Решение № 2-1117/2017 2-1117/2017~М-862/2017 М-862/2017 от 21 июня 2017 г. по делу № 2-1117/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 июня 2017 года г.Георгиевск

Георгиевский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Курбановой Ю.В.,

при секретаре Семеновой О.С.,

с участием истца ФИО9, его представителя ФИО10, действующей по доверенности,

ответчика ФИО12,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 к ФИО12, ФИО13 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО9 обратился в суд с иском к ФИО12, ФИО13, в котором просит признать договор купли-продажи недвижимости, заключенный между ФИО13 и ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ недействительным, применить последствия недействительности сделки.

В обоснование своих исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ между его отцом ФИО13 и его (истца) братом ФИО12 заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, собственником которых являлся ФИО13 До 2007 года он со своей семьей проживал в данном доме. Считает, что совершением данной сделки нарушены его права, поскольку до 2007 года он произвел в доме капитальный ремонт, нес бремя содержания за ним. В свою очередь, ответчик ФИО12 до 2015 года проживал в Украине, затем оставил там свое домовладение и переехал к отцу, но сделал это во второй половине 2015 года, и на момент заключения договора купли-продажи не мог находиться на территории России.

Указывает, что данная сделка исключила возможность отчуждения дома и земельного участка в будущем в его пользу, полагает, что ответчик ФИО12 уговорил отца подписать доверенность на оформление сделки, суть которой ответчик ФИО13 даже не понимал в силу имеющегося онкологического заболевания, регулярного приема психотропных препаратов, своего возраста и юридической неграмотности, и в момент совершения сделки находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

Данный дом является единственным жильем отца, а ответчик ФИО12, проживая в нем по настоящее время, не несет бремя содержания за него.

Кроме того, деньги фактически не были переданы продавцу, сделка носила безвозмездный характер, средств на покупку дома и земли у ФИО12 не имелось.

В судебном заседании истец ФИО9 исковые требования поддержал в полном объеме, считает сделку недействительной, в том числе ввиду неполучения денежных средств продавцом за отчуждение принадлежащего ему недвижимого имущества.

Его представитель ФИО10 также поддержала исковые требования своего доверителя, просила удовлетворить их в полном объеме, полагает, что сделка состоялась без передачи денежных средств, и фактически ответчик ФИО13 подарил дом своему сыну – ответчику по делу.

Ответчик ФИО12 в судебном заседании заявленные исковые требования не признал, поскольку данная сделка носила исключительно добровольный характер, его отец, ответчик ФИО13 вместе с матерью сами попросили его приехать к ним, чтобы «досматривать», сообщив, что дом продадут ему. Он в сентябре 2015 года приехал в Россию, на Украине у него было свое жилье и хозяйство, но он все продал. Не отрицает, что в марте 2015 года он действительно не пересекал границу России и Украины, договор купли-продажи дома и земельного участка был заключен в марте 2016 года, доверенность, выданная отцом на имя ФИО1, также оформлена в марте 2016 года, и право собственности зарегистрировано в апреле 2016 года. В договоре купли-продажи произошла техническая ошибка, на которую он внимания не обратил, пока не столкнулся с этим в настоящее время в связи с судебным разбирательством. Его отец не страдал как на момент совершения сделки, так и в настоящее время онкологическим заболеванием, тем более не принимал и не принимает никаких психотропных препаратов. Денежные средства за дом и землю он передал родителям, мать их пересчитала, обе стороны сделки действовали совершенно добровольно. Истец сам испортил отношения с их отцом – ответчиком ФИО13 и своей матерью, бросил их, стал жить отдельно, а он ухаживал с момента приезда и продолжает ухаживать до сих пор за своими родителями. При этом, ФИО13 находится в здравом уме, всех узнает, общается. У него имеется заболевание мочевого пузыря, гипертоническая болезнь, но не психическое заболевание, он отдает полный отчет своим действиям. Просит в удовлетворении исковых требований истца отказать.

В выездном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО13 не признал исковых требований своего сына ФИО9, суду пояснил, что свой дом добровольно, без какого-либо давления продал другому сыну – ответчику по делу Г. При этом указал, что денег от сделки он не получал.

В судебное заседание не явилось третье лицо – ФИО1, извещенная о его времени и месте в соответствии со ст. 113 ГПК РФ, при этом, участвуя в судебном заседании ранее, просила об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО9, пояснив, что она от имени ФИО13 заключала оспариваемый договор купли-продажи, действовала по выданной ей продавцом доверенности, удостоверенной специалистом администрации <адрес>. Но договор заключался не ДД.ММ.ГГГГ, а ДД.ММ.ГГГГ, в нем имеется техническая ошибка, которая обнаружена лишь в связи с судебным разбирательством.

В судебное заседание не явилось третье лицо - администрация МО <адрес>, извещенная о его времени и месте, согласно поступившего ходатайства, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие.

В соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие третьих лиц.

Выслушав стороны, проверив материалы гражданского дела, исследовав представленные доказательства, суд находит исковое заявление необоснованным и не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно пункту 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

Правовыми последствиями договора купли-продажи жилого помещения является переход права собственности на него от продавца к покупателю, прошедший государственную регистрацию.

На основании п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п.п. 1 и 2 ст. 167 ГПК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО13 и ФИО12 (ответчиками по делу) заключен договор купли-продажи земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>.

Собственником отчуждаемого недвижимого имущества является ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что сторонами не оспаривается.

ДД.ММ.ГГГГ ответчиком ФИО13 выдана доверенность на имя третьего лица - ФИО1 на совершение вышеуказанной сделки, удостоверенная специалистом администрации муниципального образования <адрес> ФИО3, доверенность подписана в ее присутсвии, личность ФИО13 установлена, дееспособность проверена.

ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано право собственности ФИО12 на жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним внесена запись №.

В соответствии с п. 5 оспариваемого договора купли-продажи недвижимого имущества, отчуждаемая недвижимость оценена сторонами в 400 000 рублей, из текста договора следует, что указанная сумма была уплачена продавцу до подписания договора.

В установленном законом порядке ответчик ФИО13 недееспособным не признан, что сторонами и не оспаривалось.

Таким образом, судом установлено, что при заключении оспариваемого договора купли-продажи жилого дома и земельного участка сторонами сделки были согласованы все существенные условия, предусмотренные действующим законодательством, в том числе, цена договора; сторонами сделки требований о признании сделки недействительной не предъявлялось, сделка именно сторонами договора не оспаривается, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что истец не имеет охраняемого законом интереса для оспаривания указанного договора купли продажи, поскольку его права заключением указанного договора купли-продажи не нарушены.

В силу п. 1 ст. 1, п. 1 ст. 11, ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), ст. 3 Гражданского процессуального кодекса РФ предъявление любого требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права, а также установление факта нарушения прав истца ответчиком.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса).

С учетом изложенного, под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участником сделки либо за лицом, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

Однако истцу в данном конкретном случае не предоставлено права требовать признания недействительным заключенного договора купли-продажи, указывая на то, что, по его мнению, фактически получение денежных средств, указанных в договоре, ответчиком ФИО13 не состоялось, поскольку стороны, в силу ст. 421 ГК РФ, свободны в заключении договора, а право оспаривать сделку по указанному основанию принадлежит сторонам по сделке, истец же стороной в указанной сделке не является.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса). В силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относится сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства (пункт 1 статьи 171 Гражданского Кодекса РФ) (п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Однако у суда не имеется оснований для применения указанной нормы права и удовлетворения в связи с этим требований ФИО13 о признании договора купли-продажи недействительным, поскольку сам он стороной указанной сделки не являлся, и выданная ответчиком ФИО13 доверенность на имя ФИО1 на совершение оспариваемого договора, также никем не оспаривалась.

У суда отсутствуют основания по собственной инициативе в силу закона для признания ничтожной вышеуказанной доверенности и, как следствие, договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 171 Гражданского кодекса РФ, так как на момент выдачи доверенности и совершения договора ответчик ФИО13, как и в настоящее время, не был признан недееспособным вследствие психического расстройства, поскольку гражданин считается недееспособным с момента вступления в законную силу решения суда о признании его недееспособным и в соответствии со ст. 32 Гражданского кодекса РФ ему назначается опекун.

Вместе с тем, судом по делу допрошены свидетели:

Свидетель ФИО8., пояснившая, что она является женой ответчика ФИО13 и матерью истца ФИО9, ответчика ФИО14 Ранее истец ФИО9 с семьей проживал вместе с ними в спорном домовладении, потом у них не сложились отношения и они ушли. Поскольку они престарелые люди, то с мужем решили, что дом достанется тому, кто будет их «досматривать». Они позвонили своему сыну – ответчику Г., который проживал в Украине, и попросили его приехать к ним. ФИО14 продал там дом и в сентябре 2015 года приехал в Россию. Они с мужем приняли совместное решение о том, чтобы продать ему дом. Ответчик ФИО13 добровольно дал доверенность ФИО1 на оформление сделки, а Г. отдал им деньги, которые она пересчитывала. ФИО13 находился и находится по сей день в здравом уме, в настоящий момент его состояние ухудшилось после того, как он узнал о том, что сын подал в суд, он плакал. Рака у него нет, психотропных и наркотических препаратов им никто не назначал, и муж их, соответственно, не употреблял. Он принимает препараты по списку, выданным врачом – для сосудов, от давления и от болезни мочевого пузыря.

Свидетель ФИО4 пояснил, что он является братом ФИО14 и В., и сыном ответчика ФИО13 Ему известно, что в сентябре 2015 года Г. приехал из Украины в Россию к родителям по их просьбе, так как они хотели, чтобы их «досматривали». Поскольку В. от них ушел, а он работает, то родители решили, что дом достанется Г.. Лично он не был против этого. Считает, что дом был продан отцом добровольно. Отец болеет около 8-9 лет, однако никаких приступов и припадков, как указывает истец, у него не было и нет. Он всех узнает, всегда был в адекватном психическом состоянии. Его здоровье пошатнулось в последние месяцы, особенно когда он узнал, что идет разбирательство в суде, плакал.

Свидетель ФИО11 показала, что она является женой ФИО4, снохой ответчика ФИО13 Ей известно, что ФИО14 осенью 2015 года приехал в Россию к своим родителям по их просьбе. Знает также, что свой дом ответчик продал Г. после нового года, т.е. в 2016 году. Ответчик ФИО13 болеет, у него заболевание мочевого пузыря, но не онкология, на учете у онколога он не состоит. Она сама медицинская сестра. Психотропных и иных, изменяющих сознание человека препаратов, он не получал и не получает, так как их приобретают по рецепту, а такого им врач не давал, и в этом нет необходимости. Он принимает противомикробные препараты для мочевого пузыря, лекарства для сосудов, от давления. Неадекватного поведения у ее свекра никогда не было. В последнее время ему стало хуже в связи с сильными переживаниями из-за судебного разбирательства.

Свидетель ФИО11 показала, что она – жена ответчика ФИО14. В конце сентября 2015 года они с мужем по просьбе его родителей переехали к ним из Украины, так как свекор старый, а сын – истец В. от них ушел. Перед отъездом они продали свои машину, дом, хозяйство, при себе имели деньги в различной валюте. В марте 2016 года между ее мужем свекром был оформлен договор купли-продажи дома и земли, за что Г. отдал деньги родителям. Свекор сам желал совершения такой сделки.

Свидетель ФИО5 показала, что она является женой истца ФИО9, знает, что в сентябре-октябре 2015 года приехал ответчик ФИО14 из Украины, и дом ее свекра – ответчика ФИО13, был продан ему в конце 2015 года – начале 2016 года. В этом доме они ранее проживали, делали в нем ремонт. Примерно в 2014 году у свекра было неадекватное поведение – он никого не узнавал, бросался на свекровь, называл ее «ведьмой», в связи с чем истец вызывал фельдшера ФИО6

Свидетель ФИО6 показала, что она работает врачом-терапевтом, заведующей амбулатории <адрес>, может пояснить, что незадолго до судебного заседания она посещала ФИО13, который ей жаловался на головокружение и слабость, у него высокое давление, для лечения сосудов употребляет соответствующее лекарство. Также у него имеется цистома мочевого пузыря, было нагноение, абсцесс, все это удалялось и лечилось. В настоящее время онкологии у него нет, и психотропные, наркотические препараты не назначались, что также следует из амбулаторной карты больного. Он ориентирован в пространстве и времени, адекватно отвечает на вопросы, но немного заторможен. При наличии признаков психического расстройства у больного, она бы связалась с психиатром, вызвала его на дом, однако необходимости такой не было.

Свидетель ФИО7 пояснила, что она работает участковым терапевтом в <адрес>, и знает ответчика ФИО13, у которого, как она понимает, рак мочевого пузыря. Но как видно из амбулаторной книжки, данный диагноз стоит под вопросом, так как И.Я. необходимо дообследоваться. Лично она ему не выписывала никаких психотропных и наркотических препаратов.

Таким образом, из анализа показаний свидетелей ФИО2, ФИО4, ФИО11 (супруги ответчика ФИО12) следует о добровольном отчуждении ФИО13 принадлежащего ему недвижимого имущества, о продаже ответчиком ФИО12 своего имущества в Украине, а также о передаче своему отцу, как продавцу, денежных средств за покупку дома и земельного участка.

Доводы стороны истца о недействительности сделки в связи с возможной недееспособностью продавца, суд не принимает во внимание, поскольку они являются лишь предположением стороны истца, и по данному основанию право оспаривания сделки принадлежит стороне сделки, и истец указанным правом не обладает.

Доводы стороны истца о том, что он ранее проживал в спорном домовладении, производил в нем ремонт, нес бремя содержания за ним, что этот дом является единственным жильем продавца, и указанной сделкой последний ухудшил свое имущественное положение, преследуя цель исключить возможность отчуждения недвижимого имущества в пользу третьих лиц, суд считает необоснованными, поскольку указанные обстоятельства не являются основанием для признания оспариваемой сделки недействительной, не свидетельствует о нарушении права истца при ее заключении.

Довод истца в судебном заседании о том, что его отец не подтвердил факта получения денежных средств за продажу дома и земли, не влечет за собой удовлетворения исковых требований, заявленных непосредственно ФИО9, не являющимся стороной сделки.

Кроме того, суд учитывает, что ответчик ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является престарелым человеком, имеет различные заболевания, в том числе, сосудистые нарушения, связанные с повышенным давлением, и в настоящее время, как установлено показаниями ряда свидетелей, его состояние ухудшилось, при этом свидетель ФИО2 подтвердила факт получения денег ее супругом.

Таким образом, оценив установленные в судебном заседании обстоятельства с учетом приведенных положений действующего законодательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к окончательному выводу о том, что в удовлетворении заявленных истцом требований надлежит отказать в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО9 к ФИО12, ФИО13 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительным, применении последствий недействительности сделки, – отказать.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Георгиевский городской суд в течение месяца, со дня его принятия судом в окончательной форме.

(Мотивированное решение изготовлено 26 июня 2017 года).

Судья Ю.В.Курбанова