Решение № 2-114/2018 2-114/2018 (2-2423/2017;) ~ М-1564/2017 2-2423/2017 М-1564/2017 от 14 мая 2018 г. по делу № 2-114/2018

Дело № 2-114/18


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 мая 2018 года г. Черкесск

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в составе

председательствующего судьи Хохлачевой С.В.,

при секретаре судебного заседания Созаруковой Д.А.,

с участием истца ФИО5,

представителя истца ФИО6, действующей по доверенности,

представителя ответчика ГУ-регионального отделения фонда социального страхования РФ по КЧР ФИО7, действующей по доверенности,

помощника прокурора г. Черкесска Зайчук Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к Государственному учреждению - регионального отделения фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике о признании права на обеспечение по государственному социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием последствия биологической аварии произошедшей на рабочем месте с перенесенным <данные изъяты>, обязании назначить единовременной и ежемесячных страховых выплат в соответствии с действующим законодательством,

установил:

ФИО5 в лице представителя обратилась в суд с исковым заявлением к ГУ-регионального отделения фонда социального страхования РФ по КЧР о признании права на обеспечение по государственному социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием последствия биологической аварии произошедшей на рабочем месте 26.06.2014г. с перенесенным <данные изъяты><данные изъяты> и <данные изъяты><данные изъяты> обязании назначить с 20.11.2015г. единовременной и ежемесячных страховых выплат в соответствии с действующим законодательством.

В обоснование требований указала, что истец приказом № 247 от 20.11.2006г. была принята на работу врачом-терапевтом периферийных участков МЛПУ «Малокарачаевская центральная районная больница». Приказом № 55 от 10.03.2007г. переведена на должность врача аллерголога-иммунолога клинико-диагностической лаборатории МЛПУ «Малокарачаевская центральная районная больница». На основании приказа Минздрава РФ от 27.08.1999г. № 337 должность врача аллерголога-иммунолога переименована на врача клинической лаборатории диагностики, в которой работает по настоящее время. 26.06.2014г. при исполнении служебных обязанностей в должности врача клинической лаборатории диагностики во время постановки иммуноферментного анализа на гепатит «С» у нее в левой руке разбилась пробирка и осколки пробирки глубоко вонзились в большой палец левой руки, поранив палец. В разбившейся пробирке находился материал ФИО1 состоявшего на учете по гепатиту-С у врача-инфекциониста. В соответствии с действующими санитарными нормами она обработала рану и сообщила о случившемся руководству больницы. Приказом от 22.09.2014г. № 126,1-0 была назначена комиссия для расследования травмы, полученной ею, которая расследована в соответствии с действующими норами законодательства и квалифицирована согласно ст. 3 ФЗ от 24.07.1998г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» как несчастный случай на производстве. В соответствии с результатами расследования несчастного случая от 25.09.2014г. составлен и выдан ей на руки акт о несчастном случае на производстве № 32, из которого следует, что (дословно) «что 26.06.2014г. в 10ч. 20мин. во время постановки имунноферментного анализа на гепатит «С» произошло ранение разбившейся пробиркой левой руки ФИО5, а именно: острые края стекла от пробирки глубоко вонзились в большой палец левой руки, вызвав при этом обильное кровотечение. В это же мгновение произошло попадание сыворотки на рану, так как она от неожиданности резко дернула палец. Доктор обработала палец в соответствии с инструкцией по оказанию неотложной помощи при биологических авариях на производстве (о чем имеется запись в журнале регистрации аварийных ситуаций на производстве) начатый 27.07.2009г. (ксерокопия журнала прилагается)». В результате травмы от 26.06.2014г. произошло инфицирование ее гепатитом С, что впоследствии подтверждалось неоднократно сданными анализами. Ею было получено профессиональное заболевания: <данные изъяты>. Заболевание, полученное ею, расследовано в соответствии с действующими нормами законодательства и квалифицировано согласно ст. 2 ФЗ от 24.07.1998г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» как профессиональное заболевание – хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) ми повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности. Имеются оформленные в соответствии с утвержденным Приказом Минздрава РФ от 28.05.2001г. № 176 «О совершенствовании системы расследования и учета профессиональных заболеваний в Российской Федерации формами: санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) № 9 от 26.03.2015г. (приложение № 2). Извещение об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), его уточнении или отмене № 16430 от 09.04.2015г. (приложение № 3). По поводу выявления е нее профессионального заболевания проведено расследование комиссией, составлен акт о случае профессионального заболевания от 24.04.2015г., из которого следует, что (дословно) «что настоящее заболевание хроническим вирусным гепатитом С ФИО5 является профессиональным и возникло во время биологической аварии, когда ФИО5 разбила пробирку, порвала перчатку и получала глубокую резаную рану большого пальца левой руки, при этом сыворотка крови больного ФИО1 расплескалась и попала в рану, в результате чего произошел однократный контракт раненой поверхности с инфицированным вирусом гепатита С биологическим материалом. Ее вины в получении ею травмы или ее грубой неосторожности не установлено, так как таких обстоятельств в природе не существовало. Последствия полученной ею травмы привели к 40%-ой утрате профессиональной трудоспособности с 20.11.2015г., что подтверждается справкой МСЭ серии №. С указанной даты наступил страховой случай, определенный ст. 3 ФЗ от 24.07.1998г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» как подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Она обратилась к ответчику – страховщику с заявлением о назначении страховых выплат, установленных ФЗ от 24.07.1998г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» с предоставлением необходимых для назначения выплат документов. Ответчик письмом от 05.12.2016г. отказал в назначении страховых выплат, указав причиной отказа в назначении ей страхового возмещения то, что при рассмотрении представленных документов выявлено, что расследование несчастного случая, произошедшего в ней проведено с нарушением действующего законодательства. Необоснованно оформлен акт формы Н-1 от 25.09.2014г. о несчастном случае на производстве, так как в данной ситуации подлежало оформить акт биологической аварии. Данный довод ответчика необоснован и незаконен. Ее работодателем указанные требования закона соблюдены, проведено расследование факта получения ею повреждения пробирки, составлен акт о несчастном случае на производстве, в графе «Вид происшествия» правильно указано «биологическая авария». Полагает, что не могут быть применены в отношении нее ограничения, не предусмотренные законодательством РФ и ответчиком должно быть назначено ей страховое возмещение в связи с полученной ею на производстве травмой, приведшей к инвалидности.

Определением Черкесского городского суда от 11 июля 2017 года в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Управление Роспотребнадзора по КЧР.

В настоящем судебном заседании истец и ее представитель поддержали исковые требования и просили удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не поддержала, просила отказать в их удовлетворении, ссылаясь на доводы письменных возражений, в которых указала, что при рассмотрении представленных документов выявлено, что расследование несчастного случая, произошедшего с истцом проведено с нарушением действующего законодательства: необоснованно оформлен акт формы Н-1 от 25.09.2014г. о несчастном случае на производстве, так как в данной ситуации подлежало оформить акт биологической аварии; карта эпидемиологического обследования очага инфекционного заболевания (форма № № утверждена Минздравом СССР 04.10.1980г. № 1030) на соответствует утвержденной форме, данная форма утратила силу с 11.06.1987г.; записи в медицинской карте амбулаторного больного ФИО5 большинство приемов врача инфекциониста за 2014-2015г.г. не подтверждаются лицевыми счетами, выставленными к оплате МБЛПУ «Малокарачаевская ЦРБ» в медицинскую компанию; при проведении иммунно-ферментного анализа на антитела к гепатитам «В» и «С» присутствует конфликт интересов, так как врачом, проводящим исследование, является сама пострадавшая; большинство результатов анализов оформлены должным образом, не се анализы зафиксированы в журналах. При установлении заключительного диагноза профессионального заболевания Центром профпатологии ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая больница» обследования никакие не проводились, экспертиза проведена с учетом результатов обследования, проведенного ранее. Представленные выписки из медицинских карт составлены не надлежащим образом, отсутствуют штамп медицинского учреждения. Заключительный диагноз о наличии у истца профессионального заболевания установлен 09.04.2015г. ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая больница». Из двух членов медицинской комиссии, установившей заключительный диагноз профессионального заболевания медицинским заболеванием 09.04.2015г. № 1069, только ФИО8 является вн.профпатологом. Согласно рекомендуемым штатным нормативам центра профессиональной патологии в штате центра должно быть не менее семи врачей-профпатологов, включая руководителя центра, а в штате отделения профпатологии не менее двух врачей-профпатологов. В отделении одна ФИО8 является вн.профпатологом. Согалсно утвержденной форме извещение об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания должно быть подписано главным врачом. По факту, извещение об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания от 09.04.2015г. № 2, выданное ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая больница» в отношении истца, подписано заместителем главного врача ФИО9 и врачом профпатологом ФИО8, что и является несоответствием. Согласно п. 13 положения, учреждение здравоохранения, установившее предварительный диагноз представляют необходимые документы в центр профессиональной патологии. Какие документы были представлены комиссии в данном случае не ясно, что могло привести к неправильным выводам. Решение суда не может основываться на недопустимых доказательствах и не подтвержденных фактах. Акт о несчастном случае на производстве от 25.09.2014г. составлен без наличия правового основания (отсутствие несчастного случая и расследования) и не может быть допустимым доказательством и его возможно признать недопустимым доказательством. При расследовании профессионального заболевания у истца был нарушен порядок подтверждения факта повреждения здоровья. Отсутствие или не подтверждение одного из признаков страхового случая, служит основанием для отказа в назначении страховых выплат. В связи с чем, снований для признания права на обеспечение по социальному страхованию и обязании назначить страховые выплаты в связи с профессиональным заболеванием истцу не имеется.

Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, извещались о времени и месте судебного заседания, о причине неявки суду не сообщили. О рассмотрении дела без участия представителя не заявляли, возражений не представили.

Выслушав истца и ее представителя, представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего удовлетворить исковые требования, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

Гражданский кодекс Российской Федерации - в соответствии с вытекающими из Конституции РФ основными началами гражданского законодательства (п.1 ст.1 ГК РФ) - не ограничивает гражданина в выборе способа защиты нарушенного права и не ставит использование общих гражданско-правовых способов защиты в зависимость от наличия специальных, вещно-правовых, способов; граждане и юридические лица в силу ст. 9 ГК РФ вправе осуществить этот выбор по своему усмотрению.

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование. Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 227 ТК РФ расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли: в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

В соответствии с положениями ст. 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме (по форме Н-1 при производственной травме).

Согласно положениям ст. 3 Федерального закона № 125-ФЗ от 24.07.1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обеспечение по страхованию составляет страховое возмещение вреда, причиненного в результате наступления страхового случая жизни и здоровью застрахованного, в виде денежных сумм, выплачиваемых либо компенсируемых страховщиком застрахованному или лицам, имеющим на это право в соответствии с настоящим Федеральным законом. В силу требований п. 1 ст. 5 Федерального закона № 125-ФЗ от 24.07.1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем.

В соответствии с ч. 1 ст. 7 Федерального закона № 125-ФЗ право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу ст. 3 Федерального закона №125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Обеспечение по страхованию осуществляется в виде страховых выплат: пособия по временной нетрудоспособности, страховой выплаты (единовременной страховой выплаты застрахованному и ежемесячных страховых выплат) (ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ).

Единовременные страховые выплаты и ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются застрахованному, если по заключению учреждения МСЭ результатом наступления страхового случая стала утрата им профессиональной трудоспособности (ст. 10 Федерального закона № 125-ФЗ).

Ежемесячная страховая выплата назначается и выплачивается застрахованному за весь период утраты им профессиональной трудоспособности с того дня, с которого учреждением МСЭ установлен факт утраты застрахованным профессиональной трудоспособности (п. 3 ст. 15 Федерального закона № 125).

Системный анализ нормативных положений указанного закона свидетельствует о том, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967 утверждено Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний (далее - Положение).

В соответствии с пунктами 13, 14, 16 Положения учреждение здравоохранения, установившее предварительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (отравление), в месячный срок обязано направить больного на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (центр профессиональной патологии, клинику или отдел профессиональных заболеваний медицинских научных организаций клинического профиля).

Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок, после прекращения работы, в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного.

Установленный диагноз - острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы. Рассмотрение особо сложных случаев профессиональных заболеваний возлагается на Центр профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации.

В силу пункта 35 Положения разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования рассматриваются органами и учреждениями государственной санитарно-эпидемиологической службы Российской Федерации, Центром профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, федеральной инспекцией труда, страховщиком или судом.

Согласно пункту 30 Положения акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном предприятии.

Под хроническим профессиональным заболеванием (отравлением) понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности (пункт 4).

При этом профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем (пункт 5).

В силу части 4 статьи 15 Федерального закона № 125-ФЗ назначение обеспечения по страхованию осуществляется страховщиком на основании заявления застрахованного, его доверенного лица или лица, имеющего право на получение страховых выплат, на получение обеспечения по страхованию, и представляемых страхователем (застрахованным) следующих документов (их заверенных копий): акта о несчастном случае на производстве или акта о профессиональном заболевании.

Как следует из материалов дела, основанием к обращению истца в суд с иском послужил отказ органа социального страхования от 05.12.2016 года за № 07-14/0907-10-С в связи с отсутствием оснований квалификации данного случая как страхового, и в назначении обеспечения по обязательному социальному страхованию.

Судом установлено и подтверждается документально, что 26.06.2014 года ФИО5 при исполнении трудовых обязанностей в должности врача клинической лабораторной диагностики в результате несчастного случая на производстве во время постановки иммуноферментного анализа на гепатит «С» была травмирована разбившейся пробиркой левой руки, а именно: острые края стекла от пробирки глубоко вонзились в большой палец левой руки, вызвав при этом обильное кровотечение, в это же мгновение произошло попадание сыворотки пациента ФИО1., находящегося на учете врача-инфекциониста с диагнозом: <данные изъяты> на рану ФИО5, так как от неожиданности резко дернула руку, о чем работодателем был составлен Акт № 32 формы Н-1 от 25.09.2015г.

Порядок оформления санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника установлен Инструкцией по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, утвержденной Приказом Роспотребнадзора от 31.03.2008 № 103.

При составлении санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника применяется руководство Р 2.2.2006-05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда», утвержденное Роспотребнадзором 29.07.2005г.

В соответствии с пунктом 4.2 данного Руководства, исходя из степени отклонения фактических уровней факторов рабочей среды и трудового процесса от гигиенических нормативов, условия труда по степени вредности и опасности условно подразделяются на 4 класса.

В санитарно-гигиенической характеристике условий труда от 26.03.2015г. № 9Ю, утвержденной Главным государственным санитарным врачом по Карачаево-Черкесской республике, указано, что по роду своей деятельности ФИО5 проводит лабораторные исследования методом иммуно-ферментного анализа условно инфицированных (потенциально-опасных) биологических жидкостей сыворотки пациентов.

Из представленной копии Журнала регистрации аварийных ситуаций на производстве, заверенной печатью РГБУЗ «Карачаево-Черкесская ЦРБ» и акта № 32 от 25.09.2014 года о несчастном случае на производстве ФИО5 26.06.2014 года также следует, что установлено, что при проведении иммуноферментного анализа на гепатит С больному ФИО10, состоявшему на учете по поводу вирусного гепатита С, поранила палец левой руки с обильным кровотечением и попаданием в рану сыворотки пациента.

Согласно копии журнала регистрации результатов проведенных лабораторных исследований и дубликата исследования на ВИЧ и В/гепатит от 26.06.2014г. у ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, получена положительная реакция на выявление HCV антител.

Согласно экстренному извещению об инфекционном заболевании диагноз: Острый гепатит С впервые установлен ФИО5 18.09.2014г. с указанием даты первичного обращения 12.09.2014г.

По сведениям карты эпидемиологического обследования № очага инфекционного заболевания, заболевание острый вирусный Гер-патит С подтверждено клиническими, биохимическими, иммунологическими методами: анти HCV (+), вирус гепатита С (кач.) РНК обнаружена, вирус гепатита С (генотип) РНК IB. В п. 30 источником заражения указан больной ФИО1., больной <данные изъяты>

Извещением ГБЗУ 16430 № 2 от 09.04.2015 года и медицинским заключением № от 09.04.2015 года «Ставропольская краевая клиническая больница» комиссионно установлен заключительный диагноз профессионального заболевания в отношении ФИО5: последствия биологической аварии произошедшей на рабочем месте 26.06.2014г. с перенесенным <данные изъяты> Заболевание профессиональное, установлено впервые 09.04.2014г.

Согласно справки МСЭ-2006 № от 08.04.2016г. ФИО5 установлено 40 % утраты профессиональной трудоспособности с 20.11.2015 года до 01.11.2016 года в связи с профессиональным заболеванием, установленным от 09.01.2015г. на основании акта о случае профессионального заболевания от 24.04.2015г.

Также в материалы дела были представлены выписки из медицинской карты стационарного больного №, № медицинской карты № МЛПУ «Малокарачаевская ЦРБ», выписки из медицинской карты стационарного больного №, медицинской карты №, № РГЛПУ «Карачаево-Черкесская Республиканская инфекционная клиническая больница», а также медицинских карт амбулаторного больного ФИО5, согласно которым ей установлен диагноз: «<данные изъяты>

Исследованными документами материалов дела: экстренного извещения об инфекционном заболевании от 02.10.2014г.; санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от 26.03.2015г. №; выписки из истории болезни №; акта о случае профессионального заболевания от 24.04.2015г.; карты эпидемиологического обследования очага инфекционного заболевания № от 13.03.2015г.; копии трудовой книжки от 14.07.1975 г. АТ-I №, установлено, что ФИО5 получила профессиональное заболевание.

В процессе рассмотрении дела для подтверждения или опровержения обстоятельств, на которые ссылается ответчик, по ходатайству представителя ГУ РФ ФСС РФ по КЧР судом была назначена судебно-медицинская экспертиза в Клинике Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Научно-исследовательский институт медицины труда имени Академика Н.Ф. Измерова».

Согласно заключения судебно-медицинской экспертизы № от 27.05.2018 года, выполненному экспертами ФИО2, ФИО3, ФИО4 следует, что анализ представленных материалов свидетельствует о том, что заболевание гепатитом у ФИО5, врача клинической лаборатории диагностики в Малокарачаевской центральной больницы развилось вследствие биологической аварии 26.06.2014г. при выполнении ею своих профессиональных обязанностей, а именно, при проведении иммуноферментного анализа крови больного ФИО1, страдающего гепатитом С. Факт несчастного случая на производстве зафиксирован в Журнале аварийных ситуаций, оформлен актом № от 25.09.2014г. о несчастном случае на производстве. Заболевание «вирусный гепатит С ФИО5 связан с ее профессиональной деятельностью в должности врача клинической лаборатории диагностики МЛПУ «Малокарачаевская центральная районная больница» в 2014 году.

В соответствии с положениями ст. 79 ГПК РФ, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Согласно ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ.

Выводы экспертов могут быть определенными (категоричными), альтернативными, вероятными и условными.

Определенные (категорические) выводы свидетельствуют о достоверном наличии или отсутствии исследуемого факта.

Из исследованной судом судебно-медицинской экспертизы, выполненной экспертами Клиники Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Научно-исследовательский институт медицины труда имени Академика Н.Ф. Измерова», проведенной в составе врачебной комиссии: председателя врачебной комиссии ФИО2, врача профпатолога, кандидата медицинских наук, стаж работы 53 года, членов врачебной комиссии: ФИО3, врача терапевта высшей категории, профпатолога, зав. клинико-экспертной работой клиники, кандидата медицинских наук, стаж работы 30 лет, ФИО4, инфекциониста, врача высшей категории, кандидата медицинских наук, стаж работы 23 года, следует, что выводы экспертов основаны на материалах настоящего гражданского дела, медицинских карт амбулаторного больного ФИО5, медицинских карт стационарного больного ФИО5, карты эпидемиологического исследования № очага инфекционного заболевания № от 13.03.2015г., санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО5 № от 26.03.2015г., копии трудовой книжки истца, медицинских документах, справок.

Таким образом, экспертиза содержит существенный объем сведений о развитии и изменении состояния здоровья ФИО5, анализа ее условий труда, информации об ее обращениях за медицинской помощью, с учетом исследованных медицинских карт больного, экспертиза проведена в порядке, предусмотренном законом, комиссией экспертов, предупрежденных об ответственности по ст. 307 УК РФ, имеющими соответствующую квалификацию, существенный стаж работы экспертами (53, 30, и 23 года работы экспертами). Для проведения экспертизы судом собраны все имевшиеся на ФИО5 медицинские документы, истец или ее представитель не сообщали о наличии еще каких-либо документов на момент назначения экспертизы. При этом выводы экспертизы достаточно полно мотивированы, приведены методы анализа представленной медицинской документации, что указывает на соответствие представленного заключения требованиям, предъявляемым к экспертным заключениям, статей 16 и 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Норма ч. 1 ст. 12 ГПК Российской Федерации, в силу которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, конкретизируется в части первой статьи 56 того же Кодекса, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; согласно части второй данной статьи никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

По смыслу положений ст. 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Суд в данном случае не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебно-медицинской экспертизы № от 27.03.2018 года, выполненному экспертами Клиники Федерального Государственного бюджетного учреждения «Научно-исследовательский институт медицины труда имени Академика Н.Ф. Измерова» поскольку данная экспертиза проведена в рамках судебного разбирательства, в полном соответствии с требованиями гражданско-процессуального законодательства (в частности эксперты на основании статей 79 - 80 ГПК РФ предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения), компетентными экспертами, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, с соблюдением установленного процессуального порядка лицами, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов и имеющими длительный стаж экспертной работы. Методы, использованные при экспертном исследовании, и сделанные на его основе выводы, обоснованы.

Выводы данного заключения согласуются с иными письменными документами, содержащимися в материалах гражданского дела и исследованными в судебном заседании. Как указано ранее, из копии трудовой книжки истца следует, что ФИО5 работала в МЛПУ «Малокарачаевская центральная районная больница» с 20.12.2006 года по настоящее время, диагноз вирусный гепатит «С» был установлен впервые 24.06.2014 года. Принимая во внимание в частности и то, что инкубационный период при вирусной гепатите С согласно п. 2.7. постановления Главного государственного санитарного врача от 22.10.2013г. № «Об утверждении санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.3112-13 «Профилактика вирусного гепатита C» (вместе с "СП 3.1.3112-13. Санитарно-эпидемиологические правила...») (Зарегистрировано в Минюсте России 19.03.2014 №), (период от момента заражения до выработки антител или появления клинической симптоматики) колеблется от 14 до 180 дней, чаще составляя 6 - 8 недель, в материалах дела имеются медицинские документы, подтверждающие частые обращения истца с 2014 года, наличие соответствующих жалоб, суд приходит к выводу о том, что заболевание истца может являться профзаболеванием, поскольку доказано наличие причинно-следственной связи между профессиональной деятельностью истца в МЛПУ «Малокарачаевская центральная районная больница» и формированием у нее заболевания вирусный гепатит С.

Кроме того, судом учитывается, что сторонами не оспаривается факт самого заболевания вирусный гепатит С, юридически значимым обстоятельством по настоящему спору является установление связи данного заболевания с профессией.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иной не предусмотрено федеральным законом.

Доводы возражений представителя ответчика о том, что необоснованно оформлен акт формы Н-1 от 25.09.2014 года о несчастном случае на производстве, так как в данной ситуации подлежало оформит акт биологической аварии, отклоняются как несостоятельные.

Согласно пункту 4 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ назначение обеспечения по страхованию осуществляется страховщиком на основании заявления на получение обеспечения по страхованию застрахованного или лица, имеющего право на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного, одновременно с которым страхователем или вышеуказанными лицами представляются соответствующие документы, перечень которых приведен в данной норме, в том числе акт о несчастном случае на производстве или профессиональном заболевании (абзац третий пункта 4 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998г. N 125-ФЗ); заключение государственного инспектора труда (абзац четвертый пункта 4 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998г. N 125-ФЗ); судебное решение об установлении юридического факта несчастного случая на производстве (профессионального заболевания) - при отсутствии документов, указанных в абзацах третьем и четвертом данного пункта (абзац пятый пункта 4 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998г. N 125-ФЗ); выданное в установленном порядке заключение о связи смерти застрахованного с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием (абзац девятый пункта 4 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998г. N 125-ФЗ).

Факты, имеющие юридическое значение для назначения обеспечения по страхованию в случае отсутствия документов, удостоверяющих наступление страхового случая и (или) необходимых для осуществления обеспечения по страхованию, а также в случае несогласия заинтересованного лица с содержанием таких документов, устанавливаются судом (пункт 5 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998г. N 125-ФЗ).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что право на обеспечение по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний возникает у застрахованных лиц или у лиц, имеющих право на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного, при наступлении страхового случая. Страховым случаем признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Назначение обеспечения по страхованию осуществляется страховщиком на основании заявления застрахованного или лица, имеющего право на получение страховых выплат, на получение обеспечения по страхованию и при представлении этими лицами необходимых документов, подтверждающих наличие у них права на получение страховых выплат, в том числе и заключения учреждения медико-социальной экспертизы о связи смерти пострадавшего с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием.

Довод представителя ответчика о том, что карта эпидемиологического обследования очага инфекционного заболевания (форма №/у, утв. Минздравом СССР 04.10.1980г. №) не соответствует утвержденной форме, данная форма утратила силу с 11.06.1987 года, необоснованны, так как согласно Письма Минздравсоцразвития РФ от 30.11.2009г. № 14-6/242888, до издания нового альбома образцов учетных форм учреждения здравоохранения по рекомендации Минздрава России используют в своей работе для учета деятельности бланки, утвержденные Приказом Минздрава СССР от 04.10.1980г. № 1030.

Разрешая заявленные требования по существу, суд квалифицирует несчастный случай, произошедший с ФИО5 26.06.2014 года как связанный с производством. При этом суд исходил из того, что факт получения истцом травмы вследствие несчастного случая на производстве подтвержден в установленном порядке актом формы Н-1 от 26.06.2014г., вред здоровью застрахованного причинении при исполнении им трудовых обязанностей, доказательств обратного материалы дела не содержат.

Таким образом, с учетом вышеизложенного, в связи с наличием доказательств, подтверждающих доводы истца ФИО5 о том, что ею поручено профессиональное заболевание 26.06.2014 года на рабочем месте в МЛПУ «Малокарачаевская центральная районная больница», принимая во внимание заключение судебно-медицинской экспертизы, учитывая, что эксперты дали категоричный ответ на вопрос о связи заболевания - вирусный гепатит С ФИО5 в должности врача клинической лабораторной диагностики в рабочем месте 26.06.2014 года, заключение носит ясный и последовательный характер, дано комиссией экспертов имеющих значительный стаж экспертной работы, выводы экспертов логичны и последовательны, основаны на данных медицинских документов ФИО5, подробно отраженных и проанализированных в исследовательской части заключения, суд приходит к выводу о достоверных доказательствах того, что имеется причинно-следственная связь заболевания с профессией у ФИО5

При таких обстоятельствах, руководствуясь положениями Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, на основании объяснений лиц, участвующих в деле, представленных документов, заключения проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы, суд пришел к выводу о том, что указание в акте от 24.04.2015г. о случае профессионального заболевания на наличие у ФИО5 профессионального заболевания – вирусный гепатит С, соответствует действительности.

В соответствии с ч. 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу п. 1 ст. 5 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" застрахованным является физическое лицо, которое подлежит обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также физическое лицо, получившее повреждение здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, подтвержденное в установленном порядке и повлекшее утрату профессиональной трудоспособности (ст. 3). Обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат, в частности, физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), заключенного со страхователем (ст. 5). Отношения по обязательному социальному страхованию возникают у страхователя (работодателя) по всем видам обязательного страхования с момента заключения с работником трудового договора (ст. 9). Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ст. 229.2 Трудового кодекса РФ).

С учетом изложенного, несчастный случай на производстве произошел с ФИО5, выполнявшей работу на основании трудового договора, заключенного с МЛПУ «Малокарачаевская центральная районная больница». Таким образом, данный работник являлся застрахованным лицом в рамках обязательного социального страхов и в силу закона приобрел право на страховое обеспечение.

Соответственно отказ ответчика в признании в отношении ФИО5 страхового случая и назначении ей обеспечения по обязательному социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием является незаконным.

Суд считает необходимыми при рассмотрении настоящего дела принимать во внимание не только формальные обстоятельства, связанные с допущенными недостатками в оформлении документов, но и руководствоваться общеправовым принципом справедливости. Необходимость соблюдения принципа справедливости при рассмотрении гражданских дел диктуется не только морально-этическими нормами, предписывающими разрешать возникающие споры с соблюдением баланса интересов спорящих сторон. Эта необходимость включена в действующие международные и российские правовые нормы. О справедливости, в частности, говорится в преамбуле Конституции России, принятой 12 декабря 1993 года, в п. 2 ст. 6 Гражданского кодекса Российской Федерации. О необходимости руководствоваться принципом справедливости при рассмотрении административных дел говорится в ст. 6 и ст. 9 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

В соответствии со ст. 10 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года, каждый человек для определения его прав и обязанностей имеет право, на основе полного равенства, на то, чтобы его дело было рассмотрено гласно и с соблюдением всех требований справедливости. Право на справедливое судебное разбирательство гарантируется п. 1 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (Римская Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года), согласно которому каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях имеет право на справедливое судебное разбирательство дела. Данное установление, в том числе, означает необходимость такого рассмотрения гражданских дел, при котором было бы обеспечено соблюдение разумного и справедливого баланса прав и законных интересов участников спора. Является очевидным и бесспорным тот факт, что справедливое судебное разбирательство должно окончиться вынесением справедливого судебного решения. В противном случае теряется сам смысл справедливого судебного разбирательства. Как указал Европейский суд по правам человека в постановлении по делу «Голдер против Соединенного Королевства», справедливое, публичное и скорое судебное разбирательство не имеет никакой ценности, если оно приводит к явно несправедливым результатам.

В соответствии со ст. 2 ГПК РФ задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

В данном случае защитить нарушенные права истца ФИО11, получившего профессиональное заболевание, которому было отказано в получении гарантированной государством помощи в виде страховых выплат в возмещение вреда здоровью, необходимо путем удовлетворения предъявленного им иска. Оснований для отказа в удовлетворении иска ФИО5 судом не установлено.

Руководствуясь статьями 2, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Удовлетворить исковые требования ФИО5.

Признать право ФИО5 на обеспечение по государственному социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием вирусный гепатит С как последствия биологической аварии произошедшей на рабочем месте 26.06.2014 года с перенесенным субклинически острым гепатитом С, хронизацией процесса и формированием хронического вирусного гапатита С, 1в генотип, вирусная нагрузка 2.3 на 10х5 копий/мл, умеренной степени биохимической активности, фиброз печени F1 по шкале МЕТА VIR.

Обязать Государственное учреждение - региональное отделение фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике назначить ФИО5 страховые выплаты в связи с профессиональным заболеванием в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», начиная с 20.11.2015 года

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Карачаево-Черкесской Республики с подачей апелляционной жалобы через Черкесский городской суд в течение месяца со дня его вынесения. Мотивированное решение изготовлено 23.05.2018 года.

Судья С.В. Хохлачева