Решение № 2-76/2018 2-76/2018 ~ М-62/2018 М-62/2018 от 3 июня 2018 г. по делу № 2-76/2018

Дело № 2-76/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 июня 2018 года р.п. Ковернино

Ковернинский районный суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Козлова Н.В.,

при секретаре судебного заседания Купцовой А.В.,

с участием истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика Следственного Управления Следственного Комитета России по Нижегородской области ФИО2, действующего по доверенности,

представителя ответчика Следственного Комитета России ФИО2, действующего по доверенности,

представителя ответчика Прокуратуры Нижегородской области ФИО3, действующего по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к прокурору Ковернинского района Чижикову А.Н., прокурору Ковернинского района Щелокову А.В., и.о. руководителя Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО2, ст. следователю Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО4, следователю Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО5, ст. следователю Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО6, Прокуратуре РФ, Прокуратуре Нижегородской области, Следственному Комитету России, Следственному Управлению Следственного Комитета России по Нижегородской области, Министерству финансов РФ, о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в Ковернинский районный суд Нижегородской области с иском к прокурору Ковернинского района Чижикову А.Н., прокурору Ковернинского района Щелокову А.В., и.о. руководителя Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО2, ст. следователю Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО4, следователю Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО5, ст. следователю Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО6 о компенсации морального вреда в размере 500000 рублей с каждого.

Свои требования истец мотивировал тем, что ДД.ММ.ГГГГ находившийся в качестве задержанного в МО МВД России «Ковернинский» его зять Ш. был обнаружен мертвым. По факту его смерти было возбуждено уголовное дело, в ходе расследования которого был арестован сын истца - Л Впоследствии уголовное дело в отношении сына было прекращено. По мнению истца, причиной привлечения к уголовной ответственности и последующего ареста его сына Л является «сфабрикованное, возбуждено уголовное дело», основанное на «сфальсифицированных доказательствах», в том числе результатах судебно-медицинских экспертиз, проведенных по делу, а также протоколах следственных и процессуальных действий, с целью «скрыть настоящих убийц» его родственника Ш. Обвинительное заключение по уголовному делу, составлено на основании сфальсифицированных доказательств. Уголовные дела по сфальсифицированным доказательствам не возбуждены правоохранительными органами. Незаконными и противоправными действиями должностных лиц (всех перечисленных ответчиков), по мнению истца, ему причинены нравственные страдания и нанесен моральный вред, который он оценивает в общем размере 3000000 рублей по 500000 руб. с каждого ответчика.

Определением суда 09 апреля 2018 года к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Прокуратура Нижегородской области, Управление Следственного Комитета РФ по Нижегородской области, Министерство финансов РФ.

Определением суда 14 мая 2018 года к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Прокуратура РФ, Следственный Комитет РФ.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал полностью по основаниям, изложенным в иске. В судебном заседании истец пояснил, что, что умерший Ш. ему приходился затем, родные дети Ш. приходятся ему родными внуками. Ш. проживал со своей семьей, с женой и двумя детьми по адресу: <адрес>. Он (ФИО1) членом семьи Ш. не являлся, с ним совместно не проживал и общего хозяйства не вел, на его иждивении не состоял. ДД.ММ.ГГГГ Ш. доставили в полицию. Ш. был освидетельствован в больнице на состояние опьянения, на наличие телесных повреждений его освидетельствование не проводилось. Ш. был доставлен в МО МВД России «Ковернинский», в котором в отношении последнего ДД.ММ.ГГГГ был составлен протокол об административном задержании, имевший значительные нарушения, в котором также отсутствовали паспортные данные ФИО7 экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ проведенная по уголовному делу по телесным повреждениям (на трупе) Ш. также является поддельной и он не согласен с указанными в ней повреждениями на теле ФИО7 экспертиза №, проведенная по уголовному делу, не имеет печати и подписей, по мнению истца, она подтверждает, что «убийство Ш.» произошло в отделе полиции, настоящую экспертизу по делу от него «прячут», в отношении настоящих «убийц» уголовное дело не возбуждают. Уголовные дела по указанным экспертизам не возбуждались. Нарушение его прав заключается в том, что по уголовному делу документы «сфальсифицированы» и являются «поддельными», по которым уголовные дела должностными лицами не возбуждаются.

Представитель ответчика Прокуратуры Нижегородской области ФИО3, действующий по доверенности, полагал, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению, просил в иске отказать полность.

Ответчики прокурор Ковернинского района Чижиков А.Н., прокурор Щелоков А.В., ст. следователь Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО4, следователь Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО5, ст. следователь Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО6 надлежаще извещенные о дате, времени и месте судебного заседания в суд не явились.

Ответчик заместитель руководителя Городецкого межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Нижегородской области ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал свои доводы, изложенные в возражения.

В возражениях на иск указал, что исковые требования ФИО1 являются необоснованными и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям. ДД.ММ.ГГГГ в помещении камеры содержания задержанных лиц МО МВД России «Ковернинский» обнаружен труп Ш. В тот же день в книге регистрации сообщений о преступлении Городецкого МСО СУ СК Российской Федерации по Нижегородской области по данному факту под № зарегистрирован рапорт следователя об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ст.293 УК РФ, по которому проведена должная проверка в соответствии с действующим законодательством. ДД.ММ.ГГГГ по результатам проведенной в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ проверки вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ. Постановления об отказе в возбуждении уголовного дела неоднократно отменялись руководством Городецкого межрайонного следственного отдела в связи с неполнотой проведенной следователями проверки. При этом основания для возбуждения уголовного дела ни в ходе первоначальной, ни в ходе дополнительных проверок, установлены не были. Данным постановлением отказано в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников полиции МО МВД России «Ковернинский» по ч.2 ст.293, п.«а» ч.З ст.286, ч.4 ст. 111, 4.1 ст.292 УК РФ по основаниям, предусмотренным п.п. 1,2 ч. 1 ст.24 УПК РФ. Ч.2 ст. 293 УК РФ предусматривает наступление уголовной ответственности за халатность, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, если это повлекло причинение крупного ущерба или существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью или смерть человека. Состав рассматриваемого преступления имеется лишь в случае, когда по делу установлена причинная связь между противоправными действиями (бездействием) должностного лица и наступившими последствиями. Из материалов проверки следует, что о наличии у Ш. черепно-мозговой травмы, которая впоследствии привела к смерти последнего, сотрудникам полиции стало известно лишь после того, как Ш. скончался в помещении МО МВД России «Ковернинский», в связи с чем сотрудники полиции при содержании Ш. в KCЗJI не могли предвидеть наступления общественно-опасных последствий в виде смерти Ш. в результате причиненной тому черепно-мозговой травмы. При поступлении Ш. ДД.ММ.ГГГГ в МО МВД России «Ковернинский», его задержании и дальнейшем содержании в KCЗJI каких-либо жалоб на состояние своего здоровья тот не высказывал, а телесные повреждения, имевшиеся у того на момент задержания, не могли вызвать у сотрудников полиции опасений за состояние здоровья Ш. Сотрудники полиции неоднократно интересовались состоянием здоровья Ш. При этом, когда ДД.ММ.ГГГГ состояние здоровья Ш. ухудшилось, сотрудниками полиции незамедлительно была вызвана скорая медицинская помощь, до приезда которой Ш. оказывалась первая доврачебная медицинская помощь. Таким образом, факт неисполнения или ненадлежащего исполнения сотрудниками полиции своих должностных обязанностей, повлекшего смерть Ш., не установлен. П.«а» ч.3 ст. 286 УК РФ предусматривает наступление уголовной ответственности за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, совершенное с применением насилия, либо угрозой его применения. Ч.4 ст. 111 УК РФ предусматривает наступление уголовной ответственности за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Ч.1 ст. 292 УК РФ предусматривает наступление уголовной ответственности за служебный подлог, то есть внесение должностным лицом, а так же государственным служащим или служащим органа местного самоуправления, не являющимся должностным лицом, в официальные документы заведомо ложных сведений, а равно внесение в указанные документы исправлений, искажающих их действительное содержание, если эти деяния совершены из корыстной или иной личной заинтересованности. Добытые в ходе проведенной проверки данные указывают на отсутствие события преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 111, п.«а» ч.3 ст.286 УК РФ, поскольку установлено, что при доставлении Ш. ДД.ММ.ГГГГ в МО МВД России «Ковернинский» и содержании Ш. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в КСЗЛ МО МВД России «Ковернинский» со стороны сотрудников полиции физическая сила в отношении Ш. не применялась. При доставлении Ш. в МО МВД России «Ковернинский» у того имелись телесные повреждения, что подтверждается приобщенными к материалам проверки копией протокола об административном задержании Ш., в котором имеются несущественные исправления, которые не повлияли на законность содержания Ш. в КСЗЛ, поскольку имелись законные основания для административного задержания последнего. Таким образом, в действиях Ш. отсутствует состав преступления предусмотренного ч.1 ст.292 УК РФ, поскольку в момент составления протокола об административном задержании Ш. у того отсутствовала корыстная или иная личная заинтересованность, что является обязательным условием для наступления уголовной ответственности по данной статье. Таким образом, оснований для возбуждения уголовного дела в отношении сотрудников полиции МО МВД России «Ковернинский» в связи со смертью Ш. не имелось и не имеется, а вынесенные следователями постановления об отказе в возбуждении уголовного дела отменялись в связи с неполнотой проведенной проверки, но никак не в связи с сутью принятого процессуального решения. Вместе с тем, необходимо отметить, что по факту смерти Ш. ДД.ММ.ГГГГ в помещении камеры содержания задержанных лиц МО МВД России «Ковернинский» Городецким МСО СУ СК Российской Федерации по Нижегородской области ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ. В ходе предварительного следствия по данному уголовному делу проведен большой объем следственных действий и иных процессуальных мероприятий, направленных на установление лица, причастного к совершению преступления. По результатам расследования уголовное дело № с утвержденным прокурором обвинительным заключением направлено в Ковернинский районный суд Нижегородской области для рассмотрения по существу. Важно и то, что согласно заключению комиссионной судебно- медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, черепно-мозговая травма у Ш., ставшая причиной его смерти, образовалась в ориентировочный срок около 10-14 суток до момента наступления смерти пострадавшего ДД.ММ.ГГГГ, т.е. травма не могла быть получена Ш. во время нахождения того в помещении камеры содержания задержанных лиц МО МВД России «Ковернинский». Данное заключение исследовано Ковернинским районным судом Нижегородской области при рассмотрении уголовного дела № по существу, экспертиза признана проведенной с соблюдением установленного процессуального порядка, лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. ДД.ММ.ГГГГ по результатам судебного следствия„ вынесен обвинительный приговор, которым И. осужден по ч.4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде 8 лет лишения свободы, без ограничения свободы, с отбыванием наказания в колонии строго режима. Выводы данной экспертизы положены судом в основу приговора, поскольку ее выводы полностью согласуются с фактическими данными, показаниями подсудимого И., показаниями свидетелей, взаимодополняя остальные уличающие подсудимого доказательства, приведенные в приговоре. Заключение экспертов иными допустимыми и достоверными доказательствами не опровергнуто. В период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № находилось в производстве следователя Городецкого МСО Н. производство предварительного следствия в указанный период времени было поручено ему руководителем Городецкого межрайонного следственного отдела. В ходе предварительного следствия, Н. наряду с проведением иных следственных действий и процессуальных мероприятий, ДД.ММ.ГГГГ назначена повторная медицинская судебная экспертиза по трупу Ш., так как медицинская судебная экспертиза трупа Ш., по результатам которой изготовлено заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, была проведена до возбуждения уголовного дела, для целей производства повторной медицинской судебной экспертизы по трупу Ш. судебно-медицинскому эксперту Ш. была предоставлена надлежащим образом заверенная копия заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. По результатам повторной медицинской судебной экспертизы судебно-медицинским экспертом Ш. было изготовлено заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. По окончании предварительного следствия, после выполнения требований ст.ст.215-220 УПК РФ, было составлено обвинительное заключение, которое было согласовано руководителем Городецким МСО СУ СК Российской Федерации по Нижегородской области, а в последующем утверждено прокурором Ковернинского района Нижегородской области. В компетенцию следователя согласно действующему законодательству, не входит возможность какого бы то ни было вмешательства в деятельность эксперта, в том числе возможность влиять на результаты судебной экспертизы. Оснований не доверять заключению судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ либо сомневаться в правильности и объективности выводов эксперта у следствия на тот момент не имелось. Необходимо отметить, что действительно в ходе производства предварительного следствия по уголовному делу № и на стадии судебного следствия в отношении обвиняемого - Л была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Однако, после квалификации Ковернинским районным судом действий Л по ст. 116 УК РФ и принятии решения о прекращении в отношении Л уголовного дела по основанию, предусмотренному п.5 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием заявления потерпевшего, тот воспользовался правом на реабилитацию, денежное выражение которой было определено судом (решение Нижегородского районного суда г.Нижнего Новгорода). Считаю, что заявление исковых требований ФИО1 необоснованно, ответчиком в данном случае должно выступать Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Нижегородской области, так как, в ходе реализации руководящих полномочий в Городецком МСО СУ СК РФ по Нижегородской области, я выполнял функции представителя власти и реализовывал одну из функций государственной власти. Сам факт того, что постановления следователей об отказе в возбуждении уголовного дела неоднократно отменялись руководством следственного отдела, свидетельствует в равной степени о действии упреждающего процессуального контроля со стороны руководства отдела за обоснованностью постановлений следователей (в данном случае необоснованность вызвана неполнотой проверки), а также о реализации руководителем следственного органа полномочий, предоставленных ему п.2 ч.1 ст.38 УПК РФ «... отменять незаконные или необоснованные постановления следователя...». Сама реализация руководителем следственного органа права отменять необоснованные постановления следователя закреплена законодателем в УПК РФ и является такой же неотъемлемой частью уголовно-процессуальных отношений, как и право обжалования постановления следователя заинтересованными лицами, то есть сама по себе реализация данного предусмотренного законом полномочия не является нарушением закона, как следует из искового заявления ФИО1 Именно большой объем проведенных следователями проверочных и иных процессуальных мероприятий явился определяющим фактором, потребовавшим определенных временных затрат для принятия окончательного процессуального решения. Согласно ч.1 Постановления Пленума Верховного суда РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 № 10(в редакции Постановления Пленума Верховного суда РФ от 06.02.2007 № 6)(далее- Постановление Пленума) «суду следует также учитывать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями(бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора». Однако, исковое заявление ФИО1 не содержит каких-либо доказательств факта причинения ему нравственных или физических страданий, нанесенных действиями(бездействием) должностных лиц Городецкого межрайонного следственного отдела в связи с проведением доследственной проверки и расследованием уголовного дела по факту смерти Ш. В то время как в части 3 Постановлении Пленума указано, что «одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного причинения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию(ст. 1100 второй части Гражданского кодекса РФ, введенной в действие с 01.03.1996), на это же указано в части 1 ст. 1070 ГК РФ, которая гласит «вред, причиненный в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия и суда в порядке, установленном законом». Однако, вина сотрудников Городецкого межрайонного следственного отдела в причинении морального вреда ФИО1 как в связи с проведением доследственной проверки по факту смерти Ш., так и в связи с расследованием уголовного дела, возбужденного по факту смерти Ш., не установлена, одновременно, ФИО1 не является жертвой источника повышенной опасности, ФИО1 не был незаконно осужден, в отношении него не избиралась мера пресечения, на него не налагалось административное наказание, должностными лицами Городецкого межрайонного следственного отдела не распространены сведения, порочащие часть, достоинство и деловую репутацию ФИО1 При этом, согласно части второй Постановления Пленума, моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью, продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.». Однако, действия должностных лиц Городецкого межрайонного следственного отдела не привели к последствиям, указанным в части второй Постановления Пленума. В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Однако исковое заявление ФИО1 содержит лишь виртуальные последствия негативного характера, возникшие, по его утверждению, в результате действий(бездействия) должностных лиц Городецкого межрайонного следственного отдела, доводы ФИО1 о якобы причиненных ему морально-нравственных страданиях не подтверждаются объективными доказательствами. На основании изложенного, считает, что фактов ненадлежащего исполнения своих служебных обязанностей сотрудниками Городецкого межрайонного следственного отдела СУ СК Российской Федерации по Нижегородской области, наступления вреда, противоправности деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, которая могла бы быть установлена следственными органами, ФИО1 не представлено, в связи с чем исковые требования ФИО1 являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

Представитель ответчика Министерство финансов РФ надлежаще извещенный о дне и месте рассмотрения дела в суд не явился, обратился к суду с ходатайством о рассмотрении данного дела в его отсутствие. В возражениях на иск указали, что считают исковые требования незаконными и необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Представитель ответчиков Следственный Комитет РФ, Управление Следственного Комитета РФ по Нижегородской области ФИО2, действующий по доверенности исковые требования не признал, просил в иске отказать полностью.

Представитель ответчика Прокуратуры РФ, надлежаще извещенный о дне и месте рассмотрения дела в суд не явился.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие вышеуказанных ответчиков.

Изучив письменные материалы дела, заслушав участников процесса, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности согласно ст.ст. 55, 56, 57, 59, 60, 67 ГПК РФ, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, установив юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Суд рассмотрел дело по заявленным требованиям и имеющимся в деле доказательствам.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (абзац первый пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ).

Пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительнр к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно статье 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствие со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, предусмотренных законом.

По смыслу закона, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Статьей 1101 ГК РФ установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников (абзац второй пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10).

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № Ю).

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 указано, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 20 декабря 1994 г. № 10, следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

В судебном заседании установлено, согласно протоколу об административном задержании, Ш. был доставлен в МО «Ковернинский» ДД.ММ.ГГГГ в 3 час. 30 мин. в связи с совершением правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 КоАП РФ для разрешения материала и направления в суд и задержан сроком до 48 часов.

ДД.ММ.ГГГГ в 11 час. 00 мин. в МО МВД России «Ковернинский» констатирована смерть Ш. По факту смерти Ш. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренным ч.4 ст. 111 УК РФ.

Материалами служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ по факту смерти в МО МВД России «Ковернинский» Ш., проведенной ГУ МВД России по Нижегородской области дано заключение, что в действиях сотрудников ДЧ МО МВД России «Ковернинский» ДД.ММ.ГГГГ нарушений требований Постановления Правительства РФ от 15.10.2003 № 627 и приказа МВД России от 01.04.2009 № 248 не допущено.

Из приговора Ковернинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № (далее - приговор) следует, что И. признан виновным по ч.4 ст. 111 УК РФ в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть Ш., с которого в пользу потерпевшей Ш. в счет компенсации морального вреда взыскан 1 млн. руб.

Обстоятельства совершения преступления и указание причин смерти Ш. подробно изложены в приговоре, именно: «…Судом установлено, что причиной смерти Ш. послужило нанесение И. совместно с неустановленным следствием лицом при обстоятельствах, установленных в настоящем приговоре телесных поврежденийот которых Ш. получил черепно-мозговую травму с травматическим субдуральным кровоизлиянием, с последующим отеком и вклинением ствола головного мозга в большое затылочное отверстие, которая, будучи опасной для жизни и приведшая к смерти пострадавшего, является тяжким вредом здоровью человека.. Между действиями подсудимого И. и получением потерпевшим тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего имеется прямая причинно-следственная связь… В пользу потерпевшей Ш. удовлетворен гражданский иск о компенсации морального вреда на сумму 1000000 рублей, ввиду нравственных переживаний, вызванных потерей родного человека, мужа и отца ее ребенка». Смерть, Ш. наступила от черепно-мозговой травмы с травматическим субдуральным кровоизлиянием…, приведшей к смерти Ш., полученной в результате противоправных действий осужденного И. и неустановленного лица, что установлено приговором Ковернинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ

Умерший Ш. являлся истцу ФИО1 супругом дочери («зятем»), то есть близким родственником, круг которых определен законом (ст. 5 УПК РФ), не являлся.

Истец ФИО1 потерпевшим по вышеуказанному уголовному не признавался, потерпевшим по уголовному делу признавались родная сестра и супруга Ш.

Ш. до дня смерти проживал со своей семьей. Истец ФИО1 членом семьи Ш. не являлся, с ним совместно не проживал и общего хозяйства не вел, на иждивении Ш. не состоял, требований о признании членом семьи Ш. истцом не заявлялось.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в помещении камеры содержания задержанных лиц МО МВД России «Ковернинский» обнаружен труп Ш. В тот же день в книге регистрации сообщений о преступлении Городецкого МСО СУ СК Российской Федерации по данному факту под № следователя об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ст.293 УК РФ, по которому проведена должная проверка в соответствии с действующим законодательством. ДД.ММ.ГГГГ по результатам проведенной в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ проверки вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ. Постановления об отказе в возбуждении уголовного дела неоднократно отменялись Городецким межрайонным следственным отделом в связи с неполнотой проведенной следователями проверки. Принятыми процессуальными решениями было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников полиции МО МВД России «Ковернинский» по ч.2 ст. 286, ч.4 ст. 111, 4.1 СТ.292.УК РФ по основаниям, ст.24 УПК РФ.

Доводы истца, изложенные в иске и поддержанные в судебном заседании, а также изложенные им в судебном заседании о причинении ему ответчиками нравственных страданий, не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Доказательств нарушений должностных обязанностей, нормативных и локальных актов должностными лицами, в том числе и ответчиками а также совершение ими противоправных действий (бездействия), в том числе, которые бы причинили вред и могли привести к смерти Ш., истцом суду не представлено и в судебном заседании таких не установлено.

Причина смерти Ш. и виновное лицо в причинении смерти Ш., а также наличие причинно-следственной связи между действиями осужденного И. и смертью потерпевшего Ш. установлены вышеуказанным приговором суда. Требований к виновному лицу о компенсации морального вреда истцом не заявлено.

Доводы истца опровергаются материалами дела.

Так, как следует из содержания искового заявления ФИО1, его требования к ответчикам о компенсации морального вреда, связаны с неправомерными действиями ответчиков, которые, будучи должностными лицами использовали заведомом «сфальсифицированные» (по мнению истца) доказательства по уголовному делу, возбужденному по факту смерти Ш. в камере содержания задержанных лиц МО МВД России «Ковернинский» ДД.ММ.ГГГГ, а также с «сфабрикованным, возбужденным уголовным делом», основанным на «сфальсифицированных доказательства», в том числе результатах судебно-медицинских экспертиз проведенных по делу, протоколах следственных и процессуальных действий, незаконными и противоправными действиями всех ответчиков в рамках проверок проводимых в порядке ст. 144 УПК РФ, расследования уголовного дела и последующего исполнения приговора, а также невозбуждением уголовного дела в отношении работников правоохранительных органов, виновных в смерти Ш. (по мнению истца), в связи с чем истцу причинены нравственные страдания и нанесен моральный вред.

Вместе с тем фактов ненадлежащего исполнения своих служебных обязанностей ответчиками (должностными лицами), наступления вреда, противоправности деяния причинителя (-ей) вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя (-ей) вреда, которая могла бы быть установлена следственными и/или иными правоохранительными, судебными органами, в материалы дела не представлено.

Оценив собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст.ст. 59, 60, 67, 71 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что ФИО1 не представил доказательств, что он действительно испытывал (испытывает) физические или нравственные страдания от «сфабрикованного», по его мнению, уголовного дела, возбужденного по факту смерти Ш., а также в результате проводимых проверок по его заявлениям.

Требования ФИО1 о наличии у него права на компенсацию морального вреда основаны исключительно на утверждениях, приводимых в исковом заявлении и в судебных заседаниях и объективными доказательствами, в том числе письменными материалами дела не подтверждены.

Гражданским кодексом РФ установлена гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов (должностных лиц этих органов), при наличии общих оснований наступления такой ответственности. В связи этим для возложения имущественной ответственности за причиненный вред необходимо наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Совокупность таких обстоятельств из материалов дела не следует и истцом не доказана. Вопреки требованиям ст. ст. 12, 56 Гражданского-процессуального кодекса Российской Федерации истец не представил суду относимых, допустимых и достаточных доказательств тому, что действительно претерпел физические или нравственные страдания, что нарушены его личные неимущественные права вследствие неправомерных действий должностных лиц Следственного Комитете РФ и Прокуратуры РФ.

Как установлено судом, обстоятельства, связанные со смертью Ш. неоднократно являлись предметом проверки в рамках уголовного судопроизводства, а потому основания иска, указанные истцом в заявлении, является ничем иным как попыткой ревизировать в рамках гражданского судопроизводства судебные постановления, вынесенные в порядке УПК РФ, что с точки зрения закона недопустимо.

Кроме того, из смысла положений ст. ст. 151 и 1099 ГК РФ следует, что в случае смерти потерпевшего, право требования, компенсации морального с причинителя вреда или иных лиц, которые в силу закона отвечают за причинение вреда, имеют близкие родственники потерпевшего. В соответствии со ст. 5 УПК РФ близкими родственниками являются супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и сестры, дедушка, бабушка, внуки.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не было представлено доказательств того, что ФИО1 является близким родственником погибшего Ш., и смерть последнего нанесла истцу нравственные и (или) физические страдания. При этом суд учитывает степень родства ФИО1 с погибшим Ш., который не являлся ему близким родственником, а приходился зятем.

Суд не принимает во внимание доводы истца о том, что уголовное дело «сфабриковано», основано на «фальсифицированных доказательствах», которыми также являются судебно-медицинские экспертизы, проведенных по делу, протоколы следственных и процессуальных действий, с целью «скрыть» настоящих «убийц» Ш., поскольку всем доказательствам по уголовному делу, в том числе и указанным истцом, дана оценка в приговоре Ковернинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № в отношении обвиняемого И. по ч.4 ст. 111 УК РФ, вступившим в законную силу.

Как следует из действующего законодательства, возмещение вреда является мерой гражданско-правовой ответственности.

Вместе с тем в материалы настоящего гражданского дела не представлено доказательств, подтверждающих неправомерность действий ответчиков - сотрудников Следственного Комитета РФ и Прокуратуры РФ (их подразделений в субъекте РФ и на местах).

Действия (бездействие) должностных лиц органа государственной власти незаконными не признавались. Для возмещения вреда в соответствии с требованиями закона необходимо наличие общих оснований возмещения вреда: наступление вреда; действие, либо бездействие, приведшее к наступлению вреда; причинная связь между двумя первыми элементами; вина причинителя вреда и наличие специальных оснований: вред причинен в процессе осуществления властных полномочий; противоправность поведения причинителя вреда, незаконность его действий (бездействия). Возмещение вреда в рассматриваемом случае возможно лишь при наличиивсех вышеперечисленных оснований в совокупности. Факт неисполнения или ненадлежащего исполнения ответчиками своих должностных обязанностей, не установлен, доказательств обратного суду не представлено.

Судом обсуждайся вопрос о прекращении производства по делу как на то указывал в своих возражениях ответчик - должностное лицо ФИО2 в связи с ранее рассмотренными судами исками ФИО1, однако судом правовых оснований для прекращения производства по делу (либо оставления искового заявления без рассмотрения) в отношении указанных ответчиков по заявленному иску судом не установлено, поскольку истец обращается с иском по иным основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При таких обстоятельствах, суд считает необходимым отказать ФИО1 в удовлетворении ее требований о компенсации морального вреда.

Исходя из существа спора, истец был освобожден от оплаты государственной пошлины при подаче иска на основании положений Налогового Кодекса РФ. В связи с отказом в удовлетворении исковых требований вопрос о государственной пошлине разрешению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к прокурору Ковернинского района Чижикову А.Н., прокурору Ковернинского района Щелокову А.В., и.о. руководителя Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО2, ст. следователю Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО4, следователю Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО5, ст. следователю Городецкого МСО СУ СК РФ по Нижегородской области ФИО6, Прокуратуре РФ, Прокуратуре Нижегородской области, Следственному Комитету России, Следственному Управлению Следственного Комитета России по Нижегородской области, Министерству финансов РФ, о взыскании компенсации морального вреда, отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд через Ковернинский районный суд Нижегородской области в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья Н.В. Козлов

Мотивированное решение изготовлено 09.06.2018 года

Судья Н.В. Козлов