Решение № 2А-4408/2017 2А-4408/2017~М-3634/2017 М-3634/2017 от 27 августа 2017 г. по делу № 2А-4408/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 августа 2017 г. г. Улан-Удэ

Октябрьский районный суд г. Улан-Удэ в составе судьи Бунаевой А.Д., при секретаре Цыдендамбаевой И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по исковому заявлению ОАО «Мостоотряд № 34» к Государственной инспекции труда в Республике Бурятия, государственному инспектору труда в РБ ФИО1 о признании незаконным и отмене предписания,

УСТАНОВИЛ:

Обращаясь в суд, ОАО «Мостоотряд № 34» просит признать незаконным и отменить предписание заместителя руководителя Государственной инспекции труда в Республике Бурятия ФИО1

Требование мотивировано тем, что заместителем руководителя Государственной инспекции труда в Республике Бурятия ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ выдано ОАО «Мостоотряд № 34» предписание № об устранении нарушения трудового законодательствав срок до ДД.ММ.ГГГГ Государственный инспектор труда провел дополнительное расследование несчастного случая на производстве в отсутствие основания, предусмотренного ст. 229.3 ТК РФ, в частности, в отсутствие нарушения установленного порядка расследования несчастного случая, допущенного комиссией по расследованию несчастного случая на производстве. Между тем, само дополнительное расследование несчастного случая проведено с нарушением установленного порядка его проведения, а именно: дополнительное расследование проведено без привлечения профсоюзного инспектора труда, представителя соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, и исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя).

В судебном заседании представитель административного истца ОАО «Мостоотряд № 34» по доверенности ФИО2 иск поддержала и суду дала пояснения аналогичные содержанию иска, дополнив, что в ДД.ММ.ГГГГ комиссия по расследованию несчастного случая на производстве ДД.ММ.ГГГГ составила акт о несчастном случае на производстве по форме <данные изъяты>, который произошел с машинистом бульдозера 5 разряда ФИО3, утвержденный генеральным директором ОАО «Мостоотряд №» ФИО4 В настоящее время, по истечении столь продолжительного времени, ответчик пришел к заключению о нарушениях трудового законодательства, допущенных истцом. При этом провел дополнительное расследование без оснований и с нарушением порядка его проведения.

Ответчик заместитель руководителя Государственной инспекции труда – заместитель главного государственного инспектора труда в РБ (по охране труда) ФИО1, действующая в своих интересах, и по доверенности в интересах ответчика Государственной инспекции труда в Республике Бурятия иск не признала, представила письменные возражения, и суду пояснила, что основанием для проведения дополнительного расследования послужило письменное заявление пострадавшего ФИО3, независимо от срока давности несчастного случая. Привлечение профсоюзного инспектора труда является правом гострудинспектора, а в привлечении представителя федерального органа исполнительной власти и исполнительного органа страховщика с учетом содержания обращения ФИО3 не было необходимости. Предписание является законным, подлежащим исполнению, просит в иске отказать.

Заинтересованное лицо - пострадавший ФИО3 не согласился с иском и суду пояснил, что полностью поддерживает доводы ответчика, в акте о несчастном случае формы № от ДД.ММ.ГГГГ неверно указаны обстоятельства несчастного случая, указано, что он получил травму ДД.ММ.ГГГГ при перепрыгивании через перильное ограждение высотой 1 м. 11 см., тогда как он получил травму при падении с высоты трех метров из люльки автокрана. В результате падения он получил <данные изъяты>. В БСМП, куда был госпитализирован в связи с полученными травмами, он жаловался на боли в позвоночнике, однако, лечащий врач не обратил внимание на его жалобы. Он, будучи лишенным возможности передвигаться самостоятельно, выписался из больницы и ДД.ММ.ГГГГ обратился за амбулаторным лечением в «Городскую поликлинику №», где находился на лечении почти до ДД.ММ.ГГГГ. В больничных листах, выданных поликлиникой, причиной нетрудоспособности указана производственная травма, однако лечащий врач в связи с установлением ему ДД.ММ.ГГГГ инвалидности № группы по общему заболеванию указал в последнем больничном листе причину нетрудоспособности – общее заболевание, с чем он не согласен, так как весь период его амбулаторного лечения был связан с производственной травмой. В ходе расследования несчастного случая в ДД.ММ.ГГГГ он давал пояснения о падении при перепрыгивании через перила подмостей высотой около 1 м. по причине болезненного состояния и угроз работодателя о том, что ФИО5 и Ровинского посадят, а супруге ФИО3 не дадут возможности работать в ОАО «Мостоотряд №34». Просит иск оставить без удовлетворения.

Выслушав названных лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении административного иска.

В соответствии со ст. 357 Трудового кодекса РФ Государственные инспекторы труда при осуществлении федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, имеют право предъявлять работодателям и их представителям обязательные для исполнения предписания об устранении нарушений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, о восстановлении нарушенных прав работников,привлечении виновных в указанных нарушениях к дисциплинарной ответственности или об отстранении их от должности в установленном порядке.

Согласно ч. 1 ст. 227 Трудового кодекса РФ расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В силу ст. 229.3 Трудового кодекса РФ Государственный инспектор труда при выявлении сокрытого несчастного случая, поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица) о несогласии их с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, проводит дополнительное расследование несчастного случая в соответствии с требованиями настоящей главы независимо от срока давности несчастного случая. Дополнительное расследование проводится, как правило, с привлечением профсоюзного инспектора труда, а при необходимости - представителей соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, и исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя). По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляет заключение о несчастном случае на производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем).

Государственный инспектор труда имеет право обязать работодателя (его представителя) составить новый акт о несчастном случае на производстве, если имеющийся акт оформлен с нарушениями или не соответствует материалам расследования несчастного случая. В этом случае прежний акт о несчастном случае на производстве признается утратившим силу на основании решения работодателя (его представителя) или государственного инспектора труда.

При поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего, его доверенного лица или родственников погибшего в результате несчастного случая о несогласии их с выводами комиссии, а также при поступлении от работодателя (его представителя) сообщения о последствиях несчастного случая на производстве или иной информации, свидетельствующей о нарушении установленного порядка расследования (отсутствие своевременного сообщения о тяжелом или смертельном несчастном случае, расследование его комиссией ненадлежащего состава, изменение степени тяжести и последствий несчастного случая), государственный инспектор труда, независимо от срока давности несчастного случая, проводит дополнительное расследование несчастного случая, как правило, с участием профсоюзного инспектора труда, при необходимости - представителей иных органов государственного надзора и контроля, а в случаях, упомянутых во втором абзаце пункта 20 настоящего Положения, - исполнительного органа страховщика (по месту регистрации прежнего страхователя).

По результатам расследования государственный инспектор труда составляет заключение по форме 5, предусмотренной приложением N 1 к настоящему Постановлению, и выдает предписание, являющиеся обязательными для исполнения работодателем (его представителем).

Судом установлено, что ФИО3 был принят на работу в ОАО «Мостоотряд № 34» на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № в качестве машиниста бульдозера 5 разряда. Прием на работу оформлен приказом от ДД.ММ.ГГГГ №.

ДД.ММ.ГГГГ между МУ «Улан-Удэстройзаказчик» и ОАО «Мостоотряд № 34» заключен муниципальный контракт на выполнение подрядных работ по объекту: Строительство транспортной развязки по <адрес> и <адрес>. В перечень выполняемых работ включены были работы по устройству шумозащитных ограждений.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № для выполнения аккордного задания по сдаче первой очереди транспортной развязки по <адрес> – <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ организована комплексная бригада, в состав которой был включен ФИО3 в качестве машиниста бульдозера, начальником бригады назначен ФИО5

В срок до ДД.ММ.ГГГГ основные работы на объекте были завершены, Чеботарев принял решение об установлении членами комплексной бригады шумозащитных экранов.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 в составе комплексной бригады выполнял работы на строительстве объекта в качестве разнорабочего и получил травму, бригадой скорой помощи он был госпитализирован в БСМП на стационарное лечение.

По факту полученной ФИО3 травмы была создана комиссия по расследованию несчастного случая на производстве, которая составила акт о нечастном случае на производстве по форме №, произошедшем с ФИО3, утвержденный ДД.ММ.ГГГГ генеральным директором ОАО «Мостостроительный отряд № 34» ФИО4

Согласно Акту о нечастном случае на производстве обстоятельства несчастного случая в п. № изложены в следующем виде: ДД.ММ.ГГГГ около 19 часов ФИО3 и ФИО6 закончили установку поликарбоната, ФИО3, оперся рукой о перильное ограждение высотой 1 м. 11 см., и перепрыгнул через него, зацепился одеждой за шуруп в металлическом каркасе и упал на мостовое покрытие, ударился головой, правым боком и плечом. ФИО3 бригадой скорой помощи госпитализирован в БСМП на стационарное лечение, где установлен диагноз:<данные изъяты>.

ФИО3, не согласившись с актом о несчастном случае, ДД.ММ.ГГГГ обратился с заявлением в Государственную инспекцию труда в РБ о проведении дополнительного расследования несчастного случая на производстве, которое произошло ДД.ММ.ГГГГ во время работы в ОАО «Мостоотряд № 34». Согласно заявлению ФИО3 обстоятельства несчастного случая, описанные в акте о несчастном случае, степень тяжести вреда здоровью не соответствуют истинным обстоятельствам происшедшего. Обстоятельства происшествия могут подтвердить работники ОАО «Мостоотряд № 34».

Таким образом, в соответствии со ст. 229.3 ТК РФ у государственного инспектора труда в РБ возникло основание для проведения дополнительного расследования несчастного случая, в результате которого ФИО3 получал производственную травму, поскольку от пострадавшего поступило заявление о несогласии с выводами комиссии об обстоятельствах несчастного случая, причинах его возникновения м степени тяжести причиненного вреда здоровью пострадавшего.

Заместителем руководителя Государственной инспекции труда – заместителем главного государственного инспектора труда в Республике Бурятия ФИО1 проведено дополнительное расследование несчастного случая на производстве, составлено заключение и выдано предписание об устранении нарушений законодательства № в срок до ДД.ММ.ГГГГ

В указанном предписании ответчик был обязан устранить нарушения трудового законодательства, а именно:

признать утратившим силу с ДД.ММ.ГГГГ акт о несчастном случае на производстве по форме № от ДД.ММ.ГГГГ на ФИО3,

составить и утвердить акт о несчастном случае на производстве по форме № на ФИО3 в соответствие с заключением государственного инспектора труда от ДД.ММ.ГГГГ,

изложить п. № акта № в редакции: согласно медицинскому заключению от ДД.ММ.ГГГГ, выданному МУЗ «Городская клиническая поликлиника скорой медицинской помощи им. В.В. Ангапова», ФИО3 поставлен диагноз: <данные изъяты>. Согласно справке № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной МУЗ «Городская поликлиника № г. Улан-Удэ» ФИО3 установлен заключительный диагноз пострадавшего от несчастного случая на производстве: Состояние после сочетанной производственной травмы. <данные изъяты>.Осн. ст. 229.3ТК РФ,

изложить п. 8.4 акта Н-1 в следующей редакции: очевидцы: ФИО7, проживающий по адресу: <адрес>,

акт о несчастном случае на производстве по форме № по требованию пострадавшего вручить ФИО3, направить страховщику, в срок до ДД.ММ.ГГГГ,

предоставить в Государственную инспекцию труда в Республике Бурятия акт по форме № на ФИО3, составленный в соответствие с заключением государственного инспектора труда от ДД.ММ.ГГГГ и копию сопроводительного письма в ГУ-РО ФСС РФ по РБ.

Согласно указанному заключению в результате дополнительного расследования установлены иные обстоятельства несчастного случая, иной характер повреждений, полученных пострадавшим, чем указано в Акте о несчастном случае на производстве, установлен очевидец происшествия, не указанный в Акте.

Основанием для изменения обстоятельств несчастного случая, а именно: получение ФИО3 травмы вследствие падения с высоты около 3-х метров, происшедшего из-за обрыва строп люльки, а не вследствие падения через ограждение высотой 1,11 метров, а также для изменения характера повреждений, полученных ФИО3 в результате несчастного случая на производстве, а именно установление диагноза: Состояние после сочетанной производственной травмы. <данные изъяты>, то есть травмы, связанной с повреждением позвоночника, которая не указана в Акте о несчастном случае на производстве, явились опрос ФИО8 как должностного лица ОАО «Мостостроительный отряд №», участвовавшего в расследовании данного несчастного случая в качестве члена комиссии, пострадавшего ФИО3, ФИО7 в качестве очевидца несчастного случая, запросы из ОАО «Мостостроительный отряд №» Рабочего проекта организации строительства, договора на оказание авто услуг от 01.03.2011г., договор на оказание услуг дорожно-строительной техники от ДД.ММ.ГГГГ, документы на выдачу СИЗ.

Суд, проверив материалы дополнительного расследования, выслушав свидетелей, приходит к выводу, что имелись основания для внесения изменений в Акт формы № об обстоятельствах несчастного случая.

В ходе дополнительного расследования был установлен очевидец падения ФИО3 – ФИО7, который не был опрошен при расследовании несчастного случая, однако при дополнительном расследовании пояснил, что ФИО3 выпал из люльки, с высоты 3 метров. Указанные пояснения очевидца подтверждаются объективным доказательством: талоном к сопроводительному листу Станции скорой медицинской помощи г. Улан-Удэ № 391 от ДД.ММ.ГГГГ, в котором указано, что обстоятельством несчастного случая, произошедшего с ФИО3 является падение с высоты 3 метров, поэтому указанные доказательства в совокупности с пояснениями ФИО3 и свидетеля ФИО9, допрошенного в судебном заседании, о падении потерпевшего с высоты 3 метров, из люльки автокрана подтверждают иные обстоятельства несчастного случая на производстве, чем они указаны в Акте Н-1.

Согласно Положению о порядке расследовании несчастных случаев на производстве степень тяжести производственной травмы определяется на основании медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести по форме 315у, утвержденной Приказом Минздравсоцразвития РФ от 15.04.2005 N 275 "О формах документов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве".

В материалах расследования имеется медицинское заключение формы №, выданное ГБУЗ ГК БСМП по запросу работодателя ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому характер и тяжесть повреждений ФИО3 указаны как: <данные изъяты>, при этом в заключении сведений о повреждении позвоночника не имеется.

Вместе с тем, ФИО3 после выписки из ГБУЗ ГК БСМП ДД.ММ.ГГГГ обратился за амбулаторным лечением и находился на лечении в ГБУЗ «Городская поликлиника №» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ По окончании лечения ГБУЗ «Городская поликлиника №» выдана соответствующая справка № от ДД.ММ.ГГГГ формы № о заключительном диагнозе: <данные изъяты>.

Указанной справке о заключительном диагнозе суд доверяет, поскольку из представленного выписного эпикриза № от ДД.ММ.ГГГГ о стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и больничных листов следует, что ФИО3 находился на амбулаторном лечении значительный период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть почти 10 месяцев, при этом амбулаторное лечение явилось продолжением стационарного лечения, связанного с полученными сочетанными травмами. Согласно больничным листам причиной нетрудоспособности является производственная травма.

Согласно заключению трудинспекции по результатам дополнительного расследования ФИО3 по последствиям несчастного случая на производстве установлена инвалидность III группы, установление данного обстоятельства напрямую связано с получением ФИО3 производственной травмы, полученной им ДД.ММ.ГГГГ.

Суд принимает довод и доказательства ответчика и считает, что имеются основания для изменения в Акте № характера и тяжести повреждений здоровья ФИО3, поскольку указанный в Акте № характер и тяжесть повреждений ФИО3 установлен из медицинского заключения ГБУЗ ГК БСМП о диагнозе ФИО3, который не являлся окончательным в связи с прохождением им амбулаторного лечения.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии оснований для проведения дополнительного расследования, по результатам которого уполномоченным лицом составлено заключение и выдано обязательное для выполнения работодателем предписание об устранении допущенных нарушений. При этом действия государственного инспектора труда соответствовали требованиям Трудового кодекса РФ.

Доводы истца о не привлечении государственным инспектором труда к расследованию несчастного случая на производстве профсоюзного инспектора труда, а также представителя соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный надзор и исполнительного органа страховщика, не имеет правового значения для разрешения дела, поскольку ч. 1 ст. 229.3 ТК РФ определено, что дополнительное расследование проводится, как правило, с привлечением профсоюзного инспектора труда и при необходимости представителя соответствующего федерального органа исполнительной власти и исполнительного органа страховщика. Следовательно, привлечение профсоюзного инспектора труда не является обязательным условием проведения дополнительного расследования государственным инспектором труда. Государственный инспектор труда не нашел необходимым привлечение к дополнительному расследованию других лиц, истец же в суде не доказал необходимость участия данных лиц в дополнительном расследовании.

На основании изложенного суд не находит безосновательным требование истца, предписание является законным и подлежащим исполнению.

Руководствуясь ст.ст. 175, 180 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении административного искового заявления ОАО «Мостоотряд № 34» к Государственной инспекции труда в Республике Бурятия, государственному инспектору труда в РБ ФИО1 о признании незаконным и отмене предписания отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд РБ в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы в Октябрьский районный суд г. Улан-Удэ.

Судья А.Д. Бунаева