Апелляционное определение № 33-3516/2026 от 5 апреля 2026 г.

Судья: Чудаева О.О. дело № 33-3516/2026

24RS0048-01-2024-019931-49

2.160

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

06 апреля 2026 года г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего Кучеровой С.М.

судей Медведева И.Г., Парфеня Т.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мироновой Н.М.

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Парфеня Т.В.

гражданское дело по иску ФИО3 к АО «Газстройпром», ООО «ГСП – 1» о компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ФИО3

на решение Советского районного суда <адрес> от <дата>, которым постановлено:

«В удовлетворении исковых требований ФИО3 к АО «Газстройпром», ООО «ГСП – 1» о взыскании компенсации морального вреда, вследствие дорожно-транспортного происшествия – отказать».

Заслушав докладчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратился в суд с иском к АО «Газстройпром», ООО «ГСП – 1» о компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что <дата> около 07-30 час. истец, управляя автомобилем Фольксваген Тигуан без государственных регистрационных знаков, двигался по трассе ФИО2 – ФИО2; в районе 1885 километра начал осуществлять маневр обгона впереди двигавшегося с транспортного средства УСТ-5453Р2-20 грз.№ под управлением ФИО12 После начала маневра обгона водитель ТС УСТ-5453Р2-20 госномер №, без каких-либо предупреждений начал маневр поворота в результате чего произошло столкновение автомобиля УСТ-5453Р2-20, госномер № с автомобилем под управлением истца. Не смотря на то, что инспекторами ДПС в действиях ФИО12 не усмотрено нарушения Правил дорожного движения, полагает, что именно по вине последнего произошло ДТП. Поскольку автомобиль УСТ-5453Р2-20, госномер № принадлежит на праве собственности ответчику АО «Газстройпром», ФИО4 И.В. на момент ДТП состоял с ответчиком в трудовых отношениях и выполнял свои трудовые обязанности, ответственность за причинение вреда здоровью несет ответчик. В результате действий водителя ФИО12, истец получил травму <данные изъяты>, находился на лечении в период с <дата> по <дата>, весь период лечения и после него испытывал нравственные и физические страдания, был ограничен в движениях и передвижении, переживал за свое здоровье и поврежденный автомобиль, у него появилась неуверенность при передвижении по дороге, в т.ч. и в качестве пассажира.

На основании изложенного, просил взыскать с АО «Газстройпром» компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО3 просит решение суда отменить, возвратить дело на новое рассмотрение в ином составе суда, либо принять новое решение об удовлетворении его требований. Ссылается на то, что судом не дана надлежащая оценка представленным доказательствам, в том числе административному материалу по факту ДТП. Судом было отказано в приобщении к материалам дела медицинских документов. Также судом не были истребованы документы из медицинских учреждений, где истец проходил лечение.

Участвуя в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, ФИО3 дополнил доводы апелляционной жалобы, указав, что судом первой инстанции при вынесении оспариваемого решения не обоснованно дана критическая оценка показаниям третьего лица ФИО13, поскольку на момент ДТП с последним он был знаком не более суток. Судом отдано предпочтение показаниям участника ДТП - ФИО12, а также процессуальным документам, содержащимся в административном материале. При этом не учтено, что схема ДТП составлена сотрудниками ГИБДД в его отсутствие, подписана им при нахождении в больнице; объяснения по факту ДТП составлено не им и не с его слов. Судом также оставлено без внимания то, что объяснения у ФИО13 отобраны сотрудником ГИДД на месте ДТП, тогда как у него и у ФИО12 объяснения отобраны в <адрес>. Не учтено, что АО «Газстройпром» представлены не соответствующие действительности документы о нахождении автомобиля УСТ-5453Р2-20 госномер № в аренде у ООО «ГСП – 1».

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ООО «ГСП – 1» - ФИО8 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы дела, решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, обсудив вопрос о возможности проведения апелляционного рассмотрения в отсутствие сторон, надлежащим образом извещенных о времени и месте слушания, выслушав истца ФИО3, поддержавшего доводы жалобы, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на апелляционную жалобу, судебная коллегия не находит оснований к отмене или изменению решения суда.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснений, приведенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии п. 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Согласно пункту 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, <дата> в 07.30 час. в районе 1885 км + 260 м ФАД ФИО2 водитель ФИО3, управляя автомобилем «Фольксваген Тигуан» без г/н, двигаясь за автомобилем ФИО1 без г/н, под управлением ФИО13 по стороне дороги, предназначенной для встречного движения, обозначенной дорожной разметкой 1.1 ПДД РФ разделяющей транспортные потоки противоположных направлений в нарушение положений п.п. 9.10, 10.1 ПДД при возникновении опасности для движения в виде снижения скорости впереди двигающимся автомобилем, не принял мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, пересек дорожную разметку, смещаясь в правую полосу движения, в результате чего произошло столкновение автомобиля Фольксваген без г/н под управлением ФИО3 с автомобилем КАМАЗ УСТ-5453Р2-20 г/н №, принадлежащего АО «Газстройпром» под управлением ФИО12. который двигался в попутном направлении по правой полосе движения.

В результате данного ДТП ФИО3 причинены повреждения в виде компрессионного перелома тела Т3 позвонка 1 ст.

Указанные обстоятельства столкновения транспортных средств подтверждаются : рапортом инспектора ОГИБДД УМВД России по ЕАО из которого следует, что водитель ФИО3, управляя автомобилем «Фольксваген Тигуан», без г/н, двигался по ФАД ФИО2, со стороны <адрес> в сторону <адрес>, выбрал небезопасную дистанцию до впереди движущегося транспортного средства, в результате чего произошло ДТП с транспортерным средством КАМАЗ УСТ-5453Р2-20, госномер №, под управлением ФИО12; объяснениями ФИО13, ФИО12, ФИО3, полученными <дата>, постановлением по делу об административном правонарушении от <дата>, схемой места совершения административного правонарушения, рапортом ИДПС, протоколом осмотра места происшествия, определением об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, фотоматериалом с места ДТП.

Из объяснений ФИО3, данных <дата> сотруднику ГИБДД следует, что на своем автомобиле Фольксваген он двигался в <адрес>, в районе 1885 км начал совершать маневр обгона фуры, впереди него двигался друг на автомобиле ФИО1. При совершении маневра, автомобиль ФИО1 стал тормозить, он также применил экстренное торможение, в результате чего его автомобиль сместился вправо, где произошло столкновение с грузовым автомобилем.

Из объяснений ФИО13 следует, что <дата> в 07 часов 30 минут он двигался на автомобиле ФИО1 в районе ФАД ФИО2 1885 км., начал совершать маневр обгона впереди двигающегося автомобиля КАМАЗ, водитель последнего включил левый указатель поворота и начал осуществлять маневр поворота налево. Он, опасаясь, что автомобиль КАМАЗ окажется на его полосе движения, начал тормозить. Ехавший за ним автомобиль Фольксваген Тигуан под управлением ФИО3 для того, чтобы избежать столкновения, также начал снижать скорость и смещаться вправо, в результате чего столкнулся с автомобилем КАМАЗ.

Из объяснений ФИО12 следует, что <дата> он двигался на грузовом автомобиле со скоростью 75 км/ч по автодороге «ФИО2 – ФИО2» по направлению к г. ФИО2, подъехав к повороту в районе 1885 км + 260м, он снизил скорость до 55 км/ч, заранее включил левый указатель поворота. Посмотрев в боковое левое зеркало, увидел позади на расстоянии около 100 метров белый автомобиль ФИО1, водитель которого включил левый указатель поворота и начал маневр обгона его автомобиля, он не стал препятствовать маневру и продолжил движение прямо. Почти сразу за автомобилем ФИО1 на незначительной дистанции двигался темный автомобиль Фольксваген. В тот момент, когда с его автомобилем поравнялся автомобиль ФИО1, водитель последнего, находясь на встречной полосе движения, начал снижать скорость. Он продолжил движение по своей полосе с включенным сигналом поворота со скоростью около 20 км/ч и в этот момент почувствовал сильный удар в заднюю часть управляемого им автомобиля.

Согласно схеме места совершения административного правонарушения от <дата> место столкновения транспортных средств КАМАЗ УСТ-5453Р2-20, госномер №, под управлением ФИО12 и «Фольксваген Тигуан», без г/н расположен на расстоянии 3,1 м. от правого края проезжей части, при общей ширине правой полосы в направлении движения из г. ФИО2 в г. ФИО2 в размере 3, 9 м. Согласно приложению к постановлению по делу об административном правонарушении от <дата> в результате ДТП автомобиль Фольксваген Тигуан получил механические повреждения в виде: деформации правой стороны, крышки капота, подвески справа спереди, разбиты окна справа; автомобиль КАМАЗ УСТ-5453Р2-20, госномер № получил следующие повреждения: деформацию заднего левого угла платформы, подкрылка левого заднего, крепления государственного номерного знака, брызговика над задней левой шиной.

Постановлением по делу об административном правонарушении от <дата> ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, ему назначено наказание в виде штрафа в размере 1500 руб.

Нарушений требований ПДД в действиях водителя ФИО12 не установлено.

В результате указанного ДТП, водитель ФИО3 доставлен в <адрес> на автомобиле СМП, не госпитализирован, опрошен, выставлен диагноз: «перелом суставного отростка слева».

Согласно заключению травматолога – ортопеда ООО «Здоровое поколение» от <дата>, ФИО3 выставлен диагноз: <данные изъяты> лист с <дата> по <дата>.

По данным МРЭО ГИБДД, собственником автомобиля КАМАЗ УСТ-5453Р2-20, госномер № с <дата> является АО «Газстройпром».

На основании договора аренды № от <дата>, автомобиль КАМАЗ УСТ-5453Р2-20, госномер № был передан АО «Газстройпром» в аренду ООО «ГСП-1» по акту приема – передачи; водитель ФИО4 И.В. на основании трудового договора № от <дата> и дополнительного соглашения к нему, осуществлял трудовую деятельность в ООО «ГСП-1».

Проанализировав материалы дела, объяснения сторон, а также другие письменные доказательства, суд первой инстанции установил, что ДТП произошло по вине водителя ФИО3, который, управляя автомобилем Фольксваген Тигуан», без г/н в нарушение п.п. 9.10, 10.1 ПДД РФ, вел автомобиль со скоростью, не обеспечивавшей постоянного контроля за движением транспортного средства, не соблюдал безопасную дистанцию, при возникновении опасности для движения, не принял мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, вследствие чего утратил контроль за обстановкой и допустил столкновение с автомобилем КАМАЗ УСТ-5453Р2-20, госномер №.

Принимая при указанных обстоятельствах решение об отказе в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что истец, являясь виновником происшествия, не вправе требовать возмещения причиненного ему вреда с владельца другого транспортного средства, участвовавшего в данном дорожно-транспортном происшествии.

Выводы суда первой инстанции подробно мотивированы в обжалуемом решении, соответствуют установленным обстоятельствам дела и требованиям закона, оснований считать их неправильными у судебной коллегии не имеется.

Из п. п. 9.10 и 10.1 ПДД следует, что водитель должен соблюдать обеспечивающие безопасность движения дистанцию и скоростной режим.

За нарушение п. 9.10 ПДД в вышеуказанном ДТП водитель ФИО3 привлечен к административной ответственности в виде штрафа в размере 1 500 рублей по ч. 1 ст. 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Вина другого водителя – ФИО12, являющегося работником ответчика, не установлена.

Согласно п. 1 и абз. 2 п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 11064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, предусмотренному абз. 1 п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В п. 25 ППВС N 1 от <дата> разъяснено, что судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников.

При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца второго пункта 3 статьи 1079 по правилам пункта 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

При причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее:

а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным;

б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается;

в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого;

г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.

В силу вышеуказанных норм материального права и разъяснений об их применении, водитель ФИО3 при наличии только его вины в вышеуказанном ДТП, не вправе требовать возмещения причиненного ему вреда с владельца другого ТС, участвовавшего в данном ДТП.

В данном же случае с иском к невиновному владельцу участвовавшего в ДТП ТС обратился водитель и владелец другого ТС, виновный в ДТП. Соответственно, спор между данными лицами рассматривается по общим правилам возмещения вреда (п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), а при наличии вины лишь владельца ТС, которому причинен вред, он ему не возмещается (подп. "б" п. 25 ППВС N 1 от <дата>).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> N 811-О указано, что на владельца источника повышенной опасности, не виновного в столкновении транспортных средств, не может быть возложена обязанность компенсировать моральный вред другому владельцу источника повышенной опасности, виновному в дорожно-транспортном происшествии.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции пояснения участников ДТП оценивались в совокупности с иными доказательствами по делу. В оспариваемом судебном акте приведены мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими. Как правильно указано судом первой инстанции, письменные объяснения третьего лица ФИО13 (л.д. 131-132), данные в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела о том, что автомобиль под управлением ФИО12 до момента столкновения начал совершение маневра поворота налево и находился на полосе встречного движения противоречат как его же пояснениям, данным <дата>, так и иным объективным доказательствам – протоколу осмотра места совершения административного правонарушения зафиксировавшим место столкновения транспортных средств на правой полосе движения, а также описанию повреждений транспортных средств, участвующих в ДТП.

Позиция истца верно проанализирована судом первой инстанции, мотивы по которым приводимые им доводы признаны необоснованными и отклонены, подробно изложены в оспариваемом судебном акте. Оснований не соглашаться с выводами суда у судебной коллегии не имеется, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам, сделаны при правильном применении норм материального права и его толковании.

Ссылки истца на то, что составленные сотрудниками полиции материалы по факту ДТП не соответствуют фактическим обстоятельствам столкновения транспортных средств, не отражают реальную обстановку на месте происшествия, судебная коллегия расценивает как не состоятельные.

Не доверять составленным сотрудниками полиции материалам по делу об административном правонарушении у суда оснований не имелось, данных о какой-либо заинтересованности в исходе настоящего дела, должностных лиц, находящихся при исполнении служебных обязанностей, не установлено, доводов, ставящих под сомнение факты, приведенные в составленных сотрудниками полиции документах, представлено не было.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом не истребована медицинская документация из медицинских учреждений, в которых истец проходил лечение после ДТП от <дата>, судебной коллегией во внимание не принимаются, поскольку истребование и оценка доказательств в соответствии со ст. ст. 56, 59, 67 ГПК РФ, относится к исключительной компетенции суда первой, а не апелляционной инстанции, с произведенной оценкой суда первой инстанции судебная коллегия согласна.

Иные доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда, основаны на иной оценке представленных доказательств, фактически выражают субъективную точку зрения истца о том, как должно быть рассмотрено настоящее дело и оценены установленные обстоятельства, потому не могут служить основанием для отмены правильного по существу решения суда.

Судебная коллегия считает, что при разрешении спора судом первой инстанции правильно определены правоотношения, возникшие между сторонами, определены и установлены в полном объеме юридически значимые обстоятельства, доводам сторон и представленным доказательствам дана правовая оценка в их совокупности.

Процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену решения, при рассмотрении дела судом первой инстанции допущено не было.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328 - 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Советского районного суда <адрес> от <дата> оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Председательствующий: С.М. Кучерова

Судьи: И.Г. Медведев

Т.В. Парфеня

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10.04.2026