Решение № 2-416/2024 2-416/2024~М-317/2024 М-317/2024 от 23 декабря 2024 г. по делу № 2-416/2024

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 декабря 2024 года с. Ермаковское

Ермаковский районный суд Красноярского края в составе

председательствующего судьи Степановой С.Б.,

при секретаре судебного заседания Фралковой Ю.Е.,

с участием представителя истца (ответчика) ФИО1, действующей на основании ордера от 23.10.2024 года,

представителя ответчика (истца) ФИО2, действующей на основании доверенности от 18.06.2024 года, участвующей в судебном заседании по средством видеоконференц-связи,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю о признании действий незаконными, об обязании совершить действия и о взыскании денежной компенсации морального вреда и по встречному исковому заявлению Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю к ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ

ФИО3 обратилась в Ермаковский районный суд с исковыми требованиями к ОСФР по Красноярскому краю о признании действий незаконными и об обязании совершить действия. В своем исковом заявлении истец ФИО3 с учетом заявления об уточнении требований просит признать незаконным решение Фонда Пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю от 22.03.2024 года об отказе в назначении досрочно пенсии по старости по заявлению ФИО3 от 16.01.2023 года; обязать ответчика назначить ФИО3 по заявлению от 16.01.2023 года досрочную пенсию по старости, возобновив выплату досрочной пенсии по старости с марта 2024 года; обязать ответчика возобновить выплату досрочной пенсии по старости с марта 2024 года; обязать ответчика включить в страховой стаж ФИО3, дающий право на назначение досрочной пенсии по старости в соответствии с ч. 1.2 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ периоды нахождения ФИО4 в отпуске по уходу за детьми с 11.04.1988 года по 03.01.1989 года, а также с 14.04.1990 года по 14.04.1991 года; обязать ответчика включить в страховой стаж ФИО3, дающий ей право на назначение досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с ч. 1.2 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ периоды работы ФИО3 с 23.12.1985 года по 31.03.1986 года в Ермаковском АТП «Транссельхозтехника» в должности старшего бухгалтера, с 01.04.1988 года по 10.04.1988 года в «Ермаковскагроавтотранс» в должности старшего бухгалтера, а также с 15.04.1991 года по 31.05.1991 года в «Ермаковсагроавтотранс» в должности оператора по первичной обработке документов; взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

В свою очередь Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю обратилось со встречными исковыми требованиями к ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения. Истец по встречному иску просит взыскать со ФИО3 необоснованно полученную сумму пенсии в размере 334 649 рублей 99 копеек.

В своем исковом заявлении, а также в судебном заседании лично ФИО3 свои требования мотивировала следующим. 16.01.2023 года она обратилась в ОСФР по Красноярскому краю посредством единого портала государственных услуг Российской Федерации с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии с ч. 1.2 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ. Решением ОСФР по Красноярскому краю № 230000004277/12354/23с 16.01.2023 года ей была назначена досрочная страховая пенсия на основании ч. 1.2 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ за стаж работы 37 лет в размере 24 426 рублей 66 копеек, с 01.01.2024 года – в размере 24 581 рубль 74 копейки. С указанного времени она ежемесячно получала пенсию на расчетный счет пенсионера, открытый в ПАО Сбербанк. 21.03.2024 года ОСФР по Красноярскому краю было вынесено решение об обнаружении ошибки, допущенной при установлении пенсии из-за несвоевременного предоставления гражданином информации, влияющей на право, а именно непредставление заявителем информации о наличии детей. 22.03.2024 года на основании решения ОСФР по Красноярскому краю об обнаружении ошибки по заявлению ФИО3 от 16.01.2023 года о назначении досрочной страховой пенсии по старости было вынесено решение об отказе в досрочном назначении пенсии истцу. Решением ОСФР по Красноярскому краю от 25.03.2024 года выплата пенсии была прекращена с 01.04.2024 года. ФИО3 полагает, что периоды ее нахождения в отпуске по уходу за детьми неправомерно были исключены из стажа, дающего ей право на назначение досрочной трудовой пенсии по старости. Так, в соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 года № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» при разрешении споров, возникших в связи с включением женщинам в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периода нахождения их в отпуске по уходу за ребенком, суда следует исходить из того, что если указанный период имел место до 06 октября 1992 года (времени вступления в силу Закона Российской Федерации от 25.09.1992 года № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации», с принятием которого период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не включается в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях), то он подлежи включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости. Таким образом, период нахождения ФИО3 в отпусках по уходу за детьми с 11.04.1988 года по 03.01.1989 года, а также с 14.04.1990 года по 14.04.1991 года подлежат включению в стаж, дающий ей право на назначение досрочной пенсии по старости в соответствии с ч. 1.2 ст. 8 Закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ. Кроме того, отказывая 22.03.2024 года ФИО3 по заявлению о назначении досрочной пенсии по старости от 16.01.2023 года и прекращая выплату пенсии с 01.04.2024 года ответчик незаконно исключил из стажа периоды работы с 23.12.1985 года по 31.03.1986 года, с 01.04.1988 года по 10.04.1988 года, 15.04.1991 года по 31.05.1991 года в связи с отсутствием сведений о заработной плате ФИО3. Вместе с тем, в спорные периоды, согласно данным трудовой книжки, ФИО3 осуществляла трудовую деятельность в Ермаковском АТП «Транссельхозтехника» в должности старшего бухгалтера и в «Ермаковскагроавтотранс» в должностях старшего бухгалтера, оператора по первичной обработке документов. Таким образом, решение ОСФР по Красноярскому краю от 22.03.2024 года об отказе истцу по заявлению о назначении досрочной пенсии по старости от 16.01.2023 года, а также решение ОСФР по Красноярскому краю от 25.03.2024 года о прекращении выплаты пенсии ФИО3 с 01.04.2024 года, являются незаконными и подлежат отмене, а досрочная страховая пенсия, назначенная ФИО3 по заявлению от 16.01.2023 года с марта 2024 года подлежит выплате. Своими незаконными действиями ответчик причинил моральный вред, выразившейся в душевных и нравственных переживаниях, размер которого истец по первоначальному иску оценивает в 5 000 рублей.

Встречные исковые требования истец по первоначальному иску не признает в полном объеме, поскольку умысла на сокрытие тех или иных данных у нее не имелось, заявление о назначении страховой пенсии по старости было подано ею посредством единого портала государственных услуг Российской Федерации. Довод истца по встречному иску о том, что ФИО3 при заполнении заявления от 16.01.2023 года не заполнила графу об имеющихся у нее детях, тем самым скрыла информацию о наличии детей, нельзя признать состоятельным, поскольку в соответствии с буквальным толкованием подпункта «в» п. 4 заявления от 16.01.2023 года, данный пункт подлежит заполнению, если заявитель обращается за назначением страховой пенсии по старости, страховой пенсией по инвалидности, накопительной пенсией. Вместе с тем, ФИО3 обращалась с заявлением о назначении ей страховой пенсии по старости в соответствии с ч. 1.2 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400- ФЗ, при этом в перечне видов пенсий, за начислением которой обращается гражданин, досрочная страховая пенсия по старости отсутствует, следовательно, при буквальном толковании подпункта «в» пункта 4 заявления заполнению не подлежит. Кроме того, при подаче заявления ФИО4 дала свое согласие на принятие решения о назначении пенсии по имеющимся в распоряжении территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации сведениями индивидуального (персонифицированного) учета без предоставления дополнительных сведений о стаже и заработке. Федеральный закон от 28.12.2013 года № 400-ФЗ дает право выбора гражданам, оформляющимся на пенсию обратиться лично с заявлением о назначении пенсии и соответствующими документами к нему в Клиентскую службу ОСФР, либо обратиться с заявлением о назначении пенсии в форме электронного документа с использованием Единого портала государственных и муниципальных услуг, при этом федеральный закон не содержит норм, обязывающих граждан, обращающихся с заявлением о назначении пенсии до его подачи обращаться в ОСФР по Красноярскому края с заявлением о проведении заблаговременной работы по подготовке к выходу на пенсию. Таким образом, ввиду отсутствия умысла на сокрытие тех или иных данных, а также ввиду того, что отсутствуют основания для утверждения о неосновательном обогащении со стороны ФИО3, последняя просит удовлетворить ее исковые требования, в удовлетворении встречных исковых требований отказать.

Представитель ответчика по первоначальному иску, участвующий в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, с заявленными первоначальными исковыми требованиями не согласился, свою позицию мотивировал следующим. Согласно положениям Закона от 28.12.2013 года «О страховых пенсиях» № 400-ФЗ, лицам, имеющим страховой стаж не менее 42 и 37 лет (соответственно мужчины и женщины), согласно ч. 1.2 ст. 8 Закона № 400-ФЗ, страховая пенсия по старости может назначаться на 24 месяца ранее достижения возраста, предусмотренного ч. 1 и ч. 1.1 названной статьи, но не ранее достижения возраста 60 лет и 55 лет, соответственно мужчины и женщины. Страховой стаж – это учитываемая при определении права на страховую пенсию и ее размера суммарная продолжительность периодов работы и (или) иной деятельности, за которые начислялись или уплачивались страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации, а также иных периодов, засчитываемых в страховой стаж. При этом порядок исчисления страхового стажа, необходимого для приобретения права на досрочную пенсию, отличается от правил исчисления страхового стажа, применяющихся при определении права на обычную страховую пенсию по старости, что обуславливается льготным характером данного вида пенсии и его целевым назначением. Для определения права на пенсию за длительный стаж 37 лет в стаж не включаются периоды учебы, получения пособия по безработице, отпуска без сохранения заработной платы, периоды ухода за ребенком и иные периоды, за которые не производилась уплата страховых взносов в Социальный Фонд Российской Федерации. 16.01.2023 года ФИО3 через Единый портал государственных услуг РФ обратилась с заявлением о назначении досрочной пенсии по старости на основании ч. 1.2. ст. 8 Федерального закона № 400-ФЗ. При заполнении заявления о назначении пенсии на портале государственных услуг Российской Федерации истец (ответчик) графу об имеющихся детях оставила пустой, таким образом, скрыла от ОСФР информацию о наличии у нее детей. Лично в клиентскую службу ОСФР ФИО3 не обращалась, документов к поданному заявлению не представляла, выразила в заявлении свое согласие на назначении пенсии по сведениям индивидуального лицевого счета. Кроме того до подачи заявления о назначении пенсии ФИО3 с заявлением о проведении заблаговременной работы по подготовке к выходу на пенсию не обращалась. Таким образом, при принятии решения по заявлению о назначении досрочной страховой пенсии по старости подсчет стажа работы Скрипоченко О..Г. был произведен на основании сведений индивидуального лицевого счета, в котором отсутствовали сведения о нахождении ФИО3 в отпусках по уходу за ребенком, в связи с чем периоды нахождения ответчика в отпусках по уходу за ребенком были приняты в расчет для назначения пенсии за длительный стаж как периоды работы. В связи с появлением у ОСФР возможности получения информации из информационных баз данных ЕРН в марте 2024 года была проведена тематическая проверка на наличие детей у пенсионеров, вышедших на пенсию по ч. 1.2. ст. 8 Закона № 400-ФЗ, в ходе которой было установлено, что ФИО3 является матерью двоих детей 1988 и ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Пенсионным органом был направлен запрос о предоставлении справок о стаже и заработной плате работодателю ФИО3, согласно которым установлено, что в период с 11.04.1988 года по 03.01.1989 года и с 14.04.1990 года по 14.04.1991.года ФИО3 находилась в отпусках по уходу за ребенком. 21.03.2024 года пенсионным органом было вынесено решение об обнаружении ошибки, допущенной при установлении пенсии из-за несвоевременного предоставления гражданином информации, влияющей на право, а именно – о непредоставление заявителем информации о наличии детей. На основании полученной от работодателя информации стаж ФИО3, дающий право на назначение досрочной пенсии за длительный трудовой стаж был пересчитан. Согласно произведенного расчета стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости на дату подачи заявления – 16.01.2023 года, составил 34 года 10 месяцев 13 дней, то есть право на досрочное назначение страховой пенсии у ФИО3 по состоянию на 16.01.2023 года отсутствовало. Решением ОСФР по Красноярскому краю от 25.03.2024 года выплата пенсии ФИО3 была прекращена с 01.04.2024 года. На момент прекращения выплаты ФИО3 незаконно получила пенсию за период с 16.01.2023 года по 31.03.2024 года в размере 356 987 рублей 27 копеек. Согласно протоколу о выявлении излишне выплаченных пенсионеру сумм пенсии и иных социальных выплат от 09.04.2024 года, с учетом возвращенных средств, размер переплаты пенсии за период с 16.01.2023 года по 31.03.2024 года составил 334 649 рублей 99 копеек. Пенсионный орган полагает, что умышленные действия ФИО3 по непредставлению при заполнении заявления о назначении досрочной страховой пенсии информации о наличии детей, в соответствии со ст. 1102 ГК РФ необходимо расценивать как неосновательное обогащение. Пенсионный орган принимал меры к досудебному урегулированию спора, 17.04.2024 года ответчику было направлено письмо о возмещении незаконно полученной суммы пенсии, однако до настоящего времени переплата не погашена. В судебном заседании представитель пенсионного органа не возражала против включения в страховой стаж ФИО3 периодов работы 23.12.1985 года по 31.03.1986 года, с 01.04.1988 года по 10.04.1988 года, 15.04.1991 года по 31.05.1991 года, поскольку в судебном заседании была представлена уточняющая справка из АО «Ермаковскагроавтотранс», подтверждающая начисления заработной платы в спорные периоды. С учетом изложенного, а также доводов, приведенных во встречном исковом заявлении, представитель пенсионного органа просит в удовлетворении первоначального иска отказать в полном объеме, удовлетворить встречные требования, взыскать со ФИО3 необоснованно полученную сумму пенсии в размере 334 649 рублей 99 копеек.

Выслушав стороны и исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 года №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных этим Федеральным законом.

В соответствии с п. 2 ст. 3 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ страховой стаж - учитываемая при определении права на страховую пенсию и ее размера суммарная продолжительность периодов работы и (или) иной деятельности, за которые начислялись или уплачивались страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации, а также иных периодов, засчитываемых в страховой стаж.

Согласно ч. 1 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону).

Частью 1.2 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ установлено, что лицам, имеющим страховой стаж не менее 42 и 37 лет (соответственно мужчины и женщины), страховая пенсия по старости может назначаться на 24 месяца ранее достижения возраста, предусмотренного частями 1 и 1.1 настоящей статьи, но не ранее достижения возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Согласно ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Из положений ч. 9 ст. 13 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ следует, что при исчислении страхового стажа лиц, указанных в части 1.2 статьи 8 данного Федерального закона, в целях определения их права на страховую пенсию по старости в страховой стаж включаются (засчитываются) периоды работы и (или) иной деятельности, предусмотренные частью 1 статьи 11 этого Федерального закона, а также периоды, предусмотренные пунктом 2 части 1 статьи 12 данного Федерального закона (период получения пособия по обязательному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности). При этом указанные периоды включаются (засчитываются) без применения положений части 8 указанной статьи.

Таким образом, из анализа действующего пенсионного законодательства следует, что только предусмотренные частью 1 статьи 11 и пунктом 2 части 1 статьи 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ периоды подлежат включению в страховой стаж лиц, указанных в части 1.2 статьи 8 указанного Федерального закона, в целях определения их права на страховую пенсию по старости. Периоды учебы, отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет в этот стаж не засчитываются.

Согласно ст. 13 Федерального закона от 17.12.2001 года №173 ФЗ при подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьями 10 и 11 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами (пункт 1).

При подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьями 10 и 11 настоящего Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета (пункт 2).

Аналогичные положения содержаться в ст. 14 Федерального закона Российской Федерации от 28.12.2013 года №400-ФЗ.

Перечень документов, подтверждающих периоды работы как до регистрации гражданина в качестве застрахованного, так и после такой регистрации, включаемые в страховой стаж, установлен постановлением Правительства Российской Федерации от 02.10.2014 года №1015 «Об утверждении правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий» (далее Правила от 2 октября 2014 г. №1015).

Порядок установления страховых пенсий и сроки ее назначения регламентированы статьями 21, 22 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ.

Установление страховых пенсий и выплата страховых пенсий, включая организацию их доставки, производятся органом, осуществляющим пенсионное обеспечение в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 года №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», по месту жительства лица, обратившегося за страховой пенсией (ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ).

В соответствии с ч. 2 ст. 21 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ граждане могут обращаться с заявлениями об установлении, о выплате и доставке страховой пенсии непосредственно в орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, или в многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг по месту жительства в случае, если между органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, и многофункциональным центром предоставления государственных и муниципальных услуг заключено соглашение о взаимодействии и подача указанных заявлений предусмотрена перечнем государственных и муниципальных услуг, предоставляемых в многофункциональном центре, установленным соглашением.

Перечень документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), правила обращения за указанной пенсией, фиксированной выплатой к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), в том числе работодателей, их назначения (установления) и перерасчета их размера, в том числе лицам, не имеющим постоянного места жительства на территории Российской Федерации, перевода с одного вида пенсии на другой, проведения проверок документов, необходимых для установления указанных пенсий и выплат, правила выплаты страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), осуществления контроля за их выплатой, проведения проверок документов, необходимых для их выплаты, правила ведения пенсионной документации, а также сроки хранения выплатных дел и документов о выплате и доставке страховой пенсии, в том числе в электронной форме, устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации (ч. 6 ст. 21 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ).

Необходимые для установления страховой пенсии и выплаты страховой пенсии документы могут быть запрошены у заявителя только в случаях, если необходимые документы не находятся в распоряжении государственных органов, органов местного самоуправления либо подведомственных государственным органам или органам местного самоуправления организаций, за исключением случаев, если такие документы включены в определенный Федеральным законом от 27.07.2010 года №210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» перечень документов (ч. 7 ст. 21 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ).

Иные необходимые документы запрашиваются органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, в иных государственных органах, органах местного самоуправления либо подведомственных государственным органам или органам местного самоуправления организациях и представляются такими органами и организациями на бумажном носителе или в электронной форме. Заявитель вправе представить указанные документы по собственной инициативе (ч. 8 ст. 21 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ).

В части 3 ст. 22 Федерального закона от 28.12.2013 года №400- ФЗ указано, что в случае, если к заявлению о назначении страховой пенсии приложены не все необходимые документы, подлежащие представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 названного федерального закона, орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, дает лицу, обратившемуся за страховой пенсией, разъяснение, какие документы он должен представить дополнительно. Если такие документы будут представлены не позднее чем через три месяца со дня получения соответствующего разъяснения, днем обращения за страховой пенсией считается день приема заявления о назначении страховой пенсии, или дата, указанная на почтовом штемпеле организации федеральной почтовой связи по месту отправления данного заявления, или дата подачи заявления с использованием информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, в том числе информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», включая Единый портал государственных и муниципальных услуг, или дата приема заявления многофункциональным центром предоставления государственных и муниципальных услуг.

Приказом Минтруда России от 05.08.2021 № 546н были утверждены Правила обращения за страховой пенсией, фиксированной выплатой к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, накопительной пенсией, в том числе работодателей, и пенсией по государственному пенсионному обеспечению, их назначения, установления, перерасчета, корректировки их размера, в том числе лицам, не имеющим постоянного места жительства на территории Российской Федерации, проведения проверок документов, необходимых для их установления, перевода с одного вида пенсии на другой в соответствии с федеральными законами «О страховых пенсиях», «О накопительной пенсии» и «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», которые действовали на дату обращения ФИО3 за назначением пенсии. Эти правила определяли порядок обращения за страховой пенсией, рассмотрения этих обращений, порядок назначения пенсии, перерасчета и корректировки размера пенсии, перехода (перевода) с одной пенсии на другую, а также правила проведения проверок документов, необходимых для установления пенсии.

В рамках исполнения этих обязанностей территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации при обращении гражданина по вопросу установления пенсии независимо от формы такого обращения (телефонный звонок, устное обращение, письменное обращение) должен зарегистрировать такое обращение в журнале регистрации заявлений и разъяснить гражданину его права, связанные с пенсионным обеспечением, а именно: имеет ли он право на получение пенсии, о нормативных правовых актах, регулирующих вопросы назначения пенсии (основания и условия назначения пенсии), о документах, необходимых для оценки его права на назначение пенсии, о подаче заявления о назначении пенсии в письменном виде по соответствующей форме, а при рассмотрении документов, представленных для установления пенсии, дать оценку документам, представленным гражданином, содержащимся в них сведениям, запросить документы (сведения), находящиеся в распоряжении иных государственных органов, органов местного самоуправления либо подведомственных государственным органам или органам местного самоуправления организаций, в случае если такие документы не были представлены заявителем по собственной инициативе.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 25 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 названного Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 28 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), а работодатели, кроме того, - за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования (часть 1).

В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 данного Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (часть 2).

В случаях невыполнения или ненадлежащего выполнения обязанностей, указанных в части 1 настоящей статьи, и выплаты в связи с этим излишних сумм страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии) работодатель и (или) пенсионер возмещают пенсионному органу, производящему выплату страховой пенсии, причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (часть 3).

Согласно части 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, в частности: заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (пункт 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений пункта 3 статьи 1109 ГК РФ не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.

При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.

Эти нормы ГК РФ о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться и за пределами гражданско-правовой сферы, в частности в рамках пенсионных правоотношений.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 февраля 2018 г. №10-П отмечено, что судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств Пенсионного фонда Российской Федерации, обусловленным выплатой пенсии по инвалидности, назначенной на основе решения уполномоченной организации, признанного впоследствии недействительным ввиду допущенных при его принятии процедурных нарушений, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена пенсия. Это соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной им в постановлениях от 6 июня 1995 г. №7-П, от 13 июня 1996 г. №14-П, от 28 октября 1999 г. №14-П, от 22 ноября 2000 г. №14-П, от 14 июля 2003 г. №12-П, от 12 июля 2007 г. №10-П и др. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из статей 1 (часть 1), 2, 7, 18, 19 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов, и в конечном итоге - к несоразмерному ограничению конституционного права на социальное обеспечение (статья 39, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации) (абзац девятый пункта 4 Постановления).

С учетом подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права и изложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации с гражданина, которому пенсионным органом назначены страховая (трудовая) пенсия по старости и фиксированная выплата, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности в действиях такого гражданина. При этом бремя доказывания недобросовестности со стороны гражданина при получении им денежных сумм лежит на пенсионном органе, требующем их возврата.

В ходе рассмотрения дела по существу судом были установлены следующие обстоятельства.

16.01.2023 года ФИО3 обратилась с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в ОСФР по Красноярскому краю посредством единого портала государственных услуг РФ, где дала согласие на назначение пенсии по имеющимся в распоряжении территориального органа Пенсионного фонда сведениям индивидуального (персонифицированного) учета без представления дополнительных сведений о стаже и заработке. При этом в заявлении о назначении пенсии сведений о детях (фамилий, имен, отчеств в соответствии со свидетельствами о рождении, даты рождения, страховой номер индивидуального лицевого счета) в пп. «в» п. 3 заявления, не указала (л.д. 44-46).

На основании заявления ФИО3 и в соответствии с имеющимися сведениями индивидуального лицевого счета застрахованного лица о продолжительности страхового стажа 37 лет 0 месяцев 2 дня, решением ОСФР по Красноярскому краю от 16.01.2023 года ФИО3 назначена пенсия в соответствии со ст. 8 закона № 400-ФЗ с 16.01.2023 года бессрочно (л.д. 50).

В марте 2024 года пенсионным органом была проведена тематическая проверка на наличие детей у пенсионеров, вышедших на пенсию по ч. 1.2 ст. 8 Закона № 400-ФЗ, в ходе которой было установлено, что ФИО3 является матерью двоих детей 1988 и ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 63, 64).

Пенсионным органом был направлен запрос о предоставлении справок о стаже и заработной плате работодателю ФИО3, согласно которым установлено, что в период с 11.04.1988 года по 03.01.1989 года и с 14.04.1990 года по 14.04.1991.года ФИО3 находилась в отпусках по уходу за ребенком (л.д. 68).

21.03.2024 года пенсионным органом было вынесено решение об обнаружении ошибки, допущенной при установлении пенсии из-за несвоевременного предоставления гражданином информации, влияющей на право, а именно – о непредоставление заявителем информации о наличии детей (л.д. 69).

На основании полученной от работодателя информации стаж ФИО3, дающий право на назначение досрочной пенсии за длительный трудовой стаж был пересчитан. Согласно произведенного расчета стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости на дату подачи заявления – 16.01.2023 года, составил 34 года 10 месяцев 13 дней, то есть право на досрочное назначение страховой пенсии у ФИО3 по состоянию на 16.01.2023 года отсутствовало, в связи с чем решением пенсионного органа от 22.03.2024 года ФИО3 было отказано в назначении досрочной страховой пенсии за длительный трудовой стаж по заявлению от 16.01.2023 года (л.д. 70).

При этом в страховой стаж в соответствии с ч. 1.2 ст. 8 Федерального закона № 400-ФЗ не были зачтены следующие периоды: период нахождения ФИО3 в отпусках по уходу за детьми с 11.04.1988 года по 03.01.1989 года, а также с 14.04.1990 года по 14.04.1991 года; с 23.12.1985 года по 31.03.1986 года, с 01.04.1988 года по 10.04.1988 года, 15.04.1991 года по 31.05.1991 года в связи с отсутствием сведений о заработной плате ФИО3 (л.д. 71).

Разрешая требования истца о признании незаконным решения ОСФР по Красноярскому краю от 22.03.2024 года об отказе в назначении досрочной пенсии по старости по заявлению ФИО3 от 16.01.2023 года суд приходит к выводу о том, что по состоянию на 16.01.2023 года у истца по первоначальному иску отсутствовало право на назначение страховой пенсии по старости за длительный трудовой стаж ввиду того, что период отпуска по уходу за ребенком в специальный стаж не засчитывается, в связи с чем, ответчиком по первоначальному иску периоды с 11.04.1988 года по 03.01.1989 года, а также с 14.04.1990 года по 14.04.1991 года из специального стажа были исключены правомерно.

Судом отклоняется довод истца о том, что в соответствии с в соответствии с п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 года № 30 «О практике рассмотрения дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» отпуск по уходу за ребенком, начавшийся до 6 октября 1992 г., с учетом законодательства, действующего в указанный период, подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии по старости, независимо от момента его окончания, поскольку Пленум разъяснил периоды включения в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости на основании ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», то есть категориям граждан, занимавшихся определенным видом деятельности, тогда как ч. 1.2 ст. 8 упомянутого закона предусматривает иное основание для назначение пенсии. (определенное количество страхового стажа).

Таким образом, правовых оснований для применения в отношении истца положений ч. 1.2. ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ, предусматривающей возможность досрочного назначения пенсии по старости, у ответчика не имелось, поскольку на дату обращения в пенсионный орган страховой стаж истца составил менее 37 лет.

С учетом приведенных выше правовых норм требование истца об обязании включить в страховой стаж периоды с 11.04.1988 года по 03.01.1989 года, а также с 14.04.1990 года по 14.04.1991 года удовлетворению не подлежит, также как и не подлежит удовлетворению требование об обязании ответчика возобновить выплату пенсии с марта 2024 года, поскольку по состоянию на 16.01.2023 года истец не была наделена правом на получение досрочной пенсии.

Вместе с тем, анализируя имеющиеся в деле документы и пояснения сторон, суд приходит к выводу о том, что требования ФИО3 о включении спорных периодов с 23.12.1985 года по 31.03.1986 года, с 01.04.1988 года по 10.04.1988 года, 15.04.1991 года по 31.05.1991 года в страховой стаж при определении права на страховую пенсию по старости в соответствии с ч. 1.2 ст. 8 Закона № 400-ФЗ, подлежат удовлетворению.

Суд исходит из того, что исследованные материалы, в том числе пояснения по запросу суда из АО «Ермаковскагроавтотранс» свидетельствуют о наличии правовых оснований для включения в страховой стаж истца для назначения досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с частью 1.2 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ спорных периодов с 23.12.1985 года по 31.03.1986 года, с 01.04.1988 года по 10.04.1988 года, 15.04.1991 года по 31.05.1991 года, поскольку факт работы истца в указанные периоды, а также факт получения ею заработной платы является основанием для включения оспариваемых периодов в страховой стаж (л.д. 218, 219-225).

Оценивая требование ФИО3 о взыскании в ее пользу денежной компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей, суд не находит оснований для его удовлетворения в виду следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Нарушение пенсионных прав гражданина затрагивает его имущественные права.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Из содержания пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 декабря 2012 г. № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» следует, что, поскольку нарушения пенсионных прав затрагивают имущественные права граждан, требования о компенсации морального вреда исходя из положений п. 2 ст. 1099 ГК РФ, не подлежат удовлетворению, так как специального закона, допускающего в указанном случае возможность привлечения органов, осуществляющих пенсионное обеспечение, к такой ответственности, не имеется.

Из искового заявления следует, что требование о взыскании компенсации морального вреда истец мотивировал неправомерными действиями ответчика, который не включил в стаж отдельные периоды, в результате чего он был лишен возможности получить пенсию. Вместе с тем, доказательств, свидетельствующих о нарушении пенсионным органом личных неимущественных прав истца, посягательства на принадлежащие ему другие нематериальные блага, не представлено и судом не установлено.

При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения требования о взыскании денежной компенсации морального вреда у суда не имеется.

Разрешая встречные исковые требования ОСФР по Красноярскому краю к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения суд исходит из следующего.

Согласно приведенным выше норм права, подлежащим применению к спорным правоотношениям, с гражданина, которому пенсионным органом назначена страховая пенсия по старости, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности в действиях такого гражданина. При этом бремя доказывания недобросовестности со стороны гражданина при получении им денежных сумм лежит на пенсионном органе, требующем их возврата.

Суд исходит из того, что полномочия пенсионного органа, а также действия сотрудников при получении заявлений от граждан о назначении пенсий, закреплены на законодательном уровне. При получении заявления от гражданина пенсионный орган наделен полномочиями как по приостановлению рассмотрения такого заявления для проведения соответствующей проверки, так и полномочиями по истребованию дополнительных документов, необходимых для решения вопроса. Вместе с тем, в рассматриваемом случае решение по заявлению ФИО3 было принято в автоматическом режиме в день его поступления – 16.01.2023 года. Суд полагает, что истец по встречному иску, являющийся специальным субъектом и осуществляющим профессиональную деятельность в области обеспечения и гарантии защиты пенсионных прав граждан, мог предполагать наличие детей у лица женского пола и, соответственно, нахождение ФИО3 в отпуске по уходу за ребенком, в связи с чем, мог принять дополнительные меры по установлению данного факта.

Истец по встречному иску должен был проверить предоставленное ФИО3 заявление на наличие оснований для назначения досрочной страховой пенсии и только при отсутствии сомнений в правильности составленных документов, назначить и производить выплату пенсии, однако этого было сделано по истечению года после назначения досрочной пенсии, при этом недобросовестных действий со стороны ФИО3 при подаче документов для назначения страховой пенсии либо совершения каких-либо иных неправомерных действий, направленных на введение пенсионного органа в заблуждение с целью получения пенсионного обеспечения, не установлено.

Судом отклоняется довод истца по встречному иску о том, что ФИО3 в силу занимаемой должности и имеющегося уровня знаний должна была знать о том, что период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не подлежит включению в специальный трудовой стаж в порядке ч. 1.2 ст. 8 Федерального Закона № 400-ФЗ, поскольку в судебном заседании умысла на сокрытие данного факта со стороны ответчика по встречному иску установлено не было. Профессиональными знаниями в области пенсионного законодательства ФИО3 не обладает.

Само по себе обращение ФИО3 с заявлением о назначении страховой пенсии по старости путем направления заявления в форме электронного документа с использованием информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования и указание на согласие с принятием решения о назначении пенсии по имеющимся в распоряжении территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации сведениям индивидуального (персонифицированного) учета без предоставления дополнительных сведений о стаже и заработке, не противоречит преведенному выше правовому регулированию.

Судом установлено, что произошедшая переплата пенсии вызвана не недобросовестностью со стороны истца (ответчика) ФИО3, а не полной информацией, которую пенсионный орган должен был и мог истребовать при получении заявления ФИО3.

Доказательств, подтверждающих факт предоставления ФИО3 в пенсионный орган недостоверных сведений для назначения и выплаты пенсии, либо наличие ее противоправных действий (бездействия), неисполнения или ненадлежащего исполнения ею возложенных на нее обязанностей, которые повлекли причинение ущерба органу, осуществляющему пенсионное обеспечение, в виде излишне выплаченной пенсии, судом не установлено.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства, а также учитывая то, что истцом по встречному иску не представлено доказательств того, что излишне выплаченные ответчику ФИО3 суммы пенсии явились результатом недобросовестности с её стороны, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречных исковых требований.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО3 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю о признании действий незаконными, об обязании совершить действия и о взыскании денежной компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю включить в страховой стаж ФИО3, дающий ей право на назначение досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с ч. 1.2 ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ периоды работы с 23.12.1985 года по 31.03.1986 года, с 01.04.1988 года по 10.04.1988 года, а также с 15.04.1991 года по 31.05.1991 года в АО «Ермаковскагроавтотранс».

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю о признании действий незаконными, об обязании совершить действия и о взыскании денежной компенсации морального вреда – отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Красноярскому краю к ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано через Ермаковский районный суд Красноярского края в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня принятия мотивированного решения суда.

Председательствующий: С.Б. Степанова

Мотивированное решение изготовлено 24.12.2024 года