Решение № 2-2738/2025 от 28 августа 2025 г. по делу № 2-1020/2025~М-19/2025

№ 2-2738/2025


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 августа 2025 года г. Астрахань

Советский районный суд г. Астрахани в составе:

председательствующего судьи Синельниковой Н.П.,

при помощнике ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению АО «СОГАЗ» к ФИО2 , третьему лицу ПАО ВТБ 24 о признании договора страхования недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец АО «СОГАЗ» обратилось в суд с настоящим иском к ФИО2 о признании договора страхования недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании расходов, указав в обоснование заявленных требований, что 26 мая 2023 года между Акционерным обществом АО «Страховое общество газовой промышленности» и ФИО2 заключен договор ипотечного страхования <номер> от <дата> со сроком действия с 26 мая 2023 года по 25 июля 2053 года в обеспечение исполнения кредитного договора, заключенного ответчиком с Банком ВТБ ПАО. Заполняя декларацию о состоянии здоровья застрахованного лица, являющейся неотъемлемым приложением к договору, ФИО2 дан отрицательный ответ на прямо поставленный вопрос о наличии у нее онкологических заболеваний. 21 августа 2024 года ответчик обратился в АО «СОГАЗ» с заявлением о выплате страхового возмещения, в связи с наступлением страхового случая по риску «Установление застрахованному лицу инвалидности 2 группы в течение срока действия страхования или после его окончания. 02 декабря 2024 года АО «СОГАЗ» рассмотрев заявление, письмом СГ-179864 уведомило ответчика о том, что, принимая во внимание наличие предоставленных ответчиком документов о наличии у нее заболевания, полученного до заключения договора страхования, у страховщика отсутствуют основания для признания, заявленного ответчиком события страховым случаем и осуществления страховой выплаты. Согласно протоколу проведения медико-социальной экспертизы <номер><дата>/2024 от 08 июля 2024 года, ФИО2 повторно установлена инвалидность группы по заболеванию <данные изъяты> Согласно сведениям ГБУЗ АО «Областной клинический онкологический диспансер» ФИО2 31 октября 2022 года (до заключения договора) установлен диагноз <данные изъяты> в связи с чем ответчик поставлена на учет в Государственный раковый регистр 25 ноября 2022 года. Учитывая, что имеющееся у ответчика заболевание возникло до заключения договора страхования, при оформлении которого, о наличии у нее онкологического заболевания, ей страховщику сообщено не было, с учетом измененных исковых требований, просили суд признать договор страхования по ипотечному страхованию от 26 мая 2023 года <номер> заключенный между АО «СОГАЗ» и ФИО2 в части страхования от несчастных случаев и болезней недействительным, применить последствия недействительности сделки в виде возврата АО «СОГАЗ» уплаченной по договору страхования <номер> от <дата> страховой премии ФИО2; взыскать с ответчика в пользу АО «СОГАЗ» судебные расходы по уплате госпошлины в размере 20 000 руб.

Представитель истца АО «СОГАЗ» ФИО3, в судебном заседании просила суд заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО2 и ее представитель ФИО4 в судебном заседании требования признали, вместе с тем при вынесении судом решения, просили суд применить статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизить размер государственной пошлины.

Представитель третьего лица ПАО ВТБ 24 в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещен надлежащим образом, причина не явки суду не известна.

В силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть спор по существу заявленных требований в отсутствии не явившегося третьего лица.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 7.2 Правил страхования при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем (пункт 2).

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 этой статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 данного кодекса (пункт 3).

Существенными признаются, во всяком случае, обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Действующим законодательством на страхователя возложена ответственность за полноту и достоверность сведений и документов, предоставленных страховщику при заключении договора обязательного страхования.

В силу пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Таким образом, правила пункта 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации конкретизируют применительно к договору страхования общие положения статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации о недействительности сделок, совершенных под влиянием обмана, и обязательным условием применения данных положений является наличие умысла страхователя.

В силу части 4 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1-3 статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса.

В пункте 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

В пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 года № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при сообщении страхователем страховщику при заключении договора страхования имущества заведомо ложных сведений о существенных обстоятельствах, влияющих на определение вероятности наступления страхового случая и размер возможных убытков от его наступления, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным на основании положений статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если эти обстоятельства не были известны и не должны были быть известны страховщику.

Исходя из вышеприведенных норм права и принципа добросовестности, страхователь обязан максимально полно и достоверно раскрывать информацию о риске, который он передает, а страховщик принимает на страхование, поскольку при заключении договора страхования его стороны неодинаково информированы о существенных обстоятельствах, влияющих на вероятность наступления страхового случая и размер возможных убытков.

При этом, страховщик, обладающий правом на заключение договоров обязательного страхования, не вправе отказать страхователю в заключении такого договора. В то время как страхователь при заключении договора обязан сообщить страховщику достоверные сведения относительно обстоятельств, оговоренных страховщиком в стандартных формах договора страхования, которые имеют существенное значение для определения степени страхового риска.

В силу части 1 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» событие, на случай которого производится страхование, должно обладать признаком случайности, то есть страхователь должен находиться в добросовестном неведении относительно наступления этого события.

Бремя доказывания факта сообщения страхователем заведомо ложных сведений и их существенного значения лежит на страховщике (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что 26 мая 2023 года между АО «Страховое общество газовой промышленности» и ФИО2 заключен договор ипотечного страхования № <номер> от <дата> со сроком действия с 26 мая 2023 года по 25 июля 2053 года.

Договор заключен в обеспечение исполнения кредитного договора, заключенного ответчиком с Банком ВТБ ПАО, на основании Правил комплексного ипотечного страхования, утвержденных Председателем Правления АО «СОГАЗ» в редакции от 01 марта 2023 года, которые являются неотъемлемой частью страхового договора.

Согласно пункту 1.2 договора страхования застрахованным лицом является страхователь - ФИО2

В договоре страхования установлен перечень событий, на случай наступления которых, была застрахована ФИО2, а именно «смерть в результате несчастного случая 3.3.2.1», постоянная утрата трудоспособности (с установлением инвалидности 1 или 2 группы пункт 3.3.2.4 Правил страхования)».

Согласно пункту 3.3.2.5 Правил страхования страховым случаем по риску «Постоянная утрата трудоспособности (с установлением инвалидности I или II группы)» является установление застрахованному лицу I или II группы инвалидности в течение срока действия, страхования или после его окончания (не позднее, чем через 1 год с даты обусловивших инвалидность несчастного случая или болезни) в результате несчастного случая или болезни, произошедших в течение срока действия страхования, при этом подача застрахованным лицом заявления о признании его инвалидом и о присвоении ему группы инвалидности с прилагаемыми к нему документами в БМСЭ должна быть осуществлена не ранее начала действия страхования по договору страхования.

Установлено, что при заполнении декларации о состоянии здоровья застрахованного лица, являющейся неотъемлемым приложением к договору ФИО2 дан отрицательный ответ на поставленный вопрос в пункте 4.17 о наличии у нее онкологических заболеваний, указав, что их она не имеет.

21 августа 2024 года ответчик обратился в АО «СОГАЗ» с заявлением о выплате страхового возмещения, в связи с наступлением страхового случая по риску «Установление застрахованному лицу инвалидности 2 группы в течение срока действия страхования или после его окончания.

02 декабря 2024 года АО «СОГАЗ» рассмотрев заявление, письмом СГ-179864 уведомило ответчика о том, что принимая во внимание наличие предоставленных ответчиком документов о наличии у нее заболевания, полученного до заключения договора страхования, у страховщика отсутствуют основания для признания заявленного ответчиком события, страховым случаем и осуществления в связи с этим страховой выплаты.

Так, согласно ответу ГБУЗ АО «Областной клинический онкологический диспансер» ФИО2 31 октября 2022 года (до заключения договора) установлен диагноз «<данные изъяты>», в связи с чем ФИО2 поставлена на учет в Государственный раковый регистр 25 ноября 2022 года.

Как следует из протокола проведения медико - социальной экспертизы № 837.1.30/2024 от 08 июля 2024 года ФИО2 повторно установлена инвалидность по заболеванию «<данные изъяты>

Медицинской документацией (медицинской картой) больного от 02 сентября 2024 года также подтвержден установленный ответчику диагноз.

В судебном заседании ФИО2 выразила согласие с заявленными АО «СОГАЗ» требованиями о признании договора страхования по ипотечному страхованию от 26 мая 2023 года в части страхования несчастных случаев и болезней недействительным.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что АО «СОГАЗ» на дату заключения договора страхования не было уведомлено о наличии у ФИО2 заболевания, которое привело бы к наступлению заявленного события - установлению инвалидности, соответственно, страхование по договору на случай наступления последствий данного заболевания не осуществлялось.

Соответственно, при подписании договора страхования страховщику были представлены заведомо ложные сведения относительно состояния здоровья принимаемой на страхование ФИО2

При заключении договора страхования, не обладая достаточными медицинскими познаниями, ответчик имела возможность сообщить о случаях обращения в медицинские учреждения, которые предшествовали заключению договора страхования, указав установленный в отношении нее диагноз.

Факт отсутствия указания на наличие имеющегося заболевания подтверждает умысел страхователя, направленный на представление заведомо ложных сведений о состоянии ее здоровья страховщику. Недобросовестного поведения со стороны страхователя при заключении договора судом не установлено.

Таким образом, ФИО2 лишила АО «СОГАЗ» права на оценку страхового риска и расчета страховой премии.

О недостоверности сообщенных сведений АО «СОГАЗ» стало известно только в связи с обращением ФИО2 с заявлением о страховой выплате 21 августа 2024 года и приложенных к нему документов.

В соответствии с пунктом 7.2 Правил страхования если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь (застрахованное лицо) сообщил (о) заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, страховщик вправе потребовать признания договора страхования недействительным и применений последствий в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением случая, когда обстоятельства, о которых умолчал страхователь (застрахованное лицо), уже отпали.

Согласно части 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как следует из материалов дела, 26 мая 2023 года страховая премия в сумме 22 649,01 руб. оплачена ответчиком согласно квитанции от 26 мая 2023 года. 31 мая 2023 года ответчиком произведена оплата страховой премии в размере 15 892 руб.

Исходя из положений части 1 статьи 9 Закона Российской Федерации <номер>, принимая во внимание, что при заключении договора страхования страхователь не сообщил страховщику все известные ему обстоятельства о наличии у нее имеющегося онкологического заболевания, представив ложные сведения, что имеет существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, при таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для признания договора страхования <номер> от 26 мая 2023 года недействительным.

С учетом изложенного, требование АО «СОГАЗ» о признании договора страхования по ипотечному страхованию от 26 мая 2023 года <номер>, заключенному между АО «СОГАЗ» и ФИО2 в части страхования от несчастных случаев и болезней недействительным, является обоснованным и подлежит удовлетворению.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой стороне все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или представленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку договор страхования по ипотечному страхованию от 26 мая 2023 года № <номер>, заключенный между АО «СОГАЗ» и ФИО2 в части страхования от несчастных случаев и болезней, признан судом недействительным, суд, исходя из положений пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, находит требования истца о применении последствий недействительности сделки в виде возврата АО «СОГАЗ» уплаченной по договору страхования № <номер> от 26 мая 2023 года страховой премии ФИО2 подлежащими удовлетворению.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах.

Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Принимая во внимание, что при подаче искового заявления истцом, в соответствии с требованиями Налогового кодекса Российской Федерации, оплачена государственная пошлина в размере 20 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 30216 от 20 декабря 2024 года, суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании в его пользу с ответчика расходов по оплате государственной пошлины, являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Ссылка ответчика на применение положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижении размера государственной пошлины подлежащей взысканию, не состоятельна, поскольку снижение государственной пошлины статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено, приведенная норма применима только к неустойке.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-197 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования АО «СОГАЗ» к ФИО2 третьему лицу ПАО ВТБ 24 о признании договора страхования недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании расходов, удовлетворить.

Признать договор страхования по ипотечному страхованию от <дата><номер> заключенный между АО «СОГАЗ» и ФИО2 , в части страхования от несчастных случаев и болезней, недействительным.

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата АО «СОГАЗ» (ИНН <***>) уплаченной по договору страхования <номер> от <дата> страховой премии ФИО2

Взыскать с ФИО2 , <дата> года рождения, (паспорт серии 12 03 <номер>, выдан ОВД <адрес><дата>, зарегистрированной по адресу: <адрес>) в пользу АО «СОГАЗ» расходы по оплате государственной пошлины в размере 20 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Астраханский областной суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме через районный суд вынесший решение.

Мотивированный текст решения изготовлен 29 августа 2025 года.

Судья Н.П. Синельникова