Приговор № 1-22/2019 от 28 марта 2019 г. по делу № 1-22/2019

Дело № 1-22/19


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

29 марта 2019 года <адрес>

Шипуновский районный суд Алтайского края в составе

Председательствующего судьи Миляева О.Н.

при секретаре Субочевой О.В.,

с участием: государственного обвинителя Маликовой Л.В.,

потерпевшей Т.С.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Лещевой Т.Н., - представившей удостоверение №, ордер №,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, <данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах.

В период с ДД.ММ.ГГГГ часов ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ часов ДД.ММ.ГГГГ во время возникшего в <адрес> в <адрес> между находившимися в состоянии алкогольного опьянения ФИО2 конфликта у ФИО1 возник преступный умысел на причинение Т.С. вреда здоровью. Реализуя свой преступный умысел, ФИО1, в тот же период времени, взяв с тумбочки кухонный нож, подошел к лежавшей на кровати в зальной комнате Т.С. и, используя нож в качестве оружия, нанес Т.С. клинком ножа удар в область грудной клетки, причинив ей колото-резаное ранение передней поверхности верхней трети грудной клетки слева в надключичной области, проникающее в клетчатку переднего средостения, повлекшее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Подсудимый ФИО1 вину в причинении тяжкого вреда здоровью Т.С. с применением ножа не признал и, воспользовавшись гарантированным статьей 51 Конституции Российской Федерации правом, от дачи показаний отказался.

Вина ФИО1 подтверждается доказательствами.

Допрошенный на предварительном следствии ФИО1 пояснял о том, что вечером ДД.ММ.ГГГГ он со своей матерью – Т.С. - в кухонной комнате квартиры по месту своего жительства употребляли спиртные напитки. Во время распития спиртного между ними произошла ссора из-за того, что он попросил у матери денег на приобретение спиртного, а она, выражаясь нецензурной бранью, ему в этом отказала. Затем мать пошла в зальную комнату, откуда продолжала оскорблять его, назвав его при этом инвалидом, что его сильно оскорбило и он, разозлившись на нее, схватил с тумбочки в кухне нож с черной рукоятью, прошел в зальную комнату и, подойдя к лежавшей на диване матери, ударил ее ножом. Куда он нанес удар, не помнит, но видел, как в месте удара пошла кровь. После этого он вернулся в кухню, где слышал, как мать звонила в «скорую» (т. 1 л.д. 43-46).

При проверке показаний на месте ФИО1 дал показания, соответствующие его показаниям при допросе в качестве подозреваемого, указав на <адрес> в <адрес>, где он причинил Т.С. колото-резаное ранение грудной клетки, на диван, на котором находилась Т.С, в момент нанесения ей удара ножом (т. 1 л.д. 139-145).

Потерпевшая Т.С, пояснила о том, что вечером ДД.ММ.ГГГГ она со своим сыном ФИО1 дома употребляла пиво. В тот вечер к ним приходили в гости супруги М.. Когда М. уходили, она за ними закрыла центральную входную в дом дверь, была ли закрыта дверь со стороны огорода, - не знает. После ухода М. сын стал просить у нее деньги на приобретение спиртного, в чем она ему отказала и они поругались, после чего она ушла спать в зальную комнату, где сразу уснула. Проснулась она от резкой боли в области плеча и стала звать сына, но тот не откликался, рядом с ней его не было. Потрогав в месте боли и увидев на руке кровь, она вызвала «скорую», дальнейшие события из-за шокового состояния она не помнит, в себя пришла в реанимации. Кто ударил ее ножом ей неизвестно.

При допросе на предварительном следствии потерпевшая Т.С, поясняла о том, что во время произошедшего с сыном конфликта из-за денег на спиртное она пошла спать в зальную комнату, где легла на диван, продолжая при этом конфликтовать с сыном. Прикрыв глаза, она сразу их открыла из-за резкой боли в верхней области грудной клетки слева и увидела стоявшего рядом сына, который тут же ушел, было ли у него что-то в руках, она не обратила внимание, ей сразу стало плохо и она позвонила в больницу. Полагает, что телесное повреждение ей причинил сын, так как в доме кроме ФИО1 никого не было и они в тот момент ссорились (т. 1 л.д. 29-31).

Заключением судебно-медицинской экспертизы установлено, что Т.С. было причинено колото-резаное ранение передней поверхности верхней трети грудной клетки слева в надключичной области, проникающее в клетчатку переднего средостения, которое возникло от однократного воздействия колюще-режущего орудия, возможно ножа или предмета, обладающего аналогичными свойствами, причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, было причинено незадолго до поступления Л. в больницу и по давности своего образования может соответствовать ночи на ДД.ММ.ГГГГ. Учитывая локализацию ранения, направление раневого канала /сверху вниз/, данное ранение Л. не могла причинить как самой себе, так и при падении с высоты собственного роста на предмет, обладающий колюще-режущими свойствами (т. 1 л.д. 72-73).

Свидетель Е.В. (оперуполномоченный ОУР ОМВД по <адрес>) пояснил суду о том, что в начале декабря 2018 года он был направлен оперативным дежурным в Шипуновскую ЦРБ, куда с ножевым ранением из <адрес> поступила Л.. По прибытии в больницу в разговоре с Л. та просила не трогать ее сына. После этого в составе следственно-оперативной группы он выехал к месту жительства Л-вых в <адрес>, где была осмотрена их (Л-вых) квартира, изъяты постельное белье, предметы одежды, два ножа, от ФИО1 было отобрано письменное признательное объяснение об обстоятельствах причинения им ножевого ранения своей матери.

При осмотре места происшествия в <адрес> в <адрес> были изъяты две пластиковые бутылки из-под пива, окурки сигарет <данные изъяты>», постельное белье, личные вещи, куртка, два кухонных ножа с рукоятью черного цвета, зафиксирована обстановка (т. 1 л.д. 5-13).

Из протоколов получения образцов для сравнительного исследования видно, что у ФИО2 были получены образцы букального эпителия (т. 1 л.д. 51-52, 54-55).

Заключением судебной биологической экспертизы подтверждается наличие на рукояти одного из ножей, изъятых при осмотре места происшествия, единичных фрагментов эпителиальных клеток ФИО1, происхождение которых от Т.С. исключается; на клинке этого же ножа, халате, покрывале и простыне – наличие крови Т.С., происхождение которой от ФИО1 исключено (т. 1 л.д. 114-119).

Из показаний свидетеля К,Е.В. (фельдшер скорой помощи КГБУЗ «Шипуновская ЦРБ») следует, что в начале декабря 2018 года, находясь на дежурстве, после полуночи она выезжала в <адрес> для оказания медицинской помощи ФИО3. Со слов принимавшего вызов диспетчера ей было известно, что сначала звонил мужчина, сообщивший о том, что его матери причинено ножевое ранение, затем – женщина, представившаяся пострадавшей от ножевого ранения. Прибыв по вызову на место, она осмотрела лежавшую на кровати женщину и обнаружила у нее рану за левой ключицей неизвестной глубины, предположив, что могло быть ранение сердца, повреждены легкие. Со слов потерпевшей, она с сыном и проживающими по соседству супружеской парой употребляли спиртные напитки, после чего она легла спать, проснулась от того, что из раны шла кровь. Она вслух предположила, что ранение причинил находившийся там же сын потерпевшей, но тот отрицал это, женщина говорила, что он не мог этого сделать. Предупредив дежурного хирурга, они доставили Л. в больницу.

Свидетели Е.Н. в судебном заседании и Н.Н. на предварительном следствии подтвердили совместное с Л-выми употребление спиртных напитков у них (Л-вых) дома, пояснив, что в их присутствии каких-либо конфликтов не было.

Н.Н. на предварительном следствии уточняла, что в гостях у Л-вых они с Е.Н. были ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 135-138).

Проанализировав и оценив приведенные доказательства, суд приходит к выводу о том, что вина А.А, в умышленном причинении Т.С. тяжкого вреда здоровью с применением предмета, используемого в качестве оружия, доказана полностью.

Вина ФИО1 подтверждается его показаниями при допросе в качестве подозреваемого и при их проверке на месте при производстве предварительного следствия об обстоятельствах совместного с Т.С. употребления спиртных напитков, возникшего между ними конфликта из-за отказа Т.С. в передаче ФИО1 денежных средств на приобретение спиртного и нанесения им удара ножом лежавшей на диване в зальной комнате Т.С.

Данные ФИО1 на предварительном следствии показания при его допросе в качестве подозреваемого и их проверке на месте последовательны, ни в чем друг другу не противоречат, согласуются как между собой, так и с другими доказательствами и в частности, с показаниями потерпевшей Т.С. об обстоятельствах совместного распития спиртных напитков, возникшего конфликта и его причине, последующего нанесения удара в верхнюю часть грудной клетки слева, с заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно выводам которой, Т.С. было причинено колото-резаное ранение передней поверхности верхней трети грудной клетки слева в надключичной области, возникшее от однократного воздействия колюще-режущего орудия, возможно ножа или предмета, обладающего аналогичными свойствами, было причинено незадолго до поступления Т.С. в больницу, по давности своего образования может соответствовать ночи на ДД.ММ.ГГГГ, с показаниями свидетеля Е.В. о высказанной ему Т.С. просьбе не трогать сына (А.А,) и о даче им (ФИО3) письменного признательного объяснения об обстоятельствах содеянного, с заключением судебной биологической экспертизы, выявившей на рукояти одного из ножей, изъятых при осмотре места происшествия, фрагменты эпителиальных клеток ФИО1, происхождение которых от Т.С. исключается, а на клинке этого же ножа - кровь Т.С., происхождение которой от ФИО1 исключено.

Утверждение ФИО1 о самооговоре в результате угроз оперативных сотрудников, о его допросе на предварительном следствии без адвоката, о появлении адвоката лишь после изготовления текста протокола допроса, несостоятельно, противоречит материалам дела.

Как видно из протоколов допроса в качестве подозреваемого и проверки показаний на месте, данные следственные действия проведены с участием адвоката, а проверка показаний на месте, кроме того, - и понятых, что исключает применение недозволенных методов производства следственных действий и гарантирует их законность, перед их началом ФИО1 были разъяснены его права, в том числе и право не свидетельствовать против самого себя и своих близких родственников, каких-либо заявлений, ходатайств от участников не поступало, по окончании следственных действий тексты их протоколов были оглашены адвокатом и следователем, замечаний к их содержанию не поступало, о чем свидетельствуют соответствующие записи и подписи всех участвовавших лиц.

Допрос ФИО1 в качестве подозреваемого и проверка его показаний на месте были проведены через незначительное время (6 и ДД.ММ.ГГГГ) после причинения Т.С. ножевого ранения, изложенные в протоколах показания согласуются с результатами судебно-медицинской экспертизы, проведенной ДД.ММ.ГГГГ, о количестве и механизме образования имевшегося у Т.С. ранения, об орудии его причинившем, судебно-биологической экспертизы, оконченной ДД.ММ.ГГГГ, о наличии на клинке ножа крови Т.С., а на его рукояти фрагментов эпителиальных клеток ФИО1, о чем сотрудникам полиции на момент проведения следственных действий известно не было, обстоятельства причинения ранения, об орудии его причинения на тот момент могло быть известно лишь лицу, его причинившим.

Осведомленность ФИО2 об орудии преступления подтверждается показаниями свидетеля К,Е.В., оснований не доверять которым у суда нет, о том, что от принимавшего вызов диспетчера «скорой помощи» ей стало известно, что первоначально мужчина сообщил о ножевом ранении его матери, а затем о том же по телефону сообщила женщина, представившаяся потерпевшей.

В связи с этим суд критически относится к показаниям Т.С. о том, что она не видела, кто ей нанес удар ножом, было ли что-либо в руках у сына, которого в тот момент, когда она почувствовала боль и увидела кровь, возле нее не было, учитывая ее близкие с ФИО1 родственные отношения, что позволяет прийти к выводу о ее заинтересованности в исходе дела.

При этом суд учитывает, что в момент причинения Т.С. ножевого ранения в доме, кроме нее находился лишь ее сын ФИО1, что подтверждается показаниями свидетелей Е.Н. и Н.Н. о том, что в распитии спиртных напитков в доме Л-вых участвовали лишь они – ФИО1, Т.С,, Е.Н. и Н.Н., при этом все было нормально, потерпевшей Т.С. о том, что когда М. уходили, она закрыла за ними центральную входную в дом дверь изнутри на запорное устройство.

Показания Т.С. о том, была ли заперта входная в квартиру со стороны огорода дверь, через которую могли войти посторонние, ей неизвестно, и основанная на них версия ФИО1 о том, что, не нанося Т.С. удар ножом, а взяв деньги, вышел через тыльную дверь из дома и стал запрягать коня, суд оценивает критически, поскольку показания Т.С. в этой части не категоричны и предположительны, а версия ФИО1 – противоречащая другим исследованным доказательствам, неубедительна. Визит же посторонних лиц в квартиру Л-вых в ночное время не через центральную, а через тыльную входную дверь, - нелогичен и неубедителен.

В то же время, то обстоятельство, что ФИО1 вышел из дома и запрягал коня не исключает его причастность к преступлению.

Все исследованные доказательства получены с соблюдением требований норм уголовно-процессуального закона, они последовательны, не противоречивы, друг друга дополняют, а потому суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности – достаточными для постановления в отношении ФИО1 обвинительного приговора.

Таким образом, анализ приведенных доказательств позволяет прийти к выводу о том, что именно ФИО1, и никем другим, Т.С. было причинено ножевое ранение и не вызывает в этом сомнений.

Давая юридическую оценку действиям ФИО1, суд квалифицирует их по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, поскольку А.А, во время произошедшего конфликта нанес Т.С. удар ножом в верхнюю треть грудной клетки, причинив тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Действия ФИО1 были умышленными, направленными на причинение тяжкого вреда здоровью, поскольку были целенаправленными, осознанными.

Нанося удар предметом, обладающим большой поражающей способностью, каковым является нож, в область расположения жизненно важных органов человека – в грудную клетку, - ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения Т.С. тяжкого вреда здоровью и желал их наступления.

При этом действия ФИО1 состоят в прямой причинной связи с причинением Т.С. тяжкого вреда здоровью.

Из заключения амбулаторной судебной-психиатрической экспертизы установлено, что ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает, у него имеется «легкая умственная отсталость с нарушениями поведения». Проведенное исследование обнаружило также соответствующие неврологические нарушения, недостаточную дифференцированность эмоций, конкретность мышления, легкую ограниченность интеллекта. Вместе с тем, отмеченные психические изменения не столь глубоки и выражены, испытуемый сохраняет состоятельность в практических вопросах, способен использовать житейский опыт, устанавливать простые причинно-следственные связи, прогнозировать последствия своих поступков. На исследуемый криминальный период ФИО1 находился в состоянии простого алкогольного опьянения, признаков какого-либо временного психического расстройства не обнаруживал, поэтому мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По психическому состоянию в настоящее время ФИО1 также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, в принудительном лечении у психиатра он не нуждается (т. 1 л.д. 158-160).

Оснований ставить под сомнение экспертное заключение у суда нет, оно научно обосновано, подготовлено специалистами в области судебной психиатрии, компетентность и квалификация которых сомнений не вызывает, их выводы сделаны на основе научных методов исследования.

Принимая во внимание выводы экспертов, поведения ФИО1 в судебном заседании, его ориентированность во времени, пространстве, в судебно-следственной ситуации, активную защиту от предъявленного обвинения, суд признает его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

При определении вида и размера наказания суд учитывает, что ФИО1 совершено умышленное тяжкое преступление против жизни и здоровья, он судим за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами суд признает явку с повинной, в качестве которой суд признает письменное признательное объяснение, данное на стадии доследственной проверки, до возбуждения уголовного дела (т. 1 л.д. 16-17) в то время, когда сотрудникам полиции достоверно о причинении ФИО1 ножевого ранения Т.С. известно не было, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, оказание потерпевшей помощи путем вызова «скорой помощи» непосредственно после совершения преступления, о чем показала свидетель К,Е.В., инвалидность второй группы, и учитывает их при назначении наказания.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом не установлено.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и понижения категории совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкую суд не усматривает.

При назначении наказания суд учитывает и данные о личности подсудимого.

ФИО1 судим, своей семьи не имеет, является инвалидом второй группы, проживает по месту регистрации с матерью, по месту жительства главой администрации Первомайского сельсовета <адрес>, участковым уполномоченным полиции ОМВД России по <адрес> характеризуется отрицательно, как вспыльчивый, агрессивный, в быту злоупотребляющий совместно с матерью спиртными напитками, не адекватно реагирующий на замечания, способный нагрубить, нахамить; на учетах у врача-психиатра и психиатра-нарколога КГБУЗ «Шипуновская ЦРБ» не состоит, к административной ответственности не привлекался (т. 1 л.д. 189, 190, 191-192, 193, 194, 195-200, 201-202, 204).

Учитывая характер, степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание при отсутствии отягчающих, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, суд считает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы, с соблюдением требований ч. 1 ст. 62 УК РФ, не находя оснований для применения положений ст.ст. 53.1, 73 УК РФ.

С учетом этих же обстоятельств суд считает возможным не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не имеется, в связи с чем оснований для применения положений ст. 64 УК РФ и назначения ФИО1 более мягкого вида наказания, чем лишение свободы, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 111 УК РФ, суд не усматривает.

Поскольку ФИО1 в период испытательного срока, назначенного приговором Шипуновского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ совершил умышленное тяжкое преступление, суд в соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ считает необходимым условное осуждение отменить и назначить наказание по правилам, предусмотренным ст. 70 УК РФ.

При определении вида исправительного учреждения суд в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ считает необходимым назначить ФИО1 для отбывания наказания исправительную колонию общего режима, поскольку он осуждается за совершение тяжких преступлений, ранее не отбывал лишение свободы.

В соответствии со ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства по уголовному делу по вступлении приговора в законную силу – два ножа, две ватные палочки с букальным эпителием ФИО1, две ватные палочки с букальным эпителием Т.С., прозрачные пробирки, бутылка из полимерного материала с пробкой с этикеткой «Барнаульское», бутылка из прозрачного полимера с пробкой, два фрагмента марли, два окурка сигарет с фильтром подлежат уничтожению, простынь, покрывало, халат, брюки спортивные, брюки с ремнем, ботинки, куртка, две стеклянные стопки - возврату по принадлежности, бумажный пакет с вырезом ленты скотч со следом руки – хранению в материалах уголовного дела.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1, виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на №

В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение ФИО1 по приговору Шипуновского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отменить и на основании ст. 70 УК РФ к наказанию, назначенному по настоящему приговору частично присоединить неотбытую часть наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ и окончательно к отбытию ФИО1 назначить № лишения свободы с отбыванием наказанием в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу, взять под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с ДД.ММ.ГГГГ.

Вещественные доказательства по уголовному делу по вступлении приговора в законную силу – два ножа, две ватные палочки с букальным эпителием А.А,, две ватные палочки с букальным эпителием Т.С., прозрачные пробирки, бутылку из полимерного материала с пробкой с этикеткой «Барнаульское», бутылку из прозрачного полимера с пробкой, два фрагмента марли, два окурка сигарет с фильтром уничтожить; простынь, покрывало, халат, брюки спортивные, брюки с ремнем, ботинки, куртку, две стеклянные стопки - возвратить по принадлежности, бумажный пакет с вырезом ленты скотч со следом руки – храненить в материалах уголовного дела

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Шипуновский районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО1 – в тот же српок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в апелляционной жалобе, а в случае принесения представления прокурора или подачи жалобы другого лица – в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу либо представление в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора либо копии жалобы или представления.

Осужденный имеет право на обеспечение помощи адвоката в суде второй инстанции, которое может быть реализовано путем заключения соглашения с адвокатом, либо путем обращения с соответствующим ходатайством о назначении защитника, которое должно быть изложено в апелляционной жалобе, либо иметь форму самостоятельного заявления и должно быть подано заблаговременно в суд первой или второй инстанции.

Судья Миляев О.Н.