Решение № 2-2226/2024 от 9 октября 2024 г. по делу № 2-2226/2024

29RS0014-01-2024-001595-86

№2-2226/2024


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 09 октября 2024 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Маслова М.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Вьялициной Е.В.,

с участием представителя ответчика-истца ФИО1 – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО1 о взыскании комиссионного вознаграждения, компенсации морального вреда, встречному иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ответчику ФИО1 с указанным иском, ссылаясь на то, что 10 сентября 2019 года между ФИО3 (агент) и ФИО1 (принципал) заключен агентский договор, согласно которому Принципал поручает, а Агент принимает на себя обязательство совершить от имени, за счет и в интересах Принципала юридические и иные действия по продаже недвижимого имущества в виде квартиры, расположенной по адресу: (адрес обезличен), а Принципал обязуется оплатить услуги Агента. Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по оплате оказанных услуг, просил взыскать с ФИО1 задолженность в сумме 100 000 руб., а также компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб.

ФИО1 обратилась в суд со встречным иском к ФИО3 о признании агентского договора от 10.09.2023 года недействительным, взыскании неосновательного обогащения в сумме 40 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 15.12.2023 года по 29.07.2024 года в размере 3 986,60 руб., продолжив начисление по день фактического исполнения обязательств, упущенную выгоду в сумме 100 000 руб., компенсации морального вреда в сумме 50 000 руб.

В судебном заседании ФИО1 уточнила встречные исковые требования, просила взыскать с ФИО3 в ее пользу неосновательного обогащения в сумме 40 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 15.12.2023 года по 29.07.2024 года в размере 3 986,60 руб., продолжив начисление по день фактического исполнения обязательств.

В обосновании встречного иска указала, 08.11.2023 г. между ФИО1 и ФИО15. был заключен договор о внесении аванса (о задатке) в счет платежей по договору купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: (адрес обезличен), общая стоимость которой определена в размере 6 000 000 руб. Внесенный аванс являлся частью полной стоимости указанной квартиры и был внесен в качестве обеспечения исполнения договора по ее отчуждению в пользу Покупателя.

Из пункта 2.1. указанного договора следует, что сделка должна состояться до 20.12.2023 года.

19.12.2023 года ФИО3 сообщил ФИО1 через зятя (ФИО14 посредством мессенджера whatsapp) о записи к нотариусу для совершения сделки на 25.12.2023 года. Несмотря на то, что срок заключения сделки по условиям договора о внесении задатка истек, ФИО1 полагала, что покупателем по основному договору будет ФИО6

В день совершения сделки у нотариуса (25.12.2023 г.) в качестве покупателя выступило иное лицо - ФИО4, о котором ФИО1 не знала, соглашение о задатке не заключалось, денежные средства в виде аванса (задатка) ею от данного лица получены не были.

При заключении нотариального договора купли-продажи квартиры от Покупателя ФИО4 Продавцами получены денежные средства 6 000 000 руб.: 2 400 000 руб. (за счет собственных средств) и 3 600 000 руб. (средства банковского кредита).

При этом, до подписания договора купли-продажи, нотариусом был поставлен вопрос о полученной ФИО1 суммы задатка - 40 000 руб. На что ФИО1 указала, что задаток составлял 50 000 руб. и был получен от другого лица. ФИО3 поторопил ФИО1, объяснив, что всё правильно и нужно быстрее подписать договор.

Окончательный расчет между ФИО1 и ФИО4 произведен за минусом денежных средств в размере 40 000 руб.

В тот же день - 25.12.2023 г. ФИО1 через зятя ФИО5 стало известно о том, что 15.12.2023 г. истец ФИО3 без ведома и согласия ответчика ФИО1 от ее имени заключил договор о внесении аванса (о задатке) с ФИО4, которая по данному договору выступила покупателем.

Сумма задатка составила 40 000 руб. присвоена ФИО3 незаконно, без каких-либо на то оснований.

Представитель ФИО1 в судебном заседании ссылалась на ненадлежащее исполнение ФИО3 обязательств по агентскому договору. Отсутствие оплаты агентского вознаграждения в сумме 100 000 руб. не оспаривала. Уточненные встречные исковые требования поддержала, требования о признании агентского договора от 10.09.2023 года недействительным, взыскании упущенной выгоды в сумме 100 000 руб. не поддержала.

Стороны, третьи лица (информация скрыта). в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом ((информация скрыта)). В письменной позиции по делу (информация скрыта). просила о рассмотрении дела в ее отсутствие. Представитель ФИО1 в судебном заседании пояснила, что ее доверитель извещена о времени и месте судебного заседания, не возражает против рассмотрения дела в ее отсутствие.

В силу статьи 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав представителя ответчика, исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, суд приходит к следующему.

В силу ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с п.1 ст. 1005 ГК РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

В силу ст. 1006 ГК РФ, принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре.

В соответствии со ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

В силу ст. 310 ГК РФ, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 10 сентября 2019 года между ФИО3 (агент) и ФИО1 (принципал) заключен агентский договор, согласно которому Принципал поручает, а Агент принимает на себя обязательство совершить от имени, за счет и в интересах Принципала юридические и иные действия по продаже недвижимого имущества в виде квартиры, расположенной по адресу: (адрес обезличен), а Принципал обязуется оплатить услуги Агента.

Согласно п.1.3 договора объект подлежит продаже по цене не ниже 5 850 000 руб.

В силу п. 2.9 договора обязательства агента считаются выполненными, если договор купли-продажи подписан с лицами, указанными в настоящем пункте, в течение срока действия договора, а также в течение 90 дней после окончания срока действия договора.

В силу п. 4.2 договор прекращает действие в случаях, установленных действующим законодательством Российской Федерации.

Датой исполнения поручения по настоящему договору является дата подписания договора купли-продажи объекта между принципалом и третьим лицом.

Агентское вознаграждение составляет 100 000 руб. (п.3.1 договора).

25.12.2023 года между ФИО1, ФИО8. ФИО9, действующей за себя и как законный представитель ФИО5 (продавцы) и ФИО7, ФИО10 (покупатели) заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: (адрес обезличен), который удостоверен нотариусом ФИО11

При заключении договора купли-продажи квартиры от 25.12.2023 года от покупателя ФИО7 продавцами получены денежные средства 6 000 000 руб.: 2 400 000 руб. (за счет собственных средств) и 3 600 000 руб. (средства банковского кредита).

03.01.2024 года ФИО3 в адрес ответчика ФИО1 направлен отчет о проделанной работе, в котором содержалось требование об оплате комиссионного вознаграждения.

Претензия ФИО3 оставлена без удовлетворения.

Таким образом, суд приходит к выводу об исполнении агентом ФИО3 своих обязательств по агентскому договору от 10.09.2023 года, в силу п. 2.9 договора, предусматривающего, что обязательства агента считаются выполненными при подписании договора купли-продажи объекта недвижимости с третьими лицами.

Согласно п.3.2 агентского договора, агентское вознаграждение выплачивается принципалом в течение 1 дня с даты утверждения отчета агента принципалом. Выплата агентского вознаграждения производится путем перечисления денежных средств принципалом на расчетный счет агента (п.3.3 договора).

Доказательств исполнения ответчиком ФИО1 условий договора по оплате услуг агента в сумме 100 000 руб. материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах, исковые требования ФИО3 о взыскании с ФИО1 задолженности по агентскому договору от (дата обезличена) в сумме 100 000 руб. подлежат удовлетворению.

Отклоняя требования ФИО3 о взыскании морального вреда, суд учитывает следующее.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Из совокупности указанных правовых норм следует, что если неправомерное действие нарушает имущественные права гражданина, то, хотя бы такое действие и причинило моральный вред, право на компенсацию возникает только в случаях, специально предусмотренных законом.

ФИО3 заявлены требования о компенсации морального вреда, причиненного в результате нарушения имущественных прав и при изложенных основаниях право на компенсацию морального вреда у него не возникло.

ФИО3 не представлено каких-либо доказательств причинения ему физических и нравственных страданий, которые нарушали бы его личные неимущественные права, либо посягали на нематериальные блага.

Встречные исковые требования ФИО1 о взыскании с ФИО3 неосновательного обогащения в сумме 40 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 15.12.2023 года по 29.07.2024 года в размере 3 986,60 руб., продолжив начисление по день фактического исполнения обязательств, компенсации морального вреда в сумме 50 000 руб. удовлетворению не подлежат на основании следующего.

В силу статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 ГК РФ).

Лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило (пункт 2 статьи 1105 ГК РФ).

Поскольку неосновательным обогащением признается пользование чужим имуществом без установленных законом или сделкой оснований, лицо, предъявляющее требование о возмещении неосновательного обогащения, в силу положений статьи 56 ГПК РФ обязано доказать факт использования ответчиком спорным имуществом за счет истца, факт отсутствия правовых оснований для такого пользования, а также размер неосновательного обогащения.

Наличие совокупности указанных обстоятельств не нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Как следует из материалов дела, 01.11.2023 г. между ФИО1 и ФИО13 был заключен договор о внесении аванса в счет платежей по договору купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: (адрес обезличен), в размере 50 000 руб.

Внесенный аванс являлся частью полной стоимости указанной квартиры и был внесен в качестве обеспечения исполнения договора по ее отчуждению в пользу Покупателя.

Из пункта 2.1. указанного договора следует, что сделка должна состояться до 20.12.2023 года.

Как пояснил ФИО3 в возражениях на отзыв, им был найден потенциальный покупатель на продаваемый ответчиком объект ФИО13, которая действовала через представителя ФИО16, который и внес ответчику аванс в размере 50 000 руб.

Денежные средства переданы ФИО1

В начале декабря ФИО3 позвонил представитель покупателя ФИО6 - ФИО12, который пояснил, что у покупателя сильно возросла ставка по ипотеке и она не будет покупать квартиру, так как нет возможности оплачивать большие взносы по ипотеке и потребовал вернуть аванс, ранее оплаченный ответчику.

ФИО3 позвонил ответчику ФИО1 и сообщил, чтобы она вернула аванс ФИО6, так как сделка не может состояться по независящим от нее обстоятельствам.

ФИО1 сообщила, что она уже внесла задаток, переданный ранее за квартиру, которую собралась покупать в городе Белгороде.

ФИО3 принято решение вернуть аванс ФИО6 в сумме 50000 рублей, сумму ранее переданного аванса ответчику ФИО1

Через несколько дней ФИО3 позвонила ФИО7 и сообщила о готовности приобрести квартиру ответчика ФИО1, которую ранее смотрела.

15.12.2023 года ФИО3, действуя как представитель продавца ФИО1, заключил договор с ФИО7 о внесении аванса в счет платежей по договору купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: (адрес обезличен), в размере 40 000 руб.

Денежные средства в сумме 40 000 руб. получил ФИО3

Представитель ФИО1 в судебном заседании пояснил, что при заключении договора купли-продажи квартиры от (дата обезличена) от покупателя ФИО7 продавцами получены денежные средства 6 000 000 руб.: 2 400 000 руб. (за счет собственных средств) и 3 600 000 руб. (средства банковского кредита).

При этом, денежная сумма в размере 2 400 000 руб. должна была быть перечислена в сумме:

- 900 000 руб. выплачивается ФИО1 наличными денежными средствами при подписании договора,

- 1 500 000 руб. выплачивается ФИО14 безналичным путем.

ФИО1 представлены сведения ПАО Сбербанк, согласно которым покупателем ФИО7 перечислены денежные средства в день сделки продавцам в сумме 860 000 руб., вместо 900 000 руб.

Таким образом, ФИО1 полагает, что сумма задатка в размере 40 000 руб. присвоена ФИО3 незаконно, без каких-либо на то оснований, в связи с чем, подлежит взысканию с ФИО3

Вместе с тем, доводы ФИО1 опровергаются материалами дела.

Согласно п.14 договора купли-продажи квартиры от 25.12.2023 года денежные средства в сумме 900 000 руб. получены ФИО1, что подтверждается собственноручной подписью, удостоверенной нотариусом ФИО11 при заключении договора купли-продажи.

Заявляя требования о взыскании с ФИО3 неосновательного обогащения в сумме 40 000 руб. как непереданного ФИО3 аванса в счет платежей по договору купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: (адрес обезличен), ФИО1 фактически утверждает о том, что вся сумма по договору купли-продажи квартиры от 25.12.2023 года в размере 6 000 000 руб. ей не получена, что противоречит исследованным в судебном заседании доказательствам.

При таких обстоятельствах, оспаривая сумму переданных покупателем ФИО7 денежных средств по договору купли-продажи квартиры от 25.12.2023 года, соответствующие требования должны быть предъявлены к покупателям ФИО4.

Кроме того, суд учитывает, что встречные исковые требования ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения были заявлены, лишь после подачи ФИО3 искового заявления о взыскании задолженности по агентскому договору от 10.09.2023 года. Ранее требования о взыскании задолженности по договору купли-продажи от 25.12.2023 года ФИО1 не предъявлялись.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных ст.1109 ГК РФ.

Принимая во внимание, что фактов, свидетельствующих о наличии всей совокупности условий возникновения кондикционного обязательства на стороне ответчика ФИО3 не установлено, суд признает, что в силу п.4 ст.1109 ГК РФ оснований для удовлетворения встречных исковых требований о взыскании неосновательного обогащения не имеется.

Отказ в удовлетворении основного требования влечет отказ в удовлетворении производных от основанного требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами и компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика ФИО1 в пользу истца ФИО3 подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 200 руб.

В силу ст. 98 ГПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины по встречному иску возлагаются на ФИО1

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 к ФИО1 о взыскании комиссионного вознаграждения, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 ((информация скрыта) в пользу ФИО3 ((информация скрыта)) комиссионное вознаграждение по агентскому договору от 10.09.2023 года в сумме 100 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3 200 руб., всего 103 200 руб.

В остальной части иска ФИО3 отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

Мотивированное решение изготовлено 25.10.2024 года.

Судья М.А. Маслов