Апелляционное определение № 22-743/2026 от 3 марта 2026 г.

Судья Григорьев А.Г. дело № 22-743/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ставрополь 04 марта 2026 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Ставропольского краевого суда в составе: председательствующего – судьи Агарковой Н.В.,

судей Ещенко И.А. и Щербакова С.А.,

при секретаре судебного заседания Ньорба П.А.,

помощнике судьи Сидаковой И.А.,

с участием:

прокурора Поминова С.В.,

осужденного ФИО1 посредством видеоконференц-связи,

его защитника – адвоката Долгошеева И.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Долгошеева И.С. на приговор Изобильненского районного суда Ставропольского края от 8 октября 2025 г., которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец г<данные изъяты>, несудимый,

осужден:

по части 4 статьи 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора суда в законную силу;

срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу;

на основании пункта «а» части 3.1 статьи 72 УК РФ время содержания под стражей с 21 февраля 2025 г. до вступления приговора суда в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Ещенко И.А., изложившей кратко содержание судебного решения, существо апелляционных жалоб с учетом дополнений, возражений на апелляционную жалобу, заслушав выступления сторон, эксперта,

установила:

приговором ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление совершено 18 февраля 2025 г. в с. Птичьем Изобильненского района Ставропольского края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Долгошеев И.С. выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным ввиду недоказанности вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 УК РФ.

Считает, что в ходе судебного заседания у ФИО1 не установлено наличие умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего. Напротив, его действия были направлены на причинение незначительных телесных повреждений. Характер действий ФИО1 и его поведение не свидетельствуют о предвидении и желании вызвать последствия, предусмотренные частью 4 статьи 111 УК РФ. Кроме того, в судебном заседании свидетели обвинения Свидетель №1 и Свидетель №2 пояснили, что у ФИО7 не имелось оснований опасаться ФИО1, который не высказывал угроз физической расправы и причинения тяжкого вреда здоровью ФИО7 После падения ФИО7 сознание не терял. ФИО1 нанес лишь несколько ударов открытой ладонью своей руки по лицу ФИО7, которые не имели существенных последствий для здоровья потерпевшего. Согласно показаниям участкового Свидетель №3, по прибытии в домовладение Свидетель №1 18 февраля 2025 г. ФИО7 не заявлял о причинении ему телесных повреждений, видимых телесных повреждений у него не было, жалоб на состояние здоровья не высказывал. Свидетель №3 также пояснил, что позже, в тот же день, при общении с ФИО7 возле магазина «<данные изъяты>» последний на состояние здоровья не жаловался, телесных повреждений не имел. Свидетель Свидетель №1 также пояснил, что ФИО7 до ухода из его дома видимых телесных повреждений не имел. Вместе с тем, показания свидетеля Свидетель №2, согласно которым у ФИО7 во весь нос имелся синяк черно-зеленого цвета, опровергаются показаниями иных свидетелей и проведенными по делу экспертизами. Свидетель Свидетель №5 пояснял, что ФИО7, находясь вечером 18 февраля 2025 г. возле магазина «<данные изъяты>», все время падал, один раз ударился головой о землю. Таким образом, считает, что совокупность исследованных в судебном заседании доказательств свидетельствует о наличии в действиях ФИО1 признаков состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 109 УК РФ – причинение смерти по неосторожности.

Обращает внимание, что непосредственной причиной смерти ФИО7 является повреждение черепа, образовавшееся в результате удара о бетонную либо иную твердую поверхность при падении.

Кроме того, адвокат, ссылаясь на показания свидетеля Свидетель №2 о том, что при нанесении ФИО1 удара ФИО7, от которого последний упал в ванну и ударился головой, ФИО7 был в дверном проеме между ванной и комнатой, в которой они находились, протокол осмотра места происшествия от 4 марта 2025 г., согласно которому размер ванной комнаты составляет 3,80 м х 1,15 м, при этом, стол расположен напротив дверного проема (фото № 12 к протоколу), обратил внимание на то, что при нанесении удара ФИО7 он не мог упасть головой на плиточный пол, учитывая длину его тела, которая составляет 184 см (согласно заключению эксперта № 96 от 25 марта 2025 г.) и расстояние между дверным проемом и столом (разница между шириной ванной комнаты и шириной стола). Однако указанные противоречия не были устранены в ходе судебного следствия.

Обращает внимание на то, что в ходе допроса свидетелей не был подтвержден факт наличия повреждений на переносице ФИО7 при его нахождении в домовладении и после выхода из него, в то время как, согласно выводам № 5, 6, 11 заключения комиссии экспертов № 312 от 19 июня 2025 г., удар кулаком был нанесен в область переносицы ФИО7

Считает, что суд необоснованно признал недопустимыми доказательствами заключение специалиста ФИО8 № 29/25 от 25 августа 2025 г., а также его показания, данные в ходе судебного заседания, ссылаясь на то, что указанный вывод суда направлен на ограничение конституционных прав подсудимого на защиту предусмотренными законом способами. Выводы суда о том, что исследование проведено неправомочным лицом не соответствуют действительности. Таким образом, суд продемонстрировал обвинительный уклон в оценке доказательств по делу, представленных стороной обвинения и стороной защиты; доказательства, представленные стороной защиты, судом необоснованно отклонены, признаны недопустимыми, однако надлежащая оценка им не дана.

Обращает внимание, что, согласно пункту 1 выводов заключения комиссии экспертов № 312 от 19 июня 2025 г., смерть ФИО7 наступила в результате закрытой тупой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся, в том числе линейным переломом левой височной кости длиной 8 см. Вместе с тем, считает, что данный вывод противоречит выводам эксперта, изложенным в пунктах 1, 2, 3 заключения эксперта № 96 от 25 марта 2025 г., где указано на наличие перелома левой теменной кости и не указано на наличие линейного перелома левой височной кости длиной 8 см. Кроме того, выводы, отраженные в пунктах 1 и 3 заключения комиссии экспертов № 312, в части наличия линейного перелома левой височной кости длиной 8 см противоречат выводу, отраженному в пункте 7 этого же заключения, согласно которому соударение левой теменной областью о кафельную плитку повлекло перелом левой теменной кости. Согласно пункту 8 выводов заключения эксперта № 96, получение указанной в заключении закрытой черепно-мозговой травмы сопровождается потерей сознания потерпевшего. Согласно пункту 17 выводов заключения № 312, перелом черепа, ушиб оболочек и вещества головного мозга всегда сопровождаются потерей сознания. В то же время, согласно показаниями ФИО1, свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, ФИО7 сознание не терял. С учетом изложенного полагает, что по делу имеются обоснованные сомнения в виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 УК РФ, которые стороной обвинения не устранены. Просит приговор суда изменить, переквалифицировать действия ФИО1 с части 4 статьи 111 УК РФ на часть 1 статьи 109 УК РФ, назначить наказание в пределах санкции части 1 статьи 109 УК РФ.

В апелляционной жалобе с дополнением осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным ввиду недоказанности его вины в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 УК РФ. Полагает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Ссылаясь на заключение судебно-медицинской экспертизы № 96 от 25 марта 2025 г., обращает внимание, что у ФИО7 был установлен перелом левой теменной кости длиной 8 см, при этом имелось размозжение головного мозга в правой височной доли размером 1,5 см х 1 см. По вопросу № 2 экспертизы № 96 эксперт пришел к выводу, что причиной смерти ФИО7 явилась тупая травма головы в виде закрытой черепно-мозговой травмы от размозжения мозга в правой височной части головы. Вместе с тем, повреждения, обнаруженные у ФИО7, располагались на левой стороне головы. В ответе на вопрос № 8 экспертизы № 96 эксперт косвенно подтверждает, что у ФИО7 имелась травма в виде перелома свода черепа. Однако врачи скорой помощи при поступлении ФИО7 в больницу патологий ни на его коже, ни на черепе не обнаружили, в медицинское учреждение он поступил в удовлетворительном состоянии. Кроме того, согласно выводам экспертизы № 312, смерть ФИО7 наступила в результате черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся линейным переломом височной кости слева длиной 8 см. Вместе с тем, в экспертизе № 96 данного повреждения при исследовании ФИО7 не обнаружено. На вопрос № 17 эксперт пояснил, что перелом черепа всегда сопровождается потерей сознания. Однако, согласно его показаниям, показаниям свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, ФИО7 не терял сознание после падения в домовладении. Указывает, что эксперты не учли, что ФИО7 поступил в медицинское учреждение с общим переохлаждением организма; повреждения в виде перелома левой височной кости первым экспертом, специалистом ФИО2, а также комиссионной экспертизой не установлено. Согласно обвинительному заключению, причиной смерти ФИО7 стала черепно-мозговая травма, сопровождавшаяся линейным переломом левой височной кости, в то время как, согласно экспертному заключению, установлен перелом левой затылочно-теменной кости. При этом, обращает внимание, что он не причинял телесных повреждений, обнаруженных у ФИО7 Кроме того, в обвинительном заключении и в проведенных экспертизах имеются значительные неустранимые судом противоречия. Полагает, что суд вышел за рамки предъявленного ему обвинения.

Указывает, что, согласно заключению экспертов № 96, у ФИО7 обнаружены множественные синяки и гематомы на конечностях, грудной клетке и спине, но причины их появления следствием не выяснены. Согласно объяснению врача реанимации Изобильненской больницы от 19 февраля 2025 г., ФИО7 скончался с диагнозами: «черепно-мозговая травма» и «общее переохлаждение», поступил с гематомой лица и ссадиной в области грудной клетки, однако следов гематом в области затылка и теменной области не обнаружено. Кроме того, в материалах уголовного дела не имеется фото, подтверждающего наличие травмы теменной кости головы ФИО7

Полагает, что следователем нарушены положения части 2 статьи 189 УПК РФ, поскольку при повторном допросе свидетелей он задавал наводящие вопросы с целью изменения свидетелями раннее данных показаний.

Обращает внимание, что к нему применялись физическое воздействие и моральное давление, о чем он боялся сообщить кому-либо на стадии следствия и в суде. Ему была причинена травма головы, от битья дубинками у него образовались гематомы на руках.

Полагает, что участковый Свидетель №3 проявил халатность, не вызвав скорую медицинскую помощь ФИО7, находящемуся в тяжелом алкогольном опьянении. Кроме того, свидетели Свидетель №5 и Свидетель №4 поясняли, что ФИО7 неоднократно падал. При проведении дополнительного допроса свидетеля Свидетель №2 от 04 марта 2025 г., осмотра места происшествия от 19 февраля 2025 г. – магазина «<данные изъяты>», проверки показаний на месте допущены нарушения уголовно-процессуального закона. Так, указанные осмотр места происшествия и проверка показаний на месте проведены в отсутствие понятых. Осмотр места обнаружения потерпевшего ФИО7 19 февраля 2025 г. на <адрес> также проведено в отсутствие понятых, но с участием свидетелей обвинения. Указывает, что свидетели Свидетель №2, Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №5 допрашивались несколько раз, в каждый из которых давали разные показания. Показания, данные ими в суде, разнятся с показаниями, данными следователю. На основании изложенного просит приговор суда изменить, переквалифицировать его действия с части 4 статьи 111 УК РФ на часть 1 статьи 109 УК РФ, назначить наказание в пределах санкции части 1 статьи 109 УК РФ либо вернуть дело прокурору в соответствии со статьей 237 УПК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Долгошеева И.С. заместитель прокурора Изобильненского района Ставропольского края Калашников А.С. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В ходе апелляционного рассмотрения осужденный и его защитник – адвокат поддержали доводы апелляционных жалоб с дополнением, просили приговор суда изменить, переквалифицировать действия ФИО1 с части 4 статьи 111 УК РФ на часть 1 статьи 109 УК РФ. Кроме того, просили признать недопустимым доказательством заключение экспертов № 312 от 19 июня 2025 г. ввиду наличия в нем противоречий.

Прокурор поддержал возражения на апелляционную жалобу адвоката, также возражал против удовлетворения доводов апелляционной жалобы с дополнением осужденного ФИО1 Просил приговор суда как законный, обоснованный и мотивированный оставить без изменения, апелляционные жалобы с дополнением – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб с дополнением, возражений на апелляционную жалобу, выслушав выступления сторон и эксперта, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости изменения приговора по следующим основаниям.

Согласно статье 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таковым судебный акт является в том случае, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии со статьями 14, 302 УПК РФ обвинительный приговор постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, он должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены.

Данные требования закона по настоящему делу не соблюдены.

Статья 73 УПК РФ закрепляет, что при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию наряду с прочим событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы, характер и размер вреда, причиненного преступлением, а также обстоятельства, способствовавшие совершению преступления (пункты 1, 2, 4 частей 1 и 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 307 УПК РФ во взаимосвязи с разъяснениями, содержащимся в пунктах 18, 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре», описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должна содержать описание преступного деяния, как оно установлено судом, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, при этом выводы суда относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, ее части либо пункту должны быть мотивированы судом.

Исходя из диспозиции части 4 статьи 111 УК РФ, для обвинения ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО7, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего, необходимо установить, что виновный, совершая указанные действия, в данном случае, нанося удар рукой, сжатой в кулак, в область переносицы имел умысел на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, то есть предвидел такое последствие своих действий и желал, либо сознательно допускал его наступление.

В обоснование вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 УК РФ, суд первой инстанции привел в приговоре следующие доказательства:

показания потерпевшей Потерпевший №1, согласно которым ей, со слов Свидетель №1, стало известно, что ФИО1 причинил ФИО7 телесные повреждения;

аналогичные показания свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2 об обстоятельствах произошедшего 18 февраля 2025 г. конфликта между находящимися в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 и ФИО7, в ходе которого ФИО1 наносил ФИО7 удары ладонью в область головы, лица и носа, а также удар кулаком в область головы, от которого последний упал спиной назад и ударился головой о кафельную плитку. После падения ФИО7 сознание не терял. Позже ФИО7 покинул домовладение. 19 февраля 2025 г., зайдя во двор своего домовладения, Свидетель №1 обнаружил живого, лежащего около порога, ФИО7, поднять его не смог, в связи с чем вызвал «скорую помощь»;

показания свидетеля Свидетель №3 (УУП ОУУП и ПДН Отдела МВД России «Изобильненский») о том, что 18 февраля 2025 г. ему поступило сообщение о конфликте, происходящем по адресу: <адрес>. Прибыв по указанному адресу, Свидетель №1 ему сообщил, что конфликт, возникший между ФИО1 и ФИО7 на фоне распития спиртных напитков, улажен. В доме также находились Свидетель №2, ФИО1, в том числе ФИО7 Каких-либо повреждений на лице ФИО7 не заметил, во что был одет, не помнит, помнит, что в его руках была сумка. Кто первым вышел из домовладения, не помнит, ФИО7 сразу направился в сторону магазина «<данные изъяты>», ФИО1 оставался в домовладении, на улицу он не выходил. Позже посредством телефонного звонка продавец магазина «<данные изъяты>» ему сообщила, что ФИО7, находящийся в состоянии алкогольного опьянения, поскользнувшись, упал на витрину холодильного оборудования. По приезде в магазин от ФИО7 исходил резких запах алкоголя, каких-либо телесных повреждений на его лице не было, на состояние здоровья не жаловался, поведение его было адекватным, речь внятная, внешний вид опрятен. Визуально он не мог определить, что ФИО7 нуждается в медицинской помощи. Он доставил ФИО7 к домовладению Свидетель №1 Ему известно, что ФИО7 обнаружили во дворе домовладения.

показания свидетеля Свидетель №4 (работника магазина «<данные изъяты>»), согласно которым ФИО7 18 февраля 2025 г. приходил в магазин, сильно шатался, на лице имел потертости и кровоподтек в районе виска справа, не удержавшись на ногах, упал и разбил витрину. О случившемся она сообщила участковому. ФИО7 пробыл в магазине не более 10 минут, после чего в течение часа ждал приезда участкового на улице. Относительно телесных повреждений ФИО7 ничего не пояснял;

показания свидетеля Свидетель №5 о том, что, со слов Свидетель №4, ему стало известно, что ФИО7 в состоянии сильного алкогольного опьянения разбил витрину в магазине. По приезде к магазину, он увидел ФИО7 на улице. На вопрос Свидетель №3 ФИО7 отвечал, что подрался с ФИО1 Явных признаков избиения, синяков, ссадин на его лице не было. На улице возле магазина ФИО7 упал, ударившись левой стороной лица. Позже ФИО7 увез участковый;

заключение эксперта № 96 от 25 марта 2025 г., согласно которому причиной смерти ФИО7 явилась тупая травма головы в виде закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся ссадинами и кровоподтеком лица, кровоизлиянием в кожно-мышечный лоскут головы в левой теменно-затылочной области, субдуральная гематома над левой гемисферой, субарахноидальным кровоизлияние, практически, над всей левой гемисферой, ушибом и размозжением вещества головного мозга соответственно конвекситальной поверхности правой височной доли, осложнившаяся нарушением витальных функций головного мозга, тотальным отеком головного мозга и вклинением его ствола в большое затылочное отверстие. Закрытая черепно-мозговая травма образовалась в результате падения из положения стоя или близкого к этому с приданием телу предшествующего ускорения с последующим ударом левой теменной областью движущейся головы о неподвижную преобладающую поверхность соударения. ФИО7 могло быть нанесено не менее четырех ударов со значительной силой в область левой половины лица тупым твердым предметом с ограниченной контактной поверхностью, индивидуальные особенности которого не отобразились, к каким, в том числе, относится кисть постороннего человека, сжатая в кулак. После этого произошло запрокидывание головы ФИО7 и его падение с последующим соударением левой теменной областью головы с тупым твердым предметом с преобладающей поверхностью, индивидуальные особенности которой не отобразились;

заключение эксперта № 312 от 19 июня 2025 г., в соответствии с которым смерть ФИО7 наступила в результате закрытой тупой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся линейным переломом левой височной кости длиной 8 см, с образованием массивной субдуральной гематомой левого полушария объемом 130 см?, обширного субарахноидального кровоизлияния левого полушария мозга, очага контузии основания правой височной доли, осложнившейся отеком, компрессией, дислокацией и вклинением головного мозга в большое затылочное отверстие, повлекшим смерть. Согласно пунктам 6.1.2, п. 6.1.3 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 г. № 194 н, закрытая черепно-мозговая травма, сопровождавшаяся переломом теменной кости, тяжелым ушибом оболочек и вещества головного мозга - причинила тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создал угрозу для жизни и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО7 Удар, нанесенный в область переносицы, рукой постороннего человека, сжатой в кулак, привел к ускоренному амплитудному падению ФИО7 навзничь из вертикального положения и соударению левой теменной областью о кафельную плитку ванной комнаты. У ФИО7 в точке приложения удара кулаком со значительной силой, вызвавшей ускоренное амплитудное падение, обнаружен кровоподтек спинки носа. До этого ФИО7 было нанесено не менее 3 ударов открытыми ладонями по лицу, причинивших мелкие ссадины лица, не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, квалифицируются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (пункт 9 Медицинских критериев). Повреждения у ФИО7 не сопровождались наружным кровотечением, тем более фонтанированием, так как ушибленных ран на его теле не имелось. Если бы ФИО7 в первые часы обратился был за медицинской помощью, ему была бы проведена операция: декомпрессивная краниотомия с удалением острой субдуральной гематомы, и жизнь его могла быть спасена. Смерть его наступила в результате тяжелой закрытой черепно-мозговой травмы;

заключение эксперта № 313 от 19 июня 2025 г., из которого следует, что закрытая черепно-мозговая травма, повлекшая смерть ФИО7, образовалась в результате нанесения однократного удара со значительной силой в область переносицы рукой, сжатой в кулак, приведшего к ускоренному амплитудному падению из вертикального положения и соударению левой теменной областью о кафельную плитку ванной комнаты. От удара кулаком в лицо ФИО7 рукой, сжатой в кулак, со значительной силой травмирующего воздействия произошло запрокидывание головы кзади, ускоренное амплитудное падение его навзничь с последующим соударением левой теменной областью о кафельную плитку, в результате чего была причинена черепно-мозговая травма, повлекшая его смерть. До этого ФИО7 было нанесено не менее 3 ударов открытыми ладонями по лицу, в результате чего образовались ссадины лица, не причинившие вреда здоровью. Видимые повреждения, образовавшиеся в результате всех ударов: кровоподтек спинки носа и мелкие ссадины лица;

заключение комиссии экспертов № 431 от 17 марта 2025 г. о том, что ФИО1 обнаруживает в настоящее время и обнаруживал в период инкриминируемого ему деяния пагубное употребление каннабиноидов (Е 12.1 по МКБ10). Во время инкриминируемого ему деяния ФИО1 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими;

протоколы осмотра места происшествия от 19 февраля 2025 г. и 04 марта 2025 г., согласно которым осмотрено домовладение, расположенное по адресу: <адрес>; осмотра места происшествия от 19 февраля 2025 г., в соответствии с которым с участием Свидетель №4 произведен осмотр торгового помещения магазина «Океан», в ходе осмотра изъят оптический диск DVD+R с видеофайлом, на котором запечатлен момент нахождения ФИО7 18 февраля 2025 г. в торговом помещении магазина «<данные изъяты>»; осмотра места происшествия от 07 марта 2025 г., согласно которому осмотрено помещение оперативного зала МКУ «<данные изъяты>» ИМО СК; осмотра предметов – оптических дисков от 04 и 12 марта 2025 г.,

протоколы очной ставки между свидетелем Свидетель №1 и обвиняемым ФИО1 от 21 февраля 2025 г., между свидетелем Свидетель №2 и обвиняемым ФИО1 от 21 февраля 2025 г., в ходе которых Свидетель №1 и Свидетель №2 подтвердили ранее данные им показания, ФИО1 подтвердил показания свидетелей в части механизма причинения кулаком руки телесных повреждений ФИО7;

протокол проверки показаний на месте обвиняемого ФИО1 от 18 марта 2025 г., согласно которому ФИО1 на месте продемонстрировал и пояснил обстоятельства причинения ФИО7 телесных повреждений;

протоколы проверки показаний на месте свидетеля Свидетель №1 от 04 марта 2025 г., свидетеля Свидетель №2 от 04 марта 2025 г., в соответствии с которыми Свидетель №1 и Свидетель №2 продемонстрировали и пояснили обстоятельства причинения ФИО1 телесных повреждений ФИО7;

сведения, предоставленные МКУ «<данные изъяты>» ИМО СК, согласно которым 18 февраля 2025 г. в 00 часов 22 минуты с абонентского номера № поступил вызов от Свидетель №1, который просил вызвать участкового уполномоченного полиции, чтобы разогнать пьяных друзей, так как ему необходимо было подготовиться к работе; данное сообщение было переадресовано в дежурную часть Отдела МВД России «Изобильненский»

и другие доказательства, анализ и содержание которых надлежащим образом приведены в приговоре. При этом, суд не ограничился только указанием на доказательства, но и раскрыл их содержание, дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими.

Приведенные в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями статей 17, 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставил между собой и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, совокупность собранных по делу доказательств обоснованно признана судом достаточной для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора.

Проверив показания потерпевшей и свидетелей, суд обоснованно признал их достоверными и положил в основу приговора, поскольку показания указанных лиц о произошедших событиях согласуются как между собой, так и в совокупности с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании. Каких-либо причин для искажения действительности по делу, оговора осужденного, иной заинтересованности в исходе дела ни судом первой инстанции, ни судебной коллегией не установлено.

Вопреки мнению осужденного, все следственные и процессуальные действия, имеющие значение для принятия законного и обоснованного решения по делу, в том числе допрос свидетелей, выполнены в соответствии с требованиями закона.

Нарушений требований уголовного процессуального закона при назначении экспертиз не допущено, экспертизы выполнены экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключения соответствуют требованиям статьи 204 УПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», они являются научно обоснованными, подтвержденными материалами дела.

Допрошенный в ходе апелляционного рассмотрения уголовного дела эксперт ФИО10 подтвердил выводы экспертизы № 312 от 19 июня 2025 г., в тоже время пояснил, что в заключении экспертной комиссии имеются разногласия, поскольку где-то указан перелом левой теменной кости, а где-то перелом височной кости, но правильным указанием является перелом левой теменной кости. Таким образом, смерть гр. ФИО7 наступила в результате закрытой тупой черепно-мозговой травмы (далее – ЗЧМТ), сопровождавшейся линейным переломом левой теменной кости длиной 8 см, с образованием массивной субдуральной гематомой левого полушария объемом 130 кубических см, обширного субарахноидального кровоизлияния левого полушария мозга, очага контузии основания правой височной доли, осложнившейся отеком, компрессией, дислокацией и вклинением головного мозга в большое затылочное отверстие, повлекшим смерть. Все указанные повреждения (перелом левой теменной кости и т.д.) образовались в результате соударения о кафельную плитку. Удар, нанесенный в область переносицы рукой постороннего человека, сжатой в кулак, привел к ускоренному амплитудному падению ФИО7 навзничь из вертикального положения и соударению левой теменной областью о кафельную плитку ванной комнаты, в связи с чем имеется прямая-следственная связь, и, по его мнению, единый травматический комплекс, поскольку удар привел к ускоренному падению. В данном случае ЗЧМТ инерционная, которая возникла в результате падения и соударения о кафельную плитку. Вместе с тем, сам по себе удар в область переносицы не причинил вреда здоровью потерпевшего, вызвал кровоподтек спинки носа, который может проявиться через 1-2 часа. Смерть потерпевшего произошла не от удара, а из-за соударения левой теменной областью о кафельный пол ванной комнаты.

При подготовке заключения им использовались материалы уголовного дела, в котором имелось заключение экспертизы трупа ФИО7, судебная экспертиза, медицинская карта, при этом не помнит, чтобы использовались фотографии трупа. В медицинской карте был указан перелом левой теменной кости. У экспертов тоже отмечено, что имеется перелом левой теменной кости, идущий фактически под углом 45 градусов. В своих выводах он допустил опечатку. Он труп не видел. У ФИО7 также было переохлаждение, поскольку он был обнаружен без сознания на улице. Это свидетельствует о том, что он находился на улице при низкой температуре окружающей среды, но смерть наступила в результате ЧМТ. Им также исследовался протокол осмотра места происшествия от 19 февраля 2025 г., который описан на 23 странице заключения. Осмотрев место происшествия, эксперты пришли к выводу о том, что соударение произошло о кафельную плитку. Выводы сделаны на основании записей медицинской карты, исследований трупа и гистологического исследования. Экспертами была установлена давность образования повреждений, и они ответили на вопрос о том, что данное образование повреждений возможно.

Утверждение стороны защиты о признании недопустимым доказательством заключение экспертов № 312 от 19 июня 2025 г. ввиду наличия в нем противоречий судебная коллегия считает несостоятельным, поскольку все имевшиеся противоречия устранены в ходе апелляционного рассмотрения путем допроса эксперта, который подтвердил выводы заключения, указал на допущенные им опечатки в заключении, которые не свидетельствуют о признании положенного в основу приговора заключения эксперта недопустимым доказательством и не являются основанием для отмены приговора. При этом каких-либо нарушений требований уголовного процессуального закона при назначении экспертизы и ее проведении не допущено. При таких обстоятельствах оснований для признания заключения экспертов № 312 от 19 июня 2025 г. недопустимым доказательством не имеется.

Вопреки мнению адвоката, представленному стороной защиты заключению специалиста ФИО8 № 29/25 от 25 августа 2025 г., судом дана надлежащая оценка. В соответствии с частью 1 статьи 58 УПК РФ специалист - лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном УПК РФ, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.

Специалист, в отличие от эксперта, не проводит исследований в порядке, предусмотренном главой 27 УПК РФ, а дает разъяснения по вопросам, входящим в его профессиональную компетенцию, к которым не относится оценка заключения эксперта с точки зрения его допустимости как доказательства, поскольку в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона проверка и оценка доказательств по уголовному делу, находящемуся в производстве суда, относится к исключительной компетенции суда.

Таким образом, в приговоре дана оценка каждому из исследованных в судебном заседании доказательству с приведением мотивов принятого решения. При исследовании и оценке доказательств судом не допущено каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, ставящих под сомнение правильность установления фактических обстоятельств.

Вместе с тем, правильно установив фактические обстоятельства по делу, суд дал неверную юридическую оценку действиям ФИО1, квалифицировав его действия по части 4 статьи 111 УК РФ – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, поскольку таких данных не имеется.

В соответствии с частями 2, 3 статьи 25 УК РФ преступление признается совершенным умышленно, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления, либо не желало, но сознательно допускало эти последствия, либо относилось к ним безразлично.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации при решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения (абзац 2 пункта 3 постановления от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (статья 105 УК РФ)»).

Преступление признается совершенным по небрежности, если лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия (часть 3 статьи 26 УК РФ).

Давая юридическую оценку действиям осужденного, суд не учел, что осужденный, после нанесения удара потерпевшему в переносицу, не причинившего вреда здоровью потерпевшего, никаких других действий, направленных на причинение ему телесных повреждений, не совершал, угроз не высказывал, удар был нанесен рукой без использования каких-либо предметов, не учел характер, локализацию и механизм образования телесного повреждения, состоящего в причинно-следственной связи со смертью, характер иных повреждений (ссадины лица), также не причинивших вреда здоровью потерпевшего, а также то, что телесное повреждение в виде закрытой тупой черепно-мозговой травмы потерпевший получил именно при соударении левой теменной областью о кафельную плитку, а не от удара ФИО1 рукой, сжатой в кулак, в область переносицы. Именно закрытая тупая черепно-мозговой травма по своему характеру непосредственно создала угрозу для жизни и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО7

Кроме того, судебная коллегия учитывает предшествующее преступлению и последующее поведение ФИО1 и потерпевшего ФИО7, их взаимоотношения.

Так, согласно показаниям свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, после падения ФИО7 сознание не терял, позже ФИО7 покинул домовладение.

Из показаний свидетеля Свидетель №3 (УУП ОУУП и ПДН Отдела МВД России «Изобильненский») следует, что, прибыв по указанному адресу, Свидетель №1 сообщил, что конфликт, возникший между ФИО1 и ФИО7 на фоне распития спиртных напитков, улажен, при этом каких-либо повреждений на лице ФИО7 не заметил; по приезде в магазин «Океан» каких-либо телесных повреждений на лице ФИО7 также не было, на состояние здоровья последний не жаловался, визуально он не мог определить, что ФИО7 нуждается в медицинской помощи.

Свидетель Свидетель №5 также показал, что по приезде к магазину он увидел ФИО7 на улице, явных признаков избиения, синяков, ссадин на его лице не было. На улице возле магазина ФИО7 упал, ударившись левой стороной лица. Позже ФИО7 увез участковый.

Таким образом, исходя из совокупности всех обстоятельств, установленных судом, учитывая характер действий ФИО1, способ совершения преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, поведение ФИО1, предшествующее преступлению и после его совершения, и поведение потерпевшего, их взаимоотношения, судебная коллегия делает вывод о том, что, нанося ФИО7 удар в область переносицы, который не причинил никакого вреда здоровью потерпевшего, осужденный не имел намерения причинить его здоровью тяжкий вред, ФИО1 не предвидел возможности причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью (так как закрытая тупая черепно-мозговая травма образовалась в результате соударения левой теменной областью о кафельную плитку ванной комнаты) и смерти, однако при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть падение потерпевшего, которое могло повлечь вред здоровью, в том числе и опасный для жизни, а также наступление смерти.

Судебная коллегия считает, что установленные судом обстоятельства, положенные в основу приговора доказательства свидетельствуют об отсутствии умысла ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, опасного для его жизни, который мог бы повлечь его смерть.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в приговоре не приведено доказательств для обвинения ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО7, повлекшем по неосторожности его смерть, поскольку, исходя из установленных по делу обстоятельств, у виновного отсутствовал прямой умысел на совершение данных действий.

Принимая во внимание обстоятельства, при которых ФИО1 было совершено преступление, судебная коллегия пришла к убеждению, что получение потерпевшим тяжкого вреда здоровью и наступление его смерти явились результатом не нанесенного ему удара, а последствием соударения левой теменной областью о кафельную плитку ванной комнаты, в связи с чем считает необходимым переквалифицировать действия ФИО1 с части 4 статьи 111 УК РФ на часть 1 статьи 109 УК РФ как причинение смерти по неосторожности.

Доводы жалобы осужденного о том, что участковый Свидетель №3 проявил халатность, не вызвав скорую медицинскую помощь ФИО7, находящемуся в тяжелом алкогольном опьянении, судебная коллегия считает необоснованными, учитывая пределы судебного разбирательства в соответствии со статьей 252 УПК РФ.

Вопреки доводам стороны защиты, судебное разбирательство проведено судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с достаточной полнотой и с соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, прав и законных интересов участников процесса, с предоставлением им равных прав по выражению своей позиции, представлению доказательств. Судом созданы все необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Утверждение ФИО1 в апелляционной жалобе о недозволенных методах ведения расследования, выразившихся в причинении травмы головы, гематомах на руках, о которых он боялся сообщить кому-либо как в ходе предварительного расследования, так и в суде первой инстанции, судебная коллегия считает несостоятельным, поскольку опровергается материалами дела - постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 19 марта 2025 г. (том 2 л.д. 102).

Определяя вид и размер наказания ФИО1, судебная коллегия принимает во внимание вносимые изменения, а также требования статей 6, 43, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, установленных судебной коллегий в ходе апелляционного рассмотрения, а также судом первой инстанции: в соответствии с пунктом «и» частью 1 статьи 61 УК РФ - активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку суд первой инстанции в основу обвинительного приговора положил признательные показания подсудимого ФИО1, данные им в ходе предварительного расследования, а также в ходе проверки его показаний на месте, указав, что показания, указанные ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также продемонстрированные им в ходе проверки показаний на месте состоятельны, не противоречат данным комиссионной экспертизы, и подтверждены наличием ссадин на лице, в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ: признание вины ФИО1 на стадии предварительного следствия, состояние здоровья его матери ФИО11, а также состояние здоровья подсудимого ФИО1, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Исключительных обстоятельств, которые позволили бы назначить ФИО1 наказание по правилам статьи 64 УК РФ, не имеется.

Принимая во внимание совокупность всех установленных по делу обстоятельств, подлежащих в силу требований статьи 60 УК РФ учету при назначении наказания, а также исходя из того, что наказание должно быть справедливым, судебная коллегия приходит к выводу, что наказание ФИО1 с учетом ограничений, установленных частью 1 статьи 56 и частью 2 статьи 53.1 УК РФ, следует назначить в виде ограничения свободы с установлением ограничений и возложением обязанности, предусмотренных частью 1 статьи 53 УК РФ.

В связи с изменениями, вносимыми в приговор в части вида наказания, подлежат также учету и положения части 3 статьи 72 УК РФ о зачете времени содержания ФИО1 под стражей с 21 февраля 2025 г. по 04 марта 2026 г. в срок ограничения свободы из расчета один день лишения свободы за два дня ограничения свободы.

В остальном приговор является законными и обоснованными. Иных существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона не установлено.

Учитывая изложенное, апелляционные жалобы подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Изобильненского районного суда Ставропольского края от 8 октября 2025 г. в отношении ФИО1 изменить.

Признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, на основании пункта «и» части 1 статьи 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Переквалифицировать действия ФИО1 с части 4 статьи 111 УК РФ на часть 1 статью 109 УК РФ, по которой назначить наказание в виде ограничения свободы на срок 1 год 10 месяцев.

Установить ФИО1 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования – Изобильненского городского округа Ставропольского края, не изменять свое место жительства и пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы (уголовно-исполнительная инспекция по месту жительства).

Возложить на ФИО1 обязанность один раз в месяц являться на регистрацию в вышеуказанный специализированный орган в установленные им дни и часы.

В силу части 3 статьи 72 УК РФ в срок ограничения свободы зачесть время содержания ФИО1 под стражей и отбывания наказания в виде лишения свободы с 21 февраля 2025 г. по 04 марта 2026 г. из расчета один день лишения свободы за два дня ограничения свободы.

В связи с фактическим отбытием назначенного наказания в виде ограничения свободы, ФИО1 из-под стражи освободить.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы с дополнением – удовлетворить.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренной статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения через суд первой инстанции, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями главы 45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации, предусмотренной статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подаются непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренной статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

При этом осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Н.В. Агаркова

Судья И.А. Ещенко

Судья С.А. Щербаков