Решение № 2-326/2019 2-326/2019~М-223/2019 М-223/2019 от 28 мая 2019 г. по делу № 2-326/2019

УИД 86RS0013-01-2019-000389-21


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 мая 2019 года город Радужный

Радужнинский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе судьи Гаитовой Г.К., при секретаре Волошиной Т.Ю., с участием представителя истца адвоката Острянского Ю.А., ответчика ФИО1, третьего лица ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-326/2019 по исковому заявлению ФИО4 ФИО14 к ФИО1 ФИО15 (третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 ФИО16) о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. В обоснование иска указал, что в 15 час. 40 мин. 08 февраля 2019 года на перекрестке улиц Нефтяников и Новая г. Радужный водитель ФИО2, управлявший автомобилем УАЗ PICKUP, государственный регистрационный знак №, принадлежащим на праве собственности ответчику, совершил дорожно-транспортное происшествие с принадлежащим ему, истцу, на праве собственности автомобилем ФОЛЬКСВАГЕН TIGUAN, государственный регистрационный знак №. В результате этого автомобилю истца причинены многочисленные механические повреждения. Вина водителя ФИО2, подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении от 08 февраля 2019 года по ч. 2 ст. 12.37 КоАП РФ, схемой места дорожно-транспортного происшествия от 08 февраля 2019 года, постановлением по делу об административном правонарушении от 08 февраля 2019 года по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, протоколом об административном правонарушении от 08 февраля 2019 года по ч. 1 ст. 12.15 КоАПРФ. Как следует из приложения к административному материалу, транспортное средство УАЗ PICKUP полиса ОСАГО не имеет и принадлежит ответчику, вследствие чего ущерб обязан возместить собственник ФИО1 Подтвержденными убытками являются: расходы на эвакуатор в размере 20 000 руб.; расходы на бензин (поездка из пгт. Новоаганск в г. Радужный для заключения договора об оценке) в размере 675 руб.; расходы на бензин (поездка из пгт. Новоаганск в г. Радужный для оценки ТС) в размере 675 руб.; расходы на извещение (телеграмма приглашение на оценку) размере 641,50 руб.; расходы на оценку в размере 3 000 руб.; стоимость восстановительного ремонта согласно отчету ООО «Эгида» в размере 134 904 руб., всего 159 895,50 руб. Ответчик, получив 16 марта 2019 года претензию, от обязанности возмещения вреда пытается уклониться, направляя различных людей для решения вопроса неправовым путем, ставя под угрозу безопасность его семьи. Расходы на оплату услуг представителя составили 25 000 руб. (консультация, подготовка и направление претензии, ведение переговоров с ответчиком, подготовка и направление искового заявления). Ссылаясь на ст. 1064, 1079 ГК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», просил взыскать с ответчика в свою пользу материальный ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, в размере 159 895,50 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 698 руб. (л.д. 4-5).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2 (л.д. 2-3).

В письменных возражениях на иск ответчик ФИО1 указал, что согласно ст. 1064 и 1079 ГК РФ вред подлежит возмещению лицом, причинившим вред, т.е. ФИО2, которому он передал ключи и документы от автомобиля и соответствующую доверенность. Просил в иске отказать (л.д. 120-121).

Письменные возражения на иск третьим лицом ФИО2 не представлены (л.д. 76).

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен (л.д. 80, 130), об уважительных причинах неявки суд не уведомил и не просил об отложении судебного разбирательства либо о рассмотрении дела без его участия. На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие истца.

Представитель истца адвокат Острянский Ю.А., действующий на основании ордера (л.д. 87), в судебном заседании дал пояснения, аналогичные доводам иска. Просил учесть, что ФИО1 является владельцем источника повышенной опасности и должен возместить истцу ущерб. К истцу и к нему подъезжали незнакомые им лица и, представившись, что они от ФИО1, предлагали договориться о сумме ущерба, а также перевести обязанность по возмещению ущерба на ФИО3, который не работает и трудоустраиваться не намерен, следовательно, у него отсутствует реальная возможность возместить истцу ущерб. Просил иск удовлетворить, взыскать в пользу истца с ФИО1 в возмещение ущерба 134 904 руб., судебные расходы на оценку и экспертное заключение, на отправку телеграмм, на транспортные расходы истца и представителя, на оплату услуг представителя.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании иск не признал и пояснил, что до дорожно-транспортного происшествия оформил на имя ФИО2 генеральную доверенность, на основании которой тот должен был заключить договор страхования. Полагал, что возместить ущерб обязан виновник дорожно-транспортного происшествия. Также не согласился с размером ущерба, полагая, что автомобиль возможно восстановить за 30 000 руб. Просил в иске отказать.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании поддержал доводы ответчика, просил в иске отказать.

Выслушав представителя истца, ответчика, третье лицо, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно материалам дела об административном правонарушении в 15 час. 40 мин. 08 февраля 2019 года на перекрестке улиц Нефтяников и Новая г. Радужный произошло дорожно-транспортное происшествие с участием ФИО2, управлявшего транспортным средством УАЗ PICKUP, государственный регистрационный знак №, принадлежащим ФИО1, и ФИО4, управлявшего принадлежащим ему транспортным средством ФОЛЬКСВАГЕН TIGUAN, государственный регистрационный знак № (л.д. 9, 10).

Вина ФИО2 в совершении дорожно-транспортного происшествия подтверждается заверенными надлежащим образом копиями сведения о водителях и транспортных средствах, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии от 08 февраля 2019 года, схемы места дорожно-транспортного происшествия от 08 февраля 2019 года, протокола об административном правонарушении от 08 февраля 2019 года, постановлений по делу об административном правонарушении от 08 февраля 2019 года и приложения к ним. Согласно указанным документам ФИО2 нарушил правила расположения транспортного средства на проезжей части, не выдержал боковой интервал и допустил столкновение с автомобилем истца (л.д. 7-11).

Непосредственно само событие дорожно-транспортного происшествия, в результате которого принадлежащее истцу транспортное средство получило механические повреждения, а также вина водителя ФИО2, управлявшего транспортным средством УАЗ PICKUP, государственный регистрационный знак №, участвующими в деле лицами не оспорены, иными доказательствами не опровергнуты.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 1079 ГК РФ установлено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Обсуждая вопрос об ответственности ответчика и третьего лица, управлявшего принадлежащим ФИО1 транспортным средством, суд приходит к следующему.

Из материалов дела об административном правонарушении следует, что транспортное средство УАЗ PICKUP, государственный регистрационный знак №, принадлежит ответчику ФИО1, что им и третьим лицом в судебном заседании оспорено не было.

По смыслу положений ст. 1079 ГК РФ ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его законный владелец (в данном случае – собственник), если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Следовательно, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания передачи права владения иному лицу как основания освобождения от гражданско-правовой ответственности возлагается на собственника транспортного средства.

При этом суд критически относится к возражениям ФИО1 в той части, что на основании выданной им генеральной доверенности именно ФИО2 должен был заключить договор страхования.

Как указывалось выше, согласно п. 1 и 2 ст. 1079 ГК РФ ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасностью, несет лицо, которое владеет им на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.), если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Как разъяснено в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). Согласно ст. 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (п. 2 ст. 1079 ГК РФ).

По смыслу ст. 1079 ГК РФ, лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование и он пользуется им по своему усмотрению. Если в обязанности лица, в отношении которого оформлена доверенность на право управления, входят лишь обязанности по управлению транспортным средством по заданию и в интересах другого лица, за выполнение которых он получает вознаграждение (водительские услуги), такая доверенность может являться одним из доказательств по делу, подтверждающим наличие трудовых или гражданско-правовых отношений. Указанное лицо может считаться законным участником дорожного движения (пункт 2.1.1 Правил дорожного движения), но не владельцем источника повышенной опасности (п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1).

Согласно п. 1 ст. 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В соответствии со ст. 1 Закона об ОСАГО владельцем транспортного средства является его собственник, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное).

В силу положений Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) ФИО1 обязан был застраховать свою и ФИО2 гражданскую ответственность как владелец транспортного средства. Такая обязанность ответчиком и третьим лицом не исполнена (л.д. 11).

Пунктом 2.1.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, не предусмотрена обязанность водителя иметь при себе доверенность на право управления транспортным средством.

Вместе с тем, суд полагает, что водитель ФИО5, действуя добросовестно, при отсутствии у него полиса обязательного страхования предвидя необходимость возмещения ущерба, указал бы о наличии у него доверенности ФИО1 от 01 февраля 2019 года при оформлении документов по факту дорожно-транспортного происшествия. Однако из указанных материалов следует, что ФИО5 о наличии у него доверенности сотрудникам ГИ БДД не сообщал, сведения о таковой ни в одном документе не указаны (л.д. 7-11). Указанные обстоятельства в совокупности с пояснениями представителя истца о приезде к истцу и нему знакомых ФИО1 с просьбой «договориться», что фактически подтверждено и самим ответчиком в судебном заседании, вызывают у суда сомнения в наличии у ФИО5 доверенности на момент совершения дорожно-транспортного происшествия.

Если лицо, на которое возложена обязанность страхования, не осуществило его, оно при наступлении страхового случая несет ответственность перед выгодоприобретателем на тех же условиях, на каких должно было быть выплачено страховое возмещение при надлежащем страховании (п. 2 ст. 937 ГК РФ).

При отсутствии доказательств, опровергающих сведения о неисполнении ответчиком и третьим лицом обязанности по обязательному страхованию гражданской ответственности владельца транспортных средств, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию денежные средства в счет возмещения причиненного ущерба.

В связи с изложенным, суд полагает, что ФИО1 является лицом, ответственным по возмещению причиненного истцу ущерба, что не лишает ответчика права впоследствии предъявить регрессные требования к виновнику дорожно-транспортного происшествия ФИО5

В подтверждение доводов иска истцом представлен отчет ООО «Эгида» об оценке рыночной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства от 14 февраля 2019 года № (л.д. 12-55).

Между тем, в силу приведенных выше положений пункта 2 ст. 937 ГК РФ суд полагает, что состав и размер ущерба подлежит определению на тех же условиях, на каких должно было быть выплачено страховое возмещение при надлежащем страховании, то есть в соответствии с Законом об ОСАГО.

Представленный отчет ООО «Эгида» утвержденным согласно Закону об ОСАГО правилам определения размера ущерба не соответствует, вызывает сомнения в выводах специалиста в части размера ущерба с учетом износа запасных частей (указана разная сумма цифрами и прописью – л.д. 25), в связи с чем не может быть принято судом в качестве допустимого доказательства.

Также в подтверждение размера ущерба представлено экспертное заключение ООО «Автоэксперт Вдовиченко» от 16 мая 2019 года №Р стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа составила 151 044 руб., с учетом износа 119 811 руб. (л.д. 89-116).

В нарушение общих правил доказывания, предусмотренных ст. 56 ГПК РФ, ответчиком и третьим лицом доказательства своих доводов относительно размера ущерба не представлены.

Основания для признания экспертного заключения ООО «Автоэксперт Вдовиченко» ненадлежащим доказательством судом не установлены, заключение составлено лицом, включенным в государственный реестр экспертов – техников; допустимые и достаточные доказательства иного размера ущерба не представлены, в связи с чем суд полагает возможным в качестве такового принять заключение ООО «Автоэксперт Вдовиченко».

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 10 марта 2017 года № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО6 и других», применительно к случаю причинения вреда транспортному средству в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Между тем замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов – если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, – в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях – притом что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, – неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Как следует из постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (пункт 13).

Доказательства, опровергающие доводы иска в части возмещения ущерба без учета износа запасных частей и деталей, в деле отсутствуют, в этой части какие-либо возражения ответчиком не приведены.

При изложенных обстоятельствах, по мнению суда, размер причиненного истцу ущерба составляет 151 044 руб.

Претензия истца о возмещении ущерба оставлена ответчиком без удовлетворения (л.д. 56-58), при том, что ответчик, по мнению суда, имел реальную возможность возместить истцу ущерб неоспариваемой части.

Вместе с тем, в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным требованиям, об увеличении размера исковых требований истцом не заявлено, следовательно, взысканию с ответчика в пользу истца в возмещение ущерба подлежит 134 904 руб.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

Как разъяснено в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В подтверждение судебных расходов истец представил договор об оценке транспортного средства от 11 февраля 2019 года №, по которому он уплатил ООО «Эгида» 3 000 руб. (л.д. 59-60, 61).

Поскольку отчет ООО «Эгида» признан судом недопустимым доказательством, указанные расходы ответчиком возмещению не подлежат.

Также не подлежат возмещению расходы на услуги связи в размере 641,50 руб. (л.д. 62), поскольку из указанных документов невозможно определить, какая именно телеграмма направлялась истцом. Более того, телеграмма была направлена не ответчику, а ФИО2, к которому какие-либо требования имущественного характера не предъявлены.

Расходы истца на оплату услуг по составлению экспертного заключения в размере 6 000 руб. подтверждаются договором на проведение автотехнической экспертизы от 14 февраля 2019 года №, заключенному с ООО «Автоэксперт Вдовиченко» и квитанцией к приходному кассовому ордеру от 16 мая 2019 года № (л.д. 115-116, 118). Поскольку указанные расходы понесены истцом для подтверждения размера ущерба, то на основании ст. 98 ГПК РФ подлежат возмещению ответчиком.

Расходы истца в размере 1 000 руб. за дубликат экспертного заключения (л.д. 119) возмещению не подлежат, поскольку не усматривается необходимость несения таких расходов.

В подтверждение расходов истца на оплату услуг эвакуатора в размере 20 000 руб. представлены счет ИП ФИО9 от 08 февраля 2019 года №, акт оказанных услуг от 08 февраля 2019 года № и счет-фактура от 08 февраля 2019 года № (л.д. 63-65). Между тем, указанные документы являются основанием для внесения платежа, тогда как непосредственно платежные документы, подтверждающие оплату оказанных услуг, в деле отсутствуют. Таким образом, в данной части требования удовлетворению не подлежат, в связи с чем признается не имеющей существенного значения для дела справка ИП ФИО10 от 22 апреля 2019 года № (л.д. 117).

Расходы истца на оплату услуг представителя подтверждаются договором на оказание юридических услуг от 15 февраля 2019 года № и квитанцией к приходному кассовому ордеру от 15 февраля 2019 года № (л.д. 66, 67).

Частью 1 ст. 100 ГПК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Таким образом, при определении размера расходов истца на оплату услуг представителя суд учитывает характер и правовую сложность спора, объем и качество выполненной представителем работы (подготовка искового заявления, представление интересов истца в суде первой инстанции, участие в двух судебных заседаниях) и считает возможным данные расходы определить в размере 20 000 руб.

В подтверждение транспортных расходов на оплату проезда представителя к месту рассмотрения дела и обратно в размере 3 496 руб. и 4 204,92 руб. представителем истца представлены кассовые чеки на указанные суммы (л.д. 88, 119, 132, 133), из которых подлежит исключению стоимость кофе, в связи с чем транспортные расходы составят 3 496 руб., 1 708 руб. и 2 469,92 руб.

Между тем, согласно разъяснениям, данным в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», транспортные расходы и расходы на проживание представителя стороны возмещаются другой стороной спора в разумных пределах исходя из цен, которые обычно устанавливаются за транспортные услуги, а также цен на услуги, связанные с обеспечением проживания, в месте (регионе), в котором они фактически оказаны (статьи 94, 100 ГПК РФ, статьи 106, 112 КАС РФ, статья 106, часть 2 ст. 110 АПК РФ).

Положениями главы 7 ГПК РФ не предусмотрены критерии оценки разумных пределов в случае проезда автомобильным транспортом, в связи с чем на основании ч. 4 ст. 1 ГПК РФ суд полагает возможным применить Правила компенсации расходов на оплату стоимости проезда и провоза багажа к месту использования отпуска и обратно для лиц, работающих в федеральных государственных органах, государственных внебюджетных фондах Российской Федерации, федеральных государственных учреждениях, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, и членов их семей, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 12 июня 2008 года № 455 (далее – Правила).

В соответствии с п. 8 Правил компенсация расходов при проезде личным транспортом производится в размере фактически произведенных расходов на оплату стоимости израсходованного топлива, подтвержденных чеками автозаправочных станций, но не выше стоимости проезда, рассчитанной на основе норм расхода топлива, установленных для соответствующего транспортного средства, и исходя из кратчайшего маршрута следования.

Сведения о том, каким именно транспортным средством воспользовался представитель истца, какие установлены нормы расходы топлива для этого автомобиля, в деле отсутствуют, в связи с чем суд не усматривает оснований для взыскания с ответчика транспортных расходов.

По аналогичным основаниям, а также в связи с отклонением как доказательства отчета об оценке, не подлежат удовлетворению требования о взыскании транспортных расходов в размере 675 руб. и 675 руб. на оплату проезда истца в г. Радужный из пгт. Новоаганск для заключения договора с ООО «Эгида» и оценки размера ущерба.

Расходы истца по уплате государственной пошлины в размере 4 698 руб. подтверждаются чек-ордером ПАО Сбербанк от 02 апреля 2019 года (л.д. 6) и на основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ подлежат возмещению ответчиком пропорционально удовлетворенным требованиям, что согласно п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) составляет 3 898,08 руб.

В остальной части государственная пошлина в размере 799,92 руб. подлежит возврату как излишне уплаченная на основании ст. 333.40 НК РФ.

Таким образом, общая сумма судебных расходов, подлежащая взысканию, составит 29 898,80 руб. (6 000 + 20 000 + 3 898,08).

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО4 ФИО18 к ФИО1 ФИО19 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 ФИО20 в пользу ФИО4 ФИО21 в возмещение материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 134 904 руб. и судебные расходы в размере 29 898,80 руб. руб., всего взыскать 164 802,80 руб. (Сто шестьдесят четыре тысячи восемьсот два рубля 80 копеек).

В остальной части в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Радужнинский городской суд.

Резолютивная часть решения оглашена 29 мая 2019 года.

Решение в окончательной форме принято 03 июня 2019 года.

Судья Г.К. Гаитова