Приговор № 2-18/2023 2-4/2024 от 15 августа 2024 г. по делу № 2-18/2023

Дело № 2-4/2024 (2-18/2023)

УИД 33OS0000-01-2023-000286-08


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

г.Владимир 15 августа 2024 года

Владимирский областной суд в составе

председательствующего – судьи Сенина П.М.,

при секретаре Бариновой О.С.,

с участием: государственных обвинителей –

заместителя прокурора Владимирской области Ортикова Е.В.,

прокуроров отдела прокуратуры Владимирской области Шайкиной Е.А.,

ФИО1,

подсудимого ФИО2,

защитника – адвоката Нагорной Н.А.,

потерпевших Л..,

Ч..,

Д..,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО2, родившегося **** в ****, гражданина Российской Федерации, с неоконченным высшим образованием, в браке не состоящего, детей не имеющего, трудоустроенного начальником участка производственно-технического отдела ООО "****", зарегистрированного и проживающего по адресу: **** **** ****, не судимого,

содержащегося под стражей с 7 августа 2022 года,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п."а, к" ч.2 ст.105, ч.2 ст.167 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО2 совершил убийство двух лиц, а также умышленное уничтожение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба, путем поджога, при следующих обстоятельствах.

6 августа 2022 года, в период с 18 часов 30 минут до 22 часов 30 минут, у ФИО2, находящегося со своими родителями Че. и Чр. в принадлежащем последнему доме по адресу: ****, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Чр., возник умысел на лишение его жизни, реализуя который, ФИО2, вооружившись ножом, который приискал в доме, умышленно, с целью причинения смерти, нанес отцу клинком ножа не менее двух ударов в грудь и не менее двух ударов в шею, причинив два проникающих колото-резаных ранения левой половины грудной клетки с повреждением сердца, повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, и две резаные раны в области шеи слева, повлекшие причинение легкого вреда здоровью по признаку кратковременности расстройства здоровья. Смерть Чр. наступила на месте происшествия от проникающих колото-резанных ранений левой половины грудной клетки с повреждением сердца. После этого ФИО2 подошел к находившейся в соседней комнате дома матери и умышленно, с целью причинения смерти, нанес ей клинком ножа не менее одного удара в грудь. В результате действий ФИО2 Че. также скончалась на месте происшествия.

В то же время, в том же месте, ФИО2, желая скрыть следы убийства родителей, действуя умышленно, понимая, что в результате его действий будет уничтожен дом и причинен значительный имущественный вред, и желая этого, осознавая, что вследствие распространения огня в частном секторе создастся опасность возгорания и причинения вреда жизни и здоровью других людей, уничтожения чужого имущества, решил уничтожить путем поджога, то есть общеопасным способом, указанный жилой дом и находившееся в нем имущество, принадлежащие Чр. Реализуя умысел, ФИО2 приискал горючую жидкость и поджег ее в помещении комнаты дома, где находился труп Чр.., создав условия для развития пожара, после чего с места преступления скрылся. В результате действий ФИО2 открытым огнем уничтожено, то есть приведено в неудовлетворительное состояние с утратой своих потребительских и функциональных свойств, имущество Чр..: строение дома стоимостью **** рубля; газовый котел стоимостью **** рублей; кухонный гарнитур стоимостью **** рублей; варочная панель стоимостью **** рублей; духовой шкаф стоимостью **** рублей; шкаф-купе стоимостью **** рублей; душевая кабина стоимостью **** рублей, чем Чр. причинен значительный материальный ущерб на общую сумму **** рубля.

ФИО2 себя виновным в совершении преступлений не признал и показал, что в тот день рано утром приехал к родителям для празднования юбилея отца. В течение дня к родителям приехали другие родственники, празднование проходило в доброжелательной атмосфере, конфликтов ни с родителями, ни с кем-то другим, не было. Он помогал накрывать на стол, играл с детьми родственников, иногда подходил к столу, сначала не выпивал, потом по просьбе отца выпил немного крепкого алкоголя, пьян не был. В какой-то момент, после того, как по просьбе дочери двоюродного брата Л. покружил ее, ничего не помнит. Как разъезжались гости, не помнит. Очнулся, стоя в зале, в его (ФИО2) комнате на полу лежала мать, на полкомнаты растеклась кровь, в спальне на кровати лежал отец с перерезанной шеей. Испытал шок, растерянность, зашел в комнату, где лежала мать, взял рюкзак с документами и пошел на платформу станции ****, чтобы уехать, по пути позвонил другу П., сказал, что увидел мертвых родителей. Тот велел возвращаться и вызывать полицию. Он (ФИО2) в тот момент дошел до станции, пошел обратно. Дома вновь увидел мать на полу, запаниковал, не понимал, что произошло, думал, что его кто-то преследует и хочет убить, взял ключи от машины и уехал в сторону ****. Скорее всего, при этом звонил П., так как в телефоне была его геолокация, содержание разговора не помнит. Времени было около 22 часов. По геолокации нашел П. на рыбалке, сказал ему, что родителей убили, о чем еще говорили и разговаривал ли с кем-то еще по телефону, не помнит. Помнит, что звонил Л., разговора не помнит. Поспал в машине, проснулся около 6 утра, по совету П. поехал обратно, чтобы все рассказать полиции. Приехав, увидел сгоревший дом, позвонил Лп. Лп., тот приехал, потом приехали сотрудники полиции и его задержали. В отделе полиции обнаружил у себя рану на предплечье. До праздника этой раны не было, когда и при каких обстоятельствах ее получил, не помнит. В гараже хранились легковоспламеняющиеся жидкости, в гараже и бане – горелки, но он в этот вечер эти предметы не брал. Родителей не убивал, дом не поджигал. Несмотря на то, что не помнит большой промежуток времени, исходя из своего характера и отношения к родителям, считает, что на такое не способен. Никто из гостей юбилея на такое также не способен, других посторонних лиц в этот день в доме не видел.

Вместе с тем вина подсудимого в совершении преступлений полностью подтверждается собранными по уголовному делу и исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, в судебном заседании оглашались показания ФИО2 в качестве подозреваемого от 7 августа 2022 года, согласно которым в период с 16 до 19 часов он выпил около 0,7 л. самогона, координация движений была не нарушена. Помнит, как расходились гости, последним около 19 часов уходил Лм.. с семьей. После ухода гостей подробностей не помнит. Помнит, как нанес отцу около двух ударов ножом в область сердца и перерезал ему горло. Тот лежал на кровати в спальне. Нож был у него в правой руке, было очень много крови. Затем помнит, как наносил 2-3 удара ножом матери в область груди, которая стояла в комнате лицом к нему. Все было как в тумане. Спустя некоторое время пришел в себя. Одежда была запачкана кровью, левая рука была по локоть в крови, на правой руке испачкана только кисть. Где был нож, не помнит, но из дома его не выносил. Где взял нож, также не помнит, возможно, на кухне. Помыл руки с мылом, переоделся, окровавленные вещи оставил в ванной. У матери постоянно звонил мобильный телефон. Он испугался и около 20 часов 30 минут взял свой рюкзак с вещами и документами в комнате, где был труп матери, вышел из дома, выпустил из вольера собаку и направился на железнодорожную станцию, чтобы уехать. Дойдя до станции, позвонил другу П., сообщил, что убил отца и мать. Попов сказал иди домой и вызывать полицию, он пошел обратно. Зайдя в дом, увидел труп матери, еще раз осознал, что убил родителей. Ему стало страшно, и он решил не звонить в полицию, а сжечь дом, чтобы скрыть следы преступления, а тела сгорели. В гараже у входа взял прозрачную литровую бутылку с прозрачной жидкостью, судя по запаху – с бензином, и газовую горелку. Прошел в комнату, где находился труп отца, вылил бензин на покрывало или одеяло на кровати рядом с Чр.. и поджег горелкой. Горелку бросил там же у края кровати справа. Одеяло резко вспыхнуло. Он взял на полке в прихожей ключи от автомобиля отца, брелок от ворот, вышел на улицу около 20 часов 45 минут, выехал на дорогу, ворота закрыл с пульта, направился в сторону ****, по пути вспомнил, что П. скинул свою геолокацию, нашел его, сообщил, что родители умерли. Лег спать в машине, проснувшись около 6 часов, увидел в телефоне около 46 пропущенных вызовов. Решил, что лучше обо всем добровольно рассказать, после чего обратился к сотрудникам полиции, которые находились у дома в **** и сообщил о совершенном преступлении. В ходе проверки показаний растерялся и неверно сказал, что отец сидел на кровати. Уточнил, что отец при нанесении ножевых ударов лежал на краю кровати лицом к нему, спиной к окну и ногами к выходу, возможно, спал (том 3 л.д.134-137).

В ходе дополнительного допроса в качестве подозреваемого с применением видеозаписи 7 августа 2022 года ФИО2 дал такие же показания, добавив, что перед ударами ножом отцу у него с ним возникла ссора, причины не помнит, когда наносил удары ножом матери, она стояла рядом с холодильником в маленькой комнате, нанес 1-2 удара (том 3 л.д.138-141).

Видеозапись допроса, просмотренная в судебном заседании, позволяет убедиться в соблюдении закона при производстве следственного действия (том 3 л.д.142).

При проверке показаний подозреваемого ФИО2 на месте с применением видеозаписи 8 августа 2022 года он подтвердил ранее данные показания, продемонстрировал свои действия с помощью манекена, продемонстрировал, как наносил удары ножом и перерезал горло отцу на кровати в спальне, затем проследовал в соседнюю комнату, где возле холодильника стояла мать, продемонстрировал, как нанес ей ножом два или один удар в грудь, от чего она упала на пол, показал, где взял бутылку с бензином и горелку, где лежало одеяло, которое он поджег (на месте прогара пола в комнате) (том 3 л.д.143-147).

Видеозапись проверки показаний на месте, просмотренная в судебном заседании, также позволяет убедиться в соблюдении закона при производстве следственного действия (том 3 л.д.148).

Во время допроса в качестве обвиняемого 8 августа 2022 года ФИО2 дал такие же показания об обстоятельствах убийства родителей и поджога дома, добавив, что во время проверки своих показаний вспомнил, что матери нанес не менее двух ударов ножом в область сердца, от которых она упала, горло ей не перерезал (том 3 л.д.155-159).

Оглашались также показания обвиняемого ФИО2 на очной ставке со свидетелем Лм. от 17 сентября 2022 года о том, что когда он (ФИО2) пришел в себя в доме, его руки были в крови, в комнате лежала мама, в спальне папа, проверил у мамы пульс на шее, пульса не было, у отца было перерезано горло, тоже проверял пульс, не помнит где, затем помыл руки, скорее всего, поменял одежду, взял рюкзак и ушел (том 3 л.д.160-166).

На очной ставке со свидетелем ФИО3. 17 сентября 2022 года обвиняемый ФИО2 на вопрос, почему не вызвал скорую помощь, увидев родителей, также ответил, что у обоих проверял пульс, но его не было (том 3 л.д.167-170).

Во время допроса 5 февраля 2023 года обвиняемый ФИО2, отрицая убийство родителей, показал, что когда вернулся в дом с железнодорожной станции после звонка П., зашел в гараж, на входе взял бутылку и горелку, зашел в дом, вылил на кровать жидкость, поджег, взял ключи от машины и уехал (том 3 л.д.185-187).

Эти показания он подтвердил при допросе в качестве обвиняемого и 5 сентября 2023 года (том 3 л.д.196-202).

Потерпевшая Л. (сестра Че.), свидетели Лн., Чл., Чи., Чг., Рч. (родственники погибших), присутствовавшие 6 августа 2022 года в качестве гостей на праздновании юбилея Чр., в судебном заседании показали, что застолье проходило в доброжелательной атмосфере, гости собирались с обеда и разъехались в 18:30-19:00 часов, конфликтов ни с кем не видели, посторонних в доме не было. ФИО2 помогал накрывать на стол, играл с детьми, с собакой, выпивал немного, был не сильно пьян. Очевидцами смерти Ч-ных и пожара они не являлись, о произошедшем узнали на следующий день. Взаимоотношения в семье Ч-ных охарактеризовали как доброжелательные, о конфликтах ФИО2 с родителями не сообщали. Потерпевшая ФИО3. охарактеризовала Чр. как сурового и прямолинейного человека, не принимавшего чужую точку зрения.

Потерпевшие Ч. и Дл. (брат и сестра Чр.), не присутствовавшие на празднике 6 августа 2022 года и не являвшиеся очевидцами событий, положительно охарактеризовали семью Ч-ных, о конфликтах во взаимоотношениях сына с родителями не сообщили, Ч.. отметил вспыльчивый и вербально-агрессивный характер Чр., который высказывал свои мысли прямо, не задумываясь о последствиях, вспомнил случай, когда Чр. в присутствии родственников накричал на 15-летнего сына А., обозвав нехорошими словами, тот молчаливо стерпел обиду.

Свидетель ФИО3., которая вместе с мужем Лп.. и детьми присутствовала на празднике, охарактеризовала Чр. как сурового, но спокойного мужчину и показала, что они приехали к ФИО2 в 13 часов, уезжали последними - в 19 часов. В доме оставались Ч-ны – родители с сыном А.. За время праздника конфликтов ни у кого не было, А. помогал накрывать на стол, играл с ее детьми, гулял с собакой, выпивал немного, был трезв. После того, как проводили всех остальных гостей, она, заходя в дом, увидела, как Чр. подошел к А. и как будто его обнял. Все, кроме детей, прошли в дом. Она (ФИО3.) зашла на кухню, где А., стоя у холодильника, позвал ее и сказал, что ему кажется, что его папа сошел с ума, сказал ему (А.), что сейчас здесь всех убьет. А. велел ей забирать детей и уезжать отсюда. На ее вопрос, не смеется ли он, и что случилось, А. засмеялся и сказал, что знал, что она ему не поверит. Когда на кухню зашла Че., А. закрыл холодильник и вышел. Она (ФИО3.) прошла к мужу, сидевшему на диване, в этот момент Чр. спросил А.: "Ну что, сейчас?" На что А. ответил: "Нет, потом", несколько раз повторив: "страшный сон, страшный сон". На вопрос Лп., что за страшный сон, тот ответил: "ничего". Когда уже собрались уезжать, ее 6-летняя дочь вернулась в дом за шоколадным яйцом, долго отсутствовала, она (ФИО3.) пошла за дочерью, и, стоя в дверях, увидела, что Чр. сидит за столом, А. стоит рядом, положил перед отцом нож и сказал: "Выбирай, каким?" или "Выбирай какой?". Че. вышла из кухни, проходя мимо них, спокойно сказала, чтобы они заканчивали, после чего проводила их с дочкой до машины, и они уехали. Она (ФИО3.) все рассказала мужу, тот отправил А. СМС-сообщение с вопросом о шутке с ножами, но А. сообщение не прочитал. Около 20:10-20:20 Лп. несколько раз звонил Че., на первые звонки никто не отвечал, на третий-четвертый раз с ее телефона ответил А., на вопрос Лп., как дела, где родители, ответил, что все нормально, родители уже легли спать, а он пойдет погулять. Спустя время А. перезвонил Лп., сказал, что приедет к ним, но Лп. ответил, что они еще не дома. Около 20:30 они приехали домой, а около 21:30 Лп. позвонил младший брат и сказал, что у Ч-ных горит дом, муж уехал. В течение ночи муж ей периодически звонил, говорил, что А. трубку с его номера не берет, а если берет, то с других номеров, А. говорит, что ищет какого-то человека, который во все в это его втянул, на вопрос о местонахождении родителей отвечал, что родители ему сказали, что если он уедет, то они себя взорвут. Около 4-4:30 часов утра муж позвонил и сказал, что нашли два тела, потом приехал, они поехали к родителям, по дороге, около 7 часов утра, Лп. позвонил А., тот ответил, было слышно, что он едет на машине, на вопрос Лп., где он находится, сказал, что едет домой в ****. Через некоторое время позвонил А., стал спрашивать о случившемся, плакал в трубку, Лп. с братом поехали туда. После случившегося они (ФИО4.) расспрашивали дочь, видела ли она что-то в доме, она рассказала, что когда искала яйцо на кухне, А. искал в кухонном шкафу ножи, тетя Че. спросила, зачем они ему нужны, на что тот ответил, что они все равно все тупые.

Свидетель Лп. (муж ФИО3.. и двоюродный брат ФИО2) подтвердил, что они с супругой и детьми находились на празднике с 13 до 19 часов, уезжали последними, в доме оставались Ч-ны – родители и сын А.. Посторонних не было. За время праздника конфликтов ни у кого не было, А. выпивал меньше других, был в легкой степени опьянения. Во время праздника, около 18:30 он по СМС переписывался с А. на тему дальнейшего времяпрепровождения, затем все гости разъехались, Че. попросила их (ФИО4.) немного посидеть, когда заходили в дом, он увидел, что Чр. сжал А. сзади, как-бы обнявшись. В доме он (Лп.) с Чр. разговаривали об А., Чр. просил, чтобы он как брат попросил А. пересмотреть свою работу, так как всегда мечтал, чтобы тот работал в полиции, сказал, что если он начнет А. такое говорить, тот все воспринимает "в штыки". В это время супруга и А. находились на кухне. Когда А. вышел из кухни, он (Лп.) предложил ему подумать насчет работы в полиции, тот сухо ответил отрицательно. Когда А. садился за стол, Чр. спросил у него: "Ну что, сейчас?" А. ответил: "Нет, попозже", и в этот момент сказал: "Какой страшный сон". На его (Лп.) вопрос про сон, ответил, что ничего, страшный сон. Через 3-4 минуты стали уезжать, супруга в машине сказала, что А. на кухне ей сказал о том, что папа сошел с ума, сейчас всех убьет, чтобы она собирала детей и уезжала отсюда. По дороге супруга рассказала, что когда заходила за дочкой в дом, увидела, как А. перед ФИО4. разложил ножи, чтобы тот выбирал. Он (Лп.) написал по дороге А. смс-сообщение про юмор с ножами, но тот не ответил. В 20:20-20:25 он (Лп.) позвонил дважды на телефон Че., никто не ответил, потом с ее телефона ответил А., на вопрос про родителей ответил, что они устали, легли спать. Через минуту А. перезвонил со своего телефона, спросил, зачем он (Лп.) позвонил. Он ответил, что хотел узнать, как дела, почему не ответил на смс, спросил, почему тот не спит, А. сказал, что все нормально, он пойдет гулять по ****, либо приедет к ним на такси. Где-то в 22:25 позвонил брат, сказал, что горит спальня в доме, машины нет, собаки нет. Он (Лп.) начал звонить А., кричал, что горит дом, спрашивал, где он находится, тот был спокоен, сказал, что сейчас приедет. По пути он (Лп.) позвонил пожарным, еще звонил А., который только говорил, что сейчас приедет. Через 7 минут приехал на место, встретил брата Лг. и соседей ****. Они рассказали, что до сильного огня забегали в дом, кричали, никто не отвечал. Приехавшие пожарные в основном начали заливать спальню, где впоследствии был обнаружен Чр.. Все это время он (Лп.) звонил А., тот трубку не брал. На звонок с номера брата А. ответил, он (Лп.) говорил ему, что в доме пожар, спрашивал, что могло случиться, с ним ли родители, но тот только спросил, есть ли выжившие, и сообщил, что родителей с ним нет. Было много разговоров, в которых А. говорил, что родители сказали, если он возьмет пьяным машину, то они себя взорвут, на вопрос, почему А. не рассказал про страшный, тот ответил: "Тогда тебя, твою жену, детей, моих родителей у нас бы в доме убили". Он (Лп.) сообщил в правоохранительные органы. Через 30-40 минут снова позвонил А., спросил, где он находится, понял, что он уже не один, так как он с кем-то разговаривал. А. ответил, что как только найдет человека, который его во все это втянул, вернется. На вопрос, где он находится, А. ответил, что на улице ****, на вопрос в каком городе, ему (А.) кто-то сказал, что в ****. После того, как пожар потушили, сообщили о двух найденных телах. Он (Лп.) всю ночь звонил А., тот перестал отвечать на звонки. Утром он (Лп.) с супругой поехали к родителям, звонил А., на один из звонков А. ответил, на вопрос, где он находится, сказал, что едет домой в ****. Через какое-то время позвонил А., который уже находился у дома и плакал. Он (Лп.) с братом поехали в ****, увидели машину, на которую облокотился А. и плакал. Его (Лп.) вопрос, нашел ли он человека, который во все это его втянул, А. воспринял агрессивно. На вопросы о случившемся ничего не говорил, лишь спросил, где кот. После этого А. задержали. А. был в шортах и кроссовках. Когда они (ФИО4.) уезжали с юбилея, А. был в другой одежде. Позднее они (ФИО4.) расспрашивали дочь, которая была в доме до последнего, она рассказала, что А. доставал ножи, Че. у него спросила, для чего они ему нужны, А. ответил, что они тупые. Охарактеризовал Чр. как деспотичного человека, с которым лучше было согласиться, чем возразить.

Свидетель Лг. (брат Лп. и двоюродный брат Чр.) охарактеризовал семью Ч-ных как дружелюбную и любящую, Чр. назвал лидером семьи, по-хорошему жестким человеком. 6 августа 2022 года он (Лг.) в районе обеда привез родителей к ФИО2, забрал примерно в 5-7 вечера. Со слов матери знает, что А. в тот день пьяным не был, выпил немного, Чр. находился в сильно выпившем состоянии. После того, как отвез родителей домой, проезжал мимо дома в **** и увидел горящий дом, соседей, они спрашивали, где Ч-ны. Он позвонил брату, пожарных уже вызвали, ворота были наполовину открыты, А., машины и собаки в вольере не было, вольер открыт. Во время пожара А. на звонки Лп. не отвечал, ответил только на звонки с его (Лг.) телефона, из разговоров слышал, что А. с другом на рыбалке в ****, приедет позже, после того, как Лп. сказал, что дом горит, спрашивал, остался ли кто в живых. Утром он (Лг.) с братом приехал в ****, увидели около дома А., который приехал на машине отца. Лп. разговаривал с А., расспрашивал о случившемся, а тот стал теряться, сначала говорил одно, потом - другое. Он плакал, сначала говорил, что уехал в ****, ничего не знает, родителей дома не было, но потом сказал, что родители были дома. После этого приехали оперативники и его задержали. Со слов Лп. знает, что во время праздника А. подошел к его супруге ФИО3. и сказал, чтобы она увозила детей, поскольку ему кажется, что отец сошел с ума, а также, что ФИО3. видела, как А. раскладывал ножи.

Приведенные показания супругов ФИО4. и Лг. согласуются с показаниями ФИО2 на предварительном следствии о том, что между ним и отцом в тот день возникла ссора, поскольку при внешнем спокойствии поведение и слова сына и отца, с учетом последующих событий, свидетельствовали о наличии между ними конфликта, который они старались внешне не проявлять перед гостями праздника, что также было характерно для семьи Чр., как сообщали в своих показаниях их родственники. При этом показания ФИО2 о доминирующей роли в семье отца, который был недоволен характером работы и образом жизни сына, при наличии соглашательской позиции матери, молчаливом подчинении сына с одной стороны и его нежеланием менять свой образ жизни - с другой, свидетельствуют о наличии предпосылок для такого конфликта, особенно между людьми, находившимися в состоянии опьянения.

Свидетель П. – друг ФИО2 – в судебном заседании, положительно охарактеризовав А. как неагрессивного человека, хорошего специалиста, заботливого сына, показал, что в начале августа он (П.) находился в состоянии опьянения на рыбалке в ****, что в 40 минутах – 1 часе езды от ****. Поздно вечером позвонил А. и сказал, что его родителей зарезали, его тоже пытались зарезать, но он убежал из дома, тем самым спас себе жизнь, видит, как горит дом. А. продолжил часто звонить, говорил, где он, что происходит, что он боится, что его убьют, просил приехать, он (П.) сказал, что не может приехать, так как выпил, отправил геолокацию. А. продолжал звонить, говорил, что стоит на железнодорожной станции, что боится, выпустил собаку, которая убежала, он (П.) сказал, чтобы тот приезжал, и уснул. А. приехал на отцовском автомобиле поздно ночью, находился в шоковом состоянии, напуган, не мог сфокусироваться, часто курил, рассказал, что в дом ворвались двое мужчин, родителей убили и его порезали. Подробностей не рассказывал. Они легли спать, в 5 часов утра он разбудил А., тот уже находился в нормальном состоянии, успокоился, подтвердил ранее сказанное, он (П.) попросил поехать в отдел полиции и все рассказать. А. уехал, через 3-4 часа позвонили сотрудники полиции и попросили приехать в отдел. Видел у А. порез на руке. Когда А. звонил, голос у него был трезвый, по приезду запаха алкоголя не было. Отец А. был по-мужски суровым человеком, хотел, чтобы А. поменял разъездную работу, создал семью, А. отца любил.

В судебном заседании также оглашались показания свидетеля П. на предварительном следствии о том, что А. первый раз позвонил 6 августа 2022 года в 20:59 (пропущенный вызов) и в 21:02, его речь была невнятная, характерная для состояния опьянения, звонил многократно, около 22:30 он скинул А. свою геолокацию, последний пропущенный звонок от А. был в 00:49, приехал А. около 02 часов, был в состоянии опьянения, напуган, рассказал, что у родителей были гости, торжество, он (А.) выпил и лег спать, в комнату зашел незнакомый человек, пырнул ножом в ногу, А., убегая из дома, увидел в комнате родителей с перерезанным горлом, выбегая из дома, заметил, что дом горит, говорил, у родителей были наличными 3 миллиона. Ранений у А. не видел (том 1 л.д.207, л.д.208-211, том 3 л.д.172-177).

Свидетель П. в суде пояснил, что во время показаний на следствии события помнил лучше, однако, настаивал, что видел у А. порез на руке, раны на ноге не видел.

Анализируя показания свидетеля П. в совокупности с показаниями Лп., суд отмечает, что ФИО2 после того, как погибли родители и загорелся дом, в одно время разным людям сообщал разные сведения об обстоятельствах произошедшего и своем участии в этом. С родственниками он старался не разговаривать, не отвечал на звонки, а когда отвечал, разговаривал спокойно, проявляя свою неосведомленность о трагедии, даже приехав наутро к дому, сообщал противоречивые сведения о том, были ли родители дома, когда он уезжал. С другом же ФИО2 ночью созванивался многократно, рассказал ему историю с нападением на дом двух посторонних лиц (или одного человека, как утверждал П. на предварительном следствии) и о своем спасении. Такое противоречивое поведение свидетельствует о намерении ФИО2 скрыть свою причастность к преступлениям, уличив в их совершении неких посторонних лиц, и подтверждает его признательные показания об убийстве родителей и поджоге дома с целью сокрытия следов преступления. Показания ФИО2 в судебном заседании о том, что он ничего не помнит до момента, когда увидел мертвых родителей, также противоречат показаниям П. о том, что ему рассказывал ФИО2 по телефону ночью.

С учетом изложенных обстоятельств, обращая также внимание на то, что человек, увидевший убитыми своих родителей, как об этом утверждает подсудимый, вместо того, чтобы сообщить о случившемся в полицию или родственникам, уклоняясь от общения с последними и не сообщая об увиденном, уехал к другу. который находился на рыбалке, сообщил ему о нападении посторонних лиц, а затем проспал до утра, вызывают у суда обоснованные сомнения в достоверности показаний ФИО2 о своей непричастности к преступлениям, в связи с чем суд их отвергает и принимает в качестве достоверных признательные показания подсудимого, данные в ходе предварительного расследования, которые, напротив, полностью согласуются с описанными свидетелями обстоятельствами произошедшего и поведением ФИО2

Свидетель Юр. – коллега ФИО2 – показал, что А. о конфликтах с родителями не рассказывал, в выходные А. поехал на день рождения отца, они созванивались по работе, А. был трезв, общался нормально. Впоследствии от коллег узнал, что родители А. убиты, дом сожжен, А. задержан.

Свидетели Бе. и ****. – соседи Ч-ных – положительно охарактеризовали соседей и их взаимоотношения и показали, что 6 августа 2022 года около 10-11 вечера увидели дым из вентиляционной трубы в правой части дома Ч-ных, со стороны гаража. Позвонили пожарным, прибежали к дому, калитка и ворота были заперты, машины и собаки не было. До пожара машина стояла во дворе. Перепрыгнули через забор, перекрыли газ, в доме дверь была не заперта. Бн. также добавил, что утром видел А., который приехал на машине, вышел и стал стучать кулаком по забору, биться головой.

Свидетель Сг. – соседка Ч-ных – положительно охарактеризовала соседей, показала, что со слов своего мужа, который был в очень хороших отношениях с Чр., знает, что последний был крайне недоволен сыном, у них были сложные отношения, причин не знает. В день юбилея у Чр. все было спокойно, видела, как около 18 часов Чр. с сыном, проводив гостей, зашли в калитку, все было нормально, Чр. постучал сына по плечу. Чр. обычно в 20 часов выходил гулять с собакой вместе с мужем, но в этот вечер не вышел. Около 22 часов, после того, как легли спать, увидели пожар. Сын Чр. приехал на следующее утро на отцовской машине, начал плакать, стучал по забору, потом его забрала полиция.

Из оглашенных показаний свидетеля Св. – соседа Чр. - следует, что 6 августа 2022 года около 19 часов он увидел, как от их дома отъезжают машины со взрослыми и детьми. Всех гостей Чр. с женой провожали лично, посторонних не видел. Около 21 часа на улице стал чувствоваться запах горевшего пластика, но открытых очагов пламени не было. Около 23 часов услышал крики и увидел открытое пламя из окна дома Ч-ных. Он и соседи пытались зайти в дом, калитка была заперта изнутри, входная дверь в коридор была открыта, из нее шел дым (том 1 л.д.204-206).

Из оглашенных показаний свидетеля Нк. – соседки Ч-ных – следует, что 6 августа 2022 года она днем слышала, как у них играла музыка, вечером видела, как супруги Ч-ны проводили Лп. и вместе с молодым человеком зашли в дом. Около 21:50 увидела необычный свет, легла спать, а через некоторое время услышала, как у дома бьются стекла, разговаривают люди (том 2 л.д.23-25).

Таким образом, показания соседей Ч-ных свидетельствуют об отсутствии в тот день у сгоревшего дома, помимо гостей праздника, посторонних лиц, а также подтверждают, что на момент обнаружения пожара калитка и ворота были заперты, что согласуется с показаниями подсудимого о том, что он, уезжая на отцовской машине, закрыл ворота с пульта.

Свидетель Кс. - сотрудник противопожарной службы – показал, что 6 августа 2022 года около 23 часов по сообщению диспетчера пункта пожарной связи выезжал на пожар в дом Ч-ных. По приезду дом по всей площади был покрыт открытым огнем, пожарное подразделение уже находилось у дома. После ликвидации открытого горения в разных помещениях дома были обнаружены останки двух человек. Наиболее интенсивное горение было в правом дальнем помещении, в котором обнаружили останки одного человека. Останки второго человека были в соседнем помещении – первом справа от входа.

Согласно записи диспетчера пожарной службы первое сообщение о пожаре в доме по адресу: **** поступило из сервиса "112" 6 августа в 22 часа 30 минут (том 1 л.д.97).

6 августа 2022 года в 23:05 о пожаре в Отд МВД России по Гороховецкому району сообщил Лп. (том 1 л.д.90).

В ходе осмотра места происшествия 7 августа 2022 года, проведенного следователем Следственного комитета, с применением фотосъемки, осмотрен земельный участок со строениями по адресу: ****, установлено, что все деревянные конструкции жилого дома уничтожены огнем, наибольшие термические повреждения в спальне дома (вторая комната справа от входа в дом); при входе в спальню слева обнаружены фрагменты кровати, в непосредственной близости от дальнего правого угла кровати деревянные конструкции пола имеют сквозной прогар. Слева от входа в спальню при расчистке пожарного мусора обнаружены обгоревшие останки мужчины, два коленных эндопротеза (предположительно останки Чр.). В соседней комнате (первой справа от входа в дом) на полу вблизи правой стены обнаружены обугленные останки женщины (предположительно Че.). Изъяты образцы пожарного мусора из мест обнаружения обоих останков (том 1 л.д.74-88).

В ходе осмотра места происшествия, проведенного в тот же день и.о. дознавателя ОНД и ПР, с применением фотосъемки, осмотрен тот же земельный участок, зафиксированы повреждения конструкций дома, в комнате № 2 (вторая справа от входа в дом) и в комнате № 1 (первая справа от входа в дом - на расстоянии 1,5 метров от входа в комнату) обнаружены и переданы в СК РФ фрагменты человеческих тел. При применении газоанализатора установлено, что во всех помещениях показания прибора составили 0 мг/м3, за исключением комнаты № 2, где в месте обнаружения фрагментов кровати показатели составили от 5 до 12 мг/м3. В этой комнате находятся наибольшие термические повреждения, конструкции пола имеют сквозной прогар. Следов аварийной работы электросетей не обнаружено. На схеме к протоколу обозначены места наибольших термических повреждений и сквозного прогара (в комнате № 2), обнаружения фрагментов человеческих тел (в комнатах №№ 1 и 2), которые соответствуют сведениям, указанным в протоколе осмотра, проведенного следователем Следственного комитета (том 1 л.д.99-104).

В ходе дополнительного осмотра указанного дома 7 августа 2022 года из спальни, в которой были обнаружены останки мужчины, в месте прогара пола также изъят пожарный мусор (том 2 л.д.160-162 ).

Обстоятельства, зафиксированные протоколами осмотров места происшествия, места обнаружения трупов, место наиболее интенсивного горения дома полностью согласуются с показаниями подозреваемого и обвиняемого ФИО2, продемонстрированными им также при проверке показаний на месте, об обстоятельствах убийства родителей и поджога дома.

Согласно заключению пожарно-технической экспертизы № 121-2022 от 23.08.2022 очаг пожара располагался в помещении комнаты № 2 в северо-западной части строения дома. Причиной пожара послужило искусственное инициирование горения в виде загорания горючих материалов от источника пламени газовой горелки, с применением интенсификатора горения и промежуточного материала (том 3 л.д.5-8).

Эксперт Пх. в судебном заседании выводы экспертизы подтвердил и показал, что экспертизу проводил на основании представленных материала КРСП № 25 на 24 листах, в котором, помимо показаний ФИО2, имелись другие документы, в частности, протокол осмотра места происшествия. Выводы сделаны на основании анализа всех сведений, имеющихся материале. Он лично принимал участие в осмотре места происшествия 7 августа 2022 года. Легковоспламеняющаяся жидкость была установлена на основании показаний в совокупности с объективными данными - в очаге пожара был локальный прогар в большом диаметре, что характерно для применения дополнительной пожарной нагрузки. В ходе осмотра места происшествия прибор не смог определить, какие горючие либо легко-воспламеняющиеся жидкости находятся в объемной доле кислорода, поскольку был большой объем воды, пол провалился в погреб, в связи с чем изъять пожарный грунт с очага пожара не представлялось возможным. Возгорание произошло в помещении № 2, но погибший в этой комнате мог обгореть меньше либо по причине подачи в это место большего количества воды, либо тело могло завалить пожарным мусором. Нахождение менее обгоревшего трупа в очаге пожара, не противоречит выводам заключения. В очаге пожара электрические линии не проходили, электрооборудование не располагалось, значит, электрическая причина исключается. Из протокола допроса свидетеля были получены сведения о применении легковоспламеняющейся жидкости - бензина, и поджоге с помощью газовой горелки, был произведен анализ материалов и сделан такой вывод. Рассматривались все версии. Если бы сведения из показаний не подтверждались материалами, об этом было бы указано. Текстильный материал и строительная конструкция кровати не дадут такой большой пожарной нагрузки для развития локального прогара. Образование прогара находилось в помещении комнаты рядом со стоящей в углу кроватью. Вывод о том, что причиной пожара послужило загорание горючих материалов от источника пламени газовой горелки, (вопреки доводам защитника) сделан не только на основании показаний, но и на основе объективных данных, которые он наблюдал во время осмотра места происшествия. Если исключить свидетельские показания, версия с неосторожным обращением с огнем также была бы исключена, поскольку в любом случае было воздействие какой-то легковоспламеняющейся жидкости, так как была дополнительная пожарная нагрузка. Вывод о бензине и газовой горелке носят вероятностный характер, это могла быть любая легковоспламеняющаяся жидкость.

Каких-либо сведений о том, что в спальне дома в районе кровати хранились легковоспламеняющиеся жидкости, в ходе судебного разбирательства не установлено.

Таким образом, выводы эксперта подтверждают показания ФИО2 о том, что он совершил поджог с применением легковоспламеняющейся жидкости. Мнение ФИО2 о том, что это был бензин, носит предположительный характер, в бутылке из гаража могла быть любая легковоспламеняющаяся жидкость, которая, как категорично установлено экспертом, была применена при поджоге в качестве интенсификатора горения.

Выводы же экспертизы № 3/935 от 29.08.2022 об отсутствии в пожарном мусоре следов горюче-смазочных материалов и легковоспламеняющихся жидкостей на основе нефтепродуктов (том 2 л.д.248-249) этим обстоятельствам не противоречат.

Показания эксперта Пх. также согласуются с показаниями Лп. о том, что пожарные подавали больше воды в помещение спальни, поскольку в ней предположительно могли находиться люди, что и явилось причиной меньшего обгорания трупа Чр. по сравнению с трупом Че., находившейся в соседней комнате.

При осмотре дома 26 августа 2022 года в пожарном мусоре в помещении кухни были изъяты три лезвия ножей и два столовых ножа с металлической рукояткой (том 2 л.д.154-157). При их осмотре 29 августа 2022 года биологические следы обнаружены не были (том 2 л.д.158-159).

Учитывая интенсивность пожара и время, прошедшее с момента пожара до изъятия и осмотра лезвий и ножей, результаты осмотра доказательственной нагрузки не несут.

В ходе выемки в Гороховецком отделении ГБУЗ ВО БСМЭ 9 августа 2022 года изъяты фрагменты бедренных костей и крови Ч-ных **** (том 2 л.д.167-168).

7 августа 2022 года у ФИО2 получены образцы буккального эпителия (том 2 л.д.207).

В ходе выемки у ФИО2 7 августа 2022 года изъяты срезы ногтевых пластин и смывы с обеих рук, футболка, шорты, трусы, носки и обувь (том 2 л.д.179-181).

Согласно заключению эксперта № 437-ДНК от 01.09.2022 лица, костные останки которых были представлены на экспертизу, являются биологическими родителями ФИО2 – Чр. и Че. На смывах с рук и фрагментах ногтевых пластин ФИО2 кровь человека не обнаружена (том 2 л.д.237-241).

Необнаружение крови на руках ФИО2 не свидетельствует о его непричастности к преступлениям, поскольку из его собственных признательных показаний следует, что он после убийства вымыл руки с мылом.

Выводы экспертизы № 3/957 от 6 сентября 2022 года об отсутствии на обуви, рюкзаке и предметах одежды ФИО2 следов легковоспламеняющихся жидкостей и горюче-смазочных материалов на нефтяной основе (том 3 л.д.14-17) также не свидетельствуют о его непричастности к поджогу, поскольку ФИО2 в своих показаниях не сообщал о том, что проливал горючую жидкость на себя.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа Чр. № 116 от 21.09.2022 на останках трупа Чр. обнаружены телесные повреждения: а) две резаные раны в области шеи слева с запекшейся крошковатой кровью в дне ран; б) два проникающих колото-резаных ранения левой половины трудной клетки с повреждением сердца, которые являются прижизненными и образовались незадолго до смерти. Оба проникающих ранения грудной клетки с повреждением сердца применительно к живым лица оказывают тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Обе резаные раны на шее слева, применительно к живым лицам, оказывают легкий вред здоровью по признаку кратковременности расстройства здоровья.

Направление раневых каналов в области грудной клетки примерно одинаковое — сверху-вниз, спереди-назад и несколько слева-направо, обе входные раны находились на относительно небольшом расстоянии друг от друга, исходя из чего можно полагать, что оба этих ранения были причинены при одном взаиморасположении нападавшего и потерпевшего, острым орудием колюще-режущего типа, например, ножом. Длина ран на поверхности грудной клетки составляла около 2 см. и 2,5 см, длина раневых каналом 8-9 см. и 6-7 см. соответственно. Учитывая выраженность термического воздействия на тело трупа, длина ран на поверхности грудной клетки значительно изменилась. Резаные раны в области шеи слева имели одинаковую направленность и расположены близко одна под другой, исходя из чего, можно полагать, что обе этих раны причинены из одного взаиморасположения нападавшего и потерпевшего, могли быть причинены как твердым предметом, имеющим ребро, острую грань, например, осколком стекла, так и острым орудием режущего, колюще-режущего типа, например лезвием ножа.

Во время причинения телесных повреждений на передней поверхности тела нападавший и потерпевший были обращены лицом друг к другу.

Причиной смерти Чр. послужили проникающие колото-резаные ранения левой половины грудной клетки с повреждением сердца.

Определить давность наступления смерти не представляется возможным (том 2 л.д.216-220).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа Че. № 115 от 21.09.2022 труп женщины в сильно обгоревшем состоянии, мягкие ткани сохранившихся частей глубоко обуглены, сильно обуглены кости скелета, телесных повреждений на исследуемых останках трупа не выявлено. Ответить на вопрос о причине и давности смерти Че. не представляется возможным ввиду выраженности обгорания трупа (том 2 л.д.210-212).

Результаты экспертного исследования останков трупа Чр. полностью согласуются с признательными показаниями подсудимого о способе и обстоятельствах убийства отца, механизме нанесения ему ударов ножом. С учетом этого оснований не доверять этим же показаниям и в отношении обстоятельств причинения смерти матери не имеется. Необнаружение на останках трупа Че. телесных повреждений, неустановление причины и давности ее смерти вследствие более выраженного обгорания трупа, вопреки доводам потерпевшей Л., не может являться основанием для вывода о неприченении ей таких повреждений, повлекших ее смерть на месте происшествия. Из оглашенных показаний ФИО2 следует, что матери он также нанес удары ножом в грудь, она лежала в луже крови, а когда он вернулся домой с железнодорожной станции, оставалась лежать на том же месте, пульс отсутствовал.

При таких обстоятельствах суд считает доказанным нанесение ФИО2 ударов ножом в жизненно важные органы обоих родителей, что повлекло их смерть на месте происшествия в период не ранее 18:30 и не позднее 22:30 6 августа 2022 года, как указано в обвинении. При этом ФИО2 сообщал разные сведения о количестве ударов ножом матери – от 1-го до 3-х. Учитывая, что вследствие обгорания ее трупа телесные повреждения не сохранились, суд считает достоверно установленным нанесение ей не менее одного удара в грудь и вносит соответствующие изменения в обвинение ФИО2

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы ФИО2 № 170 от 10.08.2022 у него имеется телесное повреждение в виде резаной раны в области правого предплечья, которое возникло от действия острого орудия режущего, колюще-режущего типа, в том числе вполне возможно от действия лезвия ножа, и вреда здоровью не оказывает (том 2 л.д.228-230).

Согласно заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 41 от 05.03.2024, проведенной в ходе судебного разбирательства, давность образования указанного телесного повреждения находится в пределах 3-5 дней со времени освидетельствования ФИО2 (то есть в период с 5 по 7 августа 2022 года).

Эксперт Рз. показал, что повреждение на руке образовалось от острого орудия режущего, колюще-режущего типа, типа ножа, бритвы, не могло образоваться в результате воздействия твердых предметов с ограниченной контактной поверхностью, поцарапаться так обо что-то невозможно. Причинить такое повреждение самому себе, если держать нож в этой руке, также невозможно.

Характер телесного повреждения, а также показания свидетелей и подсудимого о том, что до ухода гостей у него этого повреждения не было, согласуются с показаниями ФИО2 о применении ножа при убийстве родителей. Невозможность причинения повреждения самому себе этой же рукой этим выводам не противоречит. Оценку версии о нападении на ФИО2 постороннего лица (лиц) суд дал выше.

По запросу следователя "ООО Т-2 Мобайл" предоставило информацию о соединениях абонентского номера Че., протоколом осмотра которой установлено, что 6 августа 2022 года:

в 20:18 с телефона Че. был несостоявшийся вызов на голосовую почту Чи.;

в 20:20 на телефон Че. был несостоявшийся вызов с телефона Лп.;

в 20:26 на телефон Че. был входящий звонок с телефона Лп. длительностью 31 секунду; далее, с 21:06 до 23:14 несостоявшиеся звонки и переадресация с телефонов Л., Чи. и Жл.

Абонентское устройство Че. во всех вызовах фиксировалось базовой станцией **** (том 2 л.д.106-107, 109, 110-113).

Указанные сведения подтверждают показания свидетелей о попытках дозвониться до Че. и разговоре с ФИО2 с ее телефона.

Согласно ответу ООО "Т2 Мобайл" соединения абонентского номера Чр. за период с 18:00 6 августа по 12:00 7 августа 2022 года не зафиксированы (том 2 л.д.121, 123).

По запросу следователя "ОАО "Мегафон" предоставило информацию о соединениях абонентского номера ФИО2, протоколом осмотра которой установлено, что 6 августа 2022 года:

в 20:59 – имелись 3 попытки вызовов с телефона ФИО2 на телефон П.;

в 21:03 – состоялся исходящий звонок с телефона ФИО2 на телефон П. длительностью 527 секунд (базовая станция телефона ФИО2 - ****);

далее, с 21:18 06.08.2022 до 00:49 07.08.2022 – многократные входящие, исходящие соединения и неудачные попытки вызовов между телефонами ФИО2 и П. Базовые станции, фиксирующие телефон ФИО2, менялись: до 22:22 – ****, после 22:22 – **** и поворот с М7 на ****, ****; а с 23:44 – **** – в зоне действия этой же базовой станции все время был телефон П. (том 2 л.д.131-133, 134-140).

Свидетель Жл. – прежняя собственница дома Ч-ных – показала, что в сентябре 2021 года продала дом и земельный участок со строениями ФИО2 за **** рублей, из которых **** стоимость дома. Внутри дома оставались кухонный гарнитур, варочная поверхность, духовой шкаф, газовый котел, шкаф-купе, душевая кабина и унитаз. Это имущество входило в стоимость дома. Договор был оформлен на Чр.

Согласно документам на недвижимость 7 сентября 2021 года Чр. приобрел у Жи. земельный участок с жилым домом по адресу **** за **** рублей, из которых стоимость жилого дома составляет **** рублей (том 1 л.д.243-250, том 2 л.д.2-4), что согласуется с показаниями Жл. с незначительным расхождением в стоимости дома, которое можно объяснить давностью сделки.

Согласно заключению товароведческой экспертизы № 01-148/23 от 05.07.2023 оценочная стоимость сгоревшего дома **** по **** и находившегося в нем имущества на 06.08.2022 составляет **** рубля, в том числе: стоимость дома – **** рубля, газового котла – **** рублей; кухонного гарнитура – **** рублей; варочной панели – **** рублей; духового шкафа – **** рублей; шкафа-купе – **** **** рублей; душевой кабины – **** рублей (том 3 л.д.33-62).

Выводы экспертизы мотивированы, в заключении приведены методики оценки имущества, результаты оценки согласуются со стоимостью имущества в момент приобретения с учетом его износа, в связи с чем сомнений в своей достоверности у суда не вызывают.

Таким образом, оценивая все имеющиеся доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела, суд находит вину подсудимого в совершении инкриминируемых ему преступлений полностью доказанной.

В ходе судебного разбирательства доказан прямой умысел ФИО2 на лишение жизни своих родителей, о чем свидетельствует нанесение им ударов ножом в жизненно важные части тел потерпевших, а также последующие действия подсудимого, который, убедившись в отсутствии у них пульса, с целью сокрытия убийства поджег дом, исключив любую возможность погибших выжить.

С учетом мнения государственного обвинителя об изменении обвинения в сторону смягчения, суд исключает из объема обвинения подсудимого квалифицирующий признак совершения убийства матери с целью скрыть ранее совершенное убийство отца, поскольку указанный мотив достоверно имеющимися доказательствами не подтвержден. Совокупность имеющихся доказательств свидетельствует о том, что мотивом для убийства явились внезапно возникшие неприязненные отношения ФИО2 к отцу в связи с имевшимся конфликтом, что вылилось в агрессию, спроецированную на мать.

Применение при поджоге горючей жидкости свидетельствует о прямом умысле подсудимого на полное уничтожение дома с находившимся в нем имуществом с целью сокрытия убийства родителей, а такой способ уничтожения, с учетом расположения дома в частном секторе, является общеопасным, поскольку создает опасность распространения огня и причинения вреда жизни и здоровью других людей, уничтожения чужого имущества.

Ущерб от уничтожения дома, являвшегося единственным местом жительства для собственника-пенсионера, в размере, с учетом находившегося в нем имущества, без малого 2, 5 миллиона рублей следует признать значительным.

Довод потерпевшей Л. о том, что ФИО2 помогал родителям в приобретении дома, принимал участие в его благоустройстве, следовательно, "поджигал своё", суд отвергает, поскольку степень материального участия подсудимого в приобретении имущества достоверно ничем не подтверждена, собственником дома являлся Чр., а его сын не имел права таким образом распоряжаться чужим имуществом.

При таких обстоятельствах суд квалифицирует действия ФИО2 по п."а" ч.2 ст.105 УК РФ, поскольку он совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти двум лицам, а также по ч.2 ст.167 УК РФ – как умышленное уничтожение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба, путем поджога.

Судом исследовался вопрос о вменяемости подсудимого.

Так, согласно заключению первичной стационарной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы ФИО2 № 1216 от 28.03.2023 в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, у ФИО2 имело место временное психическое расстройство в форме острого параноида (код по МКБ-10: F23.30). Об этом свидетельствуют данные, о внезапном развитии у подэкспертного не позднее 18 часов 00 минут 6 августа 2022 года на фоне предшествующей депривации сна, астении, приёма алкогольных напитков, кратковременного патологического психотического состояния, сопровождающегося появлением острой бредовой идеи убийства со стороны отца, её доминировании в сознании с искажением восприятия, патологической интерпретацией действий потерпевших с нарушением критической оценки реальных обстоятельств, немотивированной гетероагрессией и брутальными действиями в адрес родных, с последующим запамятованием событий того периода, их тотальным отчуждением. Поэтому ФИО2, как страдавший в период совершения инкриминируемого ему деяния по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ указанным временным психическим расстройством, не мог в тот период осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Указанное временное психическое расстройство в форме острого параноида у подэкспертного прекратилось не позднее 20 часов 30 минут 6 августа 2022 года. Поэтому в период, относящийся к совершению им деяния, предусмотренного ч.2 ст.167 УК РФ, подэкспертный, как не страдавший также хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Ко времени производства по уголовному делу и в настоящее время ФИО2 по своему психическому состоянию может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать показания, за исключением событий, относящихся к периоду инкриминируемого ему деяния по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, он может понимать характер и значение уголовного судопроизводства (сущность процессуальных действий и получаемых посредством их доказательств) и своего процессуального положения (содержание своих процессуальных прав и обязанностей); а также он обладает способностью к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию указанных прав и обязанностей. С учетом актуального психического состояния (отсутствия у подэкспертного какого-либо психического расстройства) в применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается.

ФИО2 обнаруживает индивидуально-психологические особенности, среди которых на первый план выступают структурированная система просоциальных личностных ориентаций с доминирующими ценностями семейных и профессиональных отношений, сформированность моральных чувств и высших эмоций, осознанное соблюдение общепринятых правил и норм, добросовестность, самостоятельность, настойчивость в достижении целей, умение справляться с личными неудачами, контролировать эмоции и поведение, умеренная коммуникабельность, избирательность в контактах, склонность к авторитарному поведению, но при этом дружелюбие и уравновешенность во внешнем взаимодействии с окружающими, невысокий уровень личностной агрессивности, сниженная стрессоустойчивость с фиксацией внимания па фрустрирующих обстоятельствах и преобладанием внешнеобвинительной направленности реагирования в конфликтных ситуациях, аффективная ригидность. Индивидуально-психологические особенности ФИО2 не оказывали существенного влияния на его поведение во время совершения инкриминируемого ему деяния по п. «а» ч. 2 ст.105 УК РФ, поскольку в юридически значимой ситуации поведение ФИО2 было обусловлено психопатологическими механизмами. ФИО2 при совершении инкриминируемого ему деяния по п. «а» ч. 2 ст.105 УК РФ в состоянии аффекта либо ином эмоциональном состоянии, которое оказало существенное влияние на его сознание и поведение, не находился, поскольку в рассматриваемый юридически значимый момент повеление ФИО2 было обусловлено психопатологическими механизмами. При совершении инкриминируемого ему деяния по ч. 2 ст. 167 УК РФ ФИО2 находился в эмоциональном состоянии, характеризующемся острым переживанием чувства растерянности и страха (связанных, в том числе, с предшествовавшими психопатологическими переживаниями), сопровождавшемся значительным ослаблением критико-прогностических функций, снижением регуляторной функции присущих ему индивидуально-психологических особенностей, элементами дезорганизации деятельности, и оказавшем существенное влияние на его сознание и поведение, то есть ограничившем способность подэкспертного понимать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а также адекватно соотносить свои действия с объективными требованиями ситуации (том 3 л.д.82-88).

В связи с сомнениями в обоснованности указанного экспертного заключения в ходе предварительного следствия была проведена повторная экспертиза стационарная психолого-психиатрическая экспертиза. Согласно заключению комиссии экспертов № 274/1161 от 26.06.2023 ФИО2 хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает. Как следует из данных анамнеза, материалов уголовного дела и медицинской документации испытуемый нормативно развивался в детстве, получил неполное высшее образование, психотических состояний на протяжении жизни не переносил, у психиатров и наркологов на учете не состоял, в психиатрических больницах не лечился, признаков социальной дезадаптации не выявлял, устойчиво работал, характеризовался положительно. При настоящем клиническом обследовании у подэкспертного психотической симптоматики, нарушений мышления, эмоционально-волевой и интеллектуальной сферы, критических и прогностических способностей, характерных для какого-либо психического расстройства не выявлено. В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО2 может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, а также самостоятельно осуществлять действия, направленные на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей. В период инкриминируемых ему действий ФИО2 хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдал, находился в состоянии простого (непатологического) алкогольного опьянения, на что указывает употребление им незадолго до случившегося спиртных напитков, отсутствие признаков нарушенного сознания, бреда, галлюцинаций, последующей астении, он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Предъявление подэкспертным частичного запамятования периода инкриминируемых ему действий не свидетельствуют о наличии у него каких-либо психических расстройств, встречается в клинической картине простого (непатологического) алкогольного опьянения. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается.

При экспертно-психологическом исследовании у ФИО2 были отмечены такие индивидуально-психологические особенности, как активность и инициативность в делах, амбициозность. Самооценка высокая, но неустойчивая, зависимая от оценок окружающих, с уязвимым самолюбием, потребностью в признании. В контактах избирателен, недоверчив, преобладает интровертированная личностная позиция. Эмоциональная сфера характеризуется устойчивостью, но склонностью к накапливанию, кумуляции напряжения с медленным угасанием эмоций. При этом, хорошо развита способность к самоконтролю. В период совершения инкриминируемых по ч. 2 ст. 105 УК РФ действий ФИО2 в состоянии физиологического аффекта ином эмоциональном состоянии, оказывающем существенное влияние на сознание и поведение, не находился; его индивидуально-психологические особенности не оказывали существенного влияния на сознание и поведение, то есть не нарушали его способности к осознанно-волевой регуляции поведения. Предъявляемое ФИО2 полное запамятование своих действий в этот период не соответствует картине указанных состояний, которые предполагают возможность только частичного сужения сознания, то есть неполноту восприятия и воспоминаний о событиях, но, при этом, сохранную возможность описать как часть и общую канву своих действий, так и динамику своего эмоционального состояния. В период совершения инкриминируемых по ч. 2 ст. 167 УК действий ФИО2 в состоянии физиологического аффекта, ином эмоциональном состоянии, оказывающем существенное влияние на сознание и поведение, не находился. Признаков существенного влияния индивидуально-психологических особенностей на сознание и поведение в указанный период, то есть признаков нарушения целенаправленности и целесообразности в его действиях не выявляется. ФИО2 описывает свое эмоциональное состояние в указанный период скупо, нечетко, указывает на состояние страха и паники (по поводу произошедшего), тревоги, взбудораженности. Однако, несмотря на описанное состояние эмоционального возбуждения, действия ФИО2 были сложно организованы, последовательны. ФИО2 не описывает какого-либо выраженного эмоционального состояния, нарушающего целенаправленность его действий, не описывает характерной для состояния аффекта динамики эмоционального состояния (том 3 л.д.106-118).

В ходе судебного разбирательства, в связи с наличием двух противоречивых экспертных заключений, была проведена третья стационарная психолого-психиатрическая экспертиза ФИО2 № 52 от 04.06.2024, согласно выводам которой ФИО2 в период времени, относящийся к совершению инкриминируемых ему деяний, не обнаруживал признаков какого-либо хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия, или иного болезненного состояния психики, лишающего его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, как не обнаруживает их в настоящее время. Психически здоров. Структура описанного им состояния на период времени, относящийся к совершению инкриминируемых ему деяний, не соответствует клинике какого-либо исключительного (временного) болезненного состояния психической деятельности. С учетом имеющихся в материалах уголовного дела сведений, а также саомоотчета подэкспертного об употреблении им спиртных напитков в период, предшествующий совершению инкриминируемых ему деяний, можно констатировать наличие у него клинической картины простого (не патологического) алкогольного опьянения. В период времени, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, и в настоящее время он мог и может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается. В период проведения следственных действий и в настоящее время ФИО2 мог и может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, мог и может давать о них правильные показания, понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, самостоятельно осуществлять действия, направленные на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей.

У ФИО2 выявлены такие индивидуально-психологические особенности, как сохранность интеллектуально-мнестической, эмоционально-волевой сфер, развитость способностей к самоконтролю, общительность без излишней экстравертированности, избирательность в близких контактах, высокий уровень притязаний, потребность в признании, уважении, сочетание высокой самооценки с зависимостью от мнения окружающих. Повышенных импульсивности, агрессивности, как устойчивых личных особенностей, не выявлено. Оценить степень влияния индивидуально-психологических особенностей ФИО2 на его поведение в период, относящийся к инкриминируемым деяниям, не представляется возможным, так как ФИО2 отрицает свою вину. Кроме того, ФИО2 в период, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, находился в состоянии алкогольного опьянения, которое искажает влияние индивидуальности. При опьянении на первый план выходят закономерности, связанные с влиянием алкоголя, а не с влиянием индивидуально-психологических особенностей. В состоянии аффекта или в ином эмоциональном состоянии, оказывающем существенное влияние на сознание и деятельность, в период, относящийся с инкриминируемым ему деяниям, ФИО2 не находился. ФИО2 не описывает какой-либо аффектогенной, безвыходной, безысходной ситуации. Запамятование не является достаточным основанием для диагностики аффекта или иных эмоциональных состояний, оказывающих существенное влияние на сознание и деятельность. ФИО2 не описывает динамики эмоций, характерных для аффекта или иных эмоциональных состояний, оказывающих существенное влияние на сознание и деятельность. Совокупность материалов уголовного дела показывает, что он в период, относящийся к инкриминируемым ему деяниям, совершил множество сложноорганизованных действий, в частности, отвечая на телефонный звонок, входящий на телефон его матери, сказал родственникам, что родители уже легли спать, перезвонил, сказав, что сейчас приедет в гости, но в соответствии с пояснениями родственников, что их еще нет дома, отказался от этой поездки, взял свои вещи, выпустил из вольера собаку, уходя с места событий, многократно разговаривал по телефону, управлял автомобилем, нашел незнакомое для себя место по геолокации.

Все три экспертизы проведены в одинаковых клинических условиях специализированных государственных экспертных учреждений, эксперты-психиатры имели возможность общаться с подсудимым, знакомиться материалами дела: предъявленным обвинением, показаниями свидетелей, наблюдавших ФИО2 перед преступлениями, во время и после их совершения, данными, характеризующими личность подсудимого и состояние его здоровья.

Вместе с тем, давая оценку экспертным заключениям, суд обращает внимание на то, что объем материалов дела, имевшийся в распоряжении экспертов, отличался.

Так, из анализа содержания заключений первых двух экспертиз следует, что в распоряжении экспертов при производстве первичной экспертизы отсутствовали протоколы следственных действий с участием подозреваемого ФИО2, зафиксированные с помощью видеосъемки, и видеозаписи данных следственных действий. При производстве второй экспертизы указанные материалы имелись в распоряжении экспертов, что позволило более глубоко и качественно изучить поведение подсудимого ко времени производства следственных действий и в совокупности с другими материалами правильнее оценить его эмоциональное и психическое состояние во время деяний, в совершении которых он обвинялся.

При производстве третьей экспертизы в распоряжении экспертов, помимо указанных следственных материалов уголовного дела и заключений первых двух экспертиз, имелись также данные, полученные в результате полностью проведенного судебного следствия по уголовному делу: протокол судебного заседания, в котором содержались более подробные и детальные показания всех допрошенных лиц (потерпевших, свидетелей, экспертов, подсудимого), которые сообщали многочисленные детали обо всех обстоятельствах, предшествовавших времени преступлений и непосредственно после них, о поведении ФИО2 во время праздника, перед уходом гостей, в период времени, относящийся к инкриминируемым деяниям, сразу после них ночью и утром следующего дня, а также подробные показания свидетелей и самого подсудимого о взаимоотношениях в семье Ч-ных, которых не было при производстве первоначальной экспертизы. В судебных материалах уголовного дела содержались также сведения о поведении подсудимого в суде, заявленных ходатайствах, тактике его защиты, содержание которых в совокупности с другими данными создают более полную картину психического и психологического состояния ФИО2

С учетом изложенного, оценив выводы всех трех экспертиз, суд приходит к тому, что выводы экспертов об отсутствии у психически здорового ФИО2 как во время совершения обоих преступлений, так и в настоящее время признаков какого-либо хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия, или иного болезненного состояния психики и способности ФИО2 в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а также о его способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, в отношении обоих преступлений, способности давать о них правильные показания как ко времени производства по уголовному делу, так и в настоящее время, являются достоверными, они подробно мотивированы, подтверждаются совокупностью других доказательств по уголовному делу, проверенных в судебном заседании, и сомнений у суда не вызывают.

Напротив, выводы о временном психическом расстройстве ФИО2 во время убийства родителей, выходе из этого состояния к моменту поджога дома и нахождении в связи с этим в эмоциональном состоянии, которое ограничило способность подсудимого понимать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, адекватно соотносить свои действия с объективными требованиями ситуации, а также о его неспособности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать показания в отношении событий, относящихся к периоду инкриминируемого ему деяния по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, основаны на неполных материалах дела, противоречивы, не согласуются с другими доказательствами, в них не дана оценка сложноорганизованным действиям ФИО2 в период, относящийся к инкриминируемым деяниям, которые не согласуются с клинической картиной болезненного состояния психики, лишающего или ограничивающего способность к пониманию фактического характера и общественной опасности своих действий и руководству ими, в связи с чем суд отвергает их как недостоверные. Выводы экспертов о внезапном развитии у ФИО2 кратковременного патологического психотического состояния носят предположительный характер, фактически основаны на жалобах подсудимого на недосыпание и усталость и факте приёма им алкогольных напитков, а его высказывания о возможном убийстве со стороны отца произвольно расценены в качестве бредовых идей.

Доводы потерпевшей Л. о предпочтительном характере первичной экспертизы необоснованны, поскольку ни одно доказательство не имеет заранее установленной силы, а экспертное заключение подлежит оценке не в зависимости от стажа работы и наличия ученых степеней у экспертов, а в зависимости от его содержания с учетом исходных данных, находившихся в распоряжении экспертов, в совокупности с другими доказательствами по уголовному делу.

На основании изложенного, учитывая поведение подсудимого до, во время и после совершения преступлений, а также в ходе судебного разбирательства, суд признает его в отношении совершенных преступлений полностью вменяемым.

При назначении наказания суд учитывает положения ст.ст.6, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие его наказание, а по преступлению, предусмотренному ч.2 ст.167 УК РФ, обстоятельство, отягчающее его наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

ФИО2 ранее не судим, к административной ответственности не привлекался (том 4 л.д.56-67), по месту жительства характеризуется удовлетворительно, жалоб от родственников и соседей не имеет (том 4 л.д.73), до задержания был трудоустроен, по месту работы характеризуется положительно (том 4 л.д.75), на учете у нарколога и психиатра не состоит (том 4 л.д.71, 72), в браке не состоит, детей и других иждивенцев не имеет.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 за оба преступления, суд, в соответствии с п."и" ч.1 ст.61 УК РФ, признает явку с повинной (том 1 л.д.92), активное способствование раскрытию и расследованию преступлений на первоначальном этапе предварительного следствия, которое выразилось в даче подробных объяснений и показаний об обстоятельствах преступлений, их проверке на месте.

В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ суд также учитывает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО2 за оба преступления, состояние его здоровья (том 4 л.д.77-78, 81).

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2 по преступлению, предусмотренному ч.2 ст.167 УК РФ, суд, в соответствии с п.е.1 ч.1 ст.63 УК РФ, признает совершение преступления с целью скрыть другое преступление.

Бесспорных сведений о том, что именно употребление алкоголя повлияло на совершение ФИО2 преступлений, в ходе судебного разбирательства не установлено. С учетом этого, принимая также во внимание соответствующую позицию государственного обвинителя, суд не учитывает нахождение подсудимого в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в качестве отягчающего обстоятельства.

Других обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2 за оба преступления, судом также не установлено.

Учитывая изложенные обстоятельства в совокупности, суд полагает, что, несмотря на совокупность смягчающих обстоятельств, исправление ФИО2 без изоляции от общества невозможно и полагает необходимым назначить ему реальное наказание в виде лишения свободы с дополнительным наказанием за убийство в виде ограничения свободы, что будет в полной мере соответствовать цели восстановления социальной справедливости, задачам охраны прав и свобод человека и гражданина, общественного порядка и общественной безопасности от преступных посягательств, предупреждения совершения новых преступлений, и достигнет цели исправления осужденного. С учетом изложенного, оснований для замены ФИО2 наказания за преступление, предусмотренное ч.2 ст.167 УК РФ, принудительными работами в соответствии со ст.531 УК РФ не имеется.

Наказание в виде лишения свободы ФИО2 в силу п."в" ч.1 ст.58 УК РФ, следует отбывать в исправительной колонии строгого режима.

В срок лишения свободы осужденному подлежит зачету время его содержания под стражей со дня задержания до вступления приговора в законную силу в соответствии с п."а" ч.3.1 ст.72 УК РФ.

Поскольку за преступление, предусмотренное п"а" ч.2 ст.105 УК РФ, предусмотрено пожизненное лишение свободы, в силу ч.3 ст.62 УК РФ, положения ч.1 ст.62 УК РФ к ФИО2 не применяются, а наказание назначается в пределах санкции части 2 статьи 105 УК РФ.

По преступлению, предусмотренному ч.2 ст.167 УК РФ, положения ч.1 ст.62 УК РФ также не применяются в связи с наличием у ФИО2 отягчающего обстоятельства.

С учетом фактических обстоятельств и степени общественной опасности совершенных преступлений оснований для изменения их категории в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ не имеется.

Мера пресечения в отношении ФИО2 в виде заключения под стражу, в целях обеспечения исполнения приговора суда, изменению не подлежит.

По делу имеются процессуальные издержки: суммы выплаченные адвокатам за оказание подсудимому юридической помощи в ходе предварительного следствия (адвокату Частухину А.В. в размере 76 289 рублей) и судебного разбирательства (адвокату Нагорной Н.А. в размере 51 898 рублей); суммы, выплаченные потерпевшим на покрытие расходов, связанных с явкой в судебное заседание (потерпевшей Дл. в размере 29 689 рублей, потерпевшему Ч. в размере 44 188 рублей 20 копеек); вознаграждение, выплаченное экспертному учреждению ОГБУЗ "Костромская областная психиатрическая больница" за проведение комплексной стационарной судебной психолого-психиатрической экспертизы ФИО2 в размере 55 300 рублей.

Решая вопрос о распределении процессуальных издержек, суд исходит из следующих обстоятельств.

Осужденный молод, трудоспособен, инвалидности или иного ограничения трудоспособности не имеет, иждивенцев у него нет, несмотря на отсутствие в настоящее время денежных средств, он способен как в местах лишения свободы, так и после освобождения иметь постоянный легальный источник доходов, оснований для освобождения ФИО2 от уплаты процессуальных издержек ввиду имущественной несостоятельности не имеется.

При таких обстоятельствах, процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения адвокату Частухину А.В. за осуществление защиты ФИО2 на предварительном следствии, а также суммы, выплаченные потерпевшим на покрытие расходов, связанных с явкой в судебное заседание, подлежат взысканию с ФИО2 в полном объеме (76 289 рублей + 29 689 рублей + 44 188 рублей 20 копеек = 150 166 рублей 20 копеек).

При этом, учитывая, что часть судебных заседаний откладывалась не по вине подсудимого, их продолжительность иногда ограничивалась в силу объективных обстоятельств, что привело к увеличению затраченных на разбирательство судодней, суд полагает возможным частично освободить подсудимого от уплаты процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения адвокату Нагорной Н.А. за осуществление защиты ФИО2 в ходе судебного разбирательства, снизив их размер до 40 000 рублей. В остальной части указанные процессуальные издержки суд относит за счет федерального бюджета.

Таким образом, с ФИО2 подлежат взысканию процессуальные издержки в размере 190 166 рублей 20 копеек.

Что касается вознаграждения, выплаченного экспертному учреждению, суд учитывает, что вопрос о назначении данной экспертизы был инициирован судом, она проводилась в государственном экспертном учреждении, следовательно, эксперты исполняли свои обязанности в порядке служебного задания, а платный характер экспертизы был обусловлен территориальным принципом бесплатного обслуживания экспертным учреждением, в который не входит Владимирская область, в связи с чем считает необходимым указанные процессуальные издержки в размере 55 300 рублей также отнести за счет средств федерального бюджета.

Вещественные доказательства в виде документов на цифровых носителях информации, в соответствии с п.5 ч.3 ст.81 УПК РФ, подлежат хранению при уголовном деле.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

ФИО2 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п."а" ч.2 ст.105, ч.2 ст.167 УК РФ, за которые назначить ему наказание:

- по п."а" ч.2 ст.105 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 17 лет с ограничением свободы на срок 1 год;

- по ч.2 ст.167 УК РФ – в виде лишения свободы на срок 2 года.

В соответствии с ч.ч.3, 4 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО2 наказание в виде лишения свободы на срок 18 (восемнадцать) лет в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 1 (один) год с установлением ограничений: не выезжать за пределы муниципального образования, на территории которого он будет проживать после отбытия наказания в виде лишения свободы, не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; обязать ФИО2 два раза в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО2 исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

Меру пресечения в отношении ФИО2 до вступления приговора суда в законную силу оставить прежней – в виде заключения под стражу.

На основании п."а" ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы ФИО2 время его содержания под стражей в порядке задержания и меры пресечения с 7 августа 2022 года до вступления настоящего приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения адвокатам за осуществление защиты ФИО2 на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства, а также с покрытием расходов, связанных с явкой потерпевших в судебное заседание, в размере 190 166 рублей (сто девяносто тысяч сто шестьдесят шесть) рублей 20 копеек.

Остальные процессуальные издержки отнести за счет средств федерального бюджета.

Вещественные доказательства, хранящиеся при уголовном деле: два оптических диска со сведениями о соединениях абонентских номеров **** и ****; оптический диск с видеозаписью беседы ФИО2 с Мс. – оставить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции через Владимирский областной суд в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО2 – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий **** П.М. Сенин

****

****

****

****

****