Решение № 2-1180/2021 2-1180/2021~М-694/2021 М-694/2021 от 12 июля 2021 г. по делу № 2-1180/2021

Дело № 2-1180/21

УИД № 23RS0044-01-2021-001078-52


Решение в окончательной форме изготовлено 13 июля 2021 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 июля 2021 года ст. Северская

председательствующего Колисниченко Ю.А.,

при секретаре Котляровой В.Ю.,

с участием:

истца ФИО1

представителя истцов ФИО5 и ФИО1, действующих

в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних

детей - ФИО3, ФИО4 ФИО20,

действующей на основании доверенности <адрес>4 от ДД.ММ.ГГГГ,

ответчиков ФИО6

ФИО7

представителей ответчика ФИО8 ФИО16,

ФИО17,

действующих на основании доверенности <адрес>4 от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя третьего лица ПАО «Сбербанк России» ФИО11,

действующей на основании доверенности <адрес>2 от ДД.ММ.ГГГГ,

9592

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Абушек ФИО22, Абушек ФИО23, действующих в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей - ФИО3, ФИО4 к ФИО8 ФИО24, ФИО9 ФИО25, ФИО9 ФИО26, Северскому отделу Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю о признании недействительными договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ года, договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ года, признании недействительными зарегистрированного права и о вселении граждан, произвольно лишенных жилого помещения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5, ФИО1, действующие в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО4 обратились в суд с иском к ФИО8, ФИО6, ФИО7, Северскому отделу Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю о признании недействительными договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, признании недействительными зарегистрированного права и о вселении граждан, произвольно лишенных жилого помещения. В обоснование своих требований указали, что согласно договору мены от ДД.ММ.ГГГГ, собственниками <адрес><адрес> в равных долях по ? каждому, являлись ФИО8 и ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ между дарителем ФИО5 и одаряемой ФИО8 заключен договор дарения, согласно пункту 1 которого даритель передал в дар своей матери, а одаряемая приняла в дар ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: пгт. <адрес> ФИО5 заблуждался относительно совершаемой сделки, не представлял правовые последствия совершаемой сделки, полагал, что он будет постоянно проживать в квартире, <адрес>, поскольку это единственное у него жилое помещение и не предполагал, что может его лишиться. На момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ в квартире по адресу: <адрес> вместе с ФИО8 проживали и были зарегистрированы: её сын ФИО5, бывшая невестка ФИО1, малолетняя внучка ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения Другого жилья семья не имела, это было единственное жилье, в связи с чем, заключение договора дарения нарушает жилищные права не только ФИО5, но и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ родился внук ФИО4; вся семья продолжала проживать в вышеуказанной квартире. Несмотря на то, что юридически брак между ФИО5 и ФИО1 прекращен ДД.ММ.ГГГГ, семья Абушек фактически продолжала существовать, все члены семьи были зарегистрированы и проживали в квартире, супруги вели совместное хозяйство; ФИО8 водила и забирала внуков из детского сада, готовила, все жили общей семьей.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 приобрела по ипотечному кредиту однокомнатную квартиру общей площадью 28,8 кв.м., жилой площадью 12 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>, <адрес> она перешла жить в эту квартиру. Дети поочередно проживали с отцом и матерью. ФИО1 также периодически возвращалась к бывшему супругу и жила в квартире по адресу: <адрес>. 17 ноября 2020 года, возвратившись из 2,5 месячной командировки из города Мирный Республика Саха (Якутия), ФИО5 обнаружил, что часть его личных вещей в пакетах и сумках без его ведома и согласия выставлены из <адрес>, в которой он с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован на постоянной основе по месту жительства и постоянно проживает, на лестничную площадку, заменен дверной замок. Кроме этого, как стало известно позже, представителем ФИО8 - ФИО12 вывезены из квартиры мебель и бытовая техника, приобретенная ФИО5 Без судебного решения, истица (её представитель), самостоятельно, противоправно выселила ФИО5, его детей и бывшую супругу из указанной квартиры, произвольно лишив их права на жилище.

В связи с чем ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 подано заявление в полицию по факту незаконного проникновения в жилище, произвольного лишения жилища, кражи личного имущества, принадлежащего ФИО5, и документов, с проникновением в жилище.

30 ноября 2020 года об указанных противоправных действиях сообщили в Управление Росреестра по Краснодарскому краю через сайт Россреестра с просьбой провести проверку и приостановить любые виды сделок со спорной квартирой, однако, Северский отдел Управления Россреестра, используя электронную цифровую подпись ПАО «Сбербанк», произвел государственную регистрацию перехода права по заведомо незаконной, противоправной сделке купли-продажи. При этом всем сторонам сделки, а также Росреестру и Сбербанку было известно о том, что в квартире зарегистрированы по постоянному месту жительства и проживают граждане, права которых нарушены, что подтверждается информацией из копии дела правоустанавливающих документов (выписка из домовой книги), из которого следует, что на момент заключения договора купли-продажи в квартире зарегистрированы на постоянной основе ФИО5, ФИО1 и их несовершеннолетние дети: ФИО3, ФИО4 В связи с чем, новые собственники квартиры не могут ссылаться на свою добросовестность, так как им было известно о том, что квартира обременена правами граждан на проживание в данной квартире.

На сайте Росрестра ДД.ММ.ГГГГ появилась информация о том, что ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанная квартира с кадастровым номером № зарегистрирована за двумя новыми собственниками по 1/2 доле каждому и находится в залоге в силу закона.

Представителем ФИО8 - ФИО13 в отношении ФИО5, ФИО1 и их несовершеннолетних детей до подачи ими иска о признании утратившими права на жилое помещение, совершены незаконные противоправные действия, направленные на произвольное лишение жилья, кража личного имущества, а также совершение заведомо незаконного договора купли-продажи квартиры от 27 ноября 2020 года, право собственности зарегистрировано в УФРС по Краснодарскому краю ДД.ММ.ГГГГ за №. О совершении незаконной, противоправной сделки ФИО5, ФИО1 и их дети узнали при рассмотрении дела №, так как ФИО8 (её представитель ФИО13), а также Северский отдел УФРС по Краснодарскому краю тщательно скрывали заключение противоправной сделки.

Представитель ФИО8 воспользовавшись преклонным возрастом их матери, и ее плохим состоянием здоровья, совершила в своих корыстных целях несколько противоправных, незаконных действий: произвольное лишение жилища (незаконное выселение), кража личного имущества и документов ФИО5, совершила заведомо незаконную (противоправную) сделку по отчуждению квартиры, в которой проживают граждане, зарегистрированные по месту жительства на постоянной основе.

Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ заключен, а право собственности ФИО6 и ФИО7 на квартиру зарегистрировано в нарушение конституционных жилищных прав граждан зарегистрированных и проживающих в квартире.

Несовершеннолетние дети ФИО5, а также его супруга ФИО1, были вселены в жилое помещение (зарегистрированы по месту жительства), по заявлению ФИО5, и дополнительно не требуется чьего-либо согласия на вселение своего супруга, либо детей к своим родителям. В силу прямого указания закона, дети должны жить и воспитываться в семье.

На основании изложенного, представитель истцов просила суд признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ ? доли <адрес><адрес>, заключенный между ФИО5 и ФИО8 Признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ <адрес><адрес>, заключенный между ФИО8 и ФИО6, ФИО7 Признать недействительным зарегистрированное в УФРС по <адрес> право собственности ФИО8, зарегистрированное ДД.ММ.ГГГГ за №. Признать недействительным зарегистрированное в УФРС по <адрес> право общей совместной собственности ФИО6 и ФИО7, зарегистрированное ДД.ММ.ГГГГ за №, на основании договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ. Привести стороны в первоначальное положение, устранив препятствия в пользовании жилым помещением, вселить ФИО5, ФИО1, ФИО3, ФИО4 в <адрес><адрес>.

В судебном заседании представитель истцов уточнила заявленные исковые требования, ссылаясь на то, что о совершенном обмане со стороны ответчицы ФИО8 и ее представителя ФИО13, истцы узнали лишь когда были вынесены мебель и вещи из квартиры проживавших и зарегистрированных в ней ФИО5, ФИО1 и их детей, был поменян дверной замок. ФИО5 узнал об обмане со стороны матери и сводной сестры лишь вернувшись из командировки из Якутии - 17 ноября 2020 года. ФИО2 узнала о том, что квартира, ? доли которой ранее принадлежала ее бывшему супругу, немного раньше - в день, когда ФИО13 привезла ей детские вещи, которые находились в квартире.

Договор купли-продажи, заключенный от имени ФИО8 – ФИО15 - неуполномоченным лицом, в доверенности которой отсутствуют полномочия на изготовление от имени покупателя квалифицированной электронной подписи, а также отсутствует полномочие на заключение договора купли-продажи в электронном виде с использованием веб-сервисов Сбербанка. Кроме этого, оспариваемый договор купли-продажи не подписан сторонами, отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие, что договор подписан квалифицированной электронной подписью. На основании изложенного истцы просили суд признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ ? доли <адрес><адрес>, заключенный между ФИО5 и ФИО8 Признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ <адрес><адрес>, заключенный между ФИО8 и ФИО6, ФИО7 Исключить регистрационную запись совершенную в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> о регистрации права собственности за ФИО8, зарегистрированное ДД.ММ.ГГГГ за №. Признать недействительным зарегистрированное в УФРС по <адрес> право общей совместной собственности ФИО6 и ФИО7, зарегистрированное ДД.ММ.ГГГГ за №, на основании договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, исключить указанную запись из реестра. Устранить препятствия в пользовании жилым помещением, вселить ФИО5, ФИО1, ФИО3, ФИО4 в <адрес><адрес>.

Представитель ответчика ФИО8 - ФИО16 в судебном заседании и представитель ФИО17 посредством ВКС возражали против удовлетворения заявленных исковых требований, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 (дарителем) и ФИО8 (одаряемой) составлен договор дарения, в соответствии с которым даритель передал безвозмездно (в качестве дара) одаряемой ? доли в праве общей собственности на квартиру (50,6 кв.м.), находящуюся по адресу: пгт. Афипский, <адрес>, расположенную на 5 этаже многоквартирного дома.

Согласно указанному договору с момента государственной регистрации права долевой собственности одаряемой, ? доли в праве общей собственности на квартиру считается переданной от дарителя к одаряемой. Одаряемая приобретает право собственности на указанную ? доли в праве общей собственности на квартиру с момента регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю. Согласно договору дарения от 24 января 2012 года стороны договора подтвердили, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях.

За все время владения квартирой, расположенной по адресу: <адрес> ФИО8 несла бремя содержания, истец и его семья никакой помощи не оказывали, имущество, находящееся в квартире, приобретено на денежные средства ответчика, поскольку та являлась полноправным и единоличным собственником.

ФИО8 являлась полноправным и единоличным собственником <адрес>. 34 по <адрес>, пгт. Афипский, <адрес>, до совершения сделки купли — продажи с ответчиками ФИО6, ФИО7

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживают с матерью - ФИО1 по адресу: <адрес>, в квартире, приобретенной за счет средств материнского капитала, а значит, у истцов и их несовершеннолетних детей имеется свое собственное жилье.

Спорный договор дарения заключен ДД.ММ.ГГГГ и, по мнению ФИО8, требования ФИО5, ФИО1 заявлены за пределами срока исковой давности, поэтому не подлежат удовлетворению.

Ответчики ФИО6 и ФИО7 в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных исковых требований, ссылаясь на то, что ФИО8 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, в том числе и на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с дарителем ? доли в праве на указанную квартиру - ФИО10 Нормами действующего законодательства, дарение подлежит отмене в случаях, если одаряемый совершит покушение на его жизнь, жизнь кого-либо из членов его семьи или близких родственников либо умышленно причинит дарителю телесные повреждения. В случае умышленного лишения жизни дарителя одаряемым право требования в суде отмены дарения принадлежит наследникам дарителя. Кроме того ответчики просили суд применить к требованию истцов об оспаривании договора дарения срок исковой давности.

Представитель ответчика – Северского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю в судебное заседание не явился, согласно представленному отзыву просил рассмотреть дело без его участия, возражал против привлечения управления в качестве ответчика, ссылаясь на следующие обстоятельства.

Согласно актуальным данным ЕГРН объект недвижимости с кадастровым номером: № расположенный по адресу Краснодарский <адрес> актуальных ограничений (обременений), либо запретов, и иных ограничений, обременений, информационных сигналов в ЕГРН на момент проведения государственной регистрации не имел. 27 ноября 2020 года были поданы заявления КУВД-001/2020-26149536, 26149537 в порядке электронной регистрации в форме электронных документов и (или) электронных образов документов, подписанных усиленной квалификационной электронной подписью и представлены сторонами договора с использованием информационных технологий взаимодействия кредитной организации с использованием веб-сервисов ПАО «Сбербанк», действующей на основании лицензии № 1481 с органом регистрации прав в соответствии с пунктом 3 части 6 статьи 36.2 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» на объект недвижимости с кадастровым номером: № То есть, подано данное обращение в электронном виде, путем составления договора купли-продажи специалистами ПАО «Сбербанк» с приложением соответствующих документов. Обращение направлено в регистрирующий орган в электронном виде 0ther-2020-l 1-27-163609.

При проведении правовой экспертизы документов, представленных на государственную регистрацию, основания для приостановления государственной регистрации прав в порядке ст. 26 ФЗ № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» отсутствовали.

Кроме того, собственником объекта недвижимости с кадастровым номером: № являлась ФИО8, и право распоряжения принадлежало ей в силу норм закона. Обременений объекта недвижимости правами третьих лиц в ЕГРН не зарегистрировано. А право пользования и проживания не влияет на право распоряжения имуществом, поскольку переход права собственности является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом (ст. 292 ГК РФ).

Данный факт также прописан (указан) в п. 14 договора купли-продажи от 27 ноября 2020 года, представленного на государственную регистрацию.

ДД.ММ.ГГГГ в 09 часов 28 минут в ЕГРН внесена актуальная запись о праве общей совместной собственности ФИО7, ФИО6 Запись о регистрации №, документ-основание - договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Внесена запись об ограничении прав и обременениях в виде ипотеки в силу закона № от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ПАО «Сбербанк России».

Исходя из вышеизложенного, Управление Росреестра по Краснодарскому краю является исполнительным органом власти, правом распоряжения объектами недвижимого имущества не обладает, а потому представитель ответчика просил суд исключить Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю из числа ответчиков.

Представитель ПАО «Сбербанк России» ФИО11, действующая на основании доверенности <адрес>2 от ДД.ММ.ГГГГ в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО6, ФИО7 заключен договор купли-продажи, согласно которому ФИО6 и ФИО7 приобрели спорную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, пгт. Афипский, <адрес>. На момент заключения указанного договора купли-продажи право собственности на квартиру было зарегистрировано за ФИО8 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и подтверждалось выпиской из ЕГРП от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, выданными Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ между ПАО Сбербанк и ФИО6, ФИО7 был заключен кредитный договор № на приобретение квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, <адрес>, в размере <данные изъяты> рублей под 7.70 процентов годовых, на срок 300 месяцев.

В качестве обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств по кредитному договору ФИО6, ФИО7 предоставляют кредитору залог (ипотеку) квартиры, расположенной по адресу: <адрес><адрес>. Залоговая стоимость объектов недвижимости устанавливается в размере 90% от его стоимости в соответствии с отчетом об оценке стоимости.

ДД.ММ.ГГГГ было зарегистрировано право собственности ФИО6, и ФИО7 на спорный объект недвижимости с одновременным установлением обременения в виде ипотеки в силу закона в пользу Банка, о чем в ЕГРН были совершены записи соответствующие записи.

Клиенты воспользовались услугой электронной регистрации и 27 ноября 2020 в регистрирующий орган были поданы заявления от продавца и покупателей в порядке электронной регистрации в форме электронных документов, подписанных усиленной квалификационной подписью и представлены сторонами договора с использованием информационных технологий взаимодействия кредитной организации с использованием веб-сервисов. В услугу электронной регистрации входит: выпуск усиленной квалификационной подписи всем участникам сделки; государственная пошлина за регистрацию права собственности; формирование пакета документов для регистрации сделки; отправка документов в электронном виде на регистрацию в Росреестр; взаимодействие с Росреестром и контроль регистрации сделки; предоставление документов по итогам регистрации в электронном виде. Таким образом, ПАО Сбербанк выполнил все обязательства по указанной сделке.

Признание недействительной первоначальной сделки купли-продажи, послужившей впоследствии основанием для регистрации права собственности ФИО6, и ФИО7, само по себе не влечет прекращение права залога добросовестного залогодержателя.

Таким образом, исследованию в рамках настоящего дела подлежит факт добросовестности залогодержателя. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. При заключении сделок у ПАО Сбербанк не было оснований не доверять юридической чистоте предоставленных документов, а также сомневаться в подлинности сведений, представленных в данных документах. При этом, правовая принадлежность объекта залога непосредственно была подтверждена выписками из ЕГРП, которые в силу закона являются единственным подтверждением существования зарегистрированного права, пока судом не будет установлено иное. В связи с этим оснований для прекращения ипотеки в пользу ПАО Сбербанк не имеется.

На основании изложенного представитель ПАО «Сбербанк России» просила суд в удовлетворении исковых требований ФИО5, ФИО1 отказать.

Суд, выслушав мнение лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, согласно ст.ст. 12, 55, 56, 59, 60, 67 ГПК РФ, установив юридически значимые обстоятельства по делу, приходит к следующим выводам:

В силу п. 2 ст. 1 ГК РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В соответствии с ч.1 ст. 434 ГК РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась.

Согласно ч.2 ст.434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

В силу ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В соответствии со ст. 452 ГК РФ соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев делового оборота не вытекает иное.

На основании ст. 453 ГК РФ при изменении договора обязательства сторон сохраняются в измененном виде.

В силу п. 1 ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В силу п. 3 ст. 574 ГК РФ, договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Сделки совершаются субъектами гражданского права свободно: своей волей и в своем интересе.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд может применить такие последствия по собственной инициативе.

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительны с момента её совершения. При недействительности сделки каждая из сторон должна возвратить другой стороне все полученное по сделке.

На основании ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

На основании ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 59 ГПК РФ, суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу ч.ч. 1 – 3 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Судом установлено, что истцу ФИО5 и ответчику ФИО8 принадлежала на праве общей долевой собственности, по ? доли каждому, квартира, расположенная по адресу: <адрес>. Указанное обстоятельство не оспаривалось сторонами в ходе рассмотрения дела.

ДД.ММ.ГГГГ между истцом ФИО5 и ответчиком ФИО8 был заключен договор дарения, согласно которому истец передал, а ответчик приняла в дар 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> /л.д. 160 - 161/.

В силу п. 10 указанного договора, стороны подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях.

Из исследованной в судебном заседании копии дела правоустанавливающих документов на указанную квартиру следует, что заключенный между сторонами договор дарения был зарегистрирован в установленном законом порядке Северским отделом Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии /л.д. 41 - 59/. Оригинал дела правоустанавливающих документов на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> также представлен по запросу суда.

Ответчик ФИО8 с 2012 года, став собственником всей квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, самостоятельно несла бремя ее содержания, оплачивая коммунальные услуги и налог на имущество физических лиц. Истцы не оспаривали данное обстоятельство в судебном заседании.

Истцами в обоснование требования о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ заявлен довод о том, что в момент совершения сделки дарения ФИО5 заблуждался относительно совершаемой сделки, не представлял правовые последствия совершаемой сделки, полагал, что он будет постоянно проживать в <адрес>, <адрес><адрес>, в <адрес>, поскольку это единственное у него жилое помещение и не предполагал, что может его лишиться.

В силу п.п. 1 – 3 ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Так, в силу своей правовой природы договор дарения является безвозмездным, то есть не предусматривает никаких встречных условий и обязательств со стороны одаряемого.

В тексте оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют какие-либо условия о встречных обязательствах ФИО8 по отношению к ФИО5 или членам его семьи, поскольку наличие подобных условий противоречило бы нормам действующего законодательства.

Таким образом, утверждения истцов о том, что ФИО5 рассчитывал на постоянное проживание в квартире, ? доли в праве общей долевой собственности на которую он подарил ответчику ФИО8, не подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами, поскольку об этом обстоятельстве не упоминалось и не могло упоминаться в волеизъявлении дарителя, потому как это противоречило бы положениям действующего законодательства о договоре дарения.

В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Учитывая, что в судебном заседании не подтвержден довод истцов о наличии заблуждения ФИО5 относительно обстоятельств, которые он упоминал в своем волеизъявлении при заключении договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, течение срока исковой давности по требованию о признании указанного договора недействительным и о применении последствий его недействительности составляет один год и подлежит исчислению с даты заключения договора, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, утверждение истцов о том, что ФИО5 узнал об обмане со стороны ФИО8 и сводной сестры после возвращения из командировки из Якутии - 17 ноября 2020 года, опровергается установленными в ходе рассмотрения дела обстоятельствами.

Из вышеизложенного следует, что исковые требования о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и исключении регистрационной записи о праве собственности ФИО8 заявлены не обоснованно и не подлежат удовлетворению, в том числе и в связи с пропуском срока исковой давности.

Относительно исковых требований о признании недействительным договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО8 в лице ФИО19 и ФИО6, ФИО7, суд приходит к следующему выводу.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 в лице ФИО19 и ФИО6, ФИО7 заключен договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес> /л.д. 214 - 215/.

Поскольку ФИО6 и ФИО7 приобретали указанную квартиру с использованием кредита, предоставленного третьим лицом - ПАО «Сбербанк России», оспариваемый договор купли-продажи заключен в форме электронных документов, подписанных усиленной квалификационной подписью и представлены сторонами договора с использованием информационных технологий взаимодействия кредитной организации с использованием веб-сервисов ПАО «Сбербанк России». Заявление о государственной регистрации перехода права на квартиру подано в регистрирующий орган от продавца и покупателей в порядке электронной регистрации. Указанные обстоятельства подтверждаются копией дела правоустанавливающих документов /л.д. 200 - 217/, доводами представителей ПАО «Сбербанк России» и Северского отдела управления Росреестра по Краснодарскому краю, изложенными в письменных возражениях и отзыве на иск /л.д. 224 - 226/.

Истцами заявлен довод о том, что ФИО8 незаконно осуществлено отчуждение жилого помещения, в котором зарегистрированы по месту жительства ФИО5, ФИО1, ФИО3, ФИО4 В подтверждение указанного довода истцы ссылались на то, что ФИО5 и его бывшая супруга - ФИО1, вместе с несовершеннолетней ФИО3 проживали в указанной квартире. ДД.ММ.ГГГГ брак между ФИО5 и ФИО1 был расторгнут.

ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ приобрела с использованием средств материнского капитала квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Указанное обстоятельство не отрицалось ФИО1 в судебном заседании.

Истец ФИО1 и несовершеннолетние ФИО3, ФИО4 стали жить в вышеуказанной квартире, при этом дети - ФИО3 и ФИО4 периодически пребывали в квартире ФИО8

В силу п.п. 1, 2 ст. 292 ГК РФ, члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением на условиях, предусмотренных жилищным законодательством.

Дееспособные и ограниченные судом в дееспособности члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, несут солидарную с собственником ответственность по обязательствам, вытекающим из пользования жилым помещением.

Переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

В силу ч. 1 ст. 31 ЖК РФ, к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

На момент заключения оспариваемого договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, истцы не являлись членами семьи ФИО8 в значении ч. 1 ст. 31 ЖК РФ, поскольку ФИО5, являясь сыном ФИО8, достиг возраста 18 лет и не находился на её иждивении, а соглашения о проживании в указанной квартире бывшей супруги ФИО5 - ФИО1 и несовершеннолетних ФИО3, ФИО4 не заключалось.

Сложившийся в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ порядок пользования квартирой, расположенной по адресу: <адрес> не повлек за собой возникновения у истцов прав на указанное недвижимое имущество, а у ФИО8 возникновение обязанности по обеспечению истцов жилым помещением.

В п. 5 договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ содержится уведомление покупателей ФИО6, ФИО7 о том, что на момент подписания договора ФИО5, ФИО3, ФИО4 зарегистрированы в квартире, расположенной по адресу: <адрес>.

Довод истцов о том, что договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ заключен с нарушением положений п. 4 ст. 292 ГК РФ является несостоятельным и основанным на неверном толковании норм права, по следующим основаниям.

В силу п. 4 ст. 292 ГК РФ, отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства.

Поскольку несовершеннолетние ФИО3 и ФИО4 не являются членами семьи ФИО8 в значении ч. 1 ст. 31 ЖК РФ и на момент заключения оспариваемого договора купли-продажи у их матери в собственности имелось жилое помещение, ответчику не требовалось согласия органа опеки и попечительства на отчуждение квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Нормами действующего законодательства не предусмотрено ограничений на отчуждение жилого помещения при наличии в нем зарегистрированных третьих лиц, в связи с чем вышеуказанный довод истцов является необоснованным и опровергается исследованными в ходе рассмотрения дела доказательствами.

Довод истцов о том, что договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ заключен от имени ФИО8 – ФИО15 - неуполномоченным лицом, в доверенности которой отсутствуют полномочия на изготовление от имени покупателя квалифицированной электронной подписи, а также отсутствует полномочие на заключение договора купли-продажи в электронном виде с использованием веб-сервисов Сбербанка, оспариваемый договор купли-продажи не подписан сторонами, отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие, что договор подписан квалифицированной электронной подписью, является необоснованным и не учитывается при вынесении решения по следующим основаниям.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 18 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», заявление о государственном кадастровом учете и (или) государственной регистрации прав и прилагаемые к нему документы представляются в орган регистрации прав в порядке, установленном органом нормативно-правового регулирования в форме электронных документов и (или) электронных образов документов, подписанных усиленной квалифицированной электронной подписью в соответствии с законодательством Российской Федерации, если иное не предусмотрено федеральным законом, - с использованием информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, в том числе сети "Интернет", посредством единого портала государственных и муниципальных услуг (функций) (далее - единый портал), или официального сайта, или иных информационных технологий взаимодействия с органом регистрации прав (далее также - отправление в электронной форме).

Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ составлен в виде электронного образа документа, подписанного усиленными квалификационными электронными подписями ФИО15, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №<адрес>9 и ФИО6, ФИО7

Нормами действующего законодательства не предусматривается отдельное указание в доверенности полномочий по составлению договоров в виде электронного образа документа и подписанию их усиленными квалификационными электронными подписями.

Более того, представитель стороны, действующий на основании доверенности, всегда подписывает документы своей подписью, а не подписью доверителя.

В связи с изложенным, довод истцов об отсутствии у ФИО15 полномочий на составление договоров в виде электронного образа документа и подписание их усиленной квалификационной электронной подписью не основан на положениях действующего законодательства и опровергается следующими обстоятельствами.

Согласно п. 3 ч. 6 ст. 36.2 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», отсутствие в Едином государственном реестре недвижимости записи о возможности регистрации на основании документов, подписанных усиленной квалифицированной электронной подписью, не препятствует осуществлению государственной регистрации прав на основании заявления о государственной регистрации перехода, прекращения права собственности на объект недвижимости, принадлежащий физическому лицу, и прилагаемых к нему документов в форме электронных документов и (или) электронных образов документов, представленных сторонами договора купли-продажи объекта недвижимости с использованием информационных технологий взаимодействия кредитной организации с органом регистрации прав в соответствии со статьей 18 настоящего Федерального закона.

Заявления о государственной регистрации права поданы ФИО14, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №<адрес>9 и ФИО6, ФИО7 27 ноября 2020 года КУВД-001/2020-26149536, 26149537 в порядке электронной регистрации в форме электронных документов и электронных образов документов, подписанных усиленной квалификационной электронной подписью и представлены сторонами договора с использованием информационных технологий взаимодействия кредитной организации с использованием веб-сервисов ПАО «Сбербанк», действующей на основании лицензии № 1481 с органом регистрации прав. Данное обращение в электронном виде подано путем составления договора купли-продажи специалистами ПАО «Сбербанк» с приложением соответствующих документов. Обращение направлено в регистрирующий орган в электронном виде 0ther-2020-l 1-27-163609. Указанные обстоятельства подтверждаются уведомлением ПАО «Сбербанк России» от ДД.ММ.ГГГГ №, направленным в адрес Управления Росреестра /л.д. 213/, а также доводами их представителей, изложенными в отзыве и возражениях на иск, приобщенными к материалам дела.

О надлежащем оформлении договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и наличии соответствующих полномочий у представителей сторон также свидетельствует факт проведения правовой экспертизы документов, представленных на государственную регистрацию специалистами Северского отдела Управления Росреестра по Краснодарскому краю, в результате которой сделан вывод об отсутствии оснований для приостановления государственной регистрации прав в порядке ст. 26 ФЗ № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

Таким образом, установленные в ходе рассмотрения дела обстоятельства свидетельствуют о необоснованности доводов истцов о незаконности договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и недействительности зарегистрированного права ФИО6 и ФИО7, а потому исковые требования в указанной части не полежат удовлетворению.

Заявленные истцами требования об их вселении в квартиру, расположенную по адресу: <адрес> не основаны на нормах действующего законодательства и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

При разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости произвольного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (статья 25 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3 ЖК РФ).

Принцип недопустимости произвольного лишения жилища предполагает, что никто не может быть выселен из жилого помещения или ограничен в праве пользования им, в том числе в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Жилищным кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами (часть 4 статьи 3 ЖК РФ).

При этом судам следует учитывать, что положения части 4 статьи 3 ЖК РФ о недопустимости произвольного лишения жилища, под которым понимается лишение жилища во внесудебном порядке и по основаниям, не предусмотренным законом, действуют в отношении любых лиц, вселившихся в жилое помещение.

Указанная правовая позиция изложена в п. 8 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации».

Переход права собственности на квартиру от ФИО8 к ФИО6 и ФИО7 являлся в силу п. 2 ст. 292 ГК РФ основанием для прекращения у истцов права пользования жилым помещением.

Из этого следует, что лишение истцов ФИО5, ФИО1, ФИО3, ФИО4 права проживания в квартире, расположенной по адресу: <адрес> рассматриваемой ситуации - предусмотрено законом.

Поэтому исковые требования о вселении ФИО5, ФИО1, ФИО3, ФИО4 в квартиру, расположенную по адресу: <адрес> заявлены необоснованно и не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО5, ФИО1, ФИО3, ФИО4 к ФИО8, ФИО6, ФИО7, Северскому отделу Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю не подтверждены в ходе рассмотрения дела относимыми и допустимыми доказательствами, а также не основаны на нормах действующего законодательства, поэтому не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Абушек ФИО27, Абушек ФИО28, действующих в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей - ФИО3, ФИО4 к ФИО8 ФИО29, ФИО9 ФИО30, ФИО9 ФИО31, Северскому отделу Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю о признании недействительными договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, признании недействительными зарегистрированного права и о вселении граждан, произвольно лишенных жилого помещения отказать.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Северский районный суд Краснодарского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме в соответствии со ст. 199 ГПК РФ будет изготовлено 13 июля 2021 года.

Судья Ю.А. Колисниченко