Решение № 2-1564/2017 от 18 мая 2017 г. по делу № 2-1564/2017

Дело № 2-1564/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 мая 2017 года г.Пенза

Октябрьский районный суд г. Пензы в составе

председательствующего судьи Аргаткиной Н.Н.,

при секретаре судебного заседания Фоминой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО4 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском, указав, что она на основании договора мены от 07.06.2000г. приобрела в собственность квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, состоящую из одной жилой комнаты общей полезной площадью - 32,4 кв.м., в том числе жилой - 18,4 кв.м. Переход права собственности был зарегистрирован в Управлении Росреестра по Пензенской области, о чем была сделана запись в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним 16.06.2000г. № что подтверждается свидетельством о государственной регистрации № от 26.02.2013 г. 17.06.2014г. между ней и ФИО2 был заключен договор купли-продажи, по условиям которого ФИО1 продает ФИО2 вышеуказанную квартиру. Расчет между сторонами произведен не был, что подтверждается п. 2.1. договора, согласно которому сумма в размере 950 000 должна быть оплачена за покупателя ООО «Фортуна-Кредит» продавцу, однако согласно справке о состоянии ее вклада за период с 02.08.2012г. по 01.07.2016г. и выпискам по лицевым счетам можно установить, что никаких счетов после 25.12.2012 г. ей не заводилось и никаких перечислений на ее имя не было. На момент подписания договора летом 2014 года она не была способна понимать значение своих действий. О заключении договора купли-продажи квартиры она узнала только лишь после обращения в суд с иском о признании договора недействительным. В период 2013 по 2014 гг. у нее наблюдалось неадекватное поведение, которое выражалось в периодических провалах памяти. Она не узнавала знакомых ей людей. В ее квартире по улице Ударной был беспорядок, жаловалась на сильные головные боли, имели место факты, когда она уходила из дома, бродила по кладбищу и не могла найти дорогу домой. После заключения договора купли-продажи она не может пояснить и вспомнить обстоятельства, как она оказалась у ФИО12, что может быть подтверждено свидетельскими показаниями. ФИО1 является инвалидом № группы, страдает ИБС, атеросклеротическим кардиосклерозом, а также ЦВП на фоне атеросклероза в течение 20 лет состоит на учете. В силу заболевания она не отдавала отчет своим действиям при подписании договора купли-продажи. Другого жилья у нее не имеется. Согласно выписке из ЕГРП от 05.02.2016 г. на данный момент квартира принадлежит ФИО4, право собственности которой зарегистрировано под № от 13.08.2014 г. В соответствии с ч. 1, ч. 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно (часть 1 статьи 167 ГКРФ). Согласно п.1, 2 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Пунктом 3 статьи 177 ГК РФ предусмотрено, что если сделка признана недействительной на основании данной статьи, то применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 ГК РФ. Согласно ст. 171 ГК РФ ничтожная сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны. Право частной собственности охраняется законом (ст.35 Конституции РФ). В соответствии со статьей 1 Протокола № 1 Конвенции каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права. Положения ст. 301 и 302 ГК РФ предоставляют собственнику право истребовать свое имущество из чужого незаконного владения, в том числе и добросовестного приобретателя в случае, если спорное имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), а также в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. Согласно правовой позиции, изложенной в п. 39 совместного Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Исходя из приведенных положений закона последствием признания договора купли-продажи от 17.06.2014г. недействительной сделкой является возврат сторон в первоначальное положение. Таким образом, полагает необходимым прекратить право собственности ФИО4 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Истребовать из владения ФИО4 и передать в собственность ФИО1 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

На основании вышеизложенного, просит суд, признать договор купли-продажи от 17.06.2014 г., заключенный между ФИО5 и ФИО2, недействительным; признать договор купли-продажи от 08.08.2014 г., заключенный между ФИО2 и ФИО4 - недействительным; прекратить право собственности ФИО4 на квартиру общей площадью 32,4 кв.м., с кадастровым номером №:, расположенной по адресу: <адрес>; истребовать из владения ФИО4 и передать в собственность ФИО1 квартиру общей площадью 32,4 кв.м., с кадастровым номером №:, расположенную по адресу: <адрес>.

Истец ФИО1 в настоящее судебное заседание не явилась, о слушании дела извещена надлежаще, представила заявление с просьбой рассмотреть дело в ее отсутствие. Ранее в судебном заседании пояснила, что с ФИО2 она не знакома. Она жила в квартире по адресу: <адрес>,, но в один из дней к ней пришла почтальон, принесла пенсию и сказала, что в последней раз приносит ей пенсию по данному адресу. Она сообщила ФИО1, что ее выписали из данной квартиры и перевели в 8 отделение почтовой связи. ФИО1 спросила, где данное отделение находится и как туда добраться. В ответ почтальон сказала, что ФИО1 необходимо доехать до остановки «Детская больница», а там данное отделение будет легко найти. ФИО1 приехала на остановку «Детская больница», пошла сначала в аптеку, ей прописывали «Кеторол», у нее часто болела голова. Потом она ничего не помнит. В один из дней она оказалась на ул. Толстого. Номер дома она не помнит. Около одного из подъездов стояла женщина, истцу не знакомая, но около нее стояли вещи истца, поэтому истец к ней подошла. ФИО1 спросила, почему ее вещи находятся здесь, а не в ее квартире. Женщина пояснила истцу, что теперь она будет жить у нее. Истец не хотела идти к женщине, но так как у нее были вещи истца, она пошла. Эта женщина завела ее в квартиру и сказала, что теперь они будут жить с ней вместе, что ФИО1 из этой квартиры больше никогда и никуда не выйдет. Женщина держала ФИО1 взаперти 2 года. Истец неоднократно хотела бежать в полицию, но женщина не выпускала ее из квартиры. Женщина отбирала у ФИО1 пенсию, почти не кормила. Спала ФИО1 на полу. Еще в этой квартире проживал сын женщины. Они вместе издевались над истцом. За все время, что истец жила у женщины, женщина ее только один раз на кладбище к маме возила, потому что истец ее об этом очень просила. Через 2 года пришли соседи и спасли истца.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО6, действующий на основании доверенности, заявленные своим доверителем исковые требования и доводы изложенные в исковом заявлении поддержал, дополнительно пояснив, что ФИО1 не помнит обстоятельств сделки купли – продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Истец утверждает, что никогда не подписывала никаких документов на продажу данной квартиры и не давала согласия на продажу данной квартиры. К нему обратилась двоюродная сестра ФИО1 – ФИО3, которая рассказала, что ФИО1 осталась без квартиры, а обстоятельства при которых это произошло не помнит и когда это произошло тоже не помнит. Они сделали запросы и после получения ответов на них, стали известны обстоятельства совершенной сделки. Это было весной 2016 года. В спорной квартире истец проживала одна с 2000 года по 2014 год. За 2-3 месяца до продажи спорной квартиры, ФИО1 стала проживать по адресу: <адрес>. Со слов истца, она никогда не видела и не знает кто такой ФИО2 Денежные средства от продажи квартиры истцу не передавались. В данный момент ФИО1 зарегистрирована по адресу: <адрес>, данная квартира принадлежит ФИО12

В ходе рассмотрения дела представитель истца ФИО1 – ФИО7, действующая на основании доверенности, заявленные исковые требования поддержала, дополнительно пояснив, что летом 2014 года она стояла около подъезда <адрес> в г.Пенза и увидела, что в квартиру № заносят вещи, но не новые, а как будто кто-то переезжает. Она старшая по дому, поэтому ей известно, кто проживает и в какой квартире. Она заинтересовалась данным обстоятельством. Вещи носили в квартиру № по <адрес> в г. Пенза. Ей было известно, что в данную квартиру совсем недавно переехала ФИО12 с сыном. Она спросила у ФИО12, что это за вещи. ФИО12 пояснила ей, что это она к себе бабушку перевозит. Пояснила, что бабушка раньше проживала одна по адресу: <адрес>, но в силу состояния здоровья не может больше самостоятельно за собой ухаживать. Раньше ФИО12 ходила к ней помогать, но теперь пришлось забрать ее к себе. Пояснила, что соседи на нее постоянно жаловались, что она озорует. Сказала, что для нее неоднократно вызывали неотложную психиатрическую помощь. Бабушку ФИО7 не видела, но не доверять словам у нее не было оснований. После переезда ФИО7 первый раз увидела ФИО1 через 1,5 или 2 месяца. Она услышала шум в подъезде, пошла наверх. На 4-м этаже увидела, что ФИО1, тогда ФИО7 лично ее еще не знала, держится за перила и кричит, что больше не хочет здесь жить, хочет домой, спрашивает, где ее квартира, а ФИО12 держит ее за плечи и тоже что-то кричит. Что именно ФИО7 уже не помнит. Она с трудом завела их обеих в квартиру, они очень сильно кричали, ругались. ФИО7 посмотрела условия, в которых жила ФИО1 Истец спала на полу, все вокруг было очень грязно. ФИО7 сделала замечание ФИО12, но та от нее отмахнулась. Больше в квартиру ФИО12 ФИО7 не пускала, но ФИО1 стала приходить к ней в гости. ФИО1 постоянно была голодная, говорила, что ФИО12 ее не кормит нормально. Иногда бросает в комнату какую-то еду и все. ФИО7 подкармливала ФИО1, но обращаться в какие-либо социальные службы боялась. Вместе в ФИО12 в квартире жил ее сын, он был очень агрессивный, часто выпивал, к нему постоянно ходили друзья, ФИО7 его боялась. Только в 2016 году, ФИО7 решилась обратится в социальные службы, так как наблюдать все происходящее в квартире ФИО12 стало невыносимо. ФИО7 собрала все необходимые документы, ей в этом помогли соседи ФИО1 по ее бывшему месту жительства. ФИО1 раньше жила на <адрес>. После сбора всех документов ФИО1 забрали в Дом ветеранов, который находится в <адрес>. Там она проживает и по настоящее время. Когда ФИО7 познакомилась с ФИО1, у нее был ужасный внешний вид. Она была вся грязная, больше была похожа на бомжа, но разговаривала она разумно, по факту продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, ФИО1 ничего не помнила и не знала когда, кем и при каких обстоятельствах была продана ее квартира.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен в установленном законом порядке.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о слушании дела извещена в установленном порядке.

В ходе рассмотрения дела представитель ответчика ФИО4- ФИО8, действующая на основании доверенности, с заявленными исковыми требованиями не согласилась, пояснив, что 8 августа 2014 г. между ФИО2 и ФИО4 был заключен договор купли-продажи (с предоставлением займа, обеспеченного ипотекой). Согласно п.1 вышеназванного договора продавец продает, а покупатель приобретает в собственность квартиру, состоящую из одной жилой комнаты, назначение: жилое, общей площадью 32,4 кв. м, в том числе жилой площадью 20,5 кв.м, этаж 2, адрес объекта: <адрес>. Указанная квартира на момент заключения договора принадлежала продавцу по праву собственности на основании договора купли-продажи от 17.06.2014 г., зарегистрированного в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пензенской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 20.06.2014 г. сделана запись регистрации № и выдано свидетельство о государственной регистрации права серии № от 20.06.2014 г. Таким образом, на момент совершения сделки по покупке квартиры ФИО4 продавец являлся правомочным собственником квартиры с правом владения, пользования и распоряжения ею. В соответствии с договором купли-продажи (с предоставлением займа, обеспеченного ипотекой) от 08.08.2014 г. ФИО4 приобрела у продавца - ФИО2 квартиру стоимостью 1 580 000 руб., из которых 1 164682,03 руб. покупатель оплатил продавцу полностью до подписания договора (о чем свидетельствует собственноручно написанная расписка гр. ФИО2), а оставшиеся 415 317,97 руб. были предоставлены покупателю на основании договора займа № (исполнение обязательств по которому обеспечено ипотекой) от 08.08.2014 г. ООО «Фортуна-Инвест» на приобретение квартиры. Денежные средства в размере 415 317,97 руб. предоставлены покупателю в качестве займа сроком на 6 месяцев с даты выдачи из расчета 5% в месяц. В настоящее время займ полностью оплачен ФИО4 После подписания договора и с необходимым пакетом документы продавец и покупатель обратились в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии с целью регистрации права собственности на квартиру по адресу <адрес> за новым собственником. На основании обращения сторон договора купли-продажи после проведения правовой проверки предоставленных документов было зарегистрировано право собственности за ФИО4, в подтверждении чего выдано свидетельство о государственной регистрации права от 13.08.2014 г. серии №. На момент заключения договора купли-продажи была запрошена и впоследствии предоставлена справка Управляющей организацией «Жилсервис-1» о том, что по состоянию на 06.08.2014 г. <адрес> свободна от регистрации, все ранее зарегистрированные лица, к моменту приобретения ФИО4 квартиры уже выписаны. Данное обстоятельство еще раз подтверждает, что ответчик по делу - ФИО4 является добросовестным покупателем и добросовестным собственником спорного имущества. ФИО9 уже неоднократно подавала заявления к ФИО4 с требованием признать договор купли-продажи спорной квартиры недействительным: первые два иска основывались на том, что квартира выбыла из законного владения ФИО1 помимо ее воли, поскольку ни договор, ни заявление в Росреестр на переход права собственности она якобы не подписывала. В рамках гражданского дела № была проведена по ходатайству ФИО1 почерковедческая экспертиза, по результатам которой установлено, что все документы, связанные с продажей квартиры по адресу <адрес> подписаны ФИО1 В связи с чем, утверждение истица о том, что о заключении договора купли-продажи она узнала только лишь после обращения в суд с иском о признании договора недействительным, является не только не соответствующим действительным обстоятельствам, но и может расцениваться как открытая ложь и заведение суда и других лиц по делу в заблуждение. Как можно видеть по документам регистрационного дела договор между ФИО1 и ФИО2 был заключен 17.06.2014 г., а первое исковое заявление ФИО1 подала 01.08.2016 г. Остается неясным, что мешала истцу подать подобное заявление ранее, а не ждать два года, если она действительно являлась добросовестной стороной по договору и знала, что ее права как собственника нарушены. Заявления истицы, что в период с 2013 г. по 2014 г. у нее наблюдалось неадекватное поведение, которое якобы выражалось в периодических провалах памяти и т.д., также являются лишь голословными рассуждениями, не подтвержденными ни одним надлежащим доказательством (свидетельские показания не могут браться во внимание, так как нет 100% гарантии того, что свидетели-соседи являются не заинтересованными субъектами и не преследуют в данном деле своих целей). Кроме того, как следует из объяснений самой истицы она 20 лет стоит на учете, вследствие чего, все диагнозы, течение болезни должны быть отражены в ее медицинской карте, однако такие документы в материалах дела отсутствуют. Остается неясным и еще одно обстоятельство, если человек страдает провалами в памяти, то каким образом и на основании чего ФИО1 в исковом заявлении описаны происходящие с ней события за период 2013-2014 года. Да и перечисленные заболевания с медицинской точки зрения не являются прямым доказательством ее неадекватности, в настоящее время ФИО1 является дееспособным лицом, полностью отдающим отчет своим действиям. По поводу того, что ФИО1 не может пояснить и вспомнить обстоятельства как она оказалась у некой ФИО12 и какое вообще отношение последняя имеет к рассматриваемому вопросу. Коль скоро истица не может вспомнить как она и у кого оказалась, то со своей стороны ответчик (ФИО4) представляет в материалы дела копию пояснений самой же ФИО5 по этому вопросу, написанные и подписанные ей в рамках предыдущего судебного разбирательства. В абзаце 2 искового заявления ФИО1 все-таки подтверждает, что между ней и гр. ФИО2 был заключен договор купли-продажи спорной квартиры, при этом указывая, что расчет между сторонами произведен не был, что подтверждается п. 2.1 договора, согласно которому сумма в размере 950 000 руб. должна была быть оплачена за покупателя продавцу ООО «Фортуна-Кредит». При этом, истица опускает тот момент, что этим же пунктом договора установлено, что сумма в размере 50 000 руб. передана покупателем продавцу наличными денежными средствами до подписания договора. Следовательно, ФИО1 не могла не отдавать отчет своим действиям при подписании договора и получении денежных средств от покупателя, зная за что и какую сумму она получает. А то, что предположительно расчет между сторонам, а именно ФИО1 и ООО «Фотруна-Инвест» не был произведен никоим образом не может быть основанием для признании самого договора недействительным, и имеющуюся задолженность ООО «Фортуна-Инвест» истица должна взыскивать по средствам подачи соответствующего искового заявления к должнику (ООО «Фортуна-Инвест»). Более того, справка о состоянии вклада ФИО1 за период с 02.08.2012 по 01.07.2016 и выписки по лицевым счетам не являются достаточными доказательствами не получения ей денежных средств по договору. Коль скоро данными документами истица хотел показать отсутствие поступления денежных средств на свои расчетные счета, полученные по сделки, то для этого сначала необходимо было сделать запрос в налоговую службу РФ обо всех имеющихся счетах за период предшествующий подписанию договора и по настоящий день, а затем на основании данных справки получить выписки во всех указанных в справке банках. Только в этом случае можно было бы утверждать об отсутствии поступления денежных средств на счета истца от продажи квартиры, но не о неполучении денежных средств вообще, так как оплата за продажу недвижимого имущества могла быть осуществлена сторонами и иным не противоречащим закону способом. А, во-вторых, как можно увидеть в выписке из ЕГРП от 05.02.2016 г., приложенной к исковому заявлению, каких либо ограничений (обременении) права на спорную квартиру не зарегистрировано. Это означает, что Росреестром при регистрации перехода права собственности (как от ФИО1 к ФИО2, так и от ФИО2 к ФИО4) был проверен факт оплаты приобретаемой в собственность недвижимости, в противном случае Росреестр зарегистрировал бы соответствующее обременение. В абзаце 4 просительной части искового заявления истец просит суд возвратить спорную квартиру в собственность ФИО1, при этом из содержания искового заявления следует, что она просит это сделать на основании ст. 301, 302 ГК РФ, в соответствии с которыми собственнику предоставляется право истребовать свое имущество из чужого незаконного владения, в том числе и добросовестного приобретателя в случае, если спорное имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать, а также в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо воли. В данных обстоятельствах квартира приобретена ФИО4 у лица, имеющего все права по отчуждению квартиры, о чем говорилось выше. Обратное истцом не доказано, тогда как данное обстоятельство (имеющее правовое значение для дела) должно доказываться именно истцом, так как именно истец ссылается на неправомерность приобретения права собственности ФИО4 Также следует учитывать факт того, что российским законодательством не предусмотрена односторонняя реституция в качестве последствий недействительности сделки. Это означает, что истец будет обязан, истребовав квартиру обратно, уплатить за нее цену покупателю (в особенности добросовестному покупателю). Отдельно следует заметить, что в спорной квартире после того, как ФИО1 перестала быть собственницей, был произведён дорогостоящий ремонт — т. е. внесены неотделимые улучшения. Соответственно, ответчик будет вынуждена предъявить истцу требование о возмещении затрат на производство неотделимых улучшений в отношении данной квартиры и истец — ФИО1 должна это понимать. Кроме того, согласно ч. 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Истцу следует понимать, что данным правом ответчик также будет вынужден воспользоваться, а суд будет обязан применить соответствующие последствия недействительности сделки. Приобретением квартиры, подбором вариантов квартиры, занимался отец ФИО4 Он увидел объявление в газете «Из рук в руки», позвонил. Договорились о встрече. Кто именно давал объявление нам не известно, на телефон ответил ФИО2, он же показывал квартиру. Квартира понравилась. Договорились о сделке. Квартиру покупали за 1 520 000 руб. Наличными передали 1 168 000 руб. Остальные деньги под материнский капитал брали в ООО «Фортуна - кредит». Денежные средства были переведены на счет ФИО4, выписка из лицевого счета приобщена к материалам дела. Эти деньги ФИО4 передала наличными ФИО2 Расписок на передачу данной суммы не писалось. В настоящее время долг перед ООО «Фортуна-Кредит» погашен. Кроме того, считает, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд с данным требованием. Срок исковой давности по заявленным требованиям начинает течь с момента совершения сделки 17.06.2014 г., поскольку именно с этой даты истцу стало известно о своем нарушенном праве. Истцом лично и добровольно был заключен спорный договор купли-продажи от 17.06.2014 г. Кроме того, истцом собственноручно подписано заявление от 18.06.2014 г. о регистрации перехода права собственности на спорную квартиру, а также подписана расписка от 18.06.2014 г. о получении документов на государственную регистрацию. Данный факт является бесспорным, подтвержденным заключением эксперта ФИО18 - эксперта АНО «Пензенская ЛСЭ» в рамках проведения судебной подчерковедческой экспертизы от 20.09.2016, назначенной и произведенной в рамках гражданского дело №. Однако в суд с настоящим иском ФИО1 обратилась лишь 18.10.2016 г., то есть с пропуском установленного законом срока для обращения в суд с указанным требованием, который истек 17.06.2015 г. Кроме того, исходя из показаний самой ФИО1, данных ей в рамках рассматриваемого дела, в спорной квартире она перестала проживать за 2-3 месяца до ее продажи, что также подтверждает факт ее осведомленности о своем якобы «нарушенном праве» именно с лета 2014г. Просит суд отказать в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

В ходе рассмотрения дела представитель ответчика ФИО4- ФИО10, действующая на основании доверенности, с заявленными исковыми требованиями не согласилась, поддержала пояснения представителя ФИО8

Представитель третьего лица ООО «Фортуна-кредит» - ФИО11, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований истца, считает, что ответчик ФИО4 является добросовестным приобретателем. Пояснила, что ФИО2 она знает, поскольку в Ленинском районном суде г.Пензы рассматривается гражданское дело по иску ООО «Фортуна-кредит» к ФИО2 о взыскании долга и обращении взыскания на заложенное имущество. Ответчиком по делу является ФИО2, местонахождение которого не дается установить, более того, предметом залога по данному делу является квартира, расположенная по адресу: <адрес>. Что касается обязанности ООО «Фортуна-кредит» по оплате 950 000 рублей по договору купли-продажи спорной квартиры от 17.06.2014г., заключенного между ФИО1 и ФИО2, то указанную сумму в счет оплаты квартиры ООО «Фортуна-кредит» должно было по условиям договора перечислить на счет ФИО1, однако сумма в размере 950 000 руб. была перечислена не истцу, а ответчику ФИО2, что следует из платежного поручения № от 25.06.2014г. По какой причине денежные средства были перечислены ФИО2 вместо ФИО1 пояснить не может.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Пензенской области в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежаще, представил заявление с просьбой рассмотреть дело в его отсутствие.

Выслушав пояснения участвующих в деле лиц, показания свидетелей, экспертов, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности.

Согласно ст. 11 ГК РФ, защита оспоренных гражданских прав осуществляется судом с учетом способов защиты гражданских прав, предусмотренных ст. 12 ГК РФ, в том числе путем признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право; присуждение к исполнению обязанности в натуре и иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии со ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридический лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст.420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Статьей 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п.1 ст. 171 ГК РФ ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства.

Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах.

Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

Согласно ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

В ходе рассмотрения настоящего гражданского делу судом установлено, что ФИО1 на основании договора мены от 07.06.2000г. на праве собственности принадлежала квартира, состоящая из одной жилой комнаты, общей площадью 32,4 кв.м по адресу: <адрес>, о чем 16.06.2000г. Пензенской областной регистрационной палатой сделана запись в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним № и выдано свидетельство о государственной регистрации права.

17.06.2014г. между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому ФИО1 продала, а ФИО2 купил квартиру, состоящую из одной жилой комнаты, общей площадью 32,4 кв.м, расположенную по адресу: <адрес>. Согласно п.2 данного договора цена договора составила 1 000 000 рублей, из которых 50 000 рублей переданы покупателем продавцу наличными денежными средствами до подписания настоящего договора, 950 000 рублей за покупателя оплачивает продавцу ООО «Фортуна-Кредит» на основании договора займа.

Право собственности за ФИО2 было зарегистрировано Управлением Росреестра по Пензенской области 20.06.2014г., о чем в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним была сделана запись регистрации № и выдано свидетельство о государственной регистрации права.

08.08.2014г.между ФИО2 и ФИО4 был заключен договор купли-продажи с предоставлением займа, обеспеченного ипотекой, квартиры № в доме <адрес> в г.Пенза. Указанная квартира продана за 1 580 000 рублей, из которых 1 164 682,03 рублей переданы до подписания договора, 415 317,97 руб. предоставило ООО «Фортуна-Инвест»ФИО4 на основании договора займа № от 08.08.2014г., последняя обязана передать продавцу данную сумму в течении трех дней с момента получения. Свои обязательства по договору купли-продажи и договору займа ФИО4 исполнила в полном объеме, данное обстоятельство не оспаривалось в ходе рассмотрения дела.

Право собственности за ФИО4 было зарегистрировано Управлением Росреестра по Пензенской области 13.08.2014г., о чем в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним была сделана запись регистрации № и выдано свидетельство о государственной регистрации права.

Истец ФИО1 считает указанные сделки недействительными, поскольку в момент подписания договора купли-продажи, заключенного между ней и ФИО2 17.06.2014г. не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

Допрошенная в ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля ФИО12 суду показала, что ФИО13 она знает очень давно. Они еще много лет назад жили с ней в одном общежитии. Подругами не были, но общались хорошо. С лета 2014 года, до весны 2016 года, ФИО1 жила у ФИО12 в квартире, расположенной по адресу: <адрес>. В молодости они жили в одном общежитии. Потом ФИО1 переехала в квартиру, по <адрес>, номер квартиры свидетель не помнит, но это 9-ти этажный дом, квартира была на 2-м этаже. В 2014 году ФИО12 стала навещать ФИО1 каждый день, так как она стала неадекватно себя вести. На нее постоянно жаловались соседи, даже вызывали ей бригаду психиатрической помощи. Она могла ходить голая по подъезду и даже в таком виде выходить во двор. В 2014 году свидетель перевезла ФИО1 к себе. Свидетель проживает по адресу: <адрес>. ФИО1 жила у свидетеля с 2014 года до начала 2016 года. С ФИО12 в квартире также проживал ее сын, но у него с ФИО5 не сложилось хороших отношений, они постоянно ссорились. Свидетель за ФИО5 ухаживала, готовила ей еду. Предлагала ей спать с ней на диване, у нее очень большой диван, но ФИО1 страдала недержанием, поэтому сама не стала спать на диване, а стелила себе на полу подушки и спала на них. ФИО12 ФИО1 забрала себе на условиях, что они продадут принадлежащую ФИО1 квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, номер квартиры свидетель не помнит. ФИО1 согласилась. Свидетель хотела нанять адвоката, что бы помогли с продажей, но сын свидетеля сказал, что у него есть хороший знакомый – ФИО2, который является директором риэлторской конторы и сможет помочь с продажей квартиры, принадлежащей ФИО1 Они согласились на его помощь. Свидетель не помнит, как и при каких обстоятельствах был подписан договор купли-продажи квартиры, всем занимался ФИО2 Он прописал ФИО1 у свидетеля в квартире, свидетель давала согласие на прописку. Он же продал квартиру на ул. Ударной. Сначала он отдал свидетелю 50 000 рублей, через некоторое время еще 50 000 руб. и еще 25 000 руб., но больше денег за продажу квартиры он ни свидетелю, ни ФИО5 не отдал. Он их обманул. Они пытались его найти, но он скрывается. Также позднее свидетель узнала, что ее квартира теперь тоже принадлежит ФИО2, но она не продавала ее ему. ФИО1 не готовила, готовила и кормила ее свидетель. ФИО1 могла выходить из квартиры, но ей было незачем. Свидетель, если ФИО14 хотела куда-то сходить, ходила с ней. Они и в аптеку с ней ходили, и в магазин иногда.

При повторном допросе свидетель ФИО12 показала, что она каждый день в течении всего 2014 года, пока ФИО1 не переехала к ней жить была у ФИО1 дома. Свидетель ходила в магазин, покупала продукты, готовила ей еду. ФИО1 сама не готовила. Могла только разогреть себе еду. Она выпивала. Иногда даже просила свидетеля купить ей бутылку водки. Свидетель сама не пьет и всегда была очень против алкоголя, но иногда все же покупала ФИО1 спиртное. ФИО1 очень просила, а ноги у нее ходили плохо. Ей в магазин было тяжело ходить. Дома она тоже не убиралась, убиралась и стирала свидетель. В 2014 году ФИО1 никогда не носила халаты. Она всегда ходила в спортивных штанах и какой-нибудь кофточке. Свидетель принесла ей телевизор, но она его не смотрела. Ее вообще ничего не интересовало. ФИО1 газовой плитой пользовалась, разогревала себе еду. Свидетель ни разу не замечала, чтобы ФИО1 забывала выключить газ или воду. Для ФИО1 свидетель вызывала бригады скорой помощи, т.к. на ФИО1 жаловались соседи. Говорили, что она полуголая выходит на лестничную клетку. Дети, которые ходят в подъезде ее боятся. А летом или осенью 2014 года, свидетель точно не помнит, когда это был, ФИО1 переехала к ней на ул. Толстого. У свидетеля она себя хорошо чувствовала, свидетель за ней присматривала.

ФИО3, допрошенная в ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля, суду показала, что до 2011 года они с ФИО5 общались очень часто, были настоящей семьей, но летом 2011 года у них произошел конфликт, после которого ФИО1 на свидетеля обиделась и перестала с ней общаться. Свидетель периодически приходила к ней домой, ФИО1 жила по адресу: <адрес>. ФИО1 не хотела общаться со свидетелем, поэтому свидетель обычно спрашивала у соседей как она себя чувствует, все ли нормально. В 2014 году соседи начали жаловаться, что к ФИО1 постоянно стала ходить какая-то женщина. Что она приносит ФИО1 спиртные напитки. Свидетель лично ФИО1 пьяной ни разу не видела. Что после приходов этой женщины ФИО1 становиться агрессивной. Однажды, когда свидетель в очередной раз пришла к подъезду, ФИО1 ее увидела и бросилась бежать за свидетелем, она была очень агрессивна, но чем была вызвана эта агрессия свидетель так и не поняла, но после этого случая свидетель долго не приходила к ней. В следующий раз свидетель пришла к ФИО1 в 2015 году, но соседи пояснили ей, что ФИО1 больше здесь не проживает, где она живет свидетелю пояснить также не смогли. Тогда свидетель оставила свой номер телефона одной из соседок на всякий случай. Вечером, в начале мая 2015 года, ей позвонила ФИО24- соседка ФИО5, это было через неделю после ее визита и сообщила, что ФИО1 ее ищет. Свидетель приехала. Выяснилось, что утром ФИО12, поехала с ФИО5 на кладбище. Вложила ей в карман записку с неправильным адресом, на записке было написано: ул. Попова, и оставила ее на кладбище одну. ФИО1 потерялась, по бумажке поехала на ул. Попова, но дома там не нашла. Уже вечером ее около остановки «Василек» встретила женщина, которая тоже проживает в доме по адресу: <адрес>. Она привела ее к дому, а соседи уже позвонили свидетелю. Раннева вспомнила, что проживает с какой-то женщиной по адресу: <адрес>. Номер квартиры она не знала. Они поехали туда на такси. ФИО1 говорила, что не хочет жить с этой женщиной, говорила, что она ее обижает, просила, что бы свидетель ее взяла к себе. Свидетель вместе с ФИО24 привезли ее на ул. Толстого. Нашли квартиру, где она жила. Она жила у ФИО12 Зашли туда. В квартире была ужасная грязь. Но ФИО1 оставили там Со слов ФИО12 известно, что ФИО1 несколько раз убегала из дома, но ее возвращали. ФИО1 была забывчива. Иногда могла сказать правду, а иногда могла и соврать. ФИО1 свидетель ни разу пьяной не видела, но со слов соседей ФИО1 выпивала каждый день. Еще с молодости, когда ФИО1 выпивала, то становилась агрессивной.

При повторном допросе свидетель ФИО3 пояснила, что у нее с ФИО1 конфликт был давно, 8 лет назад. Они были в деревне на юбилее. Из города была свидетель, ФИО1 и еще одна их знакомая. За столом тоже были почти все женщины. Свидетель со знакомой уговаривали ФИО1 поехать с 3-х часовым автобусом, но она отказывалась. ФИО16 немного лишнего выпила и они решили ее не брать в город, тем более, что она еще хотела посидеть за столом. На улице был гололед, и так как она перебрала с алкоголем, они бы ее просто до дома не довели. Они оставили ее ночевать в деревне, а сами уехали. ФИО1 на свидетеля обиделась и перестала разговаривать со свидетелем. Перестала с ней общаться. Выпивала ФИО1 в то время только по праздникам, но могла и перебрать. Но после того как умерла ее подруга ФИО53, это произошло в 2012 году, она стала выпивать и без повода. Свидетель неоднократно с ней беседовала на тему алкоголя в 2013 году, но ФИО1 вообще перестала общаться с ней и с другими родственниками. Свидетель не очень далеко живет и периодически все равно приходила к подъезду, спрашивала у соседей как ФИО1, иногда даже к ней заходила. В 2014 году свидетель с ФИО15 помирись. Свидетель снова начала часто к ней ходить. Неоднократно было, что свидетель приходила к ней, а у нее газом пахнет. Свидетель сразу открывала окно, начинала проветривать. Один раз пришла, а у нее вода в ванной включена. Свидетель спросила, почему вода включена, а ФИО1 отвечает, что она только что ноги мыла. В 2014 году ФИО1 почти перестала узнавать свидетеля. Злоупотреблять алкоголем ФИО1 начала в 2013 году. Свидетель неоднократно приходила, а ФИО1 пьяная. Свидетель ходила примерно 1-2 раза в неделю. В 2013 году ФИО1 была к свидетелю уже не очень доброжелательна. Один раз, весной 2014 года было, свидетель с ней на улице встретились, ФИО1 свидетеля ФИО54 называла. После этой встречи на улице домой к ФИО1 свидетель уже больше не ходила. ФИО1 свидетеля не пускала. Свидетель пришла после этого к ней, ФИО1 на свидетеля клюшкой замахивалась, толкаться начала. Свидетель от нее побежала к лифту, ФИО1 за ней. Свидетель испугалась, это летом 2014 года было. Больше свидетель к ней не ходила. Свидетель к лавочкам подходила, спрашивала как ФИО1 у соседей и все. Соседки жаловались на ФИО15. Говорили, что она с балкона кричит. Потом соседи рассказали, что к ФИО5 какая-то женщина ходит. Когда свидетель еще общалась с ФИО1, она хорошо помнила события, которые были много лет назад, а то что вчера было она не помнила. Или свидетель придет к ней, она у нее что-нибудь спросит – свидетель ответит. Проходит не больше 5 минут, ФИО1, у него опять то же самое спрашивает. И так до 15 раз. Свидетель ФИО1 говорит: я же тебе только что это рассказала, а ФИО1 говорит, что не помнит. Так было постоянно. А когда ФИО1 выпивала, она становилась еще и агрессивной и странности в ее поведении усиливались. Она начинала невпопад отвечать на вопросы. Во время когда свидетель ходила к Раневой, то свидетель приносила с собой ей еду. А вообще ФИО1 не готовила, а готовила ей еду женщина, которая к ней ходила. Она же и в магазин ходила. Эта женщина настраивала ФИО1 против свидетеля и других родственников, они неоднократно звонили ФИО1 домой, трубку снимала какая-то женщина и говорила, что ФИО1 не хочет ни с кем разговаривать. После 2014 года ФИО1 ни с кем из родственников не общалась. ФИО1 всегда была очень чистоплотная. Дома у нее всегда была чистота и порядок. В 2014 г. после смерти ФИО53 она перестала за собой следить. Она могла одеть грязный халат, быть не причесанной. Видя намерение свидетеля ее причесать, ФИО1 не давала этого делать, толкалась. Нижнее белье она вообще перестала носить. При чем халат тоже не всегда застегивала. Она когда пьяная была, то всегда раздевалась. Оденет синий рабочий халат на распашку и все, больше из одежды на ней ничего нет. Часто одевала носки разного цвета.

Допрошенная в ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля ФИО24 суду показала, что ФИО1 – это ее соседка. Она раньше, до середины 2014 года жила со свидетелем в одном доме по адресу: <адрес>. Свидетель жила и до сих пор живет в кв. №, а ФИО1 проживала в квартире № ФИО1 она знает с 1956 года. В 1956 году свидетель пришла работать на часовой завод. ФИО1 уже работала. Свидетель очень хорошо её знала, и свидетель и ФИО1 занимались спортом, поэтому много общались. Они и жили в одном доме. Но в середине 2014 года она уехала. За пол года, до переезда у ФИО1 умерла лучшая подруга. Они были даже ближе чем сестры. Она ей и квартиру свою оставила. После смерти подруги к ФИО1 стала достаточно часто приходить женщина, как потом узнали – это была ФИО12 Она приходила к ней почти каждый день. Свидетель и другие соседи неоднократно видели, что ФИО12 приносила ФИО1 алкоголь. После визитов ФИО12 ФИО13 становилась агрессивной, возбужденной. Не за долго до того как переехать ФИО12 вызывала к ФИО5 психиатрическую службу. Приезжала машина, люди в халатах и с носилками, но ФИО1 им не открыла. А потом она переехала. После переезда свидетель видела ФИО1 только один раз. В мае 2015 года ее к дому привела соседка. Она встретила ФИО1 около остановки «Василек», где ФИО1 покупала себе пирожок. ФИО1 пояснила, что потерялась и не может найти дом своей сестры. У свидетеля был телефон двоюродной сестры Раневой В.А, - ФИО3 Свидетель позвонила ей. ФИО3 сразу приехала. ФИО15 пояснила, что живет на <адрес> ФИО12, но возвращаться она туда не хочет, так как ее там обижают. Они на такси привезли ФИО1 к дому, где она жила у ФИО12 Сначала они долго искали квартиру, так как ФИО15 не знала номер. Потом, кто-то из прохожих понял о ком они спрашивают, подсказал им номер и охарактеризовал ФИО12 как аферистку. Они подошли к квартире. Внутри очень громко работал телевизор. Они стучали, звонили, но никто не открывал. Потом подошла какая-то женщина, она вышла из квартиры на шум, представилась старшей по дому и сказала, что ее зовут ФИО7 Вместе с ней они с трудом дозвонились до ФИО12 Она открыла дверь. Сначала она не хотела их пускать, но потом все же пустила их в квартиру. Они оставили ФИО1 у нее и ушли. Больше ФИО1 свидетель не видела.

Свидетель ФИО26, допрошенная в ходе рассмотрения дела, показала, что ФИО1 она знает уже более 20 лет, раньше они с ней работали вместе на заводе. Сейчас свидетель проживает по адресу: <адрес>. До 2014 года ФИО13 тоже проживала по адресу: <адрес>. Они вместе работали на Часовом заводе. Они и жили в одном доме по адресу: <адрес>. Но в середине 2014 года уехала. За пол года, до переезда у ФИО5 умерла лучшая подруга. Они были даже ближе чем сестры. Она ей и квартиру свою оставила. После смерти подруги к ФИО1 стала достаточно часто приходить какая-то женщина, как позже выяснилось это была ФИО12 Она приходила к ней почти каждый день. И свидетель, и другие соседи неоднократно видели, что ФИО12 приносила ей алкоголь. После визитов ФИО12 ФИО13 становилась агрессивной, возбужденной. Не за долго до того как переехать ФИО12 вызывала к ФИО5 психиатрическую службу. Приезжала машина, люди в халатах и с носилками, но ФИО1 им не открыла. А потом она переехала. Больше свидетель ее не видела.

При повторном допросе свидетель ФИО26 показала, что они с ФИО1 знакомы давно, но подружками не были. Когда встречались на улице, ФИО1 всегда здоровалась. Обменивались с ней несколькими фразами. В последние несколько лет, с момента, как у нее умерла подруга и к ней начала ходить ФИО12 она начала выпивать. ФИО12 почти каждый день ходила в магазин за водкой или покупала выпивку для ФИО15. Одну или две бутылки ФИО12 приносила почти каждый день. Свидетель не работает, а окна у нее во двор выходят. Или она на улице на лавочке сидит, когда погода позволяет. ФИО1 вела себя странно. Она выходила на балкон и кричала на всех подряд, кого видела оскорбительные слова. Какие точно свидетель не помнит, но помнит, что оскорбительные. На соседей кричала, что бы они не сидели на лавочке около ее дерева или еще что-нибудь. Могла на улицу выйти в одном носке, или в разных носках. Могла выйти в одной туфле. Выглядела ФИО1 очень неопрятно. Могла на улицу выйти раздетой. Могла сумку нести за одну ручку и не замечать этого. ФИО1 была почти всегда пьяная и вела себя не адекватно.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям вышеназванных свидетелей, поскольку их показания последовательны, логичны, не противоречат иным собранным по делу доказательствам, доказательств заинтересованности данных лиц в исходе настоящего дела судом не установлено.

Свидетель ФИО27, допрошенная в ходе рассмотрения дела, показала, что она работает почтальоном, разносит пенсию в 28 отделении почтовой связи ФГУП «Почта России». Она приносила пенсию ФИО1 до момента, пока она не переехала с квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Последний раз свидетель приносила ей пенсию 3 или 4 года назад, точно не помнит. Опасений ее здоровье у свидетеля не вызывало. Вела она себя всегда адекватно, свидетеля узнавала. Всегда знала, сколько денег свидетель должна ей принести. Пенсию всегда пересчитывала. За пенсию всегда расписывалась сама. Она была немного глуховата, поэтому приходилось говорить громче обычного. Пенсию свидетель приносила ей вплоть до ее отъезда. Свидетель даже не знала, что ФИО1 уехала, так как в очередной раз принесла ей пенсию, а она не открыла дверь. Свидетель спросила у соседей, где ФИО1, ей пояснили, что она съехала. Свидетель очень удивилась, она ничего не говорила, что собирается переезжать. Свидетель с ФИО1 мало разговаривали, так как свидетель постоянно очень занята на работе, но знает, что ФИО1 раньше была спортсменкой. Никогда ни запаха алкоголя, ни бутылок у нее дома свидетель не видела. Им запрещено отдавать пенсию людям в алкогольном опьянении, поэтому свидетель обращает внимание на подобные вещи. Дома у нее всегда был беспорядок, но ФИО1 всегда выглядела и вела себя адекватно.

Поскольку показания данного свидетеля противоречат иным собранным по делу доказательствам, суд не может принять их во внимание при вынесении решения.

Свидетель ФИО28 допрошенный в судебном заседании, пояснил, что он работает старшим участковым уполномоченный второго отдела полиции УМВД России по г. Пензе Пензенской области с мая 2014 года. До этого времени он работал участковым уполномоченным второго отдела полиции УМВД России по г. Пензе Пензенской области с начала 2012 года. Дом номер № по <адрес> в г. Пенза входил в его территорию с самого начала его работы – с начала 2012 года. Фактов вызова или жалоб на ФИО1 от соседей не было. Он знает абсолютно всех граждан, в отношении которых ему поступали жалобы или составлялись материалы проверки. ФИО1 он не знает и жалоб на нее ему никогда не поступало. Всех неблагополучных граждан он знает.

Показания данного свидетеля также не могут быть приняты судом во внимание, поскольку ФИО28 не знаком с истцом, в период совершения сделки купли-продажи квартиры с ней не общался.

В соответствии с ч. 1 ст.79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Принимая во внимание, что в соответствии с ч.1 ст. 177 ГК РФ необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, а также с учетом того, что для выяснения вопроса о способности ФИО1 осознавать значение своих действий и руководить ими на момент совершения сделки купли-продажи квартиры 17.06.2014г. требуются специальные познания в области медицины, а также в силу того, что экспертное заключение является доказательством по делу, которое самостоятельно представить участники процесса не имеют возможности, определением суда от 07.02.2017 года в рамках настоящего гражданского дела по ходатайству представителя истца была назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО1

Согласно заключению комиссии экспертов № от 10.03.2017г. испытуемая ФИО1 на момент совершения сделки, интересующей суд, а именно 17.06.2014 года при оформлении договора купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, находилась в таком состоянии, что не могла понимать значение своих действий и руководить ими. О чем свидетельствует анализ всех представленных сведений в материалах данного гражданского дела о том, что на исследуемый период времени у ФИО1 в медицинской документации зафиксированы указания на неправильное поведение в быту и особенности ее психического состояния, требующие наблюдения и лечения у психиатра; а также сведения о нарушенном социальном функционировании ФИО1 на интересующий суд период: значительное нарушение способности к самообслуживанию, нарушение ее осознанного общения с соседями, родственниками, знакомыми, нарушение критического осознания своего состояния: не посещала врачей в поликлинике, не получала необходимое лечение, самостоятельно практически не ходила в магазин, получала пенсию, но не вела ее осознанный расход. Данные о значительно нарушенном социальном функционировании подэкспертной подтверждаются как медицинскими документами, так и свидетельскими показаниями в материалах настоящего гражданского дела. По заключению психолога: имевшиеся у ФИО1 в интересующий суд период, а именно 17.06.2014 года, индивидуально-психологические особенности лишали ее способности правильно понимать значение своих действий и руководить ими. Об этом свидетельствуют содержащиеся в материалах гражданского дела показания свидетелей об имевшихся у испытуемой еще до совершения сделки и усилившихся после смерти её близкой подруги нарушениях памяти и интеллекта, социальной дезадаптации ФИО1 в виде нарушений её способности к самообслуживанию, несамостоятельности в решении элементарных бытовых вопросов, неопрятности ФИО1 и снижении критики к своему поведению.

В соответствии с ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Суд доверяет выводам комиссии экспертов, поскольку они имеют соответствующую квалификацию, были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, доказательств какой-либо заинтересованности экспертов в рассмотрении дела судом не установлено, а сторонами не представлено.

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО29, заключение комиссии экспертов № от 10.03.2017г. поддержала, при этом пояснили, что при проведении экспертизы использовались методы клинического анализа истории жизни, соматического и неврологического статусов по представленной медицинской документации, психопатологический анализ и оценка психического состояния испытуемой в интересующий период, по данным, содержащимся в представленной медицинской документации и материалах гражданского дела. При производстве экспертизы противоречий между экспертами не имелось, отдельных мнений кем-либо высказано не было. На странице 2 заключения комиссии допущена техническая ошибка ( опечатка) в указании даты второго заседания комиссии, а именно, вместо 10 марта 2017 года указано 11 марта 2017 года.

В соответствии с ч. 2 ст. 8 ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ" заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых и практических данных.

Заключение комиссии экспертов № сделано экспертами ГБУЗ «Областная психиатрическая больница им. К.Р. Евграфова» надлежащей квалификации, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по основаниям, предусмотренным положениями ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Из заключения видно, что выводы экспертов обоснованы и могут быть проверены, методики в заключении указаны, противоречий между мнением экспертов не имеется, отдельных мнений кого-либо из экспертов о несогласии с выводами не отражено. В заключении содержится подробное описание проведенного исследования всех представленных медицинских документов и материалов дела, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленный судом вопрос.

Надлежащих доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы, суду не представлено. Само по себе несогласие стороны с заключением судебной экспертизы, направлено на иную оценку доказательства по делу.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о наличии обстоятельств, свидетельствующих о том, что ФИО1 на момент заключения договора купли-продажи спорной квартиры 17.06.2014г. находилась в состоянии, когда не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Суд, согласно статьям 166, 167, 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагает, что договор купли-продажи, заключенный 17.06.2014 года между ФИО2 и ФИО1, которая по своему психическому состоянию на момент его заключения не могла понимать значение своих действий и руководить ими, является недействительным.

Из материалов гражданского дела и объяснений сторон следует, что 08.08.2014г. между ФИО2 и ФИО4 заключен договор купли-продажи квартиры № в доме № по <адрес> в г.Пенза. Указанная квартира продана за 1 580 000 рублей, расчет между сторонами договора произведен полностью, данное обстоятельство не оспаривалось в ходе рассмотрения дела.

Поскольку суд приходит к выводу о недействительности сделки, совершенной 17.06.2014г. между ФИО1 и ФИО2, следовательно, у ФИО2 отсутствовали правовые основания для реализации 08.08.2014г. приобретенной квартиры. При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о недействительности сделки, совершенной 08.08.2014г. между ФИО2 и ФИО4

Поскольку эксперты при проведении судебной экспертизы пришли к однозначному выводу о том, что ФИО1 в момент подписания договора купли-продажи квартиры 17.06.2014г. не могла понимать значение своих действий и руководить ими, то указанное обстоятельство свидетельствует о пороке ее воли при совершении сделки.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что спорное имущество и права на него выбыло из владения ФИО1 помимо ее воли и приобретено ФИО4 у ФИО2, который не имел права его отчуждать.

Поскольку сделки со спорной квартирой являются недействительными и законом предусмотрены последствия недействительности сделок (абз 2, 3 п. 1 ст. 171 ГК РФ), применяя данные последствия, а также учитывая, что ФИО2 получена денежная сумма в размере 1 580 000 рублей за проданную и переданную ФИО4 по договору купли-продажи от 08.08.2014г. спорную квартиру, суд полагает необходимым обязать ФИО2 возвратить ФИО4 уплаченную денежную сумму в размере 1 580 000 рублей.

В соответствии с ч.1,2 ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал или не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

Исходя из позиции, изложенной в п.39 Постановления пленума Верховного Суда РФ №10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ №22 от 29.04.2010г., по смыслу ч.1 ст. 302 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником помимо их воли.

Как было указано выше, сделка купли-продажи квартиры от 17.06.2014г. была заключена ФИО1 в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими. Это обстоятельство дает достаточные основания полагать о выбытии спорного жилого помещения из владения ФИО1 помимо ее воли, что свидетельствует о необходимости истребования из незаконного владения ФИО4 квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, возмездно приобретенной ей у ФИО2, в связи с чем запись о государственной регистрации права на имущество – квартиру № дома <адрес> в городе Пенза за № от 13 августа 2014 года в отношении ФИО4 подлежит исключению из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Согласно п. 3.1 Постановления Конституционного Суда РФ от 21.04.2003г. №6-П «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34 и ФИО35», поскольку добросовестное приобретение в смысле статьи 302 ГК Российской Федерации возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация).

Следовательно, права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 ГК Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

Довод ответчика и ее представителей о том, что ФИО4 является добросовестными приобретателями, в связи с чем применение последствий недействительности сделки в виде истребования имущества невозможно, основан на ошибочном толковании норм действующего законодательства и не может быть принят во внимание судом. Обстоятельства добросовестности ФИО4 не имеют правового значения для разрешения настоящего спора по существу.

Удовлетворяя исковые требования о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 17.06.2014г., суд приходит к выводу о применении односторонней реституции, так как факт передачи денежных средств от ФИО2 к ФИО1 по договору купли-продажи квартиры не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Передача ответчиком ФИО2 ФИО1 денежной суммы в размере 1 000 000 рублей объективно не подтверждена, условие договора, изложенное в пункте 2 бесспорно не подтверждает факт передачи указанной суммы, поскольку если при подписании договора купли-продажи ФИО1 не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, то и также она не могла понимать значение своих действий или руководить ими по данному пункту договора. Более того, согласно условий договора купли-продажи от 17.06.2014г. сумма в размере 950 000 рублей, предоставленная ФИО2 по договору займа с ООО «Фортуна-Кредит», должна была быть перечислена ФИО5, однако, как следует из имеющегося в материалах дела платежного поручения № от 25.06.2014г., данная сумма была перечислена ФИО2. Согласно сведений о состоянии вклада на имя ФИО1, предоставленных ПАО «Сбербанк России», операций по вкладу после 07.08.2012г. не производилось.

Поскольку факт передачи денежных средств по договору купли-продажи квартиры от 17.06.2014г. не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, с истца в пользу ФИО2 не могут быть взысканы денежные средства в размере 1000000 рублей, в качестве применения последствий недействительности сделки купли-продажи квартиры от 17.06.2014г.

По правилам ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В ходе рассмотрения дела истец и ее представитель утверждали о том, что о совершенных сделках по отчуждению имущества ФИО1 стало известно весной 2016 года после истребования из Управления Росреестра по Пензенской области выписки из ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним.

С настоящим исковым заявлением истец обратилась в суд 18.10.2016г.

В материалах гражданского дела № по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2 и ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, в качестве приложения к исковому заявлению, поданному в суд 01.08.2016г., представлена выписка из ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним в отношении спорной квартиры, выданная Управлением Росреестра по Пензенской области 05.02.2016г.

Согласно наряду Октябрьского районного суда г.Пензы по материалам, оставленным без движения за период с 20.05.2016г. по 25.05.2016г., ФИО1 впервые обратилась в суд с иском к ФИО4 об истребовании имущества из чужого незаконного владения 24.05.2016г. Данное исковое заявление было оставлено определением суда без движения в соответствии с требованиями ст. 132 ГПК РФ, в том числе и для предоставления истцом в качестве доказательства выписки из ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним в отношении спорной квартиры.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что о наличии оспариваемых договоров и переходе права собственности на спорную квартиру к ФИО4 ФИО1 стало известно после получения выписки из ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним в отношении спорной квартиры (после 05.02.2016г.), а настоящий иск подан 18.10.2016г., следовательно, истцом срок исковой давности пропущен не был.

Довод представителя ФИО4 о том, что в 2016 году истец несколько раз обращалась в суд с различными исками в отношении спорной квартиры, заявляя различные основания признании сделки недействительной, не свидетельствует о пропуске ФИО1 срока исковой давности.

Утверждение представителя ответчика ФИО17 об осведомленности истца о наличии оспариваемого договора купли-продажи квартиры от 17.06.2014г. на момент подачи заявления 18.06.2014г. о регистрации перехода права собственности на спорную квартиру в Управление Росреестра по Пензенской области не может бесспорно свидетельствовать о том, что ФИО1 именно с этой даты стало известно о своем нарушенном праве, поскольку в указанном заявлении в графе «отметка о выдаче документов заявителю» отсутствует подпись от имени истца. Более того, при оформлении договора купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, находилась в таком состоянии, что не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Показания истца о том, что она перестала проживать в спорной квартире за два – три месяца до ее продажи также не свидетельствуют о том, что ФИО1 знала об обстоятельствах совершенной сделки и переходе права собственности на квартиру именно с 17.06.2014г.

На основании ст. 98 ГПК РФ суд возлагает на ответчиков ФИО2 и ФИО4 обязанность по уплате государственной пошлины в доход муниципального образования г.Пенза в размере 14 373 рублей, поскольку истцу была предоставлено отсрочка уплаты государственной пошлины до вынесения решения суда по данному делу. Также суд полагает необходимым взыскать с ответчиков ФИО2 и ФИО4 в пользу ФИО1 государственную пошлину, уплаченную ей при подаче настоящего иска в размере 500 рублей.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО4 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры № дома <адрес> в городе Пенза, заключенный 17.06.2014г. между ФИО1 и ФИО2.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры № дома <адрес> в городе Пенза, заключенный 08.08.2014г. между ФИО2 и ФИО4.

Применить последствия недействительности сделки:

Обязать ФИО2 возвратить ФИО4 1 580 000 рублей, уплаченные по договору купли-продажи от 08.08. 2014 года.

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО4 квартиру, расположенную по адресу: <адрес> пользу ФИО1.

Исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о государственной регистрации права на имущество – квартиру, расположенную по адресу: <адрес> за № от 13.08.2014г. в отношении ФИО4.

Взыскать в солидарном порядке с ФИО2, ФИО4 в пользу ФИО1 государственную пошлину в размере 500 рублей.

Взыскать с ФИО2, ФИО4 государственную пошлину в доход муниципального образования г.Пенза в размере 14 373 рубля.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Октябрьский районный суд г. Пензы в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение изготовлено 22.05.2017 года.

Судья Аргаткина Н.Н.