Приговор № 1-35/2017 от 25 сентября 2017 г. по делу № 1-35/2017

Дело № 1-35/2017


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Прохоровка 26 сентября 2017 года

Прохоровский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Марковского С.В.

при секретаре Ермошиной Л.В.

с участием государственных обвинителей помощников прокурора Прохоровского района Феданова А.В., ФИО1,

подсудимого П. В.А. и его защитника Г.,

потерпевшего П. Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело в отношении

П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, проживающего в <адрес>, гражданина Ю., <данные изъяты>, ранее не судимого, военнообязанного,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.286 УК РФ и ч.2 ст.292 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

П. В.А., назначенный приказом начальника отдела министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес> № л/с от ДД.ММ.ГГГГ на должность <данные изъяты>, в должностные обязанности которого входило составление протоколов об административных правонарушениях, применение мер обеспечения производства по делам об административным правонарушениях, в своей деятельности руководствовался Конституцией РФ, федеральным законом «О полиции», Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, иными законами и должностной инструкцией, то есть он, являлся должностным лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти, совершил превышение должностными полномочиями и служебный подлог.

Преступления им совершены ДД.ММ.ГГГГ в помещении здания Ю. по <адрес> по адресу: <адрес> пгт.Прохоровка <адрес>, при следующих обстоятельствах.

В 21 часу П. В.А. находился в здании Ю., когда начальник Ю. по <адрес> Ф. Б.Н., используя авторитет занимаемой должности, отдал ему заведомо для него незаконные указания о привлечении находившегося там же П. Н.В. к административной ответственности и применению к последнему мер обеспечения производства по делам об административных правонарушениях в виде административного задержания.

В ответ у П. В.А., достоверно осведомленного о том, что ранее ему незнакомый П. Н.В. не совершал административного правонарушения, а указания Ф. Б.Н. носят явно незаконный характер, действуя из иной личной заинтересованности, заключающейся в желании угодить непосредственному руководителю Ф. Б.Н. в целях заручиться поддержкой по службе, явно выходя за пределы своих полномочий, возник умысел на превышение своих должностных полномочий и внесение в официальные документы заведомо ложных сведений.

Реализуя свой преступный умысел, П. В.А., осознавая, что в результате его противоправных действий будут существенно нарушены права и законные интересы П. Н.В., а также внесены в официальные документы, которыми являются протокол об административном правонарушении и протокол о задержании, заведомо ложные сведения, и желая этого, около 22 часов, явно выходя за пределы своих должностных полномочий, поскольку ни при каких обстоятельствах не вправе был применять в отношении не совершавшего правонарушение лица меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении и составлять протокол об административном правонарушении, без фактического проведения в отношении П. Н.В. медицинского освидетельствования, в нарушение ст.6 п.1 и ст.14 ч.2 п.5 закона «О полиции», ст.27.3 и ст.28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также п. 3.4 своей должностной инструкции, составил в отношении П. Н.В. протокол об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ по ст.20.21 КоАП РФ и протокол об административном задержании П. Н.В. от ДД.ММ.ГГГГ, в которые внес заведомо для него ложные сведения о совершении П. Н.В. ДД.ММ.ГГГГ в 21 час 30 минут на <адрес> у <адрес> административного правонарушения, предусмотренного ст.20.21 КоАП РФ, то есть «появление в общественных местах в состоянии алкогольного опьянения». При этом без наличия к тому законных оснований применил в отношении П. Н.В. меры обеспечения производства по делам об административном правонарушении в виде административного задержания и личного досмотра, также направил последнего на медицинское освидетельствование. Для придания законности совершенных им действий было составлено объяснение от гражданина А., которого на П. деле не существует, как свидетеля правонарушения.

В виду превышения П. своих служебных полномочий и внесения в официальные документы заведомо ложных сведений, в отношении П. Н.В. было возбуждено дело об административном правонарушении, а также тот был кратковременно ограничен в свободе и помещен в специальное помещение дежурной части Ю. по <адрес>, предназначенное для лиц, задержанных полицией.

Умышленное превышение П. В.А. своих должностных полномочий и внесение им в официальные документы заведомо ложных сведений, повлекло за собой существенное нарушение прав и законных интересов потерпевшего П. Н.В. гарантированных Конституцией Российской Федерации на свободу и личную неприкосновенность, а также охраняемым законом интересов общества и государства, выразившиеся в подрыве авторитета государственной власти, дискредитации основных принципов административного производства и органов внутренних дел Российской Федерации, создании негативного общественного мнения о сотрудниках полиции, обязанных неукоснительно соблюдать законодательство, пресекать и предотвращать преступления и административные правонарушения, а также осуществлять свою деятельность только в пределах предоставленных им полномочий.

В судебном заседании П. В.А. вину свою не признал и показал, что действительно составил в отношении П. Н.В. протокол об административном правонарушении по ст.20.21 КоАП РФ и протокол задержания по указанию начальника полиции Ф. Б.Н.. Который сообщил, что П. Н.В. был задержан на <адрес> в состоянии алкогольного опьянения. Поскольку от П. Н.В. исходил запах спиртного, и тот имел неопрятный внешний вид, то оснований сомневаться в словах Ф. Б.Н. у него было. Стажером ФИО2 по его указанию был опрошен свидетель, на которого указал в фойе дежурной части Ю. Ф.. Кроме того, П. Н.В. был освидетельствован фельдшером больницы Л., в результате которого у П. было установлено состояние алкогольного опьянения. При составлении протокола об административном правонарушении П. самостоятельно указал, что был пьян. Обстоятельства, при которых было совершено правонарушение, – конкретное место, время и П. событие правонарушение, -было им придумано и указано самостоятельно. П. Н.В. на улице он не задерживал и очевидцем правонарушения не был. Не знал, что вносит в материалы дела об административном правонарушении ложные сведения. С гражданским иском П. не согласился.

Несмотря на отрицание своей вины в совершенных преступлениях, вина П. В.А. нашла свое подтверждение исследованными доказательствами: делом об административном правонарушении в отношении П. Н.В., протоколом осмотра предметов, показаниями П. потерпевшего П. Н.В., свидетелей, документами о назначении на должность и должностной инструкцией П. В.А., иными доказательствами.

Так вина П. В.А. подтверждается следующими доказательствами:

Согласно выписке из приказа начальника Ю. по <адрес> Ф. Б.Н. от ДД.ММ.ГГГГ № л/с старший сержант полиции П. В.А. назначен на должность полицейского (кинолога) группы патрульно-постовой службы полиции Ю. по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ (Том № л.д.8).

В соответствии с должностной инструкцией П. В.А., с которой последний был ознакомлен, он в своей деятельности руководствовался Конституцией РФ, федеральным законом «О полиции», другими федеральными законами. При исполнении указания, явно противоречащего закону, обязан был принимать меры к исполнению закона. Имеет право составлять протоколы об административных правонарушениях, собирать доказательства, применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях (Том № л.д.173-177).

ДД.ММ.ГГГГ П. В.А. находился на службе при исполнении служебных обязанностей, что следует из справки врио начальника Ю. по <адрес> (Том № л.д.181).

Факт составления П. В.А. в отношении П. Н.В. дела об административном правонарушении по ст.20.21 КоАП РФ подтверждается:

-протоколом об административном задержании серии АБ №, составленном ДД.ММ.ГГГГ П. В.А., из которого следует, что П. ДД.ММ.ГГГГ в 21 час 30 минут был доставлен П. Н.В. в Ю. по <адрес> в связи с совершением административного правонарушения, предусмотренного ст.20.21 КоАП РФ, для его пресечения (Том № л.д.151).

Свидетели Б. и М. (Том №л.д.175-178) подтвердили, факт составления П. в отношении П. протокола о задержании.

-объяснением гражданина А. отобранным П. В.А., согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в 21 час 30 минут на <адрес> у <адрес> тот видел незнакомого мужчину, который шатался по сторонам, одежда была вымазана грязью, речь была невнятная, изо рта чувствовался запах алкоголя (Том № л.д.152).

-рапортом П. А.В., сообщившего, что ДД.ММ.ГГГГ в 21 час 30 минут на <адрес> им оставлен П. Н.В., который находился в состоянии алкогольного опьянения в общественном месте. Имел шаткую походку, не опрятный внешний вид, запах алкоголя изо рта, невнятную речь, чем оскорблял человеческое достоинство и общественную нравственность (Том № л.д.153).

-протоколом о направлении П. Н.В. на медицинское освидетельствование, составленным П. (том № л.д.154).

-актом медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения П., проведенного фельдшером Л., которым установлено состояние алкогольного опьянения (Том № л.д.40-41).

-протоколом об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, составленным П. А.В. в отношении П. Н.В. по ст.20.21 КоАП РФ, согласно которому П. Н.В. ДД.ММ.ГГГГ в 21 час 30 минут на <адрес> находился в состоянии алкогольного опьянения в общественном месте, имел шаткую походку, не опрятный внешний вид, запах алкоголя изо рта, невнятную речь, чем оскорблял человеческое достоинство и общественную нравственность (том № л.д.150).

Постановлением мирового судьи дело об административном правонарушении в отношении прекращено в отношении П. за отсутствием в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ст.20.21 КоАП РФ (Том № л.д. 94-95).

Данное дело об административном правонарушении было осмотрено следователем и в копиях приобщено к материалам дела (То № л.д.28-101).

Факт составления указанных протокола об административном правонарушении, протокола о задержании, рапорта, направления на медицинское освидетельствование признается П.. Указывает, что объяснение от А. в помещении дежурной части отобрал стажер <данные изъяты> по его указанию. Утверждает, что при составлении документов о привлечении П. к административной ответственности не знал, что П. не совершал правонарушения, предусмотренного ст.20.21 КоАП РФ.

Данные доводы подсудимого о том, что он не знал на момент составления протоколов, что П. не совершал правонарушения, опровергаются совокупностью исследованных по делу доказательств.

Так показаниями потерпевшего П. Н.В., сообщившего, что ДД.ММ.ГГГГ его в трезвом состоянии доставил в отделение полиции Ю. по <адрес> участковый полиции ФИО3, где около 21 часа он в служебном кабинете был подвергнут физическому насилию со стороны начальника полиции Ф. Б.Н. и оперативного уполномоченного <данные изъяты>, ему насильно в рот влили алкоголь. После этого его свели на первый этаж полиции к дежурной части, где Ф. Б.Н. дал устное указание находившемуся там П. В.А. оформить его на сутки, так как он пьян. Ф. ничего не говорил П.. Потом П., <данные изъяты> повезли его на медицинское освидетельствование в больницу, где сотрудник больницы не успевал его освидетельствовать в виду отъезда и сказал П. оставить направление на освидетельствование в больнице. По пути следования в больницу и обратно в отделении полиции он говорил П. А.В., что не совершал правонарушения, был избит начальником полиции. Несмотря на это П. А.В. заставил его под угрозой неблагоприятных для него последствий подписать протокол об административном правонарушении. В результате фальсификации П. в отношении его дела об административном правонарушении он незаконно был органичен в свободе и помещен в камеру изолятора временного содержания, чем ему причинены нравственные страдания. В связи с этим просит взыскать с П. компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей.

Показания П. Н.В. нашли свое подтверждение и показаниями участкового уполномоченного полиции Г., сообщившего, что ДД.ММ.ГГГГ он доставлял в отделение полиции П. Н.В. в трезвом состоянии для беседы. В последствие начальник полиции Ф. Б.Н. после избиения П. Н.В. и насильственного вливания тому в рот алкоголя, дал П. Н.В. указание составить на П. Н.В. административный материал и поместить в камеру административных задержанных. Ф. никаких указаний не давал и не говорил ничего. По пути следования на медицинское освидетельствование П. Н.В. обращался к П. Н.В. и говорил, что не совершал правонарушения, а был избит начальником полиции и тому насильно в рот влили алкоголь. Свидетеля А. он не видел.

Участковый полиции Г.А. подтвердил, что П. до посещения Ю. по <адрес> был трезв.

Сотрудник полиции Д. показал, что когда П. Н.В. вывели из его кабинета в отделении полиции, где к тому было применено насилие, Ф. дал указание «закрыть П. Н.В.». При этом на первом этаже у дежурной части находился П. В.А..

Факт нахождения на службе ФИО4 и Ф. ДД.ММ.ГГГГ подтверждается сведениями Ю. по <адрес> (Том № л.д.182,183).

Ю. А.Н. (дежурный полиции) сообщил, что в его присутствии Ф. Б.Н. давал устное указание П. В.А., стоявшему у помещения дежурной части, составить в отношении П. административный материал и поместить в камеру административных задержанных. При этом Ф. не говорил П. на каком основании составлять в отношении П. административный материал. Никаких гражданских лиц в тот вечер в коридоре Ю. у дежурной части, кроме П. и его знакомого Лиманского в тот вечер не было, в том числе и гражданина А..

Помощник дежурного Свидетель №1 подтвердил показания Ю. А.Н. о том, что никакого свидетеля А. не было в тот вечер в коридоре полиции в момент составления П. административного материала в отношении П. Н.В..

Стажер ФИО2 также подтвердил, что начальник полиции Ф. Б.Н. дал ему и П. В.А. указание составить административный материал на П. Н.В., задержанного в <адрес>. При этом Ф. не говорил о том, где и при каких обстоятельствах и за что был задержан П. Н.В.. Потом по указанию ФИО5 им был опрошен свидетель в коридоре у дежурной части, личность которого он установил со слов данного свидетеля.

Однако, доводы подсудимого и свидетеля ФИО2 о получении объяснения у гражданина А. об обстоятельствах совершения П. правонарушения, опровергаются сведениями УМВД Ю. по <адрес> и УМВД Ю. по <адрес>, согласно которым свидетель с указанными в объяснениями анкетными данными, не существует (Том № л.д.160,164-165).

Опровергают факт получения объяснения от гражданина А. и свидетели ФИО3, Ю. и ФИО6. Оснований оговаривать подсудимого и ФИО2, у данных свидетелей судом не установлено.

В связи с этим показания подсудимого и свидетеля ФИО2 о получении объяснения от А., подтвердившего факт совершения правонарушения П., суд считает недостоверными.

Фельдшер Л. показал, что медицинское освидетельствование П., доставленного в больницу П., он не проводил, так как уезжал на срочный вызов, и сказал П. оставить направление на медицинское освидетельствование П. на окне. По приезду обратно в помещение больницы он составил акт освидетельствования, в который без освидетельствования внес сведения об установлении у П. состояния алкогольного опьянения (Том №).

Указанными показаниями свидетеля Л. подтверждается, что П. знал на момент составления протокола об административном правонарушении, что фактически медицинское освидетельствование П. не проводилось, а в акт медицинского освидетельствования П. данные о состоянии алкогольного опьянения, были внесены без проведения процедуры освидетельствования.

Данные обстоятельства были подтверждены и показаниями сотрудника ГИБДД О., который по указанию дежурного Ю. уже после того, как П. обратно доставил в отделение полиции П., забирал в больнице акт медицинского освидетельствования П. (Том № л.д.201-204)

Ф. и К. подтвердили, что П. Н.С. находился с 23 на ДД.ММ.ГГГГ в камере ИВС Ю. по <адрес> и жаловался на незаконное задержание.

Ш. сообщила, что направляла ДД.ММ.ГГГГ дело об административном правонарушении в отношении П., составленное П., мировому судье для рассмотрения по существу (Том № л.д.206-208).

Таким образом, суд приходит к выводу, что подсудимый достоверно знал, что потерпевший П. не совершал правонарушения, за которое он составил протокол об административном правонарушении и протокол об административном задержании и куда внес заведомо ложные сведения.

А доводы подсудимого об отсутствии у него оснований не доверять начальнику полиции о сообщенном факте совершения правонарушения П., опровергнуты исследованными доказательствами.

К данным выводам суд приходит исходя из оценки исследованных по делу доказательств.

Так Ф. не говорил П. какое правонарушение, где и когда совершил П.. Обстоятельства совершения правонарушения, внесенные П. в протоколы, были придуманы им самостоятельно, чего не оспаривает и П. П., указав, что обстоятельства совершения правонарушения это его предположения. П. фактически не задерживал на улице. Кроме того П. говорил П., что не совершал административного правонарушения, что подтвердил и свидетель <данные изъяты>. Объяснение очевидца правонарушения А. было сфальсифицировано подсудимым, поскольку такого очевидца не было. Кроме того, П. знал, что и медицинское освидетельствование в отношении П. фактически не проводилось и, получив Акт медицинского освидетельствования, в котором достоверно для него содержалась ложная информация об установлении фельдшером состояния алкогольного опьянения у П., составил протокол об административном правонарушении и задержании П..

Доказательства, представленные стороной обвинения:

-протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрен служебный кабинет <данные изъяты> № Ю. по <адрес> (Том № л.д.63);

-протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ двора Ю. по <адрес> (Том № л.д.69);

-справка о наличии в отделении полиции сотрудников со званием подполковник полиции (Том № л.д.143)

-протокол осмотра одежды П. от ДД.ММ.ГГГГ (Том № л.д.145);

-ответ на отдельное поручение следователя о проведении оперативно-розыскных мероприятий о выявлении причастных к применению насилия к П. лиц (Том № л.д.150);

-заключение эксперта о психическом состоянии здоровья Ф. Б.Н. (Том № л.д.42-48);

-явка с повинной ФИО4 в применении насилия к П. (Том № л.д.131),

-показания свидетеля Ф. Б.Н. о применении насилия к П. (Том № л.д.71-75);

-показания свидетелей Б., Л. и Т., которые сообщили, что об обстоятельствах составления дела об административном правонарушении в отношении П. им ничего не известно,

-суд признает не имеющими отношения к настоящему уголовному делу, поскольку не содержат в себе обстоятельств, доказывающих или опровергающих факт совершения П. инкриминируемых ему преступлений.

Иные доказательства представленные стороною обвинения таковыми не являются и судом не оцениваются.

Суд приходит к выводу, что собранные по данному уголовному делу доказательства являются относимыми, допустимыми и в своей совокупности подтверждают совершение П. А.В. инкриминируемых ему преступлений.

Показания подсудимого в суде логичны и последовательны, адекватны окружающей обстановке и материалам уголовного дела, сомнений в его психической полноценности у суда не возникает.

Действия П. В.А. суд квалифицирует по ч.1 ст.286 УК РФ, как совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, и по ч.2 ст. 292 УК РФ, как служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, если эти деяния совершены из иной личной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного частью первой статьи 292.1 настоящего Кодекса), повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступления П. совершил с прямым умыслом, так как он осознавал, что совершает действия, явно выходящие за пределы его полномочий, и вносит в официальные документы заведомо ложные сведения, что повлечет за существенное нарушение прав и законных интересов потерпевшего, охраняемых законом интересов общества и государства, желал этого и достиг желаемого результата.

Действуя из иной личной заинтересованности, заключающейся в желании угодить его непосредственному руководителю Ф. Б.Н. в целях заручиться поддержкой по службе, явно выходя за пределы своих полномочий, П. умышлено превысив свои должностные полномочия, внес в официальные документы – протокол об административном задержании и правонарушении, заведомо ложные сведения о совершении П. административного правонарушения, чем существенно нарушил права и законные интересы П. на свободу и личную неприкосновенность, а также охраняемые законом интересы общества и государства, выразившиеся в подрыве авторитета государственной власти, дискредитации основных принципов административного производства и органов внутренних дел Российской Федерации, создании негативного общественного мнения о сотрудниках полиции, обязанных неукоснительно соблюдать законодательство, пресекать и предотвращать преступления и административные правонарушения, а также осуществлять свою деятельность только в пределах предоставленных полномочий.

Нарушение прав и законных интересов потерпевшего являлось существенным. Поскольку в отношении П. была незаконно возбуждено дело об административном правонарушении, он был незаконно лишен свободы, подвергнут административному задержанию и несколько часов незаконно находился в камере административно задержанных.

Нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, также являлось существенным, поскольку был подорван авторитет государственной власти, были дискредитированы основные принципы административного производства и органов внутренних дел Российской Федерации, создано негативное общественное мнение о сотрудниках полиции.

При назначении П. наказания за совершенные преступления суд учитывает обстоятельства, его смягчающие, которыми суд в соответствии со ст.61 ч.1 п.«г» УК РФ признает наличие малолетних детей у виновного. В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ суд признает смягчающими по делу обстоятельствами наличие у П. ведомственных наград Ю..

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, судом не установлено.

Органами предварительного следствия в качестве отягчающего наказание П. обстоятельства был признан п. «о» ч.1 ст.63 УК РФ, то есть совершение умышленного преступления сотрудником органа внутренних дел. Судом указанное обстоятельство как отягчающее наказание не признается. Поскольку субъектом преступлений, предусмотренных ч.1 ст.286 и ч.2 ст.292 УК РФ, может быть лишь должностное лицо, которое постоянно или временно и по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти, которым П. как сотрудник полиции и является.

До совершения преступлений П. по месту жительства и службы в органах внутренних дел характеризовался исключительно положительно, в настоящее время продолжает службу в органах внутренних дел и имеет постоянный доход в виде заработной платы, <данные изъяты>.

Суд приходит к выводу о возможности назначения подсудимому наказания не связанного с лишением свободы в виде штрафа, которое послужит восстановлению социальной справедливости, и исправлению подсудимого, а также предупреждению совершения им новых преступлений.

Размер штрафа суд определяет с учетом тяжести совершенных преступлений и имущественного положения осужденного и его семьи, который работает и имеет постоянный доход.

Окончательное наказание суда назначает по правилам ст.69 ч.2 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний.

Гражданский иск П. о взыскании с подсудимого компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей, причиненного в результате незаконного составления протокола об административном правонарушении и задержании, содержании в условиях изолятора временного содержания, не подлежит удовлетворению.

Так, согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении КоАП РФ ", требования о возмещении материального и морального вреда, причиненного незаконным применением мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении (часть 2 статьи 27.1 КоАП РФ) и незаконным привлечением к административной ответственности, подлежат рассмотрению в соответствии с гражданским законодательством в порядке гражданского судопроизводства.

По смыслу положений пункта 2 статьи 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекшей последствий, предусмотренных пунктом 1 статьи 1070 ГК РФ (то есть не связанный, в частности, с незаконным привлечением к административной ответственности в виде административного ареста), возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 ГК РФ.

Согласно статье 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Таким образом, П. предъявил иск не к надлежащему ответчику, в связи с чем его требования не подлежат удовлетворению.

Вещественные доказательства и процессуальные издержки по делу отсутствуют.

С учетом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности суд считает не возможным изменить категории преступлений на менее тяжкую, в соответствии со ст.15 УК РФ.

Руководствуясь ст.ст.307, 308, 309 УПК РФ, суд,

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать П. виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.286 УК РФ и ч.2 ст.292 УК РФ, и назначить ему по этим статьям наказание в виде штрафа:

-<данные изъяты>

<данные изъяты>.

Окончательно на основании ст.69 ч.2 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний назначить П. наказание в виде штрафа в размере <данные изъяты>.

Меру пресечения П. оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу.

В удовлетворении гражданского иска Потерпевший №1 о взыскании с П. компенсации морального вреда отказать.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда в течение 10 суток со дня постановления приговора.

В этот же срок осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении его жалобы или представления, судом апелляционной инстанции.

Председательствующий судья С.В. Марковской