Решение № 2-171/2018 2-171/2018 ~ М-91/2018 М-91/2018 от 21 мая 2018 г. по делу № 2-171/2018

Дело №2-171/2018


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

22 мая 2018 года г. Верещагино

Верещагинский районный суд Пермского края

в составе председательствующего Королевой Т.А.,

при секретаре Штебнер Н.Н.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

ответчика ФИО3,

представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

В обоснование предъявленных требований указал, что является собственником жилого дома расположенного по адресу: Пермский <данные изъяты> В жилом доме зарегистрирована ФИО3, которая проживала в нем с лета 2014 года по декабрь 2017 года. 31 декабря 2017 года ФИО3 выехала из жилого дома, и забрала имущество принадлежащее истцу: телевизор <данные изъяты> стоимостью 23 390 рублей, подставку <данные изъяты> стоимостью 2290 рублей, клавиатуру <данные изъяты> стоимостью 3490 рублей, стиральную машину <данные изъяты> стоимостью 17490 рублей, микроволновую печь (СВЧ-печь) <данные изъяты> стоимостью 4590 рублей, телефон <данные изъяты> стоимостью 1850 рублей, плед по цене 2100 рублей, всего имущество на сумму 55200 рублей. Указанное имущество приобретено истцом в 2013 году для личного использования, до совместного проживания с ФИО3 В настоящее время вышеуказанное имущество находится у ФИО3, которая отказывается его добровольно вернуть. Он лишен возможности распоряжаться и пользоваться принадлежащем ему на праве собственности имуществом. Просит истребовать из чужого незаконного владения свое имущество на сумму 55200 рублей.

В последующем истец уточнил исковые требования и в окончательной редакции просил взыскать с ФИО3 в его пользу стоимость утраченного имущества в сумме 55 200 рублей.

В судебном заседании истец на удовлетворении уточненных исковых требований настаивал, доводы, изложенные в исковом и уточненном исковом заявлении, подтвердил. Указал, что проживал совместно с ответчиком в принадлежащем ему на праве собственности жилом доме по адресу: <данные изъяты> в период с 2014 по 2015 год. Брак зарегистрирован не был, имеют общего несовершеннолетнего ребенка. После того, как отношения прекратились, он выехал из своего жилого помещения. Имущество, указанное в иске он приобретал до совместного проживания с ответчиком, и оставил его в пользование ответчику. 31 декабря 2017 года обнаружил, что ФИО3 вывезла из его дома принадлежащее ему имущество, указанное в иске. Вернуть имущество в добровольном порядке отказалась. В связи с тем, что имущество ответчиком продано, просить взыскать с ФИО3 действительную стоимость утраченного имущества в сумме 55 200 рублей.

Представитель ответчика ФИО2 исковые требования своего доверителя поддержала. Пояснила, что необходимо взыскать стоимость имущества на момент его приобретения истцом в соответствии со ст. 1103,1105 ГК РФ. Просила не принимать в качестве доказательства отчет о стоимости имущества, представленный ответчиком, так как он не объективен, выполнен с нарушениями действующего законодательства.

Ответчик ФИО3 иск не признала и пояснила, что проживала с ФИО1 без регистрации брака. В период совместного проживания на совместные средства приобретали спорное имущество. После прекращения отношений она с ребенком осталась проживать в доме истца, продолжала пользоваться этим имуществом. В декабре 2017 года выехала из жилого помещения. 15 января 2018 года продала имущество, указанное в иске, за 15 000 рублей. Считает, что она имеет право распоряжаться этим имуществом, так как оно приобретено в период совместного проживания на общие денежные средства. Не согласна с оценкой имущества, полагает, что оно должно быть оценено с учетом износа на момент его реализации.

Представитель ответчика ФИО4 доводы ФИО3 подержал.

Свидетель В. пояснила, что ее сын ФИО1 сожительствовал с ФИО3 Имущество, которое забрала ФИО3 было приобретено ФИО1 до совместного проживания с ответчиком. Плед она дарила сыну в 2013 году. После того, как ФИО1 ушел от ФИО3, та продолжала пользоваться спорным имуществом, в том числе клавиатурой от компьютера. Клавиатура лежала на столе.

Суд, выслушав истца, ответчика, свидетеля, изучив представленные сторонами доказательства, установил следующее.

В соответствии со статьей 128 Гражданского кодекса Российской Федерации к объектам гражданских прав относятся вещи, включая наличные деньги и документарные ценные бумаги, иное имущество, в том числе безналичные денежные средства, бездокументарные ценные бумаги, имущественные права; результаты работ и оказание услуг; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

Согласно статье 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Способы защиты гражданских прав определены статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 2 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к требованиям об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения подлежат применению правила о возврате неосновательного обогащения.

Согласно пункту 1 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Судом установлено, что ФИО1 является собственником одноэтажного бревенчатого жилого дома, расположенного по адресу: <данные изъяты> на основании договора купли-продажи от 29 августа 2011 года (л.д.4).

В подтверждение факта приобретения имущества истцом ФИО1, поименованного в исковом заявлении, представлены следующие документы: копия товарного чека № от 27 октября 2013 года на приобретение телевизора <данные изъяты> стоимостью 23 390 рублей, подставки <данные изъяты> стоимостью 2290 рублей, клавиатуры <данные изъяты> стоимостью 3490 рублей; копия товарного чека № от 24 ноября 2013 года на приобретение стиральной машины <данные изъяты> стоимостью 17490 рублей; копия товарного чека № от 8 ноября 2013 года на приобретение микроволновой печи (СВЧ-печь) <данные изъяты> стоимостью 4590 рублей, копия товарного чека № от 1 ноября 2013 года на приобретение телефона <данные изъяты> стоимостью 1850 рублей, копия товарного чека на приобретение пледа по цене 2100 рублей (л.д.6-18).

Анализируя указанные документы, суд приходит к выводу, что они являются надлежащими доказательствами права собственности истца на спорное имущество. Доводы ответчика, что спорное имущество приобретено на совместные средства истца и ответчика, не нашли своего подтверждения в судебном заседании. О том, что имущество приобретено истцом до проживания с ответчиком, подтвердил свидетель ФИО5

Наличие спорного имущества ответчиком не оспорено, напротив ответчик признала факт владения данным имуществом, и что она распорядилась им, продав его 15 января 2018 года, в подтверждение представила договор купли-продажи. Согласно договору купли-продажи от 15 января 2018 года заключенному между ФИО3 и Д.., последний купил у ФИО3 за 15 000 рублей следующее имущество: стиральную машину <данные изъяты>, телевизор <данные изъяты>, журнальный столик, микроволновую печь (СВЧ-печь) <данные изъяты>, телефон <данные изъяты>, подставку <данные изъяты>, клавиатуру <данные изъяты>, плед, одеяло (л.д.39).

Каких либо соглашений о том, что ФИО1 дал согласие на отчуждение спорного имущества, не заключалось, доказательств обратного ответчиком не представлено.

Исходя из представленных документов, установлена тождественность утраченного имущества с имуществом, поименованным истцом в иске. Таким образом, ответчик должен возместить стоимость утраченного имущества истцу.

Исходя из приведенных выше положений закона, бремя доказывания действительной стоимости истребуемого имущества, а также убытков, вызванных последующим изменением стоимости имущества, возлагается на истца.

В соответствии с частью 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 60 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В обоснование указанных выше обстоятельств истцом представлен отчет № от 27 марта 2018 года об оценке рыночной стоимости движимого имущества составленный индивидуальным предпринимателем ФИО6, согласно которому стоимость спорного имущества по состоянию на 31 декабря 2017 года составляет: стиральная машина <данные изъяты>- 17232 рубля, телевизор <данные изъяты>-13154 рубля, микроволновая печь (СВЧ-печь) <данные изъяты> - 3100 рублей, телефон <данные изъяты> -1862 рубля, подставка для ТВ <данные изъяты> -1571 рубль, клавиатура <данные изъяты> - 4946 рублей, всего на общую сумму 41865 рублей. В отчете указано, что объекты оценки не осматривались. Со слов заказчика состояние предметов оценки: стиральной машины, микроволновой печи, телефона, телевизора хорошее; состояние подставки под ТВ, клавиатуры - отличное (новое).

В опровержение доводов истца ответчиком представлен отчет об оценке № от 31 марта 2018 года об определении рыночной стоимости спорного имущества, составленный ООО «АН «Риэл-Оценка» согласно которому стоимость спорного имущества по состоянию на 1 января 2018 года составляет: стиральная машина <данные изъяты> 5850 рублей, телевизор <данные изъяты> -6560 рублей, микроволновая печь (СВЧ-печь) <данные изъяты> 1070 рублей, телефон <данные изъяты> - 576 рублей, подставка для ТВ <данные изъяты> -600 рублей, клавиатура <данные изъяты> - 1186 рублей, всего на общую сумму 15842 рубля. Нормативный срок службы пледа прошел, на дату оценки рыночной стоимости не имеет, может быть реализован по цене вторичных материалов.

Как следует из представленного ответчиком отчета, он выполнен в соответствии требованиями Федерального закона "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" N 135-ФЗ от 29 июля 1998 г. и Федеральными стандартами оценки, обязательными к применению субъектами оценочной деятельности ФСО№1, ФСО№2, ФСО№3, ФСО№10, оценщиком, имеющим необходимую профессиональную подготовку, являющимся членом саморегулируемой организации оценщиков.

Отчет содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, примененные методы, ссылку на использованные литературу и правовые акты. Данное заключение наиболее полно мотивирует указанную оценку спорного имущества, анализа рынка аналогичной бытовой техники. Не доверять данному заключению у суда оснований не имеется.

Представленный же истцом отчет, выполненный ИП ФИО6, составлен со слов истца. В заключении указано, что со слов заказчика состояние предметов оценки: стиральной машины, микроволновой печи, телефона, телевизора хорошее; состояние подставки под ТВ, клавиатуры - отличное (новое). Данные доводы истца опровергнуты в судебном заседании показаниями ответчика и свидетеля. В судебном заседании установлено, что ответчик использовала по назначению бытовую технику, клавиатуру, до января 2018 года, поставку под телевизор пытались установить. Судом, установлено, что истец последний раз видел бытовую технику осенью 2017 года.

Суд принимает в качестве надлежащего доказательства отчет представленный ответчиком. Суд считает доказанным действительную стоимость утраченного имущества в размере 15842 рубля 00 копеек, указанная сумма подлежит взысканию с ответчика.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 633 рубля 68 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.191-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 15842 рубля 00 копеек в качестве неосновательного обогащения действительную стоимость утраченного имущества, 633 рубля 68 копеек расходы по оплате государственной пошлины.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Верещагинский районный суд в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме, то есть с 28 мая 2018 года.

Судья подпись Т.А. Королева

Копия верна.

Судья Т.А. Королева

Подлинный документ находится в материалах дела №2-171/2018