Апелляционное определение № 22-1672/2026 от 26 апреля 2026 г.

Судья Гурская А.Н. Дело № 22-1672/2026


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

27 апреля 2026 года г.Владивосток

Судебная коллегия по уголовным делам Приморского краевого суда в составе:

председательствующего Жуковой И.П.,

судей Зиновьевой Н.В.,

ФИО1,

при помощнике судьи Везовской В.Д.,

при участии прокурора апелляционного отдела

прокуратуры Приморского края Ераксиной Е.Р.,

защитника Титова А.Н.,

осужденного ФИО2 (посредством видеоконференцсвязи)

потерпевшей ФИО24

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Титова А.Н. в защиту осужденного ФИО2 ФИО25,

на приговор Хасанского районного суда Приморского края от 10 марта 2026 года, которым

ФИО2 ФИО26, ... ранее не судимый:

осужден по ч.1 ст.105 УК РФ к 09 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Зачтено в срок отбывания наказания в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО2 под стражей с 02 сентября 2025 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств, принято решение об удовлетворении гражданского иска потерпевшей Потерпевший №1, в пользу которой в счет компенсации морального вреда с осужденного взыскан 1000 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Жуковой И.П., мнение осужденного ФИО2 и его защитника – адвоката Титова А.Н., в полном объеме поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение потерпевшей Потерпевший №1, мнение прокурора Ераксиной Е.Р., полагавших, что оснований для отмены либо изменения приговора суда, в том числе, по доводам апелляционной жалобы защитника, не имеется, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2 признан виновным и осужден за убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление им совершено 01 сентября 2025 года на территории Хасанского округа Приморского округа во время и при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно – мотивировочной части приговора.

В судебном заседании суда первой инстанции подсудимый ФИО2 вину в предъявленном обвинении признал частично, полагая, что действовал в состоянии необходимой обороны.

В апелляционной жалобе адвокат Титов А.Н. в защиту осужденного ФИО2, не согласившись с приговором суда, считает его подлежащем отмене.

В обоснование доводов указал, что на стадии досудебного следствия и в ходе судебного разбирательства ФИО2 свою вину в инкриминируемом преступлении признавал частично, последовательно давая показания о том, что умысла на убийство ФИО8 у него не было и никогда не возникало, в последнем слове просил не назначать ему наказание, связанное с длительным лишением свободы.

Защита полагает, что суд намеренно изначально выбрал обвинительную позицию при рассмотрении уголовного дела, положив в основу приговора только доказательства, обвиняющие подсудимого, и при этом не учел доводы защиты об отсутствии умысла на причинение смерти ФИО8, расценив их как желание подсудимого уйти от ответственности за содеянное, не изложив суждений, в чём это выразилось.

Также суд не учёл доводы подсудимого ФИО2 о том, что он удары ФИО8 по голове не наносил, последний находился в алкогольном опьянении, не удержался на ногах и ударился головой о мангал, что и послужило причиной его смерти, что также, по мнению защитника, подтверждается судебно-медицинской экспертизой трупа, так как трубчатый ключ, которым ФИО2 отбивался от ФИО8 имеет цилиндрическую форму, а описываемое в экспертизе повреждение на голове ФИО8 имеет пирамидальный вдавленный характер, что может указывать на то, что ФИО8, при падении мог удариться об угол металлического мангала.

Просит обратить внимание, что хотя при судебно-химическом исследовании трупа ФИО8 в крови последнего этиловый и метиловый спирты не обнаружены, однако следственным органом не проведено исследование крови ФИО8 на наличие в ней наркотических и психотропных веществ, об употреблении которых потерпевшим неоднократно указывал в своих показаниях ФИО2

Судом установлено, что между ФИО2 и ФИО8 возникли личные неприязненные отношения, между ними часто возникали бытовые конфликты, что не оспаривается подсудимым, однако суд критически отнесся к показаниям ФИО2 о причине возникновения конфликта, а именно о краже у него ФИО8 продуктов питания.

Также указывает, что суд не учел обстоятельства, свидетельствующие о противоправности или же аморальности поведения потерпевшего, не учел эмоциональное состояние ФИО2, показания которого указывают на состояние сильного эмоционального напряжения и агрессии, вызванной повторяющимися конфликтами с потерпевшим, что может рассматривается как фактор, снижающий его ответственность за совершенные действия.

Полагает, что суд недостаточно оценил все доказательства по уголовному делу, не в полной мере учел фактор неосторожности в действиях ФИО2 Несмотря на то, что ФИО2 применял ключ, количество и способ нанесения ударов указывают на недостаток намерения убить, более вероятно, что он стремился защитить свои интересы в ходе конфликта. Психологические исследования и медицинское заключение подтверждают, что на момент совершения действий в отношении потерпевшего, его подзащитный не осознавал полной степени опасности своих действий и не мог предвидеть их последствия, так как в течение долгого времени находился под стрессом, работа была переплетена с постоянным бытовыми с конфликтам с потерпевшим, что может указывать на эмоциональную нестабильность ФИО2 в момент совершения противоправных действий, он не предвидел смерти потерпевшего как следствия своих действий, в связи с чем сложно утверждать про прямую намеренность нанесения ударов потерпевшему, приведших к его смерти. Отсутствие намерения убить, а также наличие эмоционального стресса указывает на то, что действия ФИО2 могут быть квалифицированы как убийство по неосторожности.

В данной связи считает, что если преступление будет переквалифицировано на ч.1 ст.109 УК РФ, это позволит более обоснованно учесть все обстоятельства дела, включая эмоциональное состояние обвиняемого, а также факторы конфликтности, предшествующие инциденту, что будет соответствовать принципам справедливости к разумности в уголовном праве, а также применить более мягкого наказания ФИО2, что соответствовало бы принципу гуманизма в уголовном праве.

На основании приведенных доводов просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в ином составе суда.

Возражений на апелляционную жалобу защитника не поступило.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение участников судебного процесса, судебная коллегия приходит к следующему:

В соответствии с положениями ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены приговора при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом 1-й инстанции, существенные нарушения уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона, несправедливость приговора, выявление обстоятельств, указанных в ч.1 и п.1 ч.1.2 ст. 237 УПК РФ.

Таких нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

Согласно материалам уголовного дела привлечение ФИО2 к уголовной ответственности соответствует положениям гл.23 УПК РФ, обвинительное заключение отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ.

Предварительное следствие по делу и судебное разбирательства проведено с соблюдением требований закона, прав на защиту подсудимого и принципов состязательности сторон. При этом суд не выступал на стороне обвинения. Все ходатайства сторон судом разрешены с соблюдением требований ст. 271 УПК РФ.

Обвинительное заключение не содержит нарушений уголовно-процессуального закона, исключающих возможность постановления судом приговора на основании данного заключения и влекущих возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Состоявшийся обвинительный приговор в отношении ФИО2 соответствует требованиям ст.ст. 304, 307 - 309 УПК РФ. В нем содержится описание преступного деяния, признанного судом доказанным, приведены доказательства, исследованные в судебном заседании и оцененные судом, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного, мотивированы выводы относительно квалификации совершенного преступления и назначения наказания осужденному.

Суд первой инстанции надлежащим образом отразил отношение подсудимого ФИО2 к предъявленному обвинению и дал полную и мотивированную оценку всем его доводам.

Вопреки доводам жалобы защитника осужденного, полагающего об отсутствии достоверных доказательств виновности ФИО2 в инкриминируемом ему преступлении, положенные в основу приговора доказательства судом первой инстанции оценены с точки зрения относимости и допустимости, они правильно приняты во внимание, каких-либо неустраненных противоречий не содержат, и в своей совокупности являются достаточными для обоснования выводов суда о виновности осужденного ФИО2 в совершении в указанный период времени инкриминированного преступления при обстоятельствах, установленных судом.

Данных, свидетельствующих о нарушении уголовно-процессуального закона при исследовании доказательств, повлиявших на правильность установления судом фактических обстоятельств дела, не имеется, что, соответственно указывает на отсутствие по делу судебной ошибки.

Допрошенный в судебном заседании ФИО2 виновным в совершении преступления себя признал частично, пояснив, что работал в карьере с ФИО22 ФИО53, в находящемся там же контейнере ФИО8 с ним ночевал редко. 31.08.2025 в 20:15 час. ФИО22 варил химку возле контейнера, на что он ему сделал замечание. В 21 час. ФИО22 куда-то ушел, а в 01 час. он услышал грохот на веранде, где увидел ФИО22, который сидел с бутылкой алкоголя, после чего ФИО22 вновь куда-то ушел, а в 05 час. утра ФИО22 зашел в контейнер, при этом охал и кряхтел от боли, когда он включил фонарь, то увидел, что ФИО22 был весь грязный, в одних трусах и без обуви, весь побитый, с заплывшим глазом, стал просить у него водку, схватил его сумку, которая стояла под кроватью, и стал ее переворачивать, в связи с чем, он разозлился, оттолкнув ФИО22 ногой в плечо, а потом схватил его рукой за шею и потащил его к выходу, однако возле входа ФИО22 ударил его локтем под живот, отчего он присел, при этом увидел, как ФИО22 замахивается на него камнем, и чтобы закрыться от удара, подставил свою руку, упал на инструменты, а когда ФИО22 приблизился к нему, он взял цилиндрический ключ и начал им отмахиваться от ФИО22, который попятился назад, споткнулся и упал на диван. В это время он ключом нанес ФИО22 три удара по ногам, в бок, два раза по спине, и нанес по ягодицам. После этого, когда ФИО22 выбежал на улицу, он закрыл дверь, и из окна увидел, как ФИО22 опять забегает на веранду, при этом в правой руке у него торчал блестящий предмет, которым он открыл дверь и с этим предметом побежал на него. Поэтому, чтобы ФИО22 к нему не подошел, он схватил ключ и начал им размахивать перед собой, когда ФИО22 попытался кинуться на него, он сделал удар ногой ему в пах, от чего тот упал, а он нанес ему ключом удар в бок, по спине два раза, по ногам три раза. После этого ФИО22 убежал, и подойдя через 10-15 минут к двери, он увидел, как ФИО22, находясь на улице, падает и головой ударяется об край мангала, который стоял слева от двери, а потом, попинав мангал, разбежался, выломал дверь и прыгнул на него, от чего он упал, при этом успел взять ключ в обе руки и нанес им удар ФИО22 по голове, попав ниже глаза, выше рта, краем задев нос, затем еще ногой нанес потерпевшему удар под живот, и когда ФИО22 упал, нанес ему 5-6 ударов ключом по боку, спине, ноге. После этого ФИО22 выбежал из веранды, отбежал метра на три и лег в кусты, а он, удерживая дверь, простоял так больше часа, когда примерно в 08 час. на работу приехал Свидетель №3 и начальник Свидетель №1, вместе с которым они взяли ФИО22 под руки, затащили его в контейнер, положив на диван, при этом ФИО22 улыбался, и сказал, что у него все хорошо, что он отлежится и завтра выйдет на работу. После этого он ушел на работу, а позже от начальника участка узнал, что ФИО22 стало плохо, его отвезли в больницу, где ФИО22 умер. Пояснил, что умысла убивать ФИО22 у него не было, он от него оборонялся, защищал свою жизнь и здоровье.

Вместе с тем, в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ при наличии существенных противоречий между показаниями, данными подсудимым в ходе предварительного расследования и в суде, судом оглашены показания ФИО2, данные на досудебной стадии производства по делу в качестве подозреваемого, из которых следует, что с 14.05.2025 он работал в бухте <адрес> в <адрес> в ..., занимающимся добычей песка, где познакомился с ФИО47 (ФИО22), с которым проживал в металлическом контейнере с деревянной пристройкой. ФИО33 злоупотреблял спиртным, так же он стал замечать, что ФИО51 ворует его продукты питания и сигареты. 31.08.2025 ФИО48 в очередной раз своровал его продукты питания, он пожаловался на его поведение руководству, и ФИО31 пообещал переночевать в другом месте, однако около 22:30 час. вернулся. Проснувшись 01.09 2025 в 05:40 час. он увидел, что ФИО40 спит, в комнате беспорядок, на коврике около кровати следы крови, что его разозлило, он стал кричать на ФИО32 за беспорядок, но тот продолжил спать. Это окончательно вывело его из себя, выйдя на веранду, он достал из-под дивана металлический ключ длиной около 40 см, диаметром около 2,5 см, и будучи зол на ФИО22 за то, что тот не переночевал в другом месте, и навел беспорядок в комнате, подбежал к ФИО34, который лежал на кровати, и этим ключом нанес ФИО39 три удара в область голеней обеих ног, потом схватил ФИО49 под шею, поднял с кровати, и с силой толкнул его в сторону выхода, кроме того нанес ФИО35 3 удара металлическим ключом по спине и в области правого бока, правой ногой пнул ФИО38 в область ягодиц, чтобы выгнать с контейнера, при этом ФИО41 ему никаких ударов не наносил. После того, как ФИО44 вылетел с контейнера на веранду, через 15 минул он снова забежал в контейнер, направившись в его сторону, поэтому он оттолкнул его от себя ногой, попав ему в область живота, после чего, тем же металлическим ключом, нанес три удара ФИО43 в область бока и ноги, и в момент, когда ФИО46 стал отворачиваться от него, он нанес еще три удара по спине, от которых ФИО36 попятился в сторону выхода, у которого он вытолкнул его на улицу ногой в область живота, отчего ФИО42 упал спиной на песок. Еще примерно через 10-15 минут Владимир открыл дверь на веранду ногой и опять направился в его сторону, поэтому он, держа двумя руками металлический ключ, нанес им удар ФИО52 в область лица, перехватил металлический ключ в правую руку, и нанес еще около 6 ударов в область спины, бока и конечностей, выталкивая его ногой из контейнера. После этого, удерживая дверь, видел в окно, как ФИО28 нагнулся к собаке, и, будучи в состоянии алкогольного опьянения, потерял равновесие и упал, ударившись головой об мангал. В 07:55 час. приехал начальник ФИО4, который увидев, что у ФИО30 имеются телесные повреждения, сказал, что его необходимо отвезти в больницу, а около 09-30 час. позвонил ему и сообщил, что ФИО27 умер, тогда он решил выкинуть металлический ключ, отнес его метров на 100 от контейнера и выкинул в кусты. Нанося удары металлическим ключом ФИО29 по телу и конечностям, а также в лицо, он не исключает, что удары ключом, не более двух, могли попасть ФИО50 по голове, когда тот отворачивался от его ударов по телу. Всего он нанес ФИО45 не менее 20 ударов металлическим ключом, а когда выталкивал ФИО37 ногой из контейнера, то удары приходились в область ягодиц и живота (том №1, л.д.75-79).

В судебном заседании подсудимый ФИО2 указанные, оглашенные судом показания не подтвердил, пояснив, что следователь неверно изложила его показания.

Несмотря на занятую осужденным ФИО2 и стороной его защиты по делу позицию, судом правильно установлены фактические обстоятельства совершенного осужденным преступления, вопреки доводам жалобы, выводы суда о виновности ФИО2 в совершении убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человека, основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, получивших в приговоре, в соответствии с положениями статьи 17 УПК РФ, надлежащую оценку, с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела, как того требуют положения статьи 88 УПК РФ.

Вместе с тем, непризание в целом (частичное) подсудимым ФИО2 своей вины, судом первой инстанции обоснованно расценено как незапрещенный законом способ защиты от предъявленного обвинения, избранный с целью избежания ответственности за содеянное, поскольку показания ФИО2, данные в судебном заседании, не нашли своего подтверждения исследованными в ходе судебного следствия доказательствами. При этом мотивы, по которым судом отвергнуты показания осужденного ФИО2 в той части, в которой они противоречат иным взаимосвязанным между собой доказательствам, в приговоре в соответствии с п.2 ст.307 УПК РФ приведены.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, данных о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято, с обвинительным уклоном, с нарушением права ФИО2 на справедливый и беспристрастный суд, с ущемлением его процессуальных и общегражданских прав и свобод, на то, что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов дела не усматривается.

Так, выводы суда первой инстанции о виновности ФИО2 в совершенном преступлении основаны на достаточной совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании и объективно подтверждаются:

- показаниями потерпевшей Потерпевший №1, данными в суде, пояснявшей, что погибший ФИО54 является ее братом, он проживал с родителями, она виделась с ним когда, приезжала к родителям. Ей известно, что брат употреблял алкоголь;

показаниями свидетелей:

- Свидетель №2, данным в суде и в ходе предварительного расследования, оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что он работал в ... в песчаном карьере расположенном между <адрес> и <адрес>, где также работали ФИО3 (ФИО2) с <адрес> и ФИО58 (ФИО22) с <адрес>, которые проживали на карьере в приспособленном для проживания контейнере, между которыми постоянно происходили бытовые конфликты. ФИО59 часто выпивал спиртные напитки, однако был безобидный и отзывчивый, тогда как ФИО3 охарактеризовал как скрытого, конфликтного, агрессивного мужчину, пояснившего также, что когда 01.09.2025 в 08 час. он приехал на карьер, то увидел на земле вблизи с контейнером лежащего ФИО55, который ни чего не мог сказать, стонал, был весь в крови, лицо было разбито, на глазу была гематома. К контейнеру также подошли Свидетель №3 и ФИО56, которые видели лежащего в крови ФИО60. В 08:15 час. на карьер приехал начальник участка Свидетель №1, который с ФИО61 уложили ФИО62 на заднее сиденье автомобиля «...», и повезли в больницу в <адрес>. 02.09.2025 г. он узнал, что ФИО57 умер в автомобиле «...» (том № 1, л.д. 149-151);

- Свидетель №3, данным в суде, пояснявшего, что он вместе с Свидетель №2 в 07:50 час. приехали на работу в карьер возле <адрес>, где Свидетель №2 сказал ему, что возле домика лежит ФИО22 и кряхтит, подойдя к которому он увидел кровь, лицо у ФИО22 также было в крови, ему от этого стало плохо, и он ушел. Затем он узнал, что по дороге в больницу ФИО22 умер;

- Свидетель №1, данным в суде, пояснявшего, что он работает начальником участка на карьере в ... в бухте ... возле <адрес>. На карьере работали ФИО8 слесарем и ФИО2 на экскаваторе, которые проживали там же в вагончике. В понедельник утром он приехал на карьер и увидел ФИО8, лежащего возле вагончика, где он и проживал. Вместе с ФИО2 они занесли ФИО8 на веранду и положили на диван. ФИО2 ему пояснил, что ФИО8 где-то ходил пьяный, пришел побитый. Так как ФИО8 мычал и стонал, он загрузил егов свою машину и повез в больницу в <адрес>, однако по дороге в больницу ФИО22 умер. На следующий день он приехал на карьер и узнал, что ФИО2 задержали сотрудники полиции. Пояснил, что оба: и ФИО8, и ФИО2, исполнительные сотрудники, но ФИО8 выпивал, что не нравилось ФИО2, поэтому они были недовольны друг другом;

- Свидетель №4, оперуполномоченного ОУР ОМВД России «...», пояснившего в судебном заседании, что по сообщению из дежурной части ОМВД он в составе следственно-оперативной группы выехал на место преступления в <адрес> на песчаный карьер. Подсудимый ФИО2 находился на карьере в бытовом помещении и пояснил, что потерпевший ФИО8 пришел утром пьяный и побитый. В этот момент потерпевшего в уже не было. На следующее утро ФИО2 добровольно обратился к нему, написал явку с повинной и рассказал об обстоятельствах произошедшего;

- Свидетель №5, данным в ходе предварительного расследования и оглашенными судом в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, указавшей на стадии предварительного расследования, что в 09 часов 01.09.2025 на СМП пост <адрес> КГБУЗ «... ЦРБ», где она работает в должности фельдшера, обратился мужчина, представившись начальником карьера, который пояснил, что на своем автомобиле привез ФИО8, которого избили на карьере в районе <адрес> и тот умирает. В автомобиле на заднем сидении она увидела мужчину, который не подавал признаков жизни. В ходе осмотра ФИО63 она увидела, что у него на лице, в области головы, тела и конечностей имеются множественные повреждения в виде гематом и кровоподтеков, на лице и теле была кровь, с головы также стекала кровь, в районе правого глаза имелась гематома, из-за которой глаз был полностью закрыт. В 09:15 час. ею была констатирована смерть ФИО8 (том № 1, л.д. 158-160);

- Свидетель №6, данным в ходе предварительного расследования и оглашенными с согласия сторон в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ указавшего на стадии предварительного расследования, что в мае 2025 г. он пришел на карьер, который находился недалеко от базы ...» б. <адрес> куда он ранее устроился на работу охранником, пришел он туда чтобы найти своего знакомого, но его там не оказалось. На карьере находились двое мужчин ФИО3 и ФИО64, к которым он зашел в вагончик поговорить, в вагончике ФИО3 брызнул ему в глаза перцовым баллончиком и беспричинно ударил его по голове чем-то тяжелым, после чего он испугался и убежал к себе на базу(том № 1, л.д. 162-164).

Не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей обвинения у суда первой инстанции не имелось, поскольку они согласуются между собой и другими доказательствами по делу, не содержат существенных противоречий, позволяющих усомниться в их правдивости. Каких-либо неприязненных, конфликтных отношений или иных обстоятельств, которые могли бы явиться причиной для оговора осужденного ФИО2, между вышеуказанными лицами и осужденным, судом установлено не было.

Помимо показаний потерпевшей и свидетелей, виновность ФИО2 в содеянном подтверждается данными, содержащимися в протоколах следственных и процессуальных действий, исследованных в судебном заседании:

- протоколами осмотров места происшествия: от 11.09.2025 (том №1, л.д. 10-12), а именно участка местности вблизи <адрес> в <адрес> муниципального округа <адрес>, где в автомобиле марки «...», гос.знак №, обнаружен труп ФИО8 с признаками насильственной смерти в виде множественных телесных повреждений в области головы и тела; от 01.09.2025 (том №1, л.д. 24-38), а именно земельного участка с кадастровым номером №, где в металлическом контейнере с деревянной пристройкой, а также вблизи него, а именно с пола вблизи велосипеда, с пола вблизи дивана, с земли вблизи с контейнером, обнаружены и изъяты следы вещества бурого цвета, а также срезы фрагментов ткани со следами вещества бурого цвета с матраца дивана, внутри контейнера, и с подлокотника дивана на веранде, внутри контейнера обнаружен и изъят мобильный телефон марки «...»; от 02.09.2025 (том №1, л.д. 108-112) в ходе которого, с участием подозреваемого ФИО2 и его защитника, с земельного участка с кадастровым номером №, примерно в 30 метрах от металлического контейнера, в траве обнаружен и изъят металлический ключ;

- протоколом выемки от 04.09.2025 (том №1, л.д. 171-174), оформленной с учетом положений ст.ст. 164, 176-177, 180 УПК РФ в служебном кабинете ГБУЗ «ПК Бюро СМЭ», где изъяты образцы крови трупа ФИО8;

полученными и оформленными с соблюдением требований ст.ст. 195, 198, 204 УПК РФ заключениями:

- судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО8 №30-6/80/2025 от 21.10.2025 (том№1, л.д.180-189), которым установлено, что непосредственной причиной смерти ФИО8 послужила закрытая черепно-мозговая травма в виде ушиба правой височной доли головного мозга субдуральной гематомы справа (150 мл), вдавленного оскольчатого перелома правой височной кости, ушибленной раны на височной области головы справа (3.1), течение которой осложнилось отеком и дислокацией головного мозга с вклинением миндалин мозжечка в шейно-затылочную дуральную воронку и вторичными кровоизлияниями в ствол головного мозга. Давность наступления смерти ФИО8 соответствует 01.09.2025. Указанное телесное повреждение 3.1 было обнаружено при судебно-медицинской экспертизе трупа, оно образовалось незадолго до наступления смерти от удара твердым тупым предметом с ограниченной травмирующей поверхностью, состоит в прямой связи с непосредственной причиной смерти, влечет за собой вред здоровью, опасный для жизни человека и по этому признаку квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Также при судебно-медицинской экспертизе трупа были обнаружены 3.2 открытая тупая травма правой голени в виде полного поперечного оскольчатого перелома верхней трети диафиза большой берцовой кости, ушибленных ран (5) на передней поверхности правой голени; 3.3 ушибленные раны на височной области головы слева (1), на крыле носа слева (1), на передней поверхности левой голени (1); 3.4 кровоподтек в области орбиты справа, множественные кровоподтеки на правой боковой области живота, на лопаточных, поясничных и ягодичных областях. Телесные повреждения указанные: в п. 3.2 образовалось незадолго до перед наступлением смерти от удара (ударов) твердым тупым предметом с ограниченной травмирующей поверхностью, влечет за собой вред здоровью, опасный для жизни человека и по этому признаку квалифицируется как тяжкий вред здоровью; в п. 3.3., п. 3.4 образовалось незадолго перед наступлением смерти от ударов твердым тупым предметом (предметами) с ограниченной травмирующей поверхностью, повреждения указанные в п. 3.3. влекут за собой кратковременное расстройство здоровья – временное расстройство здоровья продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно) в связи с чем расцениваются как легкий вред здоровью, повреждения указанные в п. 3.4 расцениваются как не причинившие вред здоровья человеку. Повреждения указанные в п. 3.2, п. 3.3, п. 3.4 в прямой связи с непосредственной причиной смерти не состоят. Все обнаруженные на трупе повреждения прижизненного характера. В момент причинения повреждений потерпевший мог находится лицом к нападавшему в положении стоя, сидя или лежа на спине. Минимальное количество ударов, полученных потерпевшим, соответствует минимальному количеству повреждения, обнаруженных при судебно-медицинской экспертизе трупа – девять для образования ушибленных ран, точно определить количество ударов в результате которых образовались кровоподтеки невозможно. Каких-либо морфологических признаков, свидетельствующих о наличии у потерпевшего при жизни тяжелых соматических заболеваний при судебно-медицинской экспертизе трупа не обнаружено. При судебно-химическом исследовании в крови от трупа ФИО8 этиловый и метиловый спирт не обнаружены;

- судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств №14-6 177/2025 (том 1, л.д.195-199), которым установлено, что кровь потерпевшего ФИО9 относится к АВ группе, на марлевом тампоне со смывом с пола около велосипеда обнаружена кровь человека АВ группы, тем самым, не исключается ее происхождение от потерпевшего ФИО9 На двух фрагментах ткани, изъятых с подлокотника дивана и с матраса дивана, марлевом тампоне со смывом с пола около дивана обнаружена кровь человека, при определении групповой принадлежности которой выявлен антиген А. Данный антиген характеризует АВ группу крови, происхождении крови на указанных предметах от ФИО8 не исключается;

- судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств №14,15-6,7 178-998/2025 (том № 1, л.д. 207-211), согласно которой на металлическом ключе кровь не обнаружена. При молекулярно- генетическом исследовании препаратов ДНК, выделенной из объектов, устойчивых воспроизводимых результатов не получено, вероятно, из-за малого количества и/или деградации ДНК;

- комплексной амбулаторной психолого-психиатрической судебной экспертизы ГБУЗ «...» №1474 от 10.10.2025 г. (том № 1 л.д.221-225), согласно которой ФИО2 психическим расстройством не страдает и не страдал таковым ранее. ФИО2 во время инкриминируемого ему деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В момент совершения инкриминируемых действий ФИО2 не находился в состоянии физиологического аффекта или ином эмоциональном состоянии (стресс, фрустрация, растерянность), которое могло существенно повлиять на его сознание и психическую деятельность;

- протокол осмотра предметов от 21.10.2025 (том № 1 л.д.227-233), а именно изъятого в ходе осмотров места происшествия 01.09.2025, 02.09.2025 и выемки 04.09.2025;

Допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, сомнений не вызывает, их совокупность не находится в противоречии по отношению друг к другу в части юридически значимых обстоятельств, исследована в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, что позволило суду принять обоснованное и объективное решение по делу.

Данных о необъективной оценке представленных суду доказательств, повлиявших на правильность выводов суда, в том числе в части квалификации действий осужденного ФИО2, не установлено, какие-либо неустранимые противоречия в доказательствах, вызывающие сомнения в виновности осужденного и требующие в силу ст. 14 УПК РФ толкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Мотивы, по которым суд первой инстанции положил в основу доказанности вины показания осужденного ФИО2, данные на стадии предварительного расследования, сомнений в своей правильности не вызывают. Оснований для вывода о том, что показания ФИО2, данные в ходе предварительного следствия, положенные судом в обоснование виновности последнего, являются недопустимыми доказательствами, как полученные в результате недозволенных методов ведения расследования со стороны сотрудников полиции, в связи с чем, осужденный был вынужден дать показания, противоречащие фактическим обстоятельствам дела, и о чем было указано осужденным в суде апелляционной инстанции, суд первой инстанции не усмотрел, указанные выводы судебная коллегия также находит обоснованными.

Так, согласно п.1 ч.2 ст.75 УПК РФ к недопустимым доказательствам относятся показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что процессуальных нарушений, допущенных при производстве следственных действий с участием осужденного, не усматривается, поскольку допрос в качестве подозреваемого ФИО2 проводился в установленном законом порядке, с участием защитника, то есть в условиях, исключающих возможность незаконного воздействия на него. Протоколы процессуальных действий составлены надлежащим образом, подписаны всеми участниками следственного действия, при этом, ни ФИО2, ни его защитник, не делали замечаний, как по процедуре его проведения, как по состоянию подозреваемого на момент допроса, так и по содержанию показаний осужденного. При этом ФИО2 разъяснялись предусмотренные уголовно-процессуальным законом права в соответствии с его процессуальным положением, он предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и при последующем отказе от данных показаний, разъяснялось также право, предусмотренное статьей 51 Конституции Российской Федерации, не свидетельствовать против самого себя.

Кроме того, указанные показания ФИО2, данные на досудебной стадии подтверждаются протоколами явки с повинной от 02.09.2025, оформленными с соблюдением ст. 142 УПК РФ (том № 1 л.д. 55-57, 65-66), согласно отраженным в которых сведениях следует, что ФИО2 сообщил о том, что 01.09.2025 около 06 час., находясь в помещении, расположенном на территории карьера <адрес>, в ходе конфликта с ФИО65, нанес ему металлическим предметом нескольку ударов в область головы и тела, после чего вытолкнул его на улицу, подтвердив указанные обстоятельства, в том числе, данные при допросе подозреваемым, в ходе проверки показаний на месте от 02.09.2025 (том № 1 л.д.96-107), протокол которой составлен в соответствии с требованиями ст.ст. 194, 166 УПК РФ, в ходе которой ФИО2 в присутствии защитника, продемонстрировал на месте совершения преступления свои действия, место, откуда он достал металлический ключ, и с использованием манекена, продемонстрировал последовательность и механизм нанесения им ударов потерпевшему ФИО8, как по телу последнего, так и в область головы (том №, л.д. 96-107).

Доводы осужденного ФИО2 о применении к нему незаконных методов ведения расследования со стороны сотрудников полиции, о недостоверности изложения следователем его показаний, были предметом проверки и оценки суда первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными и голословными на том основании, что не имеется оснований сомневаться в том, что следственные действия с ФИО2 проводились с участием защитника, с соблюдением процедуры, установленной уголовно-процессуальным законом, при этом, в правоохранительные органы ни ФИО2, ни его защитник не обращались с заявлениями об оказании психологического либо иного давления на подследственного.

Таким образом, располагая приведенными выше доказательствами о характере, механизме образования, локализации причиненных ФИО8 телесных повреждений, сведениями о нанесении множественных ударов в различные части тела потерпевшего ФИО8, в том числе тяжелым металлическим предметом, по своим характеристикам, способным причинить смерть, в частности, в височную область головы справа и слева, область орбиты справа, в область носа, спины, живота, то есть в части тела, где находятся жизненно важные органы, суд пришел к правильному выводу о наличии у ФИО2 умысла, направленного на причинение смерти потерпевшему, о чем привел в приговоре мотивированные выводы, не согласиться с которыми оснований у судебной коллегии не имеется.

Вопреки доводам жалобы защитника об одностороннем, обвинительном уклоне судебного следствия, судебная коллегия отмечает, что судом первой инстанции была проверена версия осужденного о том, что причиной смерти ФИО8 являются не умышленные действия осужденного ФИО2, а тот факт, что потерпевший, находясь в алкогольном опьянении, не удержался на ногах и ударился головой о мангал, что подтверждается описываемым в экспертизе повреждением на голове ФИО8, имеющим пирамидальный вдавленный характер, образованный при падении и ударе об угол металлического мангала, также предметом оценки суда была версия подсудимого о противоправности поведения ФИО8, который со слов осужденного замахивается на него камнем, бежал на него с блестящим предметом в руке, пытался кинуться на него, выбил дверь, в связи с чем, ФИО2 отбивался от ФИО8 трубчатым ключом, имеющим цилиндрическую форму, что ФИО8 употреблял наркотические и психотропные вещества, однако исследование на наличие их в крови ФИО8 не проведено, что причиной конфликта с потерпевшим стала кража им продуктов питания у ФИО2, вместе с тем, указанные доводы отвергнуты на основании доказательств, изложенных в приговоре, убедительные мотивы, в том числе, по которым суд отклонил показания осужденного, приведены вприговоре, что отвечает требованиям п. 2 ст. 307 УПК РФ.

Следует отметить, что заключение судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО8 не содержит выводов о наличии повреждения на голове потерпевшего, имеющего пирамидальный вдавленный характер, что, по мнению осужденного и его защитника, подтверждало бы версию о наступлении смерти потерпевшего в результате падения и удара головой о металлический угол мангала, напротив, характер повреждений на правой височной кости имеет вдавленный на глубину до 0,4 см перелом овальной формы, и согласно выводам эксперта, указанное повреждение образовалось от удара твердым тупым предметом с ограниченной травмирующей поверхностью, при этом из описания, данного самим осужденным ФИО2 в суде апелляционной инстанции, металлический ключ, которым он якобы отбивался, был абсолютно круглый.

Вопреки версии осужденного ФИО2, объективных данных, свидетельствующих о том, что последний вынужденно защищался от агрессивного нападения со стороны потерпевшего ФИО8 и действовал в условиях необходимой обороны, материалы уголовного дела не содержат, не приведено таковых в апелляционной жалобе защитника осужденного.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 года № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», следует, что под посягательством, защита от которого допустима в пределах, установленных ч. 2 ст. 37 УК РФ, следует понимать совершение общественно опасных деяний, сопряженных с насилием, не опасным для жизни обороняющегося или другого лица (например, побои, причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью, грабеж, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья), вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства, что осужденный ФИО2 обращался в медицинское учреждение на предмет наличия у него каких-либо следов, полученных в результате нападения на него потерпевшего. Ни один из допрошенных свидетелей также не указал на то, что одномоментно с обнаружением потерпевшего ФИО8, на теле которого имелись очевидные следы телесных повреждений, какие-либо повреждения как минимум в виде ссадин или гематом, имелись у ФИО2

Кроме того, из показаний осужденного также не следует, что потерпевший ФИО8 из всех описываемых осужденным действий последнего: «ворвался», «побежал на меня», «схватил камень», «схватил тесак», реально причинил какой бы там ни было физический контактный вред осужденному ФИО2, предпринимал какие-либо активные действия в адрес осужденного, которые возможно было бы расценить как посягающие на его жизнь и здоровье, либо высказывал какие-либо угрозы, напротив, из показаний осужденного ФИО2 следует, что ФИО8 только пытался его ударить. Нельзя не учесть и версию осужденного, (не подтвержденную заключением судебно-медицинской экспертизы), что ФИО8 был очень пьяный, не мог удержаться на ногах, от чего и упал, ударившись о мангал, в связи с чем, позиция осужденного о столь активных действиях потерпевшего, едва державшегося на ногах, не выдерживает никакой критики.

Кроме того, осужденный ФИО2 не был ограничен в свободе передвижения, свободно перемещался по контейнеру и веранде, у него не имелось препятствий чтобы покинуть указанное помещение, прекратить конфликт, отстранившись от участия в нем, и покинув место конфликта.

Несостоятельными являются и доводы жалобы защитника о том, что судом первой инстанции не дано оценки причине возникшего между ФИО2 и потерпевшим ФИО8 конфликта, в частности, из-за кражи продуктов питания, поскольку оценка указанным доводам содержится в описательно-мотивировочной части приговора, указанные доводы изложены судом как версия ФИО2 на стадии предварительного следствия, отличная от версии, изложенной в судебном заседании, когда подсудимый причиной конфликта приводит уже пристрастие потерпевшего к изготовлению и хранению наркотических веществ, в обоснование доводов, что телесные повреждения, которые имелись на теле потерпевшего, явились не следствием действий осужденного, а результатом действий иных лиц, с чьих полей ФИО8 воровал коноплю, за что и был избит ими.

При этом, из анализа допрошенных участников уголовного судопроизводства: потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №1 следует, что потерпевший ФИО8 был замечен в пристрастии к алкоголю, однако никто из указанных лиц не указал об увлечении ФИО8 наркотическими средствами.

Таким образом, вопреки доводам осужденного и его защитника, непроведение судебно-биологической экспертизы для обнаружения в крови потерпевшего наличия наркотических или психотропных средств не влияет на законность и обоснованность приговора.

Опровергаются исследованными судом доказательствами и доводы апелляционной жалобы защитника осужденного о том, что в действиях ФИО2 имеется фактор неосторожности, стремление защитить себя в ходе конфликта, что количество и способ нанесения ударов указывают на недостаток намерения убить.

Таким образом, версия подсудимого ФИО2 и его защитника – адвоката Титова А.Н. о неверной квалификации действий ФИО2, поскольку преступление совершено им в состоянии необходимой обороны, вызванного противоправным поведением потерпевшего, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, получила верную оценку суда первой инстанции и обоснованно признана надуманной, поскольку представленными материалами уголовного дела не подтверждается факт наличия общественно опасного посягательства на жизнь и здоровье осужденного, породившего у него право на необходимую оборону от действий ФИО8

Доводы защитника о наличии факта нахождения его подзащитного длительное время под эмоциональным стрессом в связи с постоянными бытовыми конфликтами с потерпевшим, что может указывать на эмоциональную нестабильность ФИО2 в момент совершения противоправных действий, опровергаются заключением комплексной амбулаторной психолого-психиатрической судебной экспертизы №1474 от 10.10.2025 г., которой установлено, что ФИО2 во время инкриминируемого ему деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в момент совершения инкриминируемых действий ФИО2 не находился в состоянии физиологического аффекта или ином эмоциональном состоянии (стресс, фрустрация, растерянность), которое могло существенно повлиять на его сознание и психическую деятельность.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, содеянное осужденным получило надлежащую юридическую оценку, действия осужденного ФИО2 правильно квалифицированы судом первой инстанции по ч.1 ст.105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Оснований для переквалификации действий ФИО2 с ч.1 ст.105 УК РФ на ч. 1 ст. 109 УК РФ, о чем указывается в жалобе защитника, не имеется.

Как видно из протокола судебного заседания, суд не ограничивал прав участников процесса по исследованию имеющихся доказательств. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется. Из протокола судебного заседания не видно, чтобы со стороны председательствующего судьи проявлялась предвзятость либо заинтересованность по делу. Нарушений принципов состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено.

Таким образом, в целом приведенные стороной защиты доводы основаны на переоценке доказательств, которые были исследованы, надлежащим образом оценены судом первой инстанции, оснований сомневаться в правильности этих выводов судебная коллегия не усматривает. Фактически в жалобе высказывается несогласие не с правилами, а с результатом оценки доказательств, которые суд признал достаточными для вывода о виновности подсудимого ФИО2

Между тем, несогласие стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, так и с приведенной в приговоре их оценкой, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности ФИО2, неправильном применении уголовного закона.

При назначении ФИО2 наказания суд в соответствии с требованиями уголовного закона в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжкого, направленного против жизни человека, личность виновного, его поведение в судебном заседании, наличие смягчающих и отсутствие отягчающего наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

С учетом совокупности всех имеющихся в деле данных о личности ФИО2, а также заключения комплексной амбулаторной психолого-психиатрической судебной экспертизы ГБУЗ «Краевая психиатрическая больница №1» №1474 от 10.10.2025 г., суд обоснованно признал его вменяемым, подлежащим уголовной ответственности.

В качестве сведений о личности осужденного судом учтено, что ФИО2 не судим, на учетах у врачей нарколога, психиатра не состоит, по месту работы ...», ... и соседями по месту жительства характеризуется положительно, имеет благодарственное письмо от руководства клуба «...» за оказанную материальную помощь для закупки гуманитарной помощи в зону СВО.

К смягчающим наказание ФИО5 обстоятельствам, суд в соответствии с п. «и» ч. 1 ст.61 УК РФ отнес явку с повинной, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ состояние здоровья последнего, частичное признание вины.

Других обстоятельств, кроме указанных в приговоре, которые должны быть признаны смягчающими в соответствии с ч. 1, ч. 2 ст. 61 УК РФ, не имеется.

Судебная коллегия отмечает, что уголовный закон под аморальным и противоправным поведением потерпевшего, явившимся поводом для преступления, предусмотренным п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание виновного лица, понимает такие действия потерпевшего, которые существенно нарушают принятые в обществе моральные и правовые нормы и угрожают благополучию других людей или социальному порядку (противоправное поведение), либо такие его поступки, которые не принимаются и осуждаются обществом, но при этом не несут в себе ярко выраженного девиантного или антиобщественного смысла и не создают угрозы общественной безопасности (аморальное поведение), и такие поступки должны оказать провоцирующее влияние на преступное поведение виновного лица.

Из установленных судом обстоятельств следует, что преступление совершенно в условиях бытового конфликта, внезапно возникшего на почве личных неприязненных отношений, при этом из показаний осужденного ФИО2, данных на досудебной стадии, положенных в основу приговора, следует, что ФИО2, проснувшись 01.09 2025 в 05:40 час. увидел, что ФИО22 ФИО66 спит, в комнате беспорядок, на коврике около кровати следы крови, что его разозлило, он стал кричать на ФИО67 за беспорядок, требуя прибраться, однако тот продолжил спать, что окончательно вывело его из себя, и выйдя на веранду, достав из-под дивана металлический ключ длиной около 40, будучи зол на ФИО8 за то, что тот не переночевал в другом месте, навел беспорядок в комнате, сам подбежал к потерпевшему, лежавшему на кровати, и стал этим ключом наносить удары по ногам ФИО8, стащил его с кровати, желая вытолкать из контейнера, наносил ему удары по спине, ногам, тем самым, исследованными судом доказательствами объективно не подтверждаются данные о том, что потерпевший ФИО8 своими активными действиями спровоцировал ФИО2 на конфликт.

Кроме того, из показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что потерпевшего ФИО8 он характеризует как безобидного и отзывчивого человека, а ФИО2, как скрытного, агрессивного и конфликтного мужчину, из показаний свидетеля Свидетель №6 следует, что работая охранником на карьере, в мае 2025 года он зашел в вагончик, где находились двое мужчин ФИО3 (ФИО2) и ФИО68 (ФИО22), чтобы поговорить, при этом ФИО3 беспричинно брызнул ему в глаза перцовым баллончиком и ударил по голове чем-то тяжелым, что свидетельствует как раз-таки о том, что агрессивное, конфликтное поведение более свойственно осужденному ФИО2, чем потерпевшему ФИО8

С учетом указанного, конкретных обстоятельств настоящего дела, оснований для признания обстоятельством, смягчающим наказание осужденного - противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившейся поводом для совершения преступления, судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, предусмотренных ст.63 УК РФ, судом не установлено. Не усматривает таких и судебная коллегия.

Какие-либо исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, поведением ФИО2 и другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности содеянного, дающие право при назначении осужденному наказания на применение положений ч. 6 ст. 15, ст. 64, ст. 73 УК РФ, отсутствуют.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО2 наказания в виде реального лишения свободы основаны на материалах дела и положениях закона, надлежаще мотивированы. Обоснованность данных выводов сомнений у судебной коллегии не вызывает.

Вид исправительного учреждения – исправительная колония строгого режима назначена осужденному ФИО2 верно в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Таким образом, судебная коллегия не находит оснований для смягчения приговора, как об этом ставится вопрос в апелляционной жалобе в числе прочих доводов защитника осужденного, поскольку наказание назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 105 УК РФ, с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ, является соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, в связи с чем, не является явно несправедливым вследствие его суровости.

Гражданский иск о компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей суд первой инстанции правильно удовлетворил, в полной мере обосновав принятое решение. При определении размера компенсации морального вреда суд учитывал требования ст. ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ, конкретные обстоятельства дела, степень причиненных потерпевшей физических и нравственных страданий, а также материальное положение осужденного и его семьи, требования разумности и справедливости. Судебная коллегия соглашается с выводами, изложенными в приговоре.

Судьба вещественных доказательств разрешена правильно на основании ст. ст. 81, 82 УПК РФ.

Каких-либо неучтенных или новых данных, влияющих на назначение наказания осужденному, из материалов дела не усматривается, нарушений конституционных прав, норм уголовного и уголовно-процессуального законов, лишений или ограничений прав участников уголовного судопроизводства и несоблюдения процедуры судопроизводства, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, односторонности и противоречивости в судебном приговоре, которые могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого решения, судебной коллегией не установлено, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы защитника осужденного ФИО2 – адвоката Титова А.Н. не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Хасанского районного суда Приморского края от 10 марта 2026 года в отношении ФИО2 ФИО69 - оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО2 – адвоката Титова А.Н., - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения, вступившего в законную силу, при этом осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: И.П.Жукова

Судьи Н.В.Зиновьева

ФИО1