Решение № 2-4/2019 2-4/2019(2-693/2018;)~М-642/2018 2-693/2018 М-642/2018 от 23 июля 2019 г. по делу № 2-4/2019

66RS0056-01-2018-000970-72

Гражданское дело № 2-4 (8)2019


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Тавда 24 июля 2019 года

Тавдинский районный суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи Эйхман Л.А., с участием: старшего помощника Тавдинского городского прокурора Кашаевой М.Л. и помощника Тавдинского городского прокурора Резниченко О.Г., истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2, ФИО3, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4, при секретаре судебного заседания Варыгине А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО12 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области «Тавдинская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Тавдинский районный суд с исковым заявлением о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья.

В обоснование заявленных требований истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ она получила травму левой ноги. В стационаре ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» была рентгенологически обследована, и был установлен диагноз: косой перелом левой лодыжки со смещением стопы. Дежурный врач ФИО5 наложил гипс и назначил консервативное лечение - вправление перелома под общим наркозом. ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ хирург ФИО5 провел 2 операции под общим наркозом и отправил ее домой. Положительного эффекта от проведенного лечения не было. Она направила свои рентген-снимки в Екатеринбург, в госпиталь ВОВ и получила рекомендацию специалистов госпиталя: консервативное лечение противопоказано, необходимо оперативное лечение. Получив направление в лечебное учреждение <адрес>, она была прооперирована в госпитале ВОВ с применением спинного наркоза и защиты на животе от рентгена. После операции в госпитали ВОВ ей предложили строго контролировать беременность в женской консультации по месту жительства. ДД.ММ.ГГГГ на приеме в женской консультации у нее были обнаружены проблемы со здоровьем ребенка. ДД.ММ.ГГГГ кровотечение, УЗИ зарегистрировало смерть ребенка. По медицинским показаниям ей была проведена операция - прерывание беременности. Акушером-гинекологом из <адрес> было проведено служебное расследование гибели ее ребенка. Выводы расследования: смерть ребенка имеет прямую причинно-следственную связь с неправильными методами лечения и диагностики в стационаре ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ»: рентген и наркоз были противопоказаны, врач не разъяснил особенности и последствия медицинской услуги, не выявил у нее наличие беременности и противопоказаний к методам диагностики и лечения, хирург ФИО5 не имел допуска к данным операциям - сертификата травматолога. В результате смерти ее единственного ребенка ее здоровью нанесен непоправимый вред в виде невозможности вновь забеременеть, нанесен огромный моральный вред ей и ее мужу, так как они очень хотели этого ребенка. На протяжении длительного времени она испытывает нравственные и физические страдания (нарушен сон, тревоги и опасения за будущее семьи, принимает медикаментозное лечение).

В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержала, доводы, изложенные в исковом заявлении поддержала, уточнив, что просит компенсацию морального вреда не только за потерю ребенка, а и за то, что не был диагностирован разрыв дистального межберцового синдесмоза и не было произведено восстановление. О том, что она была беременна, она узнала позже.

Представители ответчика ФИО2, ФИО3 в судебном заседании не согласилась с требованиями истца, поддержав доводы отзыва, пояснив, что о беременности они не могли знать, так как истец сама не знала, что беременна. Диагностировать разрыв дистального межберцового синдесмоза можно только при проведении КТ, которого у них нет.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4 в судебном заседании не согласился с исковыми требованиями, пояснив, что больная поступила в экстренном порядке. Они провели консервативное лечение на их уровне. На рентген снимках не был виден разрыв дистального межберцового синдесмоза, его только на КТ можно диагностировать, оперативное лечение он не мог проводить, так как не имеет сертификата травматолога.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО6 о.А. в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что не согласна с требованиями истца и просила отказать в удовлетворении иска.

Суд, заслушав участников процесса, исследовав представленные доказательства, приходит к следующему.

На основании Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется здоровье людей (ч.2 ст. 7); каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь, которая в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч.1 ст. 41).

Согласно п.1 и п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п.11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" по общему правилу, установленному п.п. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить ответчик.

Из положений п.21 ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" следует, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с ч.ч. 2,3 ст. 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно п.1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу п.2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага, в том числе жизнь и здоровье, защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного материального права и характера последствий нарушения.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу вышеприведенных норм права для наступления ответственности по возмещению вреда необходима совокупность условий: наступление вреда, противоправное поведение причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступлением вреда, вина причинителя вреда.

Некачественное оказание медицинской помощи - оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.

Ответственность за вред (ущерб) наступает в случае наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) работников учреждений здравоохранения и наступившими последствиями у пациента.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получила травму - закрытый перелом и лодыжки левого г/стопного сустава со смещением, с подвывихом стопы кнаружи, по ДД.ММ.ГГГГ находилась на стационарном лечении в ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ». В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась на стационарном лечении в Свердловском областном клиническом психоневрологическом госпитале для ветеранов войн (хирургического профиля), где ДД.ММ.ГГГГ было проведено оперативное вмешательство –остеосинтез наружной лодыжки пластиной, восстановление ДМБС (дистального межберцового синдесмоза) позиционным винтом.

Согласно медицинской карты № стационарного пациента хирургического профиля из <адрес> клинического психоневрологического госпиталя для ветеранов войн ДД.ММ.ГГГГ консультирована акушером –гинекологом, беременность 5-6 недель (со слов пациентки о беременности не знала).

ДД.ММ.ГГГГ, кровотечение, УЗИ зарегистрировало смерть ребенка.

Из заключения (экспертиза по материалам) № СО от ДД.ММ.ГГГГ следует, что 1. Согласно данным медицинских документов (записи в медицинской документации),

ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, при обращении на амбулаторный прием к хирургу была осмотрена и проведено инструментальное исследование – рентгенография левого голеностопного сустава. По результатам рентгенологического исследования ДД.ММ.ГГГГ было установлено: «косой перелом левой наружной лодыжки с расхождением отломков по ширине до 0, 8 см. Подвывих левой стопы кнаружи»; ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был установлен диагноз: «перелом левой наружной лодыжки с подвывихом стопы», произведена госпитализация в хирургическое отделение. При поступлении в хирургическое отделение с диагнозом «Закрытый перелом наружной лодыжки слева с подвывихом стопы кнаружи» врачом ФИО7 назначено лабораторное обследование, выполнена закрытая репозиция перелома под местной анестезией (раствор «Лидокаина» 2%-6,0) иммобилизация гипсовой повязкой рентгенологический контроль проведен ДД.ММ.ГГГГ, по результатам которого установление сохранение подвывиха стопы кнаружи; ДД.ММ.ГГГГ произведена повторная репозиция перелома подл внутривенным наркозом с фиксацией в гипсовой повязке; ДД.ММ.ГГГГ –рентгенологический контроль: стояние отломков прежнее, подвывих стопы кнаружи сохранен. ДД.ММ.ГГГГ выполнено повторное вправление подвывиха стопы под внутривенным наркозом с фиксацией в гипсовой повязке; ДД.ММ.ГГГГ рентгенологический контроль: »косо-оскольчатый перелом наружной лодыжки… смещение полностью устранено. Подвывих стопы кнаружи также устранен». ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была выписана из стационарного отделения в удовлетворительном состоянии, под наблюдение хирурга с рекомендациями. Лечение ФИО1 в хирургическом отделении ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ», согласно поставленному диагнозу «закрытый перелом наружной лодыжки слева с подвывихом стопы кнаружи», было правильным, но неполным. В период наблюдения ФИО1 в ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» не был диагностирован разрыв дистального межберцового синдесмоза и не проведено восстановление его несостоятельности. В период стационарного наблюдения в хирургическом отделении ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» каких-либо объективных данных, позволяющих медицинскому персоналу, в том числе лечащему врачу предполагать беременность малого срока ФИО1 не имелось. 2. В соответствии с утвержденным приказом Министерства здаравоохранения РФ № н от ДД.ММ.ГГГГ о «Порядке оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и и ортопедия» и приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «Стандарт медицинской помощи больным с переломами костей голени» ФИО1 было показано консервативное и хирургическое лечение (оперативное вмешательство). 3. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась на стационарном лечении в ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» с диагнозом «Перелом левой наружной лодыжки с подвывихом стопы». В указанный период времени ФИО1 проведено лечение: ДД.ММ.ГГГГ – закрытая репозиция с иммобилизацией гипсовой повязкой; ДД.ММ.ГГГГ- повторная репозиция перелома с фиксацией в гипсовой повязке; ДД.ММ.ГГГГ –повторное вправление подвывиха стопы с фиксацией в гипсовой повязке. В дальнейшем, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась на стационарном лечении в Свердловском областном клиническом психоневрологическом госпитале для ветеранов войн (хирургического профиля), где ДД.ММ.ГГГГ было проведено оперативное вмешательство – остеосинтез наружной лодыжки пластиной, восстановление ДМБС (дистального межберцового синдесмоза) позиционным винтом. 4. При лечении в ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» у ФИО1 не был диагностирован разрыв дистального межберцового синдесмоза и не проведено восстановление его несостоятельности. При лечении в Свердловской областной клинической психоневрологическом госпитале для ветеранов войн дефектов и недостатков медицинской помощи не было. В период стационарного наблюдения в хирургическом отделении ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» каких-либо объективных данных, позволяющих медицинскому персоналу, в том числе лечащему врачу предполагать беременность малого срока ФИО1 не имелось. Предоперационная подготовка ФИО1 в Свердловской областной клинической психоневрологическом госпитале для ветеранов войн, в связи с беременностью малого срока ФИО1 проведена правильно и полно; по результатам обследования акушера-гинеколога ДД.ММ.ГГГГ –противопоказаний для оперативного лечения у ФИО1 не имелось. 5. Между выявленной неполнотой лечения ФИО1 в ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ», выразившейся в недиагностированном разрыве дистального межберцового синдесмоза, отсутствие восстановления его несостоятельности и диагностированной неразвивающейся беременностью в сроке 9 недель какой-либо причинно-следственной связи не имеется.

6. Восстановление функций (опора, ходьба и т.п.) левого голеностопного сустава у ФИО1 отмечено ДД.ММ.ГГГГ. 7. Согласно п. 24 медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (утверждены МЗСР РФ ДД.ММ.ГГГГ приказ №н), действующих правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека ухудшение состояния здоровья человека, вызванное поздними сроками начала лечения (в данном случае недиагностированный разрыв дистального межберцового синдесмоза, отсутствие восстановления его несостоятельности в ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ) не рассматривается как причинение вреда здоровью. 8. В связи с многочисленностью, разнообразием и неоднозначностью действия этиологических факторов, способных привести к неразвивающейся беременности, высказаться о влиянии цитомегаловируса на течении беременности ФИО1 не представляется возможным.

Заключение (экспертиза по материалам) № СО от ДД.ММ.ГГГГ надлежаще аргументировано и мотивировано, поэтому не вызывает у суда сомнений.

Учитывая заключение судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ "Бюро судебно-медицинской экспертизы" (отдел особо сложных (комиссионных) экспертиз) № от ДД.ММ.ГГГГ, суд считает установленным тот факт, что при оказании медицинской помощи истцу ФИО1 в ГБУЗ СО "Тавдинская ЦРБ" нарушений медицинских технологий и правильности их проведения допущено не было, лечение ФИО1 соответствовало целям, для которых предназначено, оказанная ФИО1 медицинская услуга соответствовала требованиям стандартов оказания медицинской помощи. Недиагностирование разрыва дистального межберцового синдесмоза является причиной отсутствия современной диагностики – компьютерной томографии в ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ», что было подтверждено в судебном заседании представителями ответчика и не оспорено истцом.

Таким образом, судом установлено, что между выявленной неполнотой лечения ФИО1 в ГБУЗ СО «Тавдинская ЦРБ», выразившейся в недиагностированном разрыве дистального межберцового синдесмоза, отсутствие восстановления его несостоятельности и диагностированной неразвивающейся беременностью в сроке 9 недель какой-либо причинно-следственной связи не имеется, каких-либо последствий не наступило, согласно медицинской справки в настоящее время ФИО1 состоит на учете в женской консультации по беременности 30 недель.

Поскольку истцом не представлены относимые, допустимые и достоверные доказательства некачественного оказания медицинской помощи в ГБУЗ СО "Тавдинская ЦРБ" и наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика ГБУЗ СО "Тавдинская ЦРБ" и наступивших последствий, суд приходит к выводу о том, что отсутствуют предусмотренные законом основания для удовлетворения иска ФИО1 к ГБУЗ СО "Тавдинская ЦРБ" о компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст. 194 -199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО13 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области «Тавдинская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Тавдинский районный суд Свердловской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения, то есть с 29 июля 2019 года.

Решение составлено в совещательной комнате, с помощью компьютера.

Мотивированное решение составлено 29 июля 2019 года.

Председательствующий судья подпись Эйхман Л.А.