Решение № 2-Ч-91/2026 2-Ч-91/2026~М-Ч-55/2026 М-Ч-55/2026 от 19 апреля 2026 г. по делу № 2-Ч-91/2026

Дело (УИД) № 21RS0019-02-2026-000061-46

Производство № 2-Ч-91/2026


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 апреля 2026 года <адрес>

Ядринский районный суд Чувашской Республики в составе председательствующего судьи Иванова О.В., при секретаре ФИО4,

с участием истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Чувашской Республике – Чувашии о включении периодов работы в колхозе в длительный трудовой стаж для досрочного назначения пенсии,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Чувашской Республике – Чувашии, в котором просил включить периоды работы в колхозе в длительный трудовой стаж для досрочного назначения пенсии.

Иск мотивирован тем, что в период с 1974 года по 1980 год, то есть в возрасте с 12 до 18 лет, он работал разнорабочим в колхозе «Искра» <адрес> Чувашской Республики. Данная работа выполнялась им в период летних каникул, в осенне-весенние периоды, а также в свободное от учёбы время. Он выполнял различные сельскохозяйственные и подсобные работы. ДД.ММ.ГГГГ обратился в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Чувашской Республике – Чувашии с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с частью 1.2 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Решением Отделения СФР от ДД.ММ.ГГГГ ему было отказано в назначении указанной пенсии по причине отсутствия требуемой продолжительности страхового стажа. При этом периоды работы в колхозе «Искра» за 1974-1980 годы были включены в страховой стаж не в календарном исчислении, а только по фактически отработанным дням, что существенно уменьшает общий страховой стаж и нарушает его пенсионные права. Так, решением отделения СФР были включены в стаж следующие периоды: в 1974 году – 1 месяц 1 день, в 1975 году – 2 месяца 1 день, в 1976 году – 2 месяца 18 дней, в 1977 году – 5 месяцев 2 дня, в 1978 году – 2 месяца 18 дней, в 1979 году – 1 месяц 1 день, в 1980 году – 2 месяца 16 дней. Всего за указанные годы ответчиком был засчитан стаж продолжительностью 1 год 4 месяца 27 дней, что не позволяет ему реализовать право на досрочное назначение пенсии при наличии длительного страхового стажа. Истец считает, что указанные годы подлежат включению в стаж как полные календарные годы. Кроме того, в решении ответчика причиной отказа во включении периодов работы в колхозе «Искра» с 1974 по 1980 год в календарном исчислении также указано отсутствие сведений о принятии истца в члены колхоза и отсутствие документов, подтверждающих факт уплаты взносов на государственное социальное страхование в период работы в колхозе. Истец считает данное решение незаконным и необоснованным, поскольку факт его работы в летние каникулы с 1974 по 1980 год в колхозе «Искра» документально подтверждён архивной справкой № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной администрацией Красночетайского муниципального округа Чувашской Республики. Указанная архивная справка подтверждает не только сам факт работы, но и её продолжительность, даже при отсутствии записи о членстве в колхозе. Истец указывает, что в архивной справке чётко указано, что работа выполнялась лично им, приведены его фамилия, имя и отчество, наименование колхоза, сведения о работе и заработной плате, периодах выхода на работу, количестве выработанных человеко-часов, что, по мнению истца, характеризует сложившиеся между ним и колхозом отношения как трудовые. За работу в колхозе истец получал оплату в денежном выражении, что также отражено в указанной архивной справке. Полагает, что отсутствие сведений о членстве в колхозе не отменяет факта выполнения работы и получения оплаты за неё. Ограничение же стажа только фактически отработанными днями противоречит действующему законодательству и не учитывает особенности учёта стажа за периоды до 2002 года. Истец указал, что в период с 1974 по 1980 год действовал принцип календарного исчисления стажа: каждый полный год работы засчитывается как 12 месяцев, а не по фактически отработанным дням, при этом применялось средневзвешенное количество дней в месяце – 30 дней. Истец также указал, что в период с 1983 года по 1997 год он работал в колхозе «Искра» <адрес> Чувашской Республики в должности водителя, чем подтверждается записью в его трудовой книжке, в которой указаны приказ о приёме на работу и приказ об увольнении. Решением ответчика от ДД.ММ.ГГГГ указанные периоды также не были включены в страховой стаж. Основанием для отказа послужило отсутствие факта начисления заработной платы, начисления и уплаты страховых взносов. Считает данное решение ответчика незаконным и необоснованным, указывая, что он зарегистрирован в системе индивидуального персонифицированного учёта лишь ДД.ММ.ГГГГ, то есть позднее спорного периода. Ссылаясь на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П и постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, истец указывает, что неуплата работодателем страховых взносов не лишает работника права на пенсионное обеспечение и не может служить основанием для исключения периодов работы, за которые не были уплачены страховые взносы, из страхового стажа. Работник может доказывать факт выполнения работы в судебном порядке с помощью письменных доказательств. Невыполнение работодателем обязанности по уплате страховых взносов не должно ущемлять права работника. Истец также указал, что в его случае работа в колхозе носила регулярный характер на протяжении всего периода членства в колхозе. Неполное включение периодов работы в стаж, по мнению истца, нарушает его право на досрочное назначение страховой пенсии при длительном страховом стаже, гарантированное частью 1.2 статьи 8 Федерального закона № 400-ФЗ. Просит суд обязать ответчика включить в его длительный страховой стаж для досрочного назначения страховой пенсии по старости период работы в колхозе «Искра» период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в календарном исчислении (как полные годы членства в колхозе); период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объёме, настаивал на их удовлетворении по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что в 1983-1997 годах он работал в колхозе «Искра» водителем, что могут подтвердить свидетели. В связи с ликвидацией колхоза и утратой части документов он не имеет возможности представить иные письменные доказательства.

Представитель ответчика - Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Чувашской Республике - в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом. С учётом положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика.

В письменных возражениях на иск представитель ответчика указал, что в представленных истцом документах отсутствуют сведения о принятии истца в члены колхоза, а также документы, подтверждающие факт уплаты взносов на государственное социальное страхование за периоды работы. В отношении периодов 1983-1997 годов представитель ответчика указал, что факт начисления заработной платы документально не подтвержден, начисление и уплата страховых взносов отсутствуют. В обоснование своей позиции представитель ответчика указал, что для назначения досрочной пенсии по части 1.2 статьи 8 Федерального закона № 400-ФЗ в страховой стаж включаются только периоды с начислением и уплатой страховых взносов; пункт 66 Правил №, позволяющий засчитывать годы работы в колхозе как полные календарные годы, применим исключительно к членам колхоза; истец в возрасте до 16 лет не мог быть членом колхоза; его работа в каникулярное время не подлежит включению в стаж в льготном исчислении.

Суд, выслушав истца, допросив явившихся свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Конституция Российской Федерации, провозглашая Российскую Федерацию правовым и социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, и закрепляя свободу труда, право каждого свободно выбирать род деятельности и профессию (ч. 1 ст. 1, ст. 7, ч. 1 ст. 37), гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ч. 1 ст. 39).

Основания и порядок назначения и перерасчета размера страховых пенсий по старости установлены Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ с применением норм ранее действовавшего законодательства в той мере, в которой это предусмотрено указанным федеральным законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 18 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ размер страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии) определяется на основании соответствующих данных, имеющихся в распоряжении органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, по состоянию на день, в который этим органом выносится решение об установлении страховой пенсии, установлении и о перерасчете размера фиксированной выплаты к страховой пенсии в соответствии с нормативными правовыми актами, действующими на этот день.

Как следует из ч. 3 ст. 36 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ со дня вступления в силу настоящего Федерального закона Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с настоящим Федеральным законом в части, не противоречащей настоящему Федеральному закону.

Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 173-ФЗ предусматривает оценку пенсионных прав застрахованных лиц по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ путем их конвертации (преобразования) в расчетный пенсионный капитал, от величины которого зависит размер страховой пенсии, исчисляемый в соответствии со статьей 30 названного Федерального закона, определяемого по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ по формуле и зависящего от стажевого коэффициента, который подлежит повышению при увеличении трудового стажа сверх указанной продолжительности.

При этом в целях определения расчетного размера трудовой пенсии застрахованных лиц под общим трудовым стажем понимается суммарная продолжительность трудовой и иной общественно полезной деятельности до января 2002, в которую включаются периоды работы в качестве рабочего, служащего (в том числе работа по найму до установления Советской власти и за ней), члена колхоза или другой кооперативной организации, иная работа, на которой работник, не будучи рабочим или служащим, подлежал государственному страхованию.

В абз. 2 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии" разъяснено, что в случае несогласия с решением органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, гражданин вправе обжаловать его в вышестоящий орган (по отношению к органу, вынесшему соответствующее решение) и (или) обратиться в суд с соответствующими требованиями.

В соответствии с частью 1.2 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 350-ФЗ) лицам, имеющим страховой стаж не менее 42 лет (для мужчин) и 37 лет (для женщин), страховая пенсия по старости может назначаться на 24 месяца ранее достижения возраста, предусмотренного частями 1 и 1.1 настоящей статьи, но не ранее достижения возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Порядок исчисления страхового стажа для целей определения права на досрочную пенсию по указанному основанию имеет особенности, установленные частью 9 статьи 13 Закона № 400-ФЗ, согласно которой в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, предусмотренные частью 1 статьи 11 Закона № 400-ФЗ, а также периоды, предусмотренные пунктами 1 (периоды прохождения военной службы по призыву), 2 и 12 части 1 статьи 12 Закона № 400-ФЗ.

Истец ФИО1 родился ДД.ММ.ГГГГ в д. <адрес> Чувашской АССР, что подтверждается паспортом серии 9707 №, выданным ДД.ММ.ГГГГ ТП УФМС России по Чувашской Республике в <адрес>, и свидетельством о рождении I-РЛ №, выданным ДД.ММ.ГГГГ Пандиковским сельсоветом <адрес> Чувашской Республики.

Как следует из материалов дела, решением Отделения фонда пенсионного и социального страхования РФ по Чувашской Республике от ДД.ММ.ГГГГ принято решение об отказе в назначении трудовой пенсии по старости ФИО1 на основании ч. 1.2 ст. 8 Закона № 400-ФЗ.

Судом установлено, что истец ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в возрасте 63 лет, ДД.ММ.ГГГГ обратился в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Чувашской Республике с заявлением о назначении страховой пенсии по старости на основании части 1.2 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».Решением Отделения СФР от ДД.ММ.ГГГГ истцу отказано в назначении указанной пенсии в связи с отсутствием требуемой продолжительности страхового стажа. При этом ответчиком установлено наличие у ФИО1 страхового стажа для целей части 1.2 статьи 8 Закона № 400-ФЗ продолжительностью 40 лет 7 месяцев 04 дня.

Как установлено в суде и подтверждается материалами дела, что ФИО1 в период с 1974 по 1980 год выполнял работы в колхозе «Искра» <адрес> Чувашской Республики, что подтверждается архивной справкой администрации Красночетайского муниципального округа Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ №, выданной на основании документов архивного фонда Сельскохозяйственного производственного кооператива «Искра» (книг учета расчетов по оплате труда колхоза «Искра» по д. Питишево за 1974-1980 гг.). Указанной справкой подтверждено, что в документах имеются сведения о работе и заработной плате именно ФИО1, других лиц с такими же фамилией, именем, отчеством в документах не прослеживается.

Из содержания архивной справки следует, что в 1974 году истец имел выходы на работу (июнь, июль), в 1975 году (июнь, июль, август), в 1976 году (июнь, июль, август), в 1977 году (июнь, июль, август, сентябрь), в 1978 году (июль, август, сентябрь), в 1979 году (июль, август), в 1980 году (июль, август, сентябрь). Таким образом, в каждом календарном году с 1974 по 1980 истец имел выходы на работу в колхозе.

В соответствии с пунктом 66 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (далее – Правила №), годы, в течение которых гражданин являлся членом колхоза, но не выработал установленный минимум трудового участия (независимо от причины), засчитываются в страховой стаж как полные календарные годы. Календарные годы, указанные в трудовой книжке колхозника, в которых не было ни одного выхода на работу, из подсчета исключаются.

Суд учитывает, что в спорный период 1974-1980 гг. истец в силу возраста (с 12 до 18 лет) не мог быть принят в члены колхоза в установленном порядке, поскольку минимальный возраст для вступления в колхоз составлял 16 лет. Однако факт выполнения истцом работы в колхозе, ее регулярный характер (ежегодно в летние и иные периоды), получение оплаты за свой труд подтверждены документально. Отсутствие документального оформления членства в колхозе не может служить основанием для ущемления пенсионных прав истца, поскольку именно на работодателе лежала обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений.

Суд также учитывает, что в спорный период действовал Примерный устав колхоза, утвержденный постановлением ЦК КПСС и ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №, который не содержал запрета на привлечение к труду в колхозе лиц моложе 16 лет в период каник<адрес> по себе факт выполнения работы и получения за нее оплаты, подтвержденный архивной справкой, свидетельствует о возникновении трудовых отношений, а отсутствие документально оформленного членства в колхозе является следствием ненадлежащего исполнения обязанностей работодателем, что не может быть поставлено в вину истцу и ущемлять его пенсионные права.

Довод ответчика о том, что истец в возрасте до 16 лет не мог быть принят в члены колхоза, в связи с чем периоды его работы не могут быть включены в стаж как полные календарные годы, отклоняется судом. Отсутствие у истца статуса члена колхоза не исключает возможности включения периодов его фактической работы в страховой стаж в льготном (календарном) исчислении. Как разъяснил Шестой кассационный суд общей юрисдикции в определении от ДД.ММ.ГГГГ №, пункт 66 Правил № не исключает возможности включения в стаж периодов работы в колхозе лиц, не являющихся членами колхоза, при условии документального подтверждения факта работы и получения оплаты. Кроме того, работа истца в каникулярное время была санкционирована администрацией колхоза, носила систематический характер и оплачивалась. Сам по себе каникулярный режим работы не является основанием для пропорционального (по фактически отработанному времени) исчисления стажа, поскольку пункт 66 Правил № прямо предусматривает зачет полного календарного года независимо от количества выработанного времени. Иное толкование, при котором суды отказывали бы во включении в страховой стаж периодов работы в колхозе лицам, не достигшим 16-летнего возраста и работавшим в каникулярное время, ставило бы таких граждан в неравное положение с гражданами, работавшими в колхозе полный календарный год, что противоречит статье 19 Конституции Российской Федерации, гарантирующей равенство прав и свобод человека и гражданина, а также запрещающей любую дискриминацию при осуществлении прав и свобод.

Более того, из буквального толкования пункта 66 Правил № следует, что для зачета года как полного календарного года в страховой стаж необходимо установить сам факт того, что гражданин являлся членом колхоза в этом году (либо выполнял работу в колхозе, что в отсутствие иных документов подтверждает фактическое членство), и что в этом году был хотя бы один выход на работу. В данном случае оба условия соблюдены: истец работал в колхозе (что приравнивается к членству), и в каждом из спорных годов имел выходы на работу.

Довод ответчика об отсутствии сведений об уплате страховых взносов за указанные периоды суд находит несостоятельным по следующим основаниям.

В силу действовавшего до ДД.ММ.ГГГГ правового регулирования члены колхоза подлежали государственному социальному страхованию, а обязанность по уплате страховых взносов возлагалась на колхоз как на страхователя. Невыполнение колхозом (работодателем) этой обязанности не может являться основанием для исключения периодов работы из страхового стажа работника, поскольку это ущемляет его пенсионные права, гарантированные Конституцией Российской Федерации. Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П, а также в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» (действовавшего в период возникновения спорных правоотношений) и в пункте 15 действующего Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении дел, связанных с реализацией гражданами права на трудовые пенсии», согласно которым неуплата страховых взносов работодателем не лишает работника права на включение периодов работы в страховой стаж.

В своих возражениях на исковое заявление ответчик ссылался на правовую позицию Шестого кассационного суда общей юрисдикции, изложенную в определении от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, согласно которой при исчислении страхового стажа для назначения досрочной пенсии по части 1.2 статьи 8 Федерального закона № 400-ФЗ подлежат включению только периоды, за которые начислялись и уплачивались страховые взносы. Суд, принимая во внимание указанную правовую позицию, отмечает, что она относится к периодам работы после введения системы обязательного пенсионного страхования (после 1991 года) и применима к лицам, являвшимся членами колхоза. В данном же деле спорные периоды (1974-1980 годы) имели место до введения системы обязательного пенсионного страхования, а истец в силу возраста не мог быть членом колхоза и не подлежал государственному социальному страхованию в установленном порядке. В связи с этим к спорным правоотношениям подлежат применению нормы, действовавшие в тот период, а также пункт 66 Правил №, который не требует подтверждения уплаты страховых взносов для периодов работы в колхозе до 2002 года при наличии документального подтверждения факта работы.

Кроме того, суд принимает во внимание, что в силу части 2 статьи 14 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ при подсчете страхового стажа периоды работы до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица (истец зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ) могут устанавливаться на основании свидетельских показаний и письменных доказательств. Основным письменным доказательством здесь является архивная справка, которая с достоверностью подтверждает факт выполнения истцом трудовой функции и получения оплаты. Непредставление колхозом сведений индивидуального персонифицированного учета в 1974-1980 гг. обусловлено объективными причинами (отсутствие самой системы учета), в связи с чем не может служить основанием для отказа во включении полных календарных лет в «длительный стаж» по п. 1.2 ст. 8 Закона № 400-ФЗ.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что годы работы истца в колхозе «Искра» в 1974, 1975, 1976, 1977, 1978, 1979 и 1980 годах подлежат включению в страховой стаж истца для целей определения права на досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с частью 1.2 статьи 8 Закона № 400-ФЗ как полные календарные годы (каждый год как 12 месяцев страхового стажа), а не пропорционально отработанному времени, как это было сделано ответчиком.

Кроме того, суд учитывает, что колхоз «Искра» ликвидирован в 2009 году, что подтверждено исторической справкой администрации Красночетайского муниципального округа от ДД.ММ.ГГГГ №. В связи с ликвидацией работодателя истец объективно лишён возможности представить дополнительные документы, подтверждающие факт работы и членство в колхозе. В такой ситуации, по смыслу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, бремя доказывания не может быть возложено на истца в полном объёме, а имеющиеся доказательства (архивная справка) подлежат оценке как достаточные для подтверждения стажа.

Суд также учитывает, что ответчик в своём решении от ДД.ММ.ГГГГ № включил в страховой стаж истца большинство периодов работы с 1983 по 1997 год, за исключением отдельных месяцев, в отношении которых отсутствуют сведения о начислении заработной платы. Истец, заявляя требование о включении всего периода с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в полном объёме, не представил доказательств выполнения им трудовой функции в указанные исключённые месяцы, равно как и доказательств, что отсутствие документов вызвано чрезвычайными обстоятельствами (пожар, наводнение и т.п.), что в силу части 3 статьи 14 Федерального закона № 400-ФЗ исключает возможность подтверждения этих периодов свидетельскими показаниями.

Вместе с тем, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца в части включения в страховой стаж периодов работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в полном объеме.

Судом установлено, что факт работы истца в колхозе «Искра» в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ подтверждается трудовой книжкой АТ-II №, дата заполнения ДД.ММ.ГГГГ, в которой имеются записи о приеме на работу в качестве водителя и об увольнении. Также в материалах дела имеется аттестат о среднем образовании, выданный Мижеркасинской средней школой <адрес> Чувашской АССР в 1979 году, который подтверждает, что после окончания школы истец мог осуществлять трудовую деятельность на общих основаниях.

В судебном заседании были допрошены свидетели ФИО5, ФИО6, которые подтвердили факт работы истца в колхозе «Искра» в должности водителя в 1983-1997-е годы. Однако, вопреки требованиям части 3 статьи 14 Федерального закона № 400-ФЗ, истец не представил суду доказательств, подтверждающих факт утраты документов о начислении заработной платы за спорные периоды в связи с чрезвычайными ситуациями (пожар, наводнение, стихийное бедствие и т.п.), что могло бы являться основанием для допроса свидетелей в подтверждение стажа. Сама по себе ликвидация колхоза не относится к чрезвычайным обстоятельствам, влекущим утрату документов. По этой причине свидетельскими показаниями, в силу прямого указания закона (пункт 3 статьи 14 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ, пункт 43 Правил №), не может подтверждаться характер работы, а в данном случае – отсутствие документов о начислении заработной платы за конкретные месяцы не может быть восполнено свидетельскими показаниями.

В силу части 1 статьи 11 Закона № 400-ФЗ в страховой стаж включаются периоды работы при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы. Поскольку в отношении указанных выше конкретных периодов (апрель 1983 года, ноябрь-декабрь 1995 года, сентябрь-ноябрь 1996 года, март-апрель 1997 года) такие сведения отсутствуют, и истец не представил допустимых доказательств фактического выполнения работы в эти периоды, суд полагает, что ответчик правомерно не включил их в страховой стаж истца.

Таким образом, требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Чувашской Республике – Чувашии включить в длительный страховой стаж ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с частью 1.2 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»: 1974 год, 1975 год, 1976 год, 1977 год, 1978 год, 1979 год, 1980 год, как полные календарные годы работы в колхозе «Искра» <адрес> Чувашской Республики.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Чувашской Республики через Ядринский районный суд Чувашской Республики в течение месяца со дня принятия решения в мотивированном виде с ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий О.В. Иванов