Решение № 2А-5458/2017 2А-5458/2017~М-5042/2017 М-5042/2017 от 3 сентября 2017 г. по делу № 2А-5458/2017

Мотивированное
решение

изготовлено 04 сентября 2017 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

31 августа 2017 года г. Нижневартовск

Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Калашниковой Н.Н.,

при секретаре Тарабриной И.С.,

с участие представителя административного истца ФИО1, представителя административного ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело №2а-5458/2017 по административному исковому заявлению ФИО3 к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по ХМАО – Югре о признании незаконным решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с административным иском к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по ХМАО – Югре о признании незаконным решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию. В обоснование своих требований указал, что является гражданином Республики Узбекистан. <дата> административным ответчиком на основании п. 4 ст. 26 Федерального закона от 15 августа 1996 г. № 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" принято решение о неразрешении ему въезда в Российскую Федерацию. Названное решение было получено им <дата>. С данным решением не согласен. Указывает, что в течение длительного времени проживает на территории Российской Федерации. <дата>, <дата>, <дата> им были получены разрешения на работу иностранного гражданина. В настоящее время трудоустроен, имеет постоянный заработок, по месту работы характеризуется положительно. Состоит в зарегистрированном браке, имеет двоих несовершеннолетних детей. Его заработная плата является единственным источником дохода для его семьи. Просит признать незаконным решение Управления МВД России по ХМАО – Югре от <дата> о неразрешении въезда в Российскую Федерацию.

В судебное заседание административный истец не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель административного истца ФИО1 на удовлетворении иска ФИО3 настаивала, пояснила, что административным ответчиком нарушен срок принятия решения о неразрешении въезда в РФ в отношении истца. Кроме того, неверно установлен срок на который административному истцу закрыт въезд в Российскую Федерацию.

Представитель административного ответчика ФИО2 в судебном заседании просил в иске ФИО3 отказать по доводам возражений на административный иск.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 218 Кодекса административного судопроизводства РФ гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин может обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

Согласно паспорту №, дата выдачи <дата>, ФИО3 является гражданином Узбекистана.

Решением заместителя начальника отдела иммиграционного контроля УВМ УМВД России по ХМАО – Югре на основании п. 4 ст. 26 Федерального закона от 15.08.1996 г. № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» гражданину Узбекистана ФИО3, <дата> года рождения, закрыт въезд в Российскую Федерацию сроком на 3 года до <дата>.

Согласно Конституции РФ иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором Российской Федерации (ч. 3 ст. 62 Конституции РФ).

В силу пункта 3 статьи 12 Международного пакта от 16 декабря 1966 года о гражданских и политических правах и пункта 3 статьи 2 Протокола № 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Страсбург 16 сентября 1963 года) право пребывания на территории суверенного государства может быть ограничено последним в случаях, предусмотренных законом, необходимых для охраны государственной (национальной) безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения либо прав и свобод других лиц.

На основании статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В пунктах 5, 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 21 "О применении судами общей юрисдикции конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней указано, как следует из положений Конвенции и Протоколов к ней в толковании Европейского Суда, под ограничением прав и свобод человека (вмешательством в права и свободы человека) понимаются любые решения, действия (бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, а также иных лиц, вследствие принятия или осуществления (неосуществления) которых в отношении лица, заявляющего о предполагаемом нарушении его прав и свобод, созданы препятствия для реализации его прав и свобод.

При этом в силу части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, положений Конвенции и Протоколов к ней любое ограничение прав и свобод человека должно быть основано на федеральном законе; преследовать социально значимую, законную цель (например, обеспечение общественной безопасности, защиту морали, нравственности, прав и законных интересов других лиц); являться необходимым в демократическом обществе (пропорциональным преследуемой социально значимой, законной цели).

Изложенное соотносится с международно-правовыми предписаниями, согласно которым каждый человек при осуществлении своих прав и свобод должен подвергаться таким ограничениям, какие установлены законом, необходимы для обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других лиц, для охраны государственной (национальной) безопасности, территориальной целостности, публичного (общественного) порядка, предотвращения преступления, защиты здоровья или нравственности населения (добрых нравов), удовлетворения справедливых требований морали и общего благосостояния в демократическом обществе и совместимы с другими правами, признанными нормами международного права (п. 2 ст. 29 Всеобщей декларации прав человека, п. 3 ст. 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, п. 2 ст. 10 и п. 2 ст. 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также п. 3 ст. 2 Протокола № 4 к ней).

Согласно ст. 24 Федерального закона от 15 августа 1996 г. № 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" иностранным гражданам и лицам без гражданства въезд в Российскую Федерацию и выезд из Российской Федерации могут быть не разрешены по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом.

В соответствии с п. 4 ст. 26 Закона от 15.08.1996 г. № 114-ФЗ въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства может быть не разрешен в случае, если иностранный гражданин или лицо без гражданства два и более раза в течение трёх лет привлекался к административной ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации за совершение административных правонарушений на территории Российской Федерации.

Как следует из решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию от <дата> гражданин Узбекистана ФИО3 в период своего пребывания на территории Российской Федерации был 2 и более раза в течение 3 лет привлечен к административной ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации за совершение административных правонарушений на территории РФ, а именно:

1) <дата>. – ст. 12.9 Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, назначено наказание в виде административного штрафа в размере 500 рублей;

2) <дата>. – ст. 12.14 Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, назначено наказание в виде административного штрафа в размере 500 рублей;

В судебном заседании установлено и не оспорено представителем административного истца, что указанные постановления о привлечении к административной ответственности ФИО3 в установленном законом порядке не обжаловались и вступили в законную силу, административный штраф по указанным постановлениям оплачен.

Более того, необходимо отметить, что административный истец в 2011 г., 2012 г., 2013 г. и 2016 г. также привлекался к административной ответственности, предусмотренной Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, за нарушение Правил дорожного движения.

Вышеизложенное свидетельствует о систематическом противоправном поведении административного истца, поскольку характер совершенных административных правонарушений свидетельствует о пренебрежении данным лицом, действующим на территории Российской Федерации законодательством, поэтому применение такой меры, как неразрешение на въезд в Российскую Федерациюпреследует общественно полезные цели в том смысле, в котором обладает свойством общей превенции по отношению к иным иностранным гражданам и стимулирует с их стороны уважение и соблюдение законодательстваРоссийской Федерации.

Оценивая доводы ФИО3 относительно нарушения его права на уважение его личной и семейной жизни, суд полагает, что достаточных данных, свидетельствующих о возможности распространения положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод на правоотношения, возникшие вследствие нарушения ФИО3 законодательства Российской Федерации об административных правонарушениях, не имеется.

Семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров России, не имеют, однако, безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики, соразмерных опасности миграционных правонарушений (особенно массовых) и практике уклонения от ответственности (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 5 марта 2014 г. N 628-О).

Статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Рим, 4 ноября 1950 г.), признавая право каждого на уважение его личной и семейной жизни, не допускает вмешательства со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности, защиты прав и свобод других лиц.

Приведенные нормативные положения в их интерпретации Европейским Судом по правам человека не препятствуют государству в соответствии с нормами международного права и своими договорными обязательствами контролировать въезд иностранцев, а равно их пребывание на своей территории (Постановления от 28 мая 1985 г. по делу "Абдулазиз, Кабалес и Балкандали (Abdulaziz, Cabales and Balkandali) против Соединенного Королевства", § 68; от 19 февраля 1996 г. по делу "Гюль (Gul) против Швейцарии", § 38; от 10 марта 2011 г. по делу "К. (Kiyutin) против России", § 53 и др.). Европейский Суд по правам человека пришел к выводу о том, что названная Конвенция не гарантирует иностранцам право въезжать в определенную страну или проживать на ее территории и не быть высланными, указав, что лежащая на государстве ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает его контролировать въезд в страну; вместе с тем решения в этой сфере, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе статьей 8 названной Конвенции, должны быть оправданы насущной социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели (Постановления от 21 июня 1988 г. по делу "Беррехаб (Berrehab) против Нидерландов", § 28; от 24 апреля 1996 г. по делу "Бугханеми (Boughanemi) против Франции", § 41; от 26 сентября 1997 г. по делу "Эль-Бужаиди (El Boujaidi) против Франции" и др.).

Как следует из материалов дела, административный истец является гражданином Узбекистана, его супруга и дети также являются гражданами Узбекистана. Доказательств того, что он владеет имуществом на территории Российской Федерации не представлено.

<дата> старшим специалистом 1 разряда отдела по вопросам трудовой миграции УВМ УМВД России по ХМАО – Югре принято решение об отказе ФИО3 в выдаче патента.

В связи с чем, вопреки утверждениям административного истца суд находит его право на уважение личной и семейной жизни спорным решением не нарушенным.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что решение заместителя начальника отдела иммиграционного контроля УВМ УМВД России по ХМАО – Югре от <дата> о неразрешении ФИО3 въезда в Российскую Федерацию законно и обосновано.

Довод представителя административного истца ФИО1 о нарушении административным ответчиком срока принятия решения, установленного пунктом 2 Постановления Правительства РФ от 14 января 2015 года N 12 "О порядке принятия решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства", не является основанием для отмены обжалуемого решения, поскольку месячный срок для принятия миграционным органом решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию в отношении иностранного гражданина не является пресекательным и исчисляется со дня выявления обстоятельств нарушения иностранным гражданином правил пребывания в Российской Федерации, но не с самой даты совершения иностранным гражданином нарушения законодательства.

Материалами дела подтверждается, что постановление о привлечении ФИО3 к административной ответственности от <дата> вступило в законную силу <дата>.

Следовательно, срок 3 года, на который административному истцу был закрыт въезд в Российскую Федерацию, административным органом был установлен верно - до <дата>, в соответствии с подп. 4 ст. 26 ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию".

Учитывая вышеизложенное, суд не усматривает в обжалуемом решении несоответствий требованиям законодательства, регулирующего правила пребывания иностранных граждан на территории Российской Федерации, а также определяющего их правовой статус.

При указанных обстоятельствах, поскольку в судебном заседании не установлено незаконных действий административного ответчика и нарушений прав административного истца, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения административных исковых требований не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 177, 180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО3 к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по ХМАО – Югре о признании незаконным решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию, отказать.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в судебную коллегию по административным делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня принятия судом решения, через Нижневартовский городской суд Ханты — Мансийского автономного округа - Югры.

Судья Н.Н. Калашникова