Приговор № 1-326/2018 от 7 октября 2018 г. по делу № 1-326/2018

1-326/2018


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

8 октября 2018 г. г. Уфа

Советский районный суд г. Уфы в составе:

председательствующего судьи Уразбахтина Э.Р.

с участием государственного обвинителя Гаевой Е.Р.

защитника – адвоката Гиниятовой Л.Р.

подсудимого ФИО1

при секретаре Гагиной Е.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

Бикбува ..., < дата > года рождения, уроженца д. ... Республики Башкортостан, зарегистрированного по адресу: ...1, гражданина Российской Федерации, имеющего средне-специальное образование, холостого, не работающего, военнообязанного, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обвиняется в совершении < дата > в ... убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах.

< дата > в период с 22:30 до 23:20 час. в надземном пешеходном переходе, с одной стороны примыкающем к железнодорожному вокзалу ... по адресу: ..., площадь Привокзальная, ..., а с другой стороны примыкающем к участку местности, расположенному вблизи строения по адресу: ..., у ФИО1, находившегося в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Н.А.А., возник преступный умысел на убийство последнего.

С целью реализации своего преступного умысла, направленного на убийство Н.А.А., ФИО1, находясь < дата > в период с 22:30 до 23:20 час. в надземном пешеходном переходе, с одной стороны примыкающем к железнодорожному вокзалу ... по адресу: ..., площадь ..., ..., а с другой стороны примыкающем к участку местности, расположенному вблизи строения по адресу: ..., умышленно, нанёс руками и ногами не менее 10 ударов Н.А.А. по различным частям тела.

После чего, ФИО1, находясь < дата > в период 22:30 до 23:20 час. в надземном пешеходном переходе, с одной стороны примыкающем к железнодорожному вокзалу ... по адресу: ..., площадь ..., ..., а с другой стороны примыкающем к участку местности, расположенному вблизи строения по адресу: ..., вооружившись шарфом, намотанным на шею потерпевшего, и используя его в качестве оружия, применяя насилие, опасное для жизни, умышленно, с целью причинения смерти последнего, осознавая общественно опасный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде смерти Н.А.А., и желая их наступления, со значительной физической силой сдавил указанным шарфом органы шеи Н.А.А., то есть жизненно важный орган человека.

Преступными действиями в виде сдавливания органов шеи и нанесения ударов по телу ФИО1 причинил Н.А.А. телесные повреждения в виде кровоподтёков, ссадин головы, шеи, обеих верхних и нижних конечностей, которые расстройства здоровья не влекут и как вред здоровью не расцениваются, а также вызвал фатальные изменения коронарного кровообращения, повлёкшие острую коронарную недостаточность и смерть последнего.

Будучи уверенным, что в результате его действий наступила смерть потерпевшего, ФИО1 скрылся с места происшествия.

Органами предварительного следствия действия ФИО1 квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как совершение убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку.

Судом установлены иные обстоятельства, которые заключаются в следующем.

В судебном заседании подсудимый Бикбув вину в предъявленном обвинении не признал, оглашённые показания не поддержал, показал, что < дата > около 20:30-21:00 час. он пришёл в подземный переход железнодорожного вокзала, где встретил Свидетель №1, с которым они распили разбавленный спирт. В это время проходящие люди жаловались, что какой-то мужчина пугает прохожих, выражается нецензурной бранью. Он спустился вниз, там находился Н.А.А., который лежал. Он толкнул того пару раз ногой, попросил уйти и не пугать людей. Он помог подняться Н.А.А., а сам ушёл оттуда. Через полчаса он услышал крики, шум и спустился посмотреть. Н.А.А. лежал на спине. Он толкнул того, чтобы разбудить. Н.А.А. проснулся и начал кричать. Он сказал тому покинуть помещение, так как тот пугает людей. Он Н.А.А. удары не наносил, а лишь слегка два-три раза толкнул того ногой в область живота и ног, с целью раскачать того, чтобы тот проснулся. Н.А.А. он не душил, только приподнимал за шарф, при этом Н.А.А. лежал на спине. После этого тот привстал наполовину, приподнял голову, а затем лёг обратно. Он долго за шарф не тянул, только приподнял. Когда он уходил от Н.А.А., тот был живой, лежал и кричал. А он пришёл обратно к Свидетель №1, допил и ушёл в город, предложив тому также пойти, но тот отказался. В ходе следствия на него оказывали моральное давление, говорили всё подписать, пообещав отпустить. Его двое суток допрашивали, вывозили на проверку показаний на месте, в течение двух суток не давали спать. Проверка показаний на месте проводилась в ночное время, время указанное в протоколе не соответствует действительности, на видеозаписи проверки показаний на месте слышно время отправления поезда, оглашаемое диспетчером, которое не совпадает с протоколом. Ему говорили, чтобы он показал как будто совершает удушение Н.А.А.. Просит не осуждать его за убийство, так как он к этому непричастен.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы ... от < дата > смерть Н.А.А. наступила от заболевания – ишемической болезни сердца, острой коронарной недостаточности. В крови трупа найден этиловый спирт в количестве 4,3 промилле, что соответствует тяжёлой алкогольной интоксикации; указанная концентрация этилового спирта в крови могла способствовать наступлению смерти. (т. 1 л.д. 129-150).

Заключением комиссионной медицинской судебной экспертизы ... от < дата > установлена причина смерти Н.А.А., аналогичная заключению судебно-медицинской экспертизы ... от < дата >. Общеасфиксических признаков (признаков, указывающих на механическую асфиксию) не обнаружено. (т. 1 л.д. 179-183).

Таким образом, судом установлено, что Н.А.А. скончался не в результате убийства, а вследствие развития у последнего болезни, что свидетельствует об отсутствии события преступления.

Достоверных доказательств о наличии причинно-следственной связи между действиями подсудимого и смертью Н.А.А. не добыто, суду таковых не представлено.

В обоснование вины подсудимого в совершении убийства стороной обвинения суду представлены следующие доказательства.

Показания свидетеля Свидетель №1, данные в ходе предварительного следствия и исследованные в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что < дата > он находился по адресу: ..., ул. ..., в помещении, находящемся на остановке общественного транспорта возле эскалаторов, которое выводит к надземному пешеходному переходу, соединяющим с железнодорожным вокзалом .... Около 21:00 час. пришёл ранее знакомый Бикбув, который также как и он ночует в указанном помещении. Они употребили спиртное, после чего Бикбув пошёл проверить участок, находящийся возле эскалаторов внизу, которые выводят к остановке, для того, чтобы посмотреть обстановку. Спустя некоторое время Бикбув вернулся обратно, они продолжили употреблять спиртные напитки. Затем Бикбув ещё раз спустился к надземному пешеходному переходу и спустя некоторое время вернулся, собрал вещи, сказал, что пошёл спать в подъезд, и ушёл, а он лёг спать. Через какое-то время его разбудили сотрудники полиции и сказали, что возле эскалаторов, выводящих к остановке нашли труп неизвестного мужчины. Далее он пошёл с сотрудниками полиции и опознал труп ранее знакомого Н.А.А.. Может пояснить, что никто, кроме Бикбува, к эскалаторам, выводящим к остановке, не ходил. (т. 1 л.д. 103-106).

Показания свидетеля Свидетель №2, данные в ходе предварительного следствия и исследованные в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что < дата > около 02:00 час., получив сообщение об обнаружении трупа неизвестного человека, он в составе следственно-оперативной группы прибыл к остановке общественного транспорта «...», где в надземном пешеходном переходе, возле комнаты обслуживающего персонала, на полу, был обнаружен труп, в дальнейшем установленный как ФИО2, у которого имелись кровоподтёки на лице, шее, а также на шее имелась странгуляционная борозда. (т. 2 л.д. 61-63).

Показания специалиста Е.А.Р., являющейся врачом-кардиологом отделения сосудистой хирургии ГБУЗ РКЦ, пояснившей в судебном заседании, что причиной развития острой коронарной недостаточности может быть ишемическая болезнь сердца, при нестабильной форме может этому способствовать эмоциональный стресс, физические нагрузки. Острая коронарная недостаточность также может развиться вследствие злоупотребления алкоголем, либо спонтанно, на это влияют все факторы риска. Какой конкретно фактор в данной ситуации явился причиной коронарной недостаточности и наступления смерти Н.А.А. установить нельзя.

Кроме показаний свидетелей и специалиста в качестве доказательств стороной обвинения в судебном заседании представлены и исследованы:

- протокол осмотра предметов от < дата >, согласно которому осмотрены видеозаписи с камер видеонаблюдения, установленных в надземном пешеходном переходе; компакт-диск с видеозаписями с камер видеонаблюдения (т. 1 л.д. 119-123, 124);

- протокол осмотра места происшествия от < дата >, согласно которому осмотрен надземный пешеходный переход по адресу: ..., расположенный между железнодорожным вокзалом ... и участком местности вблизи строения по адресу: ..., где обнаружен труп Н.А.А. (т. 1 л.д. 14-31);

- протокол осмотра предметов от < дата >, согласно которому осмотрен шерстяной шарф, изъятый с трупа Н.А.А.. (т. 1 л.д. 119-123);

- заключение судебно-медицинской экспертизы ... от < дата >, согласно которому у трупа Н.А.А. обнаружены телесные повреждения в виде кровоподтёков, ссадин головы, шеи, причинённые незадолго до наступления смерти, которые как вред здоровью не расцениваются, в причинной связи со смертью не стоят; а также телесные повреждения в виде ссадин рук, ног, причинённые за 4-7 дней до наступления смерти, которые как вред здоровью не расцениваются, в причинной связи со смертью не стоят. Смерть Н.А.А. наступила от заболевания – ишемической болезни сердца, острой коронарной недостаточности. В крови трупа найден этиловый спирт в количестве 4,3 промилле, что соответствует тяжёлой алкогольной интоксикации; указанная концентрация этилового спирта в крови могла способствовать наступлению смерти. (т. 1 л.д. 129-150);

- заключение комиссионной медицинской судебной экспертизы ... от < дата >, согласно которому установлены телесные повреждения, а также причина смерти Н.А.А., аналогичные заключению судебно-медицинской экспертизы ... от < дата >. Общеасфиксических признаков (признаков, указывающих на механическую асфиксию) не обнаружено. (т. 1 л.д. 179-183).

Также в судебном заседании стороной обвинения представлены протоколы допроса подсудимого в ходе предварительного следствия, а также протокол проверки показаний Бикбува на месте. (т. 1 л.д. 68-72, 63-66, 96-98, 112-115).

Из оглашённых показаний свидетеля Свидетель №1 не следует, что подсудимый Бикбув совершил убийство Н.А.А., свидетель лишь указывает о распитии с подсудимым спиртных напитков, а также, что тот на некоторое время отлучался и в последующем ушёл. Кроме того, показания свидетеля о том, что кроме Бикбува к эскалаторам, выводящим к остановке, никто не ходил, опровергаются представленными суду видеозаписями, из которых следует, что недалеко от места нахождения Н.А.А. проходили люди.

Показания свидетеля Свидетель №2 также не указывают на совершение убийства Н.А.А., более того, они не соответствуют действительности в части наличия на шее умершего Н.А.А. странгуляционной борозды, так как это опровергается заключениями вышеприведённых судебно-медицинских экспертиз ... от < дата > и ... от < дата >.

Допрошенная в судебном заседании в качестве специалиста врач-кардиолог Е.А.Р. не показала, что в результате действий подсудимого наступила смерть Н.А.А.. Пояснила, что острая коронарная недостаточность, явившаяся причиной смерти Н.А.А., могла возникнуть при нестабильной форме ишемической болезни сердца, как вследствие эмоционального стресса, физических нагрузок, так и вследствие злоупотребления алкоголем, а также спонтанно, указав, что на осложнение болезни может повлиять несколько различных факторов риска.

Представленные стороной обвинения в качестве доказательств протокол осмотра предметов от < дата >, вещественное доказательства – видеозаписи с камер видеонаблюдения, протокол осмотра места происшествия от < дата >, протокол осмотра предметов от < дата >, не содержат достоверных сведений о совершении убийства Н.А.А..

Так из исследованного в судебном заседании вещественного доказательства – видеозаписей с камер видеонаблюдения, находящихся в надземном пешеходном переходе по адресу: ..., расположенном между железнодорожным вокзалом ... и участком местности вблизи строения по адресу: ..., не усматривается совершение убийства Н.А.А.. Изложенные в протоколе осмотра предметов от < дата > обстоятельства, опровергаются осмотренными в судебном заседании видеозаписями, из которых не следует, что кто-либо тянет кого-либо за шарф, пытается удушить и совершить убийство.

Из протокола осмотра места происшествия от < дата > установлено лишь обнаружение трупа Н.А.А. и данный протокол не свидетельствует о совершении убийства последнего.

Что касается предъявления суду в качестве доказательств показаний подсудимого, данных в ходе его допроса в качестве подозреваемого, обвиняемого, а также в ходе проверки показаний на месте, то в судебном заседании подсудимый данные показания не признал, указав, что в ходе следствия на него оказывалось давление, ему говорили, что сказать, обещали отпустить, в течение двух суток проводили с ним следственные действия и не давали спать.

Суд находит, что обвинение Бикбуву в совершении убийства построено на показаниях самого подсудимого, данных в ходе предварительного следствия, которые подсудимый не подтвердил, дал в судебном заседании иные показания.

Согласно ч. 2 ст. 14 УПК РФ подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения.

Доводы подсудимого о том, что он не душил Н.А.А., а лишь приподнял того за шарф, чтобы помочь встать, при этом Н.А.А. лежал на спине, приподнялся и вновь лёг, а когда Бикбув уходил Н.А.А. оставался живой и кричал ему вслед, в судебном заседании стороной обвинения не опровергнуты, достаточных доказательств, что Бикбув совершал удушение Н.А.А. шарфом ни в ходе предварительного, ни в судебном следствии не добыто, суду не представлено, в связи с чем суд находит показания подсудимого, данные в ходе судебного следствия, достоверными.

В соответствии с ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию событие преступления.

В силу положений ч. 2 ст. 77 УПК РФ признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств.

Между тем, совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств подтверждается наступление смерти Н.А.А. не вследствие совершения убийства последнего, а ввиду заболевания – ишемической болезни сердца, острой коронарной недостаточности.

Что касается вменяемого подсудимому Бикбуву обвинения в совершении действий в виде сдавливания органов шеи Н.А.А., вызвавшие фатальные изменения коронарного кровообращения, повлёкшие острую коронарную недостаточность и смерть последнего, то данное обвинение не основано на достоверных доказательствах, в судебном заседании таковых не представлено.

Анализ исследованных в совокупности доказательств, положенных в основу обвинения Бикбува в совершении убийства Н.А.А., свидетельствует о том, что данные обвинения основаны лишь на предположениях; представленные органами следствия и стороной обвинения доказательства не содержат каких-либо данных, позволивших суду прийти к выводу о наличии события преступления и виновности подсудимого в совершении преступления.

В соответствии со ст. 49 Конституции Российской Федерации все неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

С учётом изложенного, Бикбув по предъявленному обвинению подлежит оправданию в связи с отсутствием события преступления, в связи с чем имеет право на реабилитацию, а также право на возмещение имущественного и морального вреда в порядке ст.ст. 135-136 УПК РФ.

Поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 20 УПК РФ уголовное дело о преступлении, предусмотренном ст. 116 УК РФ, относится к уголовным делам частно-публичного обвинения и могут быть возбуждены не иначе как по заявлению потерпевшего или его законного представителя, следовательно переквалификация и осуждение Бикбува по ст. 116 УК РФ невозможны.

В связи с оправданием подсудимого вследствие отсутствия события преступления, а также вышеприведённой судом оценки показаний подсудимого, данных в ходе предварительного следствия, ввиду непризнания их подсудимым в судебном заседании, ходатайство стороны защиты об исключении протокола проверки показаний на месте и вытекающих доказательств суд считает возможным оставить без разрешения.

Вопрос о вещественных доказательствах разрешается в порядке ст. 81 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 296-299, 303-306, 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Бикбува ... по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, на основании п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, оправдать в связи с отсутствием события преступления.

Признать за оправданным ФИО1 право на реабилитацию.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу отменить, освободить его из под стражи в зале судебного заседания.

Вещественные доказательства: шерстяной шарф, компакт-диски – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в течение 10 суток в Верховный Суд РБ через Советский районный суд ....

Осуждённая вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: