Решение № 2-2778/2019 2-2778/2019~М-2257/2019 М-2257/2019 от 28 ноября 2019 г. по делу № 2-2778/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 ноября 2019 года г. Иркутск

Иркутский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Недбаевской О.В., при секретаре К.А,А.,

с участием старшего помощника прокурора Иркутского района С.Е.Н.

истца З.В.В. и его представителя Т. О.В.,

представителя ответчика ООО «ЭСК «Энергомост» П.Е.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2778/2019 по иску ФИО1 к ООО «ЭСК «Энергомост» о взыскании компенсации морального вреда, расходов по оплате услуг представителя,

УСТАНОВИЛ:

Истец З.В.В. обратился в суд с исковым заявлением к ООО «ЭСК «Энергомост», в котором просит взыскать компенсации морального вреда в размере 800 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 руб.

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что **/**/**** он был принят на работу в ООО «ЭСК «Энергомост» в обособленное подразделение с. Подымахино на должность водителя автомобиля, сторонами был заключен Трудовой договор № № от **/**/****.

**/**/**** в период работы, указывает истец, в результате несчастного случае на производстве им получены следующие телесные повреждения: закрытый перелом основания нижних суставных отростков с обеих сторон L5 позвонка. Данное обстоятельство подтверждается Актом № от **/**/**** о несчастном случае на производстве.

ООО «ЭСК «Энергомост» на протяжении длительного времени уклонялось от оформления документов о произошедшем несчастном случае на производстве, не признавая тот факт, что им была получена производственная травма.

Так, в письме № от **/**/**** ответчик указал, что производственных травм в ООО «ЭСК «Энергомост» в течение 2017 года зафиксировано не было. В связи с чем, истец был вынужден за защитой своих нарушенных прав обратиться в Государственную инспекцию труда в Свердловской области.

Письмом №-ИСХ от **/**/**** государственный инспектор труда (по охране труда) в Свердловской области А.В,В, сообщил, что травма, полученная истцом **/**/**** квалифицируется как связанная с производственной деятельностью, работодателю - ООО «ЭСК «Энергомост» выдано обязательное к исполнению предписание об оформлении и вручении З.В.В. не позднее **/**/**** экземпляра акта формы Н-1.

Лишь после получения указанного обязательного к исполнению предписания ответчиком был составлен Акт № от **/**/**** о несчастном случае на производстве

С **/**/**** по **/**/****, указывает истец, он проходил лечение в связи с полученной травмой.

**/**/**** он по собственному желанию уволился из ООО «ЭСК «Энергомост», после чего неоднократно проходил медицинские обследования и лечение последствий полученной травмы.

В частности, из заключения травматолога-ортопеда от **/**/**** следует, что ему был поставлен следующий диагноз: «Последствия производственной травмы: Консолидированный перелом основания нижних суставных отростков с обеих сторон пятого поясничного позвонка. Вертеброгенная (остеохондроз 2-3 рентген период, спондилоартроз, спондилолистез пятого поясничного позвонка, грыжи дисков 5 поясничного - первый крестцовый позвонки). Люмбоишиалгия. Выраженный болевой синдром, мышечно-тонический и миофасциальные синдромы. Остеопороз».

Бюро № - филиалом ФГУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда России, также указал истец, у него установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% на период с **/**/**** до **/**/****.

Как указывает истец, он на протяжении уже практически двух лет испытывает тяжелые физические и нравственные страдания в связи с полученной травмой. Все указанное время испытывает сильные боли в спине, не может выполнять какую-либо физическую работу, не может длительное время находится в вертикальном положении, в связи с чем, лишен возможности устроиться на работу, лишен возможности помогать своей супруге по хозяйству. По вышеуказанным причинам он лишен каких-либо источников дохода, не может содержать себя и членов своей семьи, вынужден постоянно одалживать денежные средства у знакомых. Все вышеуказанное: постоянные боли в спине, невозможность содержать семью и т.д. повлекло возникновение у него сильных головных болей, депрессии, страха остаться без средств к существованию и т.д.

Истец полагает, что он всю свою жизнь будет вынужден испытывать последствия перенесенной им травмы. Причиненный ему моральный вред он оценивает в 800 000 руб.

Кроме этого, в силу ст. 100 ГПК РФ истец просит взыскать с ответчика расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 руб.

В судебном заседании истец З.В.В. исковые требования поддержал, подтвердив доводы, изложенные в иске, просил требования удовлетворить.

Представитель истца З.В.В. – Т.О.В, в судебном заседании исковые требования также поддержал в полном объеме, равно как и заявление о взыскании понесенных по делу судебных расходов. Полагал, что заявленные исковые требования заявлены законно и обоснованно, следовательно, подлежат удовлетворению в заявленном размере.

Представитель ответчика ООО «ЭСК «Энергомост» П.Е.Н. в судебном заседании возражала против удовлетворения требований истца, поддержав позицию в ранее представленном суду отзыве. Дополнительно пояснила, что должностные обязанности З.В.В. были определены указанным трудовым договором, а также утвержденной в ООО «ЭСК «Энергомост» «Рабочей инструкцией Водителя автомобиля» № № от **/**/****, с которой он был ознакомлен при подписании трудового договора. Согласно п. 1.5. Рабочей инструкции «Водитель автомобиля непосредственно подчиняется главному механику/начальнику базы/генеральному директору. Водитель автомобиля, работающий вахтовым методом, подчиняется непосредственно механику, административно - главному механику». Руководителем З.В.В. являлся механик участка К.С,В,. Рабочая инструкция содержит четкие формулировки о должностных обязанностях работника, занимающего должность водителя автомобиля, все должностные обязанности основаны на необходимости обеспечения надлежащей эксплуатации транспортных средств работодателя и исключают возможность выполнения работником иных трудовых функций, в том числе трудовых функций работников иных должностей. Обстоятельства, при которых произошел несчастный случай, подтверждают тот факт, что именно З.В.В. нарушены положения трудового договора и рабочей инструкции, поскольку от непосредственного руководителя З.В.В. - механика участка К.С,В, - соответствующего указания об оказании содействия стропальщику Ш.А.П. в осуществлении его должностных обязанностей не поступало; из объяснительной стропальщика Ш.А.П. также следует, что З.В.В. по его просьбе помог подкатить бревно; в обязанности водителя автомобиля не входит переноска бревен и иного пиломатериала, кроме того, в обязанности водителя автомобиля, согласно рабочей инструкции, не входит даже погрузка/разгрузка грузов и использование собственной физической силы для поднятия и перемещения грузов, а только контроль за погрузкой, размещением и креплением груза в кузове автомобиля, что подтверждает, что единственной трудовой функцией работника, занимающего данную должность, является обеспечение надлежащей эксплуатации транспортных средств работодателя, а именно, управление транспортным средством, устранение неисправностей, регулировочные работы и ремонт, обеспечение сохранности вверенного транспортного средства и груза; будучи ознакомленным под роспись с Правилами внутреннего трудового распорядка, Рабочей инструкцией, после проведенного вводного инструктажа, инструктажа по охране труда на рабочем месте, обучения по охране труда по профессии, а также после проведенной проверки знаний по охране труда по профессии З.В.В. допустил грубое нарушение указанных локальных нормативных актов работодателя и проигнорировал проведенные работодателем инструктажи и обучение по охране труда, что привело к произошедшему несчастному случаю. Вина работодателя в произошедшем несчастном случае отсутствует. Поскольку ООО «ЭСК «Энергомост» не совершено неправомерных действий (бездействия), в результате совершения (не совершения) которых был причинен вред здоровью работника, а причиной возникновения заболевания З.В.В. послужило нарушение самим работником действующих у работодателя локальных нормативных актов, с которыми работник был ознакомлен в установленном порядке, обязанность по компенсации морального вреда не может быть возложена на ответчика при отсутствии его вины в причинении морального вреда.

Выслушав пояснения истца и его представителя, представителя ответчика, изучив письменные материалы дела, допросив свидетеля, оценив представленные доказательства в совокупности, а также принимая во внимание заключение старшего помощника прокурора Иркутского района С.Е.Н, полагавшей заявленные исковые требования законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению в разумных пределах, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца, исходя из следующего.

Согласно ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите (ст. 7, ч. 1 ст. 20, ст. 41 Конституции РФ).

В соответствии с п. 3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Согласно ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

В соответствии со ст. 227 Трудового кодекса РФ расследованию в установленном порядке как несчастные случаи на производстве подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Аналогичный подход к квалификации несчастного случая как произошедшего на производстве следует также из абз. 10 ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», из п. 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 24 октября 2002 года № 73.

По смыслу приведенных правовых норм несчастный случай на производстве образует любое повреждение здоровья, полученное работником при исполнении им трудовых обязанностей или выполнении иной работы по поручению работодателя, а также при осуществлении других правомерных действий, вытекающих из трудовых отношений, которое повлекло необходимость перевода пострадавшего на другую работу, временную или стойкую утрату им трудоспособности, а также его смерть.

Частью 3 статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» предусмотрено, что возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

По правилам статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из содержания статьи 1101 ГК РФ следует, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (часть 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (часть 2).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В ходе рассмотрения дела по существу установлено, что **/**/**** З.В.В. был принят на работу в ООО «ЭСК «Энергомост» в обособленное подразделение с. Подымахино на должность водителя автомобиля. Между сторонами был заключен Трудовой договор № от **/**/****.

Как следует из доводов искового заявления и пояснений самого истца З.В.В. в ходе рассмотрения дела по существу, в период работы **/**/**** в результате несчастного случае на производстве им получены следующие телесные повреждения: закрытый перелом основания нижних суставных отростков с обеих сторон L5 позвонка. Данное обстоятельство подтверждается Актом № от **/**/**** о несчастном случае на производстве.

Из указанного Акта № о несчастном случае на производстве, утвержденном генеральным директором ООО «ЭСК «Энергомост» **/**/****, следует, что несчастный случай произошел с З.В.В. на территории строительного объекта «Внешнее снабжение № №, 1 этап. Строительство ВЛ 220кВ». Место происшествия находится в Усть-Кутском районе Иркутской области в 40 км на северо-восток от .... по федеральной трассе А-331 «Вилюй», на территории временного жилого городка строителей.

Обстоятельства несчастного случая зафиксированы в Акте, в котором помимо прочего отражено, что в ходе расследования установлено:

легкий несчастный случай произошел в рабочее время с работником, участвующим в деятельности работодателя, при исполнении им своих трудовых обязанностей, обусловленных трудовым договором с работодателем (трудовой договор № от **/**/****);

характер полученных З.В.В. повреждений: «Закрытый перелом основания нижних суставных отростков с обеих сторон L5 позвонка. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории «легких».

Причиной несчастного случая, как было зафиксировано в Акте, явилось отсутствие надлежащего контроля за соблюдением работником правил внутреннего распорядка и рабочей инструкции водителя автомобиля (код №). Нарушение ст.с. 212, 189 ТК РФ. В качестве лица, допустившего нарушение требований охраны труда, указан К.С,В. – механик НТИ ООО «ЭСК «Энергомост».

С **/**/**** по **/**/****, как следует из справки ООО «ЭСК «Энергомост» З.В.В. отсутствовал по болезни (больничные листы), в период с **/**/**** по **/**/**** находился в отпуске без сохранения заработной платы.

**/**/**** З.В.В. был уволен из ООО «ЭСК «Энергомост» по собственному желанию, что подтверждается соответствующим приказом.

После увольнения З.В.В. продолжил лечение в результате полученной на производстве травмы, что подтверждается представленными в материалы дела медицинскими документами, в частности, из заключения травматолога-ортопеда от **/**/**** следует, что З.В.В. был поставлен диагноз: «Последствия производственной травмы: Консолидированный перелом основания нижних суставных отростков с обеих сторон пятого поясничного позвонка. Вертеброгенная (остеохондроз 2-3 рентген период, спондилоартроз, спондилолистез пятого поясничного позвонка, грыжи дисков 5 поясничного - первый крестцовый позвонки). Люмбоишиалгия. Выраженный болевой синдром, мышечно-тонический и миофасциальные синдромы. Остеопороз».

Справкой серии МСЭ-2017 № от **/**/****, выданной бюро № филиала ФГУ «ГБ МСЭ по ....» Минтруда России, подтверждается степень утраты З.В.В. профессиональной трудоспособности в размере 30% в связи с несчастным случаем на производстве **/**/**** со ссылкой на акт по форме Н-I № от **/**/**** Срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с **/**/**** по **/**/****.

Таким образом, факт получения З.В.В. травмы в результате исполнения им своих трудовых обязанностей объективно подтвержден материалами дела.

Исходя из ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; полную достоверную информацию об условиях труда и требованиях охраны труда на рабочем месте.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Как указывалось вышке, в соответствии с положениями ст. 212 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечить организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты, информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья и полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

Учитывая, что в соответствии со ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанность по обеспечению безопасности работников при эксплуатации оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; принятия мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций возлагается на работодателя, непосредственным причинителем вреда в данном случае является ответчик, с которого подлежит взысканию компенсация морального вреда.

В судебном заседании ответчиком не представлено бесспорных доказательств того, что для организации безопасных условий труда работников ООО «ЭСК Энергомост», в том числе и работника З.В.В., были предприняты все необходимые меры.

Таким образом, ответчик, как лицо, виновное в ненадлежащем исполнении обязанностей по охране и безопасности труда своих работников обязан возместить истцу моральный вред, причиненный полученной на производстве травмой.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля супруга З.В.В. Ч.А.А. суду показала, что до получения производственной травмы ее супругом она не работала, занималось ребенком, домом, обеспечивал семью супруг. После полученной травмы З.В.В. не может работать, поскольку принимает сильнодействующие препараты. Она была вынуждена устроиться на работу, чтобы содержать семью. З.В.В. продолжает испытывать болевые ощущения по настоящее время, продолжает лечение.

С учетом установленных обстоятельств причинения истцу вреда здоровью, повлекшего его нетрудоспособность, невозможность осуществления трудовой функции, связанные с этим переживания, равно как и длительный процесс реабилитации, затруднительность передвижения и иные связанные с этим неблагоприятные последствия дают основания полагать о причинении истцу физических и нравственных страданий, обязанность компенсировать которые в силу положений ст. 22, 237 Трудового кодекса РФ, статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, положений статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации должна быть возложена на причинителя вреда, которым в настоящем случае является работодатель.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, руководствуясь указанными выше нормами права, принимая во внимание, что факт причинения вреда здоровью З.В.В., выражающийся в физических страданиях, установлен, принимая во внимание, что З.В.В. испытывал и продолжает испытывать физические страдания, продолжительность лечения после получения травмы, с целью поддержания своего здоровья нуждается в постоянном лечении, испытывает чувство физической боли, ощущает дискомфорт и неудобства в быту, лишен возможности вести привычный образ жизни, будучи водителем по специальности З.В.В. не может осуществлять свои трудовые функции, поскольку в результате травмы ему показаны для постоянного приема ряд препаратов, в том числе препарат ФИО2, прием которого влияет на способность к вождению и управлению механизмами, учитывая обстоятельства причинения травмы, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., находя данный размер компенсации отвечающим требованиям разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда суд также учитывает поведение работодателя после произошедшего несчастного случая на производстве, в частности не принятие им мер к заглаживанию причиненного истцу морального вреда в досудебном порядке, непринятые своевременных мер к оформлению документов о произошедшем несчастном случае.

Доводы ответчика о том, что он произвел оплату истцу компенсацию причиненного морального вреда в размере 23 000 руб., суд оценивает критически, исходя из того, что объективно факт оплаты ответчиком истцу указанной суммы именно в качестве компенсации морального вреда ничем не подтвержден. Как было установлено в ходе рассмотрения дела из пояснений истца З.В.В., данная сумма была перечислена ему после разговора с директором Общества для приобретения аппарата АЛМАГ-01.

Доводы ответчика о наличии вины З.В.В. в произошедшем несчастном случае суд находит не состоятельными, поскольку данные доводы опровергаются представленной в материалы дела совокупностью доказательств.

Ссылка представителя ответчика о том, что З.В.В. был ознакомлен со всеми локальными актами работодателя, указанными на последней странице трудового договора, до произошедшего несчастного случая не соответствуют действительности. В Акте № от **/**/**** о несчастном случае на производстве установлено, что «с Правилами внутреннего трудового распорядка и рабочей инструкцией водителя автомобиля № № З.В.В. под роспись не ознакомлен».

Довод ответчика о том, что травма, полученная истцом в период работы у ответчика это ранее приобретенное заболевание, объективно ничем не подтвержден и противоречит представленным истцом медицинским документам, в том числе паспорту здоровья работника З.В.В., который перед приемом на работу в ООО «ЭСК «Энергомост» был здоров.

Рассматривая требования З.В.В. о взыскании в его пользу расходов по оплате услуг представителя, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Статьей 100 ГПК РФ установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из толкования ст. 100 ГПК РФ следует, что разумность пределов, являясь оценочной категорией, определяется судом с учетом особенностей конкретного дела. При оценке разумности заявленных расходов суду необходимо учитывать сложность, характер рассматриваемого спора и категорию дела, продолжительность подготовки к рассмотрению дела, объем доказательственной базы по данному делу, количество судебных заседаний, характер и объем помощи, степень участия представителя в разрешении спора.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от **/**/**** № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задач судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11 Постановления).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13).

Судом установлено, что интересы истца в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела представляла адвокат Т.О.В,.

Как следует из протоколов судебных заседаний, Т.О.В, представлял интересы истца по настоящему гражданскому делу во всех судебных заседаниях. Как представитель Т.О.В. в ходе рассмотрения дела по существу занимал активную позицию по делу, готовил необходимые процессуальные документы.

Соотнося заявленную истцом сумму расходов на оплату услуг представителя с объемом защищенного права, учитывая характер рассмотренной категории спора, степень сложности дела, объем выполненной представителем работы по представительству в суде, количество затраченного на это времени, а также учитывая результат рассмотрения дела, суд, разрешая требования З.В.В. о возмещении расходов на оплату услуг представителя приходит к выводу о возможности взыскания с ответчика расходов по оплате услуг представителя размере 15 000 руб., полагая данный размер судебных расходов соответствующим принципу разумности и справедливости и исходя из соблюдения баланса интересов сторон.

Согласно ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён в силу п. 3 ч. 1 ст.333.36 НК РФ, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворённой части исковых требований. В этой связи с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования З.В.В. к ООО «ЭСК «Энергомост» - удовлетворить.

Взыскать с ООО «ЭСК «Энергомост» в пользу З.В.В. компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 руб.

Взыскать с ООО «ЭСК «Энергомост» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Иркутский районный суд Иркутской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято 10 декабря 2019 года.

Судья: О.В. Недбаевская