Решение № 2-166/2025 2-166/2025~М-152/2025 М-152/2025 от 14 августа 2025 г. по делу № 2-166/2025

Дело №2-166/2025

УИД 28RS0013-01-2025-000312-52


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 августа 2025 года с. Поярково

Михайловский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Ершовой К.В.,

при секретарях судебного заседания Левендеевой О.В., Гуркиной Н.В.,

с участием:

истца ФИО2,

ответчика ФИО5, представителя ответчика – адвоката Зубрилина А.А.,

третьего лица ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО5 о признании утратившим право на получение выплат и мер социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратилась в Михайловский районный суд Амурской области с иском к ФИО5 о признании утратившим право на получение выплат и мер социальной поддержки в связи с гибелью военнослужащего, в обоснование исковых требований указав, что стороны являются родителями ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, проходивший военную службу по контракту, погиб при выполнении боевого задания в ходе проведения специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины. В связи с гибелью сына члена семьи военнослужащего имеют право на выплаты компенсационного характера и иные меры социальной поддержки. При этом, ответчика ФИО5 считает недостойным родителем и не имеющим право на получение каких-либо выплат и льгот в связи с гибелью сына, поскольку тот с 1993 года участия в жизни ФИО1 не принимал. 27.05.1993 брак между истцом и ответчиком официально был расторгнут. В 1995 году истец совместно с будущим супругом ФИО7, с которым заключила брак ДД.ММ.ГГГГ, и сыном ФИО1 переехала на новое место жительство в <адрес>, где они вместе проживали вплоть до 2009 года. Там же ФИО1 закончил обучение в общеобразовательной школе. С 1995 года родственные отношения с сыном ФИО5 не поддерживал, не поздравлял с праздниками и днями рождения, не интересовался его судьбой, не заботился о его здоровье, лечении, обучении, нравственном развитии, не выплачивал алименты на содержание сына, что свидетельствовало об уклонении ФИО5 от исполнения своих родительских обязанностей. С 1995 года воспитанием ФИО1 занимался его отчим ФИО7, являющийся ветераном боевых действий, и который пасынка растил настоящим патриотом и гражданином своей страны. ФИО1 называл ФИО7 «папой». В 2009 году их семья вернулась на постоянное место жительство в <адрес>. При этом, ответчик ФИО5 не поддерживал отношения со своим сыном, не знал, что тот подписал контракт и убыл в зону СВО. Ответчик также не знал о гибели своего сына и не был на его похоронах. По приведенным основаниям истец ФИО2 просила лишить ответчика ФИО5 права на выплаты в связи гибелью военнослужащего членам его семьи, предусмотренные Федеральным законом от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», Федеральным законом от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации», Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», постановлением Правительства Амурской области от 24.03.2022 № 283 «Об оказании помощи отдельным категориям граждан, принимающих (принимавших) участие в специальной военной операции, и членам их семей», а также лишить статуса члена семьи погибшего ветерана боевых действий и всех положенных по закону льгот и пенсий.

В судебном заседании истец ФИО2 на доводах иска настаивала в полном объеме, указав, что, несмотря на получение ответчиком ряда выплат, полагает, что тот должен быть лишен права на иные выплаты в частности в виде ежемесячной пенсии по потере кормильца, единовременной выплаты в связи с полученной сыном государственной награды, выплата за которую до настоящего времени членам семьи ФИО5 не произведена, льгот, полагающимся членам семьи ветерана боевых действий, с лишением ответчика статуса члена семьи ветерана боевых действий. Письменных уточнений исковых требований не представила, просила рассмотреть спор по заявленным ею требованиям и приведенным в их обоснование доводам. Дополнительно также указала, что со своей стороны она никогда не чинила ответчику препятствий в общении с его единственным сыном. Однако после переезда её семьи в 1995 году в <адрес> и до совершеннолетия сына ответчик ни разу себя как отец не проявил, в жизни сына участия не принимал, судьбой и здоровьем ребенка не интересовался, не звонил, писем сыну не писал, его воспитанием и развитием не занимался. В 2000 году, когда она на пару месяцев приезжала с сыном в <адрес>, ФИО1 некоторое время гостил у своей бабушки – матери ответчика, но активного участия ФИО5 в жизни ребёнка в тот период она также не наблюдала, хотя не оспаривает, что встреча отца с ребенком в тот приезд имела место. Вместе с тем, финансовую помощь от ответчика, несмотря на взыскание с ФИО5 алиментов судебном порядке и предъявлении исполнительного документа к принудительному исполнению в службу судебных приставов Михайловского района, на содержание сына она не получала. Письменными доказательствами об имевшейся у ответчика задолженности по алиментам она не располагает, поскольку архивная информация по данному исполнительному производству в ОСП по Михайловскому району отсутствует. Судьбой внука в несовершеннолетнем его возрасте интересовалась только мать ответчика, но не сам ФИО5 После возращения из армии в 2009 году ФИО1 действительно несколько раз самостоятельно навещал в <адрес> своего отца, но родственная связь между ними налажена так и не была. В связи с чем просила её исковые требования удовлетворить.

Ответчик ФИО5 в судебном заседании, возражая относительно требований иска, указал, что, несмотря на то, что со своим единственным сыном ФИО1 действительно с 1995 года до августа 2000 года и с ноября 2000 года до 2009 года связь не поддерживал, вместе с тем платил алименты на содержание ребёнка, через свою мать осуществлял переводы и направлял несколько раз посылки. После возвращения сына в 2009 году на постоянное место жительство в <адрес>, они постоянно поддерживали общение, его семья также продолжала помогать сыну материально. Вместе с тем, на вопросы суда о месте жительстве сына в несовершеннолетнем возврате, месте учебы, месте прохождения тем срочной службы по призыву, как и интересах и посещаемых сыном в несовершеннолетнем возрасте секциях, кружках, сведения о внуках – двух сыновьях ФИО1 (имена и даты рождения), ответчик ответить затруднился. Подтвердил, что в его семейном архиве фотографий, на которых был бы запечатлен его сын ФИО1, в том числе в его мобильном телефоне, не имеется. При этом пояснил, что на свадьбу к сыну он не был приглашен и не присутствовал, с невесткой и внуками его сын не знакомил. В период прохождения сыном как срочной военной службы по призыву, так и военной службы по контракту в зоне СВО он как отец связь с тем не поддерживал, переписку не вел, судьбой сына не интересовался. На СВО сына не провожал, о прибытии сына в краткосрочный отпуск из зоны СВО осведомлен не был. О гибели сына узнал от своего коллеги уже после его похорон. Вместе с тем, несмотря на указанные обстоятельства, считает, что вправе рассчитывать на меры государственной поддержки в связи с гибелью сына. Просил в иске ФИО8 отказать.

Представитель ответчика адвокат Зубрилин А.А. в судебном заседании указал, что оснований для лишения ответчика права на выплаты и иные меры социальной поддержки в связи с гибелью сына ФИО1 не имеется, поскольку ответчик в родительских правах не ограничивался и не лишался их. К уголовной либо административной ответственности в связи с ненадлежащим исполнением родительских обязанностей ФИО5 также не привлекался. Доказательств наличия у ответчика задолженности по алиментам стороной истца также не представлено. Ответчик по мере возможности участвовал в жизни своего сына, которого истец увезла за пределы Амурской области в 1995 году, лишив Тюрина А..Ю. возможности участвовать в воспитании и развитии ребенка. Вместе с тем, после возвращения ФИО9 в 2009 году из армии на постоянное место жительство в с. Поярково, отношения между отцом и сыном вновь были продолжены. О гибели сына ответчик не был осведомлен, поскольку в его адрес никаких извещений не поступало. Ни истец, ни невестка о похоронах в известность ФИО5 также не поставили, в связи с чем, тот на похоронах сына не присутствовал. По приведенным доводам просил признать требования ФИО2 необоснованными и в их удовлетворении отказать в полном объеме.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО12 в судебном заседании поддержала требования ФИО2, указав, что её погибший супруг ФИО1 с отцом отношения не поддерживал. Со слов супруга ей известно, что после возвращения его из армии в 2009 году, тот самостоятельно приходил в гости к отцу пытался наладить с тем родственные связи, ответчик даже обещал подарить сыну машину, но после того как тот своё слово не сдержал, сын общение с отцом прекратил. В несовершеннолетнем возрасте, со слов супруга, ФИО5 участия в жизни сына не принимал. Самостоятельно наладить отношения с сыном ответчик не пытался. При жизни супруг со своим отцом её не знакомил, с внуками ФИО5 также не знаком и подарки тот внуками никогда не дарил. В браке с ФИО1 она состояла с 2013 года до его гибели в зоне СВО. О смерти сына она сообщила ответчику в сентябре 2024 года, когда они стали оформлять компенсационные выплаты в связи с гибелью её супруга. Поскольку ответчик значился биологическим отцом ФИО1 и на него приходилась доля данных выплат, она самостоятельно встретилась с ФИО5, предложив написать необходимые заявления и передать впоследствии полученные денежные средства внукам – сыновьям погибшего ФИО1, с чем ответчик был согласен. Однако после получения денежных выплат, тот свое обещание не сдержал. При этом финансовую помощь в связи с похоронами ФИО1 ответчик не оказывал, как не взял на себя часть финансовых затрат по погашению кредитных обязательств, оставшихся после её супруга. Настаивает на том, что ФИО5 является недостойным родителем, в связи с чем должен быть лишен права на получение всевозможных выплат и льгот в связи с гибелью сына ФИО1

Представители третьих лиц Министерства обороны Российской Федерации, Военного комиссариата Завитинского и Михайловского районов Амурской области, войсковой части №, АО «СОГАЗ», ГКУ АО УСЗН по Михайловскому району, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, о причинах неявки сведений не представили. Министерство обороны Российской Федерации в лице представителя ФИО10 представило в адрес суда письменный отзыв, оставив разрешение спора на усмотрение суда и просив о рассмотрении дела в отсутствие представителя данного третьего лица. В судебном заседании от 30.07.2025 представитель ГКУ АО УСЗН по Михайловскому району ФИО11, оставив разрешение спора на усмотрение суда, подтвердила, что региональная единовременная выплата по постановлению Правительства Амурской области от 24.03.2022 № 283 в связи с гибелью военнослужащего в размере 1000000 руб. выплачена в равных долях членам семьи ФИО1, в том числе его отцу – ответчику ФИО5

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело при состоявшейся явке его участников.

Заслушав доводы сторон, третьего лица, показания допрошенных свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что стороны ФИО23 и ФИО5 являются родителями ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Брак между сторонами расторгнут 27 мая 1993 года.

С 29 июля 1995 года по настоящее время истец ФИО23 состоит в зарегистрированном браке с ФИО7

В судебном заседании сторонами не оспаривалось, что после заключения истцом ФИО2 брака с ФИО7, та в 1995 году совместно с супругом и сыном ФИО1 переехала на постоянное место жительство из <адрес> в <адрес>.

Согласно справочной информации МКОУ «СОШ №» Шумихинского муниципального округа Курганской области от 10.07.2025 №, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. с 01.09.1998 по 2007 год (окончив 9 классов), обучался в указанном образовательном учреждении.

На основании судебного приказа Шумихинского районного суда Курганской области с ФИО5 в пользу ФИО2 взысканы алименты на содержание сына ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в размере 1/4 части заработной платы и (или) иного дохода начиная с ДД.ММ.ГГГГ до совершеннолетия ребенка.

Согласно информации ОСП по Михайловскому району УФССП России по Амурской области от 31.07.2025 № исполнительное производстве об удержании алиментов с должника ФИО3 на содержание сына ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., согласно имеющейся электронной базе АИС ФССП с августа 2011 года на исполнении в данном ОСП не находилось.

Из полученного от начальника ОСП по Михайловскому району УФССП России по Амурской области ФИО24 телефонограммой от ДД.ММ.ГГГГ ответа на запрос суда, следовало, что архивный фонд, как и иная архивная информация по исполнительным производствам, находившимся на исполнении в данном ОСП до введения в 2011 году электронной базы АИС ФССП, полностью отсутствует, в связи с чем информацией как о возбуждении/окончании исполнительного производства об удержании алиментов с должника ФИО5 на содержание сына ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., так и о наличии/отсутствии у ФИО5 задолженности по алиментам, ОСП по Михайловскому району не располагает.

В судебном заседании истец ФИО2 настаивала на своих доводах о том, что с 1995 года по достижения ФИО1 совершеннолетия, ответчик ФИО5 алименты на содержание сына не перечислял, в рамках исполнительного производства алименты от него также не поступали.

Ответчик ФИО5 обстоятельства неуплаты алиментов на содержание сына ФИО4 в судебном заседании не признал, ссылаясь на осуществление в добровольном порядке денежных переводов, наличие задолженности по алиментам также не подтвердил. При этом каких-либо убедительных доказательств данному обстоятельству не представил.

Материалами дела также подтверждается, что с 26.10.2009 по 26.10.2010 ФИО1 проходил срочную военную службы в войсковой части № <адрес> края, откуда от командования части на имя истца ФИО8 было направлено обращение, где выражены пожелания относительно представления той, как матерью, ответной информации о морально- деловых качествах, увеличениях, навыках, взаимоотношениях сына ФИО4.

В судебном заседании истец ФИО2 пояснила, что её сын ФИО1 после окончания срочной службы в 2010 году вернулся на постоянное место жительство в <адрес>, где в 2013 году женился на ФИО25, и проживал со своей семьей до заключения контракта с МО РФ о прохождении военной службы с 12.08.2023 и убытия в зону специальной военной операции. При этом истец настаивала на доводах о том, что сын ФИО4 родственные связи со своим отцом ФИО5 как таковые не поддерживал, однако несколько раз после возвращения из армии встречался с отцом, должное общение с которым налажено так и не было.

Из автобиографии из личного дела военнослужащего ФИО1, представленного военным комиссариатом Завитинского и Михайловского районов Амурской области, следует, что в качестве близких родственников ФИО1 указал: маму ФИО2, супругу ФИО6 и двоих своих несовершеннолетних детей ФИО13 и ФИО22 В анкете военнослужащий дополнительно указал, что воспитывался в полной семье мамой ФИО2 и отчимом ФИО7 Сведения об ответчике ФИО5 как о близком родственнике в указанных анкетных и автобиографических документах не значатся.

15 августа 2024 года ФИО1, проходивший военную службу по контракту в войсковой части №***, погиб при выполнении боевых задач в ходе специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины. Согласно выписке из приказа командира войсковой части №*** от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО1 наступила в период прохождения военной службы, связана с исполнением обязанностей военной службы.

Стороны ФИО2, ФИО9, а также третье лицо ФИО6 действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО13 и ФИО22, в судебном заседании подтвердили, что после гибели ФИО1 они обратились с заявлениями за получением федеральных и региональных выплат, как членам семьи погибшего военнослужащего, часть из которых им в настоящее время была получена.

При этом, истец, а также третье лицо в судебном заседании настаивали на тех доводах, что ответчик ФИО5 является недостойным родителем и должен быть лишен права на получение, предусмотренных законодательством, выплат и льгот, основанных на членстве с семьей погибшего сына ФИО1, поскольку ответчик не принимал участие как в содержании несовершеннолетнего сына ФИО1, так и не предпринимал действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию несовершеннолетнего сына, и не пытался наладить фактические родственные и семейные связи с сыном ФИО4 уже по достижению тем совершеннолетия.

Оценивая доводы сторон и представленные в материалы дела доказательства, суд исходит из следующего.

Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации).

Каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (п. 1 ст. 18 Федерального закона от 11.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (далее – Федеральный закон №52-ФЗ).

Так, согласно абз. 2 п. 2 ст. 5 Федерального закона № 52-ФЗ в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы или военных сборов либо до истечения одного года после увольнения с военной службы, со службы, после отчисления с военных сборов или окончания военных сборов вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период прохождения военной службы, службы или военных сборов, страховая сумма выплачивается в размере 2 000 000 руб. выгодоприобретателям в равных долях.

Выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица, в частности, родители (усыновители) застрахованного лица (абзацы первый, третий п. 3 ст. 2 Федерального закона № 52-ФЗ).

Федеральным законом от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» (далее – Федеральный закон №306-ФЗ) также установлены отдельные виды выплат в случае гибели (смерти) военнослужащих.

Согласно положениям п. 2.4 ст. 3 Федерального закона № 306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего или смерти указанного в части 2.3 настоящей статьи гражданина, награжденных государственной наградой Российской Федерации или поощренных Президентом Российской Федерации, Правительством Российской Федерации, а также в случае награждения государственной наградой Российской Федерации посмертно единовременное поощрение выплачивается членам семьи военнослужащего или гражданина. Выплата единовременного поощрения в таких случаях производится не позднее чем через один месяц со дня истечения шестимесячного срока, в течение которого члены семьи погибшего (умершего) военнослужащего или умершего гражданина могут обратиться в федеральный орган исполнительной власти (федеральный государственный орган), в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, где указанное лицо замещало должность, за выплатой единовременного поощрения. При этом указанный срок исчисляется со дня издания правового акта Российской Федерации о награждении или поощрении таких военнослужащего или гражданина. При обращении нескольких членов семьи за единовременным поощрением, не полученным указанными военнослужащим или гражданином в связи с гибелью (смертью), сумма поощрения делится между членами семьи поровну.

Частью 8 статьи 3 Федерального закона № 306-ФЗ определено, что в случае гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, наступившей при исполнении обязанностей военной службы, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей военной службы (далее - военная травма), до истечения одного года со дня увольнения с военной службы (отчисления с военных сборов или окончания военных сборов), гибели (смерти) гражданина, пребывающего в добровольческом формировании, предусмотренном Федеральным законом от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне», наступившей при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, либо его смерти, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, до истечения одного года со дня прекращения контракта о пребывании в добровольческом формировании, членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего или гражданина, проходившего военные сборы, или гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, выплачивается в равных долях единовременное пособие в размере 3 000 000 рублей.

В соответствии с частями 9, 11 статьи 3 Федерального закона № 306-ФЗ в случае гибели (смерти) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, либо смерти, наступившей вследствие военной травмы, каждому члену его семьи выплачивается ежемесячная денежная компенсация.

Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» (далее – Указ Президента РФ №98) установлены дополнительные социальные гарантии военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.

Подпунктом «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации № 98 установлено, что в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат".

Получение единовременных выплат, установленных вышеназванным указом, не учитывается при определении права на получение иных выплат и при предоставлении мер социальной поддержки, предусмотренных законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации (пункт 2 Указа Президента Российской Федерации № 98).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья.

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты "в", "м"), - обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации, от 26 декабря 2002 г. N 17-П, от 20 октября 2010 г. N 18-П, от 17 мая 2011 г. N 8-П, от 19 мая 2014 г. N 15-П, от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произведен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности.

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, их пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих"), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации") и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8, 9 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", а также единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей".

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее родителям военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим, материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда РФ от 17.07.2014 №, от 19.07.2016 № 16-П).

Меры социальной поддержки членов семей погибших (умерших) военнослужащих, являющихся ветеранами боевых действий, предусмотрены и Федеральным законом от 12.01.1995 № 5-ФЗ «О ветеранах» (далее также - Федеральный закон №5-ФЗ).

Подпунктом 1 части 1 статьи 3 Федерального закона №№5-ФЗ закреплено, что к ветеранам боевых действий относятся в том числе военнослужащие, направленные в другие государства органами государственной власти Российской Федерации и принимавшие участие в боевых действиях при исполнении служебных обязанностей в этих государствах, а также принимавшие участие в соответствии с решениями органов государственной власти Российской Федерации в боевых действиях на территории Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 21 Федерального закона "О ветеранах" меры социальной поддержки, установленные для семей погибших (умерших) инвалидов войны, участников Великой Отечественной войны, ветеранов боевых действий (далее также - погибшие (умершие)), предоставляются нетрудоспособным членам семьи погибшего (умершего), состоявшим на его иждивении и получающим пенсию по случаю потери кормильца (имеющим право на ее получение) в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации.

В Амурской области членам семей военнослужащих, погибших при исполнении воинского долга в ходе проведения специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, также оказывается социальная помощь.

Так, постановлением правительства Амурской области от 24.03.2022 № 283 «Об оказании помощи отдельным категориям граждан, принимающих (принимавших) участие в специальной военной операции, и членам их семей» (с изменениями от 11.06.2024) утвержден Порядок оказания единовременной материальной помощи членам семей отдельных категорий граждан, погибших (умерших) в результате участия в специальной военной операции (далее - Порядок).

Данным Порядком определено, что родители, супруга (супруг), дети военнослужащих, погибших (умерших) при непосредственном выполнении боевых (специальных) задач в ходе специальной военной операции, при исполнении обязанностей военной службы (службы) на приграничных территориях субъектов Российской Федерации, прилегающих к районам проведения специальной военной операции, в пределах которых введен правовой режим контртеррористической операции (далее соответственно - единовременная материальная помощь, погибший (умерший)), имеют право на получение единовременной материальной помощи осуществляется за счет средств резервного фонда Правительства Амурской области в размере 1000000 руб., предоставляемой в равных долях всем членам семьи погибшего (умершего), имеющим право на получение единовременной материальной помощи.

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, а также принимавшим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семей военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы. К числу таких мер относятся страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, единовременная выплата, единовременное пособие, ежемесячная компенсация, меры социальной поддержки членов семей погибших (умерших) ветеранов боевых действий, реализуемые в соответствии с Федеральным законом "О ветеранах", а также устанавливаемые органами государственной власти субъектов Российской Федерации меры дополнительной социальной помощи членам семей военнослужащих, погибших при исполнении воинского долга в ходе проведения специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины (в Оренбургской области - ежемесячная материальная помощь и единовременная материальная помощь членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего). Цель названных выплат - компенсировать лицам, в настоящем случае родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойного защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью при выполнении обязанностей военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Исходя из целей названных выплат, а также принципов равенства, справедливости и соразмерности, принципа недопустимости злоупотребления правом как общеправового принципа, выступающих в том числе критериями приобретаемых на основании закона прав, указанный в названных выше нормативных правовых актах круг лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки в случае гибели (смерти) военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, в который включены родители такого военнослужащего, не исключает различий в их фактическом положении и учета при определении наличия у родителей погибшего военнослужащего права на меры социальной поддержки в связи с его гибелью (смертью) их действий по воспитанию, физическому, умственному, духовному, нравственному, социальному развитию и материальному содержанию такого лица и имеющихся между ними фактических родственных и семейных связей.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (ч. 2 ст. 38 Конституции Российской Федерации).

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (абз. 2 п. 1 ст. 1 СК РФ).

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (п. 1 ст. 61 СК РФ).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй п. 1 ст. 63 СК РФ).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет права на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (п. 1 ст. 66 СК РФ).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (п. 4 ст. 66 СК РФ).

П. 1 ст. 80 СК РФ установлено, что родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно. Родители вправе заключить соглашение о содержании своих несовершеннолетних детей (соглашение об уплате алиментов) в соответствии с главой 16 названного кодекса.

В случае, если родители не предоставляют содержание своим несовершеннолетним детям, средства на содержание несовершеннолетних детей (алименты) взыскиваются с родителей в судебном порядке (п. 2 ст. 80 СК РФ).

Согласно абз. 2 ст 69 СК РФ родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Пунктом 1 статьи 71 СК РФ предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав, в том числе право на получение от него содержания (статья 87), а также право на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 44 «О практике применения судами законодательства при разрешении споров, связанных с защитой прав и законных интересов ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью, а также при ограничении или лишении родительских прав» разъяснено, что уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении. Разрешая вопрос о том, имеет ли место злостное уклонение родителя от уплаты алиментов, необходимо, в частности, учитывать продолжительность и причины неуплаты родителем средств на содержание ребенка.

Из приведенных положений семейного законодательства следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание детей, защита их прав и интересов. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их здоровье, о физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, об их обучении. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых - лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Таким образом, права родителя, в том числе на получение различных государственных пособий и выплат, основанные на факте родства с ребенком, не относятся к числу неотчуждаемых прав гражданина, поскольку законом предусмотрена возможность лишения гражданина такого права в случае уклонения от выполнения им обязанностей родителя.

Ввиду изложенного, а также с учетом целей правового регулирования мер социальной поддержки, предоставляемых родителям военнослужащего в случае его гибели (смерти) в период прохождения военной службы при исполнении обязанностей военной службы, направленных на возмещение родителям, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили достойным защитником Отечества, нравственных и материальных потерь, связанных с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, лишение права на получение таких мер социальной поддержки возможно при наличии обстоятельств, которые могли бы служить основаниями к лишению родителей родительских прав в случае уклонения от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

В рамках рассматриваемого спора суд находит подлежащими доказыванию следующие обстоятельства: принимал ли ответчик ФИО5 непосредственное участие в воспитании сына ФИО1 до его совершеннолетия, проявлял ли заботу о его здоровье, оказывал ли ему моральную, физическую, духовную поддержку, принимал ли ФИО5 какие-либо меры для создания сыну условий, необходимых для его развития, обеспечивал ли получение сыном общего образования, содержал ли сына материально и достаточно ли было денежных средств, выплачиваемых в качестве алиментов, для содержания сына (для покупки продуктов, одежды, обуви, игрушек, лекарств, школьных и спортивных принадлежностей, оплаты кружков и спортивных секций, отдыха), имелись ли между ФИО5 и его сыном ФИО1 фактические семейные и родственные связи как до достижения тем совершеннолетнего возраста, так и после до дня его гибели.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (части 1 - 4 статьи 67 ГПК РФ).

Так, истец в обоснование своих требований о лишении ФИО5 как родителя погибшего военнослужащего права на получение мер социальной поддержки приводила доводы о том, что ответчик не достоин быть получателем выплат и льгот в связи с гибелью при выполнении боевого задания в период прохождения военной службы их сына ФИО1, принимавшего участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, поскольку ФИО5 не проявлял должной заботы о своем ребенке – ФИО1, не оказывал ему моральную, физическую, духовную поддержку, не интересовался здоровьем своего ребенка, процессом его обучения и успеваемостью, помощи в учебе не оказывал. ФИО5, проживая отдельно от своего сына ФИО1, не предпринимал действий для участия в его воспитании и развитии. ФИО2 именно со своим супругом ФИО7 вырастила и воспитала сына, именно отчим стал для ФИО1 настоящим отцом, который наравне с ней воспитывал и содержал пасынка. Более того, ответчик не провожал сына на СВО, не был осведомлен о гибели сына, не нес расходы и не принимал участие в его похоронах, не занимался благоустройством захоронения.

При этом истец ФИО2 в судебных заседаниях последовательно приводила доводы, что ответчик ФИО5 надлежащим образом и не содержал сына, алиментных платежей не осуществлял, какие-либо денежные переводы от ответчика никогда она на содержание сына до его совершеннолетия не получала. Более того, ответчик никогда не поздравлял их сына с днем рождения и иными праздниками, подарков также не дарил.

Так, допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 подтвердил, что после вступления в 1995 году в брак с истцом и переезда их семьи на постоянное место жительство в <адрес>, ответчик действительно участия в жизни несовершеннолетнего сына не принимал, ни писем, ни телефонных звонков от ФИО5 не поступало, с праздниками ответчик своего сына не поздравлял. Судьбой внука изредка интересовалась только мать ответчика как посредством телефонных переговоров, так и через почтовую переписку. При жизни ФИО1 называл его (ФИО7) «папой», именно он заменил пасынку отца, с которым при жизни ФИО1 поддерживал теплые отеческие взаимоотношения. После возвращения ФИО1 из армии и переезда на постоянное место жительство в с. Поярково, тот действительно пытался наладить с ответчиком отношения, обращался к нему за помощью, но после того, как ФИО5 пообещал подарить сыну свою машину, однако обещанное не исполнил, ФИО4 разочаровался в своем отце и более контакт с тем не поддерживал. В свою очередь ФИО5 сам также не пытался после возвращения ФИО4 из армии в 2010 году наладить с сыном родственные связи, несмотря на проживание их в одном селе.

Свидетель ФИО14, допрошенная по ходатайству стороны истца, суду показала, что состоит в приятельских отношениях с семьей истца, ей известно, что в 1995 году семья истца уехала на постоянное место жительство за пределы <адрес>, вернулись обратно в <адрес> после достижения ФИО1 совершеннолетия. Со слов матери истца ей было известно, что Тюрин А..Ю., финансовой помощи ФИО2 на содержание сына ФИО4 не оказывал.

Свидетель ФИО15, допрошенная судебном заседании по ходатайству истца, суду показала, что с 2019 года состоит в дружеских отношениях с семьей погибшего ФИО1, после его гибели продолжает общаться с его супругой ФИО6 За все время дружбы с указанной семьей она ни разу не слышала разговоров ФИО1 о своем отце ФИО5, как и не видела никогда последнего в гостях у своего сына.

Свидетель ФИО16, допрошенная по ходатайству стороны ответчика, показала суду, что проживает по соседству с семьей ответчика, и она была несколько раз очевидцем, как ответчик ФИО5 приводил к себе домой в малолетнем возрасте сына ФИО4, а также видела уже повзрослевшего ФИО1, приходившего самостоятельно пару раз в гости к своему отцу ФИО5

Свидетель ФИО17, допрошенный по ходатайству стороны ответчика, суду показал, что до 2013 года проживал по соседству с матерью ответчика ФИО5 – ФИО18 и видел, как малолетний ФИО1 находился в гостях у своей бабушки по линии отца. В тот период ФИО5 также навещал свою мать, у которой гостил внук ФИО4, хотя вместе ответчика с сыном он лично не видел.

Свидетель ФИО19, допрошенный по ходатайству стороны ответчика, суду показал, что как-то был очевидцем того, что ФИО5 общался на АЗС со своим взрослым сыном ФИО1, а в другом случае видел, как ФИО1 заходил в подъезд МКД по <адрес>, где проживал ответчик ФИО5 Однако приходил ли ФИО4 тогда в гости к своему отцу, он лично не видел.

Свидетель ФИО20, допрошенный по ходатайству стороны ответчика, суду показал, что ранее они работали совместно с ответчиком ФИО5 в Михайловском ДЭУ, и именно от него ФИО5 узнал о гибели сына ФИО4 в зоне специальной военной операции.

Свидетель ФИО21 суду показала, что с 1998 года она проживает совместно с ФИО22 без регистрации брака, совместных детей у них не имеется, имеет дочь от предыдущего брака. Как только они начали встречаться, ФИО5 ей говорил, что он разведен и что от предыдущего брака у него имеется сын ФИО4. В 2000 году, когда ФИО5 узнал, что истец привезла ФИО4 на пару месяцев в <адрес>, устроив его в школу, то ФИО5 приводил ФИО4 к ним домой, где она с ним впервые и познакомилась. В период проживания ФИО4 с матерью за пределами <адрес>, ФИО5 был обеспокоен тем, что не может принимать непосредственное участие в жизни сына. Однако он помогал истцу содержать сына, отправляя той переводы, а также со своей матерью отправляли ФИО4 посылки. После возвращения ФИО4 из армии, он сразу пришел к ним в гости, рассказав, что проходил срочную службу и намерен постоянно теперь проживать в <адрес>. До убытия на СВО ФИО4 был частым гостем в их доме, по мере возможности они помогали ему материально. При этом свидетель подтвердила, что с будущей женой ФИО4 их семью не знакомил, внуков в гости не приводил, и детей ФИО4 они ни разу не видели, обосновывая это негативным отношением семьи ФИО4 к его отцу ФИО5 ФИО26 детям ФИО1 также не дарили, полагая, что финансовая помощь, оказывая с их стороны ФИО1, компенсировала участие ответчика в жизни сына и его семьи. На похоронах ФИО1 они действительно не были, поскольку о его гибели и о дате похорон им никто не сообщил. Подтвердила что в семейном архиве фотографий, на которых был бы запечатлен сына ФИО5 - ФИО1 не имеется. Вместе с тем настаивала на том, что между ФИО1 и ФИО5 имелись родственные связи и отношения.

Оценив представленные сторонами доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, с учетом показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей и третьего лица ФИО6, суд приходит к выводу, что ответчик ФИО5 является недостойным родителем, поскольку каких-либо бесспорных доказательств его регулярного участия в жизни сына ФИО1, как до достижения тем совершеннолетия, так и после, ответчиком суду не представлено. Наоборот, в судебном заседании установлено, что ФИО5 ненадлежащим образом исполнял свои обязанности по воспитанию единственного сына в его несовершеннолетнем возрасте, что выражалось в отсутствии заботы о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, обучении ребенка. При этом, раздельное проживание ответчика и сына в данном случае не может служить оправданием безразличного отношения ФИО5 к исполнению возложенных на него семейным законодательством родительских обязанностей, учитывая, что в судебном заседании стороны обоюдно не оспаривали, что истец никогда не чинила ответчику препятствий в общении с ребенком.

Более того, не соглашаясь с доводами истца о непредставлении материального содержания несовершеннолетнему сыну ФИО1, ответчик каких-либо доказательств, подлежащих судебной оценке, опровергающих данные доводы, не представил. В то время как, на ответчике в рассматриваемых правоотношениях также лежит бремя доказывания данных обстоятельств, учитывая, что именно непредставление в добровольном порядке материального содержания ответчиком своему сыну, явилось основанием для обращения истца в 1998 году, то есть по истечении 5 лет после расторжения брака с ответчиком, в суд для принудительного взыскания с последнего алиментов на содержание ребенка. В связи с чем, доводы стороны ответчика об обратном, суд находит голословными и убедительными доказательствами не подтвержденными. Каких-либо доказательств того, что в период с 1995 года и до достижения ФИО1 в 2008 году совершеннолетнего возраста ответчик ФИО5 уплачивал алименты на содержание сына или иным способом участвовал в его материальном обеспечении, в суд ответчик не представил. Кроме того, ФИО5 не оказывал семьи истца какой-либо материальной помощи в организации похорон сына, все расходы на похороны погибшего при исполнении воинского долга истец ФИО2 и третье лицо ФИО6 несли самостоятельно.

Не могут служить обстоятельствами сохранения и поддержания между ответчиком и погибшим ФИО1 (при жизни) родственных связей, также установленные в судебном заседании факты неосведомленности ответчика о месте учебы ФИО1, посещаемых тем в несовершеннолетнем возрасте секциях, интересах сына, месте прохождения тем срочной военной службы по призыву, убытии сына в зону СВО, о составе семьи ФИО1 после его женитьбы и рождении у того двоих детей, и нежелании данной информацией заручиться от третьих лиц (того же истца ФИО2 либо третьего лица ФИО6), проживающих с ответчиком в одной сельской местности. Доводы ответчика о его неосведомленности о гибели сына и дате похорон, также подтверждают доводы стороны истца о том, что ответчик безразлично относился к судьбе своего единственного сына ФИО1, в связи с чем, все вышеперечисленные обстоятельства свидетельствуют о том, что на данное лице не могут и не должны распространяться меры социальной поддержки, гарантированные законом родителям погибших военнослужащих, исходя из целей названных выплат.

Доводы стороны ответчика о том, что истец ФИО2 никогда не предпринимала мер к лишению либо ограничению ответчика в родительских правах и к привлечению его к ответственности за неуплату алиментов, не свидетельствуют о необоснованности заявленных той исковых требований при установленных в судебном заседании обстоятельствам ненадлежащего исполнения ответчик своих родительских обязанностей до достижения ФИО1 совершеннолетнего возраста, и не проявлении родительских отношений после достижения ФИО1 совершеннолетия.

При этом, показания допрошенных в судебном заседании свидетелей со стороны ответчика, не являются бесспорным и достаточным доказательством в подтверждение исполнения надлежащим образом родительских обязанностей со стороны ответчика, а лишь являются свидетельством того, что ответчик изредка контактировал со своим сыном без систематического участия в его жизни. К показаниям свидетеля ФИО21 в той, части, что ФИО22 регулярно приходил в гости к отцу, а также о регулярно оказываемой тому их семьей материальной помощи, суд относится критически, поскольку данное лицо, состоя в фактических брачных отношениях с ответчиком, непосредственно заинтересованно в исходе рассматриваемого спора, в то время как иных доказательств стороной ответчика в подтверждение показаний данного свидетеля.

При этом в своей автобиографии и анкете военнослужащего при заключении контракта о прохождении военной службы, сам ФИО1 не указал биологического отца в качестве близкого родственника, подтвердив, что воспитывался в полной семьей в состав которой входили только его мать ФИО2 и отчим ФИО7

Принимая во внимание вышеизложенное, с учетом конкретизации истцом ФИО2 предмета исковых требований, а именно указавшей, что желает лишить ответчика, в том числе права на получение пенсии и льгот, как члена семьи военнослужащего (ветерана боевых действий), а также на права на денежную выплату в связи с полученной сыном государственной наградой, суд признавая исковые требования истца к ответчику ФИО5 обоснованными, полагает необходимым признать ФИО5 утратившим право как на получение единовременного пособия, ежемесячной денежной компенсации, единовременного поощрения выплачиваемых на основании Федерального закона № 306-ФЗ, страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом № 52-ФЗ, единовременной выплаты, установленной Указом Президента Российской Федерации № 98, выплаты, предусмотренной постановлением Правительства Амурской области, так и лишить ответчика права на получение пенсии по потере кормильца, в связи с гибелью (смертью) сына ФИО1, являвшегося участником специальной военной операции, и статуса члена семьи ветерана боевых действий.

Согласно ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В связи с чем, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы, в виде уплаченной при подаче иска госпошлины в размере 3000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО2 к ФИО5 удовлетворить.

Признать ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, утратившим право на получение единовременного пособия, ежемесячной денежной компенсации, единовременного поощрения, выплачиваемых на основании Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»; страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации»; единовременной выплаты, установленной Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»; единовременной выплаты, предусмотренной постановлением Правительства Амурской области от 24 марта 2022 г. № 283 «Об оказании помощи отдельным категориям граждан, принимающих (принимавших) участие в специальной военной операции, и членам их семей», в связи с гибелью (смертью) сына ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являвшегося участником специальной военной операции.

Лишить ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, права на получение пенсии по потере кормильца в связи с гибелью (смертью) сына ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являвшегося участником специальной военной операции, и статуса члена семьи ветерана боевых действий.

Взыскать с ФИО5 (паспорт №) в пользу ФИО2 (№) судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 (трех тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в Амурский областной суд в апелляционном порядке через Михайловский районный суд Амурской области в месячный срок со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья К.В. Ершова

Мотивированное решение изготовлено 15 августа 2025 года.