Решение № 2-3460/2025 2-77/2026 2-77/2026(2-3460/2025;)~М-2887/2025 М-2887/2025 от 15 марта 2026 г. по делу № 2-3460/2025

Дело №2-77/2026

64RS0044-01-2025-004689-92


Решение

Именем Российской Федерации

03 марта 2026 года г. Саратов

Заводской районный суд г.Саратова в составе:

председательствующего судьи Ткаченко Ю.А.,

при секретаре Назаровой Е.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 АнатО. к ФИО1 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности, восстановлении сведений о собственности, взыскании денежных средств, распределении судебных расходов,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО1 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности, восстановлении сведений о собственности, взыскании денежных средств, распределении судебных расходов.

В обоснование заявленных требований указала, что ей на праве собственности принадлежала квартира по адресу: <адрес> кадастровый <№>. <Дата> ФИО2, как продавцом, и ФИО1, как покупателем, заключен договор купли-продажи указанной квартиры. Цена отчуждаемого имущества, была определена суммой 1 750 000 руб. (п. 12 договора купли-продажи). Положения п. 12.1 договора купли-продажи предусматривали, что цена за квартиру в размере 1 750 000 рублей истцу, как продавцу, будут переданы ответчиком в безналичной денежной форме, на счет, указанный истцом, а именно: банковский счет <№> в Филиале <№> Банка ВТБ (ПАО), после регистрации и перехода права собственности от истца к ответчику, в течении трех дней, право залога до момента окончательного расчета, при этом, у истца не возникает. Впоследствии, право собственности ответчика на квартиру было зарегистрировано в установленном порядке на основании договора купли-продажи от <Дата>, квартира передана ответчику, ответчиком, в свою очередь, перечислил средства на банковский счет. Вышеуказанный договор купли-продажи от <Дата>, были заключен истцом под влиянием, существенного заблуждения и обмана со стороны не установленных лиц. Постановлением о возбуждении уголовного дела<№> и принятии его к производству от <Дата>., установлено, что в период с <Дата>. неизвестное лицо, находясь в неустановленном месте, путем обмана и злоупотребления доверием истца по настоящему заявлению, похитило у нее денежные средства в сумме свыше 1 000 000 руб., причинив материальный ущерб в особо крупном размере. Постановлено возбудить уголовное дело по признакам преступления ч. 4 ст. 159 УК РФ. Также, постановлением от <Дата>. истец признана потерпевшим. «Следствием установлено: что <Дата>, потерпевшей ФИО2 поступил звонок от неизвестных лиц (женщины, которая представилась сотрудником Центробанка и мужчины, который обещал помочь в оформлении сделки), которые путем обмана ФИО2 под предлогом необходимости совершения действий по аннулированию незаконно оформленной на имя ФИО2 сделки по отчуждению принадлежащего ей имущества, побудили подписать документы на проведение сделки по отчуждению принадлежащей ей квартиры по адресу: <адрес>, что последняя и сделала, получив денежные средства в сумме 1 750 000 рублей, которые затем продолжая выполнять указания указанных неустановленных лиц, перевела на «безопасные счета». В момент совершения сделки ФИО2 была полностью уверена, что сделка по отчуждению имущества совершена под контролем спецслужб РФ, и после проведения всех необходимых действий, жилище потерпевшей ФИО2 будет возвращено ей в собственность, то есть была введена в заблуждение неустановленными преступниками». В настоящее время, следствие не завершено, неустановленные лица, совершившие в отношении меня преступление не привлечены. Своим единственным жилым помещением воспользоваться истец не может, в связи с действующим договором купли-продажи от <Дата>. В ходе следствия назначена судебно-психиатрическая экспертиза, которая была проведена с 15.05.2025г по 23.05.2025г ГУЗ «Саратовский городской психоневрологический диспансер». Согласно заключению комиссии экспертов от 23.05.2025г. <№> «ФИО2 хроническими психическим расстройством в настоящий момент не страдает и в период с <Дата>. не страдала, могла понимать характер совершаемых в отношении нее лицами противоправных действий (осознавала, что действия связаны с финансовыми операциями), но не понимала их значение и не могла оказывать сопротивление, так как была убеждена, что имеет дело с сотрудниками органов и банковскими работниками. У потерпевшей по делу были выявлены признаки внушаемости и подчиняемости. В период с <Дата>. ФИО2 не могла правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, так как выявленные личностные особенности, состояние волнения, растерянности и тревоги, эмоциональное состояние страха из-за возможности потерять свое имущество снижали ее способность к их смысловому восприятию. Выявленные у ФИО2 личные особенности, снижали, в указанный период, способность потерпевшей к смысловому восприятию и оценке существа совершаемых в отношении нее противоправных действий и привели к формированию у нее неправильного представления относительно их природы». Запугивание, угнетение, невербальные угрозы, со стороны неустановленных лиц привели истца к частичной утрате здоровья, <Дата>., она была вынуждена обратиться в поликлинику по месту жительства с жалобами на головокружение, шум в ушах, шаткую походку и слабость в руках и ногах, ей был установлен диагноз <данные изъяты>, открыт больничный лист. В силу изложенного, сделка но купли-продажи ФИО1 жилой квартиры по договору от <Дата>., заключена истцом с существенными пороками воли, поскольку, совершая данную сделку по купле - продаже, она была полностью уверена, что она направлена на защиту жилья, несет в себе правовые последствия сохранения жилья, а не прямые правовые последствия предусмотренные куплей продажи объектов, квартиру отчуждать не планировала, осуществляла в нем ремонтные работы, в настоящее время лишилась единственного жилья, приобретенного в кредит, на момент совершения сделки нанятый работник продолжал ремонт. При это квартира была реализована по заниженной стоимости, действительное волеизъявление ФИО2 на совершение оспариваемой сделки, с учетом особенностей ее психолого-психиатрического состояния в период заключения договора купли-продажи, было направлено исключительно на защиту основного жилья, у истца не было необходимости продавать принадлежащую ей на праве собственности квартиру, где она постоянно проживала до момента совершения в отношения нее преступных действия и выезжать из которой не собиралась, при этом, не было у истца цели траты денежных средств, «полученных от продажи», указанные действия также были направлены на защиту своего единственного жилья.

На основании изложенного, просила суд признать недействительным договор купли-продажи жилой квартиры (площадью 40,3 кв.м., кадастровый <№> расположенной по адресу <адрес>) от <Дата>., заключенный между ФИО2 и ФИО1; применить последствия недействительности сделки путем возврата сторон в первоначальное положение; прекратить права собственности ФИО1 на квартиру, восстановить сведения о праве собственности ФИО2 АнатО. на квартиру; взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 1 750 000 руб.; распределить расходы по оплате государственной по результатам рассмотрения исковых требований.

В судебном заседании представитель истца ФИО3, ФИО4 исковые требования поддержали в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО5 просил в иске отказать, указав, в частности, что воля истца была направлена на заключение оспариваемого договора и применение правовых последствий, характерных для договора купли-продажи, что исключает заключение договора под влиянием заблуждения.

Ответчик ранее представил возражения, в которых указал, в частности, что истец сознательно умалчивает о всех обстоятельствах заключения договора купли-продажи квартиры. Через интернет сайт, расположенный по адресу: <данные изъяты> (ИП ФИО6) истец самостоятельно оставила заявку на продажу квартиры, после чего по телефону созвонилась с ФИО6 (владелец данного сайта), которому объяснила, о том, что ей необходимо срочно продать квартиру в связи с переездом к мужчине с которым она живет. Ей сообщили о том, что при срочной продаже квартиры будет дисконт и ей лучше хорошо все обдумать и рассмотреть вопрос продажи квартиры через агентства недвижимости. Истец ответила, что обдумает и перезвонит, после чего перезвонила и сообщила, что согласна на срочную продажу, поскольку через агентство недвижимости слишком долго. ФИО6 ответил истцу, что срочным выкупом квартир занимается ФИО7), который перезвонит ей в ближайшее время и они все обсудят. Истец с номера телефона <№> (принадлежность которого истцу подтверждается рядом документов) ведет переписку и переговоры с риелтором ФИО7 относительно продажи квартиры, предоставляет необходимую информацию, документы по квартире, фото квартиры, подтверждает, что она действует без принуждения со стороны или давления в любой форме со стороны мошенников, сообщает, что продажа квартиры вызвана переездом к мужчине и у нее есть еще одна квартира. В период взаимодействия с истцом, ФИО7 стремясь обеспечить прозрачность и открытость предстоящей сделки по продаже квартиры, а так же ее юридическую чистоту, неоднократно задавал истцу вопросы о ее мотивах, уровне осознания ею самой ее действий и последствий, которые наступят при заключении договора-купли продажи по продажи квартиры, а так же является ли ее желания продать принадлежащую ей квартиру ее собственным и не продает ли она квартиру под действием давления, обмана или нужды на невыгодных для себя условиях, не находится ли она под влиянием мошенников, предупреждал и рассказывал ей о том, что участились случаи мошенничества на рынке вторичной недвижимости, в связи с чем он должен удостовериться что желание продать квартиру ее собственное и никем не навязанное. Несмотря на эти предупреждения истец всячески убеждала в своих искренних намерениях и честности по продаже квартиры, что подтверждается распечаткой переписки с мессенджера WhatsApp, предоставленной ФИО7 Из содержания телефонных разговоров и переписки можно заключить, что площадка <данные изъяты> была не единственной, куда истец обращалась с целью продажи квартиры. Ответчика, являющегося подписчиком данного канала заинтересовало предложена по продаже квартиры, после чего он начал с ФИО7 обсуждать условия предстоящей сделки, в том числе запросил кредитную историю истца, чтобы исключить риски банкротства. ФИО7 подготовлен проект договора и

его согласовали с истцом и ответчиком. Истец и ответчик заключают с использованием ЭЦП договор и направляют его на регистрацию в Росреестр. Право собственности на спорную квартиру зарегистрировано за ответчиком, номер государственной регистрации

<№>. При этом с целью регистрации перехода права собственности на квартиру истец лично ходила в МФЦ и снимала запрет на невозможность проведения сделки без ее личного присутствия. С использованием мессенджера WhatsApp между истцом и ответчиком состоялся видео звонок, в ходе которого ответчик подробно проинформировал истца о возможных рисках, участившихся случаях мошенничества и т.д. при продаже квартир, а истец еще раз сообщил ответчику, что она при продаже спорной квартиры действует по собственной инициативе и по своей воле, осознает последствия, действует без принуждения со стороны или давления в любой форме со стороны мошенников, сообщает, что ей известно о возможных мошеннических действиях и рисках, показывает квартиру, подготовленные для переезда вещи и обсуждает иные условия сделки. Ответчик платежными поручениями <№> от <Дата> на сумму 750 000 руб. и <№> от <Дата> на сумму 1 000 000 руб. (Приложение <№>) оплатил на счет истца <№>, указанный в п. 12.1 договора в полном объеме стоимость спорной квартиры. Перед тем как истец освободила квартиру, по просьбе и поручению ответчика в присутствии истца, квартиру осматривал ФИО8. Освобождая спорную квартиру, истец забрала абсолютно все свои вещи вплоть до смесителей в ванной комнате, что также подтверждало намерение истца заключить именно сделку по купле-продажи квартиры. Воля истца была направлена на заключение оспариваемого договора и применение правовых последствий, характерных для договора купли-продажи, что исключает заключение договора под влиянием заблуждения. Истец последовательно совершала действия по заключению договора: обратилась к риэлтору, показывала квартиру, заключила договор, информировала ответчика, ФИО6 и ФИО7 о том что сознательно заключает договор по своей воли, желает продать квартиру и не находится под влиянием мошенников, переход права собственности на спорную квартиру зарегистрирован в установленном законом порядке путем личного обращения истца, она собирала и вывезла вещи в связи с продажей квартиры, а также получила на свой счет в полном объеме денежные средства за проданную квартиру, после чего самостоятельно ими распорядилась, при этом как риелтору, так и ответчику об отсутствии намерения совершать сделку по продаже квартиры истец не сообщала, как и о том, что якобы оказывает содействие правоохранительным органам. Также, исходя из постановления о возбуждении уголовного дела и признании истца потерпевшей следу, что последняя получила от ответчика по договору денежные средства в размере 1 750000 рублей, а ущерб, причиненный ей мошенническими действиями неустановленных лиц составил всего 1 000 000 руб. То, что истец полагала, что она совершает фиктивную сделку и помогает правоохранительным органам с целью сохранения квартиры, не свидетельствует о заблуждении относительно юридической природы и предмета сделки, поскольку заблуждение относительно мотивов, которыми она руководствовалась, заключая договор, не предусмотрено законом в качестве основания для признания сделки недействительным по статье 178 ГК РФ. Личностные особенности истца не лишали ее способности понимать формальную сторону совершаемых юридически значимых действий. С учетом разумности и должной осмотрительности, требовавшихся от истца в таких обстоятельствах, она не была лишена возможности узнать о действительном положении дел относительно обстоятельств, связанных с прекращением права на принадлежавшую ей квартиру, своевременно проверить информацию, поступающую от третьих лиц, с учетом того, о с момента первого обращения к ней третьих лиц о необходимости оказывать определенное действие правоохранительным органам до заключения договора и принятие оплаты по нему ответчика прошло значительное количество времени (более 2 недель), в связи с чем, истец не проявила стандарт разумного и осмотрительного поведения, объективно не оценила ситуацию, при этом вправе была при возникновении сомнений в ношении сделки отказаться от заключения договора. Ответчик же предпринял разумную и должную осмотрительность при заключении договора, неоднократно уточнял у истца о ее реальных намерениях продать спорную квартиру и заключить договор купли-продажи, а также уточнял не находится ли она под влиянием мошенников или воздействием третьих лиц. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что ответчик умышленно ввел истца в заблуждение относительно договора. Довод о том, что оспариваемая сделка заключена между сторонами «по заниженной стоимости» опровергается отчетом <№> об оценке недвижимого имущества от <Дата>, подготовленного ООО «АНТАНТА», согласно которого рыночная стоимость спорной квартиры на дату заключения договора составляла 1 999 164 рубля, а следовательно, согласованная сторонами цена квартиры была обусловлена характеристиками, состоянием квартиры на день ее продажи и срочностью сделки для истца.

Иные участники процесса в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, а потому суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

В судебном заседании от <Дата> истец ФИО2 пояснила, что ей позвонил сотрудник полиции и сообщил, что ее квартира выставлена на продажу по доверенности. Чтобы избежать последствий от действий мошенников, она должна сама оформить ее фиктивную продажу под их руководством. Она делала все, что они говорили. Ранее о таких ситуациях она не слышала, квартира была оценена в 1750000 рублей, но зная, что сделка фиктивная, сумма не имела для нее значения. Сделка была оформлена онлайн на платформе Дом.ру с использованием цифровой подписи, которую она оформила в отделении сбербанка. Деньги получила через банкомат и перевела их мошенникам тоже через банкомат. Она самостоятельно подала заявление о снятии с регистрационного учета, поскольку была в таком состоянии, что выполняла все условия сделки.

В судебном заседании от <Дата> свидетель ФИО9 показала, что знаком с истцом с 16.10.2024г. Ей надо было сделать ремонт, чем он и занялся <адрес>. Требовался ремонт ванной комнаты. Более месяца, до апреля, он делал ванную комнату, санузел и кухню. Далее планировался ремонт спальной комнаты и коридора. Разговоров о продаже этой квартиры не велось. Истец высказывала мысли об улучшении жилища. Она только выплатила ипотеку и хотела сделать свое жилье уютным.

В судебном заседании от <Дата> свидетель ФИО10 показала, что

с истцом она знакома 3 года. Ответчика не знает. В середине апреля истец позвонила из полиции и попросила приехать. Там она рассказала, что попала под воздействие мошенников и теперь может лишиться квартиры. Истец высказывала планы на дальнейшую жизнь - сделать ремонт и жить. Разговоров о продаже квартиры не было.

В судебном заседании от <Дата> свидетель ФИО11 показала, что она знакома с сестрой истца, с истцом познакомилась с момента произошедшего. После случившегося истец находилась в критическом состоянии, у нее были суицидальные мысли, потерянность и сильное чувство вины. Она, как психолог выводила ее из этого состояния. Со слов истца, ей позвонили сотрудники правоохранительных органов. Надавливали на нее как на человека, который может предотвратить и помочь остальным гражданам поймать мошенников, став подставным лицом в оперативно-розыскной деятельности сотрудников МВД. По факту перевода денег разговора не было. Электронную подпись в Сбербанке оформила сама. Факта получения денег от продавца не было. Все произошло быстро и виртуально.

В судебном заседании от <Дата> свидетель ФИО12 показала, что истец

ее соседка. У них общий балкон, площадка. Квартиру истец купила в плохом состоянии. Выплатила ипотеку, начала ремонт. До сих пор на площадке стоят ее вещи. Встретила она истца 3 апреля и не узнала, та была растеряна и запугана. Что случилось, не сказала. Однажды истец позвонила и сказала, что у нее ломают двери. Она приехала с дачи и присутствовала при смене двери и замка риелтором с мастером в присутствии двух участковых уполномоченных полиции. И тогда истец ничего не сказала, что случилось, только стала хаотично собирать вещи. Выглядела запуганной и растерянной. О намерении продать квартиру, чтобы помочь дочери истец не говорила.

В судебном заседании от <Дата> свидетель ФИО13 показала, что он - друг мужа дочери истца. По факту сделки ему ничего неизвестно. Он помогал истцу делать ремонт – выкладывал стену в ванной комнате в прошлом году. Речи о продаже квартиры не было. Когда она продала квартиру, он помогал истцу вывозить вещи, она была поникшая, неразговорчивая.

В судебном заседании от <Дата> свидетель ФИО8 показал, что ФИО1 обратился к нему, чтобы он занялся продажей квартиры, когда он ее купит. Предварительно он осмотрел квартиру, подтвердил ФИО1 соответствие представленным фотографиям. Дверь квартиры для осмотра открыла ФИО2 Тогда они познакомились. Обменялись номерами телефонов, договорились, что через 3-4 дня он приедет забрать ключи от квартиры. За это время должна пройти перерегистрация собственности. Однако в оговоренный срок ФИО2 на звонки не отвечала, на контакт не выходила. Тогда ФИО1 оформил на него генеральную доверенность и он поехал на квартиру со взломщиком. Открыли дверь, а там ФИО2 стоит и сразу дверь на задвижку закрыла, он уехал. Через 2 дня, по согласованию с ФИО1, он приехал снова с сотрудниками полиции. Он риелтор, в интернете открытая реклама, там ФИО1 его и нашел, как риелтора в Саратове. С его слов, он занимается срочным выкупом жилья и к нему обратилась ФИО2 Когда он приехал во второй раз с выселением, вещи не были собраны, уже на тот момент она сказала, что её обманули мошенники. Странного в поведении ФИО2 он ничего не заметил. Как у человека, занимающегося продажей квартир, у него сложилось мнение, что истец хочет продать свою квартиру. Понимала, что цена ниже, но ей нужны деньги. Обычная цена на выкуп. Квартира убитая: полы деревянные, нет обоев, нет радиаторов. Признаков ремонта не видел. Везде лежали вещи. Строительных инструментов, материалов там не было.

Допрошенные в судебном заседании эксперты ФИО14, ФИО15 пояснили, что подтверждают всё, что указано в экспертном заключении.

Помощник прокурора Заводского района г. Саратова Рыбакова Н.И. полагала, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

Заслушав участников процесса, свидетелей, экспертов, исследовав материалы гражданского дела, заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с частью 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Частью 2 указанной нормы закона предусмотрено, что собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования, распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно статье 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со статьей 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

На основании ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

В силу ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободы в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе (пункт 2). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (пункт 3).

В соответствии с п.1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В силу пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Разъясняя ст. 153 ГК РФ, Пленум Верховного Суда Российской Федерации указывает, что по смыслу данной статьи при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (пункт 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В связи с этим в качестве элемента, имеющего ключевое значение для признания того или иного юридически значимого акта сделкой, закон и судебная практика принимают не столько истинную волю лица, составляющую внутреннюю, субъективную сторону, сколько внешнее проявление воли лица - волеизъявление, непосредственно порождающее определенные гражданско-правовые последствия.

Вопросы об истинной воле лица, о ее отличии от волеизъявления, равно как и о свободном характере ее формирования возникают только в строго определенных законом случаях, являющихся основаниями для признания заключенной лицом сделки недействительной в связи с теми или иными пороками воли или волеизъявления (недееспособность стороны, совершение сделки под влиянием заблуждения, обмана, насилия или угрозы либо неблагоприятных обстоятельств и прочее).

При этом в большинстве приведенных в законе случаев указанные пороки являются основанием не ничтожности, а оспоримости совершенных сделок, то есть эти пороки таковы, что законодатель допускает их оспаривание только ограниченным кругом лиц (стороной такой сделки или иным лицом, поименованным в законе) в исковом порядке в течение ограниченного срока исковой давности (статья 166, пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Более того, в определенных случаях возможность оспаривания таких сделок законодатель связывает с необходимостью оценки поведения другой стороны сделки, допуская признание ее недействительной, только если контрагент знал или должен был знать о порочности (например, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также позволяет сохранить сделку и даже в исключительных случаях признать ничтожную сделку действительной, если устранение обстоятельств порочности является возможным (пункт 4 статьи 178, пункт 2 статьи 171 и пункт 2 статьи 172 Гражданского кодекса Российской Федерации соответственно).

Защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена под влиянием заблуждения, обеспечивает статья 178 Гражданского кодекса Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2014 г. N 751-О, от 28 февраля 2019 г. N 338-О и др.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Таким образом, не всякое заблуждение признается пороком сделки, а лишь существенное, то есть при отсутствии которого сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку вовсе.

Раскрывая понятие существенности заблуждения, законодатель в пункте 2 данной статьи приводит неисчерпывающий (открытый) перечень обстоятельств, заблуждение относительно которых полагает существенным, заслуживающим при наличии прочих предпосылок являться основанием для признания сделки оспоримой (недействительной), а в пункте 3 статьи устанавливает, что заблуждение относительно мотивов сделки (обстоятельств, характеризующих ее основной мотив) таким основанием не считает.

Конституционный Суд Российской Федерации в названных выше определениях именует эти положения Гражданского кодекса Российской Федерации ориентирами, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы его рассматривать в качестве основания для признания сделки недействительной.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным, подлежит исследованию в каждом конкретном деле. При этом оценке со стороны судов подлежит также то обстоятельство, проявил ли истец требовавшуюся в таких обстоятельствах осмотрительность при совершении оспариваемой им сделки.

Заблуждение относительно правовых последствий сделки, наравне с заблуждением относительно ее мотивов, не является основанием для признания ее недействительной по статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 3 ст. 178 ГК РФ Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Согласно п. 5 ст. 178 ГК РФ суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Указанное положение имеет существенное значение для применения статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, которое нельзя недооценивать - оспаривание сделок по мотивам заблуждения создает серьезные риски для другой стороны, которая могла положиться на факт совершения сделки, в том числе осуществить в связи с ее исполнением определенные инвестиции.

Признание сделки недействительной создает угрозу для стабильности гражданского оборота, способно подорвать доверие к сделке и повлиять на нормальную практику рыночного контрактирования.

Исходя из положений названной статьи и в ее взаимосвязи с основными положениями гражданского законодательства, оспаривание сделки при безупречном поведении (объективной и субъективной добросовестности) по общему правилу по мотиву заблуждения не допускается.

Указание же в данной норме на право, а не обязанность суда принять во внимание наличие возможности у добросовестного контрагента распознать заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, призвано предоставить суду возможность учета особенных обстоятельств в рамках конкретного гражданского дела, таких как: наличие обоюдной ошибки, пусть невиновное но введение в заблуждение истца непосредственно действиями контрагента и прочее.

Кроме того, при разрешении споров, подобных рассматриваемому, об оспаривании сделок, совершенных гражданином под влиянием заблуждения, сформированного третьими лицами при совершении в отношении такого гражданина имущественного преступления, предоставлять другой стороне сделки меньший объем защиты, чем предоставлено законом контрагенту при оспаривании договора по мотивам ее заключения под влиянием обмана (абзац третий пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которого сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона знала или должны была знать об обмане), являлось бы неверным.

Согласно п. 5 ст. 166 ГК РФ и разъяснениям, приведенным в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Как разъяснено в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом, подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Как установлено в судебном заседании, истцу на праве собственности принадлежала квартира по адресу: <адрес>, кадастровый <№>.

<Дата> стороны заключили договор купли-продажи указанной квартиры.

Цена отчуждаемого имущества была определена в размере 1 750 000 руб. (п. 12 договора купли-продажи).

Положения п. 12.1 договора купли-продажи предусматривали, что цена за квартиру в размере 1 750 000 рублей истцу, как продавцу, будут переданы ответчиком в безналичной денежной форме, на счет, указанный истцом, а именно: банковский счет <№> в Филиале <№> Банка ВТБ (ПАО), после регистрации и перехода права собственности от истца к ответчику, в течении трех дней, право залога до момента окончательного расчета, при этом, у истца не возникает.

Впоследствии, право собственности ответчика на квартиру было зарегистрировано в установленном порядке на основании договора купли-продажи от <Дата>, квартира передана ответчику, ответчик, в свою очередь, перечислил средства на банковский счет истца.

Из постановления о возбуждении уголовного дела<№> и принятии его к производству от <Дата>. по признакам преступления ч. 4 ст. 159 УК РФ, следует, что в период с <Дата>. неизвестное лицо, находясь в неустановленном месте, путем обмана и злоупотреблением доверия ФИО2 похитило у нее денежные средства в сумме свыше 1 000 000 руб., причинив материальный ущерб в особо крупном размере.

Постановлением от <Дата>. ФИО2 признана потерпевшей по уголовному делу.

В ходе производства по уголовному делу ФИО2 была допрошена в качестве потерпевшей, и пояснила, что <Дата>, она решила сделать заказ в приложении магазина «Стройландия», однако оплатить не получилось и тогда она позвонила в службу поддержки и отменила заказ. В этот же день ей поступил звонок в мессенджере Ватсап от мужчины, который представился следователем и пояснил, что он из киберполиции, а так же пояснил, что ее денежными средствами могут воспользоваться мошенники и в целях безопасности все ее сбережения надо перевести на безопасный счет. Затем разговор прервался. Снова поступил звонок, в этот раз с ней говорил специалист ЦБ, звонившая была женщина, которая сообщила, что на нее оформлена доверенность по которой третье лицо может завладеть ее собственностью и для безопасности была необходима фиктивная сделка по купли-продажи квартиры, чтобы потом аннулировать сделку. Испугавшись, что ее имуществом могут завладеть посторонние лица, то есть мошенники, она согласилась на данную процедуру. Так в месенджере Ватсап ей прислали различные документы. После чего в дальнейшем с ней связался в месенджере ватцап <данные изъяты> и он сказал, что будет помогать в оформлении сделки, в ходе разговора он попросил прислать ему свои документы, паспорт и документы на квартиру, что она и сделала, сказал, что с ней свяжется покупатель. Действительно, через некоторое позвонил покупатель, который представился именем <данные изъяты>, с ним она говорила по видеосвязи, <данные изъяты> спрашивал, добровольно ли она хочет продать квартиру, не связана ли она с мошенниками, она ответила, что нет и желает ее продать срочно, в ходе диалога пришли

к договоренности, что она подаст квартиру за 1 650 000, кроме того, она должна перевести 100 000 рублей <данные изъяты>, за оказанную помощь. Затем, после оформления и подписания всех документов в электронном виде, на ее карту были перечислены денежные средства в сумме 750000 руб., из которых 100 000 рублей она перевела <данные изъяты>. Через некоторое время на ее банковский счет поступило еще 1 000 000 рублей. Получив денежные средства, продолжая выполнять указания неустановленных лиц, перевела на «безопасные счета», только потом осознав, что стала жертвой мошенников.

Согласно отчету <№> об оценке недвижимого имущества от <Дата>. подготовленного ООО «АНТАНТА», представленному стороной ответчика, рыночная стоимость спорной квартиры на дату заключения договора составляла 1 999 164 рубля

В ходе расследования уголовного дела была назначена и проведена судебно-психиатрическая экспертиза ФИО2, по результатам которой комиссией экспертов установлено, что ФИО2 хроническим психическим расстройством не страдала и не страдает. Имеет средне-специальное образование, социально адаптирована. Результаты настоящего исследования, свидетельствуют о сохранности у нее основных психических функций и исключают у нее хронический психопатологический процесс, слабоумие, она может участвовать в судебно-следственных действиях. В силу выявленных у нее личностных особенностей (сниженное настроение, приверженность социальным нормам, правилам, исполнительность), а также эмоционального состояния растерянности, страх перед возможностью лишиться значительной суммы денежных средств, которые снижали ее способность к их смысловому восприятию и формированию у нее неправильного представления относительно проводимых в отношении нее противоправных действий, подэкспертная была убеждена, что имела дело с сотрудниками киберполиции и банковскими сотрудниками, поэтому не могла правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела. В настоящий момент подэкспертная способна правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания. В период, интересующий следствие, могла понимать характер совершаемых в отношении нее противоправных действий (осознавала, что производимые действия связаны с финансовыми операциями), но не понимала их значение и не могла оказывать

сопротивление, так как была убеждена, что имеет дело с сотрудниками правоохранительных органов и банковскими работниками.

С целью установления юридически значимых по делу обстоятельств, судом по делу назначена амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза.

Из заключения экспертов ГУЗ «Областная клиническая психиатрическая больница Святой Софии» <№> от <Дата> следует, в частности, в части выводов, сделанных врачом-психологом: «В юридически значимой ситуации (<Дата>) ФИО2 формально понимала финансовый и юридический характер совершаемых ею действий (совершение сделки купли-продажи недвижимого имущества <Дата>, получение денежных средств от продажи), однако приписываемое им значение было искажено и трактовалось в контексте иллюзорной реальности (убежденность, что совершает действия одобренные и инициированные «сотрудниками киберполиции»; уверенность в фиктивности продажи квартиры, в возврате квартиры в ее собственность «после окончания следственных действий»). Активное внешнее давление и состояние выраженного психоэмоционального напряжения обуславливали парциальные (частичные), но выраженные изменения когнитивных процессов, которые сами по себе нарушены не были, однако осмысление событий происходило в системе иллюзорных представлений, вследствие чего критические и прогностические функции подэкспертной были понижены. Вышеуказанные личностные особенности ФИО2 в условиях направленного манипулятивного психологического воздействия (что подтверждается ее статусом потерпевшей по уголовному делу, указанным в амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизе в ГУЗ «Саратовский городской психоневрологический диспансер» <№> от <Дата>), способствовали возникновению у ФИО2 психологически зависимого поведения, что при формальном понимании ею характера собственных действий (понимала внешние обстоятельства заключения сделки купли-продажи недвижимого имущества <Дата>), в условиях эмоционального напряжения с аффективно-личностной охваченностью способствовали психологической предрасположенности к формированию неправильного мнения относительно существа юридически значимых действий, ошибочному смысловому восприятию и искаженной оценке существа сделки купли-продажи недвижимого имущества <Дата> (а именно: занималась улучшением своих бытовых условий, ремонтом в квартире, которую внезапно продала; была убеждена в «фиктивности» заключаемого договора купли-продажи квартиры от <Дата> и возврате ее в личную собственность после окончания «следственных действий»; вследствие манипулятивного воздействия третьих неустановленных лиц согласилась на продажу единственного жилья со значительной материальной потерей, а именно - со скидкой к действующей цене на рынке вследствие убежденности в фиктивности сделки купли-продажи от <Дата>, никуда не собиралась выезжать из квартиры, не собирала вещи для переезда, что подтверждается свидетельскими показаниями, представленными в материалах гражданского дела). Таким образом, вследствие направленных мошеннических действий третьих неустановленных лиц у ФИО2 сформировалась предрасположенность восприятия иллюзорной информации как реальной, а навязанных ей действий мнимых индивидуально-психологическими особенностями обусловило рост психоэмоционального

напряжения ФИО2 с аффективно-личностной охваченностью, с доминированием

эмоций страха, тревоги, растерянности, а также частичными изменениями когнитивных

процессов, что способствовало ее податливости психологическому воздействию и

формированию у ФИО2 психологически зависимого поведения, снижению критических и прогностических способностей в отношении социально-юридических

последствий действий в юридически значимый период (с <Дата> по <Дата>)

и в совокупности, оказали существенное влияние на сознание и поведение ФИО2,

способствовали формированию у нее заблуждения относительно существа сделки купли-

продажи недвижимого имущества от <Дата>.»; в части выводов, сделанных врачами-психиатрами : «На основании вышеизложенного комиссия приходит к заключению, что в настоящее время ФИО2 АнатО. обнаруживает <данные изъяты> по МКБ-10 (<данные изъяты>). Об этом свидетельствуют данные о наблюдении терапевтом <данные изъяты> Указанные особенности личности подэкспертной выражены не столь значительно и не лишают ее способности понимать значение своих действий и руководить ими, на что указывают: достаточная социальная адаптация, работоспособность, приспособляемость, умение устанавливать с окружающими определенные связи. В интересующий суд период (в момент подписания договора купли-продажи квартиры <Дата>, а также в период времени, связанный с ведением переговоров, относительно продажи квартиры, снятия себя с регистрационного учета и пр. в период времени с <Дата> по <Дата>) по психическому состоянию она могла понимать и осознавать значение своих действий (отдавать отчет своим действиям) и руководить ими.

Заключение эксперта составлено на основании определения Заводского районного суда г.Саратова, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. В связи с этим данное заключение является допустимым доказательством.

При проведении экспертизы эксперты руководствовались нормами действующего законодательства, в том числе Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Суд оценивает не только относимость, допустимость доказательств, но и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд приходит к выводу о том, что данное заключение является ясным, полным, непротиворечивым, сомнений в его правильности и обоснованности не имеется. Стороны о проведении по делу дополнительной или повторной экспертизы в указанной части не ходатайствовали.

Оценивая указанное экспертное исследование в части выводов эксперта врача-психолога, суд считает, что фактически выводы указанного эксперта частично сводятся к правовой оценки последствий заключенного договора купли-продажи квартиры и отношения к ним ФИО2

Для признания сделки, совершенной гражданином, недействительной по правилам пункта 1 ст. 177 ГК РФ этому гражданину (либо иному лицу, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате совершения сделки) необходимо доказать только то, что в момент ее совершения он находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Указанных обстоятельств судом не установлено.

В настоящем деле истец в качестве оснований исковых требований о признании сделки недействительной ссылается, в частности на совершение ее под влиянием заблуждения и обмана.

Что касается доводов истца о заключении договора под влиянием обмана, то суд учитывает, что сделка совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане, учитывая, что обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку, заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего, не соответствующие действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение, а при совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих для заключения сделки.

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана, входит, в том числе факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно-обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.

Заблуждение истца относительно мотивов (обстоятельств, характеризующих основной мотив сделки), полагавшей, что она заключает оспариваемый договор для пресечения совершаемых в отношении нее мошеннических действий, равно как и ее заблуждение относительно последствий, то есть в том, что совершенная сделка будет аннулирована, а право собственности на квартиру будет ей возвращено, в данном случае основанием для признания совершенной ею сделки купли-продажи недействительной являться не может.

Из представленных материалов следует, что истец желала совершить именно оспариваемую ею сделку купли-продажи недвижимости и наступления соответствующих правовых последствий, которые вместе с тем, по ее мнению, должны были быть впоследствии аннулированы.

При определении такого критерия, как заблуждение истца относительно природы совершенной ею сделки необходимо учитывать оспариваемый истцом вид сделки - купли-продажи недвижимости, сущность которого и порождаемых им гражданско-правовых последствий (переход права собственности на недвижимое имущество) является общеизвестной.

При этом понижение стандарта понимания природы сделки купли-продажи, в том числе с учетом субъективного критерия, не могло бы являться в рассматриваемом случае разумным.

Истец, проявляя должную степень осмотрительности и заботливости, ожидаемую от данного участника гражданского оборота при вступлении в правоотношения, объективно должно было осознавать наличие правовых последствий у каждой совершаемой им сделки как юридического акта.

Дееспособный гражданин должен в первую очередь самостоятельно отвечать за последствия своего поведения, что следует в том числе из смысла положений закона, закрепляющих основные начала гражданского законодательства (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательств распознаваемости такого заблуждения другой стороной сделки не установлено.

Доказательств недобросовестного поведения ответчика при заключении спорного договора купли-продажи не установлено.

Проанализировав исследованные в судебном заседании доказательства, суд полагает, что заключенный между сторонами договор купли-продажи совершен в надлежащей форме и содержит все существенные для договора купли-продажи, указанный договор подписан обоими сторонами.

Достоверных и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что в момент подписания договора волеизъявление сторон не соответствовало действительным намерениям суду не представлено.

При этом суд исходит из того, что собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

Из изложенного следует, что оспариваемый договор реально исполнен сторонами договора, имущество фактически передано ответчику, который совершил действия, свидетельствующие о его принятии.

Таким образом, поскольку не представлены достоверные и допустимые доказательства, подтверждающие обоснованность заявленных требований, в судебном заседании не установлено обстоятельств, свидетельствующих о недействительности, ничтожности договора купли-продажи, суд приходит к выводу о том, что предусмотренных законом оснований для удовлетворения иска в указанной части не имеется.

Поскольку судом отказано в удовлетворении иска о недействительности, договора купли-продажи, производные требования о признании права собственности, прекращении права собственности, восстановлении сведений о собственности, взыскании денежных средств, и распределении судебных расходов также не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 АнатО. к ФИО1 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности, восстановлении сведений о собственности, взыскании денежных средств, распределении судебных расходов, отказать.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд в месячный срок со дня изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Заводской районный суд города Саратова.

Мотивированное решение изготовлено 16 марта 2026 года.

Судья Ю.А. Ткаченко