Апелляционное определение № 11-4967/2026 от 8 апреля 2026 г.

Судья Чепур Я.Х.

Дело № 2 – 3931/2025

УИД 74RS0032-01-2025-005303-91


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-4967/2026
09 апреля 2026 года
город Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Скрябиной С.В.,

судей Елгиной Е.Г., Стяжкиной О.В.,

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Бурлаковой Ю.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Завод тяжелых машин» о взыскании недополученной заработной платы, денежной компенсации за просрочку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе Общества с ограниченной ответственностью «Завод тяжелых машин» на решение Миасского городского суда Челябинской области от 24 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Скрябиной С.В. об обстоятельствах дела, объяснения представителя ответчика ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Завод тяжелых машин» (далее - ООО «Завод тяжелых машин») о взыскании невыплаченной заработной платы, недополученной премии, компенсации за просрочку выплаты заработной платы по состоянию на 20 октября 2025 года с последующим взысканием компенсации по день фактической выплаты задолженности по заработной плате, взыскании денежной компенсации морального вреда, возмещении расходов по оплате юридических услуг, почтовых расходов.

В обоснование иска указала, что с 18 февраля по 01 сентября 2025 года она работала <данные изъяты> в структурном подразделении в ООО «Завод тяжелых машин». Трудовым договором ей был установлен должностной оклад в размере 38 500 руб., районный коэффициент 15%, дополнительным соглашением от 01 июля 2025 года ей установлен должностной оклад в размере 46 130 руб. Кроме того, предусмотрена премия в размере до 30%. Однако ей регулярно задерживалась выплата заработной платы, а при увольнении с ней не был своевременно произведен окончательный расчет. Кроме того, за период июнь – август 2025 года работодатель необоснованно начислил ей премию в размере 10% вместо положенных 30% при отсутствии с ее стороны каких-либо упущений.

Истец и ее представитель ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании суда первой инстанции иск поддержали.

Представитель ответчика при надлежащем извещении в суд не явился.

Решением суда исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Суд взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию за просрочку выплаты заработной платы в размере 656,66 руб., компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб., почтовые расходы в размере 84 руб., в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7 898,42 руб.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда в части размера компенсации морального вреда изменить, снизив размер до разумного и обоснованного, соответствующего принципам справедливости, указывая, что судом первой инстанции оставлено без внимания ходатайство представителя ответчика об отложении судебного заседания в связи с болезнью детей, чем нарушено право ответчика на надлежащую защиту. Нерассмотрение заявленного ходатайство и проведение судебного заседания в отсутствие представителя ответчика лишило его возможности представить пояснения, дополнительные доказательства и полноценно участвовать в судебном разбирательстве, что повлияло на исход дела. При взыскании компенсации морального вреда судом не учтены доводы ответчика о недопустимости принятия ряда доказательств и отсутствии оснований для взыскания компенсации в заявленном размере. При определении размера компенсации морального вреда судом не учтено отсутствие доказательств физических или нравственных страданий, связанных с задержкой заработной платы, не представлены медицинские документы, подтверждающих ухудшение состояния здоровья, чеки на покупку лекарств или услуг психологов. Представленные в материалы дела обследование несовершеннолетнего иждивенца не связано с задержкой заработной платы. Кроме того, скриншоты по кредитному договору не являются допустимым доказательством, поскольку не содержат ключевых реквизитов: даты и времени создания снимка, адреса интернет-страницы, подписи лица, сделавшего снимок, информации о технических средствах. Они не подтверждают связь с задержкой зарплаты, так как отсутствуют данные о целях кредита, его сроке, процентной ставке и других существенных условиях. Также истцом не представлены подтверждающие документы несения расходов на оплату юридических услуг, связи их с рассматриваемым делом. После увольнения истец была трудоустроена, в связи с чем добровольное расторжение трудового договора не привело к длительным психологическим страданиям или существенным жизненным трудностям. На момент увольнения истца ответчик не обладал достаточным количеством денежных средств для выплаты всех причитающихся ей сумм, а в случае продолжения работы, задолженность была бы выплачена в более короткий срок. В октябре 2025 года была погашена задолженность перед другими работниками ответчика. Полагает, что взысканная судом компенсация морального вреда является завышенной, поскольку в судебной практике имеются случаи взыскания значительно меньших сумм за аналогичные нарушения.

В своих возражениях на апелляционную жалобу истец просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Истец в судебное заседание суда апелляционной инстанции при надлежащем извещении не явилась. В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным провести судебное заседание в ее отсутствие.

Согласно частям 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В связи с тем, что решение суда обжалуется только ответчиком только в части определенного судом размера компенсации морального вреда, а также судебных расходов, подлежащих возмещению, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в обжалуемой части и по тем доводам, которые изложены в апелляционной жалобе ответчика.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для ее удовлетворения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 с 18 февраля 2025 года работала в ООО «Завод тяжелых машин» <данные изъяты> в структурном подразделении - Администрация, 01 сентября 2025 года трудовой договор между сторонами прекращен (л.д. 19-31, том 1).

Трудовым договором от 18 февраля 2025 года № 360, заключенным между ООО «Завод тяжелых машин» и ФИО1, предусматривалось, что работнику установлен должностной оклад в размере 38 500 руб., районный коэффициент 15%, за добросовестное и качественное выполнение работником трудовых обязанностей работодатель вправе выплачивать премию, выплата заработной платы установлена: 30 числа текущего месяца – аванс, 15 числа месяца, следующего за отработанным – окончательный расчет за отработанный месяц. Дополнительным соглашением от 01 июля 2025 года к трудовому договору истцу установлен должностной оклад в размере 46 130 руб., на который начисляется уральский коэффициент в размере 15%, премия в размере до 30%. Работодатель вправе устанавливать стимулирующие и компенсационные выплаты (доплаты, надбавки, премии и т.п.). Размеры и условия таких выплат определены в Положении об оплате труда, Положении о премировании работников, с которыми работник ознакомлен при подписании настоящего договора (л.д. 129-134, л.д. 137-139, л.д.140-145 том 1).

Согласно записке-расчету при прекращении трудового договора с работником ООО «Завод тяжелых машин» следует, что задолженность работодателя по выплате заработной платы составляет 111 607,75 руб. (л.д. 149-150, том 1).

Как следует из представленного ответчиком платежного поручения от 11 декабря 2025 года, ООО «Завод тяжелых машин» выплатил в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 111 607,75 руб., согласно платежному поручению от 12 декабря 2025 года ООО «Завод тяжелых машин» выплатил в пользу ФИО1 компенсацию за задержку заработной платы в размере 17 683,13 руб., что истцом не оспаривалось (л.д. 12-33, том 2).

Разрешая требования истца о взыскании задолженности по заработной плате, суд первой инстанции исходил из того, что ответчиком ко дню разрешения спора задолженность по заработной плате добровольно погашена, в связи с чем пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Сославшись на положение статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая, что 12 декабря 2025 года ответчиком в пользу истца выплачена компенсация за задержку заработной платы в размере 17 683,13 руб., суд взыскал с ответчика компенсацию за задержку заработной платы в размере 656,66 руб., исходя из расчета истца компенсации за задержку заработной платы по состоянию на 12 декабря 2025 года: 18 339,79 руб. - 17 683,13 руб.

Разрешая требования истца о взыскании недоначисленной и невыплаченной премии, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 135, 191 Трудового кодекса Российской Федерации, Положением об оплате труда ООО «Завод тяжелых машин», исходил из того, что премия как стимулирующая выплата, предусмотренная системой оплаты труда, установленной в ООО «Завод тяжелых машин» Положением об оплате труда работников, не является гарантированной выплатой, поскольку поставлена в зависимость от несколько факторов, в том числе от показателей эффективности работы организации, объема трудового вклада конкретного работника и качества выполнения им должностных обязанностей. Учитывая, что работодатель не может быть ограничен в определении критериев оценки трудового вклада работника в целях установления размера такой стимулирующей выплаты, как премия, за период с июня по август 2025 года работодателем истцу выплачивалась премия в размере 10%, при этом им не производилось снижение размера премии в связи с привлечением ее к дисциплинарной ответственности, пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца премии.

Частично удовлетворяя требование ФИО1 о компенсации морального вреда, суд первой инстанции сослался на статью 237 Трудового кодекса Российской Федерации и пришел к выводу о том, что допущенные работодателем нарушения права истца на оплату труда являются основанием для возложения на ответчика обязанности по компенсации причиненного ей морального вреда.

Определяя размер подлежащей взысканию с ООО «Завод тяжелых машин» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции указал, что он исходит из значимости для истца нематериальных благ нарушенных ответчиком, характера и длительности такого нарушения, размера окончательного расчета при увольнении, выплаты заработной платы и компенсации только после обращения истца в суд за защитой нарушенного права, значимости нарушенного права, степени вины ответчика, не представившего доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствовавших своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, нравственных страданий работника, индивидуальных особенностей работника, требований разумности и справедливости, посчитав достаточной сумму компенсации морального вреда в размере 40 000 руб.

Судебная коллегия считает, что выводы суда в части определения размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда основаны на верном применении норм материального права, регулирующих спорные отношения.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и (индивидуальных особенностей потерпевшего (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" приведены разъяснения о том, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 названного постановления).

В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» указано, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (абзац первый пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика обжалуемое решение отвечает положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению.

Суд первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда в совокупности оценил действия работодателя, соотнес их с причиненными работнику в результате несвоевременного окончательного расчета при увольнении нравственными страданиями и индивидуальными особенностями ее личности, учел заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерность компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда приведены в судебном решении, оснований не согласиться с которыми у судебной коллегии не имеется.

Судом сделаны правильные выводы по фактическим обстоятельствам дела, на основании имеющихся в гражданском деле доказательств, которые оценены им по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, объективном и непосредственном исследовании доказательств, учтены доводы ответчика, изложенные в его возражениях на исковое заявление (л.д. 127-128, том 1, л.д. 10-11, том 2).

Доводы ответчика, содержащиеся в апелляционной жалобе о том, что после увольнения истец была трудоустроена, в связи с чем добровольное расторжение трудового договора не привело к длительным психологическим страданиям или существенным жизненным трудностям, что на момент увольнения истца ответчик не обладал достаточным количеством денежных средств для выплаты всех причитающихся ей сумм, а в случае продолжения работы, задолженность была бы выплачена в более короткий срок, не могут являться основанием для снижения размера компенсации морального вреда. Указанные доводы ответчика не могут быть приняты во внимание, поскольку основаны на ошибочном толковании норм материального права, а также по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела, при этом выводы суда мотивированно изложены в указанной части, соответствуют обстоятельствам конкретного спора, судом учтена степень нарушения трудовых прав истца, основание и причина нарушения ее права в результате несвоевременной выплаты работнику заработной платы.

Удовлетворяя требования истца о возмещении судебных расходов на оплату услуг представителя, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание сложность дела, объем оказанных представителем услуг (консультация, составление искового заявления, уточненного иска, участие в двух судебных заседаниях), конкретные обстоятельства рассмотренного дела, сведения о стоимости юридических услуг в судах общей юрисдикции Челябинской области за 3 и 4 кварталы 2024 года, предоставленные Южно-Уральской торгово-промышленной палатой, с учетом мнения представителя ответчика о завышенной сумме услуг, а также учитывая принцип разумности и соразмерности расходов, пришел к выводу о том, что истцу возможно возместить расходы по оплате услуг ее представителя в размере 10 000 руб.

Вопреки доводам апелляционной жалобы в подтверждение понесенных расходов на услуги представителя истцом были представлены договор на оказание юридических услуг от 10 сентября 2025 года, в соответствии с которым исполнитель взяла на себя обязательство оказать услуги по проведению устной консультации по вопросу задержки заработной платы работодателем ООО «Завод тяжелых машин», подготовке письменной претензии (расчет компенсации за задержку заработной платы, расчет недополученной (недоначисленной) премии) в адрес работодателя, подготовке искового заявления и пакета документов при неудовлетворении претензии работодателем и его предъявления, сборе доказательств в рамках судебного дела, при необходимости представлять интересы доверителя при проведении переговоров с работодателем, стоимость услуг по договору определена сторонами в 10 000 руб. Кроме того, истцом представлен акт сдачи-приема выполненных заказчиком работ и чеки № 200сорс7hs от 10 сентября 2025 года, № 200g3ragl4 от 25 сентября 2025 года о перечислении денежных средств на общую сумму 10 000 руб. (л.д. 70-72, том 2).

Оказание услуг представителем подтверждено и материалами дела (исковым заявлением, уточнениями к исковому заявлению, участие его в судебном заседании 24 декабря 2025 года продолжительностью 33 минуты (л.д. 9-17, л.д. 118, том 1, л.д. 37-38, том 2).

Также в соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции, признав необходимыми расходы на оплату почтовых расходов за направление иска в адрес ответчика, взыскал с него в пользу ФИО1 84 руб.

Ссылки ответчика на нерассмотрение заявленного представителем ответчика ходатайства об отложении судебного заседания и проведение судебного заседания в отсутствие представителя ответчика, что лишило его возможности представить пояснения, дополнительные доказательства и полноценно участвовать в процессе и повлияло на исход дела, судебная коллегия отклоняет, так как считает, что они не свидетельствуют о нарушении судом норм процессуального права. Суд был вправе рассмотреть дело в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителя ответчика, надлежащим образом извещенного о времени и месте рассмотрения дела. Кроме того, отложение судебного разбирательства при неявке представителя стороны является правом, а не обязанностью суда. При таких обстоятельствах у суда первой инстанции имелись основания для рассмотрения дела в отсутствие ответчика.

Кроме того, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» обращено внимание судов на необходимость строгого соблюдения установленных статьей 154 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сроков рассмотрения трудовых дел.

В соответствии с частями 1 статьи 98, статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 1, 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, судом с ответчика в доход местного бюджета пропорционально удовлетворенной части имущественных требований (учитывая добровольное возмещение ответчиком задолженности по заработной плате и компенсации после подачи иска в суд) и с учетом удовлетворения неимущественных требований о взыскании компенсации морального вреда взыскана государственная пошлина в размере 7 898,42 руб. (111 607,75 руб. + 18 339,79 руб. – 100 000 руб.) х 3% + 4 000 + 3 000 руб.).

Определением Челябинского областного суда от 04 марта 2025 года было удовлетворено ходатайство ответчика об отсрочке уплаты государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на решение Миасского городского суда Челябинской области от 24 декабря 2025 года, ему предоставлена отсрочка уплаты госпошлины при подаче апелляционной жалобы на решение Миасского городского суда Челябинской области от 24 декабря 2025 года до рассмотрения по существу апелляционной жалобы.

Таким образом, в соответствии с частями 1 статьи 98, статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 19 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина за подачу апелляционной жалобы в размере 15 000 руб.

В целом доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с постановленным судом решением, что не может являться основанием для его отмены.

С учетом вышеизложенного обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, которая не содержит предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда первой инстанции, - оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Миасского городского суда Челябинской области от 24 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Завод тяжелых машин» – без удовлетворения.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Завод тяжелых машин» (ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы 15 000 руб.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 23 апреля 2026 года.