Решение № 2-2035/2019 2-2035/2019~М-1394/2019 М-1394/2019 от 11 июля 2019 г. по делу № 2-2035/2019

Дело № 2 – 2035 / 2019 Принято в окончательной форме 12.07.2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июля 2019 г. г. Ярославль

Фрунзенский районный суд г. Ярославля в составе судьи Тарасовой Е.В., при секретаре Комаровой В.А., с участием

представителя истца ФИО4 по доверенности (л.д. 17),

представителя ответчика ФИО5 по доверенности,

старшего помощника прокурора Шилова А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к Акционерному обществу «Желдорреммаш» о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 в лице представителя ФИО4 обратился в суд с иском к АО «Желдорреммаш» о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве в размере 300000 руб. В обоснование требований указано, что истец работает на Ярославском электровозоремонтном заводе им. Б.П. Бещева с 03.05.2012, был принят в литейный цех <данные изъяты>, в последующем переведен <данные изъяты>, в настоящее время литейный цех переименован в литейное производство. 19.12.2018 с истцом произошел несчастный случай на производстве: в ночную смену при выполнении работы частица раскаленного металла попала ему в правую ушную раковину, после чего он прекратил работу и доложил о случившемся мастеру. Мастер закапал истцу в ухо перекись водорода, и истец продолжил работу до окончания смены. Дома ухо сильно болело, истец полностью потерял слух, в связи с чем вечером обратился в травмопункт больницы им. Н.В. Соловьева, где его госпитализировали на стационарное лечение с диагнозом <данные изъяты>. В связи с травмой истцу причинены физические и нравственные страдания: сильная боль в ухе, боязнь потери слуха, необходимость прохождения лечебных процедур по откачке гноя из уха, закапыванию в ухо лекарственных препаратов, приему лекарств. В настоящее время барабанная перепонка заросла, но на ней остался рубец. Слух у истца восстановился, однако ему рекомендовано наблюдение у ЛОР-врача в поликлинике по месту жительства, истцу необходимо беречь правое ухо от попадания воды, избегать переохлаждения.

В судебном заседании истец ФИО6 не присутствовал, его представитель ФИО4 в судебном заседании иск поддержала. Пояснила, что никакой невнимательности и неосторожности, которые могли бы быть причиной несчастного случая на производстве, истцом допущено не было. Все выданные средства индивидуальной защиты истцом были применены, защита ушей не предусматривалась. Кроме того, имеет значение только грубая неосторожность работника, а вина в форме простой неосторожности учету не подлежит.

Представитель ответчика АО «Желдорреммаш» ФИО5 в судебном заседании иск не признал, поддержал позицию, изложенную в отзыве (л.д. 25-27). Пояснил, что грубой неосторожности работника в произошедшем несчастном случае не усматривается, но и вина работодателя также отсутствует. Вывод в акте о несчастном случае о недостаточной площади защитного экрана сделан необоснованно, поскольку в действительности размеры экрана соответствуют норме и увеличить его нет возможности. Обратил внимание, что травма отнесена к категории легкой, никаких необратимых последствий для здоровья работника не повлекла. Защита ушных раковин берушами либо наушниками небезопасна, так как в цехе существует множество производственных факторов, которые работник должен воспринимать на слух. Работодатель со своей стороны выполнил обязанности по социальному страхованию работников. Истец не был направлен работодателем в медицинское учреждение, поскольку негативные последствия травмы в полном объеме проявились не сразу, сам истец принял решение доработать до конца ночной смены и только к вечеру обратился за медицинской помощью.

Старший помощник прокурора Шилов А.В. в судебном заседании дал заключение о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере, отвечающем требованиям разумности и справедливости.

Судом определено рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные доказательства, суд приходит к выводу, что иск подлежит частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Согласно записям в трудовой книжке ФИО6 был принят на работу на Ярославский электровозоремонтный завод им. Б.П. Бещева – филиал ОАО «Желдорреммаш» (в настоящее время – АО «Желдорреммаш») 03.05.2012 в литейный цех <данные изъяты>, 08.06.2012 переведен <данные изъяты>, 06.03.2013 переведен <данные изъяты> 27.10.2017 литейный цех переименован в литейное производство.

19.12.2018 с ФИО6 произошел несчастный случай на производстве, что подтверждается актом № 1 о несчастном случае на производстве от 21.01.2019.

Из указанного акта судом установлено, что 19.12.2018 в 02 часа 20 минут ФИО6, работая в ночную смену, производил заливку жидкого чугуна в формы для производства тормозных колодок. В ходе производства работ частица раскаленного металла попала ему в правую ушную раковину. Он прекратил работу, сообщив об этом своему напарнику ФИО1 после чего направился в комнату мастеров доложить мастеру участка производства ФИО2 о случившемся. Мастер закапал в ухо перекись водорода. После этого ФИО6 направился на свое рабочее место и продолжил выполнять сменно-суточное задание. По окончании смены в 6 часов 45 минут ФИО6 сообщил о случившемся начальнику производства ФИО3 и убыл домой. В 18 часов 19.12.2018 ФИО6 обратился в травмопункт больницы им. Н.В. Соловьева, где он был определен на стационарное лечение с диагнозом: <данные изъяты>. Полученная ФИО6 травма относится к категории легкой. Основной причиной несчастного случая названа недостаточная площадь защитного экрана, установленного между желобом и котлом, сопутствующей причиной – личная неосторожность работника. Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, указан ФИО6, нарушивший п. 4.1.3 Инструкции по охране труда для заливщика металла ИОТ-ЯЭРЗ-215-18 от 10.12.2018, который предписывает быть внимательным и осторожным, не отвлекаться и не отвлекать других.

Анализируя содержание акта в совокупности с представленными ответчиком материалами расследования, суд приходит к выводу, что указание на наличие невнимательности и неосторожности со стороны работника надлежащим образом не обосновано. Из объяснений пострадавшего и очевидцев несчастного случая видно, что ФИО6 выполнял работу обычным порядком, и фактов того, что пострадавший допустил действия/бездействие, которые могли бы свидетельствовать о его невнимательности, неосторожности, отвлечении от работы, не зафиксировано.

Тот факт, что размеры защитного ограждения оборудования, как утверждает представитель ответчика, соответствовали нормативно-технической документации, не исключает вину работодателя в несчастном случае. Как следует из акта осмотра защитного ограждения вагранки 5т инв. № 04832 от 24.01.2019, согласно нормативно-технической документации размеры защитного ограждения должны быть не менее 400х400 мм. То есть правомерен вывод, что данной нормативно-технической документацией установлены лишь минимально допустимые размеры защитного ограждения. Фактически защитное ограждение на каждом конкретном оборудовании должно устанавливаться в таком размере, чтобы обеспечить безопасность работника при его эксплуатации. В случае, если возможность увеличения размера защитного ограждения отсутствует, не исключена возможность корректировки безопасных способов или приемов выполнения работы либо выдача работнику дополнительных средств индивидуальной защиты.

Из содержания ст.ст. 212, 219 ТК РФ следует, что каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда. Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. В частности, работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации оборудования, осуществлении технологических процессов, обучение безопасным методам и приемам выполнения работ.

Установленные судом обстоятельства дела свидетельствуют о том, что обязанность по обеспечению истцу безопасных для здоровья условий труда работодателем надлежащим образом выполнена не была.

Ущерб, причиненный работнику в результате виновного противоправного поведения (действий или бездействия) работодателя, в том числе путем компенсации морального вреда, подлежит возмещению на основании ст.ст. 232, 233, 237 ТК РФ. При этом компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации ТК РФ», п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Судом установлено, что в связи с полученной травмой в период с 19 по 28.12.2018 ФИО6 находился в стационаре ГАУЗ ЯО КБ СМП им. Н.В. Соловьева, при этом какому-либо оперативному вмешательству не подвергался, лечение проводилось с применением лекарственных препаратов, пациент выписан в удовлетворительном состоянии к труду с 29.12.2018, в настоящее время продолжает работу по прежней профессии.

Принимая во внимание обстоятельства и последствия несчастного случая, учитывая, что моральный вред истцу причинен повреждением такого важного нематериального блага как здоровье, полученная ФИО6 травма отнесена к категории легкой, повлекла необходимость нахождения на стационарном лечении, которое однако не было длительным, принимая во внимание характер и локализацию телесных повреждений истца, степень вины работодателя, отсутствие вины истца в случившемся, индивидуальные особенности потерпевшего (пол, возраст на момент травмы – ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА лет), суд полагает разумным и справедливым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 60000 рублей.

На основании п. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) в случае освобождения истца от уплаты государственной пошлины при подаче искового заявления, с ответчика подлежит взысканию в бюджет государственная пошлина, рассчитанная пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Сумма государственной пошлины, от уплаты которой истец был освобожден, составляет 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 удовлетворить частично:

Взыскать с Акционерного общества «Желдорреммаш» в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 60000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Желдорреммаш» в бюджет государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Е.В. Тарасова