Решение № 2-125/2020 2-125/2020~М-31/2020 М-31/2020 от 12 февраля 2020 г. по делу № 2-125/2020

Дело № 2-125/2020

51RS0017-01-2020-000045-83

Принято в окончательной форме 13 февраля 2020 года


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 февраля 2020 года п. Никель

Печенгский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Алимовой Е.В.,

при секретаре Богдановой С.Н.,

с участием:

прокурора – помощника прокурора Печенгского района Мурманской области Курлыковой О.С.,

представителя истца - адвоката Печенгского филиала НО МОКА ФИО1,

представителя ответчиков ООО «Колабыт», АО «Кольская ГМК» - ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Колабыт» и акционерному обществу «Кольская горно-металлургическая компания» о взыскании компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Колабыт» и акционерному обществу «Кольская горно-металлургическая компания» (далее по тексту – ООО «Колабыт» и АО «Кольская ГМК») о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности.

В обоснование исковых требований указано, что он в ГМК «Печенганикель» (ООО «Колабыт»), ООО «Арктикавтотранс» (ООО «Колабыт») проработал 19 лет 6 месяцев 14 дней, ОАО «Кольская ГМК» (АО «Кольская ГМК») – 13 лет 11 месяцев 6 дней.

Место и условия его работы в ГМК «Печенганикель» (ООО «Колабыт»), ООО «Арктикавтотранс» (ООО «Колабыт»), ОАО «Кольская ГМК» (АО «Кольская ГМК») в должности <данные изъяты> связаны с вредными и опасными условиями труда, работа осуществлялась в условиях открытого рудника при воздействии вредных производственных факторов общей вибрации, превышающей ПДУ от 7 до 18 ДБ, локальной вибрации превышение на 3 дБА, шума превышение на 6,0 ДБ при ПДУ 80 дБА, физической нагрузки при выполнении ремонтных работ, фиксированной позы в кабине транспортного средства во время вождения, напряженности трудового процесса в связи, с чем он ежегодно проходил обязательные медицинские осмотры, для определения пригодности к выполнению поручаемой работы и предупреждения профессиональных заболеваний.

13.12.2018 у него установили три диагноза профессионального заболевания: <данные изъяты>

Случаи профессиональных заболеваний были зафиксированы в Актах о случае профзаболевания №, №, № от 27.02.2019, и являются следствием длительного воздействия вредных производственных факторов.

Ему противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическими перегрузками, в неудобной рабочей позе, с наклонами и поворотами головы и корпуса, при пониженной температуре воздуха, с шумом.

16.04.2019 заключением Бюро медико-социальной экспертизы № смешанного профиля ФКУ «Главное бюро МСЭ по Мурманской области» ему по каждому профессиональному заболеванию была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10% до 01.05.2020.

Профессиональные заболевания у него возникли по вине ответчиков, в связи с выполнением им трудовой функции, поскольку характер и условия труда не в полном объеме соответствовали санитарно-гигиеническим нормам и правилам, требованиям нормативных правовых актов охраны труда.

В связи с имеющимися у него профессиональными заболеваниями его беспокоят боли в шее, левой руке, пояснице, боли в стопах. Движения в шейном отделе ограничены, болезненны, движение в поясничном отделе ограничены, постоянные боли в плечевых, локтевых, лучезапястных суставах, немеют ноги, «скованность» в суставах по утрам, тянущие боли в ногах. На протяжении нескольких лет у него снизился слух, в связи с чем, он стесняется, чувствует себя неполноценным человеком, испытывает дискомфорт в общении с окружающими людьми.

С учетом изложенных обстоятельств, оценивает причиненные ему физические и нравственные страдания в размере 500 000 рублей.

Учитывая вышеизложенное и в соответствии со ст. 21 Трудового Кодекса Российской Федерации, статей 150, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит суд взыскать в его пользу с ООО «Колабыт» компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, с АО «Кольская ГМК» – 200 000 рублей, а также просит взыскать с ответчиков в порядке статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации понесенные им расходы на оплату услуг представителя в сумме 20 000 рублей.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, просил рассмотреть дело без его участия с участием представителя.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика АО «Кольская ГМК» ФИО2 в судебном заседании не согласилась с размером исковых требований, поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве, из которого следует, что размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда определен заключенным между сторонами дополнительным соглашением. Согласно п. 7 указанного Соглашения, размер компенсации морального вреда определяется в соответствии со степенью утраты профессиональной трудоспособности, исходя из 10 базовых сумм, установленных статьей 45 «Положения об оплате труда работников АО «Кольская ГМК» на дату подачи заявления за указанным возмещением за каждые 10% утраты профессиональной трудоспособности. Размер базовой суммы, установленный ст. 45 Положения, составляет 2 300 рублей. Поскольку степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО3 составляет 30 %, размер компенсации морального вреда должен быть определен в размере 69 000 руб. Общество не оспаривает своей обязанности по выплате истцу денежной компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности в размере 69 000 рублей в соответствии с условиями дополнительного соглашения к трудовому договору, однако ФИО3 не обращался к обществу с требованием такой компенсации. Просила снизить размер компенсации морального вреда до указанной суммы. Указала, что размер заявленных судебных расходов на оплату услуг представителя завышен.

Представитель ответчика ООО «Колабыт» ФИО2 в судебном заседании с иском не согласилась, поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве, из которого следует, что ФИО3 проработал в ОАО «ГМК Печенганикель», ООО «Арктикавтотранс» (правопреемник ООО «Колабыт») во вредных условиях 19 лет 6 месяцев. Работодатели не совершали неправомерных действий в отношении работника ФИО3, повлекших повреждение его здоровья. Трудовой кодекс Российской Федерации допускает существование вредных условий на рабочих местах, законом предусмотрено заключение трудовых договоров о выполнении работ во вредных условиях при условии предоставления гарантий. Общество в силу объективных причин (уровень научно-технического развития) не могло устранить вредные факторы на рабочих местах, предпринимало все зависящие от него меры по предотвращению и компенсации негативных последствий пребывания истца в условиях с неблагоприятными производственными факторами, которые были неизбежны при работе во вредных условиях труда. Поскольку степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО3 составляет 30 %, у истца не наступила полная утрата трудоспособности, а значит, он не лишен возможности работать. В связи с чем полагает, что основания для возложения на ООО «Колабыт» обязанности по выплате денежной компенсации морального вреда в пользу истца по статье 237 ТК РФ, статьям 151, 1101 ГК РФ отсутствуют. Просит в удовлетворении иска отказать. А также указала, что размер заявленных судебных расходов на оплату услуг представителя чрезмерно завышен.

Заслушав представителя истца, представителя ответчиков ООО «Колабыт» и АО «Кольская ГМК», заключение прокурора, полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в разумном и справедливом размере, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Статьей 7 Конституции Российской Федерации определено, что в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей.

Согласно части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Как определено абзацем 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 осуществлял трудовую деятельность в периоды: с 16.11.1983 по 24.01.1984 <данные изъяты> Л-34 ЦГМ комбината «Печенганикель»; с 24.01.1984 по 01.07.1998 <данные изъяты> ЦГМ «ГМК Печенганикель» (26.12.1994 предприятие преобразовано в АОО «ГМК Печенганикель»); с 01.07.1998 по 17.05.1999 <данные изъяты> АТЦ АОО «ГМК Печенганикель»; с 18.05.1999 по 01.12.2000 <данные изъяты> АТЦ ОАО «Кольская ГМК», с 01.12.2000 по 24.10.2008 водителем <данные изъяты> АТЦ ОАО «Кольская ГМК»; с 07.07.2009 по 20.07.2013 <данные изъяты> участка горного транспорта и дорожных механизмов г. Заполярный ООО «Арктикавтотранс»; с 21.07.2013 по 01.10.2013 водителем <данные изъяты> участка горного транспорта и дорожных механизмов г. Заполярный службы эксплуатации АТЦ ОАО «Кольская ГМК»; с 01.10.2013 по 04.04.2018 <данные изъяты> участка горного транспорта и дорожных механизмов г. Заполярный службы эксплуатации транспортного цеха ОАО «Кольская ГМК» (АО «Кольская ГМК»).

Правопреемником комбината «Печенганикель» и ООО «Арктикавтотранс» является ООО «Колабыт», данный факт сторонами не оспаривался.

Таким образом, в ГМК «Печенганикель», ООО «Арктикавтотранс» он проработал 19 лет 6 месяцев 14 дней, ОАО «Кольская ГМК» – 13 лет 11 месяцев 6 дней.

Указанные обстоятельства представителем ответчиков не оспаривались и подтверждаются копией трудовой книжки истца (л.д. 13-16) и другими материалами дела.

При обследовании в клинике профзаболеваний НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» г. Кировска ФИО3 установлен диагноз: <данные изъяты>

Из Решения ВК № от 13.12.2018 следует, что при обследовании впервые установлены профзаболевания, которые обусловлены длительным воздействием вредных производственных факторов (общая вибрация, тяжесть трудового процесса, производственный шум).

Актом о случае профессионального заболевания от 27.02.2019 № установлено, что у ФИО3 выявлено профессиональное заболевание в виде <данные изъяты>

Непосредственной причиной заболевания послужило длительное воздействие на организм при работе ФИО3 в качестве <данные изъяты> АО «Кольская ГМК» (ранее ОАО «Кольская ГМК»), ООО «Арктикавтотранс» таких вредных производственных факторов как шум, вибрация и тяжелая физическая нагрузка.

Актом о случае профессионального заболевания от 27.02.2019 № установлено, что у ФИО3 выявлено профессиональное заболевание в виде <данные изъяты> которое является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия вредного производственного фактора – тяжелой физической нагрузки (л.д. 21-23).

Актом о случае профессионального заболевания от 27.02.2019 № установлено, что у ФИО3 выявлено профессиональное заболевание в виде <данные изъяты>, которое является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия вредного производственного фактора – производственный шум (л.д. 24-26).

Из указанных актов следует, что стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 33 года 08 месяцев 03 дня, с учетом работы в качестве <данные изъяты> 16 лет 09 месяцев 27 дней и <данные изъяты> 16 лет 10 месяцев 06 дней.

При этом вины работника и фактов грубой неосторожности в получении профессионального заболевания не установлено.

Работа ФИО3 по указанным профессиям в автотранспортном цехе комбината «Печенганикель», ООО «Арктикавтотранс», ОАО «Кольская ГМК» в условиях вредного воздействия неблагоприятных производственных факторов подтверждается также санитарно-гигиенической характеристикой условий труда № от 25.01.2018, выполненной Управлением Роспотребнадзора по Мурманской области (л.д. 27-34).

Согласно решению ВК № от 13.12.2018 в связи с выявлением у ФИО3 профзаболевания ему противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическими перегрузками, в неудобной рабочей позе, с наклонами и поворотами головы и корпуса, при пониженной температуре воздуха, с шумом. Рекомендуется направление на МСЭ, согласно действующему законодательству. Рекомендуется «Д» наблюдение и профилактическое лечение профзаболеваний у невролога, ЛОР-врача 2 раза в год по месту жительства. Ежегодно санаторно-курортное лечение. «Д» наблюдение и лечение у хирурга, терапевта, окулиста по месту жительства. Ежегодное обследование в клинике профзаболеваний (л.д 40).

ФКУ «Главное бюро МСЭ Мурманской области» Бюро медико-социальной экспертизы № (общего профиля) 16.04.2019 ФИО3 в связи с профзаболеванием была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10% по каждому из трех профессиональных заболеваний до 01.05.2020, что подтверждено справками (л.д. 35-37).

Доказательств того, что истец, работая в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов у ответчиков, нарушал требования охраны труда, что привело к возникновению профессионального заболевания, суду не представлено.

Согласие истца на работу во вредных условиях труда, выплата ему заработной платы в повышенном размере, предоставление дополнительных отпусков и других компенсирующих мер не лишают истца права на возмещение морального вреда в связи с утратой здоровья и профессиональной трудоспособности.

Учитывая вышеизложенное, суд считает, что факт причинения ФИО3 морального вреда в связи профзаболеваниями, возникшими по вине ответчиков, имеет место и в доказывании не нуждается, поскольку моральный вред истца обусловлен не только его физическими страданиями, выражающимися в болевых ощущениях и, как следствие, постоянной необходимостью соблюдения истцом назначенных курсов медицинского лечения и индивидуальной программы реабилитации по профзаболеванию, но и моральными страданиями по поводу невозможности вести привычный полноценный образ жизни, и вынужденными ограничениями по состоянию здоровья в связи с профзаболеванием.

Согласно части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с частью 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Как следует из части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации должны учитываться требования разумности и справедливости.

При определении ФИО3 размера денежной компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с каждого из ответчиков, суд приходит к выводу о том, что ответственность работодателей по возмещению морального вреда, причиненного работнику в связи с профзаболеванием, должна быть компенсирована с учетом его трудовой деятельности, выработанной во вредных условиях труда на каждом из производств ответчиков.

Учитывая, что в ГМК «Печенганикель», ООО «Арктикавтотранс» истец проработал во вредных условиях труда 19 лет 6 месяцев 14 дней, с ответчика ООО «Колабыт» подлежит взысканию компенсация морального вреда. Вместе с тем размер денежной компенсации морального вреда, требуемый истцом с ООО «Колабыт» - 300 000 рублей, завышен, в связи с чем, суд полагает подлежащим взысканию компенсацию морального вреда в размере 90000 рублей. Данная сумма является разумной и справедливой, определена исходя из всех вышеизложенных обстоятельств данного дела, с учетом длительности трудового стажа истца на производстве ответчика, а также в соответствии с установленной МСЭ 30% степенью утраты трудоспособности в связи с профзаболеванием.

При определении ФИО3 размера денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика АО «Кольская ГМК», суд учитывает то обстоятельство, что истец ФИО3, подписав дополнительное соглашение к трудовому договору № от 21.07.2013, добровольно согласился с условиями об определении размера компенсации морального вреда в случае возникновения профзаболевания исходя из 10 базовых сумм, установленных статьей 45 Положения об оплате труда работников ОАО «Кольская ГМК» на дату подачи заявления за указанным возмещением за каждые 10 % утраты профессиональной трудоспособности. Статья 45 указанного Положения устанавливает базовую сумму в размере 2 300 рублей на день судебного разбирательства.

Судом установлено, что данное соглашение не было расторгнуто, оспорено, его условия не были изменены. При этом за компенсацией морального вреда в связи с профзаболеванием, истец к ответчику АО «Кольская ГМК» до подачи иска не обращался.

Таким образом, суд находит обоснованными доводы представителя ответчика АО «Кольская ГМК» о необходимости определения размера компенсации морального вреда из расчета, предусмотренного вышеуказанным соглашением, то есть в размере 69 000 рублей. Оснований для взыскания компенсации морального вреда с АО «Кольская ГМК» в большем размере, не имеется.

С учетом установленных выше обстоятельств, учитывая, что реально возместить потерпевшему моральный вред, причиненный профессиональными заболеваниями, невозможно, но облегчить перенесенные страдания можно, и что именно этим целям служит возмещение морального вреда, суд приходит к выводу о необходимости определить размер денежной компенсации, подлежащей взысканию в пользу истца, в следующем размере: с АО «Кольская ГМК» - 69 000 рублей, с ООО «Колабыт» - 90000 рублей.

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что ФИО3, не обладая юридическими познаниями, для защиты своих прав обратился за юридической консультацией в НО МОКА, и оплатил 20000 рублей за составление искового заявления и участие в судебном заседании, что подтверждено квитанцией (л.д. 43).

Однако сумму в 20000 рублей нельзя признать разумной для возмещения расходов на оплату услуг представителя, представителем ответчика заявлено о чрезмерности указанных расходов, учитывая объем проделанной представителем работы: составление искового заявления и участие в одном судебном заседании, суд полагает разумной и справедливой сумму 15000 рублей, указанная сумма подлежит взысканию с ответчиков в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям: с АО «Кольская ГМК» (43%) - 6450 рублей, с ООО «Колабыт» (57%) – 8550 рублей.

Согласно подпункту 1 части 1 статьи 336 Налогового кодекса Российской Федерации, от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, освобождаются: истцы - по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, а также по искам о взыскании пособий.

В соответствии с частью 3 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, госпошлина при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера: для физических лиц – составит 300 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с каждого из ответчиков в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Колабыт» и акционерному обществу «Кольская горно-металлургическая компания» о взыскании компенсации морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности – удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Колабыт» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 90000 рублей 00 копеек, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 8550 рублей 00 копеек, а всего 98550 (девяносто восемь тысяч пятьсот пятьдесят) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Кольская горно-металлургическая компания» в пользу ФИО3 денежную компенсацию морального вреда в размере 69 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 6450 рублей, а всего 75450 (семьдесят пять тысяч четыреста пятьдесят) рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Колабыт» государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования Печенгский район Мурманской области в размере 300 (триста) рублей 00 копеек.

Взыскать с акционерного общества «Кольская горно-металлургическая компания» государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования Печенгский район Мурманской области в размере 300 (триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Печенгский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий Е.В. Алимова