Решение № 2-6172/2017 2-6172/2017 ~ М-5683/2017 М-5683/2017 от 23 октября 2017 г. по делу № 2-6172/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 октября 2017 года г. Оренбург

Ленинский районный суд города Оренбурга

в составе председательствующего судьи Вербышевой Ю.А.,

при секретаре Ивакиной Е.В.,

с участием прокурора Абраменок Е.А.,

представителей ответчика ГБУЗ «ОГКПТД» ФИО1, ФИО2,

представителей ответчика ГАУЗ «ГКБ им. Н.И. Пирогова» ФИО3, ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО5 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Оренбургский городской клинический противотуберкулезный диспансер», Государственному автономному учреждению здравоохранения «Городская клиническая больница им. Н.И. Пирогова» города Оренбурга о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО5 обратилась в суд с вышеуказанным иском, указав, что в период с 09.06.2011 года по 12.01.2013 года ее дочь ... получала лечение в ГБУЗ «Оренбургский городской клинический противотуберкулезный диспансер» и в ГБУЗ «Им Н.И. Пирогова» с диагнозом .... ... ее дочь скончалась в ГБУЗ «им Н.И. Пирогова» и при вскрытии было установлено, что причиной ее смерти явилась .... По факту смерти дочери СО по Южному административному округу г. Оренбург СУ СК РФ по Оренбургской области было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ, истец была признана потерпевшей. В рамках проведенного расследования было получено заключение экспертизы, согласно которой установлен дефект оказания медицинской помощи работниками Учреждений - ответчиков и наличие косвенной причинно-следственной связи между дефектом оказания медицинской помощи и наступлением смерти дочери.

Дефект оказания медицинской помощи работниками ГБУЗ «Оренбургский городской клинический противотуберкулезный диспансер» выразился в не полном диагностическом поиске заболевания, что привело к исключению по неясным и неуказанным причинам ракового процесса из дифференциальной диагностики. При установлении диагноза в виде ... медицинская помощь была оказана не в полном объеме. Дефекты оказания медицинской помощи работниками данного учреждения не позволили определить радикальный путь лечебных мероприятий и повлияли на сроки летального исхода.

Дефект оказания медицинской помощи работниками ГБУЗ «им. Н.И. Пирогова» выразился в неполном объеме проведенных исследований, установлению правильного диагноза в поздние сроки, то есть 05.01.2013 года, несоблюдение стандарта обследования и лечения больных с раком легких.

Постановлением старшего следователя СО по Южному административному округу г. Оренбург СУ СК РФ по Оренбургской области .... от 21.10.2016 года уголовное дело прекращено из-за отсутствия прямой причинно-следственной связи в действиях граждан ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 и наступившими последствиями в виде смерти ... и соответственно, отсутствия в их действиях состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ.

Истец просит суд взыскать в свою пользу с ГБУЗ «Оренбургский городской клинический противотуберкулезный диспансер» в 500 000 рублей, с ГБУЗ «им. Н.И. Пирогова» в 150 000 рублей в возмещение причиненного морального вреда в связи с преждевременной смертью дочери ФИО11, наступившей вследствие дефектов оказания медицинской помощи.

В судебное заседание истец ФИО5 не явилась, была извещена надлежащим образом. Просила рассмотреть дело в свое отсутствие.

Представители ответчика ГБУЗ «ОГКПТД» ФИО1, ФИО2, действующие на основании доверенности, в судебном заседании против иска возражали, просили отказать.

Представители ответчика ГАУЗ «ГКБ им. Н.И. Пирогова» ФИО3, ФИО4, действующие на основании доверенности, в судебном заседании против иска возражали, просили отказать по основаниям, изложенном в письменном отзыве на иск.

Третьи лица ФИО12, ФИО6, ФИО13, ФИО8, ФИО10, ФИО9 в судебное заседание не явились, были извещены надлежащим образом. В судебном заседании 25.09.2017 г. дали объяснения о том, что медицинская помощь ... была оказана в соответствии с требованиями Приказа Министерства здравоохранения РФ от 21.03.2003 г. № 109 «О совершенствовании противотуберкулезных мероприятий в Российской Федерации» на основе стандартов оказания медицинской помощи.

Суд, с учетом мнения сторон, определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся истца, третьих лиц в порядке, предусмотренном ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав представителей ответчиков, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования не подлежат удовлетворению, исследовав материалы настоящего дела, материалы уголовного дела N, суд приходит к следующему выводу.

На основании Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется здоровье людей (часть 2 статьи 7); каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь, которая в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41).

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Закон об охране здоровья граждан) основными принципами охраны здоровья являются, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий (пункт 1); приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи (пункт 2); доступность и качество медицинской помощи (пункт 6); недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункт 7).

Согласно статье 10 Закона об охране здоровья граждан доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются, в том числе: наличием необходимого количества медицинских работников и уровнем их квалификации (пункт 2); применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (пункт 4); предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (пункт 5).

Согласно части 5 статьи 19 Закона об охране здоровья граждан пациент имеет право, в частности, на: профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям (пункт 2); получение консультаций врачей-специалистов (пункт 3); облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами (пункт 4); получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья (пункт 5); возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (пункт 9).

В силу пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ здоровье является нематериальным благом, которое принадлежит гражданину от рождения.

Согласно части 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 6 ноября 2014 года N 27-П, когда речь идет о смерти человека, не ставится под сомнение реальность страданий членов его семьи. Это тем более существенно в ситуации, когда супруг или близкий родственник имеет подозрение, что к гибели его близкого человека привела несвоевременная или некачественно оказанная учреждением здравоохранения медицинская помощь.

Между тем, ответственность за вред (ущерб) наступает в случае лишь наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности, или частнопрактикующих врачей (специалистов, работников) и наступившими последствиями у пациента.

Иное означало бы нарушение принципа равенства, закрепленного в статье 19 Конституции Российской Федерации и статье 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что истец ФИО5 является матерью ...., .... Это подтверждается свидетельством о рождении.

Как следует из иска, в период с 09.06.2011 года по 12.01.2013 года ... получала лечение в ГБУЗ «Оренбургский городской клинический противотуберкулезный диспансер» и в ГАУЗ «ГКБ им. Н.И. Пирогова» в связи с заболеванием ... 12.01.2013 года ... скончалась в ГАУЗ «ГКБ им. Н.И. Пирогова», при вскрытии было установлено, что причиной ее смерти явилась ...

Истец полагает, что смерть ее дочери вызвана ненадлежащим оказанием медицинской помощи ответчиками.

Из материалов дела усматривается, что постановлением старшего следователя СО по Южному административному округу г. Оренбург СУ СК РФ по Оренбургской области ... от 21.10.2016 года уголовное дело N по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием признаков составов преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 109, ст. 293 УК РФ прекращено.

Часть четвертая статьи 61 Гражданского процессуального кодекса РФ устанавливает, что для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда по уголовному делу, вступивший в законную силу приговор является обязательным применительно к вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Вместе с тем, согласно позиции Конституционного Суда РФ, отраженной в определении от 16 июля 2015 г. N 1823-О, это не препятствует суду, рассматривающему дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, принять в качестве письменного доказательства постановление о прекращении в отношении него уголовного дела (часть первая статьи 71 Гражданского процессуального кодекса РФ) и оценить его наряду с другими доказательствами (статья 67 ГПК Российской Федерации).

В рамках расследования уголовного дела на основании постановления следователя СО по Южному административному округу г. Оренбурга СУ СК Российской Федерации по Оренбургской области от 18.12.2015 г. комиссией экспертов ...» (...) дано заключение N, согласно которому непосредственной причиной смерти ... явилась .... В ГБУЗ «ОГПТД» диагноз был установлен неправильно, медицинская помощь была оказана не в полном объеме. В ГБУЗ «им. Н.И. Пирогова» в ноябре 2012 г. диагноз также не был правильно поставлен, медицинская помощь также была оказана не в полном объеме. При госпитализации ... в ГБУЗ «им. Н.И. Пирогова» в январе 2013 г. диагноз был поставлен правильно, но в значительной степени несвоевременно. Основным в исходе заболевания ФИО11 явились характер и тяжесть имевшегося у нее заболевания. Дефекты оказания медицинской помощи ... в условиях ГБУЗ «ОГПТД», ГБУЗ «им. Н.И. Пирогова», проводившими лечение, не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ...

Как следует из содержания статьи 59 ГПК РФ суд вправе при рассмотрении гражданского дела принять во внимание заключение экспертизы, результаты которой в рамках уголовного дела полученными с нарушением закона не признавались, и дать ему оценку без назначения повторной экспертизы.

Суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения проведенной по уголовному делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы. Выводы комиссии экспертов основаны на анализе данных, полученных на основании записей, содержащихся в медицинских документах умершей, эксперты дали конкретные ответы на вопросы, были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Доказательств, опровергающих данное заключение, в рамках настоящего гражданского дела сторонами не представлено, ходатайств о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы не заявлено.

Комиссия судебных экспертов на основе тщательного изучения материалов дела и представленной на экспертизу медицинской документации, пришла к выводу о том, что дефекты оказания медицинской помощи не состоят в прямой причинно- следственной связи с наступлением смерти ...

Таким образом, выводов о прямой причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинской помощи работниками ответчика и непосредственно смертью ... экспертное заключение не содержит, в то время как основанием для возложения ответственности по возмещению вреда в связи со смертью кормильца в соответствии с положениями ст. ст. 1064, 1088, 1089 ГК РФ является именно прямая причинно-следственная связь между наступлением смерти кормильца и действием (бездействием) причинителя вреда, учитывая, что рассматриваемый случай не является случаем, специально предусмотренным законом, когда вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (п. 1 ст. 1070, ст. 1079, п. 1 ст. 1095, ст. 1100 ГК РФ), либо обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (ст. ст. 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела (абз. 1 ч. 1).

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (абз. 2 ч. 1).

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1).

Приняв во внимание полученное по уголовному делу заключение экспертов, постановление о прекращении уголовного дела от 21.10.2016 года, объяснения третьих лиц, суд приходит к выводу, что доказательств, с достоверностью подтверждающих наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) медицинских работников ГБУЗ «ОГПТД», ГАУЗ «им. Н.И. Пирогова» и смертью ... не установлено, выявленные дефекты не повлияли на наступление неблагоприятного исхода, не состоят в причинно-следственной связи (прямой или косвенной) с ухудшением состояния здоровья и исходом заболевания ФИО11 - наступлением смерти, в связи с чем, суд считает, что вина ответчиков в причинении морального вреда истцу ... отсутствует, иск о взыскании денежной компенсации морального вреда удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Оренбургский городской клинический противотуберкулезный диспансер», Государственному автономному учреждению здравоохранения «Городская клиническая больница им. Н.И. Пирогова» города Оренбурга о взыскании компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд в апелляционном порядке через Ленинский районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: подпись Ю.А. Вербышева

В окончательной форме решение принято 30.10.2017 г.

Судья: подпись Ю.А. Вербышева