Решение № 2-34/2017 2-34/2017(2-638/2016;)~М-589/2016 2-638/2016 М-589/2016 от 20 февраля 2017 г. по делу № 2-34/2017

Дело №2-34/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Южа Ивановской области 21 февраля 2017 года

Южский районный суд Ивановской области

в составе председательствующего судьи Пятых Л.В.,

при секретаре Смирновой С.Ю,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску заместителя прокурора Южского района Ивановской области, действующего в защиту интересов неопределенного круга лиц и интересов Российской федерации к ФИО1 о применении последствий недействительности ничтожных сделок,

УСТАНОВИЛ:

Заместитель прокурора Южского района Ивановской области, действующий в защиту интересов неопределенного круга лиц и интересов Российской Федерации обратился в суд с исковым заявлением, уточненным в ходе судебного разбирательства, к ФИО1, о применении последствий недействительности ничтожных сделок:

- от 01 февраля 2011 года, 01 февраля 2012 года, заключенных между ФИО1 и главой администрации Мугреево-Никольского сельского поселения Южского муниципального района на общую сумму <данные изъяты>

- от 01 февраля 2011 года и 01 февраля 2012 года заключенных между ФИО1 и главой администрации Мугреевского сельского поселения Южского муниципального района на общую сумму <данные изъяты>

- от 04 апреля 2012 года заключенной между ФИО1 и главой администрации Мостовского сельского поселения на сумму <данные изъяты>;

- от 28 мая 2012 года, заключенной между ФИО1 и главой администрации Хотимльского сельского поселения на сумму <данные изъяты>,

и взыскании с ФИО1 полученных по указанным сделкам денежных средств в сумме <данные изъяты> в доход Российской Федерации.

Как следует из представленного искового заявления, вступившим в законную силу приговором Южского районного суда Ивановской области от 22 декабря 2015 года (в редакции апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Ивановского областного суда от 31 марта 2016 года), ФИО1 признан виновным в совершении четырех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285 УК РФ, а именно в использовании должностным лицом своих полномочий вопреки интересам службы, совершенных из корыстной заинтересованности и повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства. Согласно приговора суда, ФИО1 с 16.01.2006 года, с учетом последующих изменений штатного расписания и наименований должностей, занимал должность начальника отдела архитектуры и градостроительства администрации Южского муниципального района Ивановской области, которая является должностью муниципальной службы, и в соответствии с п.1.3 Положения об отделе, мог осуществлять деятельность (кроме основной) по реализации полномочий, переданных соглашениями о передаче части полномочий органов местного самоуправления муниципального района в области градостроительства, в связи с чем, постоянно выполнял организационно-распорядительные функции, т.е. полномочия по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих юридические последствия.

Должность начальника отдела архитектуры и градостроительства администрации Южского муниципального района, которую занимал ФИО1, в соответствии с реестром должностей муниципальной службы Южского района, являлась должностью муниципальной службы, в связи с чем, на ФИО1, как на муниципального служащего, в соответствии с ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 02 марта 2007 года №25-ФЗ «О муниципальной службе» распространялась обязанность соблюдать требования, ограничения, не нарушать запреты, установленные указанным законом и иными законами, предотвращать конфликт интересов.

Согласно ч. 2 ст. 11 указанного Закона №25-ФЗ, муниципальный служащий, за исключением муниципального служащего, замещающего должности главы местной администрации по контракту, вправе с предварительным письменным уведомлением представителя нанимателя (работодателя), выполнять иную, оплачиваемую работу, если это не повлечет за собой конфликт интересов и если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом. При этом, согласно п. 5 ч. 1 ст. 14 Закона, муниципальному служащему в связи с должностным положением или в связи с исполнением должностных обязанностей запрещается получать денежное вознаграждение от физических и юридических лиц.

На основании Соглашений, заключенных между Южским муниципальным районом и поселениями Южского муниципального района: Мугреево-Никольским, Мугреевским, Мостовским, Хотимльским, переданы органам местного самоуправления муниципального района следующие полномочия: содействие и утверждение Генеральных планов поселений и Правил землепользования и застройки; взаимодействие с органами архитектуры и градостроительства Ивановской области, федеральными, областными и местными надзорными органами по вопросам архитектурной и градостроительной деятельности. Оказание сельским поселениям содействия в подготовке документов территориального планирования являлось одной из основных задач отдела архитектуры и градостроительства администрации Южского муниципального района, и соответственно, ФИО1, как единственного сотрудника этого отдела, что прямо вытекает из положения об отделе архитектуры и градостроительства. Полномочия по утверждению и согласованию разработанных проектов ГП и ПЗЗ с надзорными органами входило в служебные полномочия ФИО1 на основании Соглашений, должностной инструкции и Положения об отделе архитектуры и градостроительства.

Преследуя цель личного незаконного обогащения, из корыстной заинтересованности:

- 01 февраля 2011 года ФИО1 от своего имени заключил и подписал с главой администрации Мугреево-Никольского сельского поселения возмездный договор на выполнение работ по разработке проекта ГП Мугреево-Никольского сельского поселения;

- 01 февраля 2012 года ФИО1 от своего имени заключил и подписал с главой администрации Мугреево-Никольского сельского поселения возмездный договор на выполнение работ по разработке ПЗЗ Мугреево-Никольского сельского поселения,

- 01 февраля 2011 года ФИО1 от своего имени заключил и подписал с главой администрации Мугреевского сельского поселения возмездный договор на выполнение работ по разработке проекта ГП Мугреевского сельского поселения;

- в период времени с 20 февраля 2012 года по 12 марта 2012 года ФИО1 от своего имени заключил и подписал с главой администрации Мостовского сельского поселения возмездный договор на выполнение работ по разработке ПЗЗ Мугреевского сельского поселения, датировав договор 01 февраля 2012 года,

- 04 апреля 2012 года ФИО1 от своего имени заключил и подписал с главой администрации Мостовского сельского поселения возмездный договор на выполнение работ по разработке проекта ПЗЗ Мостовского сельского поселения,

- 28 мая 2012 года ФИО1 от своего имени заключил и подписал с главой администрации Хотимльского сельского поселения возмездный договор на выполнение работ по разработке проекта ПЗЗ Хотимльского сельского поселения,

чем были существенно нарушены охраняемые законом интересы общества и государства.

За выполнение указанной работы, а также оказание содействия в процессе согласования, рассмотрения и утверждения указанных проектов, ФИО1 получил <данные изъяты>

Как установлено приговором суда от 22 декабря 2015 года, в своей деятельности по изготовлению градостроительной документации для сельских поселений по гражданско-правовым договорам за денежное вознаграждение ФИО1 Главу администрации Южского муниципального района ФИО2 не уведомил. Подготовленное уведомление об изготовлении ГП и ПЗЗ не были направлены ФИО1 адресату, регистрационных отметок на уведомлениях не имеется. Таким образом, ФИО1 скрыл свое участие в разработке документации и на запросы департамента строительства и архитектуры ответил, что поселения самостоятельно разрабатывают указанную документацию.

Согласно апелляционного определения от 31 марта 2016 года, выполнив работу в рамках гражданско-правовых договоров, заключенных ФИО1 как физическим лицом, в дальнейшем он оказывал поселениям содействие в согласовании и утверждении изготовленных им проектов, используя полномочия должностного лица, так как оказание содействия поселениям в утверждении документации входило в его служебные полномочия. Ответчик являлся председателем комиссии по рассмотрению подготовленной градостроительной документации, подготовке публичных слушаний, что позволило ускорить процесс утверждения и продвижения изготовленной им документации.

Кроме того, из апелляционного определения от 31 марта 2016 года следует, что заинтересованность ФИО1 в одобрении и принятии ГП и ПЗЗ, изготовленных им за денежное вознаграждение, не могла не оказать влияния на исполнение им служебных обязанностей и привела к конфликту интересов, выразившемуся в противоречии между личной заинтересованностью ФИО1 и интересами сельских поселений, лишенных возможности самостоятельно реализовать свое право на участие в подготовке градостроительной документации. При наличии конфликта интересов ФИО1 продемонстрировал несоблюдение муниципальным служащим требований Федерального закона №25-ФЗ.

Публичная демонстрация личной заинтересованности ФИО1 в утверждении разработанных им на возмездной основе ГП и ПЗЗ дискредитировала органы местного самоуправления, чем нарушены охраняемые законом интересы общества и государства. Корыстная заинтересованность ФИО1 выразилась в его стремлении, как должностного лица, исходя из возможностей, представленных ему занимаемой должностью получать выгоду – денежные средства по заключенным им договорам. Таким образом, являясь должностным лицом, ФИО1 использовал служебные полномочия вопреки интересам службы.

Согласно ст. 168 (в редакции, действовавшей в период с 2010 до 2013 года) сделка, несоответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна.

Сделки, являющиеся предметом иска, и совершенные ФИО1 являются ничтожными в силу ст. 168 ГК РФ, поскольку противоречат требованиям закона «О муниципальной службе».

Первым среди принципов муниципальной службы (ст. 4 закона) назван принцип приоритета прав и свобод человека и гражданина. Этот принцип основывается на ст. 2 Конституции РФ. В соответствии со ст. 18 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. Эти конституционные установления непосредственно касаются функционирования муниципальной службы, а также личной служебной деятельности всех муниципальных служащих. Отсюда вытекает требование к муниципальным служащим обеспечивать, защищать и соблюдать права и свободы человека и гражданина в полном объеме, установленном Российским законодательством. Таким образом, занимаемая должность муниципального служащего, ФИО1 нес ответственность перед неопределенным кругом лиц, который рассчитывал на соблюдение Кодекса этики и служебного поведения ФИО1, соблюдение им ограничений и запретов, связанных с прохождение муниципальной службы.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года №25 применительно к ст. 168 ГК РФ определено, что сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Тот факт, что ФИО1 были нарушены публичные интересы, а следовательно интересы неопределенного круга лиц, установлено апелляционным определением Ивановского областного суда.

Сделки, являющиеся предметом настоящего иска, являются ничтожными, поскольку противоречат требованиям закона и посягают на публичные интересы неопределенного круга лиц.

Кроме того, указанные сделки совершены с целью заведомо противоправной основам правопорядка и нравственности ничтожны в силу ст. 169 ГК РФ (в редакции на момент совершения сделок).

При этом наличие корыстного умысла у ФИО1 подтверждено апелляционным определением суда, имеющим преюдициальное значение. В свою очередь, заключая договоры и зная положение о муниципальной службе, а также осознавая, какую должность муниципальной службы занимает ФИО1, главы сельских администраций также должны были осознавать возникший конфликт интересов. Договоры на разработку ПЗЗ и ГП были заключены главами сельских поселений с умыслом на получение последующего содействия от ФИО1 по вопросам согласования изготовленной им документации по договорам, что следует из апелляционного определения.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ, с требованием о применении последствий недействительности ничтожной сделки может обратится в суд любое заинтересованное лицо.

В связи с изложенным, прокурор района в пределах своих полномочий обратился в суд в защиту интересов Российской Федерации.

Поскольку гражданский иск в соответствии со ст. 169 ГК РФ по уголовному делу не был разрешен, заявленные требования прокурора подлежат рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства. Последствиями недействительности сделки, в соответствии с ч. 2 ст. 169 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент совершения сделок) является безвозмездное изъятие и обращение в доход РФ всего полученного по сделке, в данном случае в результате злоупотребления должностными полномочиями, т.е. преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Поскольку приговор в отношении ФИО1, устанавливающий факт совершения преступления, был постановлен 22 декабря 2015 года, а вступил в законную силу 31 марта 2016 года, с учетом положений ст. 196, 200 ГК РФ, государство в лице своих уполномоченных органов только с указанного времени могло узнать о совершении данных сделок.

Согласно ст. 1 Федерального закона от 25 декабря 2008 года «О противодействии коррупции», одним из направлений противодействия коррупции является деятельность федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ, органов местного самоуправления, институтов гражданского общества, организаций и физических лиц по минимизации и (или) ликвидации последствий коррупционных правонарушений.

В судебном заседании помощника прокурора Южского района Ивановской области Габалиня Я.Э., исковые требования с учетом их уточнений поддержала, настаивала на их удовлетворении.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме, по следующим доводам:

заключенные и исполненные им договоры соответствовали обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент их заключения. Цена всех 6 договоров была определена и согласована сторонами в соответствии с п. 1 статьи 424 ГК РФ. Размер оплаты по каждому из 6 договоров был значительно ниже рыночного, а также рекомендованного размера оплаты согласно Приказу Минрегионразвития РФ от 28.05.2010 № 260 «Об утверждении Справочников базовых цен на проектные работы в строительстве». Выполненные работы, а именно: проекты ГП и ПЗЗ сельских поселений, были оформлены актами приемки, подписанными сторонами. Оплата результатов работ после принятия, была произведена администрациями сельских поселений в соответствии с договорами за счет средств с/п, целевым порядком заложенных для этого в бюджеты Решениями Советов поселений и согласно выставленных счетов через кассы администраций. Заработанные суммы он (ФИО1) декларировал в установленном законом порядке, что подтверждено справками о доходах, (полученных в 2011 году и в 2012 году), при этом работодатель ответчика не усмотрел в его действиях наличия конфликтной ситуации, которая подлежала рассмотрению на конфликтной комиссии. О своей дополнительной деятельности он (ФИО1) уведомлял Главу администрации Южского района. При этом, как установлено апелляционным определением, изложенный в приговоре вывод, о том, что уведомления им не направлялись, носит предположительный характер. Наличие указанных уведомлений подтверждено результатами обыска, в ходе которого изъяты уведомления, а также журнал регистрации исходящей корреспонденции, содержащий сведения об их направлении» (абз. 1 стр. 14 определения).

Работа, за которую ответчик получил денежное вознаграждение в рамках гражданско-правовых договоров, в его служебные полномочия не входила, что установлено судом апелляционной инстанции. При заключении и исполнении гражданско-правовых договоров, являющихся предметом иска он (ФИО1) выполнил все условия ч. 2 ст. 11 закона «О муниципальной службе» при использовании своего права на иную оплачиваемую деятельность. Главы поселений, при заключении спорных сделок действовали добровольно. Как установлено судом апелляционной инстанции его (ФИО1) действия по изготовлению ГП и ПЗЗ не причинили материального ущерба сельским поселениям. Интересы населения в данном случае заключались в получении от администраций актуальной градостроительной документации в целях развития поселений, а также возможности получения гражданами услуг в области градостроительной деятельности и земельных отношений. Правовая цель сделок, ради которой Мугреевское, Мугреево-Никольское, Хотимльское и Мостовское поселения заключили договоры на подготовку ГП и ПЗЗ вытекает из закона. Цели исполнения договоров (сделок) соответствовали интересам населения, т.е. общества, проживающего и не проживающего на соответствующих территориях (неограниченного числа лиц), разработкой ГП и ПЗЗ был достигнут конкретный позитивный результат, достижение которого - задача органов местного самоуправления. Кроме того, целью сделок явилось исполнение поселениями действующего законодательства т.к. на федеральном уровне было установлено, что при отсутствии градостроительной документации на территориях поселений, невозможной становится любая строительная деятельность и земельные отношения (выдача разрешений на строительство, ввод в эксплуатацию, вопросы формирования, предоставления, перевода из категории в категорию, резервирование, изъятие для муниципальных нужд земель и земельных участков).

Договоры по подготовке проектов ГП и ПЗЗ, как один из видов соглашений в гражданско-правовых отношениях, являются одной из наиболее распространенных договорных конструкций, регулярно применяемых участниками гражданского оборота, так как ГП и ПЗЗ во многом направлены на развитие градостроительных отношений, которые являются одной из необходимых предпосылок экономической стабильности муниципальных образований.

По общему правилу, исходя из смысла ст. 169 ГК РФ, ничтожность сделок приведет к ничтожности и самих уже действующих в поселениях ГП и ПЗЗ и принятых на их основе многочисленных правовых решений органов местного самоуправления поселений, связанных с оказанием услуг гражданам по выдаче разрешений на строительство, ввод объектов в эксплуатацию, предоставления земельных участков гражданам и юридическим лицам в собственность, пользование, что противоречит основам правопорядка и нравственности, потому, что ослабит местную власть, ограничит должностных лиц в принятии властных решений в градостроительной деятельности, приведет к экономической нестабильности территории и разбалансированности бюджетов,

При заключении с ним (ФИО1) договоров главы администраций поселений были осведомлены о том, что в 2011 и в 2012 году Южский муниципальный район принял на себя часть полномочий в области градостроительной деятельности и в любом случае будет обязан оказать методическую, консультационную помощь и содействие в подготовке, и утверждении поселениями градостроительной документации вне зависимости от того, кто по выбору поселений будет непосредственным исполнителем (подрядчиком) проектов ГП или ПЗЗ, т.к. соглашения между муниципальным районом и сельскими поселениями были утверждены.

Учитывая изложенное, у ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ФИО8 умысла на совершение сделок с ним (ФИО1) с последующим согласованием в рамках заключенных договоров, возникнуть не могло, т.к. указанные полномочия поселения осуществляют самостоятельно в силу закона, а помощь в этих процессах Муниципальный район обязан был им оказать в рамках Соглашений обеспеченных межбюджетными трансфертами. Такую помощь могло оказывать любое структурное подразделение администрации по распоряжению главы администрации Южского района.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании заявил о применении сроков исковой давности к предъявленным исковым требованиям, удовлетворению иска возражал по следующим доводам: прокурором не доказано наличие ни у одной из сторон спорных сделок цели, противной основам правопорядки и (или) нравственности, не приведено доводов, опровергающих позицию ответчика об истечении исковой давности по делу, не представлено никакого обоснования тому, что требование заявлено в пользу Российской Федерации; дополненные исковые требования не соответствуют их правовому обоснованию. Пояснил, что целью сделок для муниципальных образований, являлось исполнение требований действующего законодательства. Утверждение правил землепользования и застройки (документа градостроительного зонирования), подготовка и утверждение генерального плана (документа территориального планирования), относятся, в силу положений Градостроительного Кодекса РФ, к полномочиям органов местного самоуправления (ст. 8 ГрК). Тем самым, целью заключения спорных договоров для сельских поселений являлось дальнейшее использование подготовленных проектов в рамках реализации предусмотренных законодательством полномочий, и, как результат, что предусмотрено ст. 30 ГрК:

1) создания условий для устойчивого развития территорий муниципальных образований, сохранения окружающей среды и объектов культурного наследия;

создания условий для планировки территорий муниципальных образований;

обеспечения прав и законных интересов физических и юридических лиц, в том числе правообладателей земельных участков и объектов капитального строительства;

создания условий для привлечения инвестиций, в том числе путем предоставления возможности выбора наиболее эффективных видов разрешенного использования земельных участков и объектов капитального строительства.

При этом, прокурор на наличие у Администрации сельских поселений умысла, направленного на совершение сделки, противной основам правопорядка и нравственности, не ссылался.

Для ФИО1 целью выполнения договоров являлось получение оплаты за выполненную работу, что также не противоречит действующему законодательству. Возможное содействие ФИО1 сельским поселениям на стадии принятия ПЗЗ и ГП никаким образом не опровергает обозначенных выше целей, которые стороны сделок преследовали в момент их заключения. Оплаченная работа была реально выполнена, и изготовленные проекты документов градостроительного планирования и территориального зонирования не признаны не соответствующими действующему законодательству и используются указанными сельскими поселениями.

Возможные нарушения закона, на которые указано в апелляционном определении от 31 марта 2016 года, с заключением и исполнением спорных сделок не связаны, а имели место, уже после полного исполнения сторонами взятых на себя обязательств. Изложенное исключает вывод о ничтожности сделок по основанию, предусмотренному ст. 168 ГК РФ.

Прокурором при дополнении искового заявления полностью проигнорированы положения ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения и исполнения договоров) относительно последствий недействительности ничтожной сделки. В силу пунктов 1-2 ст. 167 ГК РФ: « 1. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

2. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге), возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.»

То есть ГК РФ было установлено единственное универсальное последствие совершения недействительной (в частности, ничтожной, по основаниям, предусмотренным ст. 168 ГК РФ) сделки, а именно, приведение сторон в первоначальное положение, т.е. двусторонняя реституция.

Возможности истребовать полученное сторонами по ничтожной (ст. 168 ГК РФ) сделке в пользу третьих лиц ГК РФ не предусмотрел. При таких обстоятельствах, заявление мотивированных ссылкой на ст. 168 ГК РФ требований о взыскании в пользу Российской Федерации денежных средств по сделкам, стороной которых Российская Федерация не являлась, не основано на законе.

При таких обстоятельствах требование прокурора о взыскания полученного ФИО1 в пользу Российской Федерации не основано на законе.

Требуемые ко взысканию денежные средства ФИО1 получил за ту работу, которую он выполнил в рамках заключенных договоров. При этом, в силу ст. 180 ГК РФ недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

Подготовка проектов ПЗЗ и ГП была поселениям в любом случае необходима. На это обстоятельство указывал и Прокурор Южского муниципального района, внося соответствующее представление в адрес Главы Мугреево-Никольского сельского поселения. Ключевым фактором для выбора исполнителя таких проектов для сельских поселений, в условиях ограниченности их бюджетов, являлась цена, которая у ФИО1 была существенно ниже рыночной. Тем самым, есть все основания полагать, что договоры с ФИО1 были бы заключены независимо от занимаемой им должности, в силу того, что условия таких договоров для поселений были выгодны.

ФИО1 в полном объеме задекларировал полученный от исполнения спорных договоров доход, представил соответствующую информацию в Администрацию Южского муниципального района и Администрацию Южского городского поселения в 2012 и 2013 годах соответственно.

Подобная информация была доступна для Прокуратуры Южского муниципального района, ежегодно проверявшей соблюдение антикоррупционного законодательства муниципальными служащими. Указанное обстоятельство представителем Истца не оспаривалось и не опровергнуто. Тем самым, о спорных сделках Прокуратуре Южского муниципального района стало, либо должно было стать известно не позднее 2 квартал 2013 года. Соответственно, 3 летний срок исковой давности к моменту подачи искового заявления истек.

Представитель ответчика – администрации Хотимльского сельского поселения, извещенной о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. Согласно представленного заявления ходатайствовал о рассмотрении дела без участия представителя. Согласно ранее представленного заявления, возмездный договор от 28.02.2012 года на выполнение работ по разработке проекта ПЗЗ Хотимльского сельского поселения был заключен с ФИО1 т.к. он предложил свои услуги по разработке проекта и подготовке всех соответствующих документов. Иных вариантов у поселения не было.

Представитель ответчика – администрации Мугреево-Никольского сельского поселения Южского муниципального района Ивановской области, извещенной о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. Как следует из представленного заявления, ходатайствовал о рассмотрении дела без участия представителя. Как следует из ранее представленного заявления, возмездные договоры на выполнение работ по разработке проектов ГП и ПЗЗ Мугреево-Никольского сельского поселения были заключены с ФИО1, так как он предложил свои услуги по разработке проектов и подготовке всех соответствующих документов. Иных вариантов у администрации небыло, т.к. сумма, которую озвучил ФИО1, была гораздо ниже, чем в проектных институтах.

Представитель ответчика – администрации Мугреевского сельского поселения, извещенного о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. Согласно представленного заявления ходатайствовал о рассмотрении дела без участия представителя. С доводами и выводами, приведенными в дополнении к исковому заявлению заместителя прокурора Южского района согласны, возражений и предложений не имеет.

Представитель ответчика - администрации Новоклязьминского сельского поселения, извещенной о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела без участия представителя.

Третье лицо ФИО4, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. Ранее в судебном заседании пояснял, что является председателем Совета Мугреевского сельского поселения Южского муниципального района Ивановской области. В период заключения договора на разработку ПЗЗ Мугреевского сельского поселения с ФИО1 он (ФИО4) являлся главой поселения. Договор на изготовление проекта ПЗЗ с ФИО1 был заключен в связи с тем, что ответчиком предложена сумма оплаты услуг в 3-4 раза ниже, чем в проектной организации. ПЗЗ были необходимы для выполнения требований действующего законодательства. В настоящее время изготовленные проекты ПЗЗ являются действующими и находятся в работе поселения.

Третье лицо ФИО5, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. Ранее при рассмотрении дела, в судебном заседании пояснил, что в 2011-2013 годах исполнял обязанности Главы Мугреево-Никольского сельского поселения. ФИО1 на основании заключенных с ним договоров разработал ГП и ПЗЗ Мугреево-Никольского сельского поселения Южского муниципального района. Данные договоры были заключены с ФИО1, так как его предложение по цене было дешевле, чем в иных организациях. В настоящее время изготовленные проекты утверждены и находятся в работе администрации поселения.

Третье лицо ФИО6, извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась.

Третье лицо ФИО7, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился.

Выслушав мнения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд находит заявленный иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям:

в соответствии со ст. 169 ГК РФ (ред. от 27.12.2009 г., действующей на момент заключения оспариваемых сделок), сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна. При наличии умысла у обеих сторон такой сделки - в случае исполнения сделки обеими сторонами - в доход Российской Федерации взыскивается все полученное ими по сделке, а в случае исполнения сделки одной стороной с другой стороны взыскивается в доход Российской Федерации все полученное ею и все причитавшееся с нее первой стороне в возмещение полученного. При наличии умысла лишь у одной из сторон такой сделки все полученное ею по сделке должно быть возвращено другой стороне, а полученное последней либо причитавшееся ей в возмещение исполненного взыскивается в доход Российской Федерации.

Нормами права о недействительности сделок, закрепленными в Гражданском кодексе Российской Федерации (часть первая) в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемой сделки, было определено, что сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе (ст. 166 ГК РФ).

Как следует из договора на выполнение работ от 28 мая 2012 года, заключенного между ФИО1 и администрацией Хотимльского сельского поселения в лице главы администрации ФИО8, ответчик обязался выполнить работы по изготовлению проекта правил землепользования и застройки Хотимльского сельского поселения в срок до 01.07.2012 года. Стоимость работ по данному договору составила <данные изъяты> (в том числе НДФЛ 13%-6724 рублей) (т.2 л.д. 1). 01.07.2012 года выполненные ФИО1 работы приняты заказчиком по акту выполненных работ (т.2. л.д. 2). 02.08.2012 года заказчиком произведена их оплата (т.2. л.д. 4).

Согласно договора от 01 февраля 2012 года, заключенного между Администрацией Мугреевского сельского поселения в лице Главы администрации ФИО9, действующего на основании устава, и ФИО1, ответчик (ФИО1) обязался выполнить работы по подготовке проекта правил землепользования и застройки Мугреевского сельского поселения в срок до 01.04.2012 года. Стоимость работ по договору составила <данные изъяты> (в том числе НДФЛ 13%-<данные изъяты> (т.2 л.д. 7). 01.11.2012 года выполненные ФИО1 работы приняты заказчиком по акту выполненных работ (т.2. л.д. 8). 08.11.2012 года заказчиком произведена оплата по договору (т.2. л.д. 9).

Согласно договора от 01 февраля 2011 года, заключенного между Администрацией Мугреевского сельского поселения в лице Главы администрации ФИО9, действующего на основании устава, и ФИО1, ответчик (ФИО1) обязался выполнить работы по подготовке проекта корректировки генерального плана Мугреевского сельского поселения в срок до 01.08.2011 года. Стоимость выполненных работ по договору составила <данные изъяты> (в том числе НДФЛ 13%-<данные изъяты>) (т.2 л.д. 10). 01.08.2011 года выполненные ФИО1 работы приняты заказчиком по акту выполненных работ (т.2. л.д. 11). 02.08.2011 года заказчиком произведена их оплата (т.2. л.д. 12).

Согласно договора от 01 февраля 2012 года, заключенного между Администрацией Мугреево-Никольского сельского поселения в лице Главы администрации ФИО10, действующей на основании устава, и ФИО1, ответчик (ФИО1) обязался выполнить работы по подготовке проекта правил землепользования и застройки Мугреево-Никольского сельского поселения в срок до 12.04.2012 года. Стоимость работ по договору составила <данные изъяты> (в том числе НДФЛ 13%-4483 рублей) (т.2 л.д. 13). 17.05.2012 года выполненные ФИО1 работы приняты заказчиком по акту выполненных работ (т.2. л.д. 14). 17.05.2012 года заказчиком произведена их оплата (т.2. л.д. 15).

Согласно договора от 01 февраля 2011 года, заключенного между Администрацией Мугреево-Никольского сельского поселения в лице Главы администрации ФИО10, действующей на основании устава, и ФИО1, ответчик (ФИО1) обязался выполнить работы по подготовке проекта генерального плана Мугреево-Никольского сельского поселения в срок до августа 2011 года. Стоимость выполненных работ по договору составила <данные изъяты> (в том числе НДФЛ 13%-<данные изъяты>) (т.2 л.д. 16). 23.05.2011 года выполненные ФИО1 работы приняты заказчиком по акту выполненных работ (т.2. л.д. 17). 07.05.2011 года и 03.06.2011 года заказчиком произведена их оплати (т.2. л.д. 18-19).

Согласно договора от 04 апреля 2012 года, заключенного между Администрацией Мостовского сельского поселения в лице Главы администрации ФИО11, действующего на основании устава, и ФИО1, ответчик (ФИО1) обязался выполнить работы по подготовке проекта правил землепользования и застройки Мостовского сельского поселения в срок до 04.05.2012 года. Стоимость выполненных работ по договору составила <данные изъяты> (в том числе НДФЛ 13%-<данные изъяты>) (т.2 л.д. 20). 04.04.2012 года выполненные ФИО1 работы приняты заказчиком по акту выполненных работ (т.2. л.д. 21). 18.04.2012 года, 18.05.2012 года и 19.06.2012 года заказчиком произведена их оплата (т.2. л.д. 22-24).

Указанные договоры являются заключенными, в них согласованы все существенные условия - предмет, сроки выполнения работ, цена договора. Работы по договору ФИО1 выполнены в полном объеме и в определенный договорами срок. Выполненная ФИО1 работа оплачена подрядчиками.

Приговором Южского районного суда Ивановской области от 22 декабря 2015 года (в редакции апелляционного определения Ивановского областного суда от 31 марта 2016 года) ответчик осужден за совершение четырех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285 УК РФ - злоупотребление должностными полномочиями, т.е. использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенное из корыстной заинтересованности и повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, выразившиеся в том, что ФИО1, являясь должностным лицом, использовал свои служебные полномочия вопреки интересам службы, а именно: в нарушение Федерального закона «О муниципальной службе» и Кодекса этики и служебного поведения муниципальных служащих, оказывал содействие сельским поселениям в согласовании и утверждении вышестоящими инстанциями изготовленных им проектов градостроительных документов, из корыстной заинтересованности.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как следует из апелляционного определения от 31 марта 2016 года, являясь должностным лицом – начальником отдела архитектуры и градостроительства администрации Южского муниципального района, - ФИО1 имел большой авторитет среди жителей района, как единственный в Южском муниципальном районе специалист в области градостроительной деятельности. Он знал об изменениях законодательства, требующих скорейшего изготовления сельскими поселениями градостроительной документации – ГП и ПЗЗ, - без которых принятие решений в градостроительной области и их реализация невозможны. Пользуясь своим авторитетом и преследуя корыстную цель, ФИО1 предложил главам администраций Мугреево-Никольского, Мугреевского, Мостовского и Хотимльского сельских поселений заключить с ним, как физическим лицом, договоры на изготовление необходимой градостроительной документации за денежное вознаграждение. В связи с недостаточностью финансовых средств для заключения договоров со специальными проектными организациями, а также рассчитывая на последующее содействие ФИО1 в согласовании изготовленной им градостроительной документации в вышестоящих инстанциях, главы администраций указанных сельских поселений согласились с предложением ФИО1. Действия, за которые ФИО1 получил денежное вознаграждение в рамках гражданско-правовых договоров, заключенных им как физическим лицом, с главами сельских поселений, в его служебные полномочия не входили. Вместе с тем, выполнив оговоренную работу, в рамках гражданско-правовых договоров ФИО1 в дальнейшем оказывал сельским поселениям содействие в согласовании и утверждении изготовленных им проектов градостроительной документации, используя при этом полномочия должностного лица муниципальной службы. ФИО1 являлся председателем комиссии по рассмотрению подготовленных им же проектов градостроительной документации, а также подготовке и проведению публичных слушаний по ним в Мугреево-Никольском, Мугреевском, Мостовском и Хотимльском сельских поселениях, что позволило ему избежать какого-либо вмешательства в процесс продвижения своих проектов ГП и ПЗЗ. Публичная демонстрация ФИО1 своей личной заинтересованности в утверждении разработанных им на возмездной основе ГП и ПЗЗ дискредитировала органы местного самоуправления Южского муниципального района, чем были существенно нарушены охраняемые законом интересы общества и государства (т.1 л.д. 16). Получение денежных средств от сельских поселений явилось результатом корыстной заинтересованности ФИО1 при злоупотреблении должностными полномочиями.

Учитывая изложенное, предметом заключенных ФИО1 сделок с администрациями поселения являлось как изготовление проектов ГП и ПЗЗ, так и дальнейшее содействие ФИО1 в их утверждении.

По смыслу статьи 169 ГК РФ, в качестве сделок, совершенных с указанной в статье целью, могут быть квалифицированы сделки, которые не просто не соответствуют требованиям закона или иных правовых актов (статья 168 Кодекса), а нарушают основополагающие начала Российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои.

Пунктом 85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве сделок, совершенных с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, могут быть квалифицированы сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми. Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Для применения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 8 июня 2004 г. N 226-О, квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Согласно ч. 2 ст. 11 от 02 марта 2007 года №25-ФЗ «О муниципальной службе в РФ» муниципальный служащий, за исключением муниципального служащего, замещающего должность главы местной администрации по контракту, вправе с предварительным письменным уведомлением представителя нанимателя (работодателя) выполнять иную оплачиваемую работу, если это не повлечет за собой конфликт интересов и если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом. В соответствии с п.5 ч. 1 ст. 14 указанного Закона муниципальному служащему запрещается получать в связи с должностным положением или в связи с исполнением должностных обязанностей вознаграждения от физических и юридических лиц.

Нарушение, ФИО1 Федерального закона «О муниципальной службе» и Кодекса этики служебного поведения муниципальных служащих, хоть и является противоправным, вместе с тем еще не свидетельствует о наличии у правонарушителя асоциальной цели по смыслу статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, равно как не свидетельствует о наличии такой цели само по себе нарушение конкретной нормы права.

При этом доводы истца о том, что о своей деятельности ФИО1 Главу Южского муниципального района не уведомил, материалами дела не подтверждаются. Как следует из апелляционного определения от 31 марта 2016 года, изложенный в приговоре суда вывод о том, что уведомления ФИО1 не направлялись, поскольку к главе администрации ФИО2 не поступали, носит предположительный характер (т.1 л.д. 15). Доказательств обратного, суду по настоящему делу не представлено.

Анализируя сделки, совершенные ответчиком при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда с учетом обстоятельств, установленных судом апелляционной инстанции, суд по настоящему делу приходит к выводу о том, что данные соглашения не обладают квалифицирующим признаком антисоциальной сделки.

Делая такой вывод, суд исходит из того, что оказание услуг по договорам подряда (договорам на выполнение работ) по изготовлению проектов правил землепользования и застройки и проектов генеральных планов сельского поселения, не представляется отнести к целям, не отвечающим основам правопорядка и нравственности, поскольку правовая природа указанных соглашений основана на нормах гражданского права и обычаях делового оборота.

В соответствии со ст. 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Ст.3 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее - ГрК РФ) предусмотрено, что законодательство о градостроительной деятельности состоит из Кодекса, других федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, а также законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации. По вопросам градостроительной деятельности принимаются муниципальные правовые акты, которые не должны противоречить ГрК РФ.

Согласно пункту 20 части 1 статьи 14, части 1 статьи 7 Федерального закона от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", (в редакции действовавшей на момент заключения договоров, являющихся предметом иска), п. 2 ч. 1 ст. 18, части 1 статьи 24 ГрК РФ утверждение генерального плана поселения, правил землепользования и застройки относилось к вопросам местного значения сельского поселения, по которым принимаются муниципальные правовые акты.

Генеральные планы поселений являются документами долгосрочного территориального планирования и утверждаются на срок не менее чем двадцать лет (часть 11 статьи 9 ГрК РФ).

Территориальное планирование направлено на определение в документах территориального планирования назначения территорий исходя из совокупности социальных, экономических, экологических и иных факторов в целях обеспечения устойчивого развития территорий, развития инженерной, транспортной и социальной инфраструктур, обеспечения учета интересов граждан и их объединений, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований (часть 1 статьи 9 ГрК РФ).

Как следует из системного анализа положений ГрК РФ, генеральный план представляет собой основополагающий документ территориального планирования, определяющий стратегию градостроительного развития территорий и условия формирования среды жизнедеятельности, и содержит в себе долгосрочные ориентиры их развития. Развитие территорий носит многоплановый и динамичный характер, что определяет необходимость корректировки базовых градостроительных решений. Генеральный план поселения предполагает его реализацию, в том числе путем подготовки и утверждения документации по планировке территории, принятия решений о резервировании земель, об изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд, выполнения мероприятий, предусмотренных программами, утвержденными органами местного самоуправления (часть 2 статьи 18, пункт 1 части 7 статьи 23, части 1 и 5 статьи 26 ГрК РФ).

Правила землепользования и застройки являются документом градостроительного зонирования, в котором устанавливаются территориальные зоны, градостроительные регламенты, порядок применения такого документа и порядок внесения в него изменений (пункт 8 статьи 1 ГрК РФ).

Правила землепользования и застройки включают в себя карту градостроительного зонирования (пункт 2 части 2 статьи 30 ГрК РФ), содержащую границы территориальных зон (часть 4 статьи 30 ГрК РФ).

При подготовке правил землепользования и застройки границы территориальных зон устанавливаются, в том числе, с учетом функциональных зон и параметров их планируемого развития, определенных документами территориального планирования муниципальных образований (пункт 2 части 1 статьи 34 ГрК РФ).

Из системного толкования положений пунктов 2, 5, 6, 7 и 8 статьи 1, части 15 статьи 35 ГрК РФ следует, что установление территориальных зон конкретизирует положения документов территориального планирования в целях определения правового режима использования земельных участков, не изменяя при этом назначение территории, отнесенной к функциональным зонам.

Документы территориального планирования являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления при принятии ими решений и реализации таких решений (часть 3 статьи 9 ГрК РФ)

Согласно пункту 5 статьи 30 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ) предоставление земельного участка для строительства с предварительным согласованием места размещения объекта осуществляется в следующем порядке: выбор земельного участка и принятие в порядке, установленном статьей 31 ЗК РФ, решения о предварительном согласовании места размещения объекта; проведение работ по формированию работ земельного участка; государственный кадастровый учет земельного участка в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 70 ЗК РФ; принятие решения о предоставлении земельного участка для строительства в соответствии с правилами, установленными статьей 32 ЗК РФ.

В силу пункта 8 статьи 31 ЗК РФ решение о предварительном согласовании места размещения объекта является основанием для последующего принятия решения о предоставлении земельного участка для строительства.

Тем самым подготовка генерального плана и правил землепользования и застройки муниципального образования направлена не только на отражение существующей территории данного образования, но и на планируемое развитие этой территории.

Как установлено судом апелляционной инстанции действия ФИО1 по изготовления ГП и ПЗЗ не причинили материального ущерба сельским поселениям, так:

- необходимость разработки (корректировки) и утверждения указанных документов была обусловлена изменениями в законодательстве;

- разработка ГП и ПЗЗ осуществлялась ФИО1 на основании договоров на выполнение работ, а последующее согласование изготовленной градостроительной документации – в рамках служебных полномочий;

-денежные средства для изготовления проектов ГП и ПЗЗ были заложены в бюджеты сельских поселений и являлись целевыми, и стоимость выполненной ФИО1 на основании гражданско-правовых договоров работы не превышала сумм, предусмотренных на эти цели в бюджетах указанных поселений;

-оплаченная работа была реально выполнена, и изготовленные проекты документов градостроительного планирования и территориального зонирования не признаны не соответствующими действующему законодательству и используются указанными сельскими поселениями (т.1.л.д.17).

О том, что ГП и ПЗЗ сельских поселений, разработанные ФИО1 до настоящего времени не признаны не соответствующими действующему законодательству и используются сельскими поселениями в своей деятельности, в ходе рассмотрения настоящего дела показали ФИО5, ФИО4 ФИО12.

Доказательств, обратного суда не представлено.

С учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных ФИО1 нарушений законодательства и их последствий, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств, что при заключении оспариваемых сделок стороны стремились к достижению такого результата, который не просто не отвечал закону или нормам морали, а противоречил - заведомо и очевидно для сторон сделок - основам правопорядка и нравственности, что не позволяет применить последствия, предусмотренные ст. 169 ГК РФ.

При этом суд также принимает во внимание, что Российский правопорядок базируется, в том числе на необходимости защиты прав добросовестных лиц, которыми в данном случае являются участники правоотношений с сельскими администрациями с использованием документов градостроительного планирования и территориального зонирования, а также на поддержании стабильности гражданского оборота, что, в числе прочего, подразумевает направленность правового регулирования и правоприменительной практики на сохранение юридической силы заключенных сделок.

Оценивая доводы истца о ничтожности сделок в силу ст. 168 ГК РФ, как не соответствующих требованиям закона и иных правовых актов, чем нарушены права и законные интересы неопределенного круга лиц, суд приходит к следующему:

согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ (а также ст. 166 ГК РФ в редакции до 2013 года) требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. Отсутствие этого указания в исковом заявлении является основанием для оставления его без движения. (Постановление Пленума Верховного суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 ч. 1 ГК РФ).

При этом факт обращения в суд не может с достоверностью свидетельствовать о наличии заинтересованности лица, не являющегося стороной по сделке. Заинтересованность в признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности должна быть доказана.

Заинтересованность в оспаривании ничтожной сделки и применении последствий ее недействительности определяется тем, что существование недействительной сделки лишает заинтересованное лицо права, возлагает на него обязанность либо создает препятствия в реализации права по сравнению с тем, как это было бы, если бы ничтожная сделка не существовала.

Согласно ст. 12 Гражданского кодекса РФ защита гражданских прав осуществляется путем признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.

В результате сделок, оспариваемых прокурором, изготовленные ФИО1 проекты ГП и ПЗЗ не признаны не соответствующими законодательству, утверждены в установленном законом порядке и используются поселениями в своей работе. Материального ущерба оспариваемыми сделками поселениям не нанесено. Выступая в защиту неопределенного круга лиц, прокурором не указано прав, которые лишился данный круг лиц, какие обязанности возложены на указанный неопределенный круг лиц, либо какие препятствия созданы в реализации прав неопределенным кругом лиц по сравнению с тем, как это было бы, если оспариваемые сделки не существовали. Также прокурором не указано прав (законного интереса) неопределенного круга лиц, защита которых будет обеспечена заявленными требованиями о применении последствий недействительности ничтожных сделок в виде взыскания полученного ФИО1 по сделкам в доход Российской Федерации.

Учитывая изложенное, требования прокурора о защите прав неопределенного круга лиц, суд считает необоснованными.

Оценивая доводы ответчика и его представителя ФИО13 о применении к заявленным прокурором исковым требованиям срока исковой давности, суд приходит к следующему:

в силу пункта 1 статьи 182 ГК РФ (в редакции до 2013 года, т.е. действовавшей на момент совершения сделок) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Федеральным законом от 07 мая 2013 года N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" статья 169 ГК РФ была изложена в следующей редакции: "Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом".

Указанным Федеральным законом пункт 1 статьи 181 ГК РФ также был изложен в новой редакции следующего содержания: "Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки".

Согласно статье 3 приведенного Федерального закона N 100-ФЗ нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) об основаниях и о последствиях недействительности сделок (статьи 166 - 176, 178 - 181) применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу настоящего Федерального закона (после 01 сентября 2013 года).

Установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01 сентября 2013 года.

Поскольку на момент вступления в силу изменений внесенных в ч. 1 ст. 181 ГК РФ ФЗ РФ от 07.05.2013 N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации", срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожных сделок, являющихся предметом настоящего иска не истек, к спорным правоотношениям подлежит применению новая редакция указанной нормы.

В соответствии с ч. 1 ст. 49 Конституции Российской Федерации каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Это конституционное положение свидетельствует об особом значении приговора, как важнейшего акта правосудия, который завершает судебное разбирательство по уголовному делу и является единственным судебным документом в уголовном судопроизводстве, выносимым от имени государства.

Поскольку в отношении ответчика приговор, устанавливающий факт злоупотребления должностными полномочиями из корыстной заинтересованности, выразившейся в стремлении как должностного лица, исходя из возможностей, предоставленных ему занимаемой должностью, получать выгоду имущественного характера - денежные средства в качестве оплаты по заключенным договорам, вступил в законную силу 31 марта 2016 года, то только с указанного времени государство в лице своих уполномоченных органов могло узнать о фактическом содержании и совершении указанных сделок.

При этом тот факт, что доходы от оспариваемых сделок были отражены ответчиком в справках о доходах за соответствующие годы (2011 и 2012 годы), а также показания свидетеля ФИО14 о ежегодных проверках прокуратурой Южского района указанных сведений о доходах, не свидетельствуют об обратном.

Учитывая изложенное, на момент обращения прокурора с иском в суд срок исковой давности по каждой из оспариваемых сделок не истек.

На основании изложенного руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска прокурора Южского района Ивановской области, действующего в защиту интересов неопределенного круга лиц и интересов Российской федерации к ФИО1 о применении последствий недействительности ничтожных сделок:

- от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, заключенных с главой администрации Мугреево-Никольского сельского поселения на общую сумму <данные изъяты>

- от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, заключенных с главой Мугреевского сельского поселения на общую сумму <данные изъяты>

- от ДД.ММ.ГГГГ, заключенной с главой администрации Мостовского сельского поселения на сумму <данные изъяты>;

- от ДД.ММ.ГГГГ, заключенной с главой администрации Хотимльского сельского поселения на общую сумму <данные изъяты>

и взыскании в доход Российской федерации полученного по данным сделкам в сумме <данные изъяты>

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Южский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий подпись Пятых Л.В.

Решение в окончательной форме вынесено 27 февраля 2017 года.