Решение № 2-214/2020 2-214/2020(2-9/2019;2-3089/2018;)~М-992/2018 2-3089/2018 2-9/2019 М-992/2018 от 27 января 2020 г. по делу № 2-214/2020

Дело № 2-214/2020


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

28 января 2020 года г.Хабаровск

Центральный районный суд г. Хабаровска в составе:

председательствующего судьи Белоусовой О.С.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2,

при секретаре Феллер В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Многопрофильный офтальмологический центр» о взыскании денежных средств, неустойки, денежной компенсации морального вреда, штрафа, убытков,

установил:

Общественная организация общества защиты прав потребителей Хабаровского края «Резонанс» обратилась в суд в интересах ФИО1 к ООО «Многопрофильный офтальмологический центр» о защите прав потребителей.

В обоснование заявленных требований указав, что 18.10.2017 г. между ФИО1 и ООО «Многопрофильный офтальмологический центр» был заключен Договор на предоставление платных медицинских услуг, перечень которых и стоимость в 915 000 руб. были определены в Дополнительном соглашении к договору от ДД.ММ.ГГГГ В рамках исполнения договора, ответчик услуги оказал, но не в том объеме, как предусмотрено дополнительным соглашением, что было установлено только при прохождении обследования в ноябре 2017 г. в ФГБУ «Микрохирургия глаза» им.акад.ФИО3 Минздрава России с установлением отсутствия хрусталика глаза («аниридия») и отсутствия радужки глаза («афакия»). При указанных обстоятельствах, ответчик не мог оказать медицинские услуги, внесенные пунктами 3, 4, 5, 7 в Дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ Для подтверждения диагнозов она обратилась в ООО «Хабаровский центр глазной хирургии» за что она оплатила 1980 руб. По факту включения в договор услуг, которые не могли быть ей оказаны, она обратилась с претензией к ответчику с требованием вернуть часть денежных средств за услуги, которые фактически не были оказаны. 02.12.2017 г. ответчик подготовил ответ, подтвердив, что фактически услуги оказаны не в том объеме, который определен в Дополнительном соглашении. При обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) потребитель вправе на соответствующее уменьшение цены выполненной работы (оказанной услуги) и вправе потребовать полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Требования потребителя об уменьшении цены за выполненную работу (оказанную услугу) подлежат удовлетворению в десятидневный срок со дня предъявления соответствующего требования. Поскольку ответчик претензию получил 1 декабря 2017 г., соответственно требования должны были быть удовлетворены не позднее 11.12.2017 г. За нарушение сроков исполнитель обязан выплатить неустойку за каждый день просрочки. В случае нарушения установленных сроков выполнения работы размер неустойки рассчитывается за каждый день просрочки в размере трех процентов цены выполнения работы, а если цена выполнения работы договоров не определена – общей цены заказа. Действиями ответчика ей причинены нравственные страдания, поскольку ожидаемого от услуги результата она не получила. Просит взыскать с ответчика стоимость неоказанных услуг в размере 210 000 рублей, неустойку в размере 210 000 рублей, штраф, денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы на обследование в размере 1980 рублей.

В процессе рассмотрения дела истец ФИО1 от услуг ООО ЗПП Хабаровского края «Резонанс» отказалась.

В судебное заседание не явился представитель ответчика, будучи извещенным о времени и месте рассмотрения дела в соответствии с законом. Ходатайство представителя ответчика об отложении рассмотрения дела в связи с занятостью в другом судебном процессе, подлежит отклонению, поскольку названная причина к уважительным причинам неявки не относится. Представитель ответчика заблаговременно был извещен о времени и месте рассмотрения дела, 15.01.2020 г. ознакомился с материалами дела, следовательно, имел достаточно процессуального времени к моменту рассмотрения дела представить письменный отзыв и доказательства по делу, выразив свою правовую позицию либо обеспечить явку любого иного представителя юридического лица.

При таких обстоятельствах, руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд считает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала исковые требования, пояснив, что ей оказаны услуги не в том объеме, как отражено в Дополнительном соглашении к договору, её не поставили в известность о том, что услуги не будут оказаны. В случае, если бы её информировали о невозможности оказать услуги, внесенные в Дополнительное соглашение, она бы в принципе отказалась. Услуги дорогостоящие, оплатила она их в кредит, если бы она знала, она бы отказалась. По поводу 70 000 рублей, она расценивает их как добровольный возврат части денежных средств. Перед операцией ей делали обследования с участием одного врача, а операцию проводил второй врач. Она прилетела в г.Москва и её сразу практически прооперировали, не сделали даже кардиограмму, не установили возможные риски. Оплаченные услуги были не оказаны, она и после операции говорила о том, что радужку не восстановили. На словах она говорила о том, что роговица с радужкой спаяны, но во внимание никто не принял её слова и приступили к операции.

Представитель истца ФИО4 поддержал исковые требования, пояснив, что ответчик не оказал услуги в полном объеме, нарушил права потребителя, не предоставил необходимой информации. Пунктом 3 Дополнительного соглашения к договору предусмотрена услуга по восстановлению иридохрусталиковой диафрагмы 1 категории сложности стоимостью 150 000 руб. Данная услуга не оказана, из ответа экспертного заключения, иридохрусталиковая диафрагма – это название структур глаза, отделяющих задний отдел глазного яблока от переднего; в него входит радужка и хрусталик, а реконструкция сочетанной патологии радужки и хрусталика производится имплантацией иридохрусталиковой диафрагмы. Эксперт установил, что имплантация иридохрусталиковой диафрагмы не планировалась. Вместе с тем, объем хирургического вмешательства согласно истории болезни составил по пункту 7: восстановление иридохрусталиковой диафрагмы 3 категории сложности. Однако в дополнительном соглашении заявлена услуга по 1 категории сложности. Кроме этого, эксперт сделал вывод о том, что только часть иридохрусталиковой диафрагмы была сохранена и восстановлено ее физиологическое положение. Услуга же предполагала полное восстановление иридохрусталиковой диафрагмы, а не её части. Следовательно, услуга, заявленная в дополнительном соглашении не оказана. При наличии информации у клиента о невозможности полного восстановления и оказания услуги, ФИО1 не согласилась бы на оказание дорогостоящей услуги, информация в полном объеме не представлена. Экспертом указано, что план хирургического вмешательства был ориентировочным, что нарушает права потребителя на правильность выбора услуги, так как ФИО1 не сообщена полная информация о том, что операция будет проводится по ориентировочному плану. Таким образом, денежные средства в сумме 150 000 руб. подлежат взысканию в пользу потребителя. Пунктом 4 Дополнительного соглашения предусмотрено, что ответчик оказывает услугу факоэмульсификация катаракты с имплантацией искусственного хрусталика стоимостью 40 000 рублей, а в ответе на 2 вопрос эксперт делает вывод, что факоэмульсификация катаракты произведена, но ИОЛ (интраокулярная линза, искусственный хрусталик) не была имплантирована, т.е. данная услуга также оказана не в полном объеме. Информация о том, что ИОЛ не будет имплантирована до потребителя не доводилась, предоперационный эпикриз, на который ссылается эксперт, ФИО1 доведен не был, потребителю полная информация об услуге не представлен. Обладая данной информацией ФИО1 не выразила бы согласие на получение такой услуги. Денежные средства в размере 40 000 рублей также подлежат взысканию в пользу потребителя. По пункту 7 Дополнительного соглашения следует, что потребителю должны были оказать услугу в виде коррекции положения ИОЛ 2 категории сложности стоимостью 40 000 рублей. Экспертом было установлено, что коррекция положения ИОЛ не производилась, сама линза установлена не была. В связи с нестабильностью принято решение об извлечении ИОЛ, что также указывает на то, что данный вид услуги не оказан потребителю, уплаченные денежные средства подлежат возврату. Пунктом 5 Дополнительного соглашения предусмотрено, что ответчик оказывает услугу по коррекции положения ИОЛ 2 категории сложности стоимостью 50 000 рублей. Эксперт указал, что «Осложненная катаракта» является диагнозом, что к услугам не относится, а потому и денежные средства в сумме 50 000 рублей, уплаченные не за услугу, подлежат взысканию в пользу потребителя. Из ответа эксперта на вопрос 5 следует, что ответчик в истории болезни поставил предположительный диагноз «ОД-вторичная глаукома под вопросом (?)». В экспертном заключении содержится вывод о том, что при термальной глаукоме любые вмешательства, направленные на оптическую коррекцию глаза не применяются ввиду бесперспективности улучшения зрительных функций. Таким образом, ответчик не имел достаточных данный о заболевании пациента, зная о риске бесперспективности имплантации интраокулярной линзы, тем не менее, решил на оперативное вмешательство, вследствие которого ИОЛ не была имплантирована ввиду нестабильности. Права потребителя были нарушены тем, что надлежащая и необходимая информация о предоставляемых услугах до нее доведена не была, возможность правильного выбора услуги у нее отсутствовала и, кроме того, оплачены денежные средства, не за услугу, а за диагноз в части осложненной катаракты. Компенсация морального вреда за нарушение прав потребителя подлежит взысканию в заявленной сумме, штраф в размере 50% от присужденной суммы, также подлежит взысканию. Изначально претензия подавалась только в отношении одной услуги, впоследствии установлен больший объем, но штраф и неустойка подлежат начислению с итоговой суммы, поскольку имея длительный период, ответчик не удовлетворил требования потребителя, но имел возможность данное сделать. Ход лечения мог измениться, но потребитель не обладает специальными познаниями и до потребителя должна быть доведена информация об услуги. Прежде чем исполнять услугу, планировать, ответчик мог запросить недостающую медицинскую документацию, поскольку истец не может предположить какие документы необходимы. Настаивает на удовлетворении требований.

Исходя из письменного отзыва, ответчик не усматривает законных оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку услуги оказаны в полном объеме. Услуги оказаны истцу даже в большем объеме, нежели это предусмотрено условиями Дополнительного соглашения, вместо 1 категории сложности была проведена операция 3 категории сложности, стоимость которой на 100 000 рублей выше). Повышение оплаты для истца, данное обстоятельство, не повлекло. В ответе, направленном на претензию истца, достаточно подробно описывался характер манипуляции и его особенности применительно к ситуации истца, нарушившей условия п. 2.3.1 Договора на предоставление платных медицинских услуг, обязывающего пациента до начала оказания медицинских услуг сообщать медицинскому персоналу все необходимые сведения о себе и состоянии своего здоровья. ФИО1 пояснялось, что для восстановления иридохрусталиковой диафрагмы ей также понадобилась имплантация внутрикапсульного кольца, стабилизирующего капсульную сумку хрусталика (данная дополнительная услуга не была заранее включена в счет, и, соответственно, не была оплачена). Отказывая в возврате денежных сумм, истцу пояснялось, что восстановление иридохрусталиковой диафрагмы не являлось косметологической операцией, а относилось к элементу реконструкции переднего отдела глаза для его нормального функционирования, что было осуществлено в полном объеме и подтверждается методами инструментальной диагностики. В обоснование своих требований, истец не привела доказательств и не опровергла доводы ответчика. Медицинские документы не содержат информации о том, что спорные услуги не были оказаны пациенту и при наличии афакии и аниридии проведение данных услуг невозможно. Ответчиками не признавался факт оказания услуг не в том объеме, который определен Дополнительным соглашением, поскольку 70 000 рублей переведены истцу как материальная помощь. Подтверждений взаимосвязи выплаты с удовлетворением требований истца, материалы дела не содержат. Поскольку истцом не доказаны и не обоснованы требования, соответственно, не могут быть удовлетворены и требования о взыскании неустойки. В расчет неустойки вошли суммы, не зафиксированные в претензии. Претензия была только по номеру 3, сумма увеличилась. В части требований иска по пунктам 7, 5 и 4 также выражает несогласие. Из представленных документов следует, что услуги в полном объеме оказаны пациенту и после операции от 29.10.2017 г. пациенту разъяснен объем оказанных услуг и выполненных при операции 30.10.2017 г., ежедневно проводились осмотры, в которых неоднократно пояснялись все особенности повреждения структур глаза и необходимые меры, принятые во время реконструкции, с разъяснением, что объем выполнен больше, чем заранее предполагаемый. Разъяснялось также, что проведено удаление осложненной катаракты 3 категории сложности. В случае с пациентом, отсутствие ИОЛ в глазу не является фактором, влияющим на послеоперационную остроту зрения и снижающим ее. Характер произведенных с глазом истца манипуляций и их последовательность отражены в протоколе операции из истории болезни №, из текста следует, что все, указанные в Допсоглашении услуги, были оказаны в соответствующем фактическому состоянию глаза порядке с учетом предварительно оговоренных отступлений, вызванных необходимостью часть решений принимать интраоперационно. Таким образом, с учетом действия пациента, сокрывшей и не предоставившей полной информации о состоянии здоровья, в Дополнительное соглашение включены услуги, планируемые к проведению в наиболее предположительном по результатам осмотра варианте. До проведения операции не было информации о том, что у пациента диагноз глаукомы и зрелой катаракты, появившихся в результате осложнений. Не сообщила пациент и о том, что у неё была диагностирована вторичная глаукома и она уже была прооперирована, причем, таким методом, который также вызывает грубое рубцевание и выполняется на глазах с глаукомой далеко зашедшей стадии; отсутствовала информация о том, что за ткань была пришита поверх роговицы. После проведения УЗИ ответчиком была получена информация о том, что в представленных выписках информация недостоверная и неполная и было очевидно, что у пациентки во время лечения случилась перфорация глазного яблока, что и вынудило хирургов в срочном порядке зашить поверх глаза то, что было под рукой. Информированное добровольное согласие на оперативное вмешательство от 29.10.2017 г. указывает на согласие истца с возможным изменение хода операции. Согласно протокола заседания врачебной комиссии, с ФИО1 обсуждался предварительный объем лечения, но из-за полного отсутствия визуализации он был ориентировочный. Таким образом, все услуги, указанные в Дополнительном соглашении, действительно были оказаны, несмотря на многочисленные неожиданности состояния глаза истца, выявленные после начала операции. Отступление от первоначального оговоренного объема манипуляций и их несоответствие первоначально предполагаемому объему произошло исключительно в сторону увеличения, что никак нельзя считать нарушением прав и интересов пациента, для которого увеличение объема не повлекло увеличение стоимости услуг. Имеющиеся медицинские документы свидетельствуют о том, что основной задачей операции было лечение катаракты и восстановление иридохрусталиковой диафрагмы с целью нормализации анатомии глаза, не связанной с косметическими задачами. Пункт 5 Дополнительного соглашение не является услугой, он влияет на итоговую стоимость оплаты по договору исключительно в качестве критерия сложности предстоящей манипуляции, как показатель уровня сложности от 1 до 3 в зависимости от которого тарифицируется данная надбавка. Неустойка не подлежит взысканию, поскольку данная мера неприменима для рассматриваемого спора, ввиду несогласия ответчика с требованиями. Заявление о снижении неустойки будет заявлено позже. Вместе с тем, истцом проведен неверный арифметический подсчет неустойки, поскольку из претензии следует, что она требовала 150 000 руб. за один пункт, а впоследствии обратилась по четырем пунктам на 280 000 рублей. По мнению истца, ей добровольно оплатили 70 000 руб., т.е. итоговая сумма должна не превышать 100 500 руб. Требования о денежной компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению, поскольку нарушения прав и интересов истца не установлено, а потому отсутствует источник причинения нравственных и физических страданий истцу. В то же время, ФИО1 виновна в не предоставлении полной и достоверной информации о состоянии своего здоровья, и не привела какие конкретно нравственные страдания она испытывала, какие ее личные неимущественные права были нарушены и чем обоснована заявленная к взысканию сумма. В пункте 4 требований, истец просит взыскать убытки в размере 1980 рублей за медицинское обследование в ООО «Хабаровский центр глазной хирургии», ссылаясь на консультативную справку, но данная справка подтверждает лишь факт осмотра и фиксацию состояния пациента на момент осмотра, в ней отсутствует информация о том, что спорные услуги не были оказаны истцу, а также о том, что при наличии афакии и аниридии проведение заявленных манипуляций невозможно. Претензию о неоказании медицинских услуг, истец направила в адрес ответчика 24.11.2017 г., а обследование, якобы указавшее на не оказанные медицинские услуги, осуществлялось почти спустя 2 месяца после направления претензии, соответственно, не могло быть заложено в основу этой самой претензии и по тексту не упоминается. Учитывая, что никакого восстановления нарушенного права ООО «Хабаровский центр глазной хирургии» истцу не осуществлял, не производил медицинских манипуляций, а лишь провел очередное обследование, оснований для удовлетворения требований по данному пункту, отсутствуют. Штраф не подлежит взысканию в связи с необоснованностью требований. Просит отказать в удовлетворении иска.

Согласно пояснений свидетеля ФИО5, опрошенной на основании поручения Центрального районного суда г.Хабаровска от 13.04.2018 г., она является <данные изъяты>», где истцу оказывались услуги, в том числе услуга «восстановление иридохрусталиковой диафрагмы 1 категории сложности». Услуга оказана в полном объеме, но категория сложности была выше 1 категории, поскольку состояние глаза было трудно диагностировать, масштаб и сложность предстоящей работы невозможно было установить по причине зашитого глаза у истца, в результате перфорации глаза. Необходимо видеть, что находится внутри глаза, изначально была поставлена первая категория в результате ультразвукового исследования, в результате которого увидели, что в заднем отрезке глаз сохранен, а передняя часть зашита. Врачи из Хабаровска не указали, что была перфорация в глазу, пациент знала об этом. Глаз имеет два пространства, переднюю и заднюю камеру, потенциально глаз истца перспективный. Операция была направлена именно на восстановление органа. У пациента была катаракта, объем услуг увеличился в связи с отсутствием полного пакета медицинских документов. До начала оперативного вмешательства невозможно было точно узнать состояние глаза, только предположительно. Большой объем повреждений внутриглазных структур осложнило намного весь объем работ. Истец была предупреждена о возможности изменения хода операции в процессе оперативного вмешательства. По основным позициям стоимость соответствовала, сделали большую категорию сложности, фактически оказанные услуги стоили дороже, но доплату не требовали. Вначале была проведена операция на правый глаз, зрение вернулось. После этого перешли к обсуждению предстоящей операции на левый глаз, который был зашит чужеродной грубой рубцовой тканью. В случае, если бы были представлены все документы о проведенном ранее лечении и о состоянии глаза, стоимость изменилась бы однозначно и прогнозы в плане зрения были бы другие, сразу бы поставили в известность, что глаз будет слабовидящий. В данном случае, радужка и хрусталик не нужны, главное, чтобы прижилась роговица. В связи с поступившей жалобой, истцу было предложено приехать в Москву и даже предоставлена материальная помощь для покупки билетов. Денежные средства она лично перечислила истцу в размере 70 000 рублей, но в итоге, истец не приехала. Операция в целом прошла успешно.

Свидетель ФИО6, опрошенный на основании поручения Центрального районного суда г.Хабаровска от 13.04.2018 г., пояснил, что является <данные изъяты> сложности была оказана полностью, он осматривал пациентку после операции, входил в состав комиссии, до операции осматривал. Истцу была имплантирована линза, потом ее вытащили, после чего установили кольцо, чтобы возможно было имплантировать комплекс радужка плюс хрусталик после приживления роговицы. В процессе оказания услуги по факоэмульсификации катаракты с имплантацией искусственного хрусталика 1 поколения, было принято решение об удалении хрусталика. У пациента осложненная катаракта 3 категории сложности, услуга была оказана, коррекция положения ИОЛ 2 категории сложности проведена с коррекцией линзы и репозицией, что соответствовало на 100%. До начала операции было очень сложно определить объем услуг.

Выслушав истца, представителя истца, изучив и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему:

Согласно статье 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательств и одностороннее изменение его условий не допускаются за исключением случаев, предусмотренных законом (статьи 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 420 Гражданского кодекса Российской Федерации к обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в настоящем Кодексе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (здесь и далее правовые нормы приведены в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору (пункт 2 статьи 421).

Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора (пункт 3 статьи 421).

Согласно статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 настоящего Кодекса.

На указанные отношения, распространяется действие Закона о защите прав потребителей.

Согласно статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В соответствии с ч. 1 ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 18 октября 2017 года, между ФИО1 и ООО «Многопрофильный офтальмологический центр» заключен Договор б/н на предоставление платных медицинских услуг, предметом которого в соответствии с п.1.1 Договора является предоставление исполнителем пациенту платных медицинских услуг по своему профилю деятельности в соответствии с перечнем, предусмотренных лицензией, а Пациент обязуется их принять и своевременно оплатить в соответствии с Прейскурантом, действующим на момент оказания услуги.

Согласно пунктов 1.2, 1.3 Договора, исполнитель по медицинским показаниям устанавливает порядок, характер, сроки и объем предоставляемых услуг. Подписанные сторонами приложения и дополнительные соглашения становятся неотъемлемой частью Договора с момента их подписания и имеют равную юридическую силу.

Пунктом 2.1 Договора на исполнителя возложена обязанность создать необходимые условия для выполнения всех видов услуг по договору (в случае технической невозможности оказания всех видов услуг в день подписания и оплаты Договора выполнение недостающих услуг производится по записи в другой день).

В обязанность исполнителя также включается обязанность информировать пациента в процессе оказания медицинской помощи о необходимых основных или дополнительных лечебно-профилактических и прочих процедурах, необходимых медикаментозных препаратах и расходных материалах для предоставления качественных медицинских услуг (пп. 2.1.2).

В обязанности пациента пп.2.3.1 Договора, включена обязанность до начала оказания медицинских услуг сообщить медицинскому персоналу все необходимые сведения о себе для успешного проведения лечебно-диагностического процесса, в том числе о перенесенных заболеваниях, аллергических реакциях, противопоказаниях и другие сведения, необходимые для качественного оказания медицинской помощи. Своевременно производить оплату медицинских услуг согласно действующему Прейскуранту (пп.2.3.4).

Дополнительным соглашение на предоставление платных медицинских услуг к Договору б/н от 18 октября 2017 г., являющимся неотъемлемой частью договора, ФИО1 и ООО «Многопрофильный офтальмологический центр» пришли к соглашению о перечне оказываемых пациенту платных медицинских услуг, в том числе: 7) коррекция положения ИОЛ 2 категории сложности, стоимостью услуги в 40 000 рублей; 8) наркоз – длительность операции более часа, стоимостью услуги в 40 000 рублей; 3) восстановление иридохрусталиковой диафрагмы 1 категории сложности, стоимостью услуги в 150 000 рублей; 5) осложненная катаракта 3 категории сложности, стоимостью услуги в 50 000 рублей; 2) кератопластика покровная 2 категории сложности, стоимостью услуги в 80 000 рублей; 1) кератопластика сквозная 2 категории сложности, стоимостью услуги в 500 000 рублей; 4) факоэмульсификация катаракты с имплантацией искусственного хрусталика 1 поколения, стоимостью услуги в 40 000 рублей; 6) ревизия передней камеры, стоимостью услуги в 15 000 рублей.

Итого к оплате установлена сумма в 915 000 рублей, которая оплачена истцом в полном объеме, что подтверждается платежными документами и не оспаривалось сторонами (платежное поручение № г. на сумму 110 000 рублей; чек- ордер на суму 805 000 рублей от ДД.ММ.ГГГГ).

В соответствии с положениями статьи 4 Закона РФ «О защите прав потребителей» продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется. Если продавец (исполнитель) при заключении договора был поставлен потребителем в известность о конкретных целях приобретения товара (выполнения работы, оказания услуги), продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), пригодный для использования в соответствии с этими целями. Если законами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к товару (работе, услуге), продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий этим требованиям.

Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", регулирует отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации и определяет: 1) правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья граждан; 2) права и обязанности человека и гражданина, отдельных групп населения в сфере охраны здоровья, гарантии реализации этих прав; 3) полномочия и ответственность органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления в сфере охраны здоровья; 4) права и обязанности медицинских организаций, иных организаций, индивидуальных предпринимателей при осуществлении деятельности в сфере охраны здоровья; 5) права и обязанности медицинских работников и фармацевтических работников.

Статьей 2 указанного закона, для целей настоящего Федерального закона даны основные понятия и под медицинской услугой следует понимать - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Статья 79 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", обязывает медицинские организации, в том числе: организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и с учетом стандартов медицинской помощи; 6) предоставлять пациентам достоверную информацию об оказываемой медицинской помощи, эффективности методов лечения, используемых лекарственных препаратах и о медицинских изделиях.

В соответствии с частью 7 статьи 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" и статьей 39.1 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" Правительство Российской Федерации утвердило «Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг" Постановлением Правительства РФ от 04.10.2012 N 1006 (далее – Правила).

Указанный Правила определяют порядок и условия предоставления медицинскими организациями гражданам платных медицинских услуг.

Для целей настоящих Правил используются следующие основные понятия:

"платные медицинские услуги" - медицинские услуги, предоставляемые на возмездной основе за счет личных средств граждан, средств юридических лиц и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования (далее - договор);

"потребитель" - физическое лицо, имеющее намерение получить либо получающее платные медицинские услуги лично в соответствии с договором. Потребитель, получающий платные медицинские услуги, является пациентом, на которого распространяется действие Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации";

"заказчик" - физическое (юридическое) лицо, имеющее намерение заказать (приобрести) либо заказывающее (приобретающее) платные медицинские услуги в соответствии с договором в пользу потребителя;

"исполнитель" - медицинская организация, предоставляющая платные медицинские услуги потребителям.

Понятие "медицинская организация" употребляется в настоящих Правилах в значении, определенном в Федеральном законе "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", под которой в силу положений статьи 2 указанного закона, понимается медицинская организация - юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы, осуществляющее в качестве основного (уставного) вида деятельности медицинскую деятельность на основании лицензии, выданной в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о лицензировании отдельных видов деятельности. Положения настоящего Федерального закона, регулирующие деятельность медицинских организаций, распространяются на иные юридические лица независимо от организационно-правовой формы, осуществляющие наряду с основной (уставной) деятельностью медицинскую деятельность, и применяются к таким организациям в части, касающейся медицинской деятельности. В целях настоящего Федерального закона к медицинским организациям приравниваются индивидуальные предприниматели, осуществляющие медицинскую деятельность.

Как следует из пункта 4 Правил, требования к платным медицинским услугам, в том числе к их объему и срокам оказания, определяются по соглашению сторон договора, если федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации не предусмотрены другие требования.

Применительно к рассматриваемому делу, именно соглашением сторон определен объем оказанных исполнителем услуг, что вытекает из содержания Дополнительного соглашения.

Как следует из пункта 14 Правил, при заключении договора по требованию потребителя и (или) заказчика им должна предоставляться в доступной форме информация о платных медицинских услугах, содержащая следующие сведения: а) порядки оказания медицинской помощи и стандарты медицинской помощи, применяемые при предоставлении платных медицинских услуг; б) информация о конкретном медицинском работнике, предоставляющем соответствующую платную медицинскую услугу (его профессиональном образовании и квалификации); в) информация о методах оказания медицинской помощи, связанных с ними рисках, возможных видах медицинского вмешательства, их последствиях и ожидаемых результатах оказания медицинской помощи; г) другие сведения, относящиеся к предмету договора.

Указанный пункт предусматривает обязанность исполнителя указывать при заключении договора доступную информацию, содержащую сведения, в том числе, об ожидаемых результатах оказания медицинской помощи, что в свою очередь, дает заказчику возможность правильного выбора услуги.

Договор в силу п.17 Правил, должен содержать, в том числе: в) перечень платных медицинских услуг, предоставляемых в соответствии с договором; г) стоимость платных медицинских услуг, сроки и порядок их оплаты; д) условия и сроки предоставления платных медицинских услуг.

Пункт 20 Правил является императивным и запрещает исполнителю предоставлять дополнительные медицинские услуги на возмездной основе, т.е., применительно к рассматриваемому делу, в силу указанного пункта, ответчик был обязан при предоставлении платных услуг, при установлении необходимости предоставления на возмездной основе дополнительных медицинских услуг, не предусмотренных договором, предупредить об этом потребителя (заказчика).

Без согласия потребителя (заказчика) исполнитель не имеет правовых оснований предоставлять дополнительные медицинские услуги на возмездной основе, следовательно, и ссылки на увеличение объема оказанных услуг в связи с некорректным диагнозов, не давали исполнителю право в одностороннем порядке, без уведомления потребителя, корректировать объем оказанных услуг.

Пунктом 29 Правил установлена обязанность исполнителя предоставить потребителю в доступной для него форме информацию, в том числе: о состоянии его здоровья, включая сведения о результатах обследования, диагнозе, методах лечения, связанном с ними риске, возможных вариантах и последствиях медицинского вмешательства, ожидаемых результатах лечения; об используемых при предоставлении платных медицинских услуг лекарственных препаратах и медицинских изделиях, в том числе о сроках их годности (гарантийных сроках), показаниях (противопоказаниях) к применению.

Вопреки утверждениям ответчика, в Дополнительном соглашении, являющимся неотъемлемой частью договора, отсутствовали возможные варианты и последствия медицинского вмешательства, а ожидаемые результаты лечения зафиксированы не в вариативном виде, а конкретно, что указывало на гарантированность оказания услуг, заявленных в соглашении и давало потребителю основания рассчитывать на данный результат.

В силу пункта 31 Правил, за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств по договору исполнитель несет ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации.

В соответствии с положениями статьи 29 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги); соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги); безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работ. При этом потребитель обязан возвратить ранее переданную ему исполнителем вещь; возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков работы (оказании услуги) своими силами или третьими лицами.

Как следует из пункта 1 статьи 31 Закона РФ «О защите прав потребителей» требования потребителя об уменьшении цены за выполненную работу (оказанную услугу), о возмещении расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами, а также о возврате уплаченной за работу (услугу) денежной суммы и возмещении убытков, причиненных в связи с отказом от исполнения договора, предусмотренные пунктом 1 статьи 28 и пунктами 1 и 4 статьи 29 настоящего Закона, подлежат удовлетворению в десятидневный срок со дня предъявления соответствующего требования.

В адрес ответчика ФИО1 направляла требования о возврате денежных средств за услугу, фактически ей не оказанную, претензия получена ответчиком 01.12.2017 г., соответственно, требования потребителя ответчик обязан был удовлетворить не позднее 11.12.2017 г.

В рамках рассматриваемого дела, качество оказанных услуг, предметом не является, т.е. не подлежат обсуждению доводы ответчика о том, что сами оперативные вмешательства с добровольного согласия истца, выполнены качественно.

Вместе с тем, в целях определения количества оказанных услуг, определением суда от 29.03.2019 г. назначена судебная экспертиза.

Согласно Заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного ГБУЗ Иркутское областное Бюро судебно-медицинской экспертизы, помимо исследования медицинских документов в совокупности с материалами гражданского дела, 26.09.2019 г. с ФИО1 была проведена очная экспертиза на базе Иркутского филиала НИМИЦ «МНТК «Микрохирургия глаза», в процессе которой ФИО1 была непосредственно осмотрена.

Анализом представленных на экспертизу медицинских документов, материалов дела и очного осмотра, комиссией экспертов установлено, что ФИО1 считает себя офтальмологически больной с июня 2016 года, когда ей была проведена блефаропластика с косметической целью на оба глаза.

Отвечая на первый вопрос о том, была ли ФИО1 оказана в рамках договора услуга, указанная в п. 3 дополнительного соглашения к договору – восстановление иридохрусталиковой диафрагмы 1 категории сложности, комиссия экспертов указала, что естественная иридохрусталиковая диафрагма не является отдельным анатомическим образованием. Это условное название структур глаза, отделяющих задний отдел глазного яблока от переднего, радужка (ирис) необходима человеку для нормального функционирования зрительной системы, поскольку она уменьшает сферические и хроматические аберрации, увеличивает глубину резкости, предохраняет сетчатку от излишнего засвета, т.е. в целом – иридохрусталиковая диафрагма разделяет переднюю и заднюю части глазного яблока и регулирует поток света.

Исходя из представленного в истории болезни ФИО1 предоперационного эпикриза, объем хирургического вмешательства на левом глазу был ориентировочный из-за полного отсутствия визуализации с указанием следующего: «потребуется восстановление иридохрусталиковой диафрагмы с иссечением грубых рубцовых сращений между неким ксенопластическим материалом и периферическими отделами роговицы, склерой, радужной оболочкой, передней капсулой хрусталика. Возможно удаление нежизнеспособных тканей, репозиция остатков радужки, получение таким образом диафрагмы между передним и задним отделами глаза с формированием передней камеры. Если будет возможность, то на радужку будут наложены швы для формирования зрачка», т.е. имплантация искусственного комплекса «Радужка-хрусталик» пациентке не планировалась.

В плане операции указано, что операция предполагает следующий объем: «Реконструкция переднего отрезка глаза с иссечением рубцовой тканей, с удалением ксеноматериала, сквозная склеролимбопластика с трансплантацией зоны гомологических лимбальных клеток, экстракция зрелой осложненной катаракты – факоэмульсификация с ИОЛ (интраокулярная линза, искусственный хрусталик) или без ИОЛ (возможна коррекция положения ИОЛ с фиксацией опорных элементов, восстановление иридохрусталиковой диафрагмы с удалением нежизнеспособных тканей, пластика зрачка?), формирование передней камеры, покровная тектоническая кератопластика».

Фактический объем проведенного хирургического вмешательства согласно истории болезни составил: 1) склеролимбопластика с трансплантацией зоны гомологичных лимбальных клеток; 2) кератопластика покровная 3 категории сложности; 3) факоэмульсификация осложненной катаракты (3 категории сложности) с имплантацией искусственного хрусталика 1 поколения; 4) коррекция положения ИОЛ 2 категории сложности; 5) имплантация внутрикапсульного кольца; 6) эксплантация ИОЛ; 7) восстановление иридохрусталиковой диафрагмы 3 категории сложности; 8) формирование передней камеры глаза; 9) наркоз длительностью более 2 часов.

Согласно выписки от 30.11.2017 г., ФИО1 произведено: «реконструкция переднего отдела глаза – иссечение рубцовой фиброзной покровной ткани с элементами ксеноматериала, сквозная склеролимбопластика, экстракция зрелой катаракты, формирование передней камеры, покровная кератопластика амнионом».

В настоящий момент в глазу пациентки, исходя из заключения эксперта, в отделах, доступных осмотру – радужка отсутствует, сохранена капсульная сумка хрусталика, передняя камера глаза восстановлена – глубокая, равномерная.

Исходя из имеющегося в истории болезни описания хода операции: «по причине сплошной адгезии и невозможности их отделения, приходится убирать роговицу с частями приросшей некротически измененной радужки с сохранением ее периферических отделов как части формирования иридохрусталиковой диафрагмы».

Таким образом, услуга, оговоренная сторонами в пункте 3 Дополнительного соглашения, действительно не была оказана ФИО1 в полном объеме, после операции установлено, в том числе, заключением экспертов, что только часть иридохрусталиковой диафрагмы (капсулы хрусталика) и радужка в периферических отделах была сохранена и восстановлено её физиологическое положение, т.е. услуга в том объеме, который указан в дополнительном соглашении не оказано.

Отвечая на второй вопрос об оказании услуги в пункте 4 дополнительного соглашения, комиссия экспертов указала, что в истории болезни ФИО1 представлен ход операции, где детально описано удаление набухающей катаракты с использованием системы для факоэмульсификации. Далее написано: «выполняем имплантацию ИОЛ… в капсульный мешок. ИОЛ в мешке не стабильная по причине его фиброзных изменений. Делаем попытку коррекции положения линзы, ротируя её в капсульном мешке. Из-за нестабильности принимает решение об эксплантации ИОЛ».

Таким образом, факоэмульсификация катаракты, согласно выводов экспертов, выполнена в полном объеме, ИОЛ не была имплантирована из-за грубых фиброзных изменений.

Вместе с тем, заключение эксперта подтверждает, что услуга, заявленная в дополнительном соглашении, зафиксированная в пункте 4, не была оказана истцу в том объеме, как была заявлена.

В ответе на вопрос о том, была ли оказана услуга п.7 Дополнительного соглашения, эксперты указали, что в описании хода операции проведено детальное описание удаление набухающей катаракты, в котором указано об эксплантации ИОЛ. В момент проведения осмотра пациента 26.09.2019 г. в послеоперационном периоде, ИОЛ в глазу отсутствовала.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что пункт 7 Дополнительного соглашения, не исполнен в том объеме, как оговорено с заказчиком, ИОЛ в глазу отсутствует, что указывает на то, что коррекция положения ИОЛ 2 категории сложности как услуга, истцу не оказана.

Согласно заключения эксперта, «осложненная катаракта» услугой не является, а является клиническим диагнозом, общепринятого и утвержденного разделения факоэмульсификации по категории сложности не имеется.

Данный вывод экспертов указывает на необоснованность включения диагноза «осложненная катаракта» в перечень услуг при заключении Дополнительного соглашения с истцом.

Заключением эксперта также установлено, что в истории болезни истца, отсутствуют выписки и в анамнезе заболевания отсутствует часть данных об этапах лечения. В истории болезни ООО МОЦ отсутствуют выписки и данные о наличии глаукомы в терминальной стадии и проведенной антиглаукомной операции, а так же о дополнительных вмешательствах, направленных на улучшение состояние век.

В то же время, в истории болезни от 04.10.2017 г. диагноз правого глаза включает предположение о наличии вторичной глаукомы: «ОД – вторичная глаукома?», при которой восстановить зрительные функции у пациента невозможно и данный диагноз предполагает необратимую атрофию зрительного нерва. В связи с этим, любые вмешательства, направленные на оптическую коррекцию (в данном случае – имплантация ИОЛ) не применяются в связи с бесперспективностью улучшения зрительных функций.

В ответе на поставленный вопрос, эксперты пришли к выводу, что предоставление всей необходимой медицинской информации ФИО1 ход лечения мог бы измениться только в сторону уменьшения объема проводимых манипуляций, что в свою очередь, опровергает доводы ответчика о том, что не предоставление пациентом всей необходимой документации, повлекло увеличение объема проводимых манипуляций.

Представленное заключение принимается судом в качестве допустимого и достоверного доказательства по делу, соответствующее требованиям ст. ст. 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Назначенная судом экспертиза проведена в соответствии с требованиями ст. ст. 84, 85 ГПК РФ, в организации имеющей право на проведение данного вида экспертиз, комиссией экспертов, имеющих соответствующие образование, подготовку и стаж работы, которые предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Выводы экспертов объективны, основаны на изучении и анализе представленных медицинских документов, материалах данного гражданского дела, исследования, проведены всесторонне и в полном объеме, в пределах имеющейся у экспертов соответствующей специальности.

В процессе рассмотрения дела, свидетель ФИО5 подтвердила, что целью операции являлось восстановление органа истца, что подтверждает пояснения истца о том, что она как потребитель была поставлена в известность о положительном результате и возможности восстановления органа, что и послужило основанием для принятия положительного решения.

Более того, указанный свидетель подтвердил, что была только попытка искусственной имплантации хрусталика, что не осуществлено и причиной названы изменения в глазу истца. Также не оказана услуга в полном объеме по факоэмульсификации катаракты с имплантацией искусственного хрусталика, но данная услуга не полностью оказана, поскольку хрусталик не удалось закрепить качественно.

Свидетель ФИО6 также подтвердил, что услуга была оказана не в полном объеме, поскольку имплантированную линзу вытащили, установили кольцо и имплантацию комплекса радужка плюс хрусталик выполнить возможно только после приживления роговицы.

Доводы данного свидетеля о том, что пациенту поясняли о проведении операции в медицинских целях и не гарантировали восстановление радужки, суд находит несостоятельным, поскольку из Дополнительного соглашения следует, что потребителю гарантировали именно восстановление радужки и хрусталика и данное не было обусловлено целями проведения операции (косметическая, медицинские цели). В ином случае, данное содержалось бы в описаниях услуг.

Указанный свидетель также пояснил, что в ходе оказания услуги по имплантации искусственного хрусталика 1 поколения, было принято решение об удалении хрусталика, из чего с очевидность следует, что данная услуга не оказана в полном объеме.

Не принимаются во внимание и утверждения свидетелей о том, что катаракта относится к услуге, поскольку из заключения эксперта следует, что катаракта является диагнозом, т.е. внесение данного диагноза в перечень услуг вводит потребителя в заблуждение и относится к недостоверной информации.

Доводы свидетеля о большем объеме работ, чем предусмотрено договором, во внимание не принимаются, поскольку в данном случае, материалами дела и показанием истца, свидетеля, подтвержден факт того, что в рамках договорных отношений между сторонами, закрепленный перечень услуг, за которые потребитель произвел оплату в полном объеме, не оказан исполнителем, что указывает на правомерность заявленных требований по соразмерному уменьшению стоимости.

Несостоятельными являются и доводы ответчика о том, что ФИО1 пояснялось, что для восстановления иридохрусталиковой диафрагмы ей также понадобилась имплантация внутрикапсульного кольца, стабилизирующего капсульную сумку хрусталика, поскольку данная дополнительная услуга в перечень услуг, закрепленных Дополнительным соглашением не включена.

Доводы ответчика, свидетелей о большем объеме проведенных работ в рамках исполнения договора, при рассмотрении настоящего дела во внимание также не принимаются, поскольку при наличии оснований для изменения условий договора, увеличения объема оказанных услуг, действующее законодательство и условия договора, приведенные выше, устанавливают иной порядок урегулирования договорных отношений, в том числе путем заключения Дополнительных соглашений после непосредственного оказания услуг с отражением перечня иных видов проделанных работ с установлением расценок, чего не был лишен возможности сделать ответчик.

Вместе с тем, потребитель вправе рассчитывать на достоверную информацию как при заключении договора, так и учитывая специфику медицинских услуг, на предоставлении информации о фактически проделанном объеме работ, их количестве и стоимости и именно, данные права истца были нарушены ответчиком, что очевидно повлияло на её выбор при выборе услуги, о чем она ссылалась в процессе рассмотрения дела.

Следует обратить внимание на то, что в представленной копии протокола стоят две подписи: врача – офтальмолога профессора Секундо и ассистента – д.м.н ФИО5, при том, что информационное добровольное согласие от 29.10.2017 г., на которое имеется ссылка ответчика и находящееся в материалах дела, профессором Секундо не подписано, отсутствуют уточнения по ходу операции, в истории болезни имеется подпись профессора Секундо и внесены данные по ходу операции, что дополнительно указывает на предоставление неполной информации заказчику.

При этом, подписи профессора В.Секундо в протоколе и копии не совпадают, в копии отсутствуют вклейки по модели и диоптрийности ИОЛ, на что обращено внимание суда комиссией экспертов, проводящих экспертизу.

При изменении объема работы, увеличения сложности и, соответственно, стоимости работ, ответчик не был лишен возможности после проведения оперативных вмешательств, заключить дополнительное соглашение, скорректировать цену услуги, а не самостоятельно, в нарушение действующего законодательства и без извещения потребителя, корректировать стоимость по своему усмотрению.

Несостоятельными расцениваются и доводы ответчика о нарушении истцом положений договора, обязывающие предоставить весь необходимый объем медицинских документов, поскольку ответчик не смотря на отсутствие документов, очевидно обладая информацией о совершенных манипуляциях, приступил к исполнению договора, имея возможность при таких обстоятельствах, отказать в предоставлении платных медицинских услуг, что вытекает из положений договора, а именно п.5.3 Договора, согласно которого исполнитель вправе был отказаться от исполнения обязательств по настоящему Договору при отсутствии возможности предоставления услуг и осуществить возврат денежных средств пациенту за не предоставленные медицинские услуги.

Кроме того, ответчик предполагал о наличии у пациента диагноза «вторичная глаукома», из которого следовало, что любые вмешательства, направленные на оптическую коррекцию зрения в виде имплантации ИОЛ, не применимы в связи с бесперспективностью улучшения зрительных функций.

В заключении экспертов также указывается, что наличие всех необходимых документов, привело бы к уменьшению, а не к увеличению объема проводимых манипуляций.

По смыслу заключенного между сторонами договора, при невозможности оказания части или полностью услуги, закрепленной договором, исполнитель обязан был уведомить о данном факте потребителя, после чего, имел возможность отказаться от исполнения обязательств по договору и вернуть пациенту денежные средства за не предоставленные медицинские услуги, а не самостоятельно корректировать стоимость услуг в зависимости от сложности и изменения объема оказанных услуг.

В своих письменных пояснениях, ответчик сам указывает, что после проведения УЗИ ответчиком была получена информация о том, что в представленных истцом выписках информация недостоверная и неполная и было очевидно, что у пациентки во время лечения случилась перфорация глазного яблока, т.е. при очевидности увеличения объема и стоимости услуг, исполнитель обязан был поставить заказчика в известность уже после проведения ультразвукового исследования, как и при наличии сомнений в возможности получения результата, оговоренного с заказчиком.

Поскольку исполнитель приступил к выполнению услуг, предусмотренных договором, соответственно, в дальнейшем ссылка ответчика на отсутствие необходимых сведений и медицинских документов, не предоставленных истцом, судом не принимается, во внимание.

Информированное добровольное согласие на оперативное вмешательство от 29.10.2017 г. указывает на согласие истца с возможным изменение хода операции, но не свидетельствует о том, что исполнитель поставил в известность истца о фактическом изменении хода операции и не достижении тех результатов, о которых стороны договорились при подписании договора.

Следует в связи с указанным учитывать, что ни в процессе исполнения договора, ни после его исполнения, ответчик не ссылался и не ставил потребителя в известность об увеличении сложности, объема предоставленных услуг и их цены, а данные доводы указывает после предъявления требований потребителя.

Ссылка ответчика на нарушение истцом п. 2.3.1 Договора, якобы обязывающая предоставить медицинские документы для целей правильного диагностирования, основаны на ошибочном толковании условий договора, поскольку указанный пункт обязывает пациента только сообщить медицинскому персоналу все необходимые о себе сведения и о состоянии своего здоровья, но не обязывает предоставлять необходимые для проведения медицинских манипуляций медицинские документы.

Судом также учитывается, что именно медицинская организация, обязана перед тем, как приступить к оказанию услуг, согласованных с пациентом, провести полный комплекс диагностических мероприятий с целью оказания услуг, соответствующих их качеству, поскольку потребитель не обладает специальными познаниями в данной области, что вытекает из действующего законодательства, устанавливающего презумпцию отсутствия у потребителя необходимых познаний при вступлении в названные правоотношения.

В силу пункта 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

Следует также учесть содержания пункта 44 указанного Постановления, исходя из которого, по требованиям потребителя суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о его свойствах и характеристиках, имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10).

Информация о товарах (работах, услугах) в соответствии с пунктом 2 статьи 8 Закона должна доводиться до сведения потребителя в наглядной и доступной форме в объеме, указанном в пункте 2 статьи 10 Закона.

Ответчиком после проведения оперативного вмешательства, не предоставлена истцу полная информация о том, что часть условий договора была не выполнена, не предоставлена информация о том, что в силу имеющихся препятствий, услуга не оказана в том объеме, как отражено в Дополнительном соглашении, что и является нарушением прав потребителя в контексте положений Закона о защите прав потребителей.

Учитывая изложенное, требования истца о соразмерном уменьшении цены выполненной работы (оказанной услуги), являются правомерными, а при установлении в судебном заседании, в том числе, при анализе заключения эксперта, что действительно договор был выполнен не в том объеме, как согласовано сторонами, соответственно, денежные средства в размере 280 000 рублей подлежали возврату истцу.

Решая вопрос о подлежащих взысканию в пользу истца денежных средств, суд полагает возможным взыскать в пользу истца требуемую сумму в 210 000 рублей, не выходя за рамки заявленных требований, учитывая, положения статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при этом, не соглашаясь с утверждением истца о том, что денежные средства в размере 70 000 рублей переведены истцу в качестве возврата денежных средств по договору и соответственно, признания требований ответчиком.

Данное вытекает из анализа представленной выписки, которая не свидетельствует о переводе денежных средств ответчиком ООО «Многопрофильный офтальмологический центр», сведения о том, что физическое лицо – ФИО5 действовала по поручению ответчика, материалы дела также не содержат, при том, что свидетель ФИО5 пояснила, что данная денежная сумма в 70 000 рублей переведена истцу в качестве материальной помощи. В назначении платежа указаны аналогичные основания.

Перевод денежных средств между физическими лицами, не подтверждает факта признания исковых требований юридическим лицом, ссылка истца на обратное, основана на ошибочном толковании возникших правоотношений.

Учитывая изложенное, требования истца подлежат удовлетворению в заявленном размере 210 000 руб., поскольку в процессе рассмотрения дела установлено, подтверждено материалами дела, что услуги п. 7, 3,5,4 не оказаны истцу в том объеме, как зафиксировано в дополнительном соглашении.

Принимая решение, судом также учитывается, что в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ, ответчик не предоставил каких-либо арифметических расчетов, из которых возможно было бы произвести более детальный перерасчет, ссылаясь только на проведение большего объема услуг, соответственно, суд принимает за основу имеющиеся в деле доказательства.

При этом, учитывается, что ответчику неоднократно, с учетом длительности рассмотрения дела, предлагалось предоставить необходимый объем доказательств в обоснование своих возражений.

В соответствии с пунктом 5 статьи 28 Закона РФ «О защите прав потребителей» в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" а) неустойка (пеня) в размере, установленном статьей 23 Закона, взыскивается за каждый день просрочки указанных в статьях 20, 21, 22 Закона сроков устранения недостатков товара и замены товара с недостатками, соразмерного уменьшения покупной цены товара, возмещения расходов на исправление недостатков товара потребителем, возврата уплаченной за товар денежной суммы, возмещения причиненных потребителю убытков вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре, а также за каждый день задержки выполнения требования потребителя о предоставлении на время ремонта либо до замены товара с недостатками товара длительного пользования, обладающего этими же основными потребительскими свойствами, впредь до выдачи потребителю товара из ремонта или его замены либо до предоставления во временное пользование товара длительного пользования, обладающего этими же основными потребительскими свойствами, без ограничения какой-либо суммой. При этом судам надлежит учитывать, что если срок устранения недостатков не был определен письменным соглашением сторон, то в соответствии с пунктом 1 статьи 20 Закона недостатки должны быть устранены незамедлительно, то есть в минимальный срок, объективно необходимый для устранения данных недостатков товара с учетом обычно применяемого способа их устранения.

Поскольку направленная истцом в адрес ответчика претензия о возврате уплаченной денежной суммы 150 000 рублей, оставлена ответчиком без удовлетворения, требования истца о взыскании неустойки согласно п. 3 ст. 31 Закона "О защите прав потребителей" в размере суммы, исчисленной в соответствии с п. 5 ст. 28 Закона РФ "О защите прав потребителей", основаны на действующем законодательстве.

Расчет неустойки произведен истцом арифметически не верно, поскольку неустойка подлежала исчислению из суммы в 150 000 руб., заявленной в претензии истцом.

Вместе с тем, судом учитывается, что неустойка была рассчитана истцом по 15 января 2018 г., тогда как на момент рассмотрения дела судом, она значительно превышает указанную сумму.

Расчет неустойки из 150 000 рублей с 12.12.2017 по 15.01.2018 г., т.е. за 34 дня, составлял сумму в 153 000 рублей. На дату вынесения решения 28.01.2020 руб. неустойка составляла сумму 3 343 500 руб. (150 000 * 743 дн. * 3%).

При указанных обстоятельствах, поскольку нарушение прав потребителей установлено, истец обращалась с обоснованными требованиями к ответчику о перерасчете, но данное требование не было удовлетворено в добровольном порядке, неустойка подлежит взысканию в размере 210 000 руб., т.е. снижению по правилам ст. 28 Закона о защите прав потребителей с учетом применения статьи 333 ГК РФ и уменьшения размера неустойки до разумных пределов. О применении статьи 333 ГК РФ ответчиком заявлялось в ходе рассмотрения дела.

При этом судом учитывается, что действующее законодательство о защите прав потребителей, ограничивает сумму взысканной потребителем неустойки ценой оказанной услуги, что составляет применительно к рассматриваемому делу 280 000 руб. Но вместе с тем, поскольку истцом заявлена к взысканию сумма в 210 000 руб., суд не может выйти за пределы заявленных требований, что закреплено положениями статьи 196 ГПК РФ.

Обсуждая вопрос о денежной компенсации морального вреда, судом учитываются разъяснения пункта 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", согласно которого, при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Размер денежной компенсации морального вреда, применительно к рассматриваемому делу, определяется судом в 10 000 рублей.

Из содержания пункта 6 статьи 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» с учетом пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" следует, при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Разрешая вопрос о взыскании штрафа в пользу потребителя, судом учитывается, что изначально с претензией истец обращалась только по одному пункту с требованием вернуть 150 000 рублей, что по мнению суда, не является основанием для уменьшения суммы штрафа, поскольку после возбуждения гражданского дела и нахождения его в производстве длительный период времени, ответчик был извещен о размере заявленных требований, но не предпринимал попыток удовлетворить требования потребителя.

Таким образом, в пользу потребителя полежит взысканию штраф в размере 215 000 руб. 50% от (210 000 + 210 000 + 10 000).

Доводы ответчика об отсутствии оснований для взыскания штрафных санкций основаны на неверном толковании норма материального права, учитывая, что действующим законодательством установлено безусловное взыскание штрафных санкций при установлении нарушений прав потребителей из подлежащих взысканию в пользу потребителя денежных сумм.

Обсуждая вопрос о взыскании в пользу истца денежных средств в размере 1980 рублей за обследование в ООО «Хабаровский центр глазной хирургии», суд не находит данные расходы относимыми к рассматриваемому спору по защите прав потребителей, поскольку доказательственного значения по смыслу главы 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации данные расходы не несут, соответственно, не подлежат распределению по правилам статей 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

К данному выводу суд пришел из анализа представленной квитанции и содержания консультативной справки № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым ФИО1 проходила очередной осмотр с целью фиксации состояния здоровья, учитывая необходимость постоянного наблюдения. Медицинская документация, имеющаяся в материалах дела, также подтверждает вывод суда о необходимости постоянного наблюдения пациента что, соответственно, не связано напрямую с нарушением прав потребителя со стороны ответчика.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. Применительно к данному делу, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина по требованиям как имущественного, так и неимущественного характера в размере 7700 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

решил:

исковые требования удовлетворить частично

Взыскать в пользу ФИО1 с общества с ограниченной ответственностью «Многопрофильный офтальмологический центр» денежные средства по неоказанным услугам в размере 210 000 рублей, неустойку в размере 210 000 рублей, денежную компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере 215 000 рублей, в остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Многопрофильный офтальмологический центр» в доход бюджета городского округа «город Хабаровск» государственную пошлину в размере 7700 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Хабаровский краевой суд через Центральный районный суд г. Хабаровска в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Дата составления мотивированного решения 04.02.2020 г.

Судья О.С.Белоусова