Решение № 2-272/2025 2-272/2025(2-3173/2024;)~М-2970/2024 2-3173/2024 М-2970/2024 от 29 января 2025 г. по делу № 2-272/2025

70RS0001-01-2024-005677-17

№ 2-272/2025 (№ 2-3173/2024)


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30.01.2025 Кировский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего Е.А. Селезневой,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи А.В. Васильевой,

с участием истца ФИО1,

представителя истца О.В. Олейник, действующей на основании ордера № 2/25 от 26.11.2024,

представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО2, действующей на основании доверенности от 05.11.2024 со сроком действия по 03.06.2029,

представителя третьего лица прокуратуры Томской области ФИО3, действующей на основании доверенности от 12.11.2024 сроком действия один год,

представителя третьего лица СУ СК России по Томской области ФИО4, действующей на основании доверенности от 23.10.2024 со сроком действия до 22.10.2025,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску ФИО1 Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Томской области о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

установил:

ФИО1 обратился в суд с указанным исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Томской области, в котором (с учетом уточнения) просит взыскать с ответчика за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, в размере3000000,00руб. В обоснование иска указано, что 05.08.2018 Зырянским межрайонным следственным отделом СУ СК России по Томской области было возбуждено уголовное дело№/________/ п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ по заявлению ФИО5 о применении к нему насилия и причинении телесных повреждений. 23.05.2019 ему было предъявлено обвинение в совершении данного преступления, в тот же день в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 05.07.2019 уголовное дело было направлено для рассмотрения в Тегульдетский районный суд Томской области, в производстве которого оно находилось до декабря 2020 года, после чего направлено по подсудности в Зырянский районный суд Томской области. 13.07.2023 в его отношении вынесен обвинительный приговор, который отменен Томским областным судом 12.12.2023 с вынесением оправдательного приговора и признанием за ним права на реабилитацию. Весь период расследования и рассмотрения уголовного дела судом он испытывал сильнейшие нравственные страдания. Возбуждение уголовного дела было непосредственно связано с осуществлением им своих профессиональных обязанностей оперуполномоченного отделения по борьбе с организованными преступными группами межрайонного отдела по борьбе с организованной преступностью управления уголовного розыска УМВД России по Томской области. После обращения ФИО5 с заявлением в его (ФИО1) отношении начались многочисленные проверки со стороны сотрудников следственного комитета, руководства УМВД России по Томской области и отдела собственной безопасности, он неоднократно давал объяснения, первоначально в качестве свидетеля. Сотрудниками следственного комитета его слова были поставлены под сомнение, признаны лживыми, что унижало его честь и человеческое достоинство. После предъявления обвинения он был лишен права получения оружия при заступлении на суточное дежурство и при выезде на оперативно-розыскные мероприятия, в том числе связанные с задержанием преступников, что негативно сказывалось на его самооценке и отношении коллег. В связи с необходимостью участия в следственных действия, а затем в многочисленных судебных заседаниях сократились его выезды в служебные командировки на территории области, а в связи с действием меры пресечения – исключены выезды за пределы области, в связи с чем возросла нагрузка на иных сотрудников подразделения, что сказывалось на их отношении к нему. В 2022 г. в связи со сменой руководства подразделения и негативным к нему отношением, связанным с его невозможностью в полной мере исполнять свои трудовые обязанности, он был вынужден перейти на нижестоящую должность оперуполномоченного отдела по раскрытию имущественных преступлений. В связи с отсутствием на работе в дни судебных заседаний он был вынужден задерживаться на работе и выходить на работу в выходные дни. Все это негативно сказывалось на его психике, он испытывал негативное отношение со стороны некоторых коллег, руководства и иных лиц, в том числе задерживаемых им в связи с совершением преступлений, осведомленных о его привлечении к уголовной ответственности, в том числе в связи с наличием данной информации в открытых источниках. Его супруге, также проходившей службу в оперативном подразделении УМВД России по Томской области, после выхода из отпуска по уходу за ребенком также стали высказывать негативные отзывы о нем. Находясь в депрессивном состоянии, связанным с привлечением к уголовной ответственности, он стал меньше уделять внимания своей семье, что наряду с финансовыми затратами по оплате услуг адвоката, транспортными расходами по обеспечению явки в суд, по оплате ремонта автомобиля в связи с его частой эксплуатацией на дальние расстояния, привело к расторжению брака в 2023 году. В связи с постоянными эмоциональными переживаниями у него началась бессонница, обострились хронические заболевания, в связи с чем участились случаи обращения за медицинской помощью. Отсутствие надежды на принятие законного и обоснованного решения в суде первой инстанции, понимание того, что в случае вынесения обвинительного приговора он будет уволен по отрицательным мотивам, толкнуло его на написание рапорта об увольнении. Вынесение в отношении него обвинительного приговора воспрепятствовало его трудоустройству в различные крупные компании, в частности, в магазин бытовой техники М-Видео. Его права, свобода перемещения были ограничены длительное время – на протяжении 4 лет 6 месяцев.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске и письменных дополнительных пояснениях к нему. Пояснил, что испытывал нравственные страдания за обвинение в совершении преступления, которого не совершал. При этом изначально было очевидно, что заявление о возбуждении дела было подано ФИО5 с целью избежать ответственности за совершенное преступление в сфере лесопользования, что подтверждается вынесенным в отношении него приговором суда. Участие в очных ставках, проведение в его отношении опознания были для него унизительными и оскорбительными, поскольку проводились с участием ранее задерживаемых им лиц и привлеченных в качестве статистов сотрудников ОУР Зырянского района, в отношении которых он проводил проверки по соблюдению режима секретности и исполнения служебных обязанностей, давал задания и поручения. Его показания ставились следователем под сомнение, следственные действия были направлены исключительно на доказывание его вины, а не на установление истины по делу. Несмотря на то, что он не уклонялся от явки по вызовам следователя, в его отношении были применены меры процессуального принуждения в виде попытки принудительного привода и объявления в розыск. Направление следователем повесток о его вызове в качестве подозреваемого с сопроводительными письмами, содержащими недостоверные сведения о его уклонении от явок без уважительных причин, его руководству, запросов в ФКУЗ МСЧ УМВД России по Томской области о прохождении им лечения, обращения следователя в УЛРС УМВД России по Томской области об обеспечении его явки дискредитировали его, унижали его честь и деловую репутацию, способствовали распространению информации о его привлечении к уголовной ответственности. Вручение руководителем Зырянского МСО СУ СК РФ по Томской области 06.05.2019 в присутствии жены и ребенка протокола разъяснения права на защиту, сопровождаемое угрозами избрания в отношении него меры пресечения в виде содержания под стражей усилило морально-нравственные страдания от незаконных и унизительных действий следователя, направленных на незаконное предъявление ему обвинения. Унизительным и психотравмирующим для него являлось также предложение следователя о прохождении судебной психофизиологической экспертизы, что свидетельствовало об отсутствии доверия к его доводам и попытках уличить его во лжи. Об этом же свидетельствовали отказы следователя в удовлетворении всех его ходатайств. Активность и напор следствия, предложения признать вину в том, чего он совершал, под предлогом смягчения наказания, привели к утрате им веры в справедливость и правосудие, объективность расследования, усилили переживания за свою дальнейшую судьбу и судьбу своей семьи, учитывая, что его супруга также являлась сотрудником оперативного подразделения УМВД России по Томской области. Он перестал спать по ночам, переживал за своих близких, стал испытывать сильные боли в области шеи, спины, мышечные спазмы ног и рук, сильные головные боли, которые усиливались в результате частых многочасовых поездок на следственные действия и в судебные заседания в с. Тегультет (более 300 км), в том числе по грунтовой дороге (120-150 км). На его психоэмоциональном состоянии также сказывалась невозможность полноценного отдыха в период отпуска в связи с действующей мерой пресечения и плотным графиком судебных заседаний. Изменилось его отношение к ранее любимой работе, он стал бояться участвовать в задержании лиц, совершивших преступления, стал менее активным, замкнутым, старался избегать массовых мероприятий, эмоционально реагировал на трудности и неприятности. Вынужденные траты семейного бюджета на свою защиту и транспортные расходы вызывали в нем чувство стыда.

Представитель истца Олейник О.В., действующая на основании ордера № 2/25 от 26.11.2024, заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, полагала обоснованным заявленный истцом размер компенсации морального вреда, соразмерным длительности незаконного уголовного преследования, а также указанным истцом последствиям уголовного преследования, которые подтверждены представленными доказательствами.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности от 05.11.2024 со сроком действия по 03.06.2029, в судебном заседании не оспаривала право истца на компенсацию морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, однако заявленный размер компенсации считала завышенным. Полагала, что в судебном заседании не нашел подтверждения факт прекращения брачных отношений истца именно в связи с привлечением его к уголовной ответственности. Избранная в отношении истца мера пресечения в виде подписки о невыезде не исключала его выезд за пределы места проживания, в том числе для отдыха и санаторно-курортного лечения, по разрешению следователя или суда, однако за таким разрешением ФИО1 не обращался. Также истцом не представлено доказательств лишения его возможности общаться с родственниками, обращения за психологической, медицинской помощью с жалобами на тревожные расстройства, стрессовое состояние, депрессию во время или после прекращения уголовного преследования. Допрошенные в судебном заседании свидетели указали, что коллеги поддерживали ФИО1, сочувствовали ему, причиной его перевода на нижестоящую должность стало снижение его трудовой активности, а увольнения – его личное решение, в том числе с целью получения предусмотренных выплат при выходе на пенсию.

Представитель третьего лица прокуратуры Томской области ФИО3, действующая на основании доверенности от 12.11.2024 сроком действия один год, в судебном заседании поддержала доводы, приведенные в письменном отзыве на исковое заявление, не оспаривала право истца на компенсацию морального вреда в связи с реабилитацией, но полагала, что заявленный им размер компенсации завышен, истцом не представлено доказательств того, что уголовным преследованием ему причинены нравственные страдания на заявленную сумму. Считала, что исследованными в судебном заседании доказательствами опровергаются доводы истца о прекращении брака, понижении в должности исключительно в связи с незаконным уголовным преследованием, из пояснений бывшей супруги истца и свидетелей следует, что причиной расторжения брака явилась совокупность различных обстоятельств. Доводы о наличии препятствий по устройству на работу какими-либо достоверными доказательствами не подтверждены. Представленными истцом медицинскими документами не подтверждено ухудшение состояния его здоровья и обострение хронических заболеваний в результате переживаний по поводу незаконного уголовного преследования. Также не представлено объективных данных о негативных высказываниях в адрес истца со стороны участников уголовного судопроизводства, с которыми он контактировал в силу служебной необходимости.

Представитель третьего лица СУ СК России по Томской области ФИО4, действующая на основании доверенности от 23.10.2024 со сроком действия до 22.10.2025, в судебном заседании поддержала письменный отзыв на исковое заявление, также полагала, что заявленный истцом размер компенсации завышен и не отвечает принципам разумности и справедливости. Указала на то, что уголовное преследование в отношении истца начато с 23.05.2019 – с момента вынесения постановления о привлечении его в качестве обвиняемого. Применение к истцу мер процессуального принуждения являлось вынужденным, обусловлено уклонением ФИО1 от явки к следователю. Избранная в отношении него мера пресечения являлась наиболее мягкой, не лишала его вести свою привычную жизнь и работать, за разрешением выезда к месту отдыха ФИО1 к органам следствия не обращался. Доводы истца о расторжении брака в связи с привлечением к уголовной ответственности подтверждения не нашли. Из пояснений ФИО6 в судебном заседании, а также совпадения адреса ее проживания с местом жительства истца можно сделать вывод о фактическом сохранении семейных отношений. Исследованные в судебном заседании доказательства опровергают доводы истца об оказании давления по службе, причиной перевода на должность с меньшей нагрузкой явилось снижение эффективности его работы, причиной увольнения – личное решение. Также считала недоказанным ухудшение состояния здоровья истца в результате незаконного уголовного преследования, поскольку работа оперуполномоченного в силу своей специфики связана с высоким уровнем персональной ответственности, риском для жизни и является источником стресса, тревоги и депрессии. Ссылки истца на невозможность устроиться на «нормальную работу», что является оценочным понятием, не свидетельствуют о невозможности трудоустройства.

Определением судьи Кировского районного суда г. Томска от 02.12.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено УМВД России по Томской области.

Представитель третьего лица УМВД России по Томской области ФИО7, действующая на основании доверенности от 15.05.2024 № 92 со сроком действия до 31.12.2024 и доверенности от 28.12.2024 со сроком действия до 31.12.2025, извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, о причинах неявки не сообщила.

Ранее, участвуя в судебном заседании, поддержала письменные возражения на исковое заявление, полагала требования ФИО1 о компенсации морального вреда в связи с реабилитацией основанными на законе, но заявленную к взысканию сумму компенсации – чрезмерной в силу отсутствия обстоятельств, влияющих на степень его страданий. Указала, что в период уголовного преследования истец проходил службу в органах внутренних дел, его перевод на нижестоящую должность осуществлен на основании его рапорта от 24.09.2021, при этом его должностной оклад стал выше, приказом от 02.09.2022 истец повышен в должности, причинно-следственная связь между фактом привлечения истца к уголовной ответственности и заболеваниями, а также расторжением брака отсутствует.

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, изучив доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из пунктов 1, 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части 1 статьи 27 этого Кодекса (в частности в связи с отсутствием события преступления (пункт 1 части 1 статьи 24), отсутствием в деянии состава преступления (пункт 2 части 1 статьи 24), наличием в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (пункт 5 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъясняется, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с пунктом 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 05.07.2018 заместителем руководителя Зырянского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Томской области (далее – Зырянский МСО СУ СК России по Томской области) возбуждено уголовное дело /________/ по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

На основании постановления следователя от 03.09.2018 срок следствия продлен до 3 месяцев (до 05.10.2018), на основании постановления следователя от 01.10.2018 срок следствия продлен до 4 месяцев (до 05.11.2018), на основании постановления следователя от 30.10.2018 срок следствия продлен до 6 месяцев (до 05.01.2019), на основании постановления следователя от 24.12.2018 срок следствия продлен до 7 месяцев (до 05.02.2019), на основании постановления следователя от 29.01.2019 срок следствия продлен до 8 месяцев (до 05.03.2019), на основании постановления следователя от 26.02.2019 срок следствия продлен до 9 месяцев (до 05.04.2019), на основании постановления следователя от 19.03.2019 срок следствия продлен до 11 месяцев (до 05.06.2019), на основании постановления следователя от 30.05.2019 срок следствия продлен до 12 месяцев (до 05.07.2019).

12.04.2019 руководителем Зырянского МСО СУ СК России по Томской области в адрес начальника УУР УМВД России по Томской области направлена повестка о вызове на допрос в качестве подозреваемого по уголовному делу /________/ оперуполномоченного МО по БОП УУР УМВД России по Томской области ФИО1 на 17.04.2019 с просьбой обеспечить его явку в следственный отдел, расположенный по адресу: <...>, для производства следственных действий.

18.04.2019 руководителем Зырянского МСО СУ СК России по Томской области в адрес начальника УУР УМВД России по Томской области направлена повестка о вызове на допрос в качестве подозреваемого по уголовному делу /________/ оперуполномоченного МО по БОП УУР УМВД России по Томской области ФИО1 на 22.04.2019 с просьбой обеспечить его явку для производства следственных действий.

В ответе врио начальника УУР УМВД России по Томской области от 19.04.2019 сообщено о невозможности обеспечения явки ФИО1 на указанную дату в связи с прохождением им лечения в поликлинике МСЧ МВД России по Томской области.

23.04.2019 руководителем Зырянского МСО СУ СК России по Томской области в адрес начальника УУР УМВД России по Томской области направлена повестка о вызове на допрос в качестве подозреваемого по уголовному делу /________/ оперуполномоченного МО по БОП УУР УМВД России по Томской области ФИО1 на 26.04.2019 с просьбой обеспечить его явку для производства следственных действий.

24.04.2019 аналогичная повестка направлена в адрес начальника УРЛС УМВД России по Томской области.

06.05.2019 руководителем Зырянского МСО СУ СК России по Томской области ФИО1 в г. Томске вручен протокол разъяснения права воспользоваться услугами защитника, согласно которому перед началом допроса в качестве подозреваемого по уголовному делу /________/ ФИО1 разъяснено право воспользоваться помощью защитника в соответствии со ст. 50 УПК РФ, а также вручена повестка о вызове на допрос в качестве подозреваемого 14.05.2019 по вышеуказанному адресу.

14.05.2019 руководителем Зырянского МСО СУ СК России по Томской области вынесено постановление о приводе ФИО1 для допроса в качестве подозреваемого и выполнения иных следственных действий с его участием.

17.05.2019 руководителем Зырянского МСО СУ СК России по Томской области ФИО1 направлено извещение о том, что 24.05.2019 ему будет предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, по уголовному делу /________/, в связи с чем ему необходимо явиться в Зырянский МСО СУ СК России по Томской области 24.05.2019, а также повестка о вызове на допрос.

Помимо этого копия названного извещения и повестки для вручения ФИО1 с просьбой обеспечить его явку по вызову 17.05.2019 направлены начальнику УУР УМВД России по Томской области и врио начальника УМВД России по Томской области.

23.05.2019 руководителем Зырянского МСО СУ СК России по Томской области вынесено постановление о привлечении оперуполномоченного отделения по борьбе с организованными преступными группами, сформированными по этническому признаку, межрайонного отдела по борьбе с организованной преступностью управления уголовного розыска УМВД России по Томской области ФИО1 в качестве обвиняемого по уголовному делу /________/ с предъявлением ему обвинения по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

24.05.2019 руководителем Зырянского МСО СУ СК России по Томской области вынесено постановление об объявлении розыска обвиняемого ФИО1, ОРЧ СБ УМВД России по Томской области поручено произвести розыск и доставление ФИО1 в Зырянский МСО СУ СК России по Томской области для решения вопроса о его задержании и проведения с ним следственных действий.

В тот же день данное постановление направлено для исполнения начальнику оперативно-розыскной части собственной безопасности УМВД РФ по Томской области.

28.05.2019 ФИО1 объявлено постановление от 23.05.2019 о предъявлении ему обвинения в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, он допрошен в качестве обвиняемого и в его отношении избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

В письме от 28.05.2019 руководитель Зырянского МСО СУ СК России по Томской области просил начальника оперативно-розыскной части собственной безопасности УМВД РФ по Томской области прекратить розыск обвиняемого ФИО1 в связи с его добровольной явкой в следственные органы. Также сообщено, что в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

04.06.2019 ФИО1 и его защитник уведомлены об окончании следственных действий, согласован график ознакомления с материалами уголовного дела с 07.06.2019 до 24.06.2019.

24.06.2019 руководитель Зырянского МСО СУ СК России по Томской области обратился в Тегульдетский районный суд Томской области с ходатайством об установлении обвиняемому ФИО1 и его защитнику адвокату Олейник О.В. срока для завершения ознакомления с материалами уголовного дела и вещественными доказательствами до 01.07.2019.

Постановлением Тегульдетского районного суда Томской области от 28.06.2019 ФИО1 и его защитнику Олейник О.В. установлен срок для ознакомления с материалами уголовного дела и вещественными доказательствами до 02.07.2019 включительно.

01.07.2019 руководитель Зырянского МСО СУ СК России по Томской области обратился в Тегульдетский районный суд Томской области с ходатайством об установлении защитнику обвиняемого ФИО1 адвокату Киму В.В. срока для завершения ознакомления с материалами уголовного дела и вещественными доказательствами до 01.07.2019.

Постановлением Тегульдетского районного суда Томской области от 01.07.2019 защитнику ФИО1 Киму В.В. установлен срок для ознакомления с материалами уголовного дела и вещественными доказательствами до 02.07.2019 включительно.

Постановлением руководителя Зырянского МСО СУ СК России по Томской области от 02.07.2019 окончено ознакомление обвиняемого ФИО1 и его защитников с материалами уголовного дела.

12.07.2019 обвинительное заключение по обвинению ФИО1 и ФИО8 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, утверждено прокурором Тегульдетского района Томской области, копия обвинительного заключения вручена ФИО1 24.07.2019.

27.07.2019 уголовное дело направлено в Тегульдетский районный суд Томской области, постановлением судьи от 19.08.2019 принято к производству суда.

В ходе производства по делу 26.06.2020 прокурором Тегульдетского района Томской области к ФИО1 и ФИО8 заявлен иск о солидарном взыскании в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области расходов на лечение застрахованного лица ФИО5 в размере 18009,99 руб.

Постановлением судьи Тегульдетского районного суда Томской области от 30.11.2020 произведена замена председательствующего судьи в связи с выходом в отставку.

В связи с удовлетворением ходатайства защитника подсудимого ФИО8 об отводе председательствующего постановлением судьи Тегульдетского районного суда Томской области от 04.12.2020 уголовное дело направлено в Томский областной суд для рассмотрения представления об изменении территориальной подсудности уголовного дела.

Постановлением Томского областного суда от 14.12.2020 изменена территориальная подсудность уголовного дела по обвинению ФИО1, ФИО8 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, дело направлено для рассмотрения в Зырянский районный суд Томской области.

Апелляционным определением Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 10.03.2021 постановление Томского областного суда от 14.12.2020 оставлено без изменения, апелляционная жалоба подсудимого ФИО8 – без удовлетворения.

Постановлением судьи Зырянского районного суда Томской области от 29.04.2021 дело принято к производству.

Приговором Зырянского районного суда Томской области от 13.07.2023 ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 т. 286 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 3 года 1 месяц с лишением права занимать должности в правоохранительных органах Российской Федерации, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком 1 год. В соответствии со ст. 73 УК РФ постановлено назначенное наказание считать условным с установлением испытательного срока для исправления 2 года, в период которого на ФИО1 возложены обязанности не менять постоянное место жительство без уведомления уголовно-исполнительной инспекции, осуществляющей исправление осужденного, один раз в два месяца являться в данный орган на регистрацию. Иск прокурора Тегульдетского района Томской области оставлен без рассмотрения.

Апелляционным приговором судебной коллегии по уголовным делам Томского областного суда от 12.12.2023 приговор Зырянского районного суда Томской области от 13.07.2023 отменен, по делу вынесен новый приговор, которым ФИО1 и ФИО8 оправданы и признаны невиновными в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в их действиях состава преступления, за ФИО1 и ФИО8 признано право на реабилитацию, в удовлетворении гражданского иска отказано.

За период судебного разбирательства по уголовному делу состоялось 96 судебных заседания в суде первой инстанции (30 – в Тегульдетском районном суде Томской области и 66 в Зырянском районном суде Томской области), из которых 72 – с участием ФИО1 (16 и 56 соответственно) и 5 судебных заседаний в вышестоящих судах (по одному – в Томском областном суде и Пятом апелляционном суде общей юрисдикции по вопросу изменения территориальной подсудности уголовного дела, 3 – в судебной коллегии по уголовным делам Томского областного суда по апелляционным жалобам на приговор суда).

Учитывая, что факт незаконного уголовного преследования установлен и сторонами не оспаривается, требование о компенсации морального вреда независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, что следует из положений п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд признает обоснованным.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В абзацах первом и втором пункта 42 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Также подлежат учету индивидуальные особенности потерпевшего, влияющие на размер компенсации морального вреда, под которыми в силу пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Ввиду того, что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения.

При этом компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Исходя из приведенных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации о порядке их применения, суд приходит к выводу, что сам по себе факт привлечения истца к уголовной ответственности, сопряженный с производством следственных действий, участием в многочисленных судебных заседаниях (77), вынесением обвинительного приговора, безусловно, свидетельствует о причинении ему глубоких нравственных страданий, нахождении в психотравмирующей ситуации, связанной с привлечением к уголовной ответственности.

Незаконное уголовное преследование, тяжесть преступления, в совершении которого обвинялся истец (преступления, предусмотренные частью 3 статьи 286 УК РФ, отнесены к числу тяжких), не могли не оказать негативного влияния на его психологическое состояние и, как следствие, наступившие для него последствия в виде переживаний, страданий, стыда и унижения, тревог и страхов, нарушения сна, перепадов настроения, безусловно, причинили истцу нравственные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание, что истец в период уголовного судопроизводства проходил службу в органах внутренних дел (период службы - с 01.06.2005 по 13.06.2023, соответственно, стаж службы на момент предъявления обвинения составлял почти 14 лет) в должности оперуполномоченного в подразделении уголовного розыска, являлся законопослушным гражданином, который ранее не привлекался к уголовной ответственности, состав его семьи (супруга и малолетний ребенок), факт и характер избранной в отношении истца меры пресечения, факт того, что информация об уголовном преследовании истца стала известна среди его коллег, сослуживцев, а также лиц, в отношении которых истцом ранее осуществлялись оперативно-розыскные мероприятия.

Вместе с тем, оценивая доводы стороны истца о распространении информации о привлечении истца к уголовной ответственности на информационных ресурсах средств массовой информации (на интернет-порталах ВГТРК, РИА Томск) неограниченному кругу лиц, суд, исходя из содержания размещенной информации, основанной на сообщении пресс-службы регионального Следственного комитета, отсутствия в ней конкретных сведений о личностях и занимаемых должностях сотрудников УМВД России по Томской области, привлекаемых к уголовной ответственности, приходит к выводу, что возможность идентификации истца имелась лишь у лиц, осведомленных об обстоятельствах уголовного дела.

Об этом же свидетельствуют показания свидетеля ФИО49 который указал, что читал статью в Интернете, понял, что речь идет об истце, поскольку знал об этой ситуации.

Доводы истца о нахождении в психотравмирующей ситуации длительный период времени, его сильных переживаниях и нравственных страданиях, страхах и тревогах как за свое будущее, так и за будущее своей семьи, нарушении его права на доброе имя и профессиональную репутацию, как добросовестного сотрудника полиции и законопослушного гражданина, эмоциональном перенапряжении и выгорании, подорванной вере в правосудие, изменении личностных и профессиональных качеств (стал замкнутым, подавленным, безынициативным, стал избегать общения с родственниками и сослуживцами, утратил интерес к увлечениям во внеслужебной деятельности, целеустремленность в работе, снизилась профессиональная активность) помимо пояснений самого истца подтверждены в судебном заседании показаниями свидетелей ФИО48

Доводы истца об испытываемых мышечных и головных болях, возникновении проблем со сном в результате длительной психотравмирующей ситуации, а также статического напряжения в ходе частых поездок на длительные расстояния для участия в следственных действиях и судебных заседаниях в с. Тегульдет и с. Зырянское Томской области, в том числе частично по грунтовой дороге, подтверждены в судебном заседании показаниями свидетелей ФИО46 а также показаниями врача-невролога, доцента кафедры неврологии и нейрохирургии, судебного эксперта по неврологическим заболеваниям ФИО47

Доводы представителя третьего лица СУ СК России по Томской области о наличии автобусного сообщения между г. Томск и с. Тегульдет и возможности проезда в с. Тегульдет на автобусе, что могло снизить статическое напряжение, не свидетельствуют о злоупотреблении истцом правом использования для поездок на следственные действия и судебные заседания личного транспорта. Как пояснил в судебном заседании ФИО1, подтверждено показаниями свидетелей ФИО45 использование личного транспорта являлось в данном случае наиболее оптимальным способом обеспечения необходимого баланса между участием истца в следственных действиях и судебных заседаниях, исполнением им своих служебных обязанностей и возможности общения с семьей.

Вместе с тем факт ухудшения состояния здоровья истца вследствие уголовного преследования не доказан, поскольку у него до привлечения к уголовной ответственности имелся ряд хронических заболеваний, что истцом и его представителем не оспаривалось, следует из выписки из медицинской карты ФИО9, выданной ФКУЗ «МСЧ МВД России по Томской области».

Достаточных и достоверных доказательств обострения ранее имевшихся у истца хронических заболеваний в результате незаконного уголовного преследования стороной истца в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено, против изучения вышеназванным врачом-неврологом, имеющим значительный стаж экспертной работы, представленной в материалы дела выписки из медицинской карты истец возражал.

Также при определении размера компенсации морального вреда судом учитывается длительность незаконного уголовного преследования и продолжительность действия избранной в отношении истца меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Исходя из положений части 3 статьи 6.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, уголовное судопроизводство включает в себя для лица, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, период со дня начала осуществления уголовного преследования до дня прекращения уголовного преследования или вынесения обвинительного приговора.

В силу положений части 1 статьи 46 и части 1 статьи 47 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (применительно к случаям проведения предварительного расследования в форме предварительного следствия) подозреваемым является лицо: в отношении которого возбуждено уголовное дело по основаниям и в порядке, которые установлены главой 20 настоящего Кодекса, которое задержано в соответствии со статьями 91 и 92 настоящего Кодекса либо к которому применена мера пресечения до предъявления обвинения в соответствии со статьей 100 настоящего Кодекса; обвиняемым признается лицо, в отношении которого вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого.

Таким образом, уголовное преследование истца началось 23.05.2019 (с момента вынесения постановления о привлечении его в качестве обвиняемого) и длилось до вынесения апелляционного оправдательного приговора 12.12.2023, то есть 4 года 6 месяцев 19 дней. Мера пресечения в виде подписки о невыезде действовала в отношении истца с даты ее избрания 28.05.2019 до даты его оправдания - 12.12.2023, то есть 4 года 6 месяцев 14 дней.

Помимо этого, судом учитывается, что в отсутствие у ФИО1 статуса подозреваемого либо обвиняемого, руководителем Зырянского МСО СУ СК России по Томской области 12.04.2019, 18.04.2019, 23.04.2019 в адрес начальника УУР УМВД России по Томской области, 24.04.2019 - в адрес начальника УРЛС УМВД России по Томской области направлены повестки о вызове истца на допрос в качестве подозреваемого по уголовному делу /________/; 06.05.2019 ФИО1 как подозреваемому по указанному уголовному делу вручен протокол разъяснения права воспользоваться услугами защитника и вручена повестка о вызове на допрос в названном процессуальном статусе; 14.05.2019 вынесено постановление о приводе ФИО1 для допроса в качестве подозреваемого, 17.05.2019 он вызывался для предъявления обвинения, о чем также сообщено его руководству, что свидетельствует о фактическом применении к истцу мер процессуального принуждения как к подозреваемому и не могло не отразиться негативно на его психоэмоциональном состоянии и профессиональной репутации.

Вместе с тем, вопреки доводам истца и его представителя, не могут быть учтены как влияющие на степень морально-нравственных страданий, и соответственно, на размер компенсации истцу морального вреда в результате незаконного уголовного преследования, факты допроса истца по уголовному делу в качестве свидетеля, предъявления его для опознания и участия в очных ставках.

Действительно, 06.09.2018, 21.09.2019, 08.02.2018 ФИО1 допрошен старшим следователем Зырянского МСО СУ СК России по Томской области в качестве свидетеля, 09.10.2018 ФИО1 предъявлен для опознания свидетелю ФИО44 проведена очная ставка между потерпевшим ФИО5 и свидетелем ФИО1

Данные процессуальные действия направлены на раскрытие преступления и установление его фактических обстоятельств, проверку доводов заявителя о причастности истца к совершению преступления, а потому не могут расцениваться как нарушающие права и свободы истца, в том числе в связи с занимаемой им должностью оперуполномоченного УМВД России по Томской области.

Доказательств нарушения порядка проведения перечисленных процессуальных действий, а также прав ФИО1 при их проведении истцом в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено. Напротив, истец и его представитель указали, что с жалобами на действия следователя или руководителя следственного органа в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации они не обращались.

Оценка истцом и допрошенным в судебном заседании свидетелем ФИО43 данных процессуальных действий в качестве унижающих человеческое достоинство и деловую репутацию сотрудника полиции являются исключительно их личным субъективным восприятием.

Ссылки истца и его представителя на факт реабилитации как доказательство незаконности всех совершенных в отношении истца следственных и иных процессуальных действий, в том числе до предъявления ему обвинения в совершении преступления, основаны на ошибочном понимании положений законодательства, регулирующего порядок компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности.

Основанием для такой компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда является, как отмечено выше, причинение гражданину вреда в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (статья 2, часть 1 статьи 17 и часть 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации, пункт 1 статьи 1070, абзацы третий и пятый статьи 1100 ГК РФ). Так, суд вправе взыскать компенсацию морального вреда, причиненного, например, в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого в совершении преступления (статья 91 УПК РФ), или в результате незаконного административного задержания на срок не более 48 часов как меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении (часть 3 статьи 27.5 КоАП РФ), или в результате признания незаконным помещения несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел (статья 22 Федерального закона от 24.06.1999 № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»), или в результате производства в жилище обыска или выемки, признанных незаконными (статья 12 УПК РФ), и др.

Участие истца в вышеперечисленных процессуальных действиях в качестве свидетеля не относится к числу мер государственного принуждения, а потому в отсутствие доказательств противоправного поведения должных лиц, проводивших данные процессуальные действия в рамках предварительного следствия, не может являться основанием для компенсации морального вреда в порядке пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Доказательств незаконности данных действий (бездействия) должностных лиц следственного органа (то есть их виновного противоправного поведения), как того требуют положения статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, стороной истца не представлено.

По тем же правовым мотивам в отсутствие доказательств признания в установленном порядке незаконными не могут быть признаны таковыми в рамках настоящего спора и учтены при определении размера компенсации морального вреда предложение следователя о прохождении истцом судебной психофизиологической экспертизы (полиграфа) и отказы следователя в удовлетворении заявленных истцом и его защитником ходатайств.

Розыск ФИО1 объявлен после вынесения постановлении о привлечении его в качестве обвиняемого, доказательств признания постановления об объявлении истца в розыск в материалы дела также не представлено.

При определении степени ограничений, вызванных избранием в отношении истца меры принуждения в виде подписки о невыезде, суд полагает заслуживающими внимания доводы представителей ответчика и третьих лиц о том, что избрание данной меры пресечения существенно не ограничило истца в ведении прежнего образа жизни и в осуществлении служебной деятельности, общении с родственниками и семьей, оказания им помощи. Передвижение ФИО1 за пределами своего места жительства, в том числе проведении отпуска с выездом из г. Томска и области, было возможно при получении разрешения должностного лица, в производстве которого находилось уголовное дело, однако за таким разрешением истец не обращался.

Из показаний свидетелей ФИО42, проживающих в <...>, следует, что ФИО1 приезжал к ним в гости в период уголовного преследования.

Письмом заместителя начальника УМВД России по Томской области – начальника отдела (кадров) УРЛС от 19.12.2024 № 1/________/ подтверждено, что в период уголовного преследования ФИО1 привлекался к выполнению служебных обязанностей по охране общественного порядка, направлялся в служебные командировки, в том числе за пределы Томской области (г. Севастополь, г. Новосибирск, Республику Хакасия).

Также судом учитывается, что, несмотря на тяжесть предъявленного обвинения и продолжительность уголовного преследования, истец не был лишен возможности продолжить службу вплоть до приятия им решения об увольнении в связи с выходом на пенсию по выслуге лет.

Доводы истца о его понижении в должности и увольнении в связи с привлечением к уголовной ответственности не нашли в судебном заседании подтверждения.

Согласно архивной справке УМВД России по Томской области ФИО1 проходил службу в органах внутренних дел с 01.06.205 до 13.06.2023, в период с 14.05.2018 по 18.10.2021 занимал должность оперуполномоченного по особо важным делам отделения по разработке лидеров и авторитетов преступной среды и преступных сообщество межрайонного отдела (с 26.06.2019 – отдела) по борьбе с организованной преступностью Управления уголовного розыска УМВД России по Томской области; с 18.10.2021 по 06.09.2022 – в должности старшего оперуполномоченного отделения по раскрытию грабежей и разбойных нападений отдела по раскрытию преступлений против собственности УУР УМВД России по Томской области; с 06.09.2022 по 13.06.2023 – в должности оперуполномоченного по особо важным делам группы по раскрытию преступлений общеуголовной направленности в сфере лесопользования, в том числе совершенных в составе организованных преступных групп и преступных сообществ отдела по борьбе с организованной преступностью УУР УМВД России по Томской области, уволен 13.06.2023 по п. 4 ч. 2 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» по выслуге лет, дающей право на получение пенсии.

Согласно письму заместителя начальника УМВД России по Томской области – начальника отдела (кадров) УРЛС от 19.12.2024 № 1/13-26422, справке того же должностного лица (без даты) за период службы с 01.01.2018 по 13.06.2023 ФИО1 поощрен 21 раз.

Из показаний свидетеля ФИО41 следует, что предложение о переводе истца на должность с меньшей нагрузкой вызвано утратой активности в его работе и целеустремленности, отсутствием инициативы, решение об увольнении по собственному желанию в связи с выходом на пенсию принято ФИО1 лично с целью избежать возможного увольнения по отрицательным мотивам в случае вынесения обвинительного приговора. При этом руководство предлагало истцу остаться, видело в нем потенциал, он (свидетель), являясь руководителем подразделения, в котором ранее работал истец, предлагал ему вернуться на службу после оправдания.

Об аналогичных причинах увольнения истца со службы до вынесения приговора по уголовному делу (с целью избежать увольнения по отрицательным мотивам, сохранить право на получение выходного пособия и пенсии по выслуге лет) суду сообщили как сам истец, так и свидетели ФИО40

Не представлено и доказательств того, что незаконным уголовным преследованием оказано негативное влияние на отношение к истцу окружающих. Допрошенные судом свидетели показали, что руководство и сослуживцы истца, знающие его, относились к нему с пониманием и сочувствием, поддерживали его.

Показания свидетеля ФИО39 о том, что находились те сотрудники, которые отвернулись от истца, злорадствовали, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку, как указал сам свидетель, данные сведения носят характер слухов.

Также в связи с отсутствием доказательств судом не принимаются во внимание доводы стороны истца о затруднениях в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом привлечения его к уголовной ответственности.

Представленная истцом информация с сайта поиска работы не содержит сведений об отказе в приеме истца на должность руководителя службы безопасности по вышеуказанному основанию.

К показаниям свидетеля ФИО37 о несогласовании трудоустройства истца в ООО «Томскнетехимпереработка» в связи с привлечением к уголовной ответственности за тяжкое преступление суд относится критически, поскольку из пояснений ФИО38 следует, что он сам принят на работу в указанную организацию при аналогичных обстоятельствах.

Не установлено наличие прямой причинно-следственной связи между уголовным преследованием истца и прекращением брака 22.03.2023 (свидетельство о расторжении брака /________/). Из анализа пояснений истца и его бывшей супруги ФИО6 следует, что причиной расторжения брака явилась совокупность причин, в числе которых (с точки зрения ФИО6) отсутствие поддержки со стороны супруга в тяжелый для нее период диагностирования онкологического заболевания, а также личное глубокое негативное восприятие истцом уголовного преследования, отдалившее его от семьи.

При этом как сама ФИО6, так и допрошенные судом свидетели (ФИО36.) указали на то, что она поддерживала истца и верила в его невиновность.

Ссылки истца на вызванные незаконным уголовным преследованием материальные трудности, произведенные им затраты на оплату услуг адвоката, долги по кредитным обязательствам, не могут быть учтены судом при определении размера компенсации морального вреда, поскольку частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. При этом статьей 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что возмещение реабилитированному имущественного вреда включает, в частности, возмещение сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи, и иных расходов.

Принимая во внимание установленные по делу фактические обстоятельства, длительность уголовного преследования истца (более 4 лет 6 месяцев), повлиявшие на период судопроизводства по делу меры по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19) и смена состава суда по объективным причинам, категорию тяжести инкриминированного истцу преступления, оценив в совокупности конкретные незаконные действия причинителя вреда, сопоставив их с тяжестью причиненных истцу нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, характером его профессиональной деятельности, сохранения возможности продолжить служебную деятельность до увольнения по собственной инициативе, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, необходимость восстановления баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности государства, суд считает возможным взыскать компенсацию морального вреда в пользу ФИО1 в размере 500000,00 руб.

На основании пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны Российской Федерации.

В силу статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает финансовый орган.

Из содержания вышеприведенных норм гражданского законодательства следует, что ответственность государства за действия должностных лиц наступает при наличии следующих условий: неправомерности действий или бездействия должностных лиц; наличия морального вреда, причиненного гражданину; причинно-следственной связи между неправомерными действиями (бездействием) должностных лиц и причиненным моральным вредом; виновности должностных лиц, если вред причинен вследствие неправомерного деяния должностного лица.

Как устанавливает пункт 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

Согласно части 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного действиями государственных органов РФ или их должностных лиц, возложена на Министерство финансов Российской Федерации.

В соответствии с приказом Министерства финансов Российской Федерации от 12.02.1998 № 26 «О порядке организации и ведения Министерством финансов РФ работы по выступлению от имени казны Российской Федерации, а также по представлению интересов Правительства Российской Федерации в судах» (с учетом приказов Министерства финансов Российской Федерации от 30.12.2004 № 378, от 17.01.2005 № 1), обязанность по организации и ведению в судах работы по выступлению от имени казны Российской Федерации возложены на Управления Федерального казначейства Минфина России по республикам, краям, округам, областям, каждому из которых Министерством финансов Российской Федерации выдаются соответствующие доверенности.

Таким образом, обязанность компенсации морального вреда и убытков законом возложена на Министерство финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Томской области о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 морального вреда в размере 500000,00 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Томский областной суд через Кировский районный суд г. Томска в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий (подпись) Е.А. Селезнева

Решение суда в окончательной форме изготовлено 12.02.2025.