Решение № 2А-79/2019 от 16 июня 2019 г. по делу № 2А-79/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации



№ 2а-79/2019
17 июня 2019 года
город Юрга
Томский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Ахтырского А.А.,

при секретаре судебного заседания Довженко И.В.,

с участием представителя административного истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по заявлению военнослужащего - командира войсковой части 00001 полковника ФИО2 об оспаривании решения командира войсковой части 00002 о привлечении его к ограниченной материальной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, проходящий военную службу в войсковой части 00001 в должности командира данной воинской части, на основании приказа вышестоящего воинского должностного лица – командира войсковой части 00002 от 14 февраля 2019 года № 58 «О неудовлетворительной работе должностных лиц войсковой части 00001 по принятию решений (списанию) сумм ущерба, причиненного государству» привлечен к ограниченной материальной ответственности в размере одного оклада месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет – на сумму 61152 рубля 00 копеек.

Посчитав нарушенными свои права в результате такого привлечения его к материальной ответственности, ФИО2 обратился в военный суд с административным исковым заявлением, в котором просил признать незаконным упомянутый приказ командира войсковой части 00002 в части, касающейся привлечения его, ФИО2, к ограниченной материальной ответственности.

Также административный истец просил суд обязать это же воинское должностное лицо отменить оспариваемый приказ в упомянутой части и занести сведения об этом в программное изделие «Алушта».

В обоснование заявленных требований административный истец указал, что в соответствии с оспариваемым им приказом должностными лицами войсковой части 00001 не приняты меры по ущербу в сумме 1 499 875 рублей 44 копейки, что превышает один оклад его, ФИО2, месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет, составляющий 61152 рубля 00 копеек. Однако к материальной ответственности в нарушение положений ст. 8 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее – Закон о материальной ответственности военнослужащих или Закон) он привлечен не в судебном порядке, а по решению вышестоящего командира путем удержаний из его денежного довольствия. Кроме того, перед принятием административным ответчиком оспариваемого решения в нарушение требований ст. 7 того же Федерального закона не проводилось административное расследование.

Также ФИО2 в заявлении указал, что, по его мнению, административным ответчиком при принятии оспариваемого решения неправомерно применены положения п. 3 ст. 4 Закона о материальной ответственности военнослужащих, поскольку в войсковой части 00001 ущерб фактически причинен не был ввиду того, что имущество, являющееся предметом недостачи, передано ООО «МТЦ» в рамках заключенного 24 декабря 2011 года Государственного контракта, что отражено в имеющихся актах и инвентаризационной описи (сличительной ведомости) № 000000001354.

В судебном заседании представитель административного истца ФИО1 поддержал требования административного истца по приведенным им в административном исковом заявлении доводам и основаниям и дополнительно пояснил, что в ноябре 2017 года при принятии дел и должности начальника продовольственной службы войсковой части 00001 майором К. действительно была обнаружена недостача имущества продовольственной службы, в т.ч. на сумму 1333607 рублей 55 копеек, числящееся за бывшим работником из числа гражданского персонала Ч., о чем 11 ноября 2017 года командиром войсковой части 00001 был издан приказ № 1087, в соответствии с которым данная сумма была внесена в книгу учета недостач войсковой части 00001. Однако эта сумма была учтена как недостача ошибочно, поскольку позже выяснилось, что фактически имущество на эту сумму не утрачено и не повреждено, поскольку в рамках Государственного контракта от 24 декабря 2011 года это имущество было передано исполнителю контракта – сторонней организации ООО «МТЦ», где и находится до сих пор, что и отражено в инветнаризационной описи и соответствующих актах. При этом ввиду ошибочности внесения в книгу учета недостач данной суммы командиром войсковой части издан уточняющий приказ от 25 марта 2019 года № 393, согласно пункту 1.1 которого постановлено исключить эту сумму из книги учета недостач.

Представитель административного истца также указал, что ст. 2 Закона о материальной ответственности военнослужащих определено, что реальным ущербом признается утрата или повреждение имущества воинской части, расходы, которые воинская часть произвела либо должна произвести для восстановления, приобретения утраченного или поврежденного имущества, а также излишние денежные выплаты, произведенные воинской частью. Но поскольку имущество на сумму 1333607 рублей 55 копеек передано сторонней организации ООО «МТЦ», его нельзя считать утраченным или поврежденным. Кроме того, командир войсковой части 00001 неоднократно обращался в эту организацию с требованием о возвращении переданного имущества, однако до настоящего времени ответа нет. К тому же административный истец не имеет полномочий заявить от имени Министерства обороны Российской Федерации иск в арбитражный суд об истребовании имущества к ООО «МТЦ», поскольку на неоднократные обращения по команде в Правовое управление Минобороны России и к командиру войсковой части 00002, однако, в т.ч. в результате бездействия самого административного ответчика, таких полномочий ФИО2 не предоставлено.

ФИО1 добавил, что нормами ст. 7 Закона о материальной ответственности военнослужащих установлена обязанность командира воинской части при обнаружении ущерба обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц. Между тем, представленное административным ответчиком в суд заключение начальника продовольственной службы отдела материально-технического обеспечения (далее МТО) войсковой части 00002 подполковника Щ. содержит сведения о том, что им проведено служебное разбирательство, а не административное расследование. При этом руководящий документ – приказ Министра обороны Российской Федерации № 717 от 2015 года требует служебное разбирательство оканчивать соответствующим протоколом, которого подполковником Щ. составлено не было. Также этим должностным лицом не истребовались документы о передаче числящегося за Ч. имущества, не отбиралось у последнего объяснение. Указанное, по мнению представителя административного истца, доказывает, что административное расследование в отношении ФИО2 фактически не проводилось.

Административный истец ФИО2, административные ответчики – представитель войсковой части 00002 и командир данной воинской части, представитель Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Новосибирской области» (далее – Управление), надлежащим образом извещенные о времени и месте проведения судебного заседания, в суд не прибыли, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовали. При этом ФИО2, начальник Управления ФИО3 и представитель войсковой части 00002 и командира этой воинской части по доверенности ФИО4, каждый в отдельности, направили в суд письменные ходатайства о рассмотрении дела без их участия.

Суд, с учётом положений части 6 статьи 226 КАС РФ, считает возможным рассмотреть административное дело в отсутствие административных ответчиков, явка которых судом не признавалась обязательной.

В представленных в суд письменных возражениях представитель войсковой части 00002 и командира этой воинской части ФИО4 требования ФИО2 не признал, просил суд в их удовлетворении отказать, указав, что в ноябре 2017 года в войсковой части 00001 был выявлен ущерб по продовольственной службе в размере 1 287 тысяч рублей, который приказом командира этой же войсковой части от 15 ноября 2017 года № 1087 внесён в книгу учёта недостач по продовольственной службе. При этом, по его мнению, издание командиром войсковой части 00001 приказа от 25 марта 2019 года № 393 само по себе не свидетельствует об отсутствии ущерба, который уже внесен в книгу учета недостач.

В феврале 2019 года в ходе проведения должностными лицами войсковой части 00002 контрольной проверки войсковой части 00001 установлено, что должностные лица, ответственные за подготовку и принятие решений о списании сумм ущерба, фактически самоустранились от выполнения возложенных на них обязанностей, на крайне низком уровне со стороны командования восковой части 00001 организован контроль за деятельностью по учёту материальных ценностей, списанию выявленного ущерба и работой по предотвращению утрат и недостач, в связи с чем ряд должностных лиц данной воинской части, в т.ч. ее командир, привлечены к ограниченной материальной ответственности в указанном выше размере, чему предшествовало соответствующее разбирательство.

Свидетель Щ. показал, что он, являясь в силу занимаемой должности начальника продовольственной службы отдела МТО войсковой части 00002, в феврале 2019 года обратился к командиру войсковой части 00002 с рапортом о непринятии командованием войсковой части 00001 исчерпывающих и эффективных мер по принятию решений (списанию) сумм ущерба, причиненного государству, в т.ч. относительно недостачи, выявленной в ноябре 2017 года майором К. при принятии дел и должности начальника продовольственной службы. На основании резолюции Врио командира войсковой части 00002 на данном рапорте ему, Щ., было поручено провести разбирательство, которое он провел. При этом он, свидетель, полагает равнозначными понятия «служебное разбирательство» и «административное расследование». В ходе этого разбирательства им отобраны письменные объяснения от должностных лиц войсковой части 00001, в т.ч. от ФИО2. Также он использовал данные о недостаче имущества продовольственной службы данной воинской части, содержащиеся в книге учета недостач. Поскольку это имущество в натуре командиром войсковой части 00001 в натуре предъявлено не было и не были представлены достоверные сведения о принятых относительно данного имущества решениях, им, Щ., сделан вывод о том, что недостача не ликвидирована, т.е. необходимости в рамках разбирательства выяснять, где конкретно находится это имущество, искать постороннее лицо Ч. и отбирать у него объяснение необходимости не было, поскольку это обязан был сделать сам административный истец.

Выслушав представителя административного истца, исследовав доводы сторон, изложенные в административном исковом заявлении и в письменных возражениях, допросив свидетеля Щ., исследовав другие имеющиеся по делу доказательства, военный суд приходит к следующим выводам.

Поскольку из почтового штемпеля на конверте, в котором в суд поступило административное исковое заявление ФИО2, видно, что он обратился в суд с настоящим административным иском 13 мая 2019 года, то есть, в пределах трехмесячного срока, установленного ч. 1 ст. 219 КАС Российской Федерации, со дня издания в отношении него оспариваемого приказа от 14 февраля 2019 года, суд находит соблюденным административным истцом срок обращения в суд с данными требованиями.

В соответствии с пунктом 1 статьи 3 Закона о материальной ответственности военнослужащих военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб.

Исходя из п. 3 ст. 4 Закона следует, что командиры (начальники) не принявшие необходимых мер к возмещению виновными лицами причиненного воинской части ущерба, несут материальную ответственность в размере причиненного ущерба, но не более одного оклада месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет.

Согласно п. 1 ст. 7 Закона, командир (начальник) воинской части при обнаружении ущерба обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц. Административное расследование должно быть закончено в месячный срок со дня обнаружения ущерба.

В соответствии с п. 1 ст. 8 Закона возмещение ущерба, размер которого не превышает одного оклада месячного денежного содержания военнослужащего и одной месячной надбавки за выслугу лет, производится по приказу командира (начальника) воинской части путем удержаний из денежного довольствия военнослужащего, причинившего ущерб. Приказ о возмещении ущерба, причиненного командиром (начальником) воинской части, издается вышестоящим в порядке подчиненности командиром (начальником) воинской части.

Как достоверно установлено из материалов дела и не оспаривалось сторонами, по отношению к командиру войсковой части 00001 командир войсковой части 00002 является прямым начальником (командиром).

Согласно приказу командира войсковой части 00002 от 14 февраля 2019 года № 58 следует, что командир войсковой части 00001 полковник ФИО2 привлечён к ограниченной материальной ответственности с удержанием одного оклада месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет в размере 61152 рубля 00 копеек.

В тексте данного приказа изложены обстоятельства, послужившие основанием привлечения ФИО2 к такой ответственности, заключающиеся в том, что указанный военнослужащий, нарушая требования статей 16, 82, 83, 94, 97, 101, 103, 105, 113, 127 и 129 Устава внутренней службы вооруженных Сил Российской Федерации, пунктов 242-244, 246-248, 258 и 260 приказа Министра обороны Российской Федерации от 3 июня 2017 года № 333 не организовал должный учёт, хранение, предотвращение утраты и недостачи военного имущества, а также недобросовестно относился к своим служебным обязанностям, недостаточно контролировал подчинённых должностных лиц, не принявших в должном объёме мер по возмещению материального ущерба.

Вопреки утверждениям административного истца и его представителя о том, что административным ответчиком не проводилось административное расследование, из представленных административным ответчиком материалов видно, что изданию оспариваемого приказа предшествовало административное расследование, проведенное начальником продовольственной службы отдела МТО войсковой части 00002 подполковником Щ., которым 14 февраля 2019 года составлено письменное заключение. В рамках данного разбирательства от ФИО2 истребовано письменное объяснение.

В выводах заключения предлагается в связи с недобросовестным отношением к своим служебным обязанностям и недостаточным контролем за подчинёнными должностными лицами, не принявшими в полном объёме мер по возмещению ущерба, в счёт возмещения ущерба, причинённого государству, числящегося за продовольственной службой войсковой части 00001, привлечь к ограниченной материальной ответственности, ряд должностных лиц из числа командования воинской части в том числе ФИО2, удержав с него один оклад месячного содержания и одну месячную надбавку за выслугу лет в размере 61152 рубля 00 копеек.

Иными словами, вопреки утверждениям ФИО2 и его представителя, вышестоящий командир в силу п. 1 ст. 8 Закона был вправе привлечь административного истца к ограниченной материальной ответственности своим приказом по результатам административного расследования, а не в судебном порядке.

При этом суд находит убедительными доводы свидетеля Щ., указавшего, что при составлении заключения по результатам служебного разбирательства он исходил из тождественности такого разбирательства процедуре административного расследования.

Вопреки доводам представителя административного истца, нормы Закона о материальной ответственности военнослужащих не обязывают должностное лицо, проводящее административное расследование, составлять по его результатам соответствующий протокол по аналогии с производством по материалам о грубых дисциплинарных проступках.

Также суд отвергает утверждения административного истца и его представителя о том, что оспариваемый ими ущерб причинён не был, исследованные в суде доказательства свидетельствуют об обратном.

Так, административный истец и его представитель не оспаривали, что в ноябре 2017 года при принятии дел и должности начальника продовольственной службы войсковой части 00001 майором К. была обнаружена недостача имущества продовольственной службы, в т.ч. на сумму 1333607 рублей 55 копеек, числящееся за бывшим работником из числа гражданского персонала Ч., которая приказом командира войсковой части 00001 приказом от 15 ноября 2017 года № 1087 была внесена в книгу учета недостач части. Сторона административного истца также не оспаривала, что данное имущество на день привлечения ФИО2 к ограниченной материальной ответственности в натуре в войсковой части отсутствует.

Исследованная по инициативе стороны административного истца инвентаризационная опись (сличительная ведомость) № 000000001354 от 18 июля 2017 года свидетельствует о том, что по имеющимся в войсковой части 00001 сведениям, отсутствующее имущество продовольственной службы находится у материально ответственного лица Ч.

Между тем, при составлении данного документа сам Ч. не присутствовал и не подтвердил данные сведения, при этом стороны не оспаривают, что названное материально ответственное лицо на момент составления инвентаризационной описи не состояло (и не состоит в настоящее время) в трудовых или служебных отношениях с войсковой частью 00001.

Самим материально ответственным лицом Ч. доводы ФИО2 и его представителя не подтверждены.

Не подтверждают эти доводы и представленные стороной административного истца копии накладной от 15 августа 2012 года на передачу продовольствия по Государственному контракту от 24 декабря 2011 года, актов №№ 125 и 126 от 6 февраля 2012 года приема – передачи товарно-материальных ценностей и технологического оборудования.

Также не свидетельствуют о принятии командованием войсковой части 00001 исчерпывающих и эффективных мер по принятию решений (списанию) относительно оспариваемого ущерба по продовольственной службе представленные стороной административного истца копии обращений командира войсковой части 00001 от 11 февраля 2019 года № 241 – в адрес генерального директора ООО «МТЦ» о передаче имущества, а также обращений о предоставлении судебной доверенности в адреса руководителя ФГКУ «Центральное региональное управление правового обеспечения Минобороны России за № 376 от 14 марта 2018 года и в адрес начальника штаба войсковой части 00002 № 543 от 10 апреля 2018 года.

Кроме того, суд находит, что издание командиром войсковой части 00001 по истечении более года со дня обнаружения оспариваемого ущерба приказа от 25 марта 2019 года № 393 само по себе не устраняет факта наличия ущерба и его фиксации в книге учета недостач, поскольку, как указано выше, недостающее имущество продовольственной службы в натуре не представлено, административное расследование по установлению виновных в причинении ущерба лиц не проведено, а также все исчерпывающие и эффективные меры по поиску недостающего имущества и (или) правовые решения относительно судьбы данного имущества административным истцом на день привлечения его к материальной ответсттвенности, т.е. в разумный срок, не проведены и не приняты.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что решение о привлечении административного истца к ограниченной материальной ответственности принято командиром войсковой части 00002 в пределах его компетенции и полномочий, с учетом приведенных выше нормоположений, регулирующих возникшие спорные правоотношения.

То есть в удовлетворении административного иска необходимо отказать полностью. Соответственно, на основании ст. 111 КАС РФ понесенные ФИО2 судебные расходы возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 175-180, 227 КАС Российской Федерации,

РЕШИЛ:

ФИО2 в удовлетворении административного иска об оспаривании приказа командира войсковой части 00002 от 14 февраля 2019 года № 58 в части, касающейся привлечения его, ФИО2, к ограниченной материальной ответственности, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Западно-Сибирский окружной военный суд через Томский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья А.А. Ахтырский