Апелляционное постановление № 22-648/2021 от 5 апреля 2021 г. по делу № 1-130/2021

Судья Карасева О.В. № 22-648/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Астрахань 6 апреля 2021 г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе: председательствующего судьи Подопригора Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Хверось Т.Ю.,

с участием прокурора Убушаева В.П.,

адвокатов Ронжиной Л.Н., Талипова М.Р., Утикешевой Г.Ж.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Сиротина А.П. на постановление Ленинского районного суда г. Астрахани от 26 января 2021 г., которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 33, п. «а» ч. 2 ст. 163 УК Российской Федерации, ФИО2, ФИО3, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 163 УК Российской Федерации, на основании ст. 237 УПК Российской Федерации возвращено прокурору Ленинского района г. Астрахани для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав доклад судьи Подопригора Е.В., выслушав прокурора Убушаева В.П., поддержавшего доводы апелляционного представления и просившего об отмене постановления, адвокатов Ронжину Л.Н., Талипова М.Р., Утикешеву Г.Ж., полагавших, что постановление является законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Ленинского районного суда г. Астрахани от 26 января 2021г. уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 33, п. «а» ч. 2 ст. 163 УК Российской Федерации, ФИО2, ФИО3, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 163 УК Российской Федерации, на основании ст. 237 УПК Российской Федерации возвращено прокурору Ленинского района г. Астрахани для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мера пресечения ФИО1, ФИО3 в виде заключения под стражу, ФИО2 в виде домашнего ареста, оставлена без изменения.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Сиротин А.П. ставит вопрос об отмене постановления ввиду его незаконности и необоснованности.

Указывает, что вывод суда о том, что предъявленное ФИО1 обвинение не содержит описания конкретных действий, подпадающих под признак организации преступления, не обоснован, опровергается постановлением о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительным заключением в отношении ФИО1, ФИО2 и ФИО3, составленного в соответствии с требованиями ст. 171, 172, 220 УПК Российской Федерации, где, в том числе, содержится описание конкретных действий ФИО1, охватываемых организацией преступления, а также описание времени и событий возникновения у ФИО1 преступного умысла на организацию вымогательства.

Утверждает, что юридическая квалификация действий ФИО1, ФИО2 и ФИО3 соответствует предъявленному обвинению, противоречий, не позволяющих суду принять итоговое решение по уголовному делу, не содержит.

Отмечает, что указание суда в качестве обоснования вывода о том, что обвинение по ч. 3 ст. 33, п. «а» ч. 2 ст. 163 УК Российской Федерации ФИО1 не предъявлялось, так как постановление следователя от 25 ноября 2020 г. о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого объемом 4 листа, составлено разным шрифтом, не свидетельствует о подмене некоторых листов постановления, поскольку вводная, описательно-мотивировочная и резолютивная части постановления составлены одним шрифтом, иным шрифтом перечислены права и ответственность, что предусмотрено любым бланком.

Обращает внимание, что доводы адвоката Родиной А.В. о том, что она расписывалась на каждом листе постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 25 ноября 2020 г. объективными данными не подтверждаются, доказательств указанного стороной защиты суду не представлено. Также, отмечает, что утверждение адвоката Родиной А.В. и подсудимого ФИО1 о том, что они всегда подписывают процессуальные документы и, в том числе, подписывали каждый лист постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 25 ноября 2020 г., опровергается постановлением о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 9 сентября 2020 г., где подписи обвиняемого и его защитника на каждом листе отсутствуют.

Указывает, что требования ст. 171, 172 УПК Российской Федерации следователем выполнены, постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого содержит подписи следователя, обвиняемого и адвоката. Закон не содержит требования о подписании обвиняемым и адвокатом каждой страницы процессуального документа.

Полагает, что вывод суда о том, что протокол допроса ФИО1 от 25 ноября 2020 г. в качестве обвиняемого имеет явную дописку, носит предположительный характер, не подтверждается материалами дела. Так, указание в постановлении следователя от 25 ноября 2020 г., которым обвиняемому ФИО1 разрешены телефонные переговоры с родственниками, а также в справке о движении уголовного дела, приобщенной к обвинительному заключению, о том, что ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 163 УК Российской Федерации, не может являться основанием для вывода об обоснованности заявления стороны защиты. Указывает, что следователь М.Г.А. суду пояснила, что допустила технические ошибки при составлении процессуальных документов, оснований подвергать сомнению ее показания у суда не имелось.

Отмечает, что суд в резолютивной части постановления обязан конкретизировать, на основании какого пункта и части статьи 237 УПК Российской Федерации он принял решение о возвращении уголовного дела прокурору для устранения нарушений, однако обжалуемое решение не содержит такого указания.

Просит постановление отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления государственного обвинителя, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК Российской Федерации постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Обжалуемое постановление не отвечает указанным требованиям закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 237 УПК Российской Федерации, суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению во всех случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном производстве, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения.

Перечень оснований, по которому уголовное дело может быть возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, перечислен в ст.237 УПК Российской Федерации и является исчерпывающим.

Как следует из постановления, в обоснование решения о возврате уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения, суд первой инстанции указал следующее: в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 25 ноября 2020 г., составленного на 4 листах, каждый лист выполнен разным шрифтом; подписи обвиняемого ФИО1 и адвоката Родиной А.В. имеются только на последнем листе, когда указанные лица утверждали, что подписывали каждый лист постановления; протокол допроса ФИО1 от 25 ноября 2020 г. содержит явную дописку в графе «сущность предъявленного обвинения» - «ч. 3 ст. 33», которая не удостоверена подписями участвующих лиц; вместе с тем, в постановлении следователя от 25 ноября 2020 г., которым ФИО1 разрешены телефонные переговоры с родственниками, в п. 5 справки о движении уголовного дела, приложенной к обвинительному заключению и в ходатайстве следователя о продлении срока содержания под стражей ФИО1 от 1 декабря 2020 г., которое было удовлетворено судом, указано, что ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 163 УК Российской Федерации.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии существенных нарушений конституционных прав обвиняемого ФИО1 на защиту, признав обоснованными доводы подсудимого ФИО1 и его защитника - адвоката Родиной А.В. о том, что ФИО1 обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 33, п. «а» ч. 2 ст. 163 УК Российской Федерации, не предъявлялось; а также о недостатках обвинительного заключения, выразившихся, по мнению суда, в том, что в нем не расписаны действия и не конкретизированы роль ФИО1, как организатора преступления, и ФИО3, ФИО2, как исполнителей преступления, расценив указанные обстоятельства, как исключающие возможность постановления судом приговора.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с основаниями возврата уголовного дела прокурору, считая, что вывод суда о не предъявлении ФИО1 обвинения по ч. 3 ст. 33, п. «а» ч. 2 ст. 163 УК Российской Федерации, не основан на объективных доказательствах по делу.

Как следует из материалов уголовного дела, постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого и обвинительное заключение идентичны по содержанию. Указанные документы составлены и утверждены надлежащими должностными лицами, что не позволяет сделать вывод о нарушении требований ст. 171 УПК Российской Федерации и ст. 220 УПК Российской Федерации при составлении обвинительного заключения.

Наличие подписи адвоката и обвиняемого на каждом листе постановления о привлечении в качестве обвиняемого, законом не предусмотрено.

Доказательств подписания при ознакомлении обвиняемым ФИО1 и адвокатом Родиной А.В. каждого листа постановления о предъявлении ФИО1 обвинения от 25 ноября 2020 г. стороной защиты не представлено. Эти утверждения опровергаются постановлением о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 9 сентября 2020 г., не содержащего подписи обвиняемого и адвоката на каждом листе процессуального документа. В постановлениях о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 9 сентября 2020 г. и 25 ноября 2020 г. подписи обвиняемого и защитника содержатся на последних листах постановлений после разъяснения ФИО1 сущности предъявленного обвинения и процессуальных прав обвиняемого.

Вопреки выводу суда, постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 25 ноября 2020 г. изготовлено с использованием единого шрифта, за исключением указания о разъяснении обвиняемому сущности предъявленного обвинения и перечисления его прав, предусмотренных ч. 4 ст. 47 УПК Российской Федерации, что не противоречит требованиям закона. Аналогичным образом составлено постановление о предъявлении обвинения от 9 сентября 2020 г.

При таких обстоятельствах, указание суда о явной дописке в протоколе допроса в качестве обвиняемого от 25 ноября 2020 г. в графе «сущность предъявленного обвинения» - «ч. 3 ст. 33» носит субъективный характер.

Указание в постановлении следователя от 25 ноября 2020 г. об удовлетворении ходатайства ФИО1, справке о движении уголовного дела, приложенной к обвинительному заключению, ходатайстве следователя о продлении срока содержания под стражей ФИО1 от 1 декабря 2020 г., об обвинении ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 163 УК Российской Федерации, исходя из пояснений следователя М.Г.А. в судебном заседании о допущенных ею технических ошибках в связи с загруженностью по другим делам, находящимся в производстве, а также не предоставлении суду полных сведений при обращении в суд с ходатайством о продлении меры пресечения обвиняемому ФИО1, не ставит под сомнение процедуру предъявления 25 ноября 2020 г. ФИО1 обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 33, п. «а» ч. 2 ст. 163 УК Российской Федерации.

Согласно материалам процессуальной проверки № <данные изъяты> факту превышения должностных полномочий следователем ОРПТО ОП № 2 СУ УМВД России по г. Астрахани М.Г.А., исследованных в судебном заседании судом апелляционной инстанции, органами предварительного расследования не установлено замены следователем М.Г.А. постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 25 ноября 2020 г. и внесения ею изменений в части указания на ч. 3 ст. 33, п. «а» ч. 2 ст. 163 УК Российской Федерации. Эти обстоятельства изложены в постановлении от 28 февраля 2021 г. об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК Российской Федерации, в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ст. 286 УК Российской Федерации, в действиях следователя М.Г.А., вступившего в законную силу.

Также суд апелляционной инстанции считает ошибочным вывод суда о том, что в обвинительном заключении не расписаны действия и не конкретизированы роль ФИО1, как организатора преступления, и ФИО3, ФИО2, как исполнителей преступления, что препятствует постановлению приговора.

Как усматривается из материалов уголовного дела, постановление о привлечении в качестве обвиняемого в отношении каждого подсудимого и обвинительное заключение по данному делу содержат указание на все обстоятельства, подлежащие доказыванию, и не исключают постановление приговора на основе данного заключения. Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК Российской Федерации, в нем указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значения для данного уголовного дела, а также перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и доказательств, на которые ссылается сторона защиты.

Фактические обстоятельства дела, изложенные в обвинительном заключении, соответствуют квалификации действий ФИО1, данной органом предварительного следствия, в том числе, изложенной в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 25 ноября 2020 г.

Предъявленное ФИО1, ФИО3, ФИО2 обвинение подлежит проверке и оценке судом при рассмотрении уголовного дела по существу. Равным образом, подлежат проверке и оценке судом с точки зрения достаточности, допустимости и относимости доказательства, имеющиеся в материалах дела.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с позицией государственного обвинителя в апелляционном представлении об отсутствии оснований для возвращения уголовного дела прокурору по доводам, указанным в постановлении суда первой инстанции, в связи с чем, постановление нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в ином составе суда.

Постановлениями Ленинского районного суда г. Астрахани от 29 декабря 2021 г. мера пресечения ФИО1, ФИО3 в виде заключения под стражу, ФИО2 - в виде домашнего ареста, продлена каждому подсудимому на 6 месяцев, то есть до 22 июня 2021 г. С учетом конкретных обстоятельств дела, данных о личности подсудимых, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения либо отмены ФИО1, ФИО3, ФИО2 меры пресечения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38920, 39828, 38933 УПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное представление государственного обвинителя Сиротина А.П. удовлетворить.

Постановление Ленинского районного суда г. Астрахани от 26 января 2021г. о возврате уголовного дела в отношении ФИО1, ФИО3, ФИО2 прокурору Ленинского района г. Астрахани для устранения препятствий его рассмотрения судом отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд со стадии судебного разбирательства в ином составе суда.

Меру пресечения в отношении ФИО1, ФИО3 в виде заключения под стражу, ФИО2 - в виде домашнего ареста, срок действия которой в отношении каждого подсудимого продлен постановлениями Ленинского районного суда г. Астрахани от 29 декабря 2020 г. на 6 месяцев, то есть до 22 июня 2021 г., оставить без изменения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и в течение 6 месяцев может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в порядке, установленном гл. 471 УПК Российской Федерации, а подсудимыми, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии судебного решения.

Подсудимые вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, а также вправе пригласить защитников по своему выбору или ходатайствовать о назначении им защитников.

Судья Е.В. Подопригора