Решение № 2-314/2017 2-314/2017(2-4519/2016;)~М-4006/2016 2-4519/2016 М-4006/2016 от 23 апреля 2017 г. по делу № 2-314/2017

Дело № 2-314/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 апреля 2017 года город Барнаул

Железнодорожный районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего Диденко О.В.,

при секретаре Бабичевой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску муниципального автономного учреждения дополнительного образования «Детско-Юношеская спортивная школа «Рубин» к ФИО1 о возмещении ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Муниципальное автономное учреждение дополнительного образования «Детско-Юношеская спортивная школа «Рубин» (далее МАУДО «ДЮСШ «Рубин») обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО1, в котором, с учетом уточнения требований, просило взыскать причиненный ущерб работодателю в размере среднего заработка работника в сумме <данные изъяты> рублей, а также судебные расходы.

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком заключен трудовой договор, в соответствии с которым ФИО1 принят на должность слесаря сантехнического оборудования.

Приказом работодателя от ДД.ММ.ГГГГ № на ФИО1 возложены обязанности водителя автомобиля УАЗ 220695-04, р/з У 305 РМ 22.

ДД.ММ.ГГГГ с участием указанного автомобиля под управлением ФИО1 произошло дорожно-транспортное происшествие.

После дорожно-транспортного происшествия во время ожидания сотрудников ГИБДД и аварийного комиссариата произошло возгорание автомобиля <данные изъяты>, которое, по мнению истца, произошло по причине не соблюдения ФИО1 техники безопасности.

Так, в соответствии с заключением ООО НТЦ «<данные изъяты>» причиной возникновения пожара в автомобиле явилось воспламенение обивки сидения от тлеющего табачного изделия.

Сумма ущерба, причиненного возгоранием, составила <данные изъяты> рублей.

Ссылаясь на положения ст.241 Трудового кодекса Российской Федерации, истец просил взыскать с ФИО1 в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате повреждения имущества работодателя <данные изъяты> рублей, что соответствует размеру среднемесячного заработка работника.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 настаивала на удовлетворении заявленных требований с учетом их уточнения.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще. В ранее состоявшемся судебном заседании иск не признал, оспорив причину возгорания автомобиля, пояснив, что в салоне автомобиля не курил, и возгорание произошло по иной причине, не связанной с курением. Считает, что возгорание могло произойти от столкновения автомобилей, являвшихся участниками ДТП, а также в результате ненадлежащего технического состояния автомобиля УАЗ 220695-04, р/з У 305 РМ 22. Кроме того, полагал, что при наличии имеющегося у него заболевания и факта приема лекарственных средств, препятствующих управлению транспортным средством, работодатель не должен был привлекать его исполнению обязанностей водителя.

Представители ответчика ФИО3 и ФИО4 просили в удовлетворении иска отказать, считая его необоснованным по основанию отсутствия вины ФИО1 в возгорании автомобиля. Сумму ущерба, причиненного самим фактом возгорания, не оспорили.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц ФИО5, ФИО6 разрешение заявленных требований оставили на усмотрение суда.

С учетом мнения лиц, участвующих в деле, на основании положений ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения участников судебного заседания, исследовав и оценив в совокупности представленные по делу доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно положениям Трудового кодекса РФ сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с данным Кодексом и иными федеральными законами (статья 232). Материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами (статья 233).

Как разъяснено в п. 4 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба.

Согласно ст. 232 Трудового кодекса Российской Федерации расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Как следует из положений ст. 238 Трудового кодекса РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

По общему правилу, предусмотренному ст. 241 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи со ст. 233 того же Кодекса, работник несет материальную ответственность за ущерб, причиненный по его вине, в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно ст. 239 Трудового кодекса Российской Федерации, материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ на пересечении улиц <данные изъяты> произошло ДТП при котором совершен наезд автомобиля <данные изъяты>, принадлежащего МАУДО «ДЮСШ «Рубин» под управлением ФИО1, на автомобиль <данные изъяты>, под управлением ФИО8, и наезд автомобиля <данные изъяты>, под управлением ФИО5 на автомобиль <данные изъяты>, под управлением ФИО1.

В объяснениях, данных ДД.ММ.ГГГГ сотрудникам ГИБДД непосредственно после ДТП, ФИО1 указал, что, управляя технически исправным транспортным средством, допустил столкновение с впереди стоящим автомобилем <данные изъяты>. Во время выставления знака аварийной сигнализации, произошло возгорание автомобиля.

Из объяснений ФИО5, данных ДД.ММ.ГГГГ сотрудникам ГИБДД следует, что причиной столкновения его автомобиля с автомобилем под управлением ФИО1 послужило скользкое дорожное покрытие и недостаточность тормозного пути.

Определениями дежурного ДЧ ОБДПС ГИБДД УМВД России по г.Барнаулу ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении дел об административных правонарушениях в отношении ФИО5 и ФИО1 в связи с отсутствием в действиях участников ДТП состава административного правонарушения (п.2 ч.1 ст.24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Факт возгорания автомобиля <данные изъяты>, непосредственно после ДТП, а также тот факт, что автомобиль на момент возгорания находился во владении ФИО1 и в распоряжение иных лиц не передавался, в ходе рассмотрения дела сторонами не оспаривался.

Из материалов дела следует, что в момент возгорания автомобиля ФИО1 находился в трудовых отношениях с МАУДО «ДЮСШ «Рубин» и управлял автомобилем по заданию работодателя. Данные обстоятельства подтверждаются трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ с отметкой о его расторжении ДД.ММ.ГГГГ, приказом МАУДО «ДЮСШ «Рубин» № от ДД.ММ.ГГГГ о возложении с ДД.ММ.ГГГГ на ФИО1 обязанностей водителя, с которым он ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, табелем учета рабочего времени за ДД.ММ.ГГГГ года, журналом учета движения путевых листов.

Согласно карточке учета транспортных средств владельцем автомобиля <данные изъяты>, являлся МАУДО «ДЮСШ «Рубин» (том 1 л.д.102).

Как следует из представленного истцом экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, составленного Центром независимой оценки «<данные изъяты>», стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, поврежденного в результате возгорания без учета износа составляет <данные изъяты> рублей, с учетом износа <данные изъяты> рублей.

В соответствии со статьей 246 Трудового кодекса РФ размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Следовательно, представленными доказательствами подтверждается сумма причиненного истцу ущерба в размере <данные изъяты> рублей, которая стороной ответчика в ходе рассмотрения дела не оспаривалась. Доводы истца об определении суммы ущерба в размере <данные изъяты> рублей без учета износа обоснованными не являются.

В целях выявления причин ДТП и факта возгорания автомобиля <данные изъяты>, управляемого работником ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, директором МАУДО «ДЮСШ «Рубин» издан приказ № от ДД.ММ.ГГГГ о создании комиссии для проведения служебного расследования, в том числе для установления возможных причин возгорания автомобиля.

Как следует из объяснений ФИО1, отобранных в ходе служебной проверки, ДД.ММ.ГГГГ он следовал на служебном автомобиле УАЗ по <данные изъяты>, допустил столкновение с впереди едущим автомобилем <данные изъяты>, после чего на автомобиль под его управлением был совершен наезд следовавшим за ним автомобилем. Когда вышел осмотреть автомобиль и установить аварийный знак, то увидел дым в салоне своего автомобиля, принялся тушить пожар. Пламя было потушено, после чего подъехала пожарная машина и окончательно ликвидировала пожар.

Согласно акту служебного расследования от ДД.ММ.ГГГГ в ходе расследования установлено, что ФИО1 на основании путевого листа № от ДД.ММ.ГГГГ двигаясь на автомобиле <данные изъяты>, в сторону г. Барнаула совершил ДТП по адресу: <адрес>, а именно, наезд на впереди стоящее транспортное средство – автомобиль <данные изъяты>, из-за несоблюдения скоростного режима и состояния дорожного полотна. По факту причины возгорания автомобиля <данные изъяты>, на основании пожарно-технической экспертизы, комиссия пришла к выводу, что очаг возгорания располагался на подушке сидения водителя, расположенного в передней левой части кузова. Причиной пожара в автомобиле <данные изъяты>, послужило воспламенение обивки сидения водителя от тлеющего табачного изделия, что установлено экспертным заключением №, выполненным ООО НТЦ «<данные изъяты>».

С результатами служебной проверки ФИО1 ознакомиться отказался, о чем составлен соответствующий акт от ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 оспорил заключение досудебной экспертизы о причинах возгорания автомобиля, в связи с чем, на основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ экспертами НП «Палата <данные изъяты>», которым производство экспертизы поручалось по ходатайству сторон, проведена судебная пожарно-техническая экспертиза, согласно заключению которой установлено, что очаг пожара располагался между водительским креслом и перегородкой кабины автомобиля <данные изъяты>, приблизительно на уровне пола, справа от аккумуляторной батареи. Достоверно установить источник зажигания, причастный к возникновению данного пожара, экспертам не представилось возможным. Однако, наиболее вероятными источниками зажигания, по мнению экспертов, могли быть тлеющее табачное изделие или тепловыделение в результате короткого замыкания на клеммах АКБ постороннего металлического предмета во время ДТП. При этом, исключить возможность возникновения пожара в автомобиле УАЗ 220695-04, р/з У 305 РМ 22, от тлеющего табачного изделия по имеющимся материалам не представилось возможным.

Согласно заключению эксперта в районе очага пожара обнаружена АКБ с аккумуляторными проводами, имеющими наконечники, и жгут электропроводов, идущий к блоку управления двигателем, которые обгорели в результате пожара. На токоведущих элементах указанного электрооборудования признаков аварийной работы не обнаружено. Исходя из конструкции аккумуляторной батареи, она не могла быть источником зажигания, ведущим к пожару. Вместе с тем, энергетический запас заряженной аккумуляторной батареи при моментальном разряде, который сопровождается тепловыми эффектами, может служить причиной воспламенения большинства горючих материалов.

Из разъяснений эксперта НП «<данные изъяты>» ФИО10, допрошенного в судебном заседании, следует, что поскольку клеммы АКБ и наконечников проводов не изолированы, то при ДТП перемещение находящихся в кабине бумаги либо металлического предмета приводит к короткому замыканию между клеммами АКБ или плюсовым выводом с последующим разогревом до температуры воспламенения рядом расположенных горючих материалов, в том числе бумаги. В данном случае о возгорании автомобиля <данные изъяты> именно по этой причине свидетельствует то, что на фото с места ДТП рядом с очагом пожара находится предмет, похожий на металлическую ленту. Перемещение данного предмета на клеммы АКБ могло привести к замыканию, что в свою очередь, привело в воспламенению лежавшей рядом бумаги и к возгоранию автомобиля. При этом возгорание автомобиля в результате его технической неисправности, либо в результате столкновения автомобилей при ДТП экспертом не подтверждается.

Таким образом, из заключения эксперта и его разъяснений в судебном заседании следует, что все причины возникновения пожара связаны с отсутствием необходимых мер безопасности, которые не были предприняты водителем автомобиля <данные изъяты>.

Заключение эксперта основано на тщательном исследовании спорного автомобиля и представленных материалов. Выводы заключения эксперта обоснованы, представляются суду конкретными и понятными, экспертиза содержит описание проведенного исследования и ответы на все поставленные перед экспертом вопросы. Эксперт перед проведением экспертизы предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Не доверять заключению эксперта, а также оснований для признания указанного экспертного заключения недопустимым доказательством, у суда оснований не имеется.

Из показаний допрошенного в ходе рассмотрения дела свидетеля ФИО11 следует, что за водительским креслом находилась бумага, перемещение которой при столкновении автомобилей при ДТП очевидно. Данное обстоятельство в ходе рассмотрения дела не оспаривалось. ФИО1 оспаривал причину возгорания автомобиля в результате курения табачного изделия, ссылаясь на техническую неисправность транспортного средства и столкновение автомобилей при ДТП.

Вместе с тем, доказательств того, что причиной возгорания автомобиля явилось столкновение автомобилей, или техническая неисправность транспортного средства, либо работодателем не были созданы безопасные условия труда работнику, а также не были созданы условия для обеспечения сохранности, вверенного работнику транспортного средства, в материалах дела не имеется. Более того, при даче объяснений сотрудникам ГИБДД непосредственно сразу после ДТП ФИО1 указывал, что управлял технически исправным транспортным средством.

Кроме того, как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ООО «<данные изъяты>» выполнен текущий ремонт автомобиля УАЗ по заказу МАУДО «ДЮСШ «Рубин», что подтверждается нарядом-заказом от ДД.ММ.ГГГГ, актом выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> рублей.

Путевой лист легкового автомобиля № от ДД.ММ.ГГГГ выдан МАУДО «ДЮСШ «Рубин» за подписью ФИО1 в качестве механика, разрешившего выезд автомобиля и водителя, который принял автомобиль в технически исправном состоянии, что подтверждается также журналом выдачи путевых листов за ДД.ММ.ГГГГ года (л.д. 198-199).

В связи с чем, доводы ФИО1 о том, что в момент аварии автомобиль находился в неисправном техническом состоянии, явившемся причиной его возгорания, своего подтверждения не нашли.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание представленные по делу доказательства, суд полагает доказанным, что возгорание автомобиля произошло в результате аварийной работы электрооборудования автомобиля по вине водителя ФИО1, допустившего размещение в автомобиле не закрепленных предметов в виде бумаги и металлической ленты.

В соответствии с п.309 Постановления Правительства РФ от 25.04.2012 N 390 "О противопожарном режиме" пожаровзрывоопасные и пожароопасные вещества и материалы следует надежно закреплять в вагонах, контейнерах и кузовах автомобилей в целях исключения их перемещения при движении.

Данная обязанность водителем ФИО1 исполнена не была.

Каких-либо доказательств того, что пожар начался в результате действий третьих лиц или обстоятельств непреодолимой силы, суду не представлено.

Таким образом, поскольку ответчику на момент управления им транспортным средством работодателем было вверено имущество, он обязан был осуществлять заботу о транспортном средстве, а именно, устранять различные угрозы безопасности, исходящие от тех или иных качеств вещей, находящихся в автомобиле при его управлении, в связи с чем, именно ФИО1 несет ответственность за возмещение ущерба, причиненного работодателю. Доказательств обратного суду не представлено.

Что касается причины возгорания автомобиля в результате курения водителем табачного изделия, достаточных и допустимых этому доказательств по делу не установлено. Из показаний допрошенных в качестве свидетелей пассажиров <данные изъяты>, являвшихся коллегами ФИО1 по работе ФИО11, ФИО12 и ФИО13 следует, что ФИО1 курил после того, как произошло ДТП. Однако доказательств причинно-следственной связи между курением водителя после ДТП и возгоранием автомобиля в материалах дела не имеется. Доводы стороны истца о том, что горящая сигарета могла попасть на сиденье водителя, в результате чего и произошло возгорание автомобиля основано на предположениях, которые не нашли своего подтверждения в совокупности с иными представленными по делу доказательствами.

Так, из заключения эксперта НП «<данные изъяты>» ФИО10 следует, что материал обшивки сиденья автомобиля <данные изъяты> не поддерживает тление, следовательно, пожар возникнуть по причине попадания тлеющего табачного изделия на подушку водительского кресла возникнуть не мог.

Ссылка истца в подтверждение данных доводов на заключение ООО НТЦ «<данные изъяты>» судом во внимание не принимается, поскольку при даче заключения эксперт не предупреждался судом за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст.308 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Довод ФИО1 о том, что работодатель не должен был допускать его ДД.ММ.ГГГГ до выполнения обязанностей водителя, в силу его состояния здоровья, не может являться обстоятельством исключающим вину ФИО1 в причинении материального ущерба своими неосторожными действиями, повлекшими воспламенение автомобиля, принадлежащего работодателю.

Действительно, пунктом 12 Правил дорожного движения РФ должностным и иным лицам, ответственным за техническое состояние и эксплуатацию транспортных средств, запрещается допускать к управлению транспортными средствами водителей, находящихся в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения, не имеющих страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в случаях, когда обязанность по страхованию своей гражданской ответственности установлена федеральным законом, или лиц, не имеющих права управления транспортным средством данной категории или подкатегории.

Как следует из выписки от ДД.ММ.ГГГГ КГБУЗ «Городская больница №» ФИО1 установлен диагноз «<данные изъяты>».

Однако доказательств того, что ФИО1 ставил в известность работодателя о наличии у него указанного заболевания, либо заболевания, которое препятствует ему управлять транспортным средством, не представлено.

Установлено, в ДД.ММ.ГГГГ году ФИО1 выдано водительское удостоверение на право управление транспортными средствами категории «В». Сведений о том, что в установленном законом порядке данное право прекращено, в материалах дела не имеется.

Из показаний допрошенных в ходе рассмотрения дела свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, следует, что ФИО1 приезжал на работу на автомобиле, самостоятельно управляя им, о наличии у него заболевания, препятствующего управлению транспортным средством никому не сообщал.

Вместе с тем, на водителе лежит обязанность по соблюдению безопасности на дорогах. Согласно пункту 2.7 Правил дорожного движения РФ, водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

На основании статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на отказ от выполнения работ в случае возникновения опасности для его жизни и здоровья вследствие нарушения требований охраны труда, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами, до устранения такой опасности.

При этом, в силу ст. 220 Трудового кодекса Российской Федерации отказ работника от выполнения работ в случае возникновения опасности для его жизни и здоровья вследствие нарушения требований охраны труда либо от выполнения работ с вредными и (или) опасными условиями труда, не предусмотренных трудовым договором, не влечет за собой привлечения его к дисциплинарной ответственности.

Между тем, ФИО1 не предпринял должных мер к информированию работодателя о невозможности дальнейшего исполнения обязанностей водителя. Доказательств об отказе от выполнения трудовых обязанностей в качестве водителя ФИО1 не представлено.

Кроме того, суд учитывает, что обстоятельства, послужившие причиной возникновения пожара, причинившего материальный ущерб работодателю, не связаны непосредственно с действиями ФИО1 по управлению транспортным средством, поэтому доводы стороны ответчика о не прохождении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ предрейсового медицинского осмотра, и о незаконном допуске его к выполнению обязанностей водителя при установленных обстоятельствах непосредственного значения для рассмотрения дела не имеют.

Таким образом, доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника (ст. 239 Трудового кодекса Российской Федерации), в том числе, непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, из материалов дела не усматривается. Необходимых относимых и допустимых доказательств, в подтверждение соответствующих доводов (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) ответчиком суду не представлено.

При таких обстоятельствах, с учетом положений ст. ст. 232, 233, 238 Трудового кодекса Российской Федерации, правовые и фактические основания для привлечения ответчика к материальной ответственности имеются.

В силу ст. 241 Трудового кодекса Российской Федерации по общему правилу за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено указанным Кодексом или иными федеральными законами.

Поскольку оснований для возложения на ФИО1 обязанности полной материальной ответственности, которые установлены с п. 8 ч. 1 ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей, не имеется, доказательств обратного в материалах дела не содержится, а предусмотренных ст. 239 ТК РФ обстоятельств, исключающих материальную ответственность ФИО1, не установлено, за причиненный ущерб на ответчика может быть возложена обязанность по возмещению материальной ответственности в пределах его среднего месячного заработка, который устанавливается на день причинения вреда и подсчитывается на общих основаниях, установленных ст. 139 ТК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации при расчете средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

Таким образом, расчетным периодом, предшествующим дате ДТП, будет являться период с февраля 2015 года по январь 2016 года.

Согласно п. 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 N 922 при определении среднего заработка используется средний дневной заработок.

Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Проверив представленный истцом расчет суммы среднего заработка ФИО1 в размере <данные изъяты> руб., не оспоренного ответчиком, суд полагает возможным согласиться с ним, поскольку рассчитанная истцом сумма не превышает размер среднего заработка за 12 календарных месяцев, исчисленного в соответствии с Положением, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 года N 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы».

Следовательно, материальная ответственность ФИО1 перед работодателем не может превышать в пределах заявленных <данные изъяты> руб..

В соответствии с ч. 1 ст. 250 Трудового кодекса Российской Федерации орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что работник обязан возместить причиненный ущерб, суд в соответствии с частью первой статьи 250 ТК РФ может с учетом степени и формы вины, материального положения работника, а также других конкретных обстоятельств снизить размер сумм, подлежащих взысканию, но не вправе полностью освободить работника от такой обязанности. При этом следует иметь в виду, что в соответствии с частью второй статьи 250 ТК РФ снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не может быть произведено, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях. Снижение размера ущерба допустимо в случаях как полной, так и ограниченной материальной ответственности. Оценивая материальное положение работника, следует принимать во внимание его имущественное положение (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейное положение (количество членов семьи, наличие иждивенцев, удержания по исполнительным документам) и т.п..

Учитывая конкретные обстоятельства, установленные по делу, степень и форму вины ответчика, его имущественное и семейное положение, наличие на иждивении двоих несовершеннолетних детей, суд считает возможным снизить размер суммы, подлежащей взысканию с ответчика, определив ко взысканию с ФИО1 в пользу истца <данные изъяты> рублей.

Согласно п. 10 ч. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации при уменьшении истцом размера исковых требований сумма излишне уплаченной государственной пошлины возвращается в порядке, предусмотренном статьей 333.40 настоящего Кодекса.

В соответствии с п.п. 1 п. 1 ст.333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная государственная пошлина подлежит возврату частично или полностью в случае уплаты государственной пошлины в большем размере, чем это предусмотрено настоящей главой.

Поскольку истцом государственная пошлина по имущественным требованиям в размере <данные изъяты> рублей уплачена, исходя из цены иска <данные изъяты> рублей, которая в ходе рассмотрения истцом уменьшена до <данные изъяты> рублей, то излишне уплаченная сумма госпошлины в размере <данные изъяты> рублей подлежит возврату.

На основании ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ФИО1 в пользу МАУДО «ДЮСШ «Рубин» подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины пропорционально удовлетворенным требованиям в сумме <данные изъяты> рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования муниципального автономного учреждения дополнительного образования «Детско-Юношеская спортивная школа «Рубин» удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу муниципального автономного учреждения дополнительного образования «Детско-Юношеская спортивная школа «Рубин» сумму материального ущерба, причиненного работодателю в размере <данные изъяты> рублей, расходы по уплате государственной пошлины в сумме <данные изъяты> рублей.

Возвратить муниципальному автономному учреждению дополнительного образования «Детско-Юношеская спортивная школа «Рубин» государственную пошлину в размере <данные изъяты> рубля <данные изъяты> копеек, уплаченную в Управление федерального казначейства по Алтайскому краю (Инспекция федеральной налоговой службы России №№ Алтайского края), согласно платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения через Железнодорожный районный суд г. Барнаула.

Судья О.В. Диденко