Решение № 2-323/2018 2-323/2018~М-246/2018 М-246/2018 от 19 июля 2018 г. по делу № 2-323/2018

Дело № 2-323

ЗАОЧНОЕ
РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

р.п. Каргаполье 20 июля 2018 года

Каргапольский районный суд Курганской области в составе:

председательствующего судьи Гончарука С.Е.,

при секретаре судебного заседания Шестаковой Г.А.,

с участием прокурора Охохонина А.Л.,

представителя истцов ФИО1, М. и ФИО2 по доверенности ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, М. и ФИО2 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда.,

установил:

ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней дочери М., {дата} года рождения, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указали, что 29.08.2017 около 00 часов 20 минут на 297 км автодороги сообщением «Екатеринбург-Шадринск-Курган» произошло столкновение автомобиля Лада 211540, г.н. №* под управлением Д., принадлежащего ответчику ФИО4, и автомобиля Лада 212140, г.н. №* под управлением В. В результате ДТП оба водителя погибли. Виновным в ДТП является Д., который, находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, допустил выезд на полосу встречного движения, что подтверждается справкой о ДТП, постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.09.2017. ФИО1, являясь пассажиркой автомобиля её супруга В., в результате ДТП получила многочисленные телесные повреждения: <данные изъяты>. После ДТП она была госпитализирована и длительное время по {дата} находилась на лечении, испытывая острые, непереносимые боли, была лишена возможности вести привычный образ жизни. В произошедшем ДТП истцы потеряли близкого им человека – мужа и отца. На момент смерти отца М. было 11 лет, у неё была сильная эмоциональная привязанность с отцом, он принимал самое активное участие в её жизни, развитии и воспитании, она полностью находилась на его иждивении. ФИО2 проживала вместе с родителями, с детских лет у неё сохранялась огромная эмоциональная привязанность, после совершеннолетия отец помогал ей не только эмоционально, но и материально. На протяжении всего периода лечения матери ФИО1 она жила в постоянном страхе за её жизнь и здоровье, видела её страдания, боль и подавленное эмоциональное состояние. Полагали, что ответчик как собственник автомобиля – источника повышенной опасности, является лицом, обязанным компенсировать им моральный вред на основании ст. ст. 1064, 1079, 1100 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ). Просили взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в пользу ФИО1 в размере 1500000 руб., в пользу М. в размере 500000 руб. и в пользу ФИО2 в размере 500000 руб.

В судебное заседании истцы ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней М., ФИО2 не явились, извещались надлежащим образом. Дело рассмотрено в их отсутствие. Их представитель по доверенности ФИО3 поддержала заявленные требования и просила их удовлетворить.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о причинах неявки суд не уведомил, возражений против иска не представил, надлежащим образом извещался судом. Судебная повестка, направленная ему по почте по указанному адресу регистрации, возвратилась в адрес суда за истечением срока хранения. В соответствии со ст. 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Дело рассмотрено в отсутствие ответчика ФИО4 в порядке заочного производства (ч. 1 ст. 233 ГПК РФ).

Заслушав пояснение представителя истца, заключение прокурора, полагавшего частично удовлетворить заявленные требования истцов, изучив материалы дела, суд находит иск в части обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению.

Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (статья 151 ГК РФ).

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред (статья 1064 ГК РФ).

Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинён жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

При определении размера компенсации морального вреда судом принято во внимание положение ст. 1101 ГК РФ, устанавливающей, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» следует, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объёма причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как установлено судом и следует из материалов дела, Д., находясь в состоянии алкогольного опьянения и управляя 29.08.2017 около 00 часов 20 минут автомобилем Лада 211540, г/н №* на 297 км автодороги сообщением Екатеринбург-Шадринск-Курган, в нарушение п. 10.1, п. 2.7 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090, выехал на полосу встречного движения и допустил столкновение с автомобилем Лада 212140, г/н №* под управлением В. В результате ДТП водитель В. от полученных травм скончался 29.08.2017 в ГБУ «<данные изъяты>», а пассажиру автомобиля ФИО1 причинён тяжкий вред здоровью.

Указанные обстоятельства и вина Д. в нарушении Правил дорожного движения, повлекших по неосторожности смерть потерпевшего В. и причинение тяжкого вреда здорровью ФИО1 в результате ДТП, подтверждается постановлением старшего следователя СО МО МВД России «Каргапольский» ФИО5 от 28.09.2017, на основании которого в возбуждении уголовного дела отказано в связи со смертью подозреваемого Д.

Данное постановление до настоящего времени не обжаловано и не опротестовано, вступило в законную силу и является допустимым доказательством по гражданскому делу.

Вина ответчика ФИО4 в совершении данного ДТП отсутствует. Автомобиль Лада 211540, г/н №* принадлежал на праве собственности ответчику ФИО4, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства №* выданным {дата} ОГИБДД МО МВД России «Каргапольский». Д. управлял автомобилем, не имея доверенности на управление транспортным средством, не являлся лицом, допущенным к управлению данным автомобилем (информация ПАО «<данные изъяты>» от 11.07.2018 на запрос суда).

Следовательно, владельцем источника повышенной опасности, ответственным за причиненный вред, следует признать ответчика ФИО4 и возложить на него обязанность по возмещению истцам морального вреда.

Истцы являются близкими родственниками погибшего В.: ФИО1 – его супругой, что подтверждается свидетельством о заключении брака серия <данные изъяты>, М. и ФИО2 – его дочерями, что подтверждается повторным свидетельством о рождении <данные изъяты>.

Смерть В. явилась причиной тяжелых нравственных страданий истцов. Факт гибели В. вследствие воздействия принадлежащего ответчику источника повышенной опасности подтверждается материалами дела, и ответчиком не опровергнут.

Кроме этого, в результате ДТП ФИО1 были причинены телесные повреждения, которые согласно заключению эксперта №* от 27.09.2017 расцениваются как повлекшие тяжкий вред здоровью. Согласно выписного эпикриза ГБУ «<данные изъяты>» и выписке БУ «<данные изъяты>» из медицинской карты стационарного больного №* от 28.12.2017 ФИО1 находилась на стационарном лечении в указанных учреждениях здравоохранения в периоды с 29.08.2017 по {дата} и с {дата} по {дата}. Из представленных истцом листков нетрудоспособности следует, что ФИО1 в связи полученными в ДТП телесными повреждениями являлась длительное время с 29.08.2017 по {дата} нетрудоспособной.

Решая вопрос о размере компенсации морального вредав пользу истцов, суд принимает во внимание характер и степень нравственных и физических страданий ФИО1, которая длительное время находилась на излечении в связи с полученными в ДТП телесными повреждениями, испытывала физическую боль, перенесла 2 операции, а также нравственные страдания всех истцов, для которых утрата их мужа и отца явилась душевной трагедией, вызванной преждевременной утратой родного и близкого им человека, возраст М. (11 лет). Суд также учитывает, что ФИО2 проживала совместно с отцом В. длительное время одной семьёй, но никаких доказательств с её стороны о том, что она после смерти отца обращалась в медицинские учреждения за медицинской помощью либо за психологической помощью, суду не представлено.

С учетом указанных обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, суд считает исковые требования обоснованными, но размер компенсации морального вреда, заявленный к ответчику ФИО4., завышенным и подлежащим уменьшению: в пользу ФИО1 – с 1500000 руб. до 500000 руб., в пользу М. – с 500000 руб. до 150000 руб., в пользу ФИО2 с 500000 руб. до 150000 руб.

Поскольку истцы при подаче иска были освобождены от уплаты, с ФИО4 в соответствии со ст. 103 ГПК РФ в доход муниципального образования Каргапольский район подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 234 -237 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней дочери М., ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 компенсацию морального вреда в пользу ФИО1 в размере 500000 рублей, в пользу М. в размере 150000 рублей, в пользу ФИО2 в размере 150000 рублей.

В остальной части иска ФИО1, М. и ФИО2 отказать.

Взыскать с ФИО4 в доход муниципального образования Каргапольский район государственную пошлину в размере 300 рублей.

Ответчик ФИО4 вправе подать в Каргапольский районный суд Курганской области заявление об отмене заочного решения в течение 7 дней со дня вручения ему копии этого решения.

Заочное решение суда может быть обжаловано сторонами также в апелляционном порядке в Курганский областной суд через Каргапольский районный суд Курганской области в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, – в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья С.Е. Гончарук