Решение № 2-62/2018 2-62/2018 ~ М-28/2018 М-28/2018 от 9 мая 2018 г. по делу № 2-62/2018

Дело № 2-62/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Звериноголовское 10 мая 2018 года

Звериноголовский районный суд Курганской области в составе:

председательствующего судьи Аксеновой М.Ю.,

при секретаре судебного заседания Кривошеевой Т.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУ «Звериноголовская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного производственной травмой,

установил:

ФИО1 обратилась в Звериноголовский районный суд с иском к ГБУ «Звериноголовская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного производственной травмой 29.01.2016 года в размере 100000 рублей. В обоснование иска указала, что она состоит в трудовых отношениях с ГБУ «Звериноголовская ЦРБ». 29.01.2016 года в 07 часов 50 минут, при следовании на рабочее место, она поскользнулась в тамбуре здания больницы, упала и почувствовала резкую физическую боль в ноге. В результате падения она получила винтообразный перелом нижней треть правой большеберцовой кости, косой перелом в верхней трети малоберцовой кости со смещением отломков, перелом заднего края большеберцовой кости без смещения отломков. В период с 29 января по 12 февраля 2016 года истец находилась на стационарном лечении в травматолого-ортопедическом отделении №1 ФГБУ «РНЦ «ВТО», ей была проведена операция, далее длительное время находилась на стационарном лечении по месту жительства. По причине получения истцом травмы, ответчиком было проведено расследование, в ходе которого установлено, что аттестация рабочего места по условиям труда не проводилась, антискользящее покрытие в тамбуре здания больницы, где произошло падение истца, отсутствовало. 02.02.2016 года ответчиком был составлен акт №1 о несчастном случае на производстве по форме Н-1. Из акта следует, что лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, является заместитель главного врача по хозяйственной части ФИО2, назначены мероприятия по устранению причин несчастного случая: проведение внепланового инструктажа по охране труда с персоналом, проведение специальной оценке условий труда, покрытие скользких поверхностей здания больницы резиновым покрытием с мягкими шипами. Последствия производственной травмы до настоящего времени не устранены, полного выздоровления не наступило, нога постоянно болит и реагирует на изменение погоды, ее двигательная функция полностью не восстановлена. Все это доставляет истцу нравственные и физические страдания. В связи с тем, что она страдает аллергией на медицинские препараты, принимать обезболивающие средства ей противопоказано, поэтому она вынуждена терпеть постоянную физическую боль в местах перелома, что периодически перерастает в нервные стрессы. Принимая во внимание обстоятельства несчастного случая на производстве, учитывая его основные причины (вина работодателя), тяжесть перенесенных физических страданий, необходимость оперативного лечения, длительность лечения, нравственные страдания в связи с временной утратой общей трудоспособности, которая лишила возможности вести активный образ жизни и свободно передвигаться на обеих ногах, просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 100000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала иск в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении, и дополнительно пояснила, что в течение трех лет она неоднократно устно обращалась к завхозу с просьбой постелить антискользящее покрытие в тамбуре здания больницы, так как имели место случаи падения и получения травм пациентами, но безрезультатно. Антискользящее покрытие было постелено только после получения ею производственной травмы. Просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного производственной травмой, в размере 100 000 рублей.

Представитель ответчика и третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 исковые требования не признал и пояснил, что антискользящее покрытие во входах в помещение ГБУ «Звериноголовская ЦРБ» было положено осенью 2015 года. В момент получения истцом травмы, покрытие отсутствовало, поскольку было убрано санитарками на период уборки помещения. После случившегося, было приобретено еще 4 резиновых коврика, которые дополнительно были положены на входах в отделение скорой медицинской помощи и в поликлинику. Полагает, что травму истец получила, поскольку была в сапогах на каблуках. Вины ответчика в получении истцом производственной травмы нет.

Заслушав пояснения участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено право каждого на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

Исходя из части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на охрану здоровья.

Абзацем первым статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложена на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; применение средств индивидуальной и коллективной защиты работников; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты (часть 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Абзацем тринадцатым части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим кодексом, иными федеральными законами.

Согласно абзацу пятнадцатому части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с выполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно абзацу восьмому статьи 220 Трудового кодекса РФ, в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законодательством.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу части 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом, следует понимать нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно статьи 1099 Гражданского кодекса РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

Согласно части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В судебном заседании установлено, что истец состоит в трудовых отношениях с ГБУ «Звериноголовская ЦРБ». 29.01.2016 года в 07 часов 50 минут, при следовании на рабочее место, ФИО1, в результате падения в тамбуре здания больницы, получила закрытый винтообразный перелом нижней трети костей правой голени со смещением отломков, перелом заднего края большеберцовой кости без смещения отломков. В связи с полученной травмой, истец находилась на стационарном лечении в ФГБУ «РНЦ «ВТО» в период с 29 января по 12 февраля 2016 года, а в дальнейшем до 07.10.2016 года проходила амбулаторное лечение в ГБУ «Звериноголовская ЦРБ».

Причиной получения истцом травмы, стало отсутствие антискользящего покрытия в тамбуре ГБУ «Звериноголовская ЦРБ». Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, был признан ФИО3, заместитель главного врача по хозяйственной части, нарушивший п. 3.2 «Должностных обязанностей заместителя главного врача по хозяйственной части», утверждённых <дата>. Данные обстоятельства подтверждаются актом №1 о несчастном случае на производстве от 02.02.2016 года, а также показаниями истца, свидетелей ФИО5 и ФИО4, не доверять показаниям которых у суда оснований не имеется.

Свидетель ФИО5 пояснил, что 29.01.2016 года он видел, как истец упала в тамбуре поликлиники Звериноголовской ЦРБ. Он помог ей подняться, она жаловалась на боль в правой голени, был сделан рентгеновский снимок, показавший переломы. В момент падения ФИО7, ни в тамбуре, ни на крыльце поликлиники, антискользящего покрытия не было.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании также пояснила, что до получения ФИО1 травмы при падении в тамбуре больницы, антискользящее покрытие вообще отсутствовало и было положено только 29.01.2016 года в 16 часов. В момент падения истца, на ней были одеты сапоги без каблуков, поскольку обувь на каблуках она не носит уже в течение 3-х лет.

Согласно заключения эксперта № 110 от 14.04.2018 года, телесные повреждения у ФИО1 носят характер закрытого винтообразного перелома диафиза большеберцовой кости правой голени, закрытого перелома верхней трети малоберцовой кости правой голени, которые могли быть получены при падении с высоты собственного роста от подвертывания стопы при поскальзывании в срок, указанный в обстоятельствах дела, 29.01.2016 года, и по тяжести расценивается, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Поскольку обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда положениями действующего трудового законодательства возложена на работодателя, а ответчик не обеспечил безопасность работника при осуществлении им трудовой функции, то именно ответчик несет ответственность по возмещению истцу компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья.

Доводы представителя ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 о том, что с осени 2015 года антискользащее покрытие было положено на всех входах в больницу, но отсутствовало в момент падения ФИО7, и причиной падения истца стало ношение ей обуви на каблуках, не могут быть принят судом во внимание, поскольку, причиной получения истцом производственной травмы стало именно скользкая поверхность пола и отсутствие антискользащего покрытия, которое, как пояснили истец и свидетель ФИО4, было положено только после получения истцом травмы, а не обувь, в которой истец находилась в момент получения травмы.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что 29.01.2016 года истцу ФИО1 в период трудовых отношений с ГБУ «Звериноголовская ЦРБ», при следовании к месту работы, в результате несчастного случая на производстве по вине работодателя, был причинен тяжкий вред здоровью, что в соответствии с положениями вышеприведенных норм права является основанием для взыскания с ответчика в её пользу компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает требования разумности и справедливости, степень вины ответчика в получении истцом травмы, характер и тяжесть перенесенных ФИО1 физических и нравственных страданий, тяжесть причиненного вреда здоровью, длительность периода лечения (более 9 месяцев), лишение в период временной нетрудоспособности возможности вести привычный активный образ жизни. Как пояснила истец, в настоящее время в результате полученной травмы она лишена возможности вести привычный образ жизни и полноценно трудиться, поскольку нога продолжает болеть, в связи с имеющейся у нее лекарственной аллергией, она не имеет возможности принимать обезболивающие средства и вынуждена терпеть боль, двигательная функция ноги в полном объеме до настоящего времени не восстановилась.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что заявленный истцом ко взысканию размер компенсации морального вреда - 100000 рублей, является обоснованным, соответствующим перенесенным ФИО7 нравственным и физическим страданиям и подлежит взысканию с ответчика в полном объеме. Каких-либо оснований для снижения размера компенсации морального вреда, суд не усматривает.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. В этом случае взысканная государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 196 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд рассмотрел дело в пределах заявленных требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 192-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ГБУ «Звериноголовская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного производственной травмой - удовлетворить.

Взыскать с ГБУ «Звериноголовская ЦРБ» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100000 (Сто тысяч) рублей.

Взыскать с ГБУ «Звериноголовская ЦРБ» в доход бюджета муниципального образования Звериноголовский район Курганской области государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами и другими лицами, участвующими в деле в апелляционном порядке в Курганский областной суд путем подачи жалобы через Звериноголовский районный суд Курганской области в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме вынесено 14.05.2018 года.

Председательствующий: М.Ю. Аксенова