Решение № 2-1531/2024 2-1531/2024~М-1433/2024 М-1433/2024 от 28 июля 2024 г. по делу № 2-1531/2024

Производство № 2-1531/2024

УИД 70RS0002-01-2024-003231-27


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 июля 2024 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего А.Р. Корниенко,

при секретаре В.А. Тагиевой,

помощник судьи И.А. Сафиулина,

с участием: истцов ФИО1 и ФИО2, их представителя ФИО3, действующего на основании доверенности от 21.05.2024 сроком на 10 лет, ордеров <номер обезличен> от 03.06.2024 и <номер обезличен> от 03.06.2024; ответчика ФИО4, её представителя ФИО5, допущенной по ходатайству; третьего лица ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по исковому заявлению Лосевой ЛИ и ФИО2 к Лосевой ОН о признании недостойным наследником,

установил:

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с исковым заявлением к ФИО4, в котором просят признать ответчика недостойным наследником по закону и по завещанию после смерти ФИО8, умершей <дата обезличена>, и после смерти ФИО11, умершего <дата обезличена>.

В обоснование иска указано, что ФИО1 является <данные изъяты> ФИО8, а ФИО2 – <данные изъяты> ФИО8 и <данные изъяты> ФИО1 Ответчик ФИО4 приходится <данные изъяты> ФИО8 и <данные изъяты> ФИО6 Третье лицо ФИО6 является <данные изъяты> ФИО8 В связи со смертью ФИО8 нотариусом г.Томска ФИО7 заведено наследственное дело <номер обезличен>, в рамках которого стороны заявили о своих правах на следующее наследственное имущество: 1/9 долю в праве общей собственности на квартиру по адресу: <адрес обезличен>, на 1/2 долю в праве общей собственности на земельный участок и жилой дом по адресу: <адрес обезличен> на 1/3 долю в праве общей собственности на квартиру и земельный участок по адресу: <адрес обезличен> Правовыми основаниями к получению наследственного имущества являются: у ФИО1 – право наследования по закону и по завещанию от 28.09.2010, в соответствии с которым земельный участок и жилой дом по адресу: <адрес обезличен> ФИО8 завещала по 1/2 доле Лосевой Л.И и ФИО11; у ФИО2 - право наследования по завещанию от 25.11.2004, в соответствии с которым ФИО8 завещала все свое имущество в равных долях - по 1/2 доле ФИО2 и ФИО11; у ФИО4 - право наследования в порядке наследственной трансмиссии по завещанию ФИО8 после смерти ФИО11, умершего <дата обезличена>. После смерти ФИО11 в <дата обезличена> году его вдова ФИО6 обратилась с иском в Октябрьский районный суд г. Томска (дело <номер обезличен>) к ФИО8 и ФИО1, в котором просила установить факт принятия ею наследства после смерти ее отца ФИО12, умершего <дата обезличена>, признать за ней права собственности в порядке наследования на 1/2 долю в праве на жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес обезличен>, а также 1/2 долю в праве собственности на строения, находящиеся на земельном участке, просила признать недействительным договор дарения от <дата обезличена> данного жилого дома и земельного участка, признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону от 26.10.2004, выданное на имя ФИО8 после смерти ФИО12 Решением Октябрьского районного суда г. Томска от 29.07.2019 в удовлетворении указанных требований отказано в полном объеме. Решением Октябрьского районного суда г. Томска от 03.12.2018 по делу <номер обезличен>, вступившим в законную силу 05.03.2019, удовлетворены требования ФИО2, действовавшей в интересах <данные изъяты> ФИО8, к ФИО4 признан недействительным договора дарения 1/2 доли в праве на земельный участок и жилой дом по адресу: <адрес обезличен>, заключенного между ФИО8 и ФИО4, применены последствия недействительности сделки – аннулирована запись ЕГРН о переходе права собственности на земельный участок и жилой дом к ФИО4 Основанием принятого решения послужил вывод суда об отсутствии осознания ФИО8 действий по дарению спорного имущества по причине <данные изъяты>, установленной решением Октябрьского районного суда г. Томска от 28.05.2018, основанном на заключении судебной психиатрической экспертизы по этому делу. Суд критически отнесся к показаниям свидетелей со стороны ответчика, которые были противоречивыми и неправдивыми. Полагали, что ФИО4 и ФИО6 своими умышленными действиями при жизни ФИО8 осуществляли противоправные действия, направленные на увеличение причитающейся им доли в наследственном имуществе, в случае смерти ФИО8 Противоправность заключается в заведомо незаконном введении ответчиком <данные изъяты> ФИО8 в заблуждение относительно сделки дарения и заключения этой сделки, а также в последующем приискании доказательств мнимой законности осуществления этих действий, путем привлечения в свидетелей, включая ФИО6, и в попытке доказать законность сделки дарения с <данные изъяты>.

Истцы ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, в объеме которог дали объяснения.

Представитель истцов ФИО3 в судебном заседании исковые требования и позицию доверителей поддержал в полном объеме. Пояснил, что ответчику и третьему лицу с 16.07.2018 было известно о том, что над ФИО8 была установлена опека. При этом договор дарения составлен 23.03.2018. Установлению опеки над ФИО9 предшествовало ее очевидное поведение, потребовавшее в дальнейшем действий родственников по признанию ее <данные изъяты>. С лета 2017 года у ФИО8 проявлялись явные признаки <данные изъяты>, особенности поведения, не свойственные для психически здорового человека.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала свой письменный отзыв на иск. Пояснила, что не совершала противоправных действий в отношении своей <данные изъяты> ФИО8, к которой относилась тепло и по-родственному. Сама ФИО8 при жизни хотела, чтобы 1/2 часть дома по <адрес обезличен> в <адрес обезличен> принадлежала ей (ответчику), т.е. чтобы каждая внучка проживала на своей половине дома. С ней (ответчиком) ФИО8 всегда общалась нормально, всех узнавала, в поведении её не было особенностей, каких бы то и было странностей, особенностей она (ответчик) за ФИО8 не замечала. Когда узнала об установлении опеки над <данные изъяты>- точно не помнит, но однозначно это было уже после заключения договора дарения от 23.03.2018 между ней и ФИО8 В судебном разбирательстве о признании ФИО8 <данные изъяты> не участвовала, умышленных противоправных действий против ФИО8 или против её последней воли - не допускала. Просила в иске отказать.

Представитель ответчика ФИО5 в суде иск не признала, позицию доверителя и отзыв на иск поддержала. Указала, что ФИО4 при жизни ее <данные изъяты> ФИО8 и ее <данные изъяты> ФИО11 поддерживала с ними теплые, родственные и доверительные отношения, осуществляла заботу о них, конфликтных ситуаций между ними не возникало, умысла относительно причинения им вреда у ответчика не было. Довод истцов о том, что сделка дарения от <данные изъяты> к <данные изъяты> ФИО4 является противоправным действие со стороны последней- не обоснован, поскольку сделка совершена в присутствии нотариуса и была им удостоверена, т.е. состояние дарителя не вызывало никаких сомнений даже у нотариуса. Ответчик же, не имеющая специального медицинского образования, тем более не имела никакой возможности прийти к выводу о том, что на момент заключения сделки ФИО8 не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Полагала, что истцами не представлено доказательств противоправности действий ответчика в отношении ФИО8, ФИО11 и истцов, а именно - отсутствует приговор суда по уголовному делу или решение суда по гражданскому делу, подтверждающие противоправные умышленные действия ответчика, описанные в ст. 1117 ГК РФ.

Третье лицо ФИО6 в судебном заседании пояснила, что ФИО8 приходится ей <данные изъяты>, ее <данные изъяты> являлся <данные изъяты> ФИО8 и ФИО12 - ФИО11 Указала, что ФИО8 проживала одна после смерти своего <данные изъяты>, с 2013 года на протяжении примерно 4-5 лет она (ФИО6) с <данные изъяты> проживала с ФИО8, по просьбе последней. Свекровь оформила дарственную в 2017 году, и подарила 1/2 часть жилого дома ФИО1 В <дата обезличена> году умер ФИО11 – ее (третьего лица) <данные изъяты> и <данные изъяты> ответчика, с которой ФИО8 была в теплых, родственных отношениях и в пользу которой по своей инициативе в марте 2018 года оформила договор дарения доли в праве на жилой дом и земельный участок. Ссылалась на то, что в течение всей жизни ФИО8 вела себя абсолютно нормально, особенностей психического состояния не имела.

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

В силу п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В соответствии с ч. 1 ст. 1117 ГК РФ не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке. Однако граждане, которым наследодатель после утраты ими права наследования завещал имущество, вправе наследовать это имущество.

Как разъяснено в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", при разрешении вопросов о признании гражданина недостойным наследником и об отстранении его от наследования надлежит иметь в виду следующее:

а) указанные в абзаце первом пункта 1 статьи 1117 ГК РФ противоправные действия, направленные против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, являются основанием к утрате права наследования при умышленном характере таких действий и независимо от мотивов и целей совершения (в том числе при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.п.), а равно вне зависимости от наступления соответствующих последствий.

Противоправные действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, вследствие совершения которых граждане утрачивают право наследования по указанному основанию, могут заключаться, например, в подделке завещания, его уничтожении или хищении, понуждении наследодателя к составлению или отмене завещания, понуждении наследников к отказу от наследства.

Наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 ГК РФ при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы);

б) вынесение решения суда о признании наследника недостойным в соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 статьи 1117 ГК РФ не требуется. В указанных в данном пункте случаях гражданин исключается из состава наследников нотариусом, в производстве которого находится наследственное дело, при предоставлении ему соответствующего приговора или решения суда.

Судом установлено и подтверждается свидетельством о смерти серии <номер обезличен>.12.2023, что <дата обезличена> умерла ФИО8, родившаяся <дата обезличена>.

После смерти ФИО8 нотариусом г. Томска ФИО7 открыто наследственное дело <номер обезличен>.

Из материалов наследственного дела видно, что ФИО1 и ФИО11 приходятся <данные изъяты> ФИО12 и ФИО8, согласно свидетельству о рождении серии <номер обезличен> от 26.10.1955, записи акта о рождении от <дата обезличена>.

ФИО12 умер <дата обезличена>, что сторонами не оспаривалось и следует из свидетельства о праве на наследство по закону от 26.10.2004, по которому ФИО8 приняла наследство после его смерти в виде жилого строения по адресу: <адрес обезличен>, состоящего из основного бревенчатого строения общей полезной площадью 81,3 кв.м, строения <номер обезличен> по данному адресу общей полезной площадью 16,7 кв.м, и права пожизненного наследуемого владения земельным участком площадью 901 кв.м по указанному адресу, на землях поселений, предоставленному для индивидуального жилищного строительства.

<данные изъяты> ФИО4 являются ФИО11 и ФИО6, о чем свидетельствует справка о рождении <номер обезличен> от 28.11.2019.

ФИО10 приходится <данные изъяты> ФИО1 и ФИО13, согласно свидетельству о рождении от <дата обезличена>, свидетельству о заключении брака от <дата обезличена>.

25.11.2004 ФИО8 составлено завещание, удостоверенное нотариусом г. Томска ФИО14, согласно которому все свое имущество, какое ко дню ее смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое на заключалось и где бы оно не находилось, завещано ФИО11 и ФИО2 в равных долях- по 1/2 доле каждому.

28.09.2010 ФИО8 составлено завещание, удостоверенное нотариусом г. Томска ФИО15, в котором указано, что ФИО8, находясь в здравом уме и твердой и памяти, действуя добровольно, из принадлежащего ей имущества завещает ФИО11 и ФИО1 земельный участок и жилой дом, находящиеся по адресу: <адрес обезличен>, в равных долях по 1/2 доле каждому.

23.01.2017 между ФИО8 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) заключен договор дарения, зарегистрированный в ЕГРН, согласно которому даритель обязуется безвозмездно передать в общую долевую собственность одаряемому жилой дом, расположенный по адресу: <адрес обезличен> 1/2 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом, находящийся по адресу: <адрес обезличен>, 1/2 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, находящийся по адресу: <адрес обезличен>, а одаряемый принять от дарителя указанное недвижимое имущество. Указанное недвижимое имущество принадлежит дарителю на праве общей долевой собственности, что видно из выписки из ЕГРН от 19.12.2023.

ФИО11 умер <дата обезличена>, что подтверждается свидетельством о смерти серии <номер обезличен> от 19.02.2018.

После смерти ФИО11 наследство приняла его <данные изъяты> ФИО8,что видно из наследственного дела <номер обезличен>, согласно которому, наследство состоит из 1/3 доли в праве на земельный участок площадью 800 кв.м, кадастровый <номер обезличен>, адрес: <адрес обезличен>; 1/3 доли в праве общей собственности на квартиру по адресу: <адрес обезличен>, общей площадью 66,2 кв.м; 1/3 доли в праве на квартиру по адресу: <адрес обезличен>, общей площадью 22,6 кв.м (свидетельства о праве на наследство по закону от 23.08.2018, от 10.10.2018, от 29.11.2018, выписки из ЕГРН от 14.09.2018, от 07.12.2018).

Решением Октябрьского районного суда г. Томска от 03.12.2018 по гражданскому делу <номер обезличен>, вступившим в законную силу 05.03.2019, удовлетворены исковые требования ФИО2, действующей в интересах недееспособной ФИО8, к ФИО4, признан недействительным договор дарения доли земельного участка с долей жилого дома от 22.03.2018, 1/2 доли в праве собственности на жилой дом площадью 81,3 кв.м с кадастровым номером <номер обезличен> и земельный участок площадью 901 кв.м с кадастровым номером <номер обезличен>, расположенные по адресу: <адрес обезличен> заключенный между ФИО8 и ФИО4; применены последствия недействительности сделки, аннулирована запись в ЕГРН о переходе прав на указанные объекты недвижимости; взысканы судебные расходы.

В решении суда от 03.12.2018 указано, что решением Октябрьского районного суда г. Томска от 28.05.2018 по делу <номер обезличен> ФИО8 признана недееспособной, распоряжением Главы администрации Октябрьского района г. Томска от 16.07.2018 <номер обезличен> опекуном ФИО8 назначена ФИО2

При рассмотрении гражданского дела <номер обезличен> Октябрьский районный суд г.Томска исследовал медицинские документы о состоянии здоровья ФИО8, где в частности, указано, что она по состоянию на 25.07.2017 страдала <данные изъяты>. Согласно заключению амбулаторной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертной комиссии от 26.10.2018 <номер обезличен>, проведенной ОГБУЗ «ТКПБ», ФИО8 страдает <данные изъяты> Психиатрическое обследование выявило у ФИО8 <данные изъяты>, затруднения в установлении причинно-следственных связей, неадекватность эмоциональных проявлений в виде эйфории, затруднение в установлении родственных связей, узнавания близких родственников. Указанные нарушения лишали ее способности понимать значение своих действий и руководить ими при заключении договора дарения 1/2 доли жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес обезличен> 22.03.2018.

Решением Октябрьского районного суда г. Томска от 29.07.2019, вступившим в законную силу 01.11.2019, по делу <номер обезличен> отказано в удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО8, ФИО1 об установлении факта принятия наследства ФИО11 после смерти его <данные изъяты> ФИО12, признании права собственности в порядке наследования, признании недействительным договора дарения от 23.01.2017, аннулировании записи в ЕГРН о праве собственности ФИО1 на объекты недвижимости по адресу: <адрес обезличен> признании недействительным свидетельства о праве на наследство по закону от 26.10.2004, выданное на имя ФИО8 после смерти ФИО12

После смерти ФИО8 с заявлениями о принятии наследства обратились ФИО1 18.12.2023, ФИО4 26.03.2024, ФИО2 25.04.2024, что следует из материалов наследственного дела <номер обезличен>.

Согласно поданным наследниками заявлениям, наследственное имущество состоит из:

- 1/9 доли в праве общей собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <адрес обезличен>,

- 1/2 доли в праве общей собственности на земельный участок и жилой дом, находящиеся по адресу: <адрес обезличен>

- 1/3 доли в праве общей собственности на квартиру, находящуюся по адресу: <адрес обезличен>,

- 1/3 доли в праве общей собственности на земельный участок, находящийся по адресу: <адрес обезличен>,

- прав на денежные средства, находящиеся на счете в ПАО «Сбербанк России», с причитающимися процентами и компенсациями.

Наследство после смерти ФИО8 принято истцами и ответчиком, что следует из упомянутого наследственного дела.

Следовательно, исходя из предмета и основания настоящего иска, ст.1117 ГК РФ, противоправные действия, влекущие признание лица недостойным наследником и отстранение его от наследства, должны были быть совершены ФИО4 в отношении ФИО8, ФИО11 и/или истцов и носить умышленный характер.

Однако, суд приходит к выводу, что в порядке ст.56 ГПК РФ не доказано, что

ФИО4 своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовала либо пытались способствовать призванию её самой или других лиц к наследованию либо способствовала или пыталась способствовать увеличению причитающейся ей или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке.

Так, судом установлено и никем не оспорено, что договор дарения доли земельного участка с долей жилого дома между дарителем ФИО8 и одаряемой ФИО4, в дальнейшем признаннный недействительным в судебном порядке, был заключен <дата обезличена>.

ФИО8 признана <данные изъяты> решением Октябрьского районного суда г.Томска от 28.05.2018, опека над ней назначена распоряжением Главы администрации Октябрьского района г. Томска <номер обезличен> от 16.07.2018.

Соответственно, на момент заключения договора дарения от 22.03.2018 ФИО8 не была признана <данные изъяты>.

Как закреплено в ст.283 ГПК РФ, судья в порядке подготовки к судебному разбирательству дела о признании гражданина недееспособным при наличии достаточных данных о психическом расстройстве гражданина назначает для определения его психического состояния судебно-психиатрическую экспертизу.

В соответствии с ч.1 ст.79 ГПК РФ, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Соответственно, при рассмотрении судом дела <номер обезличен> о признании ФИО8 недееспособной безусловно имелись вопросы, которые для своего разрешения требовали специальных познаний в области психологии и психиатрии.

Таким образом, обоснована позиция стороны ответчика о том, что требовались специальные познания, которыми ФИО4 не обладает, для того, чтобы однозначно понимать, что на дату заключения договора дарения от 22.03.2018 ФИО8 находилась в <данные изъяты>, которое препятствовало всестороннему и целостному пониманию содержания и юридических последствий названной сделки.

Статья 1117 ГК РФ императивно закрепляет умышленную форму вины лица, вопрос о признании которого недостойным наследником поставлен. Легальное определение умысла в гражданском праве отсутствует. В связи с чем, суд исходит из адаптированного применительно к гражданскому праву определению умысла, взятое из уголовного права- ст.25 УКРФ. Под умыслом в данном случае обычно понимается осознание неосновательным участником гражданского правоотношения противоправного характера своих действий, предвидение возможности наступления вредных последствий и желание (прямой умысел) или сознательное допущение (косвенный умысел) их наступления.

С учетом изложенного, определяя форму вины и наличие вины как таковой в действиях ответчика при заключении договора дарения от 22.03.2018, суд принимает во внимание, что на 22.03.2018 не имело места быть ни заключения психолого-психиатрической экспертизы в отношении ФИО8, ни судебного постановления, установившего её <данные изъяты>. Следовательно, вопреки ст.56 ГПК РФ, не доказано наличие умысла ответчика на совершение противоправных действий в отношении дарителя ФИО8 по сделке от 22.03.2018, т.к. наличие умысла презюмирует, что ФИО4 должна была осознавать противоправность своих действий при заключении этого договора дарения, предвидеть возможность или неизбежность наступления негативных последствий (например, увеличение причитающейся ей доли наследства) и желать их наступления; либо осознавать противоправность своих действий при заключении этого договора дарения, предвидеть возможность наступления негативных последствий (например, увеличение причитающейся ей доли наследства), не желать, но сознательно допускать эти последствия либо относться к ним безразлично.

Доводы стороны истцов об очевидных особенностях поведения и проявлениях психического нездоровья ФИО8 еще до 22.03.2018 и в дальнейшем не сивдетельствуют об умысле ФИО4, на который указано в ст.1117 ГК РФ, т.к. и истцы, и ответчик специальными пзнаниями в области психологии и психиатрии не обладают, а вопрос определения способности лица с учетом состояния здоровья понимать значение своих действий и руководить ими требует специальных познаний, применение которых относительно сделки от 22.03.2018 имело место лишь при составлении заключения амбулаторной психолого-психиатрической экспертнй комиссии ОГБУЗ «ТКПБ» <номер обезличен> от 26.10.2018 при рассмотрении Октябрьским районным судом г.Томска дела <номер обезличен>. Анализ решения суда от 03.12.2018, вступившего в законную силу 05.03.2019, по делу <номер обезличен> свидетельствует о том, что даже на учет в ОГБУЗ «ТКПБ» ФИО8 была поставлена после заключения дговора дарения от 22.03.2018, а именно - 06.04.2018.

Более того, согласно ст.43 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, при удостоверении сделок нотариус осуществляет проверку дееспособности граждан и правоспособности юридических лиц, а также наличия волеизъявления заявителей. Договор дарения от 22.03.2018 был нотариально удостоверен, указано, что дееспособность дарителя проверена нотариусом, что убеждает суд в обоснованности доводов ответчика об особенностях протекания заболевания ФИО8, вследствие которых ФИО4 не могла без специальных познаний осознавать, что даритель при соверщшении договора дарения не может понимать значение своих действий или руководить ими.

Обстоятельства, перечисленные в ст.1117 ГК РФ, не подтверждены в судебном порядке.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 и ФИО2 не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований Лосевой ЛИ и ФИО2 к Лосевой ОН о признании недостойным наследником – отказать.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Томска в течение 1 месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья -подпись- А.Р. Корниенко

Решение суда принято в окончательной форме 05.08.2024.