Решение № 2-12/2019 2-12/2019(2-281/2018;)~М-259/2018 2-281/2018 М-259/2018 от 17 января 2019 г. по делу № 2-12/2019

Гр.дело № 2-12/2019.

Мотивированное
решение составлено 23.01.2019.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 января 2019 г. город Полярные Зори

Полярнозоринский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Фазлиевой О.Ф.,

при секретаре Крутиковой Н.В.,

с участием:

представителя истца ФИО1 – ФИО2,

ответчика ФИО3,

представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Полярнозоринского районного суда Мурманской области гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Полярнозоринский районный суд Мурманской области с иском к ФИО3 о взыскании убытков.

В обоснование иска ФИО1 указано, что в январе 2018 г. он обратился к ответчику ФИО3 с намерением приобрести принадлежащий ей деревянный дом, который не зарегистрирован для кадастрового учета. ФИО3 пояснила, что приобрела указанный дом в 2000 г. в *** что подтверждается соответствующей справкой. Он осмотрел дом, после чего, в феврале 2018 г. приобрел его у ФИО3 за 40 000 руб., продавец передала ему справку от 26.06.2000 о покупке ею дома. В связи с отсутствием необходимости в регистрации перехода права собственности, письменный договор между ними не заключался, сделка совершена в устной форме. После совершения сделки он уехал по месту своего жительства <адрес> для того, чтобы определиться с разборкой дома и найти работников, которые бы могли разобрать дом и перенести на новое место.

В апреле 2018 г. он приехал в <адрес> с работниками ***, однако при встрече с ФИО3, она сообщила, что передумала продавать дом и продала его другому лицу дороже, за 60 000 руб.

В связи со сложившимися обстоятельствами он обратился за защитой своих прав в Межмуниципальный отдел МВД России "Полярнозоринский", где до настоящего времени проводится проверка по его заявлению о привлечении к ответственности ФИО3 по факту мошеннических действий.

Полагает, что в соответствии с пунктом 1 статьи 307, статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, между ним и ответчиком возникли обязательства, отказ от которых в одностороннем порядке не допускается.

В результате неправомерных действий ответчика ФИО3 он понес убытки:

- 40 000 руб. - переданные ФИО3 в счет оплаты дома и невозвращенные ею;

- 10 724 руб. 85 коп. - стоимость проезда в <адрес> на личном автомобиле, питание в дороге, остановка в мотеле;

- 18 588 руб. 60 коп. - стоимость проезда работников железнодорожным транспортом;

11 995 руб. 59 коп. - стоимость питания работников;

3 799 руб. 79 коп. - стоимость перевозки работников на личном транспорте;

60 000 руб. - аванс по договорам возмездного оказания услуг с работниками.

Всего он понес убытки в сумме 145 108 руб., а также оплатил при подаче иска в суд государственную пошлину в сумме 4 102 руб. 18 коп., которые в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации просил взыскать с ответчика ФИО3 в его пользу.

В ходе производства по делу истец не возражал против изменения основания иска на неосновательное обогащение в части взыскания 40 000 руб., переданных им ответчику ФИО3

В ходе судебного заседания истец ФИО1 представил в суд заявление о частичном отказе от исковых требований о взыскании 10 724 руб. 85 коп. - стоимости проезда в <адрес> на личном автомобиле, питания в дороге, остановки в мотеле; 18 588 руб. 60 коп. - стоимости проезда работников железнодорожным транспортом; 11 995 руб. 59 коп. - стоимости питания работников; 3 799 руб. 79 коп. - стоимости перевозки работников на личном транспорте; 60 000 руб. - аванса по договорам возмездного оказания услуг с работниками.

Определением от 18.01.2019 судом принят частичный отказ истца от иска и производство по делу в этой части прекращено.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, был надлежащим образом уведомлен о времени и месте его проведения, представил суду заявление с просьбой о рассмотрении дела без его участия. Интересы ФИО1 в судебном заседании представляет ФИО2

В порядке, предусмотренном частью 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассмотрено в отсутствие истца.

Суд принимает во внимание объяснения истца, данные им в предварительном судебном заседании 03.12.2018 и в судебном заседании 11.12.2018, согласно которым он постоянно проживает и зарегистрирован в <адрес>. В феврале 2018 г. он прибыл в <адрес> с намерением приобрести дом, который можно использовать в качестве временного жилья для себя и своих друзей. От знакомой гр.М ему стало известно о возможности приобрести старый нежилой дом у ФИО3 В ходе встречи с ФИО3 он осмотрел дом и предложил купить его за 40 000 руб., на что она согласилась.

Дом представляет собой одноэтажное старое деревянное строение, размером 15 м на 8,5 м, приподнятое над землей на уровень 0,5 - 1,5 м, венцы которого и брус можно было использовать для строительства другого дома. Эксплуатироваться по назначению в настоящее время этот дом не может, поскольку разрушен и в нем отсутствуют окна и двери.

16.02.2018 он приехал к ФИО3 для того, чтобы передать деньги, однако ее дома не оказалось, и он передал деньги в сумме 40 000 руб. гр.М Как ему стало известно позднее, гр.М передала деньги ФИО3

Поскольку в <адрес> все жители знакомы друг с другом и сделки совершаются на доверии, он не принял меры для оформления договоренности по купле-продаже дома в письменной форме, договор не составлял, передачу денег документально не подтверждал. Условия сделки он с ответчиком не оговаривал, отличительные признаки имущества, сроки оплаты, порядок передачи денег, порядок передачи имущества не обсуждал. Принадлежность дома ФИО3 он также не проверял, полагал, что извещение о покупке ею дома свидетельствует о наличии у нее права собственности. В указанном документе имелось исправление номера дома, однако сомнений в подлинности извещения у него не возникло.

Несмотря на то, что он не заключил договор с ФИО3 о купле-продаже дома, он решил, что может пригласить квалифицированных специалистов для работы с этим домом. 27.02.2018 он уехал и занимался подбором работников, заключал договоры на оказание услуг. 01.04.2018 он приехал в <адрес>, а 05.04.2018 он случайно встретил ФИО3 на улице, которой сообщил о том, что он приехал с работниками и приступает к разбору дома, на что та ответила, что передумала продавать дом и деньги ему вернет. В дальнейшем, через гр.М он предлагал провести переговоры о возращении денег и компенсации понесенных им затрат, однако ответчик отказалась.

Он подготовил расписку о получении от ФИО3 денежных средств в сумме 40 000 руб. и передал ее на улице гр.М, которая прочитала ее ФИО3 Расписку он подготовил на будущее, на тот случай, если ответчик вернет ему деньги. ФИО3 расписку порвала.

Представитель истца ФИО2, осуществляющая полномочия на основании служебного удостоверения адвоката, выданного Управлением Минюста Российской Федерации в Мурманской области 15.02.2013 №**, и ордера от 11.12.2018 №** (т.1 л.д.183,184), иск ФИО1 поддержала, указала, что истец поддерживает исковые требования в части взыскания с ФИО3 денежных средств в размере 40 000 руб.

Полагает, что суд самостоятельно вправе определить характер спора и применить надлежащее законодательство. Считает, что в данном случае следует руководствоваться нормами пункта 1 статьи 8, статьи 309, 1102, пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации. В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными, в том числе требование о возврате предоставленного при незаключенности договора. При этом истцу необходимо доказать факт сбережения ответчиком денежных средств в заявленной сумме, факт сбережения ответчиком денежных средств именно за счет истца, а также то, что сбережение ответчиком денежных средств произошло без каких-либо оснований, установленных законом, иными правовыми актами или сделкой. Кроме того, истцом должен быть доказан размер неосновательного обогащения ответчика.

В ходе судебного разбирательства полагала установленным факт неосновательного обогащения ответчика, которая сообщила суду, что сначала дала согласие на продажу дома на дрова, который она полагала своим, а потом передумала, т.е. приняла денежные средства, не намереваясь вступать в договорные отношения. Истцу не было известно о том, что ответчик передумала, она ему об этом не сообщила, в связи с чем он полагал устный договор состоявшимся и заключенным.

Факт передачи денежных средств установлен в судебном заседании, в том числе показаниями ФИО3 и гр.М Возврат денежных средств истцу не подтвержден. Ответчик и свидетель говорят о расписке, которую ответчик порвала в апреле, но данная расписка была передана ответчику без подписи и только для ознакомления ответчика с содержанием расписки в случае возврата денежных средств истцу. Прямых свидетелей возврата денег не имеется.

Таким образом, установлено, что ответчик неосновательно обогатился за счет истца на сумму 40 000 руб. без предусмотренных законом или сделкой оснований, при этом истец полагал, что между ними возникли обязательства.

Считает, что оснований для применения положений пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку ответчик не осознавал отсутствие оснований для передачи денежных средств, целей благотворительности не преследовал.

На основании вышесказанного просила иск удовлетворить.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск ФИО1 не признала, поддержала объяснения данные в ходе производства по делу, в том числе о том, что, как она полагает, в ее собственности имеется дом, расположенный по адресу: <адрес>, который она ранее приобрела в *** в качестве дров, что подтверждается извещением о покупке. В дальнейшем, она намеревалась разобрать бревна и использовать их как топливо (дрова). В настоящее время извещение о покупке дома ею утрачено.

В один из дней января 2018 г. к ней обратилась гр.М, с которой она поддерживает дружеские отношения, с вопросом о том, не желает ли она продать вышеуказанный дом. Она встретилась с потенциальным покупателем ФИО1, и он предложил ей цену 30 000 руб., она не согласилась, после чего он предложил ей 40 000 руб. Она сказала, что подумает. Намерения продавать дом у нее не было, однако она поинтересовалась о стоимости дров и поняла, что ей не выгодно продавать дом. Через несколько дней к ней пришла гр.М и сказала, что ФИО1 принес деньги за дом. Она сказала, что продавать дом не будет и не хотела брать деньги, но гр.М настойчиво просила, чтобы она взяла деньги и сама вернула их ФИО1 Через некоторое время она встретила ФИО1 и сообщила ему о том, что продавать дом не будет, и попросила прийти и забрать деньги. Он пришел к ней домой и стал умолять продать дом, она отказалась и отдала ему деньги, а он стал угрожать ей, что создаст неприятности. Она сообщила гр.М о возвращении денег и о неподобающем поведении ФИО1

Через некоторое время ФИО1 пытался дать ей расписку о получении им денег от нее в сумме 40 000 руб., но она не стала брать и порвала. Расписку он передавал в присутствии гр.М., которая прочитала ее текст. Кроме того, ФИО1 через гр.М пытался передать ей договор купли-продажи дома, но она также его не подписала.

Ответчик отметила, что она не уполномочивала гр.М искать покупателя на дом, вести какие-либо переговоры о его продаже и получать деньги.

Представитель ответчика ФИО4, осуществляющий полномочия на основании служебного удостоверения адвоката, выданного Управлением Минюста Российской Федерации в Мурманской области 10.11.2004 №**, и ордера от 20.12.2018 №** (т.2 л.д. 2, 43) в судебном заседании возражал против удовлетворения иска ФИО1, полагая, что показания сторон и свидетеля гр.М не позволяют достоверно установить наличие заключенного договора между ФИО3 и ФИО1 о купле-продаже спорного строения. Показания истца ФИО1 в указанной части противоречат показаниям ответчика ФИО3 и свидетеля гр.М Иных доказательств заключения между сторонами договора, в которых бы содержались сведения о его условиях, цене, индивидуальных признаках вещи, которая продается, о порядке передачи этой вещи, о порядке и сроках расчетов между сторонами – истцом не представлено. Следовательно, нельзя сделать вывод об окончательно сформировавшемся волеизъявлении участников указанных правоотношений на заключение договора на определенных условиях. Данные отношения следует рассматривать как возникновение обязательств из неосновательного обогащения.

Отметил, что передача денежных средств ФИО1 состоялась ненадлежащему лицу, поскольку ФИО3 не уполномочивала гр.М принимать деньги у ФИО1 В последующем, в тот же день деньги были переданы ФИО3, что последняя не отрицает. Спустя примерно 2 недели после получения денежных средств от гр.М, то есть в первых числах апреля 2018 г. истец встретила ФИО1 и сказала ему забрать деньги, что подтвердил и сам ФИО1, то есть наличие у ФИО3 намерения вернуть денежные средства ФИО1 нашло подтверждение. ФИО1 пришел к истцу домой, где на лестничной площадке она вернула ему денежные средства, полученные у гр.М ФИО1 факт визита не отрицал, но оспаривает возвращение денежных средств. Свидетелей передачи денежных средств не было, однако ФИО3 сообщила гр.М о том, что денежные средства ФИО1 она вернула, и договор с ним подписывать не будет. Кроме того, свидетель гр.М суду пояснила, что когда в апреле месяце ФИО1 принес ей договор купли-продажи, то сам пояснил, что ФИО3 денежные средства ему вернула. Кроме того, ФИО1 передал ФИО3 расписку о том, что она вернула ему денежные средства. Свидетель гр.М лично прочитала содержание расписки, где было указано, что ФИО3 вернула указанные денежные средства ФИО1 Указанный факт подтверждают, и ФИО3, и ФИО1 При этом объяснения ФИО1 о расписке считает не логичными.

Полагает, что истец, реализуя намерение приобрести строение, действовал крайне недобросовестно, что в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения может повлечь отказ в защите принадлежащего права (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Обсуждая заключение договора, истец не выполнил правила, предусмотренные законодательством для оформления сделок подобного рода: не заключил письменный договор, в котором определялись бы условия сделки (хотя письменная форма является обязательной на основании статей 550 и 161 Гражданского кодекса Российской Федерации), не зафиксировал факт передачи денежных средств, передал денежные средства неуполномоченному лицу. При таком недобросовестном поведении истцу должно быть отказано в защите права.

Считает, что с учетом требований статей 56, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец не доказал факт не получения денег от ФИО3 Показания свидетеля гр.М свидетельствуют об обратном. Этот же факт подтверждает и сам ФИО1 передачей расписки о получении денег. На основании изложенного, считает, что оснований для удовлетворения иска не имеется.

Кроме того, отметил, что не исключается оговор истцом ответчика, поскольку между ними сложились неприязненные отношения.

Выслушав представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3 и ее представителя ФИО4, принимая во внимание позицию истца ФИО1, заслушав показания свидетелей, изучив материалы настоящего гражданского дела, а также ознакомившись с материалом проверки, проведенной МО МВД России "Полярнозоринский" по заявлению ФИО1, суд считает, что в удовлетворении иска ФИО1 следует отказать.

Предметом настоящего спора является дом, расположенный по адресу: <адрес>

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

К недвижимым вещам относятся жилые и нежилые помещения, а также предназначенные для размещения транспортных средств части зданий или сооружений (машино-места), если границы таких помещений, частей зданий или сооружений описаны в установленном законодательством о государственном кадастровом учете порядке.

Из представленной суду фотографии усматривается, что дом представляет собой помещение (здание), прочно связанное фундаментом с землей, перемещение которого без несоразмерного ущерба его назначению невозможно (т.1 л.д. 208).

Согласно Выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 13.12.2018 названный дом зарегистрирован для государственного кадастрового учета 29.06.2012 за номером №** как одноэтажный многоквартирный жилой дом, площадью 104 м?, 1940 года постройки, кадастровая стоимость составляет 259 056 руб. 72 коп. (т.1 л.д.246).

Собственник данного дома не зарегистрирован. Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости ответчик ФИО3 правообладателем дома не является (т.2 л.д.8).

Учитывая, что спорное имущество отвечает предусмотренным законом признакам недвижимости, имеет адрес и зарегистрировано для государственного кадастрового учета, суд считает, что предмет спора является объектом недвижимого имущества, в связи с чем при совершении сделок с таким имуществом подлежат применению правила главы 30 ( 7) Гражданского кодекса Российской Федерации о продаже недвижимости.

Как установлено в судебном заседании из объяснений сторон, в феврале 2018 г. истец ФИО1, постоянно проживающий во <адрес>, прибыл в <адрес> с намерением приобрести дом, который можно использовать в качестве временного жилья для себя и своих друзей. От знакомой гр.М ему стало известно о возможности приобрести старый дом, расположенный по адресу: <адрес> у ФИО3 В ходе встречи с ФИО3 он осмотрел дом, полагал, что строительный материал этого дома (венцы и брус) можно было использовать для возведения другого дома, и предложил ей купить его, при этом обсуждалась цена - 40 000 руб.

Приведенные выше обстоятельства подтвердили в судебном заседании истец ФИО1, ответчик ФИО3 и свидетель гр.М

Как пояснила в судебном заседании ФИО3, она не дала окончательного согласия на сделку и сообщила ФИО1, что «подумает». Указанное обстоятельство подтверждается свидетелем гр.М

16.02.2018 ФИО1 передал деньги в сумме 40 000 руб. гр.М для ФИО3, объяснив свои действия отсутствием ответчика дома и тем, что он спешит. гр.М взяла деньги и передала их ФИО3, при этом последняя выразила недоумение и сообщила, что она еще подумает, продавать ли ей дом. В дальнейшем, в апреле 2018 г., встретившись с ФИО1, ФИО3 попросила его забрать деньги, поскольку она не намерена продавать дом.

Ответчик настаивает на том, что ФИО1 приходил к ней домой, и она вернула ему 40 000 руб., истец же это обстоятельство категорически отрицает.

В последующем, ФИО1 предпринимал меры для подписания сторонами договора купли-продажи дома, передав его через гр.М для ФИО3, а также передал ФИО3 расписку, в которой было изложено, что он получил от нее 40 000 руб., расписку прочитала гр.М, передала ее ФИО3, а та, не придав ей значения, порвала.

Анализируя показания сторон, свидетелей, оценивая намерения истца и ответчика, а также совершение ими конклюдентных действий, суд приходит к выводу о том, что сделка между ними не состоялась, и договор купли-продажи имущества не был заключен.

Законом предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями (статья 309 Гражданского кодекса Российской Федерации)

Как предусмотрено статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в Гражданском Кодексе (пункт 2)

При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (пункт 3).

Пункт 1 статьи 421 закрепляет правило свободы договора, согласно которому граждане и юридические лица свободны в заключении договора, а понуждение к его заключению не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения (статья 425 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как предусматривает статья 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 433 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта.

Согласно статье 438 Гражданского кодекса Российской Федерации акцептом признается ответ лица, которому адресована оферта, о ее принятии. Акцепт должен быть полным и безоговорочным. Молчание не является акцептом, если иное не вытекает из закона, соглашения сторон, обычая или из прежних деловых отношений сторон.

Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте (пункт 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Относительно формы заключения договора законом предусмотрено, что договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору (статья 434 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для договоров купли-продажи недвижимого имущества (договора продажи недвижимости), в соответствии с которым продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130 Гражданского кодекса Российской Федерации) установлена обязательная письменная форма, предусматривающая составление одного документа, подписанного сторонами. При этом, несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность (статьи 549, 550 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделки между гражданами на сумму, превышающую десять тысяч рублей, также должны совершаться в письменной форме, что предусмотрено статьей 161 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Применяя приведенные нормы Гражданского кодекса Российской Федерации к сложившимся правоотношениям сторон, суд считает, что между сторонами не возникли взаимные обязательства, сделка не была совершена и договор нельзя признать заключенным, поскольку между сторонами не было достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, в том числе о предмете договора, условиях передачи имущества, цене товара и др., а также ответчик ФИО3 которой была направлена оферта (предложение) на заключение договора, не совершила действий, которые могли бы быть оценены как полный и безоговорочный акцепт этой оферты.

Так, судом достоверно установлено, что инициатива на совершение сделки исходила от истца ФИО1, который был заинтересован в приобретении дома или строительных материалов для возведения нового дома, для чего совершал активные действия, направленные на отыскание объекта, отвечающего его требованиям.

При этом, ответчик ФИО3 публично намерение о продаже имущества (дома) не выражала, покупателей не искала и не уполномочивала третьих лиц на их поиск и ведение переговоров относительно купли-продажи.

Получив информацию о том, что дом <адрес> не эксплуатируется по назначению, в нем никто не проживает, однако строительные конструкции этого дома могут быть использованы для строительства, ФИО1, при посредничестве гр.М инициировал встречу с ответчиком ФИО3, которой принадлежало строение (как он полагал) и предложил ей продать дом.

При этом, истец ФИО1, как дееспособный гражданин, владеющий имуществом, достоверно знал о том, что право собственности на недвижимое имущество подлежит регистрации в соответствующем государственном учреждении и правоподтверждающим документом является актуальная выписка из Единого государственного реестра недвижимости. Однако, являясь инициатором сделки и лицом наиболее заинтересованным в заключении договора, он, как потенциальный покупатель, принадлежность дома ФИО3 не обсуждал, правоустанавливающие документы на дом не проверял, самостоятельно информацию о правообладателе дома не истребовал. Ответчик продемонстрировала ему извещение о покупке дров от разборки дома от 2000 г., которое явно и очевидно не могло свидетельствовать о праве ответчика на дом, тем более, что содержало исправление номера дома. В настоящее время извещение утрачено, и установить подлинность предоставленной истцом копии не представляется возможным (т.1 л.д.7).

Таким образом, стороны не только не определили правомочие ответчика на продажу имущества, но, более того, не определили предмет сделки, то есть существенное условие договора, что в силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации влечет признание договора незаключенным. Как изложено судом выше, в данном случае предметом сделки выступает объект недвижимого имущества, тогда как стороны ошибочно полагали, что дом возможно рассматривать как строительные материалы.

Кроме того, в ходе встречи предполагаемый продавец имущества ФИО3 не выразила явного и однозначного мнения относительно совершения сделки.

К указанному выводу суд пришел исходя из объяснений сторон, свидетеля гр.М., которая подтвердила в судебном заседании, что ФИО3 говорила ФИО1 о том, что она подумает относительно продажи дома. Подобная формулировка позволяет судить о том, что окончательное соглашение сторонами не было достигнуто.

Достоверные и допустимые доказательства, отвечающие требованиям статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подтверждающие, что ФИО3 выразила волю на совершение сделки, суду не представлены. Таким доказательством, исходя из приведенных выше норм закона, должен служить договор, который не был заключен сторонами в надлежащей форме. Как следует из показаний сторон и свидетеля гр.М, меры, направленные на составление и подписание договора, были предприняты истцом после того как ответчик сообщила о нежелании совершать сделку.

Одностороннее принятие истцом решения о совершении сделки не порождает для ответчика каких-либо прав и обязанностей.

Получение денежных средств ФИО3 не является акцептом оферты истца, поскольку истец, желая реализовать собственное намерение на приобретение дома, передав денежные средства через третье лицо, навязал получение денежных средств ФИО3, предполагая возникновение у нее обязательства по передаче имущества после получения денег, то есть он фактически понудил ее к заключению договора, что недопустимо в силу пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Свидетель гр.М подтвердила в судебном заседании, что при передаче денег ФИО3, последняя вновь сказала о том, что подумает по поводу продажи дома. Как отметила ФИО3, она взяла деньги по настоянию гр.М и с намерением вернуть их ФИО1 Не доверять в этой части показаниям ответчика ФИО3 у суда оснований не имеется, поскольку впоследствии намерение на возвращение денег она подтвердила в присутствии ФИО1 и гр.М и реализовала его.

Таким образом, действия ФИО3 по вынужденному принятию денежных средств от третьего лица не являются акцептом оферты ФИО1 и не влекут признание договора заключенным.

Более того, такие действия истца ФИО1 позволяют высказать суждение о его недобросовестном поведении.

Как предусмотрено пунктами 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пунктам 1, 2 и 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 2).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5).

Как отмечено в пункте 1 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, суд принимает во внимание, что, ФИО3, приняв при участии третьего лица денежные средства ФИО1 без установленных законом или сделкой оснований, приобрела за счет истца ФИО1 неосновательное обогащение.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского Кодекса.

Правила о неосновательном обогащении применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Поскольку ФИО3, не совершив сделку, получила денежные средства, принадлежащие ФИО1, в силу приведенной нормы закона денежные средства должны быть ею возращены лицу, за счет которого приобретены.

В судебном заседании ответчик ФИО3 настаивала на том, что денежные средства в апреле 2018 г. она вернула ФИО1 в полном объеме.

Разрешая данный спор и распределяя бремя доказывания, суд полагает, что при сложившихся между сторонами отношениях, следует руководствоваться общими нормами процессуального законодательства, предусмотренными частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По смыслу статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, бремя доказывания возникновения у ответчика неосновательного обогащения, т.е. получения ФИО3 денежных средств, и наличие оснований для его взыскания лежит на истце. Факт возвращения лицу, за счет которого произошло неосновательно обогащение, денежных средств, т.е. факт возврата ФИО1 40 000 руб., подлежит доказыванию ответчиком. При этом, стороны вправе ссылаться на любые относимые по смыслу и допустимые по форме доказательства.

В целях подтверждения факта получения денежных средств ответчиком истец ФИО1 привел свидетельские показания гр.М., иные доказательства, в том числе письменные, у истца отсутствовали. В судебном заседании ответчик ФИО3 после разъяснения ей судом значимости признания обстоятельств иска, что влечет освобождение истца от дальнейшего доказывания данного факта, получение денежных средств, принадлежащих ФИО1, признала.

При таких обстоятельствах, с учетом принципа диспозитивности и равноправия сторон, суд считает, что ответчик вправе в обоснование своей позиции представить суду доказательства в виде показаний свидетеля.

Как следует из показаний ФИО3, в апреле 2018 г., встретив ФИО1 на улице, в присутствии гр.М, она пригласила истца прийти к ней домой и забрать денежные средства, переданные ей за дом ранее. Он пришел к ней и вновь стал уговаривать продать дом, она ответила отказом и передала ему 40 000 руб., в письменной форме передачу денег не оформляла, поскольку полагала, что она расписку о принятии денег не писала, соответственно, и от истца такая расписка не требуется. После передачи денежных средств ФИО1, она сообщила об этом гр.М В дальнейшем, через несколько дней, при встрече на улице, ФИО1 передал ФИО3 расписку, которую она в силу плохого зрения и отсутствия очков попросила прочитать гр.М Последняя прочла вслух расписку, в которой говорилось о том, что ФИО1 получил от ФИО3 денежные средства в сумме 40 000 руб. Она не придала значения этому документу и порвала его.

Приведенные показания истца ФИО3 в полном объеме подтверждаются показаниями свидетеля гр.М, которая после предупреждения об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, в судебном заседании подтвердила, что ФИО3 рассказала ей о том, что денежные средства были ею переданы ФИО1, кроме того, сам ФИО1, когда принес для подписания договор купли-продажи, также подтвердил, что деньги ему возвращены. Также свидетель подтвердила факт передачи расписки о получении ФИО1 денег ФИО3 и ее личное прочтение. При этом свидетель отметила, что расписка содержала подпись ФИО1

Истец ФИО1, отрицая получение денежных средств от ФИО3, признал факт написания им и передачи ФИО3 расписки с противоположным содержанием о том, что денежные средства он от ФИО3 получил.

Оценивая показания истца ФИО1, ответчика ФИО3, свидетеля гр.М в совокупности, и, сопоставляя их с фактическими обстоятельствами дела, суд считает, что факт возвращения денежных средств ФИО3 ФИО1 с достаточной степенью достоверности установлен судом.

Так, истец ФИО1 признал написание расписки о возвращении ему денежных средств. По мнению истца и его представителя, расписка была изготовлена и передана, на тот случай, если ФИО3 в будущем передаст денежные средства ФИО1 Такое объяснение представляется суду неубедительным, нелогичным и противоречащим здравому смыслу. ФИО1 не мог не знать и не понимать, что передача письменного документа ответчику будет истолкована как подтверждение свершившегося действия по получению им от ответчика денежных средств. И только по неосмотрительности ФИО3 расписка была уничтожена. Вместе с тем, сам факт существования такого документа, его текст и смысл свидетельствуют о том, что денежные средства были получены истцом от ответчика.

Довод представителя истца о том, что расписка не была подписана ФИО1, был опровергнут показаниями свидетеля гр.М

Оценивая показания свидетеля гр.М, суд находит их правдивыми и объективными, поскольку они подтверждаются не только показаниями ответчика ФИО3, но также и показаниями самого истца ФИО1 Не доверять таким показаниям оснований не имеется. Неприязненные отношения между ФИО1 и гр.М не установлены и стороны доводы об этом не приводили.

То обстоятельство, что при проведении проверки в Межмуниципальном отделе МВД России "Полярнозоринский" по заявлению ФИО1, гр.М в апреле 2018 г. в объяснениях не признала факт получения денежных средств от ФИО1, сам по себе не ставит под сомнение правдивость ее показаний в остальной части, данных в суде, при условии, что ее показания относительно существования расписки подтверждены самим истцом ФИО1

Какие либо доказательства, опровергающие доводы стороны ответчика, и способные повлиять на выводы суда, приведенные в настоящем решении, истец и его представитель суду не представили, об их истребовании не ходатайствовали.

При таких обстоятельствах, учитывая, что суд полагает доказанным факт возвращения ФИО3 неосновательного обогащения ФИО1, оснований для удовлетворения иска и взыскания денежных средств суд не усматривает

Оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а также учитывая достаточность представленных доказательств для разрешения спора по существу и их взаимную связь в совокупности, принимая во внимание нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, суд считает исковое требование ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, не обоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Поскольку судом принято решение об отказе истцу в иске, оснований для взыскания с ответчика судебных расходов не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Полярнозоринский районный суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Судья О.Ф.Фазлиева