Решение № 2-111/2021 2-111/2021(2-887/2020;)~М-899/2020 2-887/2020 М-899/2020 от 23 марта 2021 г. по делу № 2-111/2021

Дело № 2-111/2021

УИД 62RS0010-01-2020-001522-16


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Касимов Рязанская область 24 марта 2021 года

Касимовский районный суд Рязанской области в составе: председательствующей судьи Хохловой М.С.,

при секретаре Рахмановой Л.В.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ.2021 года,

рассмотрел в открытом судебном заседании в помещении Касимовского районного суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГУ – Управление Пенсионного фонда РФ в Касимовском районе Рязанской области (межрайонное) о признании незаконным отказа в назначении пенсии по случаю потери кормильца и понуждении к назначению пенсии,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском, в котором просит признать незаконным решение ответчика № № от ДД.ММ.ГГГГ.2020 года об отказе в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца; обязать пенсионный орган признать его иждивенцем Г. А.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ.2020 года, и назначить ему (истцу) страховую пенсию по случаю потери кормильца с 15.10.2020 года; взыскать с ответчика понесенные судебные расходы в виде госпошлины в размере 300 рублей и оплаты почтовых расходов.

В обоснование иска указал, что ДД.ММ.ГГГГ.2020 года умер его отец Г. А.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Факт родственных отношений между ним (истцом) и умершим подтверждается свидетельством о рождении. Поскольку с ДД.ММ.ГГГГ.2018 года и по настоящее время он (истец) является студентом очного отделения бюджетной основы ГПОУ «Училище (колледж) олимпийского резерва Тульской области» и не достиг возраста 23 лет, то ему в соответствии с действующим законодательством до окончания обучения положена выплата страховой пенсии по случаю потери кормильца. ДД.ММ.ГГГГ.2020 года он обратился в пенсионный орган с заявлением о назначении ему данной пенсии, решением пенсионного органа от ДД.ММ.ГГГГ.2020 года №№ отказано в назначении такой пенсии в связи с неподтверждением факта нахождения на иждивении отца на момент его смерти. Считает данное решение незаконным и необоснованным. Он (истец) является студентом очного отделения бюджетной основы ГПОУ «Училище (колледж) олимпийского резерва Тульской области», срок окончания учебного заведения – ДД.ММ.ГГГГ.2022 года. С момента его рождения и по дату смерти отца, они проживали одной семьей, в <адрес>. На протяжении всей жизни его (истца) отец работал, в том числе и в период его (истца) поступления в училище, что подтверждается трудовой книжкой, работодателями производились отчисления в Пенсионный фонд РФ. После увольнения ДД.ММ.ГГГГ.2019 года по состоянию здоровья (наличие онкологического заболевания) отец начал собирать медицинскую документацию для получения пенсии по инвалидности. В этот период он (истец) продолжал оставаться его иждивенцем, поскольку отец, как только ему становилось лучше, пытался заработать и передать ему (истцу) денег на приобретение одежды, обуви, продуктов питания, поскольку самостоятельно он себя обеспечить не имеет возможности, так как учится. Оформить пенсию по инвалидности весной 2020 года он не смог, в связи с распространением коронавирусной инфекции, а ДД.ММ.ГГГГ.2020 года отец умер. Он (истец) вынужден обратиться в суд за защитой своих прав.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. В судебном заседании 24.02.2021 года истец свои исковые требования поддержал по изложенным выше основаниям.

Его представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить. Пояснила также, что ФИО3 не обращался в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии по инвалидности, поскольку сначала необходимо было сделать операцию, проведение которой было отложено из-за принятых мер в связи с распространением коронавируса; пакет необходимых документов собирался. Она состояла в браке с Г. А.Е. до 2017 года, затем брак был расторгнут решением мирового судьи, за получением свидетельства о расторжении брака в ЗАГС они не обращались, продолжая проживать одной семьей. Пенсия по потере кормильца – это необходимая ее сыну помощь, поскольку он учится и не работает.

Представитель ответчика ГУ – Управление Пенсионного фонда РФ по Касимовскому району Рязанской области (межрайонному) в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте его проведения извещен надлежащим образом; ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие; подержал возражения, согласно которым из представленных истцом в пенсионный орган документов не усматривается, что Г. А.Е. являлся работающим или получателем пенсии на момент смерти, письменных доказательств, подтверждающих размер ежемесячной материальной помощи сыну ФИО1 не представлено, в связи с чем, факт получения помощи, которая является постоянным и основным источником средств к существованию, не может быть установлен.

Представитель третьего лица ГУ - Отделение Пенсионного фонда РФ по Рязанской области в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте его проведения извещен надлежащим образом; возражений не представил.

Суд на основании положений ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте судебного заседания.

Изучив материалы дела, заслушав представителей истца и ответчика, показания свидетелей Ж. М.В., Г. О.А. и В. С.А. (данных ими в судебном заседании 24.02.2021 года) суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом (часть 2 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховую пенсию по случаю потери кормильца, круг лиц, имеющих право на эту пенсию, и условия ее назначения определены Федеральным законом от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

В соответствии с частью 1 статьи 10 названного закона право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке).

Перечень лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, приведен в пунктах 1 - 4 части 2 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях». В их числе - дети умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет.

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (часть 3 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет (часть 4 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»). В то же время факт нахождения на иждивении после достижения ребенком возраста 18 лет в случае его обучения по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет подлежит доказыванию в предусмотренном законом порядке.

Из приведенных нормативных положений следует, что право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, круг которых определен в части 2 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях», если они состояли на иждивении умершего кормильца, то есть находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. При этом не исключается наличие у нетрудоспособного члена семьи умершего кормильца какого-либо собственного дохода. Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего кормильца членом его семьи может быть установлен в том числе и в судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой умершим кормильцем, и его собственными доходами, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником средств к существованию члена семьи умершего кормильца.

Такое толкование понятия «иждивение» согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30.09.2010 года № 1260-О-О.

Само по себе предоставление детям умершего кормильца, обучающимся в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, возможности получать страховую пенсию по случаю потери кормильца, в том числе после достижения совершеннолетнего возраста, согласуется с положениями Конституции РФ (ч. 2 ст. 7; ч. 1 ст. 39), а также международно-правовых актов в области социального обеспечения, нормы которых предусматривают, что термин «ребенок» может охватывать не только лиц, не достигших возраста окончания обязательного школьного образования, но и перешагнувших данный возрастной рубеж, - при условии, что они проходят курс ученичества или продолжают учебу, в связи с чем, страховая пенсия по случаю потери кормильца, выплачиваемая детям умершего кормильца, обучающимся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, по своей правовой природе представляет собой особую меру государственной поддержки, целью которой является создание благоприятных условий для реализации указанной категорией лиц конституционного права на образование.

При этом возникновение у детей умершего кормильца после достижения ими возраста 18 лет права на получение пенсии по случаю потери кормильца обусловлено не просто самим фактом их обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, а освоением ими исключительно основных образовательных программ и лишь по очной форме обучения.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ года родился ФИО1, его родителями являются Г.А.Е. и ФИО2 (свидетельство о рождении №).

Родители истца на момент смерти Г. А.Е. в зарегистрированном браке не состояли, но проживали совместно, были зарегистрированы по адресу: <адрес>, поддерживали фактические брачные отношения, вели совместное хозяйство; с родителями совместно проживал и был зарегистрирован истец ФИО1.

ДД.ММ.ГГГГ.2020 года Г. А.Е. умер (свидетельство о смерти №).

На момент его смерти истец ФИО1 достиг возраста 18 лет.

ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ.2018 года обучается по очной форме обучения на бюджетной основе в ГПОУ «Училище (колледж) олимпийского резерва Тульской области», срок окончания учебного заведения ДД.ММ.ГГГГ.2022 года (справка от ДД.ММ.ГГГГ.2020 года).

Согласно справке ГПОУ «Училище (колледж) олимпийского резерва Тульской области» от ДД.ММ.ГГГГ.2021 года, ФИО1 за время обучения в училище получены выплаты: с сентября 2018 года по декабрь 2018 года (2588,68 рублей) и с января 2020 года по июнь 2020 года (5874,32 рубля) на общую сумму 8463 рубля.

За период 2019-2020 годы доход матери истца ФИО2, работающей в ГАУ РО «СШОР «Лидер», составил 1108236,546 рублей (справки о доходах и суммах налога физического лица за 2020 год и 2019 год).

ДД.ММ.ГГГГ2020 года ФИО1 обратился в УПФР в Касимовском районе Рязанской области (межрайонное) с заявлением о назначении ему страховой пенсии по случаю потери кормильца.

Решением УПФР в Касимовском районе Рязанской области (межрайонное) от ДД.ММ.ГГГГ.2020 г. ФИО1 отказано в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца по причине недоказанности факта нахождения его на иждивении умершего отца – Г. А.Е., который на момент смерти не являлся работающим либо получателем пенсии.

При этом, в данном решении пенсионным фондом установлено, что ФИО1 не имеет никаких средств к существованию.

Согласно трудовой книжке Г. А.Е. АТ-VIII № 4631878 и вкладыша в трудовую книжку №, Г. А.Е. был уволен по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ.2019 года из колхоза <данные изъяты>, где работал с ДД.ММ.ГГГГ.2018 года; данная трудовая книжка и вкладыш в трудовую книжку также содержат сведения о работе умершего с 1998 года.

ФИО3 был застрахован в системе государственного пенсионного страхования; СНИЛС №; являлся получателем пенсии по 3 группе инвалидности в период с 2011 года по 2014 год (удостоверение № №).

Аналогичные сведения содержатся в материалах пенсионного дела № №.

Также в судебном заседании установлено, что Г. А.Е. имел онкологическое заболевание, получал химеотерапию.

Из документов, представленных колхозом <данные изъяты> (ответ № № от ДД.ММ.ГГГГ.2021 года), следует, что Г. А.Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в период с ДД.ММ.ГГГГ года работал в должности рабочего; его заработная плата за 2018 год составила 130666 рублей; за 2019 год – 92097 рублей; в пенсионный фонд перечислены страховые взносы на обязательное пенсионное страхование: в 2018 году – 28306,52 рублей, в 2019 году – 19445,36 рублей (справка № № от ДД.ММ.ГГГГ.2021 года).

Из справки о назначенных пенсиях и социальных выплатах от ДД.ММ.ГГГГ.2020 года № № (находящейся в материалах пенсионного дела № №) следует, что ФИО1 не является получателем пенсии и социальных выплат от ПФР.

Вместе с тем, законом способы оказания помощи умершим кормильцем, а также источники и виды доходов умершего кормильца для ее оказания не определены, эта помощь может быть оказана за счет не только заработной платы, но и иных доходов кормильца, и может выражаться как в денежной, так и в натуральной форме, как-то: в обеспечении продуктами питания, одеждой, лекарственными средствами в целях жизнеобеспечения члена семьи и т.п.

Так, факт оказания ФИО3 помощи своему сыну – истцу ФИО1 подтверждается показаниями свидетелей.

Допрошенная в судебном заседании 24.02.2021 года свидетель Ж. М.В. показала суду, что истца ФИО1 она знает с 6 лет, отца его – Г. А.Е. также знала очень хорошо. Он всю жизнь работал, помогал деньгами сыну. Даже когда он заболел, все равно старался подзаработать, чтобы помочь сыну, поскольку он учится в училище. ФИО1 учится по очной форме обучения по основной программе вместе с ее (свидетеля) сыном. Получателем социальных выплат истец не является, спортом денежные средства не зарабатывает. ФИО3 за три месяца до смерти не вставал, но до мая 2020 года подрабатывал в колхозе <данные изъяты>; получателем пенсии не являлся. Несмотря на то, что основную часть заработанных денег Г. А.Е. отдавал жене – матери истца, он (Г. А.Е.) помогал сыну (истцу) денежными средствами, которые последний тратил на свои нужды.

Допрошенная в судебном заседании 24.02.2021 года свидетель Г. О.А. показала суду, что является матерью истца; с умершим Г. А.Е. она в браке не состояла, брак расторгнут в 2017 году, но они проживали вместе до его (Г. А.Е.) смерти; поддерживали брачные отношения, проживали в одном доме, вели совместное хозяйство. Она работает, ее доход составляет 35-37 тыс. рублей в месяц. Ее сын ФИО1 обучается по очной форме обучения, получателем стипендии либо социальных выплат не является, дохода от занятия спортом не имеет. Ранее Г. А.Е. получал пенсию в период 2011-2014г., у него была черепно-мозговая травма, но в определенный момент инвалидность сняли. Г. А.Е. всегда работал, до смерти работал в колхозе <данные изъяты>; у него была фиксированная ежемесячная выплата, а также доплата за подработку. Иногда он приносил домой 30 тыс. рублей, иногда - 12 тыс. рублей; все зависело от сезона. После ухода с работы Г. А.Е. в основном проходил лечение, но в перерывы между лечениями он старался выходить на подработку.

Допрошенная в судебном заседании свидетель В. С.А. показала суду, что знает семью истца с 2010 года, она хорошо общается с матерью истца ФИО2. Она (свидетель) знает, что истец учится по очной форме обучения в спортивном училище. Со слов ФИО2 знает, что Г. А.Е. в период с 2018 года по 2020 год работал в колхозе, потом он заболел, был на длительном лечении. Г. А.Е. хотел оформить группу по инвалидности, но не получилось в связи с эпидемией. Г. А.Е. всегда подрабатывал, старался помочь своему сыну ФИО1 денежными средствами, т.к. ему нужно было покупать спортивное обмундирование, спортивный инвентарь.

Не доверять показаниям данных свидетелей у суда нет оснований, поскольку они предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания последовательны, логичны и соответствуют принципам относимости и допустимости доказательств.

Таким образом, в судебном заседании нашел свое подтверждение факт того, что ФИО1, являясь сыном умершего кормильца Г. А.Е., достиг на момент смерти кормильца возраста 18 лет, не работает и обучается по очной форме обучения по основным образовательным программам в организации, осуществляющей образовательную деятельность, имеет право на получение страховой пенсии по случаю потери кормильца до окончания им такого обучения, но не дольше чем до достижения возраста 23 лет. Кроме того, совершеннолетнего возраста истец достиг ДД.ММ.ГГГГ2020 года (Г. А.Е. умер ДД.ММ.ГГГГ2020 года), после достижения совершеннолетия продолжал находиться на иждивении родителей, то есть оставался на их полном содержании и получал от них такую помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию.

Положения приведенных норм права о круге лиц, имеющих право на получение страховой пенсии по случаю потери кормильца, и об условиях назначения данной пенсии пенсионным органом к спорным отношениям применены неверно, вследствие чего решение УПФР в Касимовском районе Рязанской области (межрайонное) от ДД.ММ.ГГГГ.2020 года №№ об отказе ФИО1 в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца нельзя признать правомерным.

Суждение пенсионного органа об отсутствии оснований полагать, что оказываемая ФИО3 помощь являлась постоянным и основным источником средств к существованию ФИО1, поскольку у Г. А.Е. не было стабильного заработка, из которого начисляются и уплачиваются налоги и соответствующие страховые взносы, несостоятельно в связи с вышеизложенным.

Судом установлено, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ.2018 года обучается по очной форме обучения по основной образовательной программе в ГПОУ «Училище (колледж) олимпийского резерва Тульской области»; получателем стипендии не является.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, при освоении лицом образовательной программы в очной форме - в отличие от обучения по очно-заочной (вечерней) и заочной формам - устанавливается максимальный объем аудиторной нагрузки, что предполагает обучение в качестве основного вида деятельности данного лица; исходя из этого специфика организации учебного процесса в рамках названной формы получения образования существенно ограничивает возможности приобретения детьми умершего кормильца, обучающимися по очной форме обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, постоянного источника средств к существованию за счет самостоятельной трудовой деятельности, а потому отнесение их к числу нетрудоспособных членов семьи умершего кормильца, имеющих право на получение пенсии по случаю потери кормильца, обусловлено тем, что эти дети, лишившись необходимого материального содержания, для завершения процесса обучения нуждаются в поддержке со стороны государства (постановления от 05.12.2017 года № 36-П, от 27.11.2009 года № 18-П, определение от 17.12.2001 года № 1071-О-О).

Кроме того, суд учитывает, что ФИО3 предпринимались попытки к оформлению пенсии по инвалидности, однако пенсию оформить не получилось в связи с ограничениями, введенными в связи с распространением COVID-2019.

Принимая решение в пользу истца, суд указывает дату, с которой назначается страховая пенсия по случаю потери кормильца.

Согласно ч. 1 ст. 22 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона (ч. 2 ст. 22).

Согласно ч. 5 ст. 22 указанного федерального закона, страховая пенсия назначается ранее дня обращения за страховой пенсией, определенного частью 2 настоящей статьи, в следующих случаях: … 3) страховая пенсия по случаю потери кормильца - со дня смерти кормильца, если обращение за указанной пенсией последовало не позднее чем через 12 месяцев со дня его смерти, а при превышении этого срока - на 12 месяцев раньше того дня, когда последовало обращение за указанной пенсией.

Г. А.Е. умер ДД.ММ.ГГГГ2020 года. С заявлением о назначении ему страховой пенсии по случаю потери кормильца ФИО1 обратился в УПФР в Касимовском районе Рязанской области (межрайонное) ДД.ММ.ГГГГ.2020 года, то есть не позднее чем через 12 месяцев со дня смерти Г. А.Е.. Следовательно, страховая пенсия по случаю потери кормильца в данном случае должна быть назначена со дня смерти кормильца – 23.08.2020 года.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ст. 88 ГПК РФ).

При подаче иска истцом уплачена государственная пошлина в размере 300 рублей, что подтверждается квитанцией от 08.12.2020 года, а также понесены почтовые расходы в размере 66 рублей.

Указанные расходы подлежат возмещению истцу за счет ответчика в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ГУ – Управление Пенсионного фонда РФ в Касимовском районе Рязанской области (межрайонное) о признании незаконным отказа в назначении пенсии по случаю потери кормильца и понуждении к назначению пенсии – удовлетворить.

Признать незаконным решение Государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда РФ в Касимовском районе Рязанской области (межрайонное) от ДД.ММ.ГГГГ 2020 года № № об отказе ФИО1 в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца.

Обязать Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда РФ в Касимовском районе Рязанской области (межрайонное) назначить ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, страховую пенсию по случаю потери кормильца – Г.А.Е., умершего ДД.ММ.ГГГГ 2020 года, с ДД.ММ.ГГГГ 2020 года.

Взыскать с Государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда РФ в Касимовском районе Рязанской области (межрайонное) в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 (триста) рублей, а также почтовые расходы в сумме 66 (шестьдесят шесть) рублей.

Решение в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме может быть обжалованном в апелляционном порядке в Рязанский областной суд с подачей жалобы через Касимовский районный суд Рязанской области.

Судья М.С. Хохлова

Мотивированное решение изготовлено 25 марта 2021 года.

Судья М.С. Хохлова