Приговор № 1-35/2018 от 4 октября 2018 г. по делу № 1-35/2018

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

5 октября 2018 года г. Саратов

Саратовский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего – Ковалёва С.С.,

при секретарях – Крымском С.А. и Мордвиновой Н.И.,

с участием государственных обвинителей – помощника военного прокурора Саратовского гарнизона <данные изъяты> ФИО23 и заместителя военного прокурора Саратовского гарнизона <данные изъяты> ФИО24,

подсудимого – ФИО25,

защитника – адвоката Мартемьянова К.Г., представившего ордер № 45,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении военнослужащего филиала федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования «Военная академия материально-технического обеспечения имени генерала армии А.В. Хрулева» Министерства обороны Российской Федерации в г. Вольске (далее по тексту – Вольский военный институт материального обеспечения) капитана

ФИО25, <данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО25, проходя военную службу по контракту с августа 2017 года в должности командира роты – старшего преподавателя учебной роты (по подготовке старшин) учебного центра (по подготовке младших специалистов) Вольского военного института материального обеспечения, расположенного по адресу: Саратовская область, г. Вольск, <данные изъяты>, согласно требованиям ст.ст. 144, 145 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 (далее – Устав внутренней службы), являлся прямым начальником для всего личного состава роты и был обязан вести учет личного состава роты, всегда точно знать его численность по списку, налицо и в расходе, то есть являлся должностным лицом, наделенным организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями.

С 5 февраля 2018 года в 3 взвод указанной учебной роты (по подготовке старшин) был зачислен ФИО1 прибывший в Вольский военный институт материального обеспечения для прохождения обучения военнослужащих, замещающих воинскую должность «старшина подразделения», в связи с чем в соответствии со ст.ст. 35 и 36 Устава внутренней службы ФИО25 являлся начальником по служебному положению и по воинскому званию для ФИО1 на период обучения последнего.

24 марта 2018 года около 15 часов ФИО1 получил от ФИО26 пропуск, предоставляющий право убытия в увольнение до утра 25 марта 2018 года за пределы Вольского военного института материального обеспечения, после чего убыл из указанного учебного учреждения и находился в г. Вольске Саратовской области, проводя время по своему усмотрению и не исполняя обязанностей военной службы.

25 марта 2018 года в 6 часов 35 минут ФИО1 прибыл в расположение Вольского военного института материального обеспечения и приступил к исполнению служебных обязанностей.

31 марта 2018 года около 20 часов 35 минут ФИО1 позвонил по сотовому телефону ФИО25, обратившись к последнему с просьбой разрешить ему убытие в увольнение за пределы Вольского военного института материального обеспечения для отдыха от исполнения обязанностей военной службы до утра 1 апреля 2018 года.

В связи с данным обращением ФИО1 у ФИО25, являющегося должностным лицом, возник единый умысел на систематическое получение от ФИО1 денежных средств за совершение в его пользу действий, входящих в его служебные полномочия – предоставление возможности убытия в увольнения до утра следующего дня за пределы Вольского военного института материального обеспечения.

Осуществляя задуманное, ФИО25 в ходе телефонного разговора потребовал от ФИО1 передачи ему денежных средств в размере 1 000 рублей за предоставление последнему увольнений до утра следующего дня за пределы Вольского военного института материального обеспечения, на что тот согласился, после чего 31 марта 2018 года около 20 часов 35 минут ФИО1 с разрешения ФИО25 убыл в увольнение за пределы Вольского военного института материального обеспечения в г. Вольск Саратовской области, где стал проводить время по своему усмотрению, не исполняя обязанностей военной службы.

1 апреля 2018 года в 6 часов 50 минут ФИО1 прибыл в расположение указанного учебного учреждения и приступил к исполнению служебных обязанностей.

7 апреля 2018 года около 15 часов ФИО25, действуя согласно ранее достигнутой с ФИО1 договоренности, разрешил последнему убыть в увольнение из расположения Вольского военного института материального обеспечения, после чего последний убыл в г. Вольск Саратовской области, где проводил время по своему усмотрению, не исполняя обязанностей военной службы.

8 апреля 2018 года в 6 часов 40 минут ФИО1 прибыл в расположение названного учебного учреждения и приступил к исполнению служебных обязанностей.

12 апреля 2018 года ФИО25, продолжая действовать с единым умыслом, направленным на незаконное получение денежных средств, находясь в кабинете канцелярии своего подразделения, потребовал от ФИО1. передачи ему денежного вознаграждения в размере 3 000 рублей за предоставленные им ФИО27 ранее увольнения из расположения Вольского военного института материального обеспечения с 24 на 25 марта 2018 года, с 31 марта на 1 апреля 2018 года и с 7 на 8 апреля 2018 года, то есть за совершение в пользу ФИО1 действий, которые входят в его служебные полномочия, на что последний согласился.

19 апреля 2018 года около 9 часов ФИО25 в канцелярии учебной роты (по подготовке старшин) учебного центра (по подготовке младших специалистов) Вольского военного института материального обеспечения получил от ФИО1 взятку в виде денег в размере 3 000 рублей за предоставление последнему увольнений из указанного учебного учреждения с 24 на 25 марта 2018 года, с 31 марта на 1 апреля 2018 года и с 7 на 8 апреля 2018 года, которые он присвоил себе и распорядился данными денежными средствами по своему усмотрению.

Подсудимый ФИО25 свою вину в содеянном не признал и показал, что инкриминируемое ему преступление он не совершал, каких-либо денежных средств от ФИО1 за предоставленные тому увольнения он от последнего либо иных лиц не получал. Также он показал, что с августа 2017 года проходит военную службу в должности командира роты – старшего преподавателя учебной роты (по подготовке старшин) учебного центра (по подготовке младших специалистов) Вольского военного института материального обеспечения, в связи с чем является прямым начальником всего личного состава указанного подразделения. В период с февраля по апрель 2018 года на базе указанного учебного учреждения в подчиненном ему подразделении осуществлялось обучение военнослужащих по программе подготовке старшин подразделений, среди которых был ФИО1 В процессе обучения на указанных военнослужащих распространялся распорядок дня, установленный в Вольском военном институте материального обеспечения. При этом увольнение указанных военнослужащих из расположения данного учебного учреждения допускалось до 7 утра следующего дня в случае, если к ним прибывали родственники, после подачи такими военнослужащими соответствующего рапорта об этом и проверки условий их проживания. Списки увольняемых военнослужащих, как правило, составлялись заблаговременно и по команде передавались ему. Решение о предоставлении военнослужащим увольнения могло приниматься им либо ответственным офицером по согласованию с ним. Ему достоверно известно, что ФИО1 ходил в увольнения до утра следующего дня 2 раза, при этом он шел ему навстречу и отпускал его в увольнения на ночь, достоверно зная, что родственники к нему не приезжали. Вместе с тем, от ФИО1 он денежных средств за предоставленные ему увольнения не требовал и не получал. 31 марта 2018 года в вечернее время ему позвонил ФИО1 и попросил отпустить его в увольнение до утра следующего дня, в чем он ему отказал. Кроме этого, ФИО1 к нему лично за предоставлением увольнений не обращался. 18 апреля 2018 года в вечернее время ему позвонил старшина подразделения ФИО2 который сказал, что положил в ящик стола в канцелярии роты по подготовке старшин личные денежные средства на нужды подразделения, как ему в последующем стало известно в размере 1 000 рублей. 19 апреля 2018 года примерно с 8 до 9 часов он проводил совещание с командирами подразделений, на котором присутствовали подчиненные ему командиры ФИО3 и ФИО4 В период проведения данного совещания ФИО1 прибыл в канцелярию и хотел обратиться к нему по какому-то вопросу, однако он отказал ему в этом. После совещания он сразу же вышел из канцелярии вместе с подчиненными и направился в сторону выхода из расположения подразделения, при этом он обратил внимание, что возле канцелярии находился ФИО1., однако он не придал этому значения. В этот же день в обеденное время он забрал в ящике стола оставленные ему ФИО2 денежные средства в размере 1 000 рублей, после чего они всегда находились при нем. В последующем, когда он выдавал сотрудникам правоохранительных органов указанные денежные средства, он обнаружил, что в действительности он взял из ящика стола в канцелярии 3 купюры по 1 000 рублей, но изначально этого не обнаружил, так как данные денежные средства были свернуты. По версии подсудимого в данном случае имеет место провокация взятки со стороны ФИО1 и ФИО5, который также проходил обучение в подчиненном ему подразделении, из-за его служебной требовательности в отношении них.

Вина подсудимого ФИО25 в содеянном подтверждается следующими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Свидетель ФИО1 показал, что в период с февраля по апрель 2018 года он проходил обучение в Вольском военном институте материального обеспечения на курсах подготовки старшин подразделений. После прибытия он был распределен в 3 взвод роты подготовки старшин, командиром которой был ФИО25, являвшийся для него на период обучения прямым начальником. 21 марта 2018 года около 20 часов он обратился к заместителю командира взвода ФИО6 с просьбой включить его в список увольняемых военнослужащих в субботу день до утра следующего дня, на что последний пообещал включить его в указанные списки. 24 марта 2018 года около 15 часов в ходе проведения построения в расположении указанной роты ФИО25 выдал ему пропуск на увольнение до утра 25 марта 2018 года, после чего вызвал его и других увольняемых военнослужащих и указал на необходимость написания рапорта о том, что к нему в г. Вольск Саратовской области приехала супруга, что было необходимо для обоснования увольнения до утра следующего дня. В связи с этим он исполнил соответствующий рапорт с ходатайством об увольнении до утра следующего дня в связи с приездом супруги, который передал ФИО25, хотя в действительности он в браке не состоит и никто из родственников к нему не приезжал. После этого он в этот же день убыл в увольнение в г. Вольск Саратовской области, откуда прибыл в расположение своего подразделения 25 марта 2018 года в 6 часов 20 минут и продолжил исполнять возложенные на него обязанности. 31 марта 2018 года около 20 часов 35 минут он со своего мобильного телефона позвонил ФИО25 и попросил отпустить его в увольнение до утра следующего дня, на что он сказал ему, что за предоставленные увольнения до утра следующего дня он должен отдавать ему денежное вознаграждение по 1 000 рублей, на что он согласился. После этого с разрешения ФИО25 он убыл из расположения Вольского военного института материального обеспечения в увольнение в г. Вольск Саратовской области, откуда прибыл 1 апреля 2018 года около 6 часов 30 минут и приступил к исполнению служебных обязанностей. 6 апреля 2018 года он обратился к командиру взвода ФИО7 и попросил разрешения убыть 7 апреля 2018 года в увольнение из расположения учебного учреждения до утра 8 апреля 2018 года, в связи с чем он был внесен в соответствующий список увольняемых. 7 апреля 2018 года в послеобеденное время ФИО25 вручил ему пропуск, предоставляющий право убытия в увольнение, после чего он убыл из расположения указанного учебного учреждения в г. Вольск Саратовской области и прибыл из увольнения 8 апреля 2018 года к 6 часам 40 минутам, после чего продолжил исполнять возложенные на него обязанности. При этом по указанию ФИО25 перед указанным увольнением он дополнительно исполнил рапорт о том, что к нему якобы приехала супруга, в связи с чем ему необходимо было убыть в увольнение, хотя в действительности этого не было. 12 апреля 2018 года в канцелярии роты по подготовке старшин ФИО25 потребовал от него передать ему за каждое из предоставленных ему увольнений до утра следующего дня, в которые он отпускал его, денежные средства по 1 000 рублей, а всего в размере 3 000 рублей, на что он ответил, что отдаст указанные денежные средства позже, на что ФИО25 согласился подождать. 18 апреля 2018 года он обратился к проходившему совместно с ним обучение ФИО28, которому рассказал о случившемся и занял у него денежные средства в размере 3 000 рублей для последующей передачи ФИО25 При этом в этот же день он предварительно сфотографировал на свой сотовый телефон 3 денежные купюры номиналом по 1 000 рублей каждая, которые намеревался передать ФИО25 за предоставленные ему увольнения. 19 апреля 2018 года около 9 часов он прибыл к ФИО25 в канцелярию роты подготовки старшин и передал ему денежные средства в размере 3 000 рублей за предоставление ему последним трех увольнений с 24 на 25 марта 2018 года, с 31 марта на 1 апреля 2018 года и с 7 на 8 апреля 2018 года. При этом по указанию ФИО25 он положил указанные денежные средства в ящик его письменного стола, после чего убыл из канцелярии. Свидетель ФИО1 также показал, что он согласился передать ФИО25 требуемые денежные средства, поскольку опасался, что последний в силу своего должностного положения может создать ему проблемы по службе в период обучения. При этом в отсутствие ФИО25 он в канцелярию роты подготовки старшин не заходил.

(На основании постановления ВСО СК России по Саратовскому гарнизону от 16 июля 2018 года уголовное дело в отношении ФИО1 подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК Российской Федерации, по факту дачи мелкой взятки ФИО25 в виде денег в размере 3 000 рублей – прекращено по основанию, предусмотренному ст. 28 УПК Российской Федерации, то есть в связи с деятельным раскаянием).

Как следует из заявления ФИО1 от 20 апреля 2018 года, он добровольно сообщает в ВСО СК России по Саратовскому гарнизону о совершенном ФИО25 преступлении, указывая, что последний отпускал его в увольнения с 24 на 25 марта 2018 года, с 31 марта на 1 апреля 2018 года и с 7 на 8 апреля 2018 года, за что он передал ему денежное вознаграждение в размере 3 000 рублей тремя купюрами по 1 000 рублей в его служебном кабинете на 4 этаже в роте по подготовке старшин.

В ходе проверки показаний на месте 20 апреля 2018 года ФИО1 уверенно показал на помещение канцелярии роты подготовки старшин, которая расположена на 4 этаже казармы Вольского военного института материального обеспечения, где он 19 апреля 2018 года около 9 часов передал ФИО25 денежные средства в виде взятки в размере 3 000 рублей, а также указал на письменный стол в помещении указанной канцелярии, в ящик которого он по указанию ФИО25 положил указанные денежные средства.

В ходе производства дознания по делу свидетель ФИО1 при производстве очных ставок 23 и 25 апреля 2018 года с подсудимым ФИО25 каждый раз уверенно подтвердил, что 19 апреля 2018 года около 9 часов в канцелярии роты подготовки старшин передал ФИО25 денежные средства в виде взятки в размере 3 000 рублей за ранее предоставленные ему последним увольнения, которые по указанию последнего он положил в ящик его письменного стола.

Как следует из содержания протокола осмотра предметов (документов) от 26 апреля 2018 года в ходе дознания по делу осмотрены сведения об оказанных услугах связи абонентского номера <данные изъяты> который согласно материалам дела находился в пользовании ФИО1 по результатам чего установлено, что 31 марта 2018 года с 20 часов 26 минут указанный абонентский номер совершил 3 соединения с абонентским номером <данные изъяты>, который как видно из материалов дела, находился в пользовании ФИО25, длительностью 01 минута 00 секунд, 00 минут 03 секунды и 01 минута 21 секунда, соответственно.

Свидетель ФИО5 показал, что в период с февраля по апрель 2018 года он проходил обучение в Вольском военном институте материального обеспечения на курсах подготовки старшин в 3 взводе роты подготовки старшин, командиром которой был ФИО25 18 апреля 2018 года к нему обратился ФИО1, который также проходил обучение на указанных курсах, и сообщил ему, что ФИО25 требует у него 3 000 рублей за то, что последний отпускал его три раза в увольнение до утра следующего дня. В этой связи ФИО1 занял у него 3 000 рублей, после чего рассказал, что планирует отдать данные денежные средства ФИО25 за указанные увольнения, поскольку опасается, что последний может создать ему проблемы по службе в период обучения. 19 апреля 2018 года ФИО27 рассказал ему, что передал указанные денежные средства ФИО25 в канцелярии роты подготовки старшин. Кроме этого, свидетель ФИО5 показал, что о том, что ФИО25 предоставляет отдельным военнослужащим увольнение за денежное вознаграждение в размере 1 000 рублей ему также известно от ФИО6., который озвучивал данное условие.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО6 следует, что с января по апрель 2018 года он проходил обучение в Вольском военном институте материального обеспечения на курсах подготовки старшин. После прибытия он был назначен заместителем командира 3 взвода роты по подготовке старшин, командиром которой был ФИО25 В 20 числах марта 2018 года к нему обратился ФИО1 с просьбой записать его в список увольняемых до утра следующего дня, что им было выполнено, при этом он рекомендовал ФИО27 решать вопрос с увольнениями до утра следующего дня с ФИО25, зная, что последний требует за такие увольнения денежные средства в размере около 1 000 рублей или строительные материалы. Далее в ближайшую субботу ФИО25 построил всех увольняемых военнослужащих, среди которых также был ФИО1 в расположении роты и выдал им пропуска, позволяющие убыть в увольнение из указанного учебного учреждения. Кроме того, он указал, что перед убытием в увольнение до утра следующего дня все военнослужащие подавали ФИО25 рапорты о том, что к каждому из них приехала супруга либо кто-то из близких родственников. Всего ФИО25 предоставил ФИО1 не менее 3 увольнений, при этом в начале апреля 2018 года в одну из суббот ФИО1. вместе с ним ходил в увольнение до утра следующего дня.

Свидетель ФИО8 показал, что с февраля по апрель 2018 года он проходил обучение в Вольском военном институте материального обеспечения. В период обучения он не менее 3 раз убывал в увольнение из расположения указанного учебного учреждения до утра следующего дня, при этом один раз он убывал в увольнение до утра следующего дня в апреле 2018 года и среди увольняемых до утра следующего дня военнослужащих был ФИО1 В указанное увольнение они убывали с разрешения ФИО25 Перед убытием в одно из увольнений до утра следующего дня он подавал ФИО25 рапорт о том, что к нему приехала супруга, чего в действительности не было.

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от 15 мая 2018 года по результатам осмотра книги увольняемых учебной роты по подготовке военнослужащих, замещающих воинскую должность «старшина роты», установлено, что в ней имеются сведения о нахождении ФИО1 в увольнении с 24 марта 2018 года до 6 часов 35 минут 25 марта 2018 года и с 31 марта 2018 года до 6 часов 50 минут 1 апреля 2018 года. Также в указанной книге имеются сведения о нахождении ФИО8 в увольнении с 7 апреля на 8 апреля 2018 года.

Из протокола выемки от 22 апреля 2018 года следует, что у ФИО1 изъят CD-R диск с фотографиями денежных купюр, которые последний 19 апреля 2018 года передал ФИО25 за предоставление ему увольнений из Вольского военного института материального обеспечения. По окончании выемки указанный CD-R диск помещен в бумажный конверт и опечатан.

Как следует из содержания протокола изъятия предметов и документов от 19 апреля 2018 года старший оперуполномоченный отдела ФСБ России по Саратовскому гарнизону ФИО9 в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 6, ч. 2 ст. 7 ч. 1 ст. 15 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» в рамках проводимых оперативно-розыскных мероприятий (далее – ОРМ) в присутствии двух понятых ФИО10 и ФИО11 изъял у ФИО25 денежные средства номиналом 1 000 рублей в количестве трех единиц с номерами «ЛС 8079284», «КЯ 0967488», «ЯМ 5587178», при этом в протоколе указано, что данные денежные средства получены ФИО25 от ФИО1 за предоставление трех ночных увольнений.

В ходе выемки 26 апреля 2018 года старший оперуполномоченный отдела ФСБ России по Саратовскому гарнизону ФИ9 добровольно выдал следователю, в производстве которого находилось уголовное дело, протокол изъятия предметов и документов от 19 апреля 2018 года на 4 листах, а также бумажный конверт, опечатанный оттисками печати отдела ФСБ РФ по Саратовскому гарнизону с денежными средствами, изъятыми 19 апреля 2018 года у ФИО25 К указанному протоколу выемки был приложен протокол изъятия предметов и документов от 19 апреля 2018 года на 4 листах (с приложением ксерокопий изъятых денежных средств), конверт с изъятыми денежными средствами, а также соответствующая фототаблица.

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от 26 апреля 2018 года с участием свидетеля ФИО1 присутствии двух понятых осмотрены:

-бумажный конверт, который был приложен к протоколу изъятия предметов и документов от 19 апреля 2018 года с денежными средствами, изъятыми у ФИО25, в котором после его вскрытия обнаружены три билета Банка России достоинством по 1 000 рублей каждый с серийной нумерацией «ЛС 8079284», «КЯ 0967488», «ЯМ 5587178».

-бумажный конверт с CD-R диском, содержащим фотографии полученных ФИО25 от ФИО27 денежных купюр, который был изъят у последнего в ходе выемки 22 апреля 2018 года, на котором имеются фотографии билетов Банка России достоинством по 1 000 рублей каждый с серийной нумерацией «ЛС 8079284», «КЯ 0967488», «ЯМ 5587178».

При этом участвовавший в ходе производства осмотра свидетель ФИО1 указал, что фотографии указанных денежных купюр он сделал именно 18 апреля 2018 года перед тем как передать их ФИО25, и после производства их записи на CD-R диск, который он в последующем выдал следователю, дата создания электронных файлов изменилась с 18 на 22 апреля 2018 года.

Указанные билеты Банка России достоинством по 1 000 рублей каждый с серийной нумерацией «ЛС 8079284», «КЯ 0967488», «ЯМ 5587178», а также CD-R диск с фотографиями данных денежных купюр признаны и приобщены по уголовному делу в качестве вещественных доказательств.

В судебном заседании с участием специалиста ФИО12 судом исследовано вещественное доказательство CD-R диск с фотографиями денежных купюр, который был изъят у ФИО1 в ходе чего установлено, что на указанном диске записаны файлы с фотографиями билетов Банка России достоинством по 1 000 рублей каждый с серийной нумерацией «ЛС 8079284», «КЯ 0967488», «ЯМ 5587178», дата создания каждого из которых 22 апреля 2018 года. При этом специалист ФИО12 показал, что данное обстоятельство не исключает того, что фотографии указанных денежных купюр могли быть сделаны с применением технического средства – сотового телефона с камерой и ранее 22 апреля 2018 года, в том числе и 18 апреля 2018 года, поскольку при осуществлении записи файлов на CD-R диск дата их создания на диске, указываемая в свойствах файлов, меняется на дату записи. Кроме того, он указал, что на имеющихся на указанном диске фотографиях не усматриваются какие-либо признаки монтажа или иного вмешательства в их содержание.

Свидетель ФИО9 показал, что 19 апреля 2018 года к нему обратился ФИО1 который рассказал, что ФИО25 три раза предоставлял ему увольнения в г. Вольск Саратовской области до утра следующего дня, в связи с чем ФИО25 требовал от него денежные средства по 1 000 рублей за каждое увольнение, а всего в размере 3 000 рублей. Также он сообщил, что требуемые денежные средства он 18 апреля 2018 года занял у своего сослуживца, сфотографировал их, после чего 19 апреля 2018 года передал их ФИО25, положив их по указанию последнего в ящик его стола в канцелярии роты по подготовке старшин. Об изложенном ФИО9 доложил заместителю начальника отдела ФСБ России по Саратовскому гарнизона, который поручил ему проведение гласных ОРМ для проверки указанного сообщения. После этого в ходе проведения ОРМ он в своем служебном кабинете в присутствии двух понятых ФИО11 и ФИО10 предложил ФИО25 выдать денежные средства, которые он получил от ФИО27, для их исследования, на что ФИО25 согласился и добровольно выдал денежные средства в размере 3 000 рублей достоинством по 1 000 рублей каждая, дополнительно пояснив, что данные денежные средства он получил от ФИО27 за предоставление последнему ночных увольнений. В ходе ОРМ в присутствии указанных понятых данные денежные средства были изъяты у ФИО25 по результатам чего был составлен соответствующий протокол изъятия предметов и документов.

Из оглашенных показаний свидетелей ФИО11 и ФИО12 каждой в отдельности, следует, что 19 апреля 2018 года по предложению сотрудника ФСБ России ФИО9 они участвовали в проведении ОРМ в отношении ФИО25 В ходе указанных мероприятий ФИО25 в их присутствии добровольно выдал ФИО29 денежные средства в размере 3 000 рублей достоинством по 1 000 каждая. При этом какого-либо давления на ФИО25 не оказывалось.

В ходе судебного разбирательства установлено, что в период с 5 февраля по 25 апреля 2018 года военнослужащий войсковой части ФИО1 проходил обучение в 3 взводе учебной роты (по подготовке старшин) учебного центра (по подготовке младших специалистов) Вольского военного института материального обеспечения, командиром которой являлся ФИО25

Указанные обстоятельства подтверждаются справкой-докладом об организации подготовки военнослужащих по контракту, замещающих воинские должности старшин подразделений, в учебном центре (по подготовке младших специалистов) Вольского военного института материального обеспечения; штатно-должностным расчетом; выписками из приказов начальника Военной академии материально-технического обеспечения, начальника Вольского военного института материального обеспечения, командиров войсковых частей <данные изъяты> и <данные изъяты>, а также копией послужного списка ФИО25

Согласно приказу начальника Вольского военного института материального обеспечения от 16 августа 2017 года № <данные изъяты> «Об организации боевой подготовки, внутренней и караульной служб на 2017-2018 учебный год» увольнение курсантов из расположения данного учебного учреждения, семейных курсантов, заключивших контракты о прохождении военной службы, в случае возможности их проживания вне расположения института допускается до 7 утра следующего дня в соответствии с требованиями ст.ст. 240-245 Устава внутренней службы.

Как следует из содержания ст.ст. 240-245 Устава внутренней службы увольнение военнослужащих осуществляется командиром роты.

Свидетель защиты ФИО2 в судебном заседании показал, что 18 апреля 2018 года в вечернее время он положил в ящик стола в канцелярии роты подготовки старшин для ФИО25 личные денежные средства в размере 1 000 рублей, которые он предоставил добровольно для нужд подразделения, о чем он в этот же день сообщил ФИО25

Оценив изложенные доказательства в совокупности, военный суд находит их достоверными и достаточными для юридической оценки содеянного подсудимым.

В основу приговора суд кладет приведенные показания допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО1 ФИО5 ФИО8, ФИО9 специалиста ФИО12 оглашенные показания свидетелей ФИО6 ФИО11 и ФИО11., протоколы очных ставок, следственных и иных процессуальных действий, протокол изъятия предметов и документов и иные документы.

Приведенные показания указанных свидетелей и специалиста согласуются между собой и с другими письменными доказательствами и оснований сомневаться в их достоверности у суда не имеется.

Доводы подсудимого ФИО25, не признавшего себя виновным в инкриминируемом ему преступлении, по версии которого в отношении него имело место провокация взятки со стороны подчиненных ему ФИО1. и ФИО5 суд считает надуманными и расценивает их как избранным им способ защиты с целью избежать уголовной ответственности за содеянное.

Его показания относительно происходивших событий противоречат как приведенным доказательствам, которые суд кладет в основу приговора, так и его показаниям, которые он давал в ходе дознания по делу, а также показаниям свидетеля ФИО2 в судебном заседании.

Так, по версии подсудимого ФИО2 18 апреля 2018 года положил в ящик стола канцелярии роты подготовки старшин денежные средства на нужды подразделения в размере 1 000 рублей, о чем в этот же день сообщил ФИО25 На следующий день ФИО25, достоверно зная об изложенном, забрал из ящика указанного стола оставленные ему ФИО2 денежные средства, при этом вместо предполагаемой 1 000 рублей у ФИО25 оказалось 3 купюры по 1 000 рублей, на что изначально он якобы не обратил внимание.

Вместе с тем, из оглашенных показаний подозреваемого ФИО25 от 26 апреля 2018 года следует, что 19 апреля 2018 года он обнаружил в ящике своего стола денежные средства, которые забрал себе, при этом ему не было известно, кто именно оставил ему указанные денежные средства и для каких целей.

Приведенные показания явно не согласуются между собой и установленными по делу обстоятельствами, и дополнительно подтверждают вывод суда о том, что ФИО25 дает несоответствующие действительности показания.

Оснований утверждать, что со стороны ФИО1 ФИО5 или иных лиц в отношении ФИО25 имела место провокация взятки, в судебном заседании не установлено.

Показания свидетеля ФИО27 относительно обстоятельств, при которых ФИО25 получил от него взятку в размере 3 000 рублей за предоставление ему увольнений из расположения Вольского военного института материального обеспечения с 24 на 25 марта 2018 года, с 31 марта на 1 апреля 2018 года и с 7 на 8 апреля 2018 года в целом были последовательными в ходе дознания по уголовному делу, были подтверждены им при производстве очных ставок с подсудимым ФИО25 и проверки показаний на месте, а также в ходе судебного разбирательства по делу, согласуются с другими доказательствами по делу, в том числе с показаниями свидетеля ФИО5 и оснований не доверять им у суда не имеется.

Кроме того, за совершение указанных действий ФИО1 также привлекался к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 291.2 УК Российской Федерации, при этом свою позицию в связи с этим относительно происходивших событий он не изменил, настаивая на даче взятки ФИО25 при установленных судом обстоятельствах.

При этом установленные в судебном заседании обстоятельства, согласно которым денежные средства, которые ФИО1 передал ФИО25 в виде мелкой взятки за предоставление увольнений из расположения Вольского военного института материального обеспечения, он 18 апреля 2018 года занял у ФИО5 и перед передачей ФИО25 сфотографировал их на сотовый телефон, не свидетельствуют о том, что со стороны указанных лиц в отношении ФИО25 имела место провокация взятки, а напротив, указывают на стремление ФИО1 изобличить преступную деятельность подсудимого.

Помимо этого, показания свидетеля ФИО1 о том, что он с разрешения ФИО25 убывал в увольнение с 7 на 8 апреля 2018 года согласуются с показаниями свидетелей ФИО8. и ФИО6 показаниями других свидетелей и другими доказательствами по делу, в связи с чем суд считает, что отсутствие в книге увольняемых учебной роты по подготовке военнослужащих, замещающих воинскую должность «старшина роты», сведений о том, что ФИО1 находился в увольнении с 7 на 8 апреля 2018 года, само по себе его показания в этой части не опровергают.

Свидетели защиты ФИО3 и ФИО4 каждый в отдельности, показали, что проходят военную службу в Вольском военном институте материального обеспечения. В период с февраля по апрель 2018 года в роте по подготовке старшин, командиром которой является ФИО25 проходили обучение военнослужащие из различных воинских частей по программе подготовки старшин подразделений, в связи с чем на них были возложены обязанности командиров взводов. На обучаемых военнослужащих распространялся распорядок дня, утвержденный начальником Вольского военного института материального обеспечения, для курсантов. При этом увольнение указанных военнослужащих из расположения роты до утра следующего дня допускалось с разрешения командира роты. Вместе с тем им неизвестны факты того, чтобы ФИО25 отпускал кого-либо из военнослужащих в такие увольнения за денежное вознаграждение. 19 апреля 2018 года в утреннее время они находились в кабинете канцелярии роты по подготовке старшин на совещании, которое проводил командир данной роты ФИО25 В ходе совещания в канцелярию зашел ФИО1 который проходил обучение в указанной роте, и попросил ФИО25 разрешения обратиться к нему, на что последний указал ему выйти и ожидать. После совещания около 9 часов они вышли из помещения канцелярии и убыли на построение на выход из расположения подразделения, при этом они видели, что ФИО1. находился возле канцелярии. Кроме этого, свидетель ФИО3 также показал, что, проходя мимо канцелярии роты по подготовке старшин вместе с находившимся на обучении ФИО13, он увидел, что из указанной канцелярии вышел ФИО1 который направился в сторону выхода, при этом в этот момент ФИО25 находился в другом конце коридора по направлению к выходу.

Свидетель защиты ФИО13 в судебном заседании показал, что в период с февраля по апрель 2018 года он проходил обучение в роте по подготовке старшин в Вольском военной институте материального обеспечения совместно с ФИО1 другими военнослужащими. 19 апреля 2018 года около 9 часов он вместе с ФИО3 выходил из расположения роты по подготовке старшин на улицу на построение и увидел, как ФИО1 вышел из канцелярии указанной роты и также направился к выходу из расположения подразделения, при этом он видел, что ФИО25 находился в другом конце коридора по направлению к выходу.

Вместе с тем, из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля ФИО30 следует, что при указанных обстоятельствах он не видел, где именно находился ФИО25 в тот момент, когда ФИО27 выходил из указанной канцелярии.

Свидетель ФИО31 показал, что в период с февраля по апрель 2018 года он исполнял обязанности командира одного из взводов роты по подготовке старшин Вольского военного института материального обеспечения, командиром которой являлся ФИО25 В указанный период в данной роте проходили обучение военнослужащие из различных воинских частей по программе подготовки старшин подразделений, в том числе ФИО1 19 апреля 2018 года около 8 часов 30 минут он проходил мимо канцелярии роты по подготовке старшин, возле которой находился ФИО27, который сообщил ему, что он ожидает командира роты ФИО25

Свидетель ФИО14 показал, что он проходит военную службу в роте по подготовке старшин Вольского военного института материального обеспечения, командиром которой является ФИО25 В период с февраля по апрель 2018 года в указанной роте проходили обучение военнослужащие из различных воинских частей по программе подготовки старшин подразделений, в том числе ФИО1 При этом ему неизвестны факты, чтобы ФИО25 требовал с указанных военнослужащих денежные средства за предоставление увольнений до утра следующего дня. В одну из суббот в конце марта – начале апреля 2018 года он оставался ответственным по роте, когда к нему подошел ФИО1 попросил разрешение убыть в увольнение до утра следующего дня, на что он отказал ему, в связи с чем ФИО27 в увольнение не убывал.

Из оглашенных показаний свидетелей защиты ФИО15., ФИО16 ФИО17 ФИО18 и ФИО19, каждого в отдельности, следует, что в период прохождения военной службы в роте по подготовке старшин Вольского военного института материального обеспечения, командиром которой являлся ФИО25, они не были свидетелями фактов того, чтобы последний за денежное вознаграждение отпускал кого-либо из подчиненных военнослужащих.

Вместе с тем, приведенные показания свидетелей защиты не опровергают доказательства, положенные судом в основу приговора, которые являются относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности – достаточными для установления вины ФИО25 в совершении инкриминируемого преступления.

Указанные свидетели защиты не являлись очевидцами того, как 19 апреля 2018 года при установленных судом обстоятельствах ФИО1 передавал ФИО25 денежные средства в виде взятки за предоставление ему последним увольнений. При этом то обстоятельство, что свидетели ФИО3 и ФИО4 в указанный день после совещания видели, что ФИО1 обратился к ФИО25 и по указанию последнего ожидал его возле канцелярии, а непосредственно после совещания не видели, чтобы ФИО25 выходил за ними из канцелярии роты по подготовке старшин, напротив, по мнению суда, только согласуется с установленными по делу обстоятельствами.

Показания свидетелей ФИО3 и ФИО13 о том, что они видели, как ФИО1 через непродолжительное после совещания время выходил из канцелярии роты по подготовке старшин в тот момент, когда ФИО25 находился возле выхода из расположения роты, на невиновность подсудимого не указывают, поскольку само по себе это не подтверждает того, что со стороны ФИО1 имело место провокация взятки, а также не исключает того, что ФИО1 передал ФИО25 взятку до этого момента, то есть непосредственно после окончания совещания.

При этом в этой части к показаниям свидетеля ФИО13. суд относится критически, поскольку они противоречат его показаниям в ходе дознания по делу, оглашенным в судебном заседании, согласно которым он не видел, где именно находился ФИО25 в тот момент, когда ФИО1 выходил из канцелярии роты по подготовке старшин.

Показания свидетеля ФИО14 о том, что в одну из суббот в конце марта – начале апреля 2018 года он отказал ФИО1 в увольнении до утра следующего дня также не опровергают установленные по делу обстоятельства, согласно которым ФИО1 убывал в увольнения до утра следующего дня с 24 на 25 марта 2018 года, с 31 марта на 1 апреля 2018 года и с 7 на 8 апреля 2018 года, поскольку это подтверждается другими исследованными по делу доказательствами.

Другие показания свидетелей защиты, которые фактически сводятся к тому, что им неизвестны факты того, чтобы ФИО25 требовал с кого-либо из подчиненных военнослужащих денежные средства за предоставление увольнений, на приведенные выводы суда и квалификацию действий подсудимого не влияют, поскольку очевидцами совершенного ФИО25 преступления они не были.

Учитывая изложенное, то обстоятельство, что фактически единственным свидетелем, достоверно показывающим об обстоятельствах совершенного ФИО25 преступления, явился сам ФИО1 не является для суда основанием утверждать о недостоверности его показаний в условиях того, что они согласуются с другими доказательствами, положенными судом в основу обвинения, которые в своей совокупности позволили суду установить истинную картину произошедших событий.

Таким образом, действия ФИО25, который 19 апреля 2018 года, являясь командиром роты – старшим преподавателем учебной роты (по подготовке старшин) учебного центра (по подготовке младших специалистов) Вольского военного института материального обеспечения, то есть должностным лицом, совершил получение от ФИО1 взятки в виде денег в размере 3 000 рублей за совершение в пользу взяткодателя действий, входящих в его служебные полномочия, – предоставление ФИО1 увольнений с 24 на 25 марта 2018 года, с 31 марта на 1 апреля 2018 года и с 7 на 8 апреля 2018 года, военный суд квалифицирует по ч. 1 ст. 291.2 УК Российской Федерации.

Вместе с тем, суд исключает из объема предъявленного ФИО25 обвинения получение им мелкой взятки от ФИО1 в указанном размере за общее покровительство и попустительство по службе в отношении последнего, поскольку в ходе судебного разбирательства не представлено доказательств того, что передача ФИО1 мелкой взятки ФИО25 осуществлялась за общее покровительство и попустительство по службе со стороны последнего в отношении него.

При этом суд исходит из того, что изменение объема предъявленного ФИО25 обвинения в судебном заседании не нарушает его права на защиту.

Возражая против предъявленного обвинения, подсудимый ФИО25 дополнительно указал, что изъятия у него денежных средств, которые он якобы получил от ФИО1, фактически не было, поскольку денежные средства были получены от него заместителем военного прокурора Саратовского гарнизона ФИО32 и сотрудником ФСБ России ФИО9 с нарушением закона и понятые при этом не присутствовали. При этом с протоколом изъятия предметов и документов от 19 апреля 2018 года он не знакомился, при изъятии у него денежных средств на него оказывалось давление, в связи с чем в своем объяснении он был вынужден дать признательные показания, которые не соответствуют действительности. В ходе дознания по делу на свидетелей ФИО11 и ФИО10., которые были понятыми при составлении протокола изъятия предметов и документов, а также на свидетелей ФИО6 и ФИО3 оказывалось давление, в связи с чем они были вынуждены подписать соответствующие протоколы своих допросов. Также в ходе очной ставки 25 апреля 2018 года со свидетелем ФИО1 следователь фактически помогал данному свидетелю в целях получения выгодных для себя показаний, что свидетельствует о его заинтересованности. Таким образом, подсудимый делает вывод, что его вина в совершении инкриминируемого преступления по делу не доказана.

Возражая против предъявленного ФИО25 обвинения, защитник – адвокат Мартемьянов К.Г. указал, что вина его подзащитного в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК Российской Федерации, не доказана и по делу имеет место фальсификация доказательств. Уголовное дело было возбуждено с нарушением требований УПК Российской Федерации, поскольку у следователя ВСО СК России по Саратовскому гарнизону ФИО33 отсутствовали основания для его возбуждения. В ходе дознания по делу при проведении очной ставки 25 апреля 2018 года свидетель ФИО1 не мог самостоятельно отвечать на вопросы стороны защиты и старший следователь ВСО СК России по Саратовскому гарнизону ФИО34 фактически помогал ему с целью получения выгодных для следствия показаний, а после данного следственного действия ФИО1 делал дописки в данном протоколе без участия стороны защиты. Сотрудник ФСБ России ФИО9 который фактически сфальсифицировал протокол изъятия предметов и документов от 19 апреля 2018 года, в судебном заседании давал несоответствующие действительности показания и не мог достоверно показать, каким образом и на каком основании 19 апреля 2018 года у ФИО25 были изъяты денежные средства, меняя свои показания. Сам протокол изъятия предметов и документов составлен с нарушением требований УПК Российской Федерации, поскольку он содержит многочисленные нарушения и неточности, понятые ФИО11 и ФИО10 при изъятии у ФИО25 денежных средств не присутствовали, а были приглашены позже, в протоколе не указано, при каких обстоятельствах и каким техническим средством были сделаны копии денежных купюр, а сам ФИО25 с данным протоколом не знакомился. В ходе дознания по делу на свидетелей ФИО11 и ФИО10 оказывалось давление, в связи с чем они давали несоответствующие действительности показания, а в судебном заседании они подтвердили версию стороны защиты о допущенных по делу нарушениях и фальсификации доказательств. Заместитель военного прокурора Саратовского гарнизона ФИО32 и сотрудник ФСБ России ФИО9 были заинтересованы в исходе дела и оказывали давление на ФИО25 Изъятый у ФИО1 в ходе выемки CD-R диск с фотографиями денежных купюр, которые он якобы передал ФИО25, в действительности был записан им в кабинете старшего следователя ВСО СК России по Саратовскому гарнизону ФИО35, в связи с чем есть основания полагать, что фотографии данных денежных купюр появились именно в этот день при содействии данного следователя, а не 18 апреля 2018 года. По окончании дознания по делу сторона защиты не была ознакомлена со всеми вещественными доказательствами по делу, что является нарушением права на защиту. Таким образом, ФИО25 должен быть оправдан в совершении инкриминируемого преступления.

Оценивая доводы стороны защиты, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из содержания постановления о возбуждении уголовного дела и принятию его к производству от 20 апреля 2018 года и других материалов дела, уголовное дело в отношении ФИО25 возбуждено по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК Российской Федерации, следователем ВСО СК России по Саратовскому гарнизону ФИО33 по результатам рассмотрения сообщения о преступлении, поступившего из постановления военного прокурора Саратовского гарнизона о направлении материалов проверки в орган предварительного расследования для решения вопроса об уголовном преследовании и соответствующих материалов проверки, а также заявления ФИО27, в котором последний сообщает об обстоятельствах совершенного ФИО25 преступления.

В судебном заседании свидетель ФИО21 – следователь ВСО СК России по Саратовскому гарнизону – показал, что на момент вынесения постановления о возбуждении в отношении ФИО25 уголовного дела у него имелись в распоряжении указанные материалы прокурорской проверки, а также заявление ФИО27 ФИО1 о преступлении, которые в совокупности указывали, что ФИО25 может быть причастен к совершению преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК Российской Федерации.

Таким образом, вопреки позиции стороны защиты, уголовное дело в отношении ФИО25 возбуждено в соответствии со ст.ст. 144-145 УПК Российской Федерации и оснований утверждать о нарушении при этом данных требований закона у суда не имеется.

Как следует из содержания протокола изъятия предметов и документов от 19 апреля 2018 года изъятие старшим оперуполномоченным отдела ФСБ России по Саратовскому гарнизону ФИО9. денежных средств у ФИО25 осуществлялось в рамках проводимых ОРМ – исследование предметов и документов (п. 5 ч.1 ст. 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности») в присутствии двух понятых. Перед началом изъятия понятым и другим участвующим лицам разъяснены их права, обязанности и ответственность, а также порядок производства изъятия предметов (документов) для исследования, при этом перед началом, в ходе либо по окончании изъятия, в том числе после ознакомления с указанным протоколом, от участвующих лиц заявления и замечания не поступали, о чем имеются подписи понятых.

Кроме того, в указанном протоколе в отдельной графе имеется подпись ФИО25 и его собственноручные замечания к протоколу, которые свидетельствуют о том, что он лично участвовал при изъятии у него указанных денежных средств, добровольно выдал названные денежные средства, ему была разъяснена ст. 51 Конституции Российской Федерации и каких-либо замечаний перед началом, в ходе либо по окончании изъятия он не имел.

К протоколу были приложены денежные средства, упакованные в конверт, опечатанный оттисками печати ОФСБ РФ по Саратовскому гарнизону, а также ксерокопии указанных денежных средств на двух листах.

Названный протокол подписан старшим оперуполномоченным отдела ФСБ России по Саратовскому гарнизону ФИО29

В соответствии со ст. 11 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» результаты оперативно-розыскной могут использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств, и в иных случаях, установленных настоящим Федеральным законом.

Согласно п. 5 ч. 1 ст. 6, п. 1 ч. 1 ст. 15 названного Федерального закона при осуществлении оперативно-розыскной деятельности допускается проведение ОРМ в виде исследования предметов и документов. При этом в случае изъятия документов, предметов, материалов при проведении гласных ОРМ должностное лицо, осуществившее изъятие, составляет протокол в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, что направлено на удостоверение факта, хода и результатов производства оперативно-розыскного мероприятия.

В силу п. 1 ч. 2 ст. 7 указанного Федерального закона основанием для проведения оперативно-розыскных мероприятий, в том числе исследования предметов и документов, являются ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Как следует из содержания показаний свидетеля ФИО9 в судебном заседании, основанием для проведения им 19 апреля 2018 года ОРМ в виде исследования предметов и документов в отношении ФИО25 явилось поступившее к нему в этот же день сообщение от ФИО1 о возможной причастности ФИО25 к получению взятки, при этом ФИО1 продемонстрировал ему фотографии денежных купюр, сделанные на сотовый телефон, которые он передал ФИО25 в качестве взятки. В этой связи заместителем начальника отдела ФСБ России по Саратовскому гарнизону ему было поручено проведение гласных ОРМ в целях проверки указанного сообщения о преступлении. В ходе проведения ОРМ в присутствии двух приглашенных понятых ФИО11. и ФИО10 у ФИО25 были изъяты добровольно выданные последним денежные средства в размере 3 000 рублей номиналом по 1 000 рублей каждая. Перед изъятием у ФИО25 денежных средств ему были разъяснены права и обязанности, в том числе право, предусмотренное ст. 51 Конституции Российской Федерации, а ФИО11. и ФИО10 права и обязанности в связи с участием в проводимых ОРМ в качестве понятых. После изъятия данных денежных средств им были изготовлены их копии, которые были приобщены к указанному протоколу, а оригиналы денежных купюр предъявлены понятым, после чего были упакованы в конверт. При этом указанные лица каких-либо замечаний по результатам проведенных ОРМ не имели и подписали составленный им протокол изъятия предметов и документов.

Из оглашенных показаний свидетелей ФИО11 и ФИО10., данных в ходе производства дознания, следует, что 19 апреля 2018 года они участвовали при проведении ОРМ сотрудником ФСБ России ФИО9. при изъятии у ФИО25 денежных средств. Перед началом проведения указанных мероприятий ФИО9 разъяснил им и ФИО25 права и обязанности, после чего ФИО25 в их присутствии добровольно выдал ФИО9. три денежные купюры достоинством по 1 000 рублей каждая, которые были представлены им на обозрение, после чего они были упакованы в конверт и опечатаны. О проведенном мероприятии ФИО9 был составлен протокол, который был предъявлен всем участникам данного мероприятия на ознакомление, после чего он был подписан ими и ФИО25 без каких-либо замечаний. Какого-либо давления на ФИО25 в ходе проведения данного мероприятия не оказывалось.

В судебном заседании свидетели ФИО1 и ФИО10., каждая в отдельности, также показали, что сотрудник ФСБ России ФИО9 производил копирование изъятых денежных средств, после чего перед тем, как упаковать их в конверт, он предъявлял им денежные купюры и их копии на обозрение.

Свидетель ФИО20 – заместитель военного прокурора Саратовского гарнизона – показал, что в один из дней апреля 2018 года на основании поступившей от сотрудника отдела ФСБ России по Саратовскому гарнизону ФИО9 информации о возможной причастности военнослужащего Вольского военного института материального обеспечения ФИО25 к получению взятки им (ФИО20) проводилась прокурорская проверка исполнения должностными лицами названного учебного учреждения законодательства о воинской обязанности и военной службе. В ходе проверки им были опрошены ФИО25, ФИО1 а также получены другие сведения, указывающие на возможную причастность ФИО25 к получению взятки от ФИО1., а по результатам проверки на основании постановления военного прокурора Саратовского гарнизона материалы указанной проверки были направлены в ВСО по Саратовскому гарнизону для решения вопроса о возбуждении уголовного дела. При этом в ходе проверки какого-либо давления на указанных лиц им не оказывалось, денежных средств у ФИО25 он не изымал и в проведении ОРМ он участия не принимал.

Таким образом, протокол изъятия предметов и документов от 19 апреля 2018 года составлен и подписан уполномоченным должностным лицом в рамках проводимого ОРМ (исследование предметов и документов), которое предусмотрено Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», при наличии предусмотренных законом оснований для проведения ОРМ.

Вопреки позиции стороны защиты, оснований утверждать, что при составлении данного протокола были допущены существенные нарушения требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», а также УПК Российской Федерации (ст. 166 УПК Российской Федерации), которые могли бы свидетельствовать о его незаконности, суд не усматривает.

Представленные в материалах дела результаты ОРМ были получены в ходе дознания в соответствии с требованиями УПК Российской Федерации, а также в соответствии со ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», то есть законным способом получения доказательств и сведений об обратном, а также о том, что они содержат не соответствующую действительности информацию, у суда не имеется.

Приведенные показания свидетелей ФИО9 ФИО11 ФИО10. и ФИО20 в совокупности с другими доказательствами по делу достоверно указывают на несостоятельность доводов стороны защиты о том, что со стороны сотрудников правоохранительных органов на ФИО25 оказывалось давление по делу, а также о том, что ФИО9 и ФИО20 проводили совместные ОРМ в отношении подсудимого и были заинтересованы в его обвинении, в связи с чем участвовали в фальсификации доказательств по делу.

Свидетели ФИО11. и ФИО10 в судебном заседании, каждая в отдельности, показали, что 19 апреля 2018 года они были приглашены сотрудником ФСБ России ФИО9 для участия в ОРМ, проводимых в отношении ФИО25 При этом при проведении указанных мероприятий права и обязанности им и ФИО25 не разъяснялись, денежные средства ФИО25 в их присутствии не выдавал, так как они заранее лежали на столе, в ходе ознакомления с протоколом по результатам ОРМ они не были согласны с его содержанием, однако подписали его в результате давления со стороны ФИО9 а вносить свои замечания к протоколу им не предлагалось. При этом свидетель ФИО11 показала, что в ходе ее допроса по делу в качестве свидетеля она давала аналогичные показания, однако следователь сфальсифицировал соответствующий протокол ее допроса, который она подписала фактически под давлением следователя, который настаивал на этом. Свидетель ФИО10 показала, что после указанных событий к ней прибыл следователь, который фактически ее не допрашивал, а предъявил ей уже готовый протокол ее допроса и убедил ее подписать данный документ.

В судебном заседании свидетель ФИО6 показал, что ему не известно, чтобы ФИО25 предоставлял подчиненным военнослужащим, проходившим обучение в роте по подготовке старшин, увольнения за денежные вознаграждения. При этом он также указал, что ФИО1 обращался к нему по вопросу предоставления увольнений до утра следующего дня, однако при этом ему не было известно о том, что ФИО25 предоставляет военнослужащим увольнения за денежные вознаграждения или иные материальные блага. В ходе дознания в этой части он давал такие же показания, однако следовать исказил их и фактически указал в протоколе его допроса в указанной части сведения, несоответствующие действительности, однако он был вынужден подписать данный документ под давлением следователя.

Свидетель ФИО22 – старший следователь ВСО СК России по Саратовскому гарнизону – показал, что он участвовал в производстве дознания по уголовному делу в отношении ФИО25, в связи с чем им осуществлялись допросы свидетелей ФИО1 ФИО10 ФИО6 производство очных ставок между свидетелем ФИО1 и подсудимым ФИО25, а также выемка у ФИО1 CD-R диска с фотографиями денежных купюр, которые он передал ФИО25 Допрос свидетелей по данному уголовному делу проводился в соответствии с требованиями УПК Российской Федерации, перед допросом свидетелям разъяснялись права и обязанности, показания допрошенных свидетелей отражались в протоколах со слов свидетелей без искажений. По окончании следственных действий свидетели знакомились с содержанием соответствующих протоколов их допроса без ограничения во времени, после чего собственноручно подписывали данные документы. Какого-либо давления на свидетелей им не оказывалось. В ходе производства очных ставок между свидетелем ФИО1 и подсудимым ФИО25 какого-либо содействия ФИО1. он не оказывал, а изъятый у последнего в ходе выемки CD-R диск был выдан им добровольно, при этом при каких обстоятельствах файлы фотографий денежных купюр, которые он передавал ФИО25, были записаны ФИО1 на указанный диск ему неизвестно.

Свидетель ФИО21 – следователь ВСО СК России по Саратовскому гарнизону – дополнительно показал, что в ходе осуществления дознания им допрашивался свидетель ФИО6 Допрос данного свидетеля проводился в соответствии с требованиями УПК Российской Федерации, при этом перед допросом ему разъяснялись права и обязанности, его показания отражались в соответствующем протоколе без искажений, а по окончании допроса он знакомился с содержанием протокола его допроса без ограничения во времени, после чего собственноручно подписал данный протокол без замечаний.

Как следует из содержания протоколов допросов свидетелей ФИО1 ФИО10. и ФИО6., находящихся в материалах уголовного дела, допрос указанных свидетелей проводился по правилам ст. 189 УПК Российской Федерации, по результатам чего в каждом случае составлялись протоколы с соблюдением требований, предусмотренных ст. 190 УПК Российской Федерации. С содержанием соответствующих протоколов указанные лица знакомились путем личного прочтения.

Таким образом, к приведенным показаниям свидетелей ФИО11 ФИО10 и ФИО6 суд относится критически, поскольку они противоречат их же показаниям в ходе дознания по делу, которые получены с соблюдением требований УПК Российской Федерации, были оглашены в судебном заседании, согласуются с другими доказательствами по делу, положенными в основу приговора, а также опровергаются показаниями следователей ФИО22 и ФИО21 не доверять которым у суда оснований не имеется.

Вопреки доводам подсудимого свидетель ФИО3 в судебном заседании не заявлял, что в ходе дознания по делу на него оказывалось давление, в результате чего он давал несоответствующие действительности показания.

Как следует из содержания протоколов очных ставок свидетеля ФИО1 и подсудимого ФИО25 от 23 и 25 апреля 2018 года производство данных следственных действий осуществлялось в соответствии со ст.ст. 164 и 192 УПК Российской Федерации, при этом из их содержания не следует, что старший следователь ВСО СК России по Саратовскому гарнизону ФИО34, осуществлявший производство дознания по делу, прямо или косвенно был заинтересован в помощи ФИО1 при производстве данного следственного действия, что полностью согласуется с его показаниями в судебном заседании.

Как следует из протокола выемки от 22 апреля 2018 года, изъятие у ФИО1 CD-R диска, содержащего фотографии денежных купюр, которые он передал ФИО25 в виде взятки, производилось в соответствии с требованиями ст.ст. 166 и 182 (183) УПК Российской Федерации и оснований утверждать, что данный протокол содержит несоответствующую действительности информацию у суда не имеется.

То обстоятельство, что дата создания файлов фотографий указанных денежных средств на данном CD-R диске указана 22 апреля 2018 года, учитывая показания свидетелей ФИО1 ФИО5 а также показания специалиста ФИО12 не исключают того, что данные фотографии первоначально были сделаны ФИО1 18 апреля 2018 года с применением технического средства – сотового телефона с камерой.

Доказательств того, что старший следователь ВСО СК России по Саратовскому гарнизону ФИО34 каким-либо образом содействовал ФИО1 перед производством выемки указанного диска, в том числе путем фальсификации доказательств, в судебном заседании не установлено.

Вопреки доводам защитника-адвоката Мартемьянова К.Г. по окончании дознания по делу он и его подзащитный ФИО25 были ознакомлены с обвинительным актом, материалами уголовного дела и вещественными доказательствами по делу, о чем свидетельствуют их собственноручные записи в соответствующем протоколе, составленном старшим следователем ВСО СК России по Саратовскому гарнизону ФИО34

Таким образом, суд не усматривает, что в ходе дознания по делу в отношении подсудимого и его защитника-адвоката было допущено нарушение права на защиту.

При назначении наказания ФИО25 суд в качестве смягчающих обстоятельств признает наличие у него малолетних детей.

Кроме этого, суд также принимает во внимание данные о личности подсудимого, который по военной службе характеризуется положительно, имеет поощрения по службе, а также сведения об условиях его жизни и жизни его семьи, которая является многодетной и нуждается в его помощи.

Учитывая изложенное в совокупности, характер и степень общественной опасности совершенного деяния, которое относится к категории преступлений небольшой тяжести, положительные данные о личности ФИО25, установленные по делу смягчающие обстоятельства и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также, учитывая влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, суд считает необходимым назначить ему наказание в виде штрафа.

В соответствии с ч. 3 ст. 46 УК Российской Федерации размер наказания в виде штрафа суд определяет с учетом совершенного ФИО25 преступления, удовлетворительного имущественного положения последнего, получения постоянного дохода в связи с прохождением военной службы по контракту, а также возможностью трудоустройства в случае увольнения.

В силу ч. 3 ст. 81 УПК Российской Федерации по вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

-CD-R диск с фотографиями денежных купюр необходимо хранить при деле;

-билеты Банка России достоинством по 1 000 рублей каждый с серийной нумерацией «ЛС 8079284», «КЯ 0967488», «ЯМ 5587178», находящиеся на хранении в военном комиссариате Саратовской области, обратить в собственность государства.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 302-304 и 307-309 УПК Российской Федерации, военный суд-

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО25 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК Российской Федерации, на основании которой назначить ему наказание в виде штрафа в размере 70 000 (семьдесят тысяч) рублей.

Информация о получателе штрафа, необходимая для перечисления штрафа в бюджетную систему Российской Федерации:

ИНН <***>; КПП 667001001, ОГРН <***>;

ОКТМО 65701000; ОКПО 92898701; ОКФС 12 – Федеральная собственность;

ОКОГУ 14006 – Следственный комитет Российской Федерации;

ОКОПФ 7.51.04 – Казенное учреждение;

ОКВЭД 84.2 – Предоставление государством услуг обществу в целом;

УФК по Свердловской области (Военное следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Центральному военному округу);

КБК 41711621010016000140;

р/счет <***> в Уральском ГУ Банка России г. Екатеринбург;

БИК 046577001;

л/с <***> администратора доходов федерального бюджета.

Меру процессуального принуждения ФИО25 в виде обязательства о явке до вступления приговора в законную силу – оставить без изменения.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

-CD-R диск с фотографиями денежных купюр - хранить при деле;

-билеты Банка России достоинством по 1 000 рублей каждый с серийной нумерацией «ЛС 8079284», «КЯ 0967488», «ЯМ 5587178», находящиеся на хранении в военном комиссариате Саратовской области, - обратить в собственность государства.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Приволжский окружной военный суд через Саратовский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его постановления. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.