Решение № 2-2585/2017 2-2585/2017~М-2474/2017 М-2474/2017 от 22 ноября 2017 г. по делу № 2-2585/2017

Дело № 2-2585/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 ноября 2017 года г. Саратов

Фрунзенский районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Рословой О.В.,

при секретаре судебного заседания Дмитриевой К.В.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «АвиагазЦентр-Газоподготовка» о взыскании удержанной из заработной платы денежной суммы, компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился с указанным иском к обществу с ограниченной ответственностью «АвиагазЦентр-Газоподготовка» (далее по тексту ООО «АвиагазЦентр-Газоподготовка», работодатель) о взыскании удержанной из заработной платы денежной суммы, компенсации морального вреда, судебных расходов, мотивируя свои требования следующим.

С 26 октября 2015 года истец работал по трудовому договору в ООО «АвиагазЦентр-Газоподготовка» по профессии водитель-механик с выполнением функций экспедитора. При осуществлении окончательного расчета в связи с увольнением с истца была удержана сумма в размере 14 435 рублей, заявленная как причиненный ущерб работодателю в результате утраченного имущества, перечень которого отражен в акте проверки от 29.08.2017 года. Выполняемая истцом работа осуществлялась путем совмещения двух профессий – водителя и экспедитора, у которых разные условия и характеристики, разная ответственность. Договор о полной материальной ответственности с лицом, совмещающим профессии водителя и экспедитора, может заключаться исключительно в обеспечение полной материальной ответственности экспедитора и распространяется на случаи утраты имущества, вверенного истцу как экспедитору, то есть на сопровождаемый экспедитором товар, к которому используемое для его перевозки транспортное средство отношения не имеет. Транспортное средство используется водителем с целью исполнения трудовых функций и не может являться предметом договора о полной материальной ответственности. Истец полагает, что указанные удержания были произведены незаконно, поскольку при поступлении на работу с истцом заключался договор о полной материальной индивидуальной ответственности от 26.10.2015 года, однако перечень имущества, указанный в акте проверки от 29.08.2017 года относится к имуществу непосредственно ответчика, а не вверенного истцу, как экспедитору. Кроме того, в составленном ответчиком акте материальный ущерб рассчитан основываясь только на счете на оплату официального дилера ГАЗ ООО «АвтоЦентр-СаратовЮГ». Ответчик причины возникновения ущерба не установил, констатировал лишь виновность истца, объяснений от истца не истребовал.

На основании изложенного истец просил суд взыскать с ответчика ООО «АвиагазЦентр-Газоподготовка» в свою пользу 14 435 рублей в счет удержанной из заработанной платы денежной суммы; компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей.

Истец ФИО1, а также его представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просили исковые требования удовлетворить. Также истец указал, что после его увольнения автомобиль, на котором он работал, находился на территории ответчика ООО «АвиагазЦентр-Газоподготовка», ключи от автомобиля им были переданы охране. По акту приема-передачи автомобиль работодателю им не сдавался, так как его не пускали на территорию завода.

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, просил суд отказать в полном объеме в удовлетворении исковых требованиях ФИО1, указав, все доводы истца являются несостоятельными, поскольку удержания в размере 14 435 рублей из заработанной платы истца были произведены законно. Согласно трудовому договору истцу был вверен данный автомобиль для исполнения его должностных обязанностей, и он обязан был отвечать за вверенные ему материальные ценности, находящиеся в данном автомобиле.

Выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, допросив свидетелей, исследовав материалы дела и оценив все собранные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

В силу положений ст. 123 Конституции РФ и ст. ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле, исходя из положений ст. 57 ГПК РФ.

В силу ст. 233 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ) материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Согласно ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

На основании ст. 246 ТК РФ размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года №52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действие или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Недоказанность одного из указанных обстоятельств исключает материальную ответственность работника.

В силу п. 13 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ при оценке доказательств, подтверждающих размер причиненного работодателю ущерба, суду необходимо иметь в виду, что в соответствии с частью первой статьи 246 ТК РФ при утрате и порче имущества он определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец ФИО1 на основании трудового договора с водителем – механиком от 26 октября 2015 года состоял в трудовых отношениях с ООО «АвиагазЦентр-Газоподготовка».

По условиям указанного трудового договора истец ФИО1 с 26 октября 2015 года был принят на работу на должности водителя – механика с непосредственным подчинением начальнику ОКиС и с прямым подчинением генеральному директору, а также работнику поручалось в порядке совмещения должностей выполнение обязанностей экспедитора.

26 октября 2015 года между истцом ФИО1 и ООО «АвиагазЦентр-Газоподготовка» был заключен договор о полной материальной индивидуальной ответственности.

Согласно п. 1 договора о полной материальной индивидуальной ответственности от 26 октября 2015 года, работник ФИО1, занимающий должность водителя-механика или выполняющий работу экспедитора согласно трудового договора, связанную с сохранением собственности ООО «АвиагазЦентр-Газоподготовка», принял на себя полную материальную ответственность за обеспечения сохранности вверенных ему предприятием материальных ценностей и обязался: бережно относиться к переданным ему для хранения или для других целей материальным ценностям предприятия, и принимать меры к предотвращению ущерба; своевременно сообщать администрации предприятия о всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенных ему материальных ценностей; вести учет, составлять и представлять в установленном порядке товарно-денежные и другие отчеты о движении и остатках вверенных ему материальных ценностей; учувствовать в инвентаризации вверенных ему материальных ценностей.

08 августа 2017 года трудовые отношения между ООО «АвиагазЦентр-Газоподготовка» и ФИО1 были прекращены, в связи с увольнением последнего, что подтверждается приказом № 26 л/с от 08.08.2017 года.

Согласно представленному расчетному листку за июль 2017 года из заработной платы истца были произведены удержания в размере 14 435 рублей, что не оспаривалось сторонами в ходе судебного разбирательства.

Не согласившись с вышеуказанным удержанием, истец обратился в суд за защитой нарушенного права, указав на незаконность действий ответчика по удержанию денежной суммы в размере 14 435 рублей.

Приказом №116-п от 28.08.2017 года ответчиком было назначено проведение проверки по причинению материального ущерба ООО «АвиагазЦентр-Газоподготовка» водителем-механиком ОКиС ФИО1 в связи с ненадлежащем исполнением своих трудовых обязанностей по сохранности вверенного ему имуществу, для чего была создана комиссия в составе начальника ОПиР ФИО3, главного бухгалтера ФИО4, начальника ОКиС ФИО5

Из названия данного приказа следует, что работодатель (ответчик) на момент издания данного приказа, то есть на 28.08.2017 года установил причинение материального ущерба водителем-механиком ФИО1 Вместе с тем, кем, каким образом и при каких обстоятельствах был установлен данный факт причинения ущерба на 28.08.2017 года, то есть до проведения проверки, ответчиком не указано.

Согласно акту проверки по причинению материального ущерба ООО «АГЦ-Гаоподготовка» водителем – механиком ОКиС ФИО1 в связи с ненадлежащем исполнением им своих должностных обязанностей по сохранности вверенного ему имущества от 29 августа 2017 года, комиссией, созданной ответчиком было установлено, что при увольнении из предприятия 08.08.2017 года водитель - механик ОКиС ФИО1 не подписал обходной лист, не отчитался о вверенных ему материальных ценностях, не сдал бензиновую карту, в связи с чем комиссия установила, что на вверенном ФИО1 автомобиле ГАЗель 330232 номер № не работает стеклоподъемник стекла со стороны водителя, обивка с левой двери снята, бампер левый оторван, стекло лобовое без повреждений, в баке приблизительно 5 литров бензина, тент имеет небольшие повреждения. Отсутствуют автозапчасти: набор головок торцевых 8пр.№1-1 комплект, набор ключей рожковых 12 пр. – 1 комплект, плоскогубцы – 1 шт., длинногубцы – 1 шт., отвертка – 1 шт. Общая стоимость утраченного имущества согласно счету на оплату официального дилера ГАЗ ООО «АвтоЦентр-СаратовЮГ» составила 14 435 рублей, что повлекло причинение ущерба предприятию в сумме 14 435 рублей. Объяснительную записку по факту утраты имущества водитель - механик ОКиС ФИО1 не представил.

Должность, занимаемая истцом, включена в Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества.

Вместе с тем, проанализировав представленные в обоснование доводов доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии достаточных законных оснований для удержания из заработной платы истца суммы 14 435 рублей.

Согласно п. 1 договора о полной материальной индивидуальной ответственности от 26 октября 2015 года, работник ФИО1, занимающий должность водителя-механика или выполняющий работу экспедитора согласно трудового договора, связанную с сохранением собственности ООО «АвиагазЦентр-Газоподготовка», принял на себя полную материальную ответственность за обеспечения сохранности вверенных ему предприятием материальных ценностей.

Вместе с тем, при заключении указанного договора о полной материальной индивидуальной ответственности акт приема-передачи материальных ценностей между ФИО1 и работодателем ООО «АвиагазЦентр-Газоподготовка» не составлялся, что не оспаривался сторонами в ходе рассмотрения дела.

В связи с этим не установлено, какие принадлежащие ответчику материальные ценности были вверены ФИО1, за которые последний несет ответственность перед работодателем.

Вместе с тем, на основании пункта 1 договора о полной материальной индивидуальной ответственности от 26 октября 2015 года, работник ФИО1 принял на себя полную материальную ответственность за обеспечение сохранности именно вверенных ему предприятием материальных ценностей.

Представленный ответчиком акт приема-передачи от 08.10.2014 года, согласно которому водитель-механик ФИО1 принял автомобиль ГАЗЕЛЬ ГАЗ 330232, с государственным регистрационным номером №, принадлежащий ЗАО «Завод СиН-газ» для работы и выполнения своих трудовых обязанностей, не может являться доказательством, подтверждающим принятие ФИО1 материальных ценностей в рамках договора о полной материальной индивидуальной ответственности от 26 октября 2015 года, поскольку указанный акт приема-передачи составлен до заключения трудового договора и договора о полной материальной индивидуальной ответственности от 26 октября 2015 года с ответчиком, и в рамках иных трудовых отношений с ЗАО «Завод СиН-газ».

Представленный ответчиком договор аренды имущества № 1 от 15 октября 2015 года, согласно которому арендодатель ЗАО «Завод СиН-газ» передал арендатору ООО «АГЦ-Газоподготовка» имущество, в том числе автомобиль ГАЗ 330232, не может являться доказательством подтверждающим, что данный автомобиль, а также имущество, утрата которого вменяется ФИО1, был передан именно последнему.

Кроме того, ответчиком не предоставлены доказательства принадлежности ему автомобиля ГАЗель 330232, с государственным регистрационным номером №, с имуществом, указанным в акте от 29 августа 2017 года, на момент заключения договора с ФИО1 о полной материальной индивидуальной ответственности от 26 октября 2015 года. Как следует из паспорта транспортного средства серии №, собственником указанного автомобиля ответчик является с 06.04.2017 года. Доказательств принадлежности ответчику имущества, указанного в акте от 29 августа 2017 года (набор головок торцевых 8пр.№1-1 комплект, набор ключей рожковых 12 пр. – 1 комплект, плоскогубцы – 1 шт., длинногубцы – 1 шт., отвертка – 1 шт.), ответчиком не представлено.

Общие правила проведения инвентаризации закреплены в разделе 2 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина РФ от 13 июня 1995 года №49, в соответствии с которыми, для проведения инвентаризации в организации создается постоянно действующая инвентаризационная комиссия; персональный состав инвентаризационной комиссии утверждает руководитель организации путем издания соответствующего приказа. В конце описи материально-ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение. При проверке фактического наличия имущества в случае смены материально-ответственных лиц, принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший - в сдаче этого имущества.

Так, инвентаризация материальных ценностей, находящихся в подотчете истца не проводилась. Отсутствует расписка материально-ответственного лица, а именно истца, подтверждающая проверку имущества в его присутствии, и принятии имущества на ответственное хранение.

Таким образом, в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих принятия истцом имущества, утрата которого согласно акту от 29.08.2017 года вменяется истцу, при приеме истца на работу ответчиком, а также при заключении договора о полной материальной индивидуальной ответственности.

Кроме того, в подтверждение размера причиненного ущерба ответчиком представлен счет на оплату №№ от 29.08.2017 года на сумму 14 435 рублей.

Вместе с тем, на основании ст. 247 ТК РФ на работодателе лежит обязанность установить размер причиненного ему ущерба и причину его возникновения. Размер ущерба должен быть подтвержден документально и определяется на основе данных бухгалтерского учета (Федеральный закон «О бухгалтерском учете» от 21.11.1996 года №129-ФЗ).

Исходя из данной нормы закона, представленный ответчиком счет на оплату №№ от 29.08.2017 года на сумму 14 435 рублей не может являться доказательством размера причиненного ущерба. Каких-либо данных бухгалтерского учета, подтверждающих, что у ответчика имелось имущество (набор головок торцевых 8пр.№1-1 комплект, набор ключей рожковых 12 пр. – 1 комплект, плоскогубцы – 1 шт., длинногубцы – 1 шт., отвертка – 1 шт.), утрата которого вменяется ФИО1 и стоимость данного имущества, ответчиком не представлено.

Кроме того, представленный ответчиком счет на оплату №№ от 29.08.2017 года на сумму 14 435 рублей, содержит наименование и стоимость товара, утрата которого не вменяется ФИО1

С учетом вышеизложенных обстоятельств суд приходит к выводу о том, что работодатель не выполнил свою обязанность, предусмотренную ст. 56 ГПК РФ, ст. 247 ТК РФ и не представил в суд достоверных, допустимых и достаточных доказательств, которые в своей совокупности подтверждали факт причинения ему действиями ФИО1 материального ущерба в размере 14 435 рублей.

В ходе рассмотрения дела судом были заслушаны показания свидетелей, как со стороны истца, так и со стороны ответчика.

В подтверждение заявленных требований истцом представлены доказательства, а именно показания свидетеля ФИО6, из которых усматривается, что она видела как автомобиль, на котором работал истец, в период времени с июля по август 2017 года, выезжал с территории завода после его увольнения.

Как следует из показаний, допрошенных в ходе судебного заседания свидетелей со стороны ответчика – ФИО7, ФИО8, они работают охранниками-контролерами в ООО «АвиагазЦентр-Газоподготовка», и за период времени с июля по август 2017 года истец на территорию завода не заходил. Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что за период времени с июля по август 2017 года он ключи от автомобиля, на котором работал истец (на период его смены) никому не давал.

Вместе с тем, показания указанных свидетелей, как со стороны истца, так и со стороны ответчика не могут являться доказательствами, подтверждающими наличие вины работника в причинении ущерба работодателю.

При таких обстоятельствах, в отсутствие допустимых, конкретных и достаточных доказательств подтверждающих противоправность действий истца, его вины в причинении ущерба; причинной связи между его поведением и наступившим ущербом; а также наличие прямого действительного ущерба и размера причиненного ущерба, нельзя согласиться с правомерностью действий работодателя по удержанию из заработной платы истца в счет возмещения материального ущерба денежной суммы в размере 14 435 рублей.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

С учетом обстоятельств, при которых были нарушены права работника, объема и характера, причиненных ему нравственных страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика компенсации морального вреда в размере 1 000 рублей.

Согласно ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, состоящие согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу положений ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствие с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату юридических услуг понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым – на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

С учетом обстоятельств данного дела, его категории сложности, количества судебных заседаний, объема оказанной представителем истца юридической помощи, суд находит разумным предел возмещения расходов на оплату услуг представителя в размере 5000 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст.ст. 61.1, 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации государственная пошлина по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, подлежит зачислению в местные бюджеты, в том числе, в бюджет городского округа.

Поскольку при подаче искового заявления истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, исходя из размера удовлетворенных исковых требований и руководствуясь п. 1 ст. 333.19 части второй Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчика следует взыскать государственную пошлину в сумме 877 рублей 40 копеек в бюджет муниципального образования «Город Саратов».

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «АвиагазЦентр-Газоподготовка» о взыскании удержанной из заработной платы денежной суммы, компенсации морального вреда, судебных расходов - удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «АвиагазЦентр-Газоподготовка» в пользу ФИО1 денежные средства, удержанные из заработной платы в размере 14 435 рублей, компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 5 000 рублей, а всего 20 435 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «АвиагазЦентр-Газоподготовка» государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «Город Саратов» в размере 877 рубля 40 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Саратова в течение месяца со дня составления мотивированного решения, то есть 28 ноября 2017 года.

Судья О.В. Рослова