Решение № 2-312/2021 2-312/2021~М-279/2021 М-279/2021 от 29 июля 2021 г. по делу № 2-312/2021

УИД - 31RS0001-01-2021-000457-17 Дело № 2-312/2021


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИИ

30 июля 2021 года г. Алексеевка

Алексеевский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Чуприна Н.П.,

при секретаре Малина И.В.,

с участием ответчика Бессмертной Л.Г., ее представителя - адвоката БОКА Октябрьской центральной адвокатской конторы г. Белгорода ФИО1, третьего лица нотариуса Алексеевского нотариального округа ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании завещания недействительным и признании права собственности на долю в праве собственности на квартиру в порядке наследования,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ умер Ш.И.М. После его смерти открылось наследство на принадлежащую ему 1/2 долю в праве собственности на трехкомнатную квартиру общей площадью 79,1 кв.м., расположенную по адресу: <...>.

Супруга Ш.И.М. – Ш.И.М. умерла ДД.ММ.ГГГГ. Наследство после ее смерти в виде 1/2 доли в праве собственности на трехкомнатную квартиру общей площадью 79,1 кв.м., расположенную по адресу: <...>, по завещанию принял ее племянник - ФИО3

Ш.И.М. 04.04.2014г. сделал завещание в отношении всего своего имущества на имя ФИО3, но нотариусом г.Москвы ФИО6 ему было отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство по завещанию в части наследства на долю в квартире в <...>, т.к. согласно завещанию Ш.И.М. от 22.06.2020г., с заявлением о принятии наследства обратилась ФИО4

Дело инициировано иском ФИО3, который просит признать недействительным завещание Ш.И.М. от 22.06.2020г. в пользу Бессмертной Л.Г., удостоверенное нотариусом Алексеевского нотариального округа ФИО2, на долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...>, и признать за ним право на 1/2 долю в указанной квартире в порядке наследования после смерти Ш.И.М.

Свои требования основывает на том, что после смерти супруги состояние здоровья Ш.И.М. сильно ухудшилось. С марта 2016 года он страдал онкологическим заболеванием - <данные изъяты>, а также у него были другие сопутствующие, хронические заболевания в связи с его преклонным возрастом, а в последний год жизни его психическое состояние значительно ухудшилось, и его поведение свидетельствовало о том, что он не мог понимать значение своих действий и руководить ими. ФИО3 обращался в психоневрологический диспансер по поводу обследования психического здоровья дяди, однако обследование не удалось провести, т.к. Ш.И.М. был нетранспортабельным. На протяжении последних двух лет он говорил, что его жена И. не умерла, она находится в соседней комнате и обиделась на него из-за чего то, поэтому не выходит. Поэтому считает, что в момент составления завещания на имя Бессмертной Л.Г. он находился в таком состоянии, когда не мог понимать значение своих действий и руководить ими, и содержание завещания не соответствовало воле Ш.И.М. Нотариус Алексеевского нотариального округа ФИО2 оформляла завещание 22.06.2020г. в пользу Бессмертной Л.Г. дома у Ш.И.М., поскольку на момент совершения сделки он был лежачим, не вставал, т.к. прогрессировала <данные изъяты>.

Считает, что содержание завещания не соответствовало воле Ш.И.М., оно составлено за 40 дней до его кончины, именно в тот период, когда Ш.И.М. находился в тяжелом состоянии из-за онкологического заболевания – <данные изъяты> и сопутствующих заболеваний, и в силу возраста (ДД.ММ.ГГГГ года), будучи в таком состоянии он не осознавал сути сделки. Поэтому оспариваемое завещание является недействительным, т.к. совершено с нарушением требований действующего законодательства и не соответствует требованиям ст.ст.21,177,1118 ГК РФ.

Ш.И.М. после смерти супруги к нотариусу с заявлением о принятии наследства не обращался ввиду продолжительной болезни.

ФИО3 после смерти Ш.И.М. фактически принял наследство, принял меры к сохранности наследственного имущества, истец и Ш.И.М. до дня смерти были зарегистрированы по одному адресу, кроме того, он, истец, подал заявление нотариусу по месту открытия наследства Ш.И.М. о принятии наследства.

В судебное заседание истец, его представитель не явились. Имеется заявление о рассмотрении дела в их отсутствие.

В судебном заседании ответчик ФИО4, ее представитель ФИО7 иск не признали. ФИО4 пояснила, что до момента смерти Ш.И.М. был психически здоров, о том, что у него онкологическое заболевание стало известно после его смерти. Составить завещание на ее имя было волей Ш.И.М. Это был умный, грамотный человек, ученый, который занимался наукой до последних дней.

Третье лицо нотариус Алексеевского нотариального округа ФИО2 иск не признала. Пояснила, что за несколько дней до подписания завещания Ш.И.М. приходил к ней в нотариальную контору, они обговорили все условия завещания. Договорились, что она выедет к нему домой, т.к. была пандемия и кому за 60 лет, было рекомендовано оставаться дома, кроме того, он говорил, что ему тяжело спускаться и подниматься по лестнице на пятый этаж. Она приехала в оговоренный день и время, он был в своей комнате полусидя в кровати. Он прочитал завещание сам, также она прочитала ему вслух, он уточнил детали по обязательной доле. Он был совершенно здоров психически, очень умный, грамотный, интеллигентный человек, полностью дееспособный, трезво рассуждал, задавал вопросы по существу, много рассказывал о своей жизни, он грамотно строил предложения, у него прекрасная память, очень богатый словарный запас, его было интересно слушать и он с удовольствием общался. Завещание он делал осознанно и именно на долю в квартире, про остальное имущество он не говорил, поэтому в завещание включена только доля в квартире.

Выслушав ответчика, его представителя, третье лицо, допросив свидетелей, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

На основании пунктов 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного кодекса, влекущем за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного, неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительныи, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.

Как следует из материалов дела, в завещании, составленном 22.06.2020 года, Ш.И.М. при жизни выразил волю оставить в пользу Бессмертной Л.Г. принадлежащую ему 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...>. Завещание удостоверено нотариусом Алексеевского нотариального округа ФИО2, запись регистрации в реестре за № ....

Данное завещание при жизни Ш.И.М. не изменялось и не отменялось.

В обоснование иска ФИО3 указывает на то, что в последний год жизни Ш.И.М. его психическое состояние значительно ухудшилось, завещание составлено за 40 дней до его смерти, когда он находился в тяжелом состоянии вследствие онкологического заболевания.

Такие доводы истца о наличии у Ш.И.М. расстройства сознания какими-либо доказательствами, в том числе и медицинскими, не подтверждены.

Действительно, у Ш.И.М. было онкологическое заболевание, которое явилось причиной смерти, но при жизни о наличии такового не было известно ни Ш.И.М., ни третьим лицам.

Согласно справке о смерти № ... от 04.08.2020 г. причиной смерти Ш.И.М. явился <данные изъяты>. Однако, у врача - онколога он не наблюдался, лечение по этому заболеванию не получал, сильнодействующие, наркотические лекарственные препараты ему не выписывались.

Исходя из амбулаторной медицинской карты ОГБУЗ «Алексеевская ЦРБ» Ш.И.М., к нему дважды был вызов врача-терапевта на дом - 16.07.2020г. и 21.07.2020г., был проведен осмотр больного, жалобы были на одышку при физических нагрузках, головные боли, слабость, шаткость при ходьбе, головокружение. Указано, что сознание ясное. Были установлены диагнозы: <данные изъяты>. Ему назначено терапевтическое медикаментозное лечение - выписаны таблетки, расписан порядок их приема и дозировки.

Допрошенные в качестве свидетелей врачи-терапевты ОГБУЗ «Алексеевская ЦРБ» А.Т.И. и К.М.Р., выезжавшие по вызову домой к Ш.И.М., пояснили, что было видно, что у Ш.И.М. возрастные изменения, с этим связана слабость, он жаловался на общее самочувствие. Он не выглядел онкологически больным, анализы у него, кроме <данные изъяты>, были в норме. Он был очень общителен, рассказывал о себе, о работе, что жена умерла и живет один. Он был психически здоров, вел себя адекватно, отвечал на вопросы по существу, охотно общался. Лечение ему было назначено поддерживающее, <данные изъяты> исходя из общего состояния. Лекарства, содержащие психотропные вещества, ему не назначались.

Согласно справок ОГБУЗ «Алексеевская ЦРБ» от 25.03.2021г., Ш.И.М. на учете врача-психиатра и нарколога не состоял (т.1, л.д.111-113).

Допрошенная в качестве свидетеля К.О.Я., директор управляющей компании дома, видевшая Ш.И.М. примерно за неделю до смерти пояснила, что приходила проведать его, он разговаривал, был в нормальном состоянии, только похудел, но охотно общался, был совершенно нормальным в психическом плане, все понимал, поддерживал разговор.

Свидетель Л.С.И. – знакомый Ш.И.М., пояснил, что видел его в июле 2020 года, он уже больше лежал, говорил, что ему тяжело ходить, физически ослаб. Но он трезво мыслил, охотно разговаривал, спрашивал об интересующем его. Это был психически здоровый человек. Он понимал, что его жена умерла, такого, чтобы он с ней (умершей) разговаривал, искал ее, не было.

Оснований сомневаться в показаниях свидетелей у суда нет, они соответствуют материалам дела и обстоятельствам, установленным в судебном заседании. Заинтересованности в исходе дела свидетели не имеют.

В силу части 1 статьи 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела.

Таким образом, свидетельскими показаниями могли быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, о совершаемых им поступках, действиях и об отношении к ним.

Все допрошенные по делу свидетели указали лишь на обыденное поведение Ш.И.М.

Сведений о наличии у Ш.И.М. психического расстройства, либо совершение им действий (поведения), при наличии которых у суда были бы основания сомневаться в психическом статусе Ш.И.М. на момент подписания оспариваемого завещания, не имеется.

Подпись в оспариваемом завещании выполнена Ш.И.М., что подтверждается заключением почерковедческой экспертизы от 06.07.2021г. ФБУ «Воронежский регионального цента судебной экспертизы».

Наличие «сбивающих» факторов, указанных в заключении подверковедческой экспертизы - (возрастные изменения организма, болезненное состояние организма, волнение, стресс, состояние усталости и т.д.) в совокупности приведенными выше доказательствами по делу, исследованными судом, не свидетельствует о том, что Ш.И.М. имел эмоционально-волевые, интеллектуально-мнестические и динамические нарушения, которые могли бы оказать влияние на его способность на смысловое восприятие, оценку существа завещания и прогнозированию своих действий, и привести к неспособности Ш.И.М. понимать значение своих действий и руководить ими.

Поэтому судом было оказано в ходатайстве представителя истца о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы, о чем вынесено определение от 29.07.2021г.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании части 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

С учетом изложенных норм права, заключение экспертизы является одним из доказательств, но преимущества перед другими доказательствами не имеет.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

При этом, исходя из смысла приведенных норм, бремя доказывания нахождения Ш.И.М. при составлении завещания в силу физического и психического состояния здоровья в состоянии, когда он не мог осознавать значение своих действий и руководить ими, лежит на истице.

Оценив все представленные доказательства, доводы и возражения сторон, суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании завещания недействительным и признании права собственности на долю в праве собственности на квартиру в порядке наследования – отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы, представления прокурора через Алексеевский районный суд Белгородской области в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Чуприна Н.П.

Мотивированное решение изготовлено 02.08.2021 года.

Решение05.08.2021