Решение № 2-2157/2018 2-2157/2018~М-2660/2018 М-2660/2018 от 4 октября 2018 г. по делу № 9-958/2018~М-2487/2018

Дело № 2-2157/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Пенза 5 октября 2018 года

Октябрьский районный суд г. Пензы в составе

председательствующего судьи Жогина О.В.,

при секретаре Варламовой Ю.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Пензе гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском к ФИО3 в лице законного представителя ФИО4, указав, что на основании договора дарения от 05.07.2017, заключенного между нею и ФИО2, от имени которой действовал по доверенности ФИО9, в ее собственность перешло 40/100 доли в праве на квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, что составляет комнату площадью 17,3 кв.м. с местами общего пользования. Данный договор был удостоверен нотариусом <адрес> ФИО10 Переход права собственности по данному договору был зарегистрирован государственным органом в установленном законом порядке. В указанной части квартиры на момент заключения вышеуказанного договора были зарегистрированы: даритель ФИО2 и несовершеннолетний ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., который фактически по указанному адресу на момент заключения вышеуказанного договора не проживал и в настоящее время не проживает. На основании договора дарения от 04.08.2017, заключенного между нею (ФИО1) и ее отцом ФИО5 10/100 долей вышеуказанного недвижимого имущества были переданы в собственность последнего. На основании договора дарения от 12.08.2017 20/100 долей вышеуказанного недвижимого имущества были истцом переданы в собственность дочери ФИО11 В настоящее время в ее собственности остается 10/100 долей вышеуказанного недвижимого имущества. 17.04.2018 прежний собственник вышеуказанного недвижимого имущества ФИО2 умерла. В настоящее время в вышеуказанной части вышеуказанного недвижимого имущества зарегистрированы ФИО1, ФИО5, ФИО3 Малолетний ФИО3 членом семьи истца (долевого собственника вышеуказанного недвижимого имущества) никогда не являлся и в настоящее время не является. После перехода вышеуказанного недвижимого имущества в собственность истца и собственность ФИО5 и ФИО11 ФИО3, утратил право пользования вышеуказанным жилым помещением. На основании вышеизложенного, ссылаясь на ст. 31 ЖК РФ, ст. 292 ГК РФ, просила признать ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., утратившим право пользования жилым помещением, находящимся по адресу: <адрес>, и подлежащим снятию с регистрационного учета по данному адресу.

Истец ФИО1, действующая также как представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, несовершеннолетней ФИО11, в судебном заседании просила исковые требования удовлетворить, дополнительно указала, что она ухаживала за ФИО2, оплачивала долги за коммунальные услуги.

Законный представитель несовершеннолетнего ответчика ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании с иском не согласилась, пояснив, что ФИО3 – ее приемный сын, ребенку необходимо собственное жилье, как оставшемуся без попечения родителей.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО12, ФИО5, представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, УМВД России по г. Пензе, будучи извещенными надлежаще, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не уведомили.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, Управления образования г. Пензы в настоящее судебное заседание не явился, о дне слушании дела извещен надлежаще, в предыдущем судебном заседании представитель по доверенности ФИО13 оставила разрешение иска на усмотрение суда.

На основании ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся третьих лиц.

Выслушав явившихся участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В статье 40 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на жилище, никто не может быть произвольно лишен жилища.

В силу ст. ст. 209, 288 Гражданского кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, в том числе принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

В соответствии со ст.3 ч.1, ч.2 и ч.4 Закона РФ от 25 июня 1993 г. N5242-I "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации" в целях обеспечения необходимых условий для реализации гражданином Российской Федерации его прав и свобод, а также исполнения им обязанностей перед другими гражданами, государством и обществом вводится регистрационный учет граждан Российской Федерации по месту пребывания и по месту жительства в пределах РФ. Граждане Российской Федерации обязаны регистрироваться по месту пребывания и по месту жительства в пределах РФ.

На основании п. 1 ст. 56, п. 1 57 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В судебном заседании установлено, что 05.07.2017 между ФИО2, от имени которой действовал ФИО9, и ФИО1 заключен догов дарения 40/100 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, что составляет комнату, площадью 17,3 кв.м с местами общего пользования.

Согласно п.10. договора на дату заключения последнего в указанном объекте недвижимости зарегистрированы и проживают: ФИО2 и ФИО3.

04.08.2017 между ФИО1 и ФИО5 заключен договор дарения 10/100 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

12.08.2017 между ФИО1 и ФИО11, от имени которой действует ФИО1, заключен договор дарения 20/100 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Остальными участниками общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, являются: ФИО8, ФИО7, ФИО6, ФИО14, ФИО12 – третьи лица по делу.

Из выписки из домовой книги от 30.08.2018, копии поквартирной карточки, карточки регистрации усматривается, что в настоящее время в спорной комнате зарегистрированы: ФИО3, 28.06.2012 (с 20.07.2012), ФИО1 (с 18.07.2017), ФИО5 (с 15.08.2017).

Данные обстоятельства не оспаривались сторонами, подтверждены материалами дела.

ФИО1 обратилась в суд с иском о признании ФИО3 утратившим право пользования спорным жилым помещением, в иске пояснив, что малолетний ФИО3 членом семьи истца никогда не являлся и в настоящее время не является, после перехода права собственности утратил право пользования вышеуказанным жилым помещением.

Между тем, суд не может согласиться с позицией истца по следующим основаниям.

В соответствии с п. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на дом или квартиру к другому лицу действительно является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Согласно п. 4 ст. 292 ГК РФ отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.

В абзаце 2 пункта 2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П "По делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО15" (далее - постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П) указано на то, что применительно к реализации закрепленного статьей 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации права на жилище, которое рассматривается международным сообществом в качестве одного из элементов права на достойный жизненный уровень (статья 25 Всеобщей декларации прав человека, статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах), правовое регулирование отношений по владению, пользованию и распоряжению объектами жилищного фонда должно обеспечивать каждому гарантированную статьями 45 (часть 1) и 46 Конституции Российской Федерации государственную, в том числе судебную, защиту данного конституционного права, которая должна быть полной и эффективной.

Регулирование прав на жилое помещение, в том числе при переходе права собственности на жилое помещение, должно осуществляться на основе баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников соответствующих правоотношений; в тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь имеют другие, помимо собственника, лица, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав; при этом гарантии прав членов семьи собственника жилого помещения должны рассматриваться в общей системе действующего правового регулирования как получающие защиту наряду с конституционным правом собственности; признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении нанимателей, как и обеспечение взаимного учета их интересов зависят от установления и исследования фактических обстоятельств конкретного спора, т.е. не исключается необходимость учета особенностей конкретных жизненных ситуаций при разрешении соответствующих гражданских дел (абзац 7 пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П).

В силу статей 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 17 (часть 3), согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища (абзац 1 пункта 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г. N 13-П).

Пункт 4 ст. 292 ГК РФ в части, определяющей порядок отчуждения жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние члены семьи собственника данного жилого помещения, если при этом затрагиваются их права или охраняемые законом интересы, признан Конституционным Судом Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 38 (часть 2), 40 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3), в той мере, в какой содержащееся в нем регулирование - по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, - не позволяет при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, обеспечивать эффективную государственную, в том числе судебную, защиту прав тех из них, кто формально не отнесен к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, но либо фактически лишен его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считается находящимся на попечении родителей, при том, однако, что такая сделка - вопреки установленным законом обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.

Согласно свидетельству о рождении ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, матерью несовершеннолетнего является ФИО2, в графе «отец» - прочерк.

Решением Октябрьского районного суда г.Пензы от 18.04.2016, вступившим в законную силу, ФИО2 лишена родительских прав в отношении ее сына ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, он передан на воспитание опекуну ФИО4, с ФИО2 взысканы алименты на содержание сына.

17.04.2018 ФИО2 – мать несовершеннолетнего ФИО3 – умерла.

ФИО3 имеет временную регистрацию по месту пребывания опекуна ФИО4 по адресу: <адрес> на период с 14.10.2016 по 12.10.2021.

В ходе разрешения настоящего спора судом исследовалось дело правоустанавливающих документов на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, из которого усматривается, что вопреки требованиям п. 4 ст. 292 ГК РФ отчуждение вышеуказанного жилого помещения по договору дарения от 05.07.2017 произведено ФИО2 в отсутствие согласия органа опеки и попечительства.

При этом суд учитывает, что Управлению образования г.Пензы было достоверно известно о нахождении несовершеннолетнего ФИО3 на попечении ФИО4, поскольку представитель Управления принимал непосредственное участие при разрешении искового заявления прокурора <адрес> в интересах несовершеннолетнего ФИО3 к ФИО2 о лишении родительских прав и взыскании алиментов (гражданское дело № 2-945/2016), им были составлены: акт обследования жилищно-бытовых условий ФИО2 по адресу: <адрес> и заключение о возможности лишения родительских прав ФИО2 в отношении несовершеннолетнего сына ФИО3, копия решения была направлена в адрес Управления.

Разрешая настоящий спор, суд, принимая во внимание решение Конституционного Суда Российской Федерации по вопросу конституционности п. 4 ст. 292 ГК РФ, исходит из того, что дарением квартиры были нарушены права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего ребенка, который права на другое жилое помещение не имеет, из спорного жилого помещения выехал не по своей воле, в силу возраста и правового положения (мать лишена родительских прав, отца не имеется) не смог самостоятельно защитить свои жилищные права и законные интересы.

Также судом учитывается, что при заключении договора дарения одаряемой ФИО1 было известно о том, что в квартире зарегистрирован несовершеннолетний ФИО3, то есть квартира была обременена правами третьих лиц.

Ссылки истца на ст. 31 ЖК РФ и доводы о том, что после перехода права собственности на спорную квартиру к новому собственнику право пользования несовершеннолетним ФИО3 прекратилось, в связи с чем указанное лицо подлежит снятию с регистрационного учета, не основаны на законе.

Согласно ч. 4 ст. 71 СК РФ ребенок, в отношении которого родители (один из них) лишены родительских прав, сохраняет право собственности на жилое помещение или право пользования жилым помещением, а также сохраняет имущественные права, основанные на факте родства с родителями и другими родственниками, в том числе право на получение наследства.

Указанная позиция изложена и в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", согласно абз.5 п.13 которого судам также необходимо иметь в виду, что в соответствии с пунктом 4 статьи 71 СК РФ ребенок, в отношении которого родители (один из них) лишены родительских прав, сохраняет право пользования жилым помещением.

Таким образом, исходя из приведенных норм семейного и жилищного законодательства, правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации и принципов реализации права каждого на жилище, закрепленных в Конституции Российской Федерации и Жилищном кодексе Российской Федерации, в целях соблюдения жилищных прав несовершеннолетнего ребенка – ФИО3, учитывая, что последний постоянно зарегистрирован в спорном жилом помещении, права на другое жилое помещение не имеет, мать несовершеннолетнего лишена родительских прав, в настоящее время умерла, отца у ФИО3 нет, суд приходит к выводу, что договором дарения доли в квартире, одним из участников которого была мать несовершеннолетнего ФИО3 – ФИО2, нарушены права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего ребенка – ФИО3 на пользование спорным жилым помещением, вследствие чего исковые требования ФИО1 к ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета подлежат оставлению без удовлетворения.

Договор дарения, заключенный вопреки требованиям закона об охране права и интересов ребенка, оставшегося без родительского попечения, без согласия органа опеки и попечительства, в отношении квартиры, где зарегистрирован не имеющий прав на другое жилое помещение несовершеннолетний сын дарителя ФИО3, нарушает права и законные интересы несовершеннолетнего ребенка на пользование спорным жилым помещением.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Октябрьский районный суд г. Пензы в течение месяца с момента изготовления его в мотивированной форме.

Председательствующий

Мотивированное решение изготовлено 10 октября 2018 года.