Решение № 2-567/2019 2-567/2019~М-449/2019 М-449/2019 от 26 ноября 2019 г. по делу № 2-567/2019

Дело №2-567/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 ноября 2019 года г.Чебаркуль Челябинской области

Чебаркульский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Тимонцева В.И.,

при секретаре Рудык А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании, с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя ответчика СПК «Звягино» - ФИО3, третьего лица ФИО9, гражданское дело по иску ФИО1 к сельскохозяйственному производственному кооперативу «Звягино» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к СПК «Звягино» о взыскании материального ущерба в размере 1147000 рублей; расходов на оплату услуг эксперта в размере 10000 рублей; а также расходов на оплату государственной пошлины.

В обоснование иска указал, что ---- в 07 часов 05 минут на 33 км. автомобильной дороги Бишкиль-Варламово Чебаркульского района Челябинской области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием трактора <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, с прицепом <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащих СПК «Звягино», под управлением водителя ФИО10, автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением и принадлежащем на праве собственности истцу, а также автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением ФИО4 Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО10, который не предвидя возможности наступления опасных последствий действий, выехал на дорогу в темное время суток с технически неисправными огнями, за что был привлечен к административной ответственности по ч.1 ст.12.15 КоАП РФ. Постановлением Чебаркульского городского суда Челябинской области от 28 декабря 2018 года ФИО10 освобожден от уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч.1 ст.264 УК РФ, в связи с примирением с потерпевшими. Согласно экспертному заключению № от ----, ремонт транспортного средства <данные изъяты> экономически является нецелесообразным. Рыночная стоимость указанного автомобиля до дорожно-транспортного происшествия составляет 2030000 рублей, стоимость годных остатков – 483000 рублей. ---- ПАО СК «Росгосстрах» выплатило ФИО1 страховое возмещение в размере 400000 рублей. Таким образом, размер не возмещенного ущерба составляет 1147000 рублей (2030000,0 руб. – 483000,0 руб. – 400000,0 руб.) (т.1, л.д.2-4).

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по указанным в иске основаниям, суду пояснил, что утром ---- на принадлежащем ему на праве собственности автомобиле <данные изъяты> выехал из <адрес> в <адрес>. Двигаясь по автомобильной дороге Варламово-Бишкиль Чебаркульского района между д.Колотовка и д.Звягино он внезапно увидел перед своим автомобилем трактор <данные изъяты> с тракторной тележкой, которые двигались по его полосе движения в попутном направлении со скоростью 5-7 км/ч с выключенными на тракторной тележке габаритными огнями. Чтобы избежать столкновения с тракторной тележкой, он выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с движущимся во встречном направлении автомобилем <данные изъяты>. От удара с автомобилем <данные изъяты> его автомобиль развернуло и он совершил столкновение с тракторной тележкой. ДТП произошло в темное время суток на неосвещенном участке дороги. В момент ДТП его автомобиль двигался со скоростью около 90 км/ч. Трактор с тележкой он увидел на незначительном расстоянии от своего автомобиля, поэтому принял решение не тормозить, а объехать их слева. Такой маневр он сделал машинально, почему не стал применять торможение, пояснить не смог. Полагал, что виновником ДТП является водитель ФИО10, который управлял трактором с тележкой в темное время суток с неработающими габаритными огнями, что не позволило истцу заблаговременно увидеть препятствие и принять меры к снижению скорости.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 по нотариальной доверенности от ---- (т.1, л.д.6) в судебном заседании полагала исковые требования подлежащими удовлетворению, суду пояснила, что ответственность за вред, причиненный автомобилю истца в результате ДТП, должно нести СПК «Звягино», поскольку ФИО10 являлся работником ответчика и в момент совершения ДТП выполнял трудовые обязанности. Просила критически отнестись к заключению судебной экспертизы, поскольку в ходе проведенного следственного эксперимента в рамках расследования уголовного дела было установлено, что видимость составляла около 25 м., в связи с чем ФИО1 не располагал технической возможностью применив экстренное торможение избежать ДТП. Указала, что экспертами не представлено документов об их образовании, членстве в саморегулируемой организации, трудоустройстве в ФБУ «Челябинская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации, а также, что использованное ими программное обеспечение является лицензированным. В подтверждение указанных доводов истцом представлено заключение специалиста ООО «Гарант», который также пришел к выводу, что у ФИО1 в рассматриваемой ситуации отсутствовала техническая возможность предотвратить столкновение с применением экстренного торможения. Также указала, что постановление Чебаркульского городского суда Челябинской области от 28 декабря 2018 года о прекращении уголовного дела в отношении ФИО10 в связи с примирением с потерпевшим имеет преюдициальное значение.

Представитель ответчика СПК «Звягино» - ФИО3 по доверенности от ---- (т.1, л.д.157) в судебном заседании против удовлетворения иска возражал, суду пояснил, что ДТП произошло по вине истца ФИО1, который управляя автомобилем <данные изъяты> в темное время суток, не выбрал безопасный скоростной режим, превысил установленную скорость движения, двигаясь со скоростью 110 км/ч, при обнаружении опасности не принял мер к остановке транспортного средства, а выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты>. Полагал, что действия водителя трактора находятся в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП лишь в части того, что они создали опасность для движения автомобиля истца. В то же время, именно действия ФИО1, который если бы двигался с разрешенной скоростью, имел техническую возможность, применив экстренное торможение, избежать ДТП, а также который изменил направление движения автомобиля и выехал на полосу встречного движения, где и совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты>, являются непосредственной причиной ДТП. Не отрицал, что в момент ДТП водитель ФИО10, являющийся работником СПК «Звягино», перегонял трактор и тракторную тележку по заданию работодателя.

Третье лицо ФИО9 в судебном заседании полагал, что виновником ДТП является истец ФИО1, который превысил установленную скорость движения и выехал на полосу встречного движения. Также пояснил, что трактор двигался со включенными на нем фарами. Автомобиль <данные изъяты> на встречной полосе движения он заметил на расстоянии 15-20 м. Участок дороги, где произошло ДТП, являлся ровным примерно в 300 м. от места столкновения в каждую сторону. Полагал, что истец в темное время суток видел свет фар от автомобиля <данные изъяты>, которым он управлял, и должен был это учитывать при совершении маневра выезда на полосу встречного движения.

Третье лицо ФИО10, представители третьих лиц ПАО СК «Росгосстрах», АО ГСК «Югория», ООО «Уйское» в суд не явились. Третьи лица извещены о месте и времени судебного заседания, сведений о причинах неявки в суд не представили (т.2, л.д.124, 128, 129, 130, 133-134).

Судом определено рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя ответчика СПК «Звягино» - ФИО3, третьего лица ФИО9, показания эксперта ФИО11, исследовав письменные доказательства по делу, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.

В соответствии с п.3 ст.1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст.1064 ГК РФ), то есть при наличии вины лица, причинившего вред.

Согласно п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п.1 ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Статьей 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п.1 ст.929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно пп.2 п.2 ст.929 ГК РФ по договору имущественного страхования могут быть, в частности, застрахованы риск ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, а в случаях, предусмотренных законом, также ответственности по договорам - риск гражданской ответственности.

В силу п.1, п.4 ст.931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно п.1 ст.947 ГК РФ сумма, в пределах которой страховщик обязуется выплатить страховое возмещение по договору имущественного страхования или которую он обязуется выплатить по договору личного страхования (страховая сумма), определяется соглашением страхователя со страховщиком в соответствии с правилами, предусмотренными настоящей статьей.

В соответствии со ст.1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Частью 1статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» установлено, что владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В соответствии с пп.«Б» ст.7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего составляет 400000 рублей.

Согласно ч.4 ст.61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом..

В судебном заседании установлено следующее.

---- около 07 часов 05 минут на участке 33 км. автомобильной дороги Бишкиль-Варламово Чебаркульского района Челябинской области водитель ФИО1, управлявший принадлежащем ему на праве собственности автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты><данные изъяты> двигавшейся в темное время суток со скоростью 110 км/ч, обнаружив двигавшийся впереди на своей полосе движения трактор <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, с прицепом <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением ФИО10, принадлежащие на праве собственности СПК «Звягино», с не горящими на прицепе габаритными огнями, изменил направление движения влево, выехал на сторону встречного движения, где произошло столкновение автомобиля <данные изъяты> с двигавшимся во встречном направлении автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО9, принадлежащем на праве собственности ООО «Уйское».

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, причинены механические повреждения.

Указанные обстоятельства установлены постановлением Чебаркульского городского суда Челябинской области от 28 декабря 2018 года об освобождении ФИО10 от уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч.1 ст.264 УК РФ, прекращении производством уголовного дела в связи с примирением с потерпевшими (т.2, л.д.59-60); паспортом транспортного средства (т.1, л.д.7); сообщением инспекции <адрес> от ---- (т.1, л.д.53); карточками учета транспортных средств (т.1, л.д.55, 56); постановлением по делу об административном правонарушении от ---- (т.1, л.д.161); оптическим диском, с записью видеорегистратора автомобиля <данные изъяты> в момент ДТП (т.1, л.д.212); рапортами о происшествии (т.1, л.д.213-219, 222-223); справкой о ДТП (т.1, л.д.231, 232); протоколом осмотра места совершения административного правонарушения от ---- (т.1, л.д.233-236); письменными объяснениями ФИО1, ФИО5, ФИО10 об обстоятельствах ДТП (т.1, л.д.238, 239, 240); протоколом осмотра места происшествия от ---- (т.1, л.д.243-245); протоколами допроса потерпевших ФИО9 и ФИО6 от 12 и ---- (т.1, л.д.246-249, 250-252); протоколами допроса свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО1, ФИО5 от 05 и ----, от ---- (т.2, л.д.1-3, 4-6, 7-9, 10-12); протоколами осмотра предметов от 08, 09 и ---- (т.2, л.д.13-15, 16-17, 18-21); протоколом допроса подозреваемого ФИО10 от ---- (т.2, л.д.22-25); протоколом допроса обвиняемого ФИО10 от ---- (т.2, л.д.26-29); протоколом судебного заседания Чебаркульского городского суда Челябинской области по уголовному делу по обвинению ФИО10 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ (т.2, л.д.30-58); объяснениями истца ФИО1, третьего лица ФИО9, данными в судебном заседании.

ФИО10 с ---- состоит в трудовых отношениях с СПК «Звягино» в должности тракториста-машиниста <данные изъяты> и в момент дорожно-транспортного происшествия по заданию работодателя осуществлял перегон трактора <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, с прицепом <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, из д.<адрес> для ремонта тракторной телеги, что подтверждается распоряжением о приеме на работу №-к от ---- (т.1, л.д.158); трудовым договором № от ---- (т.1, л.д.160); протоколом допроса подозреваемого ФИО10 от ---- (т.2, л.д.22-25); протоколом допроса обвиняемого ФИО10 от ---- (т.2, л.д.26-29); объяснениями представителя ответчика СПК «Звягино» - ФИО3, данными в судебном заседании, и не оспаривается сторонами.

На момент совершения дорожно-транспортного происшествия риски гражданской ответственности владельца трактора <данные изъяты> государственный регистрационный знак <данные изъяты>, владельца автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, были застрахованы по договору ОСАГО в ПАО СК «Росгосстрах», риск гражданской ответственности владельца автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, был застрахован по полису ОСАГО в АО ГСК «Югория», что подтверждается справкой о ДТП (т.1, л.д.231-232); материалами выплатного дела (т.1, л.д.134-153).

---- ФИО1 обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о страховом возмещении, которое признав произошедшее дорожно-транспортное происшествие страховым случаем, произвело выплату страхового возмещения в размере 400000 рублей, что подтверждается заявлением о страховом возмещении по договору ОСАГО от ---- (т.1, л.д.134-136); отказом в осуществлении прямого возмещения убытков (т.1 л.д.144); актами осмотра транспортного средства (т.1, л.д.144-оборот - 152); актом о страховом случае от ---- (т.1, л.д.153); объяснениями истца ФИО1, его представителя ФИО2, данных в ходе рассмотрения дела.

В обоснование размера причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия ущерба истцом ФИО1 представлено заключение ООО «Гарант» № от ----, согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты> без учета износа составляет 3228700 рублей, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты> с учетом износа – 2796700 рублей, стоимость транспортного средства <данные изъяты> в неповрежденном состоянии – 2030000 рублей, стоимость годных остатков поврежденного транспортного средства – 483000 рублей (т.1, л.д.11-42).

За подготовку указанного заключения ФИО1 оплачено 10000 рублей, что подтверждается квитанцией № от ---- (т.1, л.д.10).Для возложения на лицо ответственности за причинение вреда необходимо установление совокупности условий, включающей наличие вреда, противоправное поведение (действие, бездействие) причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением и наступившим вредом, а также вину причинителя вреда.

При этом, в силу п.2 ст.1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с п.2.3.1 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090, запрещается движение транспортных средств при негорящих (отсутствующих) фарах и задних габаритных огнях в темное время суток или в условиях недостаточной видимости.

Пункт 3.3 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, запрещает движение транспортных средств при неработающих в установленном режиме внешних световых приборах.

Из материалов дела следует, что трактор <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, с прицепом <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением ФИО10 во время дорожно-транспортного происшествия в темное время суток двигался с неработающими на прицепе габаритными огнями.

Отсутствие задних габаритных огней у прицепа трактора не позволяло водителю автомобиля <данные изъяты> ФИО1 заблаговременно обнаружить препятствие на пути своего движения в виде тихоходного транспортного средства и своевременно принять необходимые меры в целях предотвращения дорожно-транспортного происшествия.

В то же время, по ходатайству представителя ответчика СПК «Звягино» - ФИО3 определением Чебаркульского городского суда Челябинской области от 04 июля 2019 года по делу назначена комплексная судебная автотехническая-автотовароведческая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФБУ «Челябинская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации (т.2, л.д.63-65).

Из заключения комплексной судебной автотехнической-автотовароведческой экспертизы, выполненной экспертами ФБУ «Челябинская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации <данные изъяты>. следует, что при исследовании видеозаписи с видеорегистратора, установленного в автомобиле <данные изъяты>, установлено, что время с момента начала смещения автомобиля <данные изъяты> влево до момента, когда передняя часть автомобиля с видеорегистратором поравнялась с задней левой угловой частью тракторного прицепа, составило около 1,201 с. Средневзвешенное значение скорости автомобиля <данные изъяты> на всем интервале времени за 5 с. до столкновения составило 110 км/ч. Данные видеозаписи о времени 1,2 с. с момента, когда водитель автомобиля <данные изъяты> начал изменять направление движение влево (после того как реагировал на опасность и привел в действие рулевое управление), указывают на то, что водитель автомобиля <данные изъяты> мог обнаружить трактор на расстоянии до него около 80 м., превышающем расстояние 29,5 м., установленное в протоколе осмотра места происшествия от ----. Расстояние 80 м. превышает расстояние видимости дороги с места водителя автомобиля <данные изъяты> при ближнем свете фар автомобиля 40 м., что исходя из данных видеозаписи, не исключает отсутствия в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> несоответствия требованию п.10.1 ПДД РФ при движении учитывать видимость в направлении движения. Поэтому определение наличия (отсутствия) у водителя автомобиля <данные изъяты> технической возможности предотвратить столкновение с двигающимся впереди попутно трактором по данным видеозаписи производится как при фактической скорости движения этого автомобиля 110 км/ч, так и при разрешенной п.10.3 ПДД РФ максимальной скорости движения легковых автомобилей вне населенных пунктов 90 км/ч. Тогда следует, что водитель автомобиля <данные изъяты> при движении со скоростью 110 км/ч в момент, когда он по данным видеозаписи обнаружил трактор, не располагал технической возможностью применением экстренного торможения к моменту контактирования с трактором снизить скорость движения автомобиля до скорости движения трактора, но располагал такой возможностью при движении с разрешенной п.10.3 ПДД РФ скоростью 90 км/ч. Изменение направления движения при возникновении опасности редакцией требования ч.2 п.10.1 ПДД РФ не предусмотрено. Действия водителя автомобиля <данные изъяты>, не принявшего при обнаружении трактора возможных мер к снижению скорости, а изменившего направление движения влево на встречную сторону проезжей части, по которой двигался встречный автомобиль, с технической точки зрения, не соответствовали требованию ч.2 п.10.1 ПДД РФ. При исходных данных видеозаписи о времени с момента, когда водитель автомобиля <данные изъяты> начал изменять направление движения влево (после того как среагировал на опасность и привел в действие рулевое управление), до момента, когда передняя часть автомобиля <данные изъяты> поравнялась с задней частью прицепа трактора, при наличии у водителя автомобиля <данные изъяты> в момент, когда он в действительности воспринял ситуацию как опасную с последующим принятием мер к изменению направления движения влево, технической возможности применением торможения предотвратить столкновение с трактором в случае движения с разрешенной п.10.3 ПДД РФ скоростью 90 км/ч, действия водителя автомобиля <данные изъяты>, не соответствующие требованию п.10.1 ПДД РФ двигаться со скоростью, не превышающей установленного п.10.3 ПДД РФ ограничения 90 км/ч, с технической точки зрения находятся в причинной связи с рассматриваемым дорожно-транспортным происшествием. Действия водителя трактора, не соответствующие требованию ч.2 п.2.3.1 ПДД РФ, с технической точки зрения также находятся в причинной связи с данным дорожно-транспортным происшествием. В то же время, в действиях водителя автомобиля <данные изъяты>, с технической точки зрения, не усматривается несоответствия требованию ч.2 п.10.1 ПДД РФ, которым он должен был руководствоваться в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, а значит, отсутствует необходимое условие наличия причинной связи между действиями водителя автомобиля <данные изъяты> и данным дорожно-транспортным происшествием. Также из указанного заключения комплексной судебной автотехнической-автотовароведческой экспертизы следует, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, в связи с произошедшим ---- дорожно-транспортным происшествием, составляет 3109353 рубля. В результате произведенных экспертом расчетов установлена полная гибель автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, восстановление экономически нецелесообразно. Стоимость автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, на день дорожно-транспортного происшествия ---- в до аварийном состоянии составляет 1865800 рублей. Рыночная стоимость годных остатков автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, на день дорожно-транспортного происшествия ----, составляет 345600 рублей (т.2, л.д.73-116).

Суд полагает, что вышеназванное экспертное заключение, соответствует требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и требованиям ст.86 ГПК РФ, поскольку имеет подробное описание проведенных исследований, сделанные в результате их выводы и ответы на поставленные судом вопросы являются объективными, полными, не противоречат друг другу и не содержат неясностей. Оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется, вопреки доводам представителя истца ФИО1 – ФИО2, эксперты имеют необходимую квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности и не заинтересованы в исходе дела.

При этом суд критически относится к объяснениям истца ФИО1 о том, что в момент дорожно-транспортного происшествия скорость движения автомобиля <данные изъяты> не превышала 90 км/ч, поскольку, будучи допрошенным ---- в качестве свидетеля, ФИО1 пояснил, что скорость движения транспортного средства под его управлением в момент дорожно-транспортного происшествия составляла около 110 км/ч, что согласуется с выводами эксперта ФБУ «Челябинская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации о средневзвешенном значении скорости автомобиля <данные изъяты> на всем интервале времени за 5 с. до столкновения 110 км/ч (т.2, л.д.7-9).

Также судом отклоняются установленные в ходе осмотра ---- места происшествия исходные данные о расстоянии видимости с места водителя автомобиля <данные изъяты> при ближнем свете фар автомобиля на элементы дороги 40 м и видимости трактора с прицепом при выключенных на прицепе габаритных огнях 29,5 м. (т.1, л.д.241-242), поскольку из указанного протокола осмотра следует, что в качестве применяемого автомобиля было использовано транспортное средство <данные изъяты>, а не автомобиль <данные изъяты>, которым в момент дорожно-транспортного происшествия управлял истец ФИО1, при этом в ходе проведенного ---- осмотра не учитывался свет фар от двигавшегося во встречном направлении в момент дорожно-транспортного происшествия автомобиля <данные изъяты>. Кроме того, из заключения эксперта ФБУ «Челябинская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации следует, что при анализе видеозаписи с видеорегистратора, установленного в автомобиле <данные изъяты>, следует, что трактор с прицепом истец ФИО1 заметил на расстоянии около 80 м.

Доводы представителя истца ФИО1 – ФИО2 о том, что при проведении исследования эксперты ФБУ «Челябинская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации не определили скорость движения трактора с тележкой, управляемого ФИО10, являются необоснованными, поскольку скорость движения трактора с тележкой экспертами определена на основании показаний самого ФИО10, данных в ходе рассмотрения уголовного дела, как 25 км/ч.

Истцом ФИО1, его представителем ФИО2 в нарушение положений ст.56 ГПК РФ в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих скорость движения трактора с тележкой в момент совершения дорожно-транспортного происшествия с иной скоростью.

Судом не принимается в качестве доказательства по делу представленное представителем истца ФИО1 – ФИО2 заключение ООО «Гарант», согласно которому ФИО1 в сложившейся дорожно-транспортной ситуации не имел технической возможности предотвратить столкновение, поскольку сделанные специалистом выводы являются противоречивыми, а сам специалист не был предупрежден об уголовной ответственности.

Так, в заключение специалиста ООО «Гарант» в абз.1 на стр.5 указано, что при исследовании видеозаписи с видеорегистратора установлено, что водитель ФИО1 обнаружил трактор с прицепом, движущийся без световой сигнализации в попутном направлении для автомобиля <данные изъяты> в пределах 100-150 м., что согласуется с вывода эксперта ФБУ «Челябинская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации. В то же время, при решении вопроса о технической возможности предотвращения столкновения специалистом принимается видимость дороги 40 м. (т.1, л.д.173-183).

При указанных обстоятельствах, суд пришел к выводу, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине как водителя ФИО10, управлявшего трактором <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, с прицепом <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, являвшегося работником СПК «Звягино», который в нарушение п.2.3.1 Правил дорожного движения и п.3.3 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090, в темное время суток двигался с неработающими на прицепе габаритными огнями, так и по вине водителя ФИО1, управлявшего автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, который в нарушение требований п.10.1 ПДД РФ двигался со скоростью 110 км/ч, превышающей установленное п.10.3 ПДД РФ ограничения 90 км/ч, а также в нарушение п.10.1 ПДД РФ при возникновении опасности для движения не принял мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты>.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, суд полагает, что совершение дорожно-транспортного происшествия в сложившейся дорожной обстановке в большей степени обусловлено действиями самого истца ФИО1 В этой связи суд определяет степень вины в совершении дорожно-транспортного происшествия водителя ФИО1 в 60%, водителя ФИО10 в 40%.

Таким образом, с СПК «Звягино», работником которого при исполнении трудовых обязанностей причинен вред истцу, в пользу ФИО1 надлежит взыскать в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 448080 рублей, исходя из следующего расчета: 1865800,0 руб. (стоимость до аварийного автомобиля <данные изъяты>, определенная в заключении судебной экспертизы) – 345600,0 руб. (стоимость годных остатков автомобиля <данные изъяты>, определенная в заключении судебной экспертизы) – 400000,0 руб. (выплаченное страховое возмещение) / 100% * 40% (степень вины водителя ФИО10).

В соответствии со ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, а также другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

Поскольку понесенные истцом ФИО1 расходы по оплате заключения ООО «Гарант» об оценке стоимости ущерба от повреждения транспортного средства <данные изъяты> были необходимы для реализации его права на обращение в суд (определение цены предъявленного в суд иска, подсудности дела), при этом доказательств того, что расхождение результата оценки, произведенного ООО «Гарант», с выводами эксперта ФБУ «Челябинская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации о размере причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия ущерба произошло в результате их явной необоснованности материалы дела не содержат, с ответчика СПК «Звягино» в пользу истца ФИО1 надлежит взыскать судебные расходы на оплату услуг оценщика в размере 3906 рублей 54 копейки, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований (10000 руб. * 448080 руб. (размер удовлетворенных судом требований) / 1147000 руб. (размер заявленных исковых требований)).

Также с ответчика СПК «Звягино» в пользу истца надлежит взыскать судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 5443 рубля 77 копеек, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований (13935 руб. (уплаченная при подаче иска государственная пошлина) * 448080 руб. (размер удовлетворенных судом требований) / 1147000 руб. (размер заявленных исковых требований)).

Поскольку определением Чебаркульского городского суда Челябинской области от 04 июля 2019 года обязанность по оплате судебной экспертизы возложена на ответчика СПК «Звягино», принимая во внимание, что исковые требования удовлетворены частично, с истца ФИО1 в пользу ответчика СПК «Звягино» А.П. надлежит взыскать судебные расходы на проведение судебной экспертизы в размере 25226 рублей 93 копейки (698920 руб. (размер исковых требований, в удовлетворении которых отказано) * 41400 руб. (расходы на оплату экспертизы) / 1147000 руб. (размер заявленных требований)).

Также суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства представителя ответчика СПК «Звягино» - ФИО3 об отмене мер по обеспечению иска, принятых определением судьи Чебаркульского городского суда Челябинской области от 29 апреля 2019 года (т.1, л.д.48).

В соответствии с ч.3 ст.144 ГПК РФ в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Поскольку решением суда исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, принятые меры по обеспечению иска сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Руководствуясь ст.ст.12, 56, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к сельскохозяйственному производственному кооперативу «Звягино» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, - удовлетворить частично.

Взыскать с сельскохозяйственного производственного кооператива «Звягино» в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 448080 рублей; в счет возмещения судебных расходов на оплату услуг оценщика 3906 рублей 54 копейки; в счет возмещения судебных расходов на оплату государственной пошлины 5443 рубля 77 копеек; всего 457430 рублей 31 копейку.

ФИО1 в удовлетворении остальной части исковых требований к сельскохозяйственному производственному кооперативу «Звягино» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, - отказать.

Взыскать с ФИО1 к пользу сельскохозяйственного производственного кооператива «Звягино» в счет возмещения судебных расходов по оплате судебной экспертизы 25226 рублей 93 копейки.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Чебаркульский городской суд Челябинской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий:

Мотивированное решение изготовлено 29 ноября 2019 года

Судья Тимонцев В.И.