра разворота автомобиль <данные изъяты> занял условную левую полосу движения, так как в правой полосе стояли другие транспортные средств. Возможно, данные действия ФИО4 создали помеху для движения водителя ФИО3, который управлял автомобилем <данные изъяты>, двигался сзади автомобиля <данные изъяты>, по левому ряду Октябрьского проспекта, и приступал к маневру разворота. (Согласно объяснениям ФИО3 автомобиль <данные изъяты> «стал двигаться на разворот и вытеснил его а/м влево на бордюрный камень», после чего он подал звуковой сигнал). Об этом свидетельствует поданный звуковой сигнал автомобиля <данные изъяты> (слышен на записи видеорегистратора). Опасная дорожная ситуация возникла, когда водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО3 выполняя маневр разворота, стал двигаться слева автомобиля <данные изъяты>, не обеспечив безопасный боковой интервал. Услышав звуковой сигнал, для предотвращения касательного столкновения с автомобилем <данные изъяты>, водитель ФИО4 применил маневрирование вправо и остановился, освободив ФИО3 слева необходимое для движения место. Данные технические действия участников ДТП позволили избежать столкновения транспортных средств без создания аварийной дорожной ситуации и наступления последствия. Затем автомобиль <данные изъяты> и <данные изъяты>, завершая маневр разворота, стали выезжать на проезжую часть Октябрьского проспекта. Автомобиль <данные изъяты>, двигаясь слева от автомобиля <данные изъяты>, начал его опережение. Автомобиль <данные изъяты> продолжил движение по левой полосе проезжей части Октябрьского проспекта. Автомобиль <данные изъяты> начал движение за ним, так как справа от него по вредней полосе Октябрьского проспекта двигались транспортные средства, которые выполняли маневр разворота с правой полосы. Аварийная дорожная ситуация возникла в момент, когда водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО3 применил экстренное торможение, создав опасность для движения водителю автомобиля <данные изъяты>, который двигался за ним по левой полосе проезжей части Октябрьского проспекта. В кульминационной стадии ДТП автомобиль <данные изъяты> своей передней частью совершил наезд на заднюю часть, внезапно остановившегося перед ним на проезжей части автомобиля <данные изъяты>.

Водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО4, совершая маневр разворота в специально отведенном для этого месте на Октябрьском проспекте города Твери, должен был руководствоваться требованиями пунктов: 1.3, 1.5, 8.1, 8.4, 8.5, 9.1, 9.10, 10.1 и 10.2 Правил дорожного движения РФ. Действия водителя ФИО4 не соответствовали требованиям пункта 9.10 ПДД РФ, так как, выехав после разворота на проезжую часть Октябрьского проспекта, он не обеспечил безопасную дистанцию до автомобиля <данные изъяты>, который двигался впереди него.

Водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО3 в рассматриваемой дорожной ситуации, должен был руководствоваться требованиями пунктов: 1.3, 1.5, 8.1, 8.4, 8.5, 9.1, 9.10, 10.1, 10.2, 10.5 и 19.5 Правил дорожного движения РФ. В рассматриваемой дорожной ситуации действия водителя ФИО3 не соответствовали требованиям пунктов: 1.5, 8.4, 9.10 и 10.5 ПДД РФ, так как выполняя маневр перестроения при выполнении маневра разворота, он не уступил дорогу автомобилю <данные изъяты>, который двигался по левой условной полосе, и не обеспечил безопасный боковой интервал, чем создал опасность движения, а после этого, продолжив движение по проезжей части Октябрьского проспекта впереди автомобиля <данные изъяты> применил резкое торможение, что привело к созданию аварийной дорожной ситуации и причинению вреда.

Водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО3 имел возможность предотвратить ДТП путем соблюдения требований пункта 10.5 ПДД РФ, т.к. применение им экстренного торможения создало развитие аварийной ситуации.

По имеющимся материалам дела невозможно дать однозначный ответ о наличии у водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО4 технической возможности предотвращения ДТП в аварийной ситуации, созданной водителем ФИО3

Водитель ФИО3 и ФИО4 для обеспечения безопасности дорожного движения должны были реализовать технические действия, предусмотренные требованиями пунктов: 1.3, 1.5, 8.1, 8.4, 8.5, 9.1, 9.10, 10.1, 10.2, 10.5 и 19.5 Правил дорожного движения и привели к возникновению аварийной дорожной ситуации.

Действия водителя ФИО3, не соответствующие требованиям пунктов 8.4 и 10.5 ПДД РФ создали опасность для движения водителю ФИО4 и привели к возникновению аварийной дорожной ситуации. Анализ материалов и в том числе записи видеорегистратора, не содержит каких либо сведений о необходимости применения ФИО3 резкого (экстренного) торможения. При этом установление причин этих действий водителя ФИО3 (по версии ФИО4 – намеренных), которые привели к развитию аварийной ситуации, выходят за пределы компетенции технического эксперта.

Водитель ФИО4 не выполнил требования пункта 9.10 ПДД РФ (в части обеспечения безопасной дистанции до движущегося впереди него автомобиля Тойота), что привело к столкновению транспортных средств, в аварийной дорожной ситуации, созданной водителем ФИО3

Эксперт констатирует, что непосредственной технической причиной данного ДТП явились в совокупность действий водителей ФИО3 и ФИО4, что привело к столкновению транспортных средств.

Эксперт ФИО1, допрошенный в ходе судебного заседания, выводы экспертизы подтвердил. Пояснил, что дорожная ситуация возникла в момент, когда водитель автомобиля Тойота применил экстренное торможение, создав опасность для движения водителю Мазда.

У суда отсутствуют основания не доверять заключению эксперта ООО ЦПО «Партнер» ФИО1 Квалификация эксперта не вызывает сомнения у суда. Экспертиза проведена экспертом специализированной экспертной организации, по поручению суда, что свидетельствует об отсутствии у эксперта заинтересованности в результате экспертизы. Эксперт был предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. На основании представленных данных экспертом проведено исследование. При составлении вышеуказанной экспертизы не были нарушены права сторон, которые извещались о возможности принимать участие в данных экспертизах. Выводы эксперта мотивированы, сделаны на основании проведенных исследований и полно отражены в экспертном заключении. Данное заключение истцом и ответчиком, третьими лицами, не оспорено.

Суд признает, что экспертное заключение ООО ЦПО «Партнер» №2962 от 21 декабря 2017 года, выполненное экспертом ФИО1, отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, оснований сомневаться в его правильности не имеется.

Согласно п. 8.4 Правил дорожного движения Российской Федерации при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

Согласно п. 10.5 Правил дорожного движения Российской Федерации водителю запрещается: превышать максимальную скорость, определенную технической характеристикой транспортного средства; превышать скорость, указанную на опознавательном знаке «Ограничение скорости», установленном на транспортном средстве; создавать помехи другим транспортным средствам, двигаясь без необходимости со слишком малой скоростью; резко тормозить, если это не требуется для предотвращения дорожно-транспортного происшествия.

Согласно п. 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Анализируя имеющиеся доказательства в их совокупности, сопоставляя с требованиями материального права, суд приходит к выводу о наличии причинно-следственной связи между действиями водителя ФИО3, не выполнившего требования п. 8.4, 10.5 Правил дорожного движения, водителя ФИО4, не выполнившего требования п. 9.10 Правил дорожного движения, и наступившими последствиями в виде повреждения их автомобилей в дорожно-транспортном происшествии от 09 августа 2017 года.

При таких обстоятельствах, суд признает установленным наличие обоюдной вины в дорожно-транспортном происшествии от 09 августа 2017 года обоих водителей: ФИО3 и ФИО4, при этом степень вины каждого водителя составляет 50%. Соответственно, в данном случае, истец имеет право на возмещение ущерба, причиненного в результате ДТП от 09 августа 2017 года в размере 50% от общей суммы ущерба.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно ст. 4 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, за свой счет страховать в качестве страхователей риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Обязанность по страхованию гражданской ответственности распространяется на владельцев всех используемых на территории Российской Федерации транспортных средств, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 3 и 4 настоящей статьи.

В соответствии с пунктами 1, 7 статьи 12 Федерального закона «Об ОСАГО» потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Согласно статье 14.1 Федерального закона «Об ОСАГО» потерпевший предъявляет требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств: а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте "б" настоящего пункта; б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Из материалов дела следует, что ущерб причинен истцу в результате действия источника повышенной опасности – автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, принадлежащего на праве собственности ФИО3

Судом установлено, что гражданская ответственность на момент дорожно-транспортного происшествия истца была застрахована, в соответствии с полисом № в ПАО САК «Энергогарант», гражданская ответственность второго водителя ФИО3 застрахована в соответствии с полисом № в СПАО «РЕСО-Гарантия», в дорожно-транспортном происшествии участвовало два автомобиля, вред причинен только имуществу.

Таким образом, в силу ст. 14.1 приведенного Закона, истец вправе рассчитывать на выплату страхового возмещения за счет ПАО САК «Энергогарант», как страховой компании, в которой была застрахована его гражданская ответственно.

Судом установлено, что истец 21 сентября 2017 года обратился с заявлением о выплате страхового возмещения в страховую компанию ПАО САК «Энергогарант». Ответчик выплату страхового возмещения не произвел.

Из материала выплатного дела следует, что истец выполнил требования Федерального закона «Об ОСАГО» о соблюдении досудебного порядка урегулирования спора.

Согласно экспертному заключению №79/17 от 11 октября 2017 года ИП ФИО6, составленному экспертом техником ФИО2., стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № с учетом износа составляет 67407 рублей.

Оснований не доверять выводам эксперта-автотехника ФИО2 у суда не имеется, по делу не установлено каких-либо обстоятельств, порочащих данное заключение и ставящих под сомнение выводы эксперта.

Судом установлено, что вышеуказанное заключение составлено в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 года N 432-П.

В соответствии со ст.12 ГПК РФ судом разъяснялось сторонам право на предоставление доказательств, в том числе подтверждающих стоимость восстановительного ремонта автомобиля.

При рассмотрении данного спора сторонами не было заявлено ходатайств об истребовании таких доказательств, в частности о назначении экспертизы, в связи с чем, суд оценивает представленные доказательства и находит, что доказательства истца взаимно дополняют друг друга и в совокупности с обстоятельствами установленными судом, подтверждают его позицию.

Суд признает экспертное заключение ИП ФИО6 № 79/17 от 11 октября 2017 года, выполненное экспертом-автотехником ФИО2, допустимым доказательством по делу.

Анализируя приведенные выше доказательства, сопоставляя с требованиями материального права, с учетом обоюдной вины водителей, принимая выводы экспертизы ИП ФИО6 № 79/17 от 11 октября 2017 года, суд признает установленным, что материальный ущерб, причиненный истцу в результате ДТП от 09 августа 2017 года, составляет 33703 рубля 50 коп. (67407:50 %=33703,50) и подлежит взысканию с ПАО САК «Энергогарант» в пользу ФИО4

Оснований для взыскания штрафа, предусмотренного ст. 16.1 Федерального закона «Об ОСАГО» не имеется, поскольку степень вины участников ДТП установлена судом. При этом, материал проверки содержал однозначный вывод о виновности истца в ДТП, соответственно, у ответчика отсутствовали правовые основания для выплаты страхового возмещения.

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд признает необходимыми расходы по оплате досудебной экспертизы в размере 8000 рублей. Данные расходы являлись необходимыми и подтверждаются соответствующими документами в материалах дела.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя. Расходы истца на оплату услуг представителя в размере 25000 рублей объективно подтверждаются материалами дела.

Соотнося обстоятельства дела с объектом и объемом защищаемого права, принимая во внимание объем выполненной представителем истца работы, принципа разумности и справедливости, суд считает возможным возместить истцу расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 рублей.

Таким образом, общий размер понесенных истцом по делу судебных расходов, признанных судом обоснованными, составил 23000 рублей и подлежит возмещению за счет ответчика, как со стороны проигравшей дело.

Определением суда от 07 декабря 2017 года по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой было поручено ООО ЦПО «Партнер». Указанным определением оплата за производство экспертизы возложена на истца ФИО4

Согласно представленного ООО ЦПО «Партнер» счета №2962 от 21 декабря 2017 года расходы по оплате услуг за проведение судебной экспертизы №2962 составили 25000 рублей.

Данные расходы в ходе рассмотрения дела оплачены не были, в соответствии со ст.ст. 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат взысканию в пользу ООО ЦПО «Партнер» с ответчика ПАО САК «Энергогарант» в размере 25000 рублей, как со стороны проигравшей дело.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 2 ст. 61.1 и п.2 ст. 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, государственная пошлина, от уплаты которой освобожден истец, взыскивается с ответчика в бюджет муниципального образования г. Твери, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Согласно ч. 2 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах.

Таким образом, в соответствии с пп. 1, 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в бюджет муниципального образования город Тверь подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1211 рублей 11 коп.

Руководствуясь ст. ст. 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО4 к публичному акционерному обществу «Страховая акционерная компания «Энергогарант» о взыскании страхового возмещения удовлетворить.

Взыскать с публичного акционерного общества «Страховая акционерная компания «Энергогарант» в пользу ФИО4 страховое возмещение в размере 33703 рублей 50 коп., судебные расходы в размере 23000 рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества «Страховая акционерная компания «Энергогарант» в пользу ООО «ЦПО Партнер» расходы за производство судебной экспертизы в размере 25000 рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества «Страховая акционерная компания «Энергогарант» в бюджет муниципального образования город Тверь государственную пошлину в размер 1211 рублей 11 коп.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Центральный районный суд г. Твери в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.Р. Бегиян

Решения суда в окончательной форме принято 16 февраля 2018 года